ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11 «А», тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А65-27763/2021

г. Самара

15 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена                            09 марта 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено                             15 марта 2022 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Корнилова А.Б.,

судей Бажана П.В. и Лихоманенко О.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием в судебном онлайн-заседании:

от ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» - ФИО2, дов от 06.08.2021г.

от Управления Росгвардии Российской Федерации по Республике Татарстан –  не явился, извещены,

иные участники не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы филиала федерального государственного унитарного предприятия «Главный радиочастотный центр» в Приволжском федеральном округе и федерального бюджетного учреждения здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)»

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14 января 2022 года по делу №А65-27763/2021 (судья Гилялов И.Т.), принятое

по заявлению Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Республике Татарстан

к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Атеко»,

с участием в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Федерального государственного унитарного предприятия «Главный радиочастотный центр» в лице филиала в Приволжском федеральном округе; Федерального бюджетного учреждения здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» в лице филиала в Нижнекамском районе и городе Нижнекамск,

о привлечении к административной ответственности по ч. 4 ст. 14.1 КоАП РФ, 

 

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Республике Татарстан (далее - заявитель, Управление, административный орган) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Атеко» (далее - ответчик, Общество) о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 14.1 КоАП РФ - осуществление предпринимательской деятельности с грубым нарушением требований и условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФГУП «Главный радиочастотный центр» в лице филиала в Приволжском федеральном округе, ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» в лице филиала в Нижнекамском районе и городе Нижнекамск.

Решением Арбитражного суда Татарстан от 14 января 2022 года заявление удовлетворено. ООО «Частная охранная организация «Атеко» привлечено к административной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 50 000 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, филиал федерального государственного унитарного предприятия «Главный радиочастотный центр» в Приволжском федеральном округе и федеральное бюджетное учреждение здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» просит апелляционный суд изменить решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.01.2022г. в части составления мотивировочной части, исключив из мотивировочной части решения выводы о нарушении ООО «Частная охранная организация «Атеко» п. 3 статьи 11 Закона РФ от 11.03.1992г. № 2487-1 «О частной охранной и детективной деятельности в Российской Федерации» и п.1 Приложения №1 к постановлению Правительства РФ от 14.08.1992г. №587 «Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности» при осуществлении деятельности по охране объекта ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)», расположенного по адресу: 

<

...> (признать незаконными выводы, изложенные в абзаце 6 на л.12, л. 13.в 3 и 4 абзацах на л.14 Решения).

ФГУП «Главный радиочастотный центр» в Приволжском федеральном округе просит апелляционый суд отменить решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.01.2022 по делу № А65-27763/2021 в части отнесения объектов невидимости, принадлежащих ФГУП «ГРЧЦ» на праве хозяйственного ведения, расположенных по адресу: 

<

...> и 

<

...>, А1, к объектам на которые частная охранная деятельность не распространяется, чем нарушаются требования ч. 3 ст. 11 Закона № 2487-1 и п. 1 Перечня объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 14.08.1992 № 587, и прекратить производство по делу в данной части.

Жалобы приняты апелляционным судом к производству и назначены к рассмотрению на 09 марта 2022 года.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии со статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители заявителя, ответчика и ФГУП «Главный радиочастотный центр» в лице филиала в Приволжском федеральном округе участия не принимали, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Управление Росгвардии Российской Федерации по Республике Татарстан в материалы дела представило письменные пояснения, в которых просит апелляционный суд оставить решение суда первой инстанции без изменения.

На основании статей 156 и 266 АПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает апелляционные жалобы в отсутствие представителей иных лиц, которые были надлежащим образом извещены о времени и месте проведения судебного заседания.

Представитель ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» доводы апелляционной жалобы поддержала, просила решение изменить, исключив из мотивировочной части выводы о том, что охрана Центра гигиены и эпидемиологии должна осуществляться как охрана органа исполнительной власти.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу судебного акта в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав доводы апелляционных жалоб и материалы дела, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Вместе с тем, доводы ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» являются обоснованными.

Как следует из материалов дела, в период времени с 08 час. 00 мин. 29 сентября 2021 года по 18 час. 00 мин. 19 октября 2021 года на основании распоряжения Управления от 23 сентября 2021 года № 559/2550 в отношении Общества проведена плановая документарная проверка на предмет соблюдения обязательных и лицензионных требований при осуществлении частной охранной деятельности.

В ходе данной проверки выявлено, что Обществом допущены нарушения лицензионных требований, Закона Российской Федерации от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации», которые отражены в акте проверки от 19.10.2021 № 5591/960.

По факту обнаружения указанных нарушений должностным лицом административного органа в отношении Общества составлен протокол об административном правонарушении №16ЛРР002261021000274 от 26.10.2021, в котором действия Общества квалифицированы как грубое нарушение лицензионных требований при осуществлении частной охранной деятельности, ответственность за которое предусмотрена частью 4 статьи 14.1 КоАП РФ.

Руководствуясь статьей 23.1 КоАП РФ, статьей 203 АПК РФ, административный орган обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о привлечении Общества к административной ответственности.

При принятии судебного акта, суд первой инстанции исходил из следующих доводов и установленных по делу  обстоятельств.

В соответствии с частью 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения, имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

В соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 2 Федерального закона от 03.07.2016 № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» осуществление федерального государственного контроля (надзор) за соблюдением законодательства Российской Федерации в области частной охранной и частной детективной деятельности возложено на войска национальной гвардии. Следовательно, проверка в отношении Общества на предмет соблюдения обязательных и лицензионных требований при осуществлении частной охранной деятельности проведена Управлением в пределах своей компетенции.

В соответствии с частью 4 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ) осуществление предпринимательской деятельности с грубым нарушением требований и условий влечет наложение административного штрафа на лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, в размере от четырех тысяч до восьми тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.

Согласно примечанию к указанной части статьи 14.1 КоАП РФ понятие грубого нарушения устанавливается Правительством РФ в отношении конкретного лицензируемого вида деятельности.

Пунктом 7 статьи 3 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее - Закон о лицензировании) под лицензионными требованиями понимается совокупность требований, которые установлены положениями о лицензировании конкретных видов деятельности, основаны на соответствующих требованиях законодательства Российской Федерации и направлены на обеспечение достижения целей лицензирования. Пунктом 2 статьи 8 данного Закона установлено, что лицензионные требования включают в себя требования к созданию юридических лиц и деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей в соответствующих сферах деятельности, установленные федеральными законами и принятыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на обеспечение достижения целей лицензирования, в том числе требования, предусмотренные частями 4.1 и 5 данной статьи.

В силу пункта 32 части 1 статьи 12 Закона о лицензировании в перечень видов деятельности, на осуществление которых требуется лицензия, включена частная охранная деятельность. Пунктом 1 части 4 статьи 1 данного Закона предусмотрено, что особенности лицензирования данного вида деятельности могут устанавливаться иными федеральными законами.

Так, правоотношения в сфере частной детективной и охранной деятельности, в том числе по вопросам лицензирования такой деятельности, регулируются Законом Российской Федерации от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон № 2487-1).

Как установлено статьей 1 Закона № 2487-1, частная детективная и охранная деятельность определяется как оказание на возмездной договорной основе услуг физическим и юридическим лицам, имеющими специальное разрешение (лицензию) органов внутренних дел организациями и индивидуальными предпринимателями в целях защиты законных прав и интересов своих клиентов. По правилам п. 1 статьи 11 Закона № 2487-1 оказание услуг, перечисленных в части третьей статьи 3 данного Закона, разрешается только организациям, специально учреждаемым для их выполнения и имеющим лицензию, выданную федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере частной охранной деятельности, или его территориальным органом.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 14.08.1992 № 587 «Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности» (далее Постановление Правительства № 587) утверждены, в том числе, Перечень объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, согласно приложению № 1 (далее - Перечень объектов); Правила приобретения, учета, хранения и ношения специальных средств, приобретения и обращения огнестрельного оружия и патронов к нему, применяемых в ходе осуществления частной охранной деятельности, согласно приложению № 13 (далее -Правила).

Судом первой инстанции установлено, что общество осуществляет частную охранную деятельность в соответствии с лицензией № 0587 серии 40 № 050664, выданной Управлением 17 декабря 2018 года. Срок действия лицензии - до 23 октября 2024 года.

Управлением установлены следующие нарушения:

1. 06 октября 2021 года в 11 час. 25 мин. на объекте охраны ФГУП «Главный радиочастотный центр», расположенном по адресу: 

<

...>, Обществом:

- в нарушение требований части 3 статьи 11 Закона № 2487-1 и п. 6 Перечня объектов, утвержденного Постановлением Правительства № 587, Общество осуществляет внутриобъектовый и пропускной режим на объекте, на который частная охранная деятельность не распространяется (договор 0000000009619Р010002/№ 56 оказания услуг по охране от 20 августа 2019 г. );

- в нарушение требований части 1 статьи 16 Закона № 2487-1 и пунктов 6 и 8 Правил, утвержденных Постановлением Правительства № 587, отсутствует учетная документация специальных средств по видам, моделям и их количеству. Отсутствуют документы о приеме и выдаче специальных средств на объекте охраны. При осуществлении охранных функций работниками общества используются специальные средства палка резиновая отечественного производства «ПР-73М» - одна штука, наручники отечественного производства «БР-С» - одна штука.

- в нарушение части 2 статьи 12.1 Закона № 2487-1 и п. 12.5 Типовых требований к должностной инструкции частного охранника на объекте охраны, утвержденных приказом Росгвардии от 19.10.2020 № 419 «Об утверждении типовых требований к должностной инструкции частного охранника на объекте охраны», в должностной инструкции частного охранника по осуществлению внутриобъектового и пропускного режимов на объекте охраны управления филиала ФГУП «ГРЧЦ» в Приволжском федеральном округе по 

<

...>, утвержденной 27.09.2019 директором Общества и согласованной 27.09.2019 начальником Управления филиала ФГУП «ГРЧЦ» в Приволжском федеральном округе по Республике Марий Эл, в разделе «Обязанности» отсутствует порядок приема и передачи документов и специальных средств в соответствии с законодательством Российской Федерации, регламентирующим частную охранную деятельность;

2. 08 октября 2021 года в 13 час. 00 мин. на объекте охраны ООО «ЛинксПроперти Менеджмент» расположенном по адресу: Республика Татарстан, 

<

...>, в нарушение требования части 3 статьи 16 Закона №2487-1 инспектора охраны: ФИО3 (удостоверение частного охранника В №064850 действительно до 02.02.2023, личная карточка охранника от 05.08.2021), ФИО4 (удостоверение частного охранника Б №434161 действительно до 11.04.2026, личная карточка охранника от 05.08.2021), ФИО5 (удостоверение частного охранника В №614176 действительно до 23.11.2025, личная карточка охранника от 05.08.2021) осуществляли охрану данного объекта, при этом не прошли периодическую проверку на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением огнестрельного оружия и специальных средств;

3. 13 октября 2021 года в 14 час. 00 мин. на объекте МКУ «Управление записи актов гражданского состояния Исполнительного комитета муниципального образования» расположенном по адресу: 

<

...>, в нарушение требования части 3 статьи 16 Закона № 2487-1 инспектор охраны ФИО6 (удостоверение частного охранника В № 609417 действительно до 06.04.2026, личная карточка охранника от 01.06.2021) осуществляла охрану данного объекта, при этом не прошла периодическую проверку на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением огнестрельного оружия и специальных средств.

4. 15 октября 2021 года в 11 час. 25 мин. на объекте охраны Филиал ФГУП «Главный радиочастотный центр» в Приволжском федеральном округе Управление по Республике Татарстан, расположенном по адресу: 

<

...>, А1, установлено, что в нарушение требований части 3 статьи 11 Закона № 2487-1 и п.6 Перечня объектов, утвержденного Постановлением Правительства № 587, Общество осуществляет внутриобъектовый и пропускной режим на объекте, на который частная охранная деятельность не распространяется (договор оказания услуг по охране №0000000009619Р010002/№ 54 от 20.08.2019, уведомление о начале оказания охранных услуг №339579657 от 28.06.2018).

5. 18 октября 2021 года в 16 час. 00 мин. в офисе Общества, расположенном по адресу: 

<

...>, пристрой к зданию 88, офис 2, установлено:

- в нарушение требований части 3 статьи 11 Закона № 2487-1 и п. 13 Перечня объектов, утвержденного Постановлением Правительства № 587, Общество осуществляет внутриобъектовый и пропускной режим на объекте ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан», расположенном по адресу: 

<

...> на который частная охранная деятельность не распространяется (договор оказания услуг по охране от 11.05.2021 № № 501).

- в нарушении части 9 статьи 12 Закона № 2487-1 ежегодные медицинские заключения об отсутствии медицинских противопоказаний к исполнению обязанностей, следующих частных охранников: ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО3, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, не переданы Обществом в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в сфере частной охранной деятельности, или его территориальный орган, выдавшие лицензию на осуществление частной охранной деятельности;

- в нарушении части 3 статьи 16 Закона № 2487-1 инспектора охраны: ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО29, ФИО3, ФИО6, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО30, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО31, ФИО32, ФИО22, ФИО33, ФИО27 не прошли периодические проверки на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением огнестрельного оружия и (или) специальных средств;

6. 19 октября 2021 года в 17 час. 00 мин. на объекте «Государственное учреждение -региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан», расположенном по адресу: 

<

...>, в нарушение требования части 1 статьи 11.1 Закона № 2487-1 инспектор охраны ФИО28 осуществлял охранную деятельность на вышеуказанном объекте не имея правового статуса частного охранника, подтвержденного удостоверением частного охранника.

Частью 11 статьи 19 Закона о лицензировании установлено, что исчерпывающий перечень грубых нарушений лицензионных требований в отношении каждого лицензируемого вида деятельности устанавливается положением о лицензировании конкретного вида деятельности. При этом к таким нарушениям лицензионных требований могут относиться нарушения, повлекшие за собой:

- возникновение угрозы причинения вреда жизни, здоровью граждан, вреда животным, растениям, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, а также угрозы чрезвычайных ситуаций техногенного характера;

- человеческие жертвы или причинение тяжкого вреда здоровью граждан, причинение средней тяжести вреда здоровью двух и более граждан, причинение вреда животным, растениям, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, возникновение чрезвычайных ситуаций техногенного характера, нанесение ущерба правам, законным интересам граждан, обороне страны и безопасности государства.

В соответствии с п. 10 Положения о лицензировании частной охранной деятельности, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.06.2011 № 498 «О некоторых вопросах осуществления частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности» (далее - Положение о лицензировании) грубыми нарушениями лицензионных требований при осуществлении охранной деятельности являются:

а) охрана объектов, предусмотренных Федеральным законом «О государственнойохране», а также иных объектов, на которые в соответствии с законодательством Российской Федерации охранная деятельность не распространяется;

б) нарушение частной охранной организацией правил оборота оружия и (или)специальных средств, установленных законодательством Российской Федерации, при наличии в частной охранной организации оружия и (или) специальных средств при осуществлении услуг, предусмотренных частью третьей статьи 3 Закона Российской Федерации «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации»;

в) неиспользование работниками частной охранной организации средств пассивной защиты (жилетов и шлемов защитных) при осуществлении охраны объектов и (или) имущества на объектах с осуществлением работ по проектированию, монтажу иэксплуатационному обслуживанию технических средств охраны и (или) принятиемсоответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию;

г) иные нарушения, повлекшие за собой последствия, установленные частью                   11 статьи 19 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности».

Тем самым, охрана объектов, предусмотренных Федеральным законом                           «О  государственной охране», а также иных объектов, на которые в соответствии с законодательством Российской Федерации охранная деятельность не распространяется, согласно подпункту «а» пункта 10 Положения о лицензировании является грубым нарушением лицензионных требований при осуществлении охранной деятельности. Также грубым нарушением лицензионных требований при осуществлении охранной деятельности является и нарушение частной охранной организацией правил оборота оружия и (или) специальных средств, установленных законодательством Российской Федерации, при наличии в частной охранной организации оружия и (или) специальных средств при осуществлении услуг, предусмотренных частью третьей статьи 3 Закона Российской Федерации «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации», согласно подпункту «б» пункта 10 Положения о лицензировании.

Из материалов дела об административном правонарушении следует, что административным органом в качестве объективной стороны правонарушения Обществу вменяется принятие под охрану объектов, занимаемых Управлением по Республике Марий Эл филиала ФГУП «ГРЧЦ» ПФО по адресу: 

<

...>, и Управлением по Республике Татарстан филиала ФГУП «ГРЧЦ» в ПФО, расположенных по адресу: 

<

...>, литер А1, а также нарушения Правил, утвержденных Постановлением Правительства № 587, в части учета, хранения и ношения специальных средств, применяемых в ходе осуществления частной охранной деятельности, и иные нарушения.

Перечень объектов, подлежащих государственной охране, утвержден Постановлением Правительства № 587. В данный Перечень (в редакции, действовавшей до 05.11.2021) входили, в частности:

- здания (помещения), строения, сооружения, прилегающие к ним территории и акватории федеральных органов законодательной и исполнительной власти (за исключением зданий (помещений), строений, сооружений, прилегающих к ним территорий Управления делами Президента Российской Федерации, территориальных органов Федеральной налоговой службы), иных государственных органов Российской Федерации (пункт 1 Перечня);

- объекты общероссийских и региональных государственных телевизионных и радиовещательных организаций, технические центры Российской телевизионной и радиовещательной сети, телевизионный технический центр «Останкино», радиотелевизионный передающий центр (г. Казань), объекты Информационного телеграфного агентства России (ИТАР-ТАСС), федерального государственного унитарного предприятия «Международное информационное агентство «Россия сегодня» (п. 6 Перечня);

- объекты микробиологической промышленности, противочумные учреждения, осуществляющие эпидемиологический и микробиологический надзор за особо опасными инфекциями, объекты по производству, хранению и переработке, уничтожению и утилизации наркотических, токсических, психотропных, сильнодействующих и химически опасных веществ и препаратов и их смесей (п. 13 Перечня).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.10.2021 № 1820, вступившим в силу 05.11.2021, приложение № 1 к Постановлению Правительства N 587 изложено в новой редакции, в соответствии с которой в Перечень объектов включены, в частности:

- здания (помещения), строения, сооружения, прилегающие к ним территории и акватории, используемые федеральными органами законодательной и исполнительной власти (за исключением зданий (помещений), строений, сооружений, прилегающих к ним территорий Управления делами Президента Российской Федерации, территориальных органов ФНС России, Росприроднадзора, Ростехнадзора, Росалкогольрегулирования, а также зданий (помещений), строений, сооружений, прилегающих к ним территорий Минтранса России и подведомственных ему федеральных органов исполнительной власти, их территориальных органов, которым в установленном Правительством Российской Федерации порядке в связи с обеспечением антитеррористической защищенности присвоена категория, кроме первой категории), иными государственными органами Российской Федерации (п.1);

- объекты общероссийских государственных телевизионных и радиовещательных организаций, в установленном Правительством Российской Федерации порядке отнесенные в связи с обеспечением антитеррористической защищенности к категории 1, объекты федерального  государственного унитарного  предприятия  «Российская  телевизионная  и радиовещательная сеть», имеющие в своем составе центры формирования мультиплексов, объекты Информационного телеграфного агентства России (ИТАР-ТАСС), федерального государственного унитарного предприятия «Международное информационное агентство «Россия сегодня» (п.9);

- объекты микробиологической промышленности, объекты по производству, хранению и переработке, уничтожению и утилизации токсических, сильнодействующих и химически опасных веществ, препаратов и их смесей, которым в установленном Правительством Российской Федерации порядке в связи с обеспечением антитеррористической защищенности присвоены высокая или средняя категории (за исключением таких объектов, входящих в состав объекта топливно-энергетического комплекса), противочумные учреждения, а также объекты по хранению наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, осуществляемому в помещениях, которые в соответствии с установленным Правительством Российской Федерации порядком указанного хранения отнесены к 1 -й или 2-й категории (п.16).

Постановлением Правительства РФ от 25.12.2000 г. N 1002 в целях повышения эффективности государственного регулирования использования радиочастот и радиоэлектронных средств гражданского применения юридическими лицами независимо от организационно-правовой формы и ведомственной принадлежности и физическими лицами, а также обеспечения электромагнитной совместимости радиоэлектронных средств (высокочастотных устройств), используемых на территории РФ, была образована государственная радиочастотная служба при Министерстве РФ по связи и информатизации.

В соответствии с п. 1 Положения о радиочастотной службе, утв. постановлением Правительства РФ от 14.05.2014 г. N 434 (далее - Положение о радиочастотной службе), радиочастотная служба - это специально уполномоченная служба по обеспечению регулирования использования радиочастот и радиоэлектронных средств при Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (далее - радиочастотная служба) представляет собой единую систему организаций, находящихся в ведении Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (далее - Роскомнадзор), осуществляющих деятельность в области обеспечения надлежащего использования радиочастот и радиочастотных каналов, радиоэлектронных средств и (или) высокочастотных устройств гражданского назначения (далее соответственно -радиоэлектронные средства и (или) высокочастотные устройства), экспертизы и мониторинга соблюдения законодательства в установленной сфере деятельности Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, а также участвующих в предоставлении государственных услуг.

В силу п. 2 Указа Президента РФ от 03.12.2008 г. N 1715 "О некоторых вопросах государственного управления в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций" Роскомнадзор находится в ведении Министерства связи и массовых коммуникаций РФ.

На основании п. 1 Положения о Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, утв. постановлением Правительства РФ от 16.03.2009 г. N 228 (далее - Положение о Роскомнадзоре), Роскомнадзор является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в сфере средств массовой информации, в том числе электронных, и массовых коммуникаций, информационных технологий и связи, функции по контролю и надзору за соответствием обработки персональных данных требованиям законодательства РФ в области персональных данных, а также функции по организации деятельности радиочастотной службы.

Роскомнадзор является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти по защите прав субъектов персональных данных.

В силу п. 5.9 данного Положения Роскомнадзор осуществляет в порядке и пределах, которые определены федеральными законами, актами Президента РФ и Правительства РФ, полномочия собственника в отношении федерального имущества, необходимого для обеспечения исполнения функций федерального органа государственной власти, в том числе имущества, переданного организациям, подведомственным Службе (включая предприятия радиочастотной службы).

Согласно Уставу ФГУП «Главный радиочастотный центр», утвержденному приказом Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций от 16.08.2017 № 162, имущество Предприятия находится в федеральной собственности и принадлежит Предприятию на праве хозяйственного ведения, полномочия собственника имущества предприятия осуществляет Роскомнадзор и Федеральное агентство по управлению государственным имуществом Российской Федерации.

Учитывая изложенное, ФГУП «Главный радиочастотный центр» находится в ведении Роскомнадзора, при этом последний является федеральным органом исполнительной власти, и осуществляет деятельность в области обеспечения надлежащего использования радиочастот и радиочастотных каналов, радиоэлектронных средств и (или) высокочастотных устройств гражданского назначения, экспертизы и мониторинга соблюдения законодательства в установленной сфере деятельности Роскомнадзора.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции сделал правильный  вывод, что объекты Предприятия входят в Перечень объектов, утвержденный Постановлением Правительства № 587.

При этом суд первой инстанции правомерно признал ошибочным позицию административного органа, что объекты Предприятия относятся к п. 6 Перечня объектов, посчитав верным отнесение объектов Предприятия к п. 1 Перечня объектов.

Вместе с тем ошибочное отнесение указанных объектов к иному пункту Перечня объектов не свидетельствует об ошибочности выводов административного органа о нарушении Обществом в данной части требований части 3 статьи 11 Закона № 2487-1.

Таким образом, объект Предприятия, расположенные в г. Йошкар-Ола и в г. Казани, исходя из положений пункта 1 Положения о радиочастотной службе, пунктов 1, 2, 5.9 Положения, относятся к объектам, которые в силу пункта 1 Приложения № 1 к Постановлению Правительства № 587 подлежат государственной охране.

Согласно условиям выданной лицензии, Общество является негосударственной организацией, осуществляет частную охранную деятельность и не имеет полномочий на выполнение государственной охраны объектов, перечисленных в пункте 1 Приложения №1 к Постановлению Правительства № 587.

Таким образом, административным органом доказано нарушение Обществом требования пункта 3 статьи 11 Закона № 2487-1 и пункта 1 Перечня объектов, утвержденного Постановлением Правительства № 587.

Данные выводы суда согласуются с выводами, изложенными в постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 01.09.2021 по делу № А72-15708/2020 (определением Верховного Суда РФ от 12.11.2021 отказано в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления), от 06.12.2021 по делу                        №А55-26/2021, от 15.12.2021 по делу № А12-32154/2020, Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29.07.2021 по делу N А58-6491/2020 (определением Верховного Суда РФ от 23.11.2021 отказано в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

Доводы ответчика и третьего лица-1 об отсутствии в действиях Общества события и состава административного правонарушения, правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку нахождение охраняемого объекта в федеральной собственности само по себе не является основанием для отнесения его к объектам, подлежащим государственной охране.

Предприятие является подведомственной Роскомнадзору организацией - специально уполномоченной службой по обеспечению регулирования использования радиочастот и радиоэлектронных средств и находится в ведении Роскомнадзора, обеспечивает осуществление ряда функций Роскомнадзора, в связи с чем его объекты входят в Перечень объектов, подлежащих государственной охране.

С учетом изложенного, апелляционная жалоба ФГУП «ГРЧЦ» является необоснованной и не подлежащей удовлетворению.

В отношении апелляционной жалобы ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)», в которой выражается несогласие не с привлечением охранной организации к ответственности, а только с некоторыми выводами, сделанными судом первой инстанции при оценке правового статуса бюджетного учреждение здравоохранения, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Суд первой инстанции согласился с выводами административного органа о нарушении Обществом требования пункта 3 статьи 11 Закона № 2487-1 и пункта 1 Перечня объектов, утвержденного Постановлением Правительства № 587 при осуществлении деятельности по охране объекта ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)», расположенного по адресу: 

<

...>.

При этом, суд первой инстанции сослался на то, что  согласно Уставу Учреждения, утвержденному приказом Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 31.03.2011 № 333, данное Учреждение является некоммерческой организацией, обеспечивающей деятельность Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Татарстан и Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по железнодорожному транспорту на территории Республики Татарстан; функции и полномочия учредителя Учреждения осуществляет Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (далее - Федеральная служба); Учреждение имеет имущество, закрепленное за ним на праве оперативного управления; собственником имущества Учреждения является Российская Федерация.

В соответствии с п.п. 11, 14 Устава, Учреждение создано для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий Управления Федеральной службы; осуществляет основные виды деятельности, отнесенные к компетенции Управления Федеральной службы, в том числе:

- проводит санитарно-эпидемиологические экспертизы, расследования, обследования и иные виды оценок (п. 14.1) - соответствует п. 8.3 Положения об Управлении Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Татарстан (Татарстан), утвержденного приказом Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 09.07.2012 № 685 (далее - Положение об Управлении);

- обеспечение ведения социально-гигиенического мониторинга в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения (п. 14.3) - в порядке реализации п. 8.8 Положения об Управлении;

- рассмотрение обращений потребителей, информирование и консультирование потребителей об их правах и необходимых действиях по защите этих прав (п. 14.4) - в порядке п. 8.27 Положения об Управлении;

- проведение экспертиз и исследований в рамках осуществления федерального государственного надзора в области защиты прав потребителей (п. 14.5).

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что Учреждение находится в ведении Федеральной службы, при этом последняя является федеральным органом исполнительной власти, создано для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации полномочий Управления Федеральной службы, суд первой инстанции пришелт к выводу, что объекты Учреждения входят в Перечень объектов, утвержденный Постановлением Правительства.

При этом суд первой инстанции признал ошибочным позицию административного органа, что объекты Предприятия относятся к п. 13 Перечня объектов, поскольку доказательств того, что объекты Учреждение относятся к объектам микробиологической промышленности, к объектам по производству, хранению и переработке, уничтожению и утилизации наркотических, токсических, психотропных, сильнодействующих и химически опасных веществ и препаратов и их смесей, что Учреждение является противочумным учреждением, осуществляющим эпидемиологический и микробиологический надзор за особо опасными инфекциями, административным органом не представлено.

Не представлено административным органом также доказательств отнесения объектов Учреждения к п. 16 Перечня объектов, утвержденных Постановлением Правительства № 587 (в редакции, действующей с 05.11.2021).

Позиция суда первой инстанции заключается в том, что объект Учреждения, расположенный в г. Нижнекамске, исходя из Устава Учреждения и Положения об Управлении, относится к объектам, которые в силу пункта 1 Приложения № 1 к Постановлению Правительства № 587 подлежат государственной охране.

 

Суд апелляционной инстанции признает вышеуказанные выводы суда первой инстанции ошибочными и подлежащими исключению из мотивировочной части решения.

 

По мнению суда первой инстанции, критериями отнесения ФБУЗ к перечню объектов, указанных в п.1 Приложения №1 к постановлению Правительства РФ от 14.08.1992г. №587 являются то, что ФБУЗ является некоммерческой организацией, обеспечивающей деятельность Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Татарстан и Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по железнодорожному транспорту на территории Республики Татарстан;

Функции и полномочия учредителя Учреждения осуществляет Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (далее - Федеральная служба).

Учреждение имеет имущество, закрепленное за ним на праве оперативного управления; собственником имущества Учреждения является Российская Федерация.

Учреждение создано для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий Управления Федеральной службы.

Осуществляет основные виды деятельности, отнесенные к компетенции Управления Федеральной службы.

Учреждение находится в ведении Федеральной службы, при этом последняя является федеральным органом исполнительной власти, создано для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации полномочий Управления Федеральной службы.

В п.1 Приложения №1 к постановлению Правительства РФ от 14.08.1992г. №587 «Вопросы частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности», которым определяется перечень объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, указаны, в частности, в виде таких объектов здания (помещения), строения, сооружения, прилегающие к ним территории и акватории федеральных органов законодательной и исполнительной власти (за исключением зданий (помещений), строений, сооружений, прилегающих к ним территорий Управления делами Президента Российской Федерации, территориальных органов Федеральной налоговой службы), иных государственных органов Российской Федерации.

Однако ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» не относится к федеральным органам законодательной или исполнительной власти или иным государственным органам Российской Федерации.

Согласно ст. 10 Конституции Российской Федерации государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны.

В соответствии с ч.ч.1, ст. 11 Конституции Российской Федерации государственную власть в Российской Федерации осуществляют Президент Российской Федерации, Федеральное Собрание (Совет Федерации и Государственная Дума), Правительство Российской Федерации, суды Российской Федерации. Государственную власть в субъектах Российской Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти.

К органам законодательной или судебной власти ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации не относится.

Что же касается органов исполнительной власти, то в соответствии с п.1 Указа Президента РФ от 9 марта 2004 г. N 314 "О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти" в систему федеральных органов исполнительной власти входят федеральные министерства, федеральные службы и федеральные агентства.

В данном нормативном правовом акте отсутствует какое-либо указанное на то, что подведомственные данным федеральным органам исполнительной власти учреждения, которым, в частности, является ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан), также входят в эту систему.

Согласно п.4 данного указа федеральная служба (служба):

а)           является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в установленной сфере деятельности, а также специальные функции в области обороны, государственной безопасности, защиты и охраны государственной границы Российской Федерации, борьбы с преступностью, общественной безопасности. Федеральную службу возглавляет руководитель (директор) федеральной службы. Федеральная служба по надзору в установленной сфере деятельности может иметь статус коллегиального органа;

б)          в пределах своей компетенции издает индивидуальные правовые акты на основании и во исполнение Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федерального министерства, осуществляющего координацию и контроль деятельности службы. Федеральная служба может быть подведомственна Президенту Российской Федерации или находиться в ведении Правительства Российской Федерации;

в)          не вправе осуществлять в установленной сфере деятельности нормативно-правовое регулирование, кроме случаев, устанавливаемых указами Президента Российской Федерации или постановлениями Правительства Российской Федерации, а федеральная служба по надзору - также управление государственным имуществом и оказание платных услуг.

При этом согласно пп. «б» п.2 данного указа, под функциями по контролю и надзору понимаются:

- осуществление действий по контролю и надзору за исполнением органами государственной власти, органами местного самоуправления, их должностными лицами, юридическими лицами и гражданами установленных Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами и другими нормативными правовыми актами общеобязательных правил поведения;

- выдача органами государственной власти, органами местного самоуправления, их должностными лицами разрешений (лицензий) на осуществление определенного вида деятельности и (или) конкретных действий юридическим лицам и гражданам;

- регистрация актов, документов, прав, объектов, а также издание индивидуальных правовых актов.

Данные функции выполняет исключительно Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека и ее территориальные органы, что прямо указано в Положении о Федеральной службе по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004г. №322 (в частности, в пунктах 1, 5, 7 Положения).

Функциями по осуществлению государственного контроля и надзора в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека ФБУЗ не наделено.

Указом Президента РФ от 21 января 2020 г. N21 "О структуре федеральных органов исполнительной власти" в целях повышения эффективности деятельности федеральных органов исполнительной власти, в соответствии со статьей 112 Конституции Российской Федерации и Федеральным конституционным законом от 17 декабря 1997 г. N 2-ФКЗ "О Правительстве Российской Федерации" была утверждена структура федеральных органов исполнительной власти, в которую входят:

I.           Федеральные министерства, федеральные службы и федеральные агентства, руководство деятельностью которых осуществляет Президент Российской Федерации, федеральные службы и федеральные агентства, подведомственные этим федеральным министерствам (19)

II.          Федеральные министерства, руководство деятельностью которых осуществляет Правительство Российской Федерации, федеральные службы и федеральные агентства, подведомственные этим федеральным министерствам (41)

III.        Федеральные службы и федеральные агентства, руководство деятельностью которых осуществляет Правительство Российской Федерации (10, в том числе и Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека).

Данный перечень федеральных органов исполнительной власти является исчерпывающим и расширительному толкованию также не подлежит.

 

По мнению Арбитражного суда Республики Татарстан одним из критериев отнесения ФБУЗ к органам государственной власти является то обстоятельство, что ФБУЗ осуществляет основанные виды деятельности, отнесенные к компетенции Управления Федеральной службы, однако данный вывод суда первой инстанции является ошибочным.

В соответствии с п.п.1, 2 Устава ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)», утв. приказом Роспотребнадзора от 31.03.2011г. №333 (с изменениями и дополнениями), федеральное бюджетное учреждение здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» является некоммерческой организацией, и отнесено к федеральным бюджетным учреждениям здравоохранения приказом Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 01.02.2011 № 27 «Об утверждении Перечня подведомственных Роспотребнадзору федеральных бюджетных и казенных учреждений здравоохранения и науки» в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 31 Федерального закона от 08.05.2010 № 83-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений».

При этом, действительно, согласно п. И Устава бюджетное учреждение создано для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий Управления Роспотребнадзора по Республике Татарстан (Татарстан), то есть не для совместного осуществления данных полномочий, а для их обеспечения и возможности их фактического осуществления.

В соответствии со ст.46 Федерального закона от 30.03.1999г. №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее - Федеральный закона №52-ФЗ) система федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора включает в себя:

федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор;

уполномоченный федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор в организациях отдельных отраслей промышленности с особо опасными условиями труда и на отдельных территориях Российской Федерации по перечню, утверждаемому Правительством Российской Федерации;

территориальные органы указанных федеральных органов исполнительной власти, созданные в установленном законодательством Российской Федерации порядке для осуществления федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора в субъектах Российской Федерации, муниципальных образованиях, на транспорте, а также в организациях отдельных отраслей промышленности с особо опасными условиями труда и на отдельных территориях Российской Федерации по перечню, утверждаемому Правительством Российской Федерации;

структурные подразделения федеральных органов исполнительной власти по вопросам обороны, внутренних дел, безопасности, юстиции, деятельности войск национальной гвардии Российской Федерации, осуществляющие федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор соответственно в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках, воинских формированиях, на объектах обороны и оборонного производства, безопасности и иного специального назначения (далее - объекты обороны и иного специального назначения);

федеральные государственные учреждения и федеральные государственные унитарные предприятия, подведомственные федеральным органам исполнительной власти, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, и осуществляющие свою деятельность в целях обеспечения указанного надзора;

федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на осуществление санитарно-карантинного контроля за ввозом на территорию Российской Федерации опасных грузов и товаров в пунктах пропуска через Государственную границу Российской Федерации, расположенных на территории свободного порта Владивосток и в Арктической зоне Российской Федерации;

органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, осуществляющие переданные полномочия федеральных органов исполнительной власти по осуществлению федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора в случае передачи указанных полномочий в соответствии со статьей 5.1 Федерального закона №52-ФЗ.

То есть законодатель разделяет два вида самостоятельных субъектов, входящих в систему федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора:

федеральные органы исполнительной власти, их территориальные органы и структурные подразделения,

федеральные государственные учреждения и федеральные государственные унитарные предприятия, подведомственные федеральным органам исполнительной власти, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, и осуществляющие свою деятельность в целях обеспечения указанного надзора.

При этом, цель деятельности данных учреждений, четко обозначена - они осуществляют свою деятельности в целях обеспечения надзора.

Федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор согласно ч.1 ст.44 Федерального закона №52-ФЗ осуществляется только органами исполнительной власти, указанными в данной правовой норме.

В соответствии со ст.42 Федерального закона №52-ФЗ санитарно- эпидемиологические экспертизы, расследования, обследования, исследования, испытания и иные виды оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований могут проводиться должностными лицами, осуществляющими федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями, аккредитованными в соответствии с законодательством Российской Федерации об аккредитации в национальной системе аккредитации, и экспертами, аттестованными в установленном Правительством Российской Федерации порядке.

При этом выдача на основании результатов санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований санитарно-эпидемиологических заключений отнесена к исключительной компетенции главных государственных санитарных врачами и (или) их заместителей.

Относительно осуществления консультирования потребителей, разъясняю, что в соответствии с п.7 ст.44 Федерального закона №52-ФЗ данная функция также предусмотрена в действующем законодательстве Российской Федерации как возможное направление деятельности учреждения, и никак не подменяет собой функцию надзорного ведомства в лице Роспотребнадзора и ее территориальных органов.

Так, в соответствии с п.7 ст.44 Федерального закона №52-ФЗ консультирование, профилактический визит (за исключением профилактического визита на объекты федерального государственного контроля (надзора), отнесенные к категориям чрезвычайно высокого и высокого риска), наблюдение за соблюдением обязательных требований, выездное обследование могут проводиться федеральными государственными учреждениями, подведомственными федеральным органам исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного контроля (надзора).

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, по ходатайству представителя ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (Татарстан)» было приобщено к материалам дела письмо Роспотребнадзора от 18.11.2021г. №02/23649-2021-27 «О получении охранных услуг», в котором Роспотребнадзор считает позицию Управления Росгвардии по Республике Татарстан (Татарстану) незаконной и поддерживает позицию ФБУЗ, указывая, в частности на то, что «Указ Президента Российской Федерации от 21.01.2020г. №21 «О структуре федеральных органов исполнительной власти» содержит исчерпывающий перечень федеральных органов исполнительной власти. При этом какие-либо учреждения не входят в данный перечень».

При таких обстоятельствах, выводы суда первой инстанции содержащиеся в мотивировочной части решения о том, что Центр гигиены и эпидемиологии является объектом, подлежащим государственной охране, подлежат исключению.

Также в качестве объективной стороны административного правонарушения ответчику вменяется нарушение требований части 1 статьи 16 Закона № 2487-1 и пунктов 6, 8 Правил -Приложения 13 Постановления Правительства № 587, а именно, отсутствие учетной документации специальных средств по видам, моделям и их количеству на объекте охраны -Управлении по Республике Марий Эл филиала по адресу: 

<

...>.

Административным органом также выявлено, что должностная инструкция частного охранника на данном объекте охраны не соответствует требованиям Типовых требований к должностной инструкции частного охранника на объекте охраны, утвержденных приказом Росгвардии от 19.10.2020 № 419.

В соответствии с п. 12.5 данных типовых требований в разделе III «Обязанности» указывается порядок приема и передачи дежурства (в том числе порядок приема и передачи документов, средств охраны, оружия и специальных средств в соответствии с законодательством РФ, регламентирующим частную охранную деятельность, оборот оружия и специальных средств).

В представленной должностной инструкции частного охранника по осуществлению внутриобъектового и пропускного режимов на объекте охраны управления филиала ФГУП «ГРЧЦ» в Приволжском федеральном округе по 

<

...> в разделе III такие требования не отражены.

Согласно п. 3.3.5 должностной инструкции при заступлении на дежурство охранник обязан принять у охранника предыдущей смены охраняемое имущество, служебную документацию, заполнить «Журнал приема и сдачи дежурств».

Сама должностная инструкция вообще не содержит каких-либо сведений о наличии специальных средств на охраняемом объекте.

Лишь в п. 3.4.8 отражено, что сотруднику охраны запрещается нарушать порядок учета, хранения, ношения и применения оружия и специальных средств. Но каков этот порядок данная инструкция не раскрывает, в обязанность охранникам вести такой учет не вменяет.

Порядок приобретения, учета, хранения и ношения специальных средств, а также порядок приобретения и обращения огнестрельного оружия и патронов к нему, применяемых в ходе осуществления частной охранной деятельности установлены Правилами, утвержденными к Постановлению Правительства № 587 (приложение № 13).

В соответствии с п. 6 Правил, частная охранная организация обязана вести учет специальных средств по виду, моделям и их количеству.

Специальные средства выдаются работникам частной охранной организации, имеющим удостоверение частного охранника.

По решению руководителя частной охранной организации специальные средства могут выдаваться (передаваться) работникам (работниками) частной охранной организации непосредственно на объекте охраны. При этом документы о приеме и выдаче специальных средств ведутся на объекте охраны (п. 8 Правил).

При ношении специальных средств работники частной охранной организации принимают меры, исключающие возможность свободного доступа к специальным средствам посторонних лиц (п. 9 Правил).

Ношение специальных средств на каждом объекте охраны осуществляется в соответствии с должностной инструкцией частного охранника (п. 10 Правил).

Доказательств, опровергающих выводы административного органа и установленные судом обстоятельства, ответчиком в материалы дела не представлено.

В соответствии с пп. б) п. 10 Положением о лицензировании нарушение частной охранной организацией правил оборота специальных средств является грубым нарушением лицензионных требований, установленных законодательством Российской Федерации.

В то же время такие нарушения, как нарушение требований части 3 статьи 16 Закона №2487-1, а именно: осуществление охраны объекта инспекторами, не прошедшими периодическую проверку на пригодность к действиям в условиях, связанных с применением огнестрельного оружия и специальных средств, а также нарушение требований части 9 статьи 12 Закона № 2487-1 в части не передачи Обществом в Управление ежегодных медицинских заключений об отсутствии медицинских противопоказаний к исполнению обязанностей частных охранников и нарушение требований части 1 статьи 11.1 Закона № 2487-1 в части осуществления охранной деятельности работником, не имеющим правового статуса частного охранника, подтвержденного удостоверением частного охранника, к грубым нарушениям лицензионных требований не относятся.

Исходя из вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что факт вменяемого обществу правонарушения, а также его вина подтверждены материалами административного дела.

Тот факт, что нарушения, описанные в протоколе и касающиеся объекта охраны – Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Татарстан (в части выводов о необходимости его исключительно государственной охраны) в действительности места не имели, не влечет общего вывода об отсутствии в действиях охранной организации состава вменяемого ему правонарушения, поскольку другие выявленные нарушения материалами дела подтверждаются.

В действиях общества имеется состав административного правонарушения, ответственность за которое установлена ч. 4 ст. 14.1 КоАП РФ.

Протокол об административном правонарушении составлен в присутствии законного представителя общества.

Изложенные в протоколе об административном правонарушении и рапорте сведения о рассматриваемом нарушении лицензионных требований подтверждаются также договором от 11.05.2021 г. оказания услуг по охране объекта административных зданий  с приложениями к нему и иными документами, имеющимися в деле об административном правонарушении.

В связи с указанным, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что административным органом представлены надлежащие, исчерпывающие и допустимые доказательства, свидетельствующие о наличии в деянии общества объективной стороны административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 4 ст. 14.1 КоАП РФ.

В соответствии с положениями ст. 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Вместе с тем, доказательств принятия надлежащих, исчерпывающих и своевременных мер для соблюдения приведенных норм и недопущения рассматриваемого административного правонарушения обществом не представлено и в материалах дела не имеется.

При этом, как правильно указано судом первой инстанции, обществом, которое осуществляет частную охранную деятельность, не были приняты необходимые меры по соблюдению указанных выше норм Закона об охранной деятельности и Положения о лицензировании, что свидетельствует о наличии его вины.

При таких обстоятельствах факт вменяемого обществу административного правонарушения, выразившегося в нарушении лицензионных требований при осуществлении частной охранной деятельности, а также его вина подтверждены материалами дела и установлены судом.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях общества, состава административного правонарушения, предусмотренного           ч. 4 ст. 14.1 КоАП РФ.

Апелляционный суд также соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положений ст. 2.9 КоАП РФ и признании совершенного правонарушения малозначительным, в том числе исходя из следующего.

В силу п. 18 постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 г. N 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" малозначительность правонарушения имеет место лишь при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

Согласно п. 18.1 данного постановления квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений п. 18 указанного постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Какие-либо основания, свидетельствующие об исключительности рассматриваемого случая, дающие возможность посчитать его малозначительным правонарушением с учетом вышеуказанных разъяснений, судами не установлены и материалами дела не подтверждены.

Напротив, описанное выше выявленное административным органом деяние, отнесенное к грубым нарушениям лицензионных требований, касающееся несоблюдения обществом лицензионных требований в виде осуществления охраны на объектах, на которые частная охранная деятельность не распространяется, существенно посягает на охраняемые общественные отношения в рассматриваемой сфере, права граждан и безопасность государства.

В этой связи данное конкретное административное правонарушение не может быть признано судом малозначительным, поэтому положения ст. 2.9 КоАП РФ в рассматриваемом случае применению не подлежат.

Как правильно установлено судом первой инстанции, протокол об административном правонарушении составлен согласно ч. 3 ст. 28.3 КоАП РФ уполномоченным должностным лицом государственного органа, осуществляющего лицензирование и контроль за соблюдением условий лицензий.

Срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренный положениями ст. 4.5 КоАП РФ, на день вынесения решения не истек.

Каких-либо существенных нарушений, которые бы могли являться самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления административного органа о привлечении общества к административной ответственности, судами не установлено.

Данных о наличии отягчающих административную ответственность обстоятельств административным органом не приведено, и доказательств обратного в материалы дела не представлено.

При этом грубое нарушение лицензионных требований в виде охраны объектов федеральных органов исполнительной власти, на которые не распространяется частная охранная деятельность, создает угрозу причинения вреда жизни и здоровью людей, безопасности государства, что согласно взаимосвязанным положениям ст. ст. 3.4 и 4.1.1 КоАП РФ исключает также вопрос о замене административного штрафа на предупреждение.

Вместе с тем, совершение обществом правонарушения впервые, по мнению апелляционного суда, обоснованно расценено судом первой инстанции согласно ст. 4.2 КоАП РФ в качестве смягчающих ответственность обстоятельств.

Так, Конституционный Суд РФ в своих судебных актах (постановление от 12.05.1998 г. N 14-П, постановление от 30.07.2001 г. N 13-П, определение от 14.12.2000 г. N 244-О) неоднократно подчеркивал, что меры государственного принуждения должны отвечать вытекающим из Конституции РФ требованиям, предъявляемым к такого рода мерам юридической ответственности.

По смыслу ст. 55 (ч. 3) Конституции РФ введение ответственности за правонарушение и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, исходя из общих принципов права, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепляемым целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния.

В силу ч. 1 ст. 3.1 КоАП РФ административное наказание применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в его постановлении от 15.07.1999 г. N 11-П, санкции штрафного характера должны отвечать требованиям справедливости и соразмерности.

Иными словами, одним из основополагающих требований принципа справедливости юридической ответственности является соразмерность наказания совершенному деянию.

В соответствии с ч. 3 ст. 4.1 КоАП РФ при назначении административного наказания юридическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, имущественное и финансовое положение юридического лица, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Частью 3.2 указанной статьи предусмотрено, что при наличии исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями, имущественным и финансовым положением привлекаемого к административной ответственности юридического лица, судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дела об административных правонарушениях либо жалобы, протесты на постановления и (или) решения по делам об административных правонарушениях, могут назначить наказание в виде административного штрафа в размере менее минимального размера административного штрафа, предусмотренного соответствующей статьей или частью статьи раздела II настоящего Кодекса, в случае, если минимальный размер административного штрафа для юридических лиц составляет не менее 100 000 руб.

Согласно ч. 3.3 ст. 4.1 КоАП РФ при назначении административного наказания в соответствии с ч. 3.2 настоящей статьи размер административного штрафа не может составлять менее половины минимального размера административного штрафа, предусмотренного для юридических лиц соответствующей статьей или частью статьи раздела II настоящего Кодекса.

При этом, как правильно указано судом первой инстанции, в данной ситуации с учетом приведенных выше обстоятельств, характеризующих лицо, привлекаемое к ответственности, и допущенное им административное правонарушение, применение к нему меры наказания в виде административного штрафа в минимальном размере 100 000 руб. не будет соответствовать тяжести рассматриваемого в настоящем деле правонарушения, станет скорее карательной, а не превентивной мерой, что не отвечает главной цели наказания.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в соответствии со ст. 71 АПК РФ, принимая во внимание характер допущенного лицом, привлекаемым к ответственности, деяния, учитывая отсутствие в рассматриваемом деле отягчающих ответственность обстоятельств, а также совершение им такого правонарушения впервые, что признано судом смягчающими ответственность обстоятельствами, суд первой инстанции с учетом приведенных правовых норм пришел к правильному выводу о том, что административный штраф за данное конкретное совершенное обществом правонарушение должен быть назначен ниже низшего предела на основании приведенных положений ч. 3.2 и 3.3 ст. 4.1 КоАП РФ, а именно в размере 50 000 руб.

Оснований для переоценки указанных выводов суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не находит.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что применение штрафа в размере 50 000 руб. ниже низшего предела санкции                      ч. 4 ст. 14.1 КоАП РФ как мера наказания за рассматриваемое правонарушение является для общества в данной ситуации справедливым и достаточным для достижения задач законодательства об административных правонарушениях, указанных в ст. 1.2 КоАП РФ.

Суд апелляционной инстанции, повторно проанализировав предоставленные в материалы дела доказательства, в соответствии с правилами, определенными ст. 71 АПК РФ, приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе ФГУП «ГРЧЦ», по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства.

Сведений, опровергающих выводы суда, в апелляционной жалобе не содержится.

Нарушений процессуального закона, влекущих безусловную отмену обжалуемого судебного акта, не установлено. Оснований для отмены решения суда не имеется.

В силу положений статей 202, 204 АПК РФ, части 5 статьи 30.2 КоАП РФ судом апелляционной инстанции вопрос об уплате государственной пошлины по жалобе не рассматривался.

Руководствуясь ст.ст. 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 14 января 2022 года по делу №А65-27763/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

 

 

Председательствующий                                                                                 А.Б. Корнилов

 

Судьи                                                                                                               П.В. Бажан

 

О.А. Лихоманенко