АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

27 января 2023 года

Дело №

А56-97393/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего  Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Троховой М.В.,

при участии конкурсного управляющего ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 30.05.2022), 

рассмотрев 23.01.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2  на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.04.2022 по делу № А56-97393/2020/сд.1 

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.09.2021  общество с ограниченной ответственностью «МедЭксклюзив», адрес: 194223, Санкт-Петербург, ул. Жака Дюкло, д. 12, кв. 41, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – Общество, должник), признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий ФИО1 05.12.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительной сделку должника – договор  уступки прав (требования) № 1, заключенный Обществом с ФИО2 02.04.2019; в порядке применения последствий недействительности оспариваемой сделки взыскать с ФИО2 в пользу Общества 12 789 000 руб., составляющих  действительную стоимость нежилого помещения с кадастровым номером 77:08:0011001:6208, находящегося по адресу: Москва, ул. Берзарина, д. 28А, корп. 4.

Определением суда первой инстанции от 26.04.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2022 отказано в удовлетворении заявленного ФИО2 ходатайства о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы  на определение от 26.04.2022.

В кассационной жалобе ФИО2  просит отменить определение от 26.04.2022 , направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что ФИО2 не был надлежащим образом извещен судом первой инстанции о времени и месте  судебного разбирательства; считает, что выводы суда первой инстанции, послужившие  основанием для вынесения определения от 26.04.2022, не соответствуют фактически обстоятельствам дела.

Податель жалобы считает ошибочным вывод суда первой инстанции об аффилированности ФИО2 и руководителя Общества ФИО4; указывает, что обстоятельства, на которые сослался суд первой  инстанции в обоснование названного вывода, в силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»  не являются основанием для вывода об аффилированности ФИО2 и ФИО4 и для вывода об их  принадлежности к одной группе лиц (статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»  (далее – Закон о защите конкуренции).

Одновременно с подачей кассационной жалобы  ФИО2 заявлено ходатайство о восстановлении  пропущенного срока на ее подачу.

Определением суда кассационной инстанции от 06.12.2022 кассационная жалоба ФИО2  принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 23.01.2023, ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу кассационной жалобы признано подлежащим рассмотрению в судебном заседании.

В представленных в электронном виде отзывах конкурсный управляющий ФИО1 и конкурсный кредитор ФИО5 возражают против удовлетворения ходатайства ФИО2 о восстановлении пропущенного срока на подачу кассационной жалобы; в случае удовлетворения названного ходатайства просят оставить обжалуемое определение без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал ходатайство о  восстановлении пропущенного процессуального  срока, а также доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Конкурсный управляющий ФИО1 возражал против удовлетворения ходатайства о восстановлении пропущенного срока, а также против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом уведомлены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Рассмотрев ходатайство ФИО2 о восстановлении пропущенного срока на подачу кассационной жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

В силу части 1 статьи 273 АПК РФ в порядке кассационного производства могут быть обжалованы вступившие в законную силу судебные приказы, вынесенные арбитражным судом первой инстанции, решение арбитражного суда первой инстанции, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

В рассматриваемом случае определением апелляционного суда от 11.08.2022  отказано в удовлетворении заявленного ФИО2 ходатайства о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы  на определение суда первой инстанции от 26.04.2022.

В пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» (далее – Постановление № 99) разъяснено, что при применении части 2 статьи 181 АПК РФ судам необходимо иметь в виду, что отказ суда апелляционной инстанции в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы не является основанием для исчисления заново срока подачи кассационной жалобы, предусмотренного частью 1 статьи 276 АПК РФ. 

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3, утвержденном  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, определен порядок исчисления сроков на обжалование определений арбитражного суда первой инстанции, принятых в рамках дела о банкротстве по результатам рассмотрения обособленного спора, согласно которому срок подачи кассационной жалобы на определение суда первой инстанции составляет один месяц и исчисляется со дня истечения предусмотренного частью 3 статьи 223 АПК РФ десятидневного срока на обжалование этого судебного акта в суд апелляционной инстанции (ответ на вопрос № 6 раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике»).

Датой принятия определения суда первой инстанции, обжалуемого  ФИО2 в порядке кассационного производства, является 26.04.2022.

Кассационная жалоба на указанное определение подана ФИО2 03.11.2022, то есть по истечении установленного процессуального срока. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 276 АПК РФ срок подачи кассационной жалобы, пропущенный по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой, в том числе в связи с отсутствием у него сведений об обжалуемом судебном акте, по ходатайству указанного лица может быть восстановлен арбитражным судом кассационной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее чем через шесть месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта или, если ходатайство подано лицом, указанным в статье 42 настоящего Кодекса, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов обжалуемым судебным актом.

Согласно части 1 статьи 117 АПК РФ процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и если не истекли предусмотренные процессуальными нормами предельные допустимые сроки для восстановления (часть 2 статьи 117 АПК РФ).

С учетом того, что  ФИО2 обращался с  апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции от 26.04.2022, а затем обжаловал определение апелляционного суда от 11.08.2022 в порядке кассационного производства, при этом предельный срок на подачу кассационной жалобы на определение суда первой инстанции от 26.04.2022 не пропущен, суд кассационной инстанции считает возможным восстановить пропущенный ФИО2 срок на подачу кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, Общество 02.04.2019 заключило с  ФИО2 договор уступки прав (требования) №1, по условиям которого ФИО2 уступил должнику право требования к ФИО4 (бывшему руководителю должника) в сумме 13 700 000 руб.

В качестве оплаты уступленного права требования Общество передало в собственность ФИО2 нежилое помещение площадью 74,9 кв.м. с кадастровым номером 77:08:0011001:6208, находящееся по адресу: 

<

...>., стоимость которого определена сторонами в 12 789 000 руб.

Из договора следует, что требования к ФИО4 возникло у ФИО2 на основании договора займа от 20.03.2019, заключенного  ФИО2 и ФИО4

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий сослался на то, что ФИО2 является заинтересованным по отношению к Обществу лицом, поскольку при регистрации перехода права собственности на нежилое помещение должника и ответчика представляло одно и тоже лицо.

По мнению конкурсного управляющего, на фактическую аффилированность должника и ответчика также указывает то обстоятельство, что 20.03.2019 ответчик заключил с бывшим руководителем должника договор займа, по условиям которого передал последнему 13 700 000 руб., а  спустя 13 дней после предоставления займа ФИО2 уступил Обществу право требования к  ФИО4 и в качестве оплаты получил в собственность принадлежащее должнику нежилое помещение, которое спустя 2,5 месяца продал третьему лицу. 

Так как на дату совершения сделки Общество имело неисполненные денежные обязательства перед кредиторами, конкурсный управляющий полагал, что имеются предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации основания для признания оспариваемой сделки недействительной.

Суд первой инстанции признал доказанным наличие предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, в связи с чем определением от 26.04.2022 удовлетворил  заявленные конкурсным управляющим требования.

Проверив законность обжалуемого определения и обоснованность  доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 2 статьи 286 АПК РФ независимо от доводов, содержащихся в кассационной жалобе, арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, не нарушены ли арбитражным судом первой и апелляционной инстанций нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 288 названного Кодекса основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции, постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 288 АПК РФ рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в любом случае является основанием для отмены судебного приказа, решения, постановления арбитражного суда.

Проверив доводы ФИО2 относительно того, что он не был надлежащим образом извещен  судом первой инстанции о рассмотрении настоящего обособленного спора, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов настоящего обособленного спора, ФИО2 зарегистрирован по месту жительства по адресу: 197341, Санкт-Петербург, ул. 3-я линия 1-й половины, д. 6 А. 

Копия определения суда первой инстанции от 14.01.2022 о принятии заявления конкурсного управляющего к производству была направлена ФИО2 по указанному адресу.

Согласно отчету об отслеживании отправления, сформированному официальным сайтом Почты России, названное почтовое отправление прибыло в место вручения 22.01.2022, отправление хранилось в почтовом отделении  до 31.01.2022, 02.02.2022 возвращено органом почтовой связи в суд первой инстанции без вручения адресату в связи с истечением срока хранения.

В соответствии с частью 4 статьи 121 АПК РФ судебные извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства. 

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», в случае невозможности фактического вручения судебного извещения по всем адресам, по которым оно направлено судом на основании части 4 статьи 121 АПК РФ, это лицо считается извещенным надлежащим образом при наличии одного из условий части 4 статьи 123 АПК РФ.

Согласно части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если:

1) адресат отказался от получения копии судебного акта и этот отказ зафиксирован организацией почтовой связи или арбитражным судом;

2) несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд;

3) копия судебного акта не вручена в связи с отсутствием адресата по указанному адресу, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд с указанием источника данной информации.

Так как в материалах настоящего обособленного спора имеются доказательства направления судом первой инстанции копии судебного акта по адресу регистрации ФИО2 по месту жительства, и соответствующее почтовое отправление  возвращено органом почтовой связи в суд первой инстанции без вручения адресату в связи с истечением срока хранения, основания считать, что ФИО2 не был надлежащим образом извещен о рассмотрении настоящего обособленного спора, у суда кассационной инстанции отсутствуют.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63),  по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В данном случае заявление о признании Общества  банкротом принято судом к производству 16.12.2020, оспариваемый договор заключен 02.04.2019, то есть более чем за год, но менее чем за три года до указанной даты, таким образом, указанный договор может быть признан недействительным по основаниям, предусмотренным  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного  Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

 б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не до казано другой стороной сделки.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Признавая доказанным наличие предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, суд первой инстанции исходил из того, что в результате данной сделки должником в отсутствие равноценного встречного исполнения  отчуждено ликвидное имущество, которое могло быть включено в конкурсную массу, при этом ФИО2 не опроверг доводы конкурсного управляющего о фактической аффилированности по отношению к должнику и не раскрыл разумные экономические мотивы совершения данной сделки.

По мнению суда кассационной инстанции, указанные выводы суда первой инстанции соответствуют доказательствам, представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора, и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве.

Приведенные в кассационной жалобе ФИО2  доводы о том, что обстоятельства, на которые сослался суд первой  инстанции в обоснование вывода об аффилированности сторон оспариваемой сделки, в силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»  не являются основанием для вывода об аффилированности ФИО2 и ФИО4 и для вывода об принадлежности их к одной группе лиц (статья 9 Закона о защите конкуренции), не могут быть приняты.

Как полагает суд кассационной инстанции, конкурсным управляющим ФИО1 представлены достаточные доказательства, подтверждающие поведение Общества и ФИО2 в хозяйственном обороте, позволяющее, несмотря на отсутствие формальных критериев, сделать вывод  о фактической аффилированности данных лиц.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.04.2022 по делу № А56-97393/2020/сд.1 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2  – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

 М.В. Трохова