АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-22196/2022

Дело № А65-25597/2020

г. Казань

29 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 сентября 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Минеевой А.А.,

судей Васильева П.П., Герасимовой Е.П.,

при участии представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 22.02.2022,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 16.04.2022,

в отсутствие:

иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.03.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2022

по делу № А65-25597/2020

по заявлению (вх. № 33066) ФИО3 о признании договора займа от 19.09.2018 между должником и ФИО1, договора залога транспортного средства (KIA RIO, VIN: 

<

***>, государственный регистрационный знак С293ОО 116 RUS) от 19.09.2018 между должником и ФИО1 недействительными сделками, обязании ФИО1 передать в конкурсную массу должника спорное транспортное средство в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, г. Набережные Челны (ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.11.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее - ФИО5, должник). 

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.12.2020 (резолютивная часть оглашена 18.12.2020) ФИО5 признана банкротом, введена процедура реализации ее имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО6.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 6 от 16.01.2021.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 03.06.2021 поступило заявление (вх. № 33066) кредитора ФИО3 (далее  ФИО3) о признании сделок должника - договора займа от 19.09.2018 с ФИО1 (далее  ФИО1, ответчик), договора залога транспортного средства KIA RIO (VIN: 

<

***>), государственный регистрационный знак: С293ОО 116 RUS, с ФИО1 недействительными сделками, об обязании ФИО1 передать в конкурсную массу должника транспортное средство KIA RIO (VIN: 

<

***>), государственный регистрационный знак: С293ОО 116 RUS.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.03.2022 заявление ФИО3 удовлетворено. Признаны недействительными договор займа от 19.09.2018 и договор залога транспортного средства KIA RIO (VIN: 

<

***>, государственный регистрационный знак: С293ОО 116 RUS), заключенные между ФИО5 и ФИО1 Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу ФИО5 транспортное средство KIA RIO (VIN: 

<

***>, государственный регистрационный знак: С293ОО 116 RUS). Распределены расходы по государственной пошлине.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2022 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.03.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на незаконность и необоснованность обжалуемых судебных актов, нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, просит отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.03.2022, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2022 и направить обособленный спор в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В обоснование жалобы ФИО1 указывает на то, что судами первой и апелляционной инстанций при принятии обжалуемых судебных актов не дана надлежащая оценка принятому судом общей юрисдикции решению о взыскании по договору займа задолженности и обращении взыскания на заложенное имущество должника - транспортное средство. ФИО1 полагает, что доводы ФИО3 фактически направлены на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта, поскольку, удовлетворяя иск, Набережночелнинский суд Республики Татарстан исходил из того, что передача денежных средств от ФИО1 к ФИО5 в сентября 2018 года состоялась, в противном случае в иске было бы отказано. Следовательно, доводы о безденежности оспариваемой сделки, по мнению ответчика, опровергаются вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции. Также ФИО1 считает, что основания для удовлетворения заявления кредитора о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности отсутствуют.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал, представитель ФИО3 высказал возражения относительно ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем дело рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 АПК РФ в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Законность определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.03.2022 и постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2022 проверена Арбитражным судом Поволжского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 АПК РФ.

Изучив материалы дела и оценив доводы жалобы, суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены судебных актов в силу следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее  Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, 19.09.2018 между ФИО5 и ФИО1 был заключен договор займа на сумму 300 000 руб. на 11 месяцев с начислением за пользование суммой займа 10% ежемесячно.

В обеспечение исполнения обязательств по договору займа заключен договор залога транспортного средства KIA RIO 2013 года выпуска (VIN: 

<

***>, государственный регистрационный знак: С293ОО 116 RUS).

Решением Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 30.07.2020 по делу № 2-5803/2020 с должника в пользу ответчика взыскана сумма займа в размере 300 000 руб., обращено взыскание на заложенное транспортное средство.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 03.11.2020. Оспариваемые сделки совершены 19.09.2018, то есть в период подозрительности применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный кредитор ФИО3, обладающая более чем 10% голосов, обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявление ФИО3, судебные инстанции пришли к выводу о наличии оснований для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Придя к такому выводу, суды исходили из установленных по спору обстоятельств и из следующих норм материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Согласно пункту 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 5 постановления Пленума № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 указанного Постановления разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Вопреки доводам ответчика, согласно сложившейся практики Верховного суда Российской Федерации, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Фндерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4) по делу № А40-177466/2013).

При этом условием презумпции относительно цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, сформулированной в абзаце 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является не только случай когда, должник на момент совершения сделки отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, но и когда должник стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества в результате совершения оспариваемой сделки.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 13 Обзора практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), при наличии аффилированности кредитора и должника к требованию должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.

В данном случае суд первой инстанции установил родственные отношения между сторонами сделок (родные сестра и брат).

Такой заявитель должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью изъятия актива из конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784).

Должником и ответчиком указано, что денежные средства во исполнение договора займа были переданы должнику. Однако данный факт как не нашел своего подтверждения в материалах дела, так и не был доказан при рассмотрении данного обособленного спора в судебных инстанциях.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Должником и ответчиком при рассмотрении настоящего обособленного спора в судах первой и апелляционной инстанций в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не было представлено достоверных доказательств, подтверждающих расчеты ответчика с должником.

Как следует из отзыва ответчика, он ранее судим, в 2016 году освобожден условно-досрочно, в связи с чем имел проблемы с трудоустройством и, по его утверждению, получал доход неофициально, в том числе на основании агентского договора на реализацию товара от 10.11.2017.

Между тем доводы ответчика о получении им дохода каким-либо достоверными доказательствами не подтверждены. Представленные акты сверки с ИП ФИО7 по агентскому договору, справки ООО «Шумка» сами по себе таковыми быть признаны не могут, поскольку не являются первичными учетными бухгалтерскими документами и не подтверждены с помощью иных сведений, например, сведений об уплате налога на доходы физических лиц.

По заключенному агентскому договору с ИП ФИО7 нет доказательств перечисления денежных средств ответчику и данные доходы не подтверждены в сведениях ФНС России. Кроме того, кредитором указано об аффилированности с ИП ФИО7

Согласно же данным уполномоченного органа, представленным по запросу суда, доходы ответчика, составляющие за 2016-2017 годы в совокупности 123 362,12 руб., очевидно не позволяли ему предоставить должнику заем в размере 300 000 руб.

Также арбитражный суд учитывает, что при взыскании задолженности в суде общей юрисдикции ответчиком заявлено требование о взыскании лишь суммы долга без процентов, которые должником ежемесячно согласно условиям договора не уплачивались, в суде должником иск признан, что свидетельствует о согласованности действий сторон сделок.

Залоговое обязательство также не было зафиксировано в реестре уведомлений о залоге движимого имущества в порядке статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, что в совокупности с вышеизложенным также свидетельствует о наличии разумных сомнений в реальности заемных правоотношений.

Оценив с позиции статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, суды, придя к выводу о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, исходили из того, что в рассматриваемом случае увеличение обязательств должника в отсутствие встречного предоставления и последующее безвозмездное отчуждение недвижимого имущества в пользу ответчика очевидно свидетельствуют о том, что стороны преследовали цель вывода ликвидного имущества. В результате совершения оспариваемых платежей произошло уменьшение стоимости имущества должника и, соответственно, причинен вред имущественным правам кредиторов. Сделки заключены между родственниками, в отсутствии экономической целесообразности, финансовая возможность у ответчика передать денежные средства в счет оплаты стоимости транспортного средства должнику материалами дела не подтверждена.

Применяя последствия недействительности сделок, суды руководствовались положениями пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, пункта 2 статьи 167 ГК РФ и, установив нахождение транспортного средства у ФИО1, правомерно обязали ответчика возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство – KIA RIO, 2013 года выпуска (VIN: 

<

***>, государственный регистрационный знак: С293ОО 116 RUS).

Отклоняя доводы ФИО1, судами правомерно принято во внимание, что судом общей юрисдикции не устанавливались обстоятельства наличия финансовой возможности ответчика для предоставления займа, а иск был признан должником.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают правильность выводов судебных инстанций и подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами.

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ кассационная инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной инстанций.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено, оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.03.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2022 по делу № А65-25597/2020 оставить без изменений, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяА.А. Минеева

 

СудьиП.П. Васильев

 

Е.П. Герасимова