50/2018-51243(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Тюмень Дело № А27-3852/2016  

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2018 года.  Постановление изготовлено в полном объёме 07 декабря 2018 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:  председательствующего Лаптева Н.В.,  

судей Доронина С.А.,  Ишутиной О.В. – 

при ведении протокола с использованием средств видеоконференц-связи  помощником судьи Назеян С.С. рассмотрел в судебном заседании  кассационную жалобу акционерного общества «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ»  на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 31.05.2018  (судья Димина В.С.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного  суда от 10.09.2018 (судьи Назаров А.В., Кайгородова М.Ю., Ярцев Д.Г.) по делу   № А27-3852/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Сельскохозяйственное объединение «Заречье»  (ИНН 4205080212, ОГРН 1054205018130), принятые по заявлению  акционерного общества «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ» (ИНН 4212005632,  ОГРН 1024201298978) о включении требований в реестр требований  кредиторов должника.  

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии  Арбитражного суда Кемеровской области (судья Филатов А.А.) в заседании  

участвовали представители: акционерного общества «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ» -  Дашкина Е.М. по доверенности от 21.11.2018, Летяева Дениса Андреевича –  Губина О.А. по доверенности от 01.11.2018.  

Суд установил: 

определением Арбитражного суда Кемеровской области от 25.01.2018  в отношении общества с ограниченной ответственностью  «Сельскохозяйственное объединение «Заречье» (далее – ООО «СХО «Заречье»,  должник) введена процедура банкротства – наблюдение.  

Акционерное общество «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ» (далее – АО «Шахта  «Заречная», кредитор) 28.02.2018 обратилась в Арбитражный суд Кемеровской  области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника  требования в размере 100 125 000 руб. задолженности по договорам займа  от 14.03.2007 № 5-18, от 20.03.2007 № 5-19, от 06.07.2007 № 5-20, от 27.07.2007   № 5-21, от 27.07.2007 № 5-22, от 31.07.2007 № 5-23, от 17.08.2007 № 5-24,  от 21.09.2007 № 5-25, от 14.12.2007 № 5-27, от 19.12.2007 № 5-28, от 23.04.2008   № 5-29, от 30.10.2008 № 5-30, от 28.05.2009 № 5-31, от 31.10.2011 № 5-34,  от 09.11.2011 № 5-35, от 16.01.2012 № 5-36, от 14.02.2012 № 5-37, от 19.03.2012   № 5-38, от 27.07.2012 № 5-39, 127 853 085,84 руб. процентов за пользование  заёмными денежными средствами и 3 415 621,29 руб. пени.  

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 31.05.2018  в удовлетворении заявления АО «Шахта «Заречная» об установлении  требования и включении в реестр требований кредиторов должника отказано.  

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда  от 10.09.2018 определение арбитражного суда от 31.05.2018 оставлено  без изменения.  

АО «Шахта «Заречная» обратилось с кассационной жалобой,  в которой просит определение арбитражного суда от 31.05.2018  и постановление апелляционного суда от 10.09.2018 отменить, принять новый  судебный акт об удовлетворении заявления о включении указанного  требования в реестр требований кредиторов должника.  

Податель жалобы полагает, что выводы судов первой и апелляционной  инстанции о злоупотреблении правом ООО «СХО «Заречье» и АО «Шахта  «Заречная» при заключении договоров займа исходя лишь из признака  аффилированности, о намерении данными сделками причинить вред  кредиторам, не соответствуют фактическим обстоятельствам, так как данные  сделки заключены задолго до возбуждения дела о банкротстве должника.  

АО «Шахта «Заречная» указывает на то, что указанные договоры займа  являются реальными сделками, денежные средства передавались в заём  должнику под проценты, исполнялись надлежащим образом займодавцем,  обязательства заёмщика в части договоров займа обеспечивались залогом  имущества должника, часть обязательств должником исполнена, кредитор  обращался в арбитражный суд с иском к должнику о взыскании задолженности  по некоторым договорам займа.  

АО «Шахта «Заречная» считает, что суды применили положения статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс),  не подлежащие применению.  

В судебном заседании представитель АО «Шахта «Заречная» поддержал  свои доводы и просил направить обособленный спор на новое рассмотрение  в арбитражный суд первой инстанции; представитель кредитора Летяева Д.А.  согласился с кассационной жалобой, просил определение арбитражного суда  от 31.05.2018 и постановление апелляционного суда от 10.09.2018 отменить.  

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения  судами норм материального права и соблюдение процессуального права,  а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах,  установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным  доказательствам, суд округа находит кассационную жалобу подлежащей  удовлетворению.  

Как установлено судами и следует из материалов дела,  в период с 2007 года по 2009 год ОАО «Шахта «Заречная» являлось участником  ООО «СХО «Заречье» с долей участия 9,644 процентов.  

Между АО «Шахта «Заречная» (займодавец) и ООО «СХО «Заречье»  (заёмщик) заключено девятнадцать договоров займа от 14.03.2007 № 5-18,  от 20.03.2007 № 5-19, от 06.07.2007 № 5-20, от 27.07.2007 № 5-21, от 27.07.2007   № 5-22, от 31.07.2007 № 5-23, от 17.08.2007 № 5-24, от 21.09.2007 № 5-25,  от 14.12.2007 № 5-27, от 19.12.2007 № 5-28, от 23.04.2008 № 5-29, от 30.10.2008   № 5-30, от 28.05.2009 № 5-31, от 31.10.2011 № 5-34, от 09.11.2011 № 5-35,  от 16.01.2012 № 5-36, от 14.02.2012 № 5-37, от 19.03.2012 № 5-38, от 27.07.2012   № 5-39, по условиям которых займодавец обязался выдать заёмщику денежный  заём под 11 процентов годовых начиная со дня, следующего за днём  предоставления займа.  

В пункте 5.2 договоров займа предусмотрена ответственность заёмщика  за несвоевременный возврат суммы займа и процентов по нему в виде пени  в размере 0,1 процента за каждый день просрочки.  

Дополнительным соглашениями стороны увеличили ставку по договорам  займов до 12,5 процентов годовых от фактической суммы невозвращённой  задолженности.  

В счёт исполнения обязательств по договорам займа, заключённых в 2007  – 2012 годах, АО «Шахта «Заречная» перечислило ООО «СХО «Заречье»  денежные средства в размере 201 690 000 руб. платёжными поручениями  от 14.03.2007 № 942, № 943, от 20.03.2007 № 1047, от 06.07.2007 № 2742,  от 27.07.2007 № 3155, № 3171, от 31.07.2007 № 3223, от 17.08.2007 № 3525,  от 21.09.2007 № 4161, № 5736, от 19.12.2007 № 5864, от 24.04.2008 № 1705,  от 30.10.2008 № 5141, от 28.05.2009 № 2504, от 31.10.2011 № 10468,  от 09.11.2011 № 10755, от 16.01.2012 № 441, от 14.02.2012 № 1581,  от 19.03.2012 № 2717, № 2741, № 2742, № 6269.  

Дополнительными соглашениями к вышеуказанным договорам стороны  изменили срок возврата займа, установив более позднюю дату.  

В нарушение условий договоров, должник свои обязательства  по возвращению денежных средств не исполнил.  

По всем договорам займа кредитором для включения в реестр требований  кредиторов должника заявлены требования в сумме 100 125 000 руб. основного  долга, 127 583 085,84 руб. процентов за пользование займами, а также  3 415 621,29 руб. пени.  

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 31.03.2016  возбуждено производство по заявлению АО «Шахта «Заречная» о банкротстве  ООО «СХО «Заречье».  

Ссылаясь указанную задолженность, АО «Шахта «Заречная» обратилось  в арбитражный суд с указанным заявлением.  

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции  руководствовался положениями статей 2, 4, 16, пункта 1 статьи 71  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) с учётом разъяснений,  изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее –  Постановление Пленума № 35), и исходил из того, что действия сторон,  являющихся аффилированными лицами, не отвечают критериям  добросовестности, поскольку нарушают права и законные интересы кредиторов  должника, не входящих с ним в одну группу лиц, а также направлены  на формирование существенного объёма взаимной кредиторской  задолженности.  

Апелляционный суд согласился с выводом арбитражного суда. 

Действительно, из статей 71 и 100 Закона о банкротстве следует,  что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, подтвердив  их обоснованность судебным актом или иными документами. При наличии  возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд в судебном  заседании проверяет обоснованность требований и наличие оснований  

для включения указанных требований в реестр и выносит определение  о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр  требований кредиторов.  

В условиях банкротства должника и конкуренции требований кредиторов  для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушения  тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных  с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются  повышенные требования (пункт 26 Постановления Пленума № 35, пункт 13  Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием  уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах  процедурах банкротства (утверждён Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 20.12.2016)).  

С учётом специфики дел о банкротстве при установлении требований  кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только  требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства  наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности  требований является недопущение включения в реестр необоснованных  требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав  и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также  должника и его учредителей (участников).  

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо  по существу проверить доказательства возникновения задолженности  и применения мер ответственности на основе положений норм материального  права.  

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной  в пункте 13 Обзора судебной практики № 4 (2017), утверждённой Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, не подлежит  удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении  мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно  

с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества  голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.  

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих  решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер  (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.).  Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение  баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве,  имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы.  Эта цель достигается посредством соблюдения закреплённого  в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа,  в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина  не должно нарушать права и свободы других лиц.  

Включение необоснованной задолженности в реестр требований  кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве затрагивает  не только частные интересы должника и его кредитора, но и всех иных  кредиторов, вовлечённых в процесс банкротства, препятствуя справедливому  рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению  (как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части  распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами).  

При наличии аффилированности кредитора и должника, к требованию  должен быть применён ещё более строгий стандарт доказывания,  чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.  

Такой заявитель должен исключить любые разумные сомнения  в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе  повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных  доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной  целью последующего распределения конкурсной массы в пользу  «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника  и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю  кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской  

Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017   № 301-ЭС17-4784).  

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса не допускаются действия  граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные,  судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника  гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой  стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой  информации.  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным  не только при наличии обоснованного заявления другой стороны,  но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий  участника гражданского оборота от добросовестного поведения.  

Оценивая заключение кредитором и должником договоров займа  как очевидное отклонение действий участника гражданского оборота  от добросовестного поведения, суды указали на их аффилированность  и формирование существенного объёма кредиторской задолженности,  что причинило вред другим кредиторам.  

Между тем суды не учли следующее. 

Деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных  операций. Субсидирование сельскохозяйственных предприятий государством  и группами компаний получило широкое распространение в экономике  вследствие существенного значения внешних неконтролируемых факторов,  влияющих на результат их деятельности.  

Признавая очевидное отклонение действий участника гражданского  оборота от добросовестного поведения, суды обязаны установить факт того,  что оспариваемые сделки (операции) между аффилированными лицами  совершены после критического изменения возникшего ранее неблагополучного  

финансового положения должника – появления признаков объективного  банкротства.  

При этом предоставление заёмных денежных средств аффилированным  кредитором должнику, имеющему признаки объективного банкротства,  могут ввести в заблуждение других участников правоотношений относительно  финансового состояния должника и причинить им имущественный вред.  

Поскольку момент возникновения у ООО «СХО «Заречье» признаков  объективного банкротства не установлен, выводы судов о наличии в действиях  кредитора и должника в части совершения указанных сделок очевидного  отклонения от добросовестного поведения преждевременны.  

Таким образом, в нарушение требований норм Закона о банкротстве суды  не в полной мере осуществили проверку обоснованности заявленных  требований.  

Кроме того участники должника – юридического лица несут риск  отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Как следствие,  требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат  включению в реестр требований кредиторов. Закон не лишает их права  на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после  расчётов с другими кредиторами за счёт оставшегося имущества должника  (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 Гражданского  кодекса).  

Данные нарушения судов не позволили принять законные и обоснованные  судебные акты, которые подлежат отмене в силу части 1 статьи 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Поскольку для разрешения заявленного требования следует установить  фактические обстоятельства – момент возникновения признаков объективного  банкротства должника, обособленный спор подлежит направлению на новое  рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, установить  все значимые для данного спора фактические обстоятельства, правильно  применить закон, подлежащий применению.  

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288,  статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 31.05.2018  и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2018  по делу № А27-3852/2016 отменить.  

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Кемеровской области.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного  Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев  со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Н.В. Лаптев 

Судьи С.А. Доронин  

 О.В. Ишутина