АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-286/12 

Екатеринбург

26 сентября 2022 г.

 

Дело № А60-44672/10

Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 сентября 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Артемьевой Н. А., Оденцовой Ю. А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кружковой А.В., рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Томская Пресс служба» - ФИО1,  ФИО11 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.04.2022 по делу № А60-44672/10 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представители:

ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 04.06.2021);

ФИО5 – ФИО6 (паспорт, доверенность от 12.01.2022);

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Томская Пресс Служба» ФИО1  – ФИО7 (паспорт, доверенность от 24.12.2021).

В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа явку обеспечили представители:

ФИО11 – ФИО8 (паспорт, доверенность от 14.02.2020);

комитета кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Томская Пресс Служба» – ФИО2 (лично, паспорт, протокол от 08.04.2015).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили.

В рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Томская Пресс Служба» (далее – общество «Томская Пресс Служба») 20.05.2014 конкурсный управляющий ФИО9 обратился в суд с заявлением о привлечении руководителя должника ФИО10 (далее – ФИО10) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Определением от 09.09.2014 производство по заявлению конкурсного управляющего приостановлено до реализации конкурсной массы и проведения расчетов с кредиторами. 

В суд 18.12.2020 поступило заявление ФИО11 (далее – ФИО11) о привлечении ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО10 к субсидиарной ответственности. 

Определением от 06.03.2020 производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО9 о привлечении руководителя должника ФИО12 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника возобновлено, заявления конкурсного управляющего и заявление ФИО11 о привлечении ФИО5, ФИО3, ФИО10 к субсидиарной ответственности объединены в одно производство для совместного рассмотрения. 

Определением от 14.01.2021 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечена ФИО13 (далее – ФИО13). 

В суд 07.09.2021 поступило ходатайство ФИО3 о выделении заявления ФИО11 о привлечении ФИО5, ФИО3, ФИО13, ФИО10, ФИО14 (далее – ФИО14), ФИО15 (далее – ФИО15) к субсидиарной ответственности (заявление от 17.12.2019), поступившего в Арбитражный суд Свердловской области 18.12.2019, в отдельное производство. 

Определением от 08.09.2021 в удовлетворении ходатайства отказано. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.04.2022 взыскано с ФИО10 в пользу общества «Томская Пресс Служба» 41 129 690,99 руб. в порядке субсидиарной ответственности, в остальной части в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 определение суда первой инстанции от 11.04.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, в Арбитражный суд Уральского округа обратились председатель комитета кредиторов общества «Томская Пресс Служба» ФИО2 (далее – ФИО2), конкурсный управляющий ФИО1 (далее – Беспечный А.А., конкурсный управляющий), кредитор ФИО11

ФИО2 в кассационной жалобе ссылается на то, что суды не исследовали и не установили все обстоятельства, необходимые для правильного разрешения дела.

Кассатор считает, что судебные акты не содержат оценки представленных в дело доказательств и оценки отчетов-оценщиков (в том числе отчет эксперта ФИО16, отчет индивидуального предпринимателя ФИО17), не указаны мотивы отклонения доводов заявителей.

Кассатор утверждает, что рыночная стоимость  имущества, находящегося по адресу 

<

...> является заниженной в несколько раз, что подтверждается не только отчетами об оценке, но и кредитными соглашениями и договором ипотеки относительно данного имущества, о чем ФИО3 была осведомлена, однако суды не дали оценки данным доводам.

Кассатор указывает, что в постановлении суда апелляционной инстанции от 18.03.2022 по делу № А67-6305/21 установлено, что в состав убытков, взысканных в пользу общества с ограниченной ответственностью «Магнит М» с ФИО5, входила в том числе задолженность общества «Томская Пресс Служба» перед обществом с ограниченной ответственностью «Магнит М», таким образом, получение денежных средств в размере 1 769 439,38 руб. от общества «Томская Пресс Служба» и от ФИО5, создавало для общества неосновательное обогащение в виде двойной оплаты, соответственно, требование общества с ограниченной ответственностью «Магнит М» в размере 3 136 639,07, включенное в реестр требований кредиторов должника, является погашенным.

Кассатор также обращает внимание на то, что суды не дали надлежащей оценки доводам о том, что ФИО10, ФИО5 являлись инициаторами вывода активов, а ФИО3, конечным выгодоприобретателем по сделке по отчуждения здания по адресу 

<

...>.

Конкурсный управляющий Беспечный А.А., в свою очередь, ссылается в кассационной жалобе на то, что суды не исследовали и не установили все обстоятельства, необходимые для правильного разрешения дела.

Кассатор считает, что суд апелляционной инстанции не оценил доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего относительно выводов суда первой инстанции по заключениям экспертов.

Кассатор утверждает, что выводы суда об отсутствии доказательств заниженной стоимости недвижимости не соответствуют материалам дела.

Кассатор обращает внимание, что в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции стороны были лишены возможности ходатайствовать о вызове эксперта, или о назначении повторной экспертиз, суд апелляционной инстанции в указанном ходатайстве необоснованно отказал.

Кассатор считает, что суды не исследовали вопрос о пропуске ФИО11 срока на обращение с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Кассатор полагает, что судами также не исследован вопрос о наличии у ответчиков статуса контролирующих должника лиц, вопрос о наличии причинно-следственной связи между их действиями и наступившим банкротством должника.

Кассатор ссылается на то, что суды необоснованно не приняли во внимание заключение эксперта.

Заявитель утверждает, что имущество, отчужденное ФИО3 по договору купли-продажи от 21.09.2010 является единственным ликвидным активом, продажа которого по рыночной цене позволила бы рассчитаться с кредиторами и предотвратить банкротство должника.

Кассатор считает, что выводы суда апелляционной инстанции о непредставлении доказательств значимости сделки, ее существенной убыточности и злонамеренности действий контролирующих должника лиц не соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам, в том числе определению суда первой инстанции от 18.11.2017, давшему оценку соглашению о разделе активов, определению суда первой инстанции от 30.12.2013, признавшему недействительным договор купли-продажи от 09.08.2010.

Кассатор полагает, что суд апелляционной инстанции необоснованно отклонил доводы о размере субсидиарной ответственности в связи с погашенным требованием общества с ограниченной ответственностью «Магнит М», так как отсутствие в реестре требований кредиторов отметки о погашении требования, самого погашения не отменяет.

Кассатор считает, что суды нарушили нормы процессуального права, так как до оглашения резолютивной части судебного акта суд не выражал сомнений относительно доводов эксперта, никто из участников дела также их не оспаривал, указанные вопросы суд на обсуждение участников спора не выносил, таким образом участники процесса были лишены процессуального права ходатайствовать о вызове эксперта, либо о проведении повторной экспертизы.

Кассатор утверждает, что сделав вывод о том, что заключение эксперта является недопустимым доказательством, суд фактически принял судебный акт об обязанностях эксперта, предрешив исход возможного спора между ФИО11, оплатившим экспертизу, и самим экспертом.

Доводы кассационной жалобы ФИО11 аналогичны доводам кассационных жалоб ФИО2 и конкурсного управляющего. 

Отзыв общества с ограниченной ответственностью «РегионПромТехСнаб» на кассационные жалобы приобщен судом округа к материалам кассационного дела, кредитор просит оставить обжалуемые судебные акты в части привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности без изменения, считает что судебные акты в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного кредитора ФИО11 подлежат отмене.

Отзыв ФИО5 приобщен судом округа в материалы кассационного дела, полагает, что обжалуемые судебные акты законны и обоснованы, просит отказать в удовлетворении жалоб кассаторов.

В ходатайстве о приобщении отзыва ФИО3 отказано в виду отсутствия надлежащих доказательств направления отзыва лицам, участвующим в деле. Отзыв фактическому возврату не подлежит, так как был направлен в электронном виде через систему «Мой Арбитр».

Ходатайство конкурсного управляющего о приобщении доказательств направления кассационной жалобы лицам, участвующим в деле, удовлетворено судом округа.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационных жалоб.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) общество «Томская Пресс Служба» зарегистрировано в качестве юридического лица 30.06.1997. 

Протоколом собрания участников общества «Томская Пресс Служба» от 11.01.2010 в составе ФИО10 (25 %), ФИО5 (25 %), закрытого акционерного общества «ИнвестТехноПром» (50%) в лице директора ФИО14, на должность директора избран ФИО10 

Определением от 25.01.2011 в отношении общества «Томская Пресс Служба» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО18 

Решением от 30.09.2011 в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО19 

Определениями от 08.10.2014 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утвержден Беспечный А.А. 

ФИО9 20.05.2014 руководствуясь тем, что бывшим руководителем должника не исполнена обязанность по передаче бухгалтерских документов и материальных ценностей, обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (указанный обособленный спор был приостановлен и возобновлен в последующем). 

Кроме того, 18.12.2019 (через 8 лет после признания должника банкротом) с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО5, ФИО10 обратился конкурсный кредитор ФИО11

В качестве оснований о привлечении к субсидиарной ответственности кредитор указал на совершение сделок по реализации активов должника по заниженной стоимости, что привело к невозможности погашения требований кредиторов.

Судами установлено, что 29.06.2010 между ФИО10 и ФИО5 было заключено соглашение о разделе активов, приобретенных в результате совместной деятельности. 

В соответствии с условиями соглашения, к ФИО5 или указанным им третьим лицам подлежало переходу в собственность следующее имущество, принадлежащее обществу «Томская Пресс Служба»: 

- нежилые помещения общей площадью 929,2 кв.м., этаж 1.1, номера на поэтажном плане п001.1001-1045, расположенные по адресу: 

<

...>, - нежилое помещение общей площадью 904,10 кв. м., этаж второй, номер на поэтажном плане 2001-2031, - нежилое помещение общей площадью 896,7 кв. м., этаж третий, номера на поэтажном плане 3001-3048, - нежилые помещения общей площадью 907,2 кв. м., этаж четвертый, номера на поэтажном плане 4001-40448, пом. у4, расположенные по адресу 

<

...>, а также земельный участок, с категорией земель: земли поселений, общей площадью 1 414 кв. м., с кадастровым (или условным) номером 70:21:0200018:0201, расположенный по тому же адресу. 

В дальнейшем, на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2010 общество «Томская Пресс Служба» произвело отчуждение вышеуказанных объектов в пользу ФИО3 

Согласно условиям договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2010 покупная цена отчуждаемого имущества составила 15 968 649,57 руб., включая НДС. 

Вместе с тем, как указывает ФИО11, из отчета № 1021- А/2010 Об оценке рыночной стоимости нежилых помещений по адресу: 

<

...>, от 31.11.2010, итоговая рыночная стоимость прав собственности на дату оценки составляла 126 730 000 руб. 

Соответственно, по мнению ФИО11, указанная сделка купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2010 совершалась по существенно заниженной цене, что является крайне невыгодным как для общества «Томская Пресс Служба», так и его кредиторов. 

Представитель комитета кредиторов ФИО2, а также конкурсный управляющий позицию ФИО11 поддерживали. 

Ответчики Земаны возражали относительно удовлетворения заявленных к ним требований, ссылаясь как на отсутствие оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности, так и на пропуск срока исковой давности. 

В суд 16.03.2020 поступило ходатайство ФИО5 и ФИО3 о назначении судебной экспертизы. Также ходатайство о назначении судебной экспертизы поступило от конкурсного кредитора ФИО11 (в уточненном виде – 21.07.2020). 

Определением от 03.08.2020 назначена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости спорных объектов недвижимости. 

Проведение экспертизы было поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Бюро оценки «ТОККО» ФИО16. 

На разрешение эксперта был поставлен вопрос о рыночной стоимости вышеуказанных объектов недвижимости по состоянию на 21.09.2010, с учетом обременений, установленных: - договором об ипотеке № 721 /47000000021-з01 от 23.05.2006 на сумму 7 593 828,41 руб., - договором об ипотеке № 721/00580000033-з01 от 28.02.2007 на сумму 4 806 543,88 руб., - договором об ипотеке № 721/00580000306-з02 от 21.02.2008 на сумму 14 608 921,43 руб., - договором об ипотеке № 721/1440000087-з01 от 06.08.2009 на сумму 14 959 137,06 руб., - договором аренды с НГОУ «Современная гуманитарная академия» № 1/1-08 от 27.03.2008. 

Согласно поступившему 14.01.2021 заключению эксперта № 900- Э/2020 стоимость вышеуказанных объектов с учетом обременений составила без учета обременений – 101 730 000 руб., а с учетом обременений – 59 761 569,22 руб.  

ФИО11 также считал, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО14 и ФИО15 

В обоснование указывал на следующие обстоятельства. ФИО14 учреждено закрытое акционерное общество «ИнвестТехноПром» (далее – общество «ИнвестТехноПром», участник должника с долей 50%) с уставным капиталом 25 000 000 руб., состоящим из 25 000 обыкновенных акций стоимостью 1000 руб. Между ФИО14 (продавец) и ФИО15 (покупатель) 15.12.2009 заключен предварительный договор купли-продажи обыкновенных ценных бумаг. Согласно пункту 1.1 предварительного договора продавец и покупатель обязуются в будущем заключить договор купли-продажи бездокументарных обыкновенных именных акций общества «ИнвестТехноПром», зарегистрированного 14.10.2009, в количестве 12 500 штук номинальной стоимостью 1000 руб. каждая. Между ФИО14 (продавец) и ФИО15 (покупатель) 15.09.2010 заключен договор купли-продажи обыкновенных ценных бумаг, указанных в предварительном договоре. ФИО14 15.09.2010 выдано передаточное распоряжение на отчуждение ФИО15 12 500 обыкновенных бездокументарных именных акций общества «ИнвестТехноПром», на основании которого сделана запись № 001 в системе реестра акционеров данного общества. Таким образом, 15.09.2010 ФИО15 приобрел право собственности на 12 500 бездокументарных обыкновенных именных акций общества «ИнвестТехноПром», что составляет 50 % от общего количества акций данного акционерного общества, следовательно, акционерами общества «ИнвестТехноПром» являлись ФИО14 - 50% акций, ФИО15-50 % акций. 

ФИО11 полагал, что ФИО15 является родственником ФИО5, ФИО3, так как никем из лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, не раскрываются мотивы, послужившие основаниями для включения общества «ИнвестТехноПром» в состав участников общества «Томская пресс служба», для приобретения ФИО15 акций общества «ИнвестТехноПром» за 12,5 млн. рублей, а его участие в акционерном капитале общества «ИнвестТехноПром» прикрывает интересы ФИО5, ФИО3 в незаконном выводе имущества, принадлежащего обществу «Томская пресс служба». 

Согласно выписки из ЕГРЮЛ деятельность общества «ИнвестТехноПром» прекращена с 02.04.2019 года. 

Определением от 14.04.2021 ФИО14 и ФИО15 привлечены соответчиками по заявлению ФИО11 о привлечении к субсидиарной ответственности.

Удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности и отказывая в удовлетворении требований о взыскании солидарно с ФИО10, ФИО3, ФИО5, ФИО13, ФИО15, ФИО14, суды руководствовались следующим. 

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта. 

Между тем действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. 

Подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности. 

Вместе с тем следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров. 

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий и кредитор заявляют о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности имели место до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», (далее - Закон № 266-ФЗ) то настоящий спор в указанной части подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьями 9, 10 Закона о банкротстве в редакции Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 29.12.2014) «О несостоятельности (банкротстве)» (с изм. и доп., вступ. в силу с 29.01.2015).

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена. 

Согласно пункту 4 статьи 10 Закон о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абзац 4 пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве). 

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Рассматривая требования конкурсного управляющего в части не исполнения ФИО10 обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника, суды, руководствуясь вышеназванными нормами права, соответствующими разъяснениями, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что на основании определения от 27.12.2011 по настоящему делу суд обязал ФИО10 предоставить сведения, в том числе о наличии акций, облигаций, ценных бумаг, установив факт неисполнения бывшим руководителем должника обязанности по передаче указанной документации общества конкурсному управляющему, отмечая, что не передача бывшим руководителям каких-либо документов относительно деятельности должника, привела к невозможности формирования конкурсной массы, оспаривания сделок, взыскания дебиторской задолженности и погашения требований кредиторов, а также осуществления иных мероприятий в рамках процедуры банкротства должника, суды пришли к выводу о наличии причинно-следственной связи между не передачей контролирующими должника лицами документации конкурсному управляющему и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, и, как следствие, наличию оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в определенном, согласно расчету конкурсного управляющего, размере непогашенных требований в общей сумме 41 129 690,99 рублей.

Отклоняя доводы ФИО2 об уменьшении размера субсидиарной ответственности в виду погашения требований кредитора общества «Магнит М» суды верно отметили отсутствие доказательств погашения данных требований, а также то, что данный довод не был предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции при этом обратил внимание на то, что ответчик и конкурсный управляющий не лишены права обратиться в суд с заявлением о пересмотре размера субсидиарной ответственности ФИО10, при том на права кредиторов, выбравших в качестве способа погашения уступку прав требования погашение требований общества «Магнит М» в ином деле нарушены не будут.

Относительно привлечения к субсидиарной ответственности иных ответчиков суды пришли к выводу об отсутствии основания для удовлетворения заявленных требований, основываясь на следующем. 

Отклоняя довод о необоснованном непринятии судами экспертного заключения, доказывающего, по мнению заявителей, заниженную стоимость объектов недвижимости при реализации 21.09.2010, суды руководствовались установленными обстоятельствами, а именно, суд первой инстанции не принял экспертное заключение в качестве доказательства, подтверждающего стоимость спорных объектов по следующим причинам:

- как указано на странице 21 заключения, на этапе сбора информации эксперту не удалось собрать достаточное количество документально подтверждённых данных о состоявшихся сделках купли-продажи аналогичных объектов, в связи с чем эксперт использовал данные по ценам предложения (публичных оферт) аналогичных объектов. Однако публичные оферты, источником которых указан Информационный центр недвижимости «Орис», в материалы дела представлены лишь частично – страницы 46-48 заключения. Из трех объявлений о продаже в отношении двух указано «сняли с продажи», в отношении третьего – «не отвечает», что свидетельствует о невозможности при определении рыночной стоимости ориентироваться на данные аналоги, 

- экспертное заключение не содержит анализ рынка в тех его сегментах, к которым относятся фактическое использование оцениваемого объекта, что противоречит пунктам 10 и 11 Федерального стандарта оценки «Оценка недвижимости (ФСО N 7)», утверждённого приказом Минэкономразвития России от 25.09.2014 № 611. По мнению суда, игнорирование данного правила, по меньшей мере, не позволило проанализировать тенденции на рынке аренды офисных помещений (объём предложений, спрос, заполненность офисных центров и т.д.), а также сопоставить соответствие объектов-аналогов среднерыночной стоимости квадратного метра офисного помещения.

Таким образом, суды, установив данные обстоятельства, учитывая, что согласно договору № РНО-30/471-06 купли-продажи недвижимого имущества от 24.05.2006 общество «Томская Пресс Служба» приобрело спорные объекты недвижимости ранее за 20 719 500 руб., учитывая отсутствие доказательств того, что спорные объекты недвижимости были отчуждены обществом «Томская Пресс Служба» в пользу ФИО3 по заведомо заниженной стоимости, пришли к выводу о достоверности стоимости объектов недвижимости, основанной на ранее заключенной сделке от 24.05.2006 года.

Судами также обращено внимание на то, что ранее определением от 13.05.2014 по настоящему делу в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании сделки по отчуждению спорных объектов недвижимости отказано в виду аналогичного вывода суда о недоказанности факта неравноценного встречного исполнения по оспариваемому договору и о пропуске срока исковой давности.

В отношении равноценности встречного исполнения обязательств по договору купли-продажи суд также указал, что при заключении оспариваемой сделки учитывалось, что отчуждаемые по договору купли-продажи объекты недвижимости являются предметом залога по договорам об открытии возобновляемой кредитной линии. С учетом вышеизложенного залоговая и рыночная стоимость имущества без учета обременений не могут являться ценой, рекомендуемой для целей совершения сделки купли-продажи в отношении такого имущества…». Правильность такого подхода подтвердил и суд апелляционной инстанции, указав, что отчет об оценке от 23.11.2010 № 1021-А/2010 не соответствует требованиям ст. 11 Федерального закона от 29.07.1998 «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и Федерального стандарта оценки «Требования к отчету об оценке», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 20.07.2007 № 254, а также исполнен в целях определения рыночной стоимости объектов недвижимости без учета существующих обременений в виде ипотеки в пользу ОАО «Банк ВТБ 24» и ЗАО «Внешторгбанк. Розничные услуги», а также долговременной аренды в пользу учреждения «Современная гуманитарная академия. Между тем, при заключении спорного договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.09.2010 его сторонами наличие ипотеки учитывалось, что подтверждается перечислением в тексте договора соответствующих договоров об ипотеке и договора аренды.

В дальнейшем, 16.09.2016 ФИО11 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договора купли-продажи недействительным по основаниям, аналогичным основаниям ранее рассмотренного заявления конкурсного управляющего должника ФИО9 Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.11.2016 по делу № №А60-44672/2010, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 22.02.2017 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 30.05.2017, производство по указанному заявлению ФИО11 в части оспаривания договора купли-продажи по статье 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ в связи с заявлением тождественных требований со ссылкой на ранее принятые арбитражным судом судебные акты, принятые по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника ФИО9

Учитывая вышеизложенные установленные обстоятельства дела, исходя из отсутствия доказательств причинения вреда должнику и его кредиторам действиями (бездействием) ФИО5, ФИО3, ФИО13, ФИО10 (в части данного эпизода), ФИО14, ФИО15, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, заслушав мнения сторон в судебном заседании, суд округа пришел к выводу, что судами верно и в полной мере установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для настоящего спора, им дана надлежащая правовая оценка.

Вопреки доводам кассаторов, выводы судов в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности являются достаточно обоснованными и доводами кассационных жалоб не опровергаются. Действительно, несмотря на то, что договор купли-продажи от 21.09.2010 неоднократно был предметом рассмотрения в рамках дела о банкротстве должника и в признании данной сделки недействительной было отказано, обстоятельства и экономические последствия заключения данного договора могут быть заявлены в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности (что и было сделано заявителями). Однако суды в настоящем обособленном споре при отклонении доводов заявителей о недобросовестности ответчиков не указывали в качестве единственного основания такого отказана на прямую преюдицию судебных актов об итогах рассмотрения спора о признании сделки недействительной. Напротив,  рассмотрели вопрос о равноценности/неравноценности сделки и наличию / отсутствию недобросовестности ответчиков при ее заключении - по существу; суд первой инстанции назначил судебную экспертизу, и, проведя проверку представленных в материалы дела отчетов (заключение экспертизы является одним из доказательств, подлежащих оценке судом), а также первичных документов, представленных ответчиками, оценил в совокупности представленные доказательства и пришел к выводу о недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности.  Мотивы принятия/непринятия того, или иного доказательства, результаты их оценки подробно изложены судом первой в обжалуемом судебном акте.

В связи с изложенным, суд кассационной инстанции считает доводы кассаторов несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, - в том числе довод о том, что суды нарушили нормы процессуального права, так как до оглашения резолютивной части обжалуемого судебного акта суд не выражал сомнений по поводу заключения эксперта, в связи с чем участники процесса были лишены права ходатайствовать о вызове эксперта, либо о проведении повторной экспертизы. На всем протяжении спора ответчики Земаны не соглашались с рыночной стоимостью спорных объектов, которую приводили заявители, а также которая была указана в экспертном заключении (после его поступления в материалы дела). Суд первой инстанции в результате оценки представленных доказательств приводит итоговые результаты именно в мотивировочной части итогового судебного акта, изготовленного в полном объеме. 

Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений (пункт 7 статьи 71 АПК РФ). 

Иные доводы, приведенные кассаторами в представленных жалобах, также отклоняются судом округа, как основанные на неверном толковании норм процессуального права и не свидетельствующие о незаконности выводов судов первой и апелляционной инстанции, направленные на переоценку обстоятельств, установленных судами нижестоящих инстанций.

Пределы рассмотрения дела в суде округа ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Несоответствия выводов судов представленным сторонами доказательствам или установленным на основании имеющейся доказательственной базы фактическим обстоятельствам и, как следствие, нарушений применения при разрешении спора норм материального права, судом округа не установлено. 

Процессуальных нарушений, в том числе являющихся в силу норм части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебного акта, судами при рассмотрении настоящего дела также не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.04.2022 по делу № А60-44672/10 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Томская Пресс служба» - ФИО1,  ФИО11 и ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                          Н.А. Артемьева 

 

                                                                                      Ю.А. Оденцова