ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-10981/2019

г. Самара

24 мая 2022 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Александрова А.И., Поповой Г.О., 

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 17 мая 2022 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционную жалобу АО «Велес» на определение Арбитражного суда Самарской области от 24 марта 2022 года, вынесенное по заявлению ГУП СО «Самарский центр развития животноводства «Велес» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (дата рождения ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: с.Н-Мансуркино, Похвистневского района Самарской области, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, адрес регистрации: ул.Колцевая, 24, с. Н-Мансуркино, Похвистневский район, Самарская область),

с участием:

от Главы КФХ ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 04.06.2019,

от АО «Велес» - ФИО4 по доверенности от 09.03.2022,

установил:

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом), введении процедуры реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 22.04.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 25.12.2019 индивидуальный предприниматель глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5.

ГУП СО «Самарский центр развития животноводства «Велес» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, с учетом уточнения, о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО6 по обязательства должника в размере 13 949 779,00 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 24.03.2022 заявление ГУП СО «Самарский центр развития животноводства «Велес» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Велес» (правопреемник ГУП СО «Самарский центр развития животноводства «Велес») обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 17.05.2022.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель АО «Велес» поддержала апелляционную жалобу, просила ее удовлетворить, обжалуемое определение - отменить.

Представитель Главы КФХ ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии с п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Конкурсный кредитор должника обратился с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности на основании п.п. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО2 является единственным членом и одновременно руководителем Крестьянско-фермерского хозяйства, и обладает статусом контролирующего должника лица (далее также КДЛ). При этом ФИО6 является супругом ФИО2, то есть аффилированным лицом и в силу пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве признается также КДЛ.

Согласно сведениям ЕГРНИП ФИО6 в период с 21.03.2012 по 07.09.2019 являлся ИП Главой КФХ (ОГРНИП 312637208100036).

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Бремя доказывания отсутствия вины возложено на контролирующее должника лицо.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление от 21.12.2017 № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основании недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно пункту 56 Постановления от 21.12.2017 № 53, по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства).

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, т.е. лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ от 06.07.2016).

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Как предусмотрено абзацем 4 пункта 20 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям ст. 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе, установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Из указанных разъяснений следует, что возможность суда самостоятельно квалифицировать предъявленное требование, вовсе не исключает необходимость доказывания сторонами обстоятельств, входящих в предмет доказывания того или иного требования.

ГУП СО «Велес» в обосновании заявленных требований ссылается на следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.10.2019 по делу А55-10981/2019 требования ГУП СО «Велес» включены в реестр требований кредиторов ИП Главы К(Ф)Х ФИО2 в состав третьей очереди в размере 13 373 542 руб. 26 коп. Указанным определением установлено, что задолженность должника перед ГУП СО «Велес» вытекает из Договоров товарного кредита № 232 КРС-ТК от 30.08.2015, № 254 КРС-ТК от 03.12.2015, согласно которым в собственность должника передано 128 голов КРС на общую сумму 11 659 604 руб. 27 коп. Имущество в виде поголовья крупного рогатого скота, приобретенное должником на основании договоров товарного кредита, передано ГУП СО «Велес» в залог в счет исполнения обязательств по договорам товарного кредита.

В соответствии с анализом финансово-хозяйственной деятельности должника, подготовленным конкурсным управляющим по состоянию на 31.12.2018, единственным активом ИП Главы К(Ф)Х ФИО2 являлось поголовье крупного рогатого скота, переданное в товарный кредит ГУП СО «Велес».

Как установлено актами проверки наличия и сохранности имущества, составленными представителями ГУП СО «Велес» и должником, в хозяйстве ИП Главы К(Ф)Х ФИО2 за период с 31.01.2018 по 11.03.2019 наблюдается снижение поголовья крупного рогатого скота, находящегося в залоге:

актом от 31.01.2018 подтверждено наличие 128 голов КРС;

актом от 21.08.2018 подтверждено наличие 125 голов КРС;

актом от 19.10.2018 подтверждено наличие 73 голов КРС;

актом от 11.03.2019 подтверждено наличие 10 голов КРС;

актом от 16.10.2019 залоговое имущество отсутствует в полном объеме.

В отношении супруга ФИО6 кредитор указывает, что в период осуществления предпринимательской деятельности ФИО6 Министерством сельского хозяйства и продовольствия Самарской области в июле 2013 года предоставлен грант в размере 10 000 000 руб. на развитие семейной животноводческой фермы согласно Порядку предоставления в 2013-2015 годах грантов за счет средств областного бюджета крестьянским (фермерским) хозяйствам, осуществляющим свою деятельность на территории Самарской области, на развитие семейных животноводческих ферм, утвержденному постановлением Правительства Самарской области от 12.02.2013 № 30 (далее -Порядок). 

Данные обстоятельства подтверждаются решением Арбитражного суда Самарской области от 23.09.2015 по делу № А55-10814/2015 по иску Министерства сельского хозяйства и продовольствия Самарской области (далее - МСХП СО) к ИП Главе К(Ф)Х ФИО6 Указанным судебным актом установлено, что платежными поручениями от 16.07.2013 №4287886. №3611 ИП Главе К(Ф)Х ФИО6 предоставлен грант на общую сумму 10 000 000 руб. на развитие животноводческих ферм. В соответствии с соглашением, заключенным между МСХП СО и ИП Главой К(Ф)Х Зубаировым LII.X., и п. 6 Порядка получатель гранта обязан расходовать грант в срок, не превышающий 18 месяцев по каждому наименованию (статье) расходов, указанных в плане расходов. В качестве подтверждения расходования гранта по целевому назначению между ИП Главой К(Ф)Х ФИО6 и ООО «Агровек Сервис Групп» заключен Договор купли-продажи № 004 ТЛТ-013 МЦ от 19.07.2013, согласно которому продавец обязан передать в собственность покупателя модульный молочный цех в соответствии с условиями договора, а покупатель оплатить переданное оборудование. ИП Главой К(Ф)Х платежными поручениями № 74 от 22.07.2013, № 3 от 31.03.2014, № 8 от 25.02.2015 денежная сумма в размере 13 090 000 руб. перечислена ООО «Агровек Сервис Групп» в счет оплаты по договору купли-продажи от 19.07.2013. В связи с неисполнением обязательства по поставке оборудования ИП Глава К(Ф)Х ФИО6 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о взыскании оплаты с ООО «Агровек Сервис Групп» по Договору купли-продажи № 004 ТЛТ-013 МЦ от 19.07.2013. Согласно определению Арбитражного суда Самарской области от 26.08.2015 утверждено мировое соглашение в рамках дела № А55-12716/2015, согласно условиям которого стороны установили сроки поставки оборудования и сроки оплаты оставшейся части денежных средств. В соответствии с утвержденными судом условиями мирового соглашения ИП Глава КФХ ФИО7 обязуется произвести платежи по договору в следующей последовательности: платеж в размере 700 000 руб. подлежит уплате до 01.09.2015. платеж в размере 2 281 570, 00 руб. подлежит уплате до 20.12.2015, платеж в размере 1 785 730, 00 руб. подлежит уплате до 01.06. 2016; ООО «Агровек Сервис групп» обязуется предать товар «истцу» в срок: 45 рабочих дней с момента окончательного выполнения Истцом обязательств по оплате платежей, предусмотренных мировым соглашением: в размере 700 000,00 руб. до 01.09.2015 в размере 2 281 570,00 руб. до 20.12.2015.

Как следует из вышеуказанных обстоятельств, денежные средства ИП Главе К(Ф)Х ФИО6 предоставлены из средств областного бюджета для осуществления предпринимательской деятельности с целью развития семейной животноводческой фермы по переработке молочной продукции. В соответствии с утвержденными условиями мирового соглашения по делу № А55-12716/2015 исполнение обязательств сторон по договору купли-продажи оборудования - модульного молочного цеха должны были завершиться 01.06.2016.

Как следует из материалов настоящего дела, в период с 06.10.2015 по 12.12.2015 ГУП СО «Велес» в собственность ИП Главы К(Ф)Х ФИО2 передано 128 голов крупного рогатого скота молочного направления по Договорам товарного кредита № 232 КРС-ТК от 30.08.2015, № 254 КРС-ТК от 03.12.2015.

Согласно сведениям ЕГРИП ФИО2 зарегистрирована в качестве главы ИП Главы К(Ф)Х 23.01.2013 и прекращена деятельность 20.01.2020 в связи с принятием судом решения о признании банкротом 20.01.2020. ФИО6 осуществлял деятельность в качестве ИП Главы К(Ф)Х в тот же период, а именно с 21.03.2012 по 07.02.2019.

Одновременно представитель кредитора указывал, что по расчетным счетам должника проведены многочисленные платежные операции, что свидетельствует о выводе денежных средств.

Суд первой инстанции, оценив указанные доводы, запросив в материалы дела выписки по счетам, платежные поручения, а также пояснения со стороны должника, с места работы, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Сам факт оформлении доверенности на имя ФИО6 не свидетельствует о совершении им действий направленных на нарушение имущественных интересов кредиторов, кроме того ГУП СО «Велес» не раскрыло, какие именно сделки, действия, совершенные ФИО6 причинили вред кредиторам.

Как верно отмечено, одновременное осуществление предпринимательской деятельности супругами не может безусловно свидетельствовать о наличии сговора, направленного на вывод активов и незаконное освоение денежных средств.

В соответствии со статьей 5 ГК РФ граждане вправе заниматься производственной или иной хозяйственной деятельностью в области сельского хозяйства без образования юридического лица на основе соглашения о создании крестьянского (фермерского) хозяйства, заключенного в соответствии с законом о крестьянском (фермерском) хозяйстве.

Главой крестьянского (фермерского) хозяйства может быть гражданин, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя.

Согласно положениям статьи 86.1 ГК РФ крестьянское фермерское хозяйство может быть создано в качестве юридического лица и без образования юридического лица, что подтверждает п. 3 ст. 1 ФЗ «О крестьянском фермерском хозяйстве». 

При этом, крестьянское (фермерское) хозяйство может быть создано одним гражданином - главой крестьянского (фермерского) хозяйства в форме юридического лица или в качестве индивидуального предпринимателя (пункт 3 и 3 статьи 1 Федерального закона от 11 июня 2002 г. № 74-ФЗ "О крестьянском (фермерском) хозяйстве"). Следовательно, гражданин, осуществляющий крестьянское (фермерское) хозяйство, вправе выбрать одну из форм - быть индивидуальным предпринимателем или создать юридическое лицо.

В качестве недобросовестного поведения ответчиков заявитель указывал, что в период 2017-2019 с расчетного счета ФИО2 были перечислены денежные средства в адрес третьих лиц.

Согласно пояснениям должника, денежные перечисления по счетам должника составляют заработную плату должника (в размере 220 877 руб. из 485 424,82 руб. по счету № 408178104544012498540), часть денежных средств в размере 114 985 руб. (счет в АО «Почта Банк») направлена должником в целях продолжения лечения несовершеннолетнего сына, для осуществления поездок к врачам, что подтверждается копией выписки из медицинской карты, договорами на предоставление платных медицинских услуг, протоколами обследований и заключений специалистов, чеками об оплате. 

В отношении остальных денежных средств установлено, что должник является сотрудником социальной организации.

Автономная некоммерческая организация «Центр социального обслуживания населения Северо-Восточного округа» является унитарной некоммерческой организацией, не имеющей извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности. Дата государственной регистрации 02 марта 2017 года.

Организация осуществляет свою деятельность в соответствии с Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом Российской Федерации «О некоммерческих организациях», Уставом и другими нормативными актами, регулирующими создание и деятельность некоммерческих организаций на территории Российской Федерации.

Целью создания и деятельности Организации является предоставление услуг в сфере социального обслуживания населения, в том числе инвалидов.

Предметом деятельности Организации является социальное обслуживание на дому, а также в полустационарной форме граждан, проживающих на территории городского округа Похвистнево и муниципальных районов Похвистневский, Исаклинский, Камышлинский, Клявлинский.

Для реализации предмета деятельности Организация предоставляет следующие виды социальных услуг:

1) социально-бытовые, направленные на поддержание жизнедеятельности получателей социальных услуг в быту;

2) социально-медицинские, направленные на поддержание и сохранение здоровья получателей социальных услуг путем организации ухода, оказания содействия в проведении оздоровительных мероприятий, систематического наблюдения за получателями социальных услуг для выявления отклонений в состоянии их здоровья;

3) социально-психологические, предусматривающие оказание помощи в коррекции психологического состояния получателей социальных услуг для адаптации в социальной среде, в том числе оказание психологической помощи анонимно с использованием телефона доверия; 

4) социально-педагогические, направленные на профилактику отклонений в поведении и развитии личности получателей социальных услуг, формирование у них позитивных интересов (в том числе в сфере досуга), организацию их досуга, оказание помощи семье в воспитании детей;

5) социально-трудовые, направленные на оказание помощи в трудоустройстве и в решении других проблем, связанных с трудовой адаптацией;

6) социально-правовые, направленные на оказание помощи в получении юридических услуг, в том числе бесплатно, в защите прав и законных интересов получателей социальных услуг;

7) услуги в целях повышения коммуникативного потенциала получателей социальных услуг, имеющих ограничения жизнедеятельности, в том числе детей-инвалидов;

8) срочные социальные услуги.

Социальные услуги могут предоставляться бесплатно, на условиях частичной или полной оплаты.

Организация вправе предоставлять получателям социальных услуг по их желанию, за плату дополнительные услуги в соответствии с целями деятельности и действующим законодательством.

Конкретный перечень социальных услуг по видам устанавливается федеральными и региональными нормативно-правовыми актами, нормативными актами Организации.

В соответствие с ответом АНО «Центр социального обслуживания населения Северо-Восточного округа» от 21.01.2022 за оказанные социальные и платные социальные услуги, в свою очередь полученные от получателей социальных услуг Новомансуркинского Отделения Социального Обслуживания на Дому муниципального района Похвистневский информируем, что за период с декабря 2018 года по май 2019 года всего получена сумма в размере 337 553 рубля 63 копейки в том числе по датам:

Расчетный счет № 

<

***>

Расчетный счет № 

<

***>

дата

Сумма, руб.

дата

сумма

26.12.2018

20 052,50

01.02.2019

2 789,89

30.12.2018

10 736,99

31.03.2019

2 458,33

31.12.2018

18 575,05

01.04.2019

8 260,86

31.01.2019

25 105,00

02.04.2019

640,24

01.02.2019

27 446,54

 

28.02.2019

39 274,10

 

02.03.2019

13 532,88

 

03.03.2019

4 088,12

 

31.03.2019

40 092,89

 

01.04.2019

7 680,87

 

01.05.2019

24 197,50

 

03 05 2019

34 072,14

 

31.05.2019

58 549,73

 

ИТОГО

323 404,31

Итого

14 149,32

 

Таким образом, перечисления, которые заявитель считает оспоримыми сделками, являются компенсационными выплатами в соответствие с трудовой деятельность ФИО2

Указать точный перечень назначений всех компенсационных выплат не представляется возможным по причине защиты персональных данных подопечных АНО «Центр социального обслуживания населения Северо-Восточного округа».

Иные сделки заявителем не указаны, судебных актов о признании недействительными сделками в рамках дела о банкротстве нет. При этом деятельность ФИО6 не подлежит рассмотрению в рамках настоящего дела о банкротстве.

Кроме того, общий размер совершенных платежей не отвечает критерию существенности и не являются причина объектного банкротства. 

Как отметил суд первой инстанции, причинами банкротства является падеж крупного рогатого скота и как следствие невозможность выплатить денежные средства по кредиту.

В материалы дела должником представлены копии актов № 1 - № 38 на выбытие животных и птицы (в/забой) за период с февраля 2018 по февраль 2020 года, согласно которым выбыло 108 голов, указаны причины выбытия. В отношении 14 голов  должник пояснил, что 16.10.2018 возбуждено уголовное дело по факту хищения 16.09.2018 голов КРС общей стоимостью 930 000 руб. 

В соответствии с п. 2, 3 Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» при наличии у должника статуса индивидуального предпринимателя возможно возбуждение и рассмотрение только одного дела о его банкротстве. Возбуждение и рассмотрение одновременно двух дел о банкротстве такого лица - как гражданина и как индивидуального предпринимателя - не допускается.

Положения Закона о банкротстве, касающиеся банкротства граждан, не применяются к отношениям, связанным с банкротством крестьянских (фермерских) хозяйств, в том числе когда заявление о признании банкротом подается в арбитражный суд в отношении гражданина, являющегося одновременно индивидуальным предпринимателем - главой крестьянского (фермерского) хозяйства (пункт 2 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Банкротство крестьянских (фермерских) хозяйств осуществляется по общим правилам Закона о банкротстве с особенностями, установленными параграфом 3 главы X указанного Закона, что отражено в определении Арбитражного суда Самарской области от по настоящему делу. 

В силу прямого указания п. 4 статьи 86.1 ГК РФ члены КФХ, созданного в качестве юридического лица, несут по обязательствам последнего субсидиарную ответственность, однако согласно ч. ч. 1 и 2 ст. 399 ГК РФ, до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Кредитор не вправе требовать удовлетворения своего требования к основному должнику от лица, несущего субсидиарную ответственность, если это требование может быть удовлетворено путем зачета встречного требования к основному должнику либо бесспорного взыскания средств с основного должника.

Из норм ч. ч. 1 и 2 ст. 399 ГК РФ следует, что они являются императивными и не позволяют сторонам установить какие-либо иные дополнительные условия привлечения субсидиарного должника к ответственности.

При этом ч. 1 названной статьи прямо указывает на то, что к субсидиарной ответственности может быть привлечено лицо только по обязательствам другого лица.

В настоящем случае, должником в деле о банкротстве ИП Главы КФХ ФИО2  и ответчиком в настоящем споре является одно и то же лицо. Наличие у должника в деле о банкротстве статуса Главы КФХ данное обстоятельство не изменяет.

Доказательств наличия иных членов КФХ в материалы дела в нарушении положений ст. 65 АПК РФ не представлено.

Гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание (пункт 1 статьи 24 ГК РФ).

Однако, конкурсную массу крестьянского (фермерского) хозяйства составляет имущество, принадлежащее на праве общей собственности членам этого хозяйства. Перечень имущества (вещи и имущественные права) установлен пунктом 1 статьи 221 Закона о банкротстве.

Имущество, принадлежащее главе крестьянского (фермерского) хозяйства и членам крестьянского (фермерского) хозяйства на праве собственности, а также иное имущество, в отношении которого доказано, что оно приобретено на доходы, не являющиеся общими средствами крестьянского (фермерского) хозяйства, не включается в конкурсную массу (пункт 3 статьи 221 Закона о банкротстве).

Таким образом, Закон о банкротстве разделяет имущество КФХ и личное имущество ИП главы КФХ.

В том случае, если конкретными виновными действиями ИП главы КФХ должнику будут причинены убытки, то ответственность ИП главы КФХ не может быть ограничена исключительно имуществом, внесенным в состав имущества КФХ, а такое лицо должно будет в порядке субсидиарной ответственности отвечать всем своим имуществом, в том числе личным и не внесенным в состав имущества КФХ, иное означало бы возможность ухода виновного лица от материальной ответственности и нарушило бы права кредиторов должника.

Соответственно, в зависимости от конкретных действий ИП главы КФХ лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Судом первой инстанции установлено отсутствие личного имущества у ФИО2 и ФИО6 (согласно ответам из Росреестра от 06.07.2021, справкам ГИБДД).

Документов, опровергающих данный вывод, в суд не представлено.

Относительно довода о возможности взыскания убытков с ответчиков, в порядке п. 20 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

Необходимость определения предмета объема и предмета доказывания при взыскании убытков с контролирующего должника лица по правилам статей 15, 393 ГК РФ закреплена также в абзаце 3 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".

Для взыскания убытков необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: наличие убытков, противоправное поведение ответчика (вина ответчика, неисполнение им своих обязательств), причинно-следственную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств и непосредственно размер убытков.

Только совокупность всех данных признаков позволяет принять решение о взыскании убытков.

Как верно отмечено, в данном случае, по существу, под убытками конкурсный кредитор понимает задолженность ИП – Главы КФХ ФИО2, перед кредиторами, которая включена в реестр. 

Между тем, само по себе наличие включенной в реестр задолженности не свидетельствует о причинении кредиторам убытков, что свидетельствует об отсутствии совокупности для взыскания убытков. 

Действия ФИО6 по получению гранта, заключения договоров купли-продажи модульного молочного цеха и на поставку оборудования не свидетельствуют о недобросовестном поведении ответчика. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии необходимых для удовлетворения заявления ГУП СО «Самарский центр развития животноводства «Велес»  о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности фактических и правовых оснований.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции и признаны несостоятельными, поскольку данные доводы не опровергают установленные по делу обстоятельства.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции всесторонне и полно исследованы обстоятельства и представленные сторонами доказательства, имеющие существенное значение для разрешения спора, представленным доказательствам судом дана надлежащие оценка, с которой суд апелляционной инстанции согласен.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции установлены объективные причины банкротства должника, связанные с гибелью крупного рогатого скота и как следствие невозможность выплатить денежные средства по кредиту.

В материалы дела должником представлены копии актов № 1 - № 38 на выбытие животных и птицы (в/забой) за период с февраля 2018 по февраль 2020 года, согласно которым выбыло 108 голов, указаны причины выбытия. В отношении 14 голов  должник пояснил, что 16.10.2018 возбуждено уголовное дело по факту хищения 16.09.2018 голов КРС общей стоимостью 930 000 руб. 

Доказательств, позволяющих суду сделать вывод о том, что какая-либо часть имущества (рогатого скота) утрачена в связи с виновным бездействием ответчиков, в том числе по непринятию мер по его надлежащему содержанию, в материалы настоящего спора не представлено. 

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Самарской области от 24 марта 2022 года по делу А55-10981/2019 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

При этом, заявитель жалобы сменил организационно - правовою форму (ГУП на АО), поэтому в порядке ст. 48 АПК РФ необходимо произвести правопреемство в апелляционном производстве: ГУП СО «Самарский центр развития животноводства «Велес» на АО «Велес».

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Произвести правопреемство ГУП СО «Самарский центр развития животноводства «Велес» заменить на АО «Велес» 

Определение Арбитражного суда Самарской области от 24 марта 2022 года по делу А55-10981/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 А.И. Александров

                                                                                                                Г.О. Попова