959/2017-186599(1) 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65 http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-81036/2015

06 июня 2017 года

г. Санкт-Петербург

/сд1  Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2017 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 06 июня 2017 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Масенковой И.В. судей Глазкова Е.Г., Зайцевой Е.К. при ведении протокола судебного заседания: Афашаговой В.Ю. при участии: 

Банк: Карпенко Д.Ю. (дов. 14.04.17), Скоренко Е.Ю, (дов. 27.04.17)  Ядадияев Р.Х.: Цяпка А.С. (дов.20.05.17)  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-8278/2017) ПАО «Сбербанк России»  

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.03.2017 по делу № А56-81036/2015/сд.1 (судья Даценко А.С.), принятое заявлению ПАО «Сбербанк России» о признании сделки должника недействительной 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Беспалова А.А.  

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 02.03.2017 отказано в удовлетворении заявления ПАО  «Сбербанк России» (далее – Банк) о признании недействительной сделкой договора  цессии № 1 от 09.12.2015. заключенного между Беспаловым А.А. (далее - должник)  и Ядадияевым Р.Х. (далее – ответчик), и о применении последствий  недействительности сделки.  

 Сделка оспаривалась по основаниям пунктов 1 и 2 статьи 61.2 ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статей 10,  168 ГК РФ.  

 Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из  того, что представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о том,  что сделка имела место с участием должника, не была совершена при  неравноценном предоставлении, была совершена по номиналу уступленного права  и при встречном предоставлении за уступленное право, что исключает признание её  недействительной по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

 Судом учтены обстоятельства, установленные в рамках обособленного спора   № А56-81000/2013/тр8 при рассмотрении заявления Ядадияева Р.Х. о  процессуальном правопреемстве.  

 На определение суда Банком подана апелляционная жалоба, в которой  указано на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.  

 По мнению подателя жалобы, судом не учтено, что договор уступки был  заключен сторонами с целью безвозмездной передачи права требования, а именно  вывода в ущерб имущественным интересам кредиторов должника значительного  актива в виде дебиторской задолженности. При этом в материалах дела  отсутствуют доказательства реального встречного предоставления за уступленное  право, в связи с чем имеются основания для признания оспариваемой сделки  недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  Ответчиками не предоставлено доказательств, подтверждающих факт передачи  должнику денежных средств в размере, указанном в расписке, не доказано, как были  истрачены денежные средства должником, что опровергает условие договора  цессии о возмездности. В конкурсную массу должника данные денежные средства  не поступили, расчеты с кредиторами не произведены. Определение по делу № А56- 81000/2013/тр8 о замене кредитора правопреемником не является  преюдициальным, поскольку принято не по существу спора о признании сделки  недействительной. Фактически оспариваемый договор заключен в целях  причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка),  при том, что договор цессии был заключен после возбуждения дела о банкротстве  должника.  

 Податель жалобы просит отменить обжалуемый судебный акт и принять  новый об удовлетворении его заявления.  

 В письменных объяснениях по доводам апелляционной жалобы её податель  указал, что совершение сделки в период подозрительности (после возбуждения  дела о банкротстве должника) преследовало только цель причинения вреда  кредиторам должника; вопрос дальнейшего расходования средств, полученных, по  мнению должника, в счет уступленного права, судом первой инстанции не  исследовался; Ядадияев Р.Х. должен был удостовериться в том, что сделка не  нарушает прав кредиторов; представленные Ядадияевым Р.Х. доказательства  (налоговые декларации) не подтверждают финансовую возможность последнего  приобрести уступаемое право по номинальной стоимости, при том, что расчет, как  указал должник, был наличным.  

 В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий имуществом  должника Коробов К.В. поддержал позицию подателя апелляционной жалобы,  просил отменить обжалуемый судебный акт и принять новый об удовлетворении  заявления Банка.  

 В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель  подателя жалобы доводы апелляционной жалобы поддержал, представитель  Ядадияева Р.Х. просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.  

 Заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив  доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, выводы суда первой инстанции,  представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд признает  обжалуемый судебный акт подлежащим отмене.  

Из материалов дела следует, что заявление Банка о признании должника  банкротом принято к производству суда определением от 13.11.2015. Оспариваемая  сделка - договор цессии № 1 заключен между должником (цедент) и ответчиком  (цессионарий) 09.12.2015, т.е. после принятия заявления о признании должника  

банкротом, следовательно, для признания спорной сделки недействительной  достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Предметом договора цессии являлась уступка права (требования) к ЗАО  «СТИЛ-Трейд» (ИНН 7804137030) в размере 174 068 518,78 руб. В связи с  возбуждением в отношении указанного Общества производства по делу о  банкротстве и введении одной из процедур банкротства данная задолженность по  требованию Беспалова А.А. включена в реестр требований кредиторов ЗАО «СТИЛ- Трейд» с отнесением в третью очередь удовлетворения.  

Согласно пункту 1.5 оспариваемого договора цессии переход прав  (требований) считается состоявшимся с момента подписания данного договора.  

Пунктом 1.3 договора предусмотрена обязанность цессионария произвести  оплату уступленных прав в размере 174 068 518,78 руб.  

 В качестве доказательства оплаты уступленного права цессионарий  представил расписку от 10.12.2015, согласно которой цедент получил от  цессионария наличными 174 068 518,78 руб.  

 Определением суда от 20.04.2016 в рамках дела о банкротстве ЗАО «СТИЛ- Трейд» в обособленном споре по требованию Беспалова А.А. удовлетворено  заявление Ядадияева Р.Х.о процессуальной замене кредитора.  

 Полагая, что оспариваемый договор цессии является недействительной  сделкой по основаниям пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, Банк, как  кредитор-заявитель, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

 Суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу об отсутствии условий  для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве.  

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом  или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным  судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств  другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные  условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или)  иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным  исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача  имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость  переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения  обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного  исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого  встречного исполнения обязательств.  

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не  требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки,  поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может  устанавливаться исходя из условий сделки. На основании пункта 1 статьи 61.2  Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой  формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику  на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет  имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то  для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте  1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств,  определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности  

контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления Пленума ВАС № 63 от  23.12.2010).  

 В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ, право (требование),  принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им  другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на  основании закона. Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если  она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. Договор уступки  права требования предполагается возмездным, если из закона, иных правовых  актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Поскольку ни законом,  ни иными правовыми актами не предусмотрен безвозмездный характер уступки  требования, договор уступки права (требования) в любом случае носит возмездный  характер, только если в самом договоре не предусмотрено условие о  безвозмездности передачи требования.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с доводом подателя  апелляционной жалобы о том, что в контексте определения действий цессионария  как направленных на возмездное предоставление по договору цессии вопрос о  финансовой возможности последнего уплатить цеденту стоимость уступленного  права, равно как и дальнейшее расходование средств лицом, уступившим право  требования, подлежит обязательному разрешению.  

Расписка в получении цедентом наличных денежных средств в размере  174 068 518,78 руб. в счет оплаты стоимости уступленного права сама по себе не  является допустимым доказательством возмездности спорного договора  применительно к правовой позиции, сформированной в постановлении Президиума  ВАС РФ от 04.10.2011 № 6616/11 и постановлении Пленума ВАС РФ от 22.06.2012   № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве». Документы, подтверждающие, что Ядадияев Р.Х. имел достаточно  имущества для исполнения своих встречных обязательств по сделке, в деле  отсутствуют. Передачу указанной суммы путем наличного расчета стороны сделки  относимыми и допустимыми доказательствами не подтвердили. Задекларирование  Ядадияевым Р.Х. и его близкими родственниками доходов и расходов  применительно к разъяснениям, данным в абзаце втором пункта 77 Постановления  Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», не  доказывают реальность возмездного предоставления, подтвержденного  исключительно распиской. Доказательства расходования денежных средств в  случае их получения от ответчика должник не представил; его финансовый  управляющий в ходе процедуры реструктуризации долгов должника денежные  средства в размере стоимости уступленного права не выявил.  

При таких обстоятельствах, в данном случае у оспариваемой сделки имеются  признаки недействительности, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, что является достаточным основанием для вывода об обоснованности  заявления ПАО «Сбербанк России».  

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением  главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает  в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

Как установлено выше, наличие встречного предоставления за уступленное  право ни должником, ни ответчиком не подтверждено. Должником уступлено  принадлежащее ему имущественное право без какого-либо встречного  предоставления, что свидетельствует о причинении ему убытков.  

Указанное право могло быть реализовано в составе конкурсной массы.  Соответственно, отчуждение данного права повлекло причинение вреда и  кредиторам должника.  

Как разъяснено в пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63,  согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное  не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного  в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения  сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является  достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества.  

Согласно указанным положениям статьи 2 Закона о банкротстве,  недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и  обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью  имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения  должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Спорная сделка совершена после принятия заявления о признании должника  банкротом. Факт неисполнения должником денежного обязательства перед  кредитором-заявителем в течение длительного времени установлен определением  суда от 07.05.2016, которым в отношении должника введена процедура  реструктуризации долгов, требование Банка в размере 118 478 002,95 руб. признано  обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника. Таким  образом, исходя из даты возникновения у должника неисполненного денежного  обязательства перед Банком, на момент совершения сделки подтверждается  наличие у должника признаков неплатежеспособности.  

Учитывая изложенное, уступка права требования дебиторской задолженности  могла быть направлена на причинение вреда Банку как кредитору должника в  ситуации реализации значительного актива, неликвидность которого сторонами  сделки не доказана.  

Таким образом, спорная сделка отвечает основаниям недействительности,  предусмотренным также и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как  добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения,  ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и  законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении  необходимой информации.  

По общему правилу статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских  правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия, ничтожна.  

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой  необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не  намеревались создать соответствующие условия этой сделки правовые  последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным  условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.  Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую  сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.  

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для  вида ее формальное исполнение (абзац второй пункта 86 Постановления Пленума  ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»), которое по смыслу  изложенного абзаца может быть обличено в форму любых действий, обычно  совершаемых сторонами сделки, как если бы эта сделка не отвечала признакам  мнимости.  

В рассматриваемом случае, с учетом установленных выше обстоятельств,  подтверждающих недоказанность возмездности спорного договора цессии, такими  действиями суд апелляционной инстанции признает составление расписки в  получении в счет оплаты стоимости уступаемого права значительного количества  наличных денежных средств в размере 174 068 518,78 руб., а также обращение  Ядадияева Р.Х. в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве ЗАО  «СТИЛ-Трейд», с ходатайством о процессуальной замене кредитора Беспалова А.А.  в реестре требований кредиторов указанного должника. При этом, определение  суда, принятое по итогам рассмотрения данного ходатайства, не является  преюдициальным, как применительно к оспоримым основаниям недействительности  

договора цессии, так и ничтожным. Несмотря на то, что по основаниям статей 10,  168 ГК РФ сделка может быть признана недействительной и по инициативе суда, а  также, учитывая, что в определении суда о процессуальной замене кредитора в  деле о банкротстве ЗАО «СТИЛ-Трейд» не содержится выводов о ничтожности  спорного договора, тем не менее, указанное не означает, что договор отвечает  признакам действительности. Согласно абзацу четвертому пункта 1 Постановления  Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» поведение  одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии  обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если  усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от  добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на  обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном  поведении, даже если стороны на них не ссылались. Кроме того, о наличии, либо  отсутствии у сделки, на основании которой заявлено то или иное требование,  признаков ничтожности должно быть указано в мотивировочной части  соответствующего судебного акта. Из указанного выше определения суда о  процессуальной замене кредитора Беспалова А.А. не усматривается, что при  рассмотрении ходатайства Ядадияева Р.Х. такие обстоятельства судом на  обсуждение выносились и оценивались.  

Учитывая изложенное, ни настоящий должник, ни его контрагент по спорной  сделке не вправе ссылаться на определение суда о процессуальной замене  кредитора Беспалова А.А. в рамках дела ЗАО «СТИЛ-Трейд» как на доказательство  отсутствия у данной сделки пороков воли сторон.  

При таких обстоятельствах, доводы подателя жалобы о наличии в действиях  сторон оспариваемой сделки признаков злоупотребления правом соответствуют  нормам права и фактическим обстоятельствам дела. Вывод о наличии в действиях  сторон при заключении сделки злоупотребления правом влечет применение  правовых последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 10 ГК РФ.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции признает определение суда  первой инстанции подлежащим отмене с принятием нового судебного акта об  удовлетворении заявления Банка, в том числе, в части применения последствий  недействительности оспариваемой сделки в виде восстановления задолженности  ЗАО «СТИЛ-Трейд» в размере 174 086 518,78 руб. перед Беспаловым А.А.  

Расходы по госпошлине по заявлению и апелляционной жалобе  распределяются в порядке статьи 110 АПК РФ.  

 На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 02.03.2017 по делу № А56-81036/2015/сд1 отменить.  

Заявление ПАО «Сбербанк России» удовлетворить. 

Признать недействительной сделкой договор цессии № 1 от 09.12.2015,  заключенный между Беспаловым Алексеем Александровичем и Ядадияевым  Рафиком Ханукаевичем.  

В качестве последствий недействительности сделки восстановить  задолженность ЗАО «СТИЛ-Трейд» перед Беспаловым Алексеем Александровичем в  размере 174 086 518,78 руб.  

Взыскать с Ядадияева Рафика Ханукаевича в пользу ПАО «Сбербанк России»  9000 руб. в возмещение расходов по уплате госпошлины по заявлению и  апелляционной жалобе  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо- Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.В. Масенкова  Судьи Е.Г. Глазков  

 Е.К. Зайцева