ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А08-135/2017

город Воронеж

22 января 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2018 года. 

В полном объеме постановление изготовлено 22 января 2018 года.

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                                  Осиповой М.Б.,

судей                                                                                    Михайловой Т.Л.,

                                                                                           Ольшанской Н.А.

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от Акционерного общества «Троицкое»: ФИО2, генеральный директор акционерного общества Управляющая компания «Агропромышленная группа БВК», осуществляющего полномочия единоличного исполнительного органа Акционерного общества «Троицкое» на основании выписки из ЕГРЮЛ; ФИО3, представитель по доверенности № 192 от 05.12.2017 сроком на один год; ФИО4, представитель по доверенности № 123 от 17.07.2017 сроком на один год;

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой № 8 по Белгородской области: ФИО5, представитель по доверенности № 03/001108 от 01.03.2017 сроком на 3 года; ФИО6, представитель по доверенности № 3-01/000873 от 14.02.2017 сроком на 3 года; ФИО7, представитель по доверенности № 03-10/004727 от 07.08.2017 сроком на 3 года;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Белгородской области на решение Арбитражного суда Белгородской области от 15.09.2017 по делу № А08-135/2017 (судья Линченко И. В.) по заявлению Акционерного общества «Троицкое» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой № 8 по Белгородской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании недействительным решения в части, 

 

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Троицкое» (далее - Общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой № 8 по Белгородской области (далее – Инспекция, налоговый орган) №9 от 20.09.2016 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 848 808 руб., пени по налогу на добавленную стоимость в сумме 75 155 руб., привлечения к налоговой ответственности по п.1 ст.122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа по налогу на добавленную стоимость в сумме 141 945 руб. 

         Решением Арбитражного суда Белгородской области от 15.09.2017 заявленные Акционерным обществом «Троицкое» требования удовлетворены, решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой № 8 по Белгородской области №9 от 20.09.2016 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения признано недействительным в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 848 808 руб., пени по налогу на добавленную стоимость в сумме 75 155 руб., привлечения к налоговой ответственности по п.1, 4 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа по налогу на добавленную стоимость на общую сумму 141 945 руб. 

С Межрайонной инспекции Федеральной налоговой № 8 по Белгородской области в пользу Акционерного общества «Троицкое» взыскано 3 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, Инспекция обратилась в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы по эпизоду операций по передаче коммунальных услуг Обществом арендатору налоговый орган указывает, что Общество, ни в суд, ни в налоговый орган не представило документы (калькуляцию, подтвержденную первичными документами), содержащие показатели, на основании которых определялась арендодателем доля арендатора в стоимости расходов на оплату коммунальных услуг, входящей в состав арендной платы. Более того, Инспекцией установлено, что затраты ЗАО «Троицкое» на оплату электроэнергии, водопотребления и охраны на 2/3 превышают доходы, полученные от сдачи Хрячника в аренду; ЗАО «Троицкое», не требовало от арендатора возмещения расходов на оплату услуг электроэнергии, водопотребления и охраны в полном объеме, тогда как наличие требования ЗАО «Троицкое» в адрес ЗАО «ТСГЦ» о возмещении понесенных переменных расходов в части, превышающей арендную плату, могло бы свидетельствовать об их учете в составе арендной платы.

При этом расходы (электроэнергия, водопотребление и охрана) по содержанию Хрячника ЗАО «Троицкое» оплачивало поставщику электроэнергии ОАО «Белгородская сбытовая компания» ИНН 

<

***>, поставщику воды МУП «Водоканал» ИНН 

<

***>, поставщику услуг по охране имущества ООО ЧОП «Есаул плюс».

Поскольку Договором аренды б/н от 01.12.2012 не предусмотрено возмещение Арендатором (ЗАО «ТСГЦ») расходов на оплату услуг электроэнергии, водопотребления и охраны расходов на оплату услуг электроэнергии, водопотребления и охраны, понесенных Арендодателем (ЗАО «Троицкое»), и такие расходы не возмещались Арендодателю фактически, то коммунальные услуги и услуги по охране Хрячника предоставлялись Арендатору безвозмездно.

Таким образом, полученные у вышеуказанных поставщиков, товары и услуги ЗАО «Троицкое» предавало на безвозмездной основе арендатору ЗАО «ТСГЦ».

По мнению налогового органа, судом первой инстанции не дана надлежащая правовая оценка документам по содержанию хрячника, полученным Инспекцией в ходе проведения выездной налоговой проверки у поставщика электроэнергии ОАО «Белгородская сбытовая компания», поставщика воды МУП «Водоканал», поставщика услуг по охране имущества ООО ЧОП «Есаул плюс». Так, МУП «Водоканал» представило информацию (Письмо от 17.11.2015 № 2972 (вх. № 12449 от 17.11.2015)) об объемах водопотребления по объекту ЗАО «Троицкое», расположенному в селе кладовое Губкинского района (хрячник); ОАО «Белгородская сбытовая компания» представило информацию (Письмо от 11.11.2015 № 2031 (вх. № 12160 от 11.11.2015)) по эл. потреблению по точке поставки «Свинарник с. Кладовое»; в приложении № 1 от 01.01.2013 на оказание охранных услуг к указанному договору конкретизированы: количество постов, охранников на объектах, режим охраны и стоимости услуг. Указанные документы содержат сведения об объемах водопотребления, количестве потребленной электроэнергии, тарифах, периоде потребления, цене, стоимости без НДС, сумме НДС, сумме с НДС по объекту ЗАО «Троицкое», точке поставки «Свинарник с. Кладовое».

Анализ сведений, представленных МУП «Водоканал» и ОАО «Белгородская сбытовая компания» позволил налоговому органу прийти к выводу, что в любом случае сумма понесенных ЗАО «Троицкое» расходов на электроэнергию и водопотребление не может быть менее сумм, зафиксированных в представленных Отчетах по водопотреблению подразделений ЗАО «Троицкое»», составляемых ежемесячно, и Отчетах по потреблению электроэнергии.

При таких обстоятельствах, вывод Арбитражного суда Белгородской области о недоказанности Инспекцией объема отпущенной электрической энергии, воды Обществу, а также услуг по охране Хрячника в спорный период является необоснованным.

Относительно операции по оказанию услуг столовой Инспекция указывает, что столовая, находящаяся на территории АО «Троицкое» обслуживала как трудовой коллектив Общества, так и сторонних лиц и относится к объектам обслуживающего производства и хозяйства, налоговая база по которым определяется в соответствии со статьей 275.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ).

Налоговый орган полагает ссылку суда первой инстанции на положения Инструкции по применению Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций, утвержденной приказом Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2000 № 94н, о том, что счет 29 «Обслуживающие производства и хозяйства» предназначен для обобщения информации о затратах, связанных с выпуском продукции, выполнением работ и оказанием услуг обслуживающими производствами и хозяйствами организации, несостоятельной, поскольку столовая не состоит на учете в Обществе в качестве объекта ОПХ. Кроме того, данное положение не определяет реализацию для собственных нужд как передачу товара структурному подразделению организации. 

По мнению налогового органа, судом первой инстанции не учтено, что в целях квалификации услуг, как оказанных для собственных нужд Общества, реализация обедов столовой в адрес других структурных подразделений Общества равнозначна реализации обедов сотрудникам Общества. И в том, и в другом случае обеды по льготной цене предназначены для питания работников всех структурных подразделений АО «Троицкое», для привлечения трудовых ресурсов, с целью создания условий для повышения безопасности предприятия, повышения конкурентоспособности организации на рынке труда, т.е. имеет экономический смысл в рамках основной деятельности Общества.

 Более того, с учетом положения пункта 1 ст. 39 НК РФ в рассматриваемом случае, осуществляется реализация обедов работникам Общества не безвозмездно, а с предоставлением льготы. Квалификация услуги столовой Общества по реализации обедов собственным работникам, как реализацию ЗАО «Троицкое» товаров (оказания услуг) на территории Российской Федерации для собственных нужд обусловлено следующими обстоятельствами: обеспечение персонала льготным питанием связано с деятельностью налогоплательщика в целом, поскольку предусмотрено коллективным договором, обеды потребляются работниками в процессе осуществления производственной деятельности.

Доходы и расходы от деятельности столовой учтены Обществом при формировании налогооблагаемой базы по налогу на прибыль в отдельной налоговой базе по деятельности, связанной с использованием объектов обслуживающих производств и хозяйств, которые участвуют в формировании убытка по указанной деятельности за 2014 год. Изложенное свидетельствует о том, что Общество могло принять спорные расходы при исчислении налога на прибыль организаций за 2014 год.

На основании изложенного, Инспекция полагает, что  по результатам выездной налоговой проверки определены надлежащие налоговые обязательства Общества по спорному эпизоду.

 

В представленном отзыве суду апелляционной инстанции Общество возражает относительно доводов апелляционной жалобы, указывает на законность и обоснованность судебного акта, а также на отсутствие оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

 

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы налогового органа.

Как следует из материалов дела, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка АО «Троицкое» (в проверяемом периоде ЗАО «Троицкое) по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2012 по 31.12.2014. 

Итоги проверки отражены в акте проверки от 31.05.2016 №9.

По результатам рассмотрения акта и материалов проверки налоговым органом принято решение от 20.09.2016 №9 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым Общество привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, в виде штрафа в размере 141 945 руб. Кроме того, указанным решением Обществу предложено: уплатить недоимку по налогу на добавленную стоимость в размере 736 316 руб. и начисленные на указанную сумму недоимки пени в размере 75 155 руб.; уменьшить сумму НДС, излишне заявленного к возмещению, в размере 138 648 руб.; уменьшить убытки, исчисленные по налогу на прибыль организаций, в размере 145 315 руб. 

Основанием для вынесения налоговым органом решения послужил вывод Инспекции о том, что Обществом в спорном периоде занижена налогооблагаемая база по НДС на 3 164 720 руб. 94 коп. в связи с передачей на безвозмездной основе закрытому акционерному обществу «ТСГЦ» (арендатору) коммунальных услуг (электроэнергия, водопотребление) и услуг по охране здания, а также в нарушение пп. 2 п.1 ст. 146 НК РФ АО «Троицкое» не включены в налогооблагаемую базу операции по оказанию услуг столовой как передача услуг для собственных нужд, расходы на которые не принимаются к вычету при исчислении налога на прибыль организаций.

Не согласившись с решением налогового органа от 20.09.2016 №9, Общество на основании статьи 139.1 Налогового кодекса Российской Федерации представило апелляционную жалобу в Управление Федеральной налоговой службы по Белгородской области. 

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы Общества Управлением Федеральной налоговой службы по Белгородской области принято решение №242 от 27.12.2016 об отказе в удовлетворении жалобы налогоплательщика, решение от 20.09.2016 № 9 оставлено без изменений. 

Общество, не согласившись с вынесенным налоговым органом решением, полагая, свои права и законные интересы нарушенными, обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным. 

 

Как следует из оспариваемого решения, Инспекцией установлено, что в нарушение пп. 1 п. 1 ст. 146 НК РФ, АО «Троицкое», являясь арендодателем , занизило налогооблагаемую базу по НДС на 3 164 720 руб. 94 коп., в связи с передачей на безвозмездной основе ЗАО «ТСГЦ» (арендатору Хрячника) коммунальных услуг (электроэнергия, водопотребление) и услуг по охране здания.

Указанные обстоятельства послужили основанием для доначисления Обществу НДС в размере 569 649 руб., пени в размере 50 438 руб., штрафа по п.1 ст.122 НК РФ в размере 76 429 руб. за 1 -4 кварталы 2013 года.

Судом первой инстанции установлено, что между АО «Троицкое» (Арендодатель) и ЗАО «ТСГЦ (Арендатор) 01.12.2012 заключен договор аренды хрячника с производственным оборудованием общей площадью 1 710 кв.м., расположенного в селе Кладовое Баброводворского сельского поселения (подпункт 1.2 пункта 1 Договора). 

Конкретный перечень оборудования и объектов недвижимости, передаваемых в аренду, определен сторонами в приложении №1 к указанному Договору. 

Согласно подпункту 4.1 пункта 4 Договора размер арендной платы является фиксированным и установлен в размере 101 860 руб. 79 коп., в том числе НДС. 

Дополнительным соглашением от 01.02.2013 к Договору Общество предоставляет ЗАО «ТСГЦ» в аренду крытый отапливаемый дезбарьер 4,5x12м (хрячник), расположенный в селе Кладовое Баброводворского сельского поселения. 

Размер арендной платы указанного имущества является фиксированным и составляет 5 538 руб. 40 коп. в месяц, в том числе НДС.

 При этом согласно договора арендатор обязался в том числе своевременно уплачивать арендную плату, за свой счет производить текущий ремонт и обслуживание имущества.

Порядок расчетов между сторонами договора за обеспечение арендованного имущества электроэнергией, водой договором не предсмотрен.

При этом расходы (электроэнергия, водопотребление и охрана имущества) по содержанию хрячника Общество оплачивало поставщику электроэнергии ОАО «Белгородская сбытовая компания», поставщику воды МУП «Водоканал», поставщику услуг по охране имущества ООО ЧОП «Есаул плюс». 

Факт получения указанных услуг Обществом подтверждается: ежемесячными отчетами об использовании ресурсов с расшифровками количества, цены и суммы, договором от 01.01.2013 №1 на оказание охранных услуг и приложением, дополнением к нему, актами оказанных услуг, счетами-фактурами, выставленными ОАО «Белгородская сбытовая компания» и МУП «Водоканал». 

Общество не оспаривает, что самостоятельно несло затраты на коммунальные услуги и услуги охраны, отражало их в бухгалтерском и налоговом учете. Отдельно ЗАО «ТСГЦ» указанные расходы Обществу не возмещались по дополнительно выставленным счетам или на основании иного договора на возмещение понесенных Арендодателем расходов.

При этом из материалов дела также следует, что счета-фактуры и первичные документы на компенсацию расходов арендодателя ( Общества ) на оплату коммунальных услуг, охраны Общество в адрес арендатора  Обществом не выставлялись.

Суд апелляционной инстанции полагает правомерным вывод суда первой инстанции о необходимости признания недействительным решения Инспекции в указанной части исходя из следующего. 

Согласно пункту 1 статьи 146 НК РФ одним из объектов обложения НДС является реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 НК РФ реализацией товаров, работ или услуг организацией или индивидуальным предпринимателем признается соответственно передача на возмездной основе (в том числе обмен товарами, работами или услугами) права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, возмездное оказание услуг одним лицом другому лицу, а в случаях, предусмотренных НК РФ, передача права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, оказание услуг одним лицом другому лицу - на безвозмездной основе. 

Порядок определения налоговой базы по НДС установлен статьями 153, 154, а порядок исчисления налога определен статьей 166 НК РФ.

 В соответствии с положениями ст.539 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

 Договор энергоснабжения заключается с абонентом при наличии у него отвечающего установленным техническим требованиям энергопринимающего устройства, присоединенного к сетям энергоснабжающей организации, и другого необходимого оборудования, а также при обеспечении учета потребления энергии.

Таким образом, в рассматриваемом случае у Общества не возникло объекта налогообложения налогом на добавленную стоимость, ввиду того, что Общество не являлось энергоснабжающей организацией по отношению к арендатору, поскольку само в качестве абонента получало и оплачивало водоотведение и электроэнергию для снабжения принадлежащих Обществу на праве собственности объектов, что подтверждается представленными в материалы дела данными энергоснабжающих организаций.

При этом доказательств того, что в рассматриваемом случае Общество передавало арендатору на возмездной либо безвозмездной основе коммунальные ресурсы либо услуги по охране в материалах дела не имеется.

Вместе с тем без обеспечения переданных в аренду объектов электроэнергией и водой арендатор не мог реализовать право пользования арендуемыми объектами, необходимыми ему для осуществления своей деятельности.

Следовательно, потребление арендатором коммунальных ресурсов неразрывно связано с предоставлением услуг по аренде. При этом то, каким образом стороны договора аренды определили финансовые обязательства арендатора перед арендодателем за использование полученного в аренду имущества ( с учетом компенсации расходов арендатора на оплату коммунальных ресурсов, либо без учета таковых) относится к формированию стоимости арендных услуг и порядку расчетов между арендодателем и арендатором.

Таким образом, в случае выставления арендодателем в адрес арендатора счетов-фактур с выделенной суммой НДС на компенсацию потребленных арендатором коммунальных ресурсов, арендатор вправе предъявить соответствующие суммы к вычету с учетом положений ст.ст.171, 172 НК РФ. 

Однако указанное не означает, что в отсутствие согласованного сторонами порядка компенсации арендатором расходов арендодателя на оплату коммунальных и иных услуг, связанных с содержанием имущества, и недоказанности фактически произведенной арендатором компенсации расходов арендодателя на приобретение коммунальных услуг, последний во всяком случае является лицом, реализовавшим в адрес арендатора коммунальные услуги и обязанным исчислить НДС с операций по безвозмездной реализации соответствующих услуг.

Указанное следует из постановления Президиума ВАС РФ от 25.02.2009 № 12664/08.

В рассматриваемом случае, как установлено судом и следует из материалов дела, стоимость арендной платы была определена сторонами в твердой сумме. Инспекцией не оспаривается, что Общество исчислило сумму НДС исходя из стоимости реализованных услуг по аренде.

Фактически, в рассматриваемом случае, вменяя Обществу в обязанность исчислить НДС со стоимости коммунальных услуг и услуг по охране, приобретенных Обществом для содержания  переданных Обществом в аренду объектов, в отсутствии согласованного сторонами условия о компенсации арендатором Обществу расходов на коммунальные услуги и услуги по охране, а также в отсутствии доказательств того, что арендатором фактически осуществлялась такая компенсация, не учтенная Обществом в составе налоговой базы по НДС, Инспекция осуществила контроль за ценой сделки по предоставлению Обществом услуг по аренде, посчитав подлежащей включению в цену этих услуг стоимость коммунальных ресурсов ( вода, электроэнергия) и стоимость приобретенных Обществом услуг по охране спорных объектов.

Указанное также следует из оснований для спорных доначислений и доводов Инспекции, заявленных в суде первой инстанции в обоснование законности принятого решения.

Так Инспекции сослалась на то обстоятельство, что сдача в аренду хрячника с производственным оборудованием и крытого отапливаемого дезбарьера 4,5*12м является для АО «Троицкое» убыточным. Сумма убытка за 2013 год составила – 1 176 530 руб. 06 коп. 

Отклоняя приведенные доводы Инспекции, суд апелляционной  инстанции исходит из следующего.

  В соответствии с п.1 ст.154 НК РФ налоговая база при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), если иное не предусмотрено настоящей статьей, определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 105.3 настоящего Кодекса, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения в них налога.

   Согласно Федеральному закону от 18.07.2011 N 227-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием принципов определения цен для целей налогообложения" часть первая Налогового кодекса дополнена разделом V.1 "Взаимозависимые лица. Общие положения о ценах и налогообложении. Налоговый контроль в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами. Соглашение о ценообразовании".

  В соответствии с положениями данного раздела НК РФ определение в целях налогообложения доходов (прибыли, выручки) взаимозависимых лиц, являющихся сторонами сделки, производится федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов с применением методов, установленных главой 14.3 НК РФ. Данный вывод следует из положений пункта 2 статьи 105.3, пункта 1 статьи 105.5, пунктов 1, 6 статьи 105.6, пункта 1 статьи 105.7, статьи 105.17 НК РФ.

  При определении налоговой базы с учетом цены товара (работы, услуги), примененной сторонами сделки для целей налогообложения, указанная цена признается рыночной, если федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов (ФНС России) не доказано обратное либо если налогоплательщик не произвел самостоятельно корректировку сумм налога (убытка) в соответствии с пунктом 6 статьи 105.3 НК РФ.

Проверка полноты исчисления и уплаты налога в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами производится вышеуказанным уполномоченным органом на основании уведомления о контролируемых сделках или извещения территориального налогового органа, проводящего выездную или камеральную налоговую проверку и мониторинг налогоплательщика. Кроме того, выявление контролируемой сделки возможно ФНС России при проведении повторной выездной налоговой проверки в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего налоговую проверку (пункт 1 статьи 105.17 НК РФ).

Таким образом, по сравнению с ранее действовавшим правовым регулированием контроля цен (статья 40 НК РФ), положения раздела V.1 Налогового кодекса сузили круг контролирующих органов, наделенных полномочиями по контролю цен, применяемых в сделках между взаимозависимыми лицами на соответствие цен рыночным ценам, предоставив такие полномочия исключительно ФНС России. Кроме того, установив специальные процедуры проведения данного вида контроля: сроки, ограничения по количеству проверок, возможность заключения соглашения о ценообразовании, право на симметричную корректировку, Налоговый кодекс исключил из числа сделок между взаимозависимыми лицами, подлежащих контролю в порядке, предусмотренном разделом V.1 настоящего Кодекса, сделки, не соответствующие критерию контролируемых сделок, а также сделки, по которым объем доходов не превышает установленные статьей 105.14 НК РФ суммовые критерии.

При этом в силу прямого запрета, установленного в абзаце 3 пункта 1 статьи 105.17 НК РФ, контроль соответствия цен, примененных в контролируемых сделках, не может быть предметом выездных и камеральных проверок.

Суд апелляционной инстанции также исходит из того, что Инспекцией не представлено доказательств получения Обществом необоснованной налоговой выгоды.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление Пленума ВАС РФ N 53) судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Под налоговой выгодой для целей постановления Пленума ВАС РФ N 53 понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В соответствии с п. 2 постановления Пленума ВАС РФ N 53 при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 N 3-П, в силу принципа свободы экономической деятельности, закрепленного в части 1 статьи 8 Конституции Российской Федерации, предпринимательская деятельность осуществляется ее субъектами самостоятельно на свой риск, эффективность и целесообразность такой деятельности также оценивается последними самостоятельно и единолично.

Несоразмерность полученной прибыли и затрат на приобретение товаров (работ, услуг) само по себе не может свидетельствовать об изначальной направленности действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды.

Планирование предпринимательской деятельности, в том числе в отношении видов и целей деятельности и получения доходов, является исключительной компетенцией самого предприятия. Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Исходя из правовых позиций, отраженных в постановлениях Президиума ВАС РФ от 26.02.2008 N 11542/2007 и от 18.03.2008 N 14616/07 в полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не вменение им доходов исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического результата с меньшими затратами.

При этом, согласно п. 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной (п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды").

В указанном постановлении Пленума ВАС РФ также разъяснено, что взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, а может иметь юридическое значение в целях налогового контроля, только если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных действий, не обусловленными разумными экономическими или иными причинами (п. 5, 6 постановления Пленума ВАС РФ N 53).

Согласно пункту 5 Постановление ВАС РФ N 53, о необоснованности налоговой выгоды свидетельствуют такие обстоятельства, как: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

Доказательств наличия приведенных обстоятельств применительно к спорным хозяйственным операциям налогоплательщика Инспекцией не представлено.

Из материалов дела следует, что налоговым органом не было установлено при проведении налоговой проверки Общества обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии разумных экономических оснований совершения указанных хозяйственных операций, направленных на искусственное создание условий получения необоснованной выгоды.

Из пояснений Общества усматривается, что установленная сторонами спорного договора аренды стоимость арендной платы была обусловлена особенностями имущества, местом его расположения и невозможностью сдачи его в аренду по ценам, компенсирующим все затраты Общества на содержание имущества. Фактически сдача в аренду спорных объектов по цене, определенной договором имело целью уменьшение размеров убытков, которые несло Общества всвязи с содержанием указанного имущества, продажа спорного актива также не отвечала интересам Общества. Указанные обстоятельства Инспекцией не опровергнуты, заявленная Обществом цель является экономически разумной.

По сути, в рассматриваемом случае, Инспекцией осуществлен контроль за ценой сделок в отсутствие достаточных и бесспорных доказательств получения Обществом необоснованной налоговой выгоды, что не соответствует вышеприведенным требованиям закона.

Судом апелляционной инстанции также учтена правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.04.2016 по делу N А63-11506/2014.

Также суд первой инстанции обоснованно учел следующее.

В обоснование потребленного арендатором объема электроэнергии, воды, услуг по охране Инспекцией представлены отчеты об использовании электроэнергии за январь-декабрь 2013, отчеты на водопотребление подразделей АО «Троицкое» от посторонних организаций за январь-декабрь 2013, акты за оказанные услуги по охране объектов ООО ЧОП «Есаул плюс», которые составлены в одностороннем порядке и являются внутренними документами Общества (т.д.5 л.д.77-90). 

В силу статьи 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни предприятия подлежит оформлению первичным учетным документом. Указанные выше документы не могут быть признаны судом первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет, осуществляются расчеты между участниками товарно-денежных отношений. 

Других доказательств, первичных документов с данными учета энергии, воды, услуг по охране, расчетов, подтверждающих объем переданной электрической энергии, воды Инспекцией в нарушение статьи 65 Арбитражного кодекса Российской Федерации не представлено. 

Ввиду изложенного, проанализировав имеющиеся материалы дела в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о недоказанности Инспекцией объема отпущенной электрической энергии, воды Обществу в спорный период. 

При таких обстоятельствах доводы Инспекции по данному эпизоду о подтверждении материалами выездной налоговой проверки факта поставки электроэнергии, воды, услуг по охране на заявленную в спорном решении сумму также подлежат отклонению. 

Учитывая изложенное суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об удовлетворении заявленных требований по указанному эпизоду. 

 

Как следует из оспариваемого решения, Инспекция пришла к выводу о неправомерном занижении АО «Троицкое» в 2014 налогооблаемой базы по НДС на 279 159 руб. 49 коп. от деятельности столовой, расположенной на территории Общества, что привело к доначислениям НДС в размере 279159 руб., пени по НДС в размере 24717 руб., штрафа по п.1ё ст.122 НК РФ в размере 65516 руб. за 1-4 кварталы 2014 г.

В ходе проверки Инспекцией установлено, что столовая, находящаяся на территории АО «Троицкое» и числящаяся на балансе организации, обслуживала как трудовой коллектив Общества, так и сторонних лиц, ввиду чего относится к объектам обслуживающего производства и хозяйства, налоговая база по которым определяется в соответствии со статьей 275.1 НК РФ (Письма Минфина России от 31.10.2014 № 03-03-06/1/55344, от 19.12.2013 № 03-03-10/56009). 

При таких обстоятельствах, Инспекцией установлено, что столовая является структурным подразделением Общества, осуществляющим деятельность, связанную с использованием объектов обслуживающих производств и хозяйств, услугами которой, помимо работников организации, могут пользоваться сторонние лица. 

При этом, Инспекция посчитала, что поскольку расходы на содержание столовой не могут относится к вычету при исчислении налога на прибыль и фактически Обществом для целей налогообложения налогом на прибыль не учитывались, реализация продукции столовой подлежит налогообложению НДС в соответствии с п.п.2 п.1 ст.146 НК  РФ.

Признавая указанные выводы налогового органа необоснованными, суд первой инстанции верно исходил из следующего.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признается передача на территории Российской Федерации товаров (выполнение работ, оказание услуг) для собственных нужд, расходы на которые не принимаются к вычету (в том числе через амортизационные отчисления) при исчислении налога на прибыль организаций. 

Таким образом, обязанность по уплате НДС при передаче товаров (выполнении работ, оказании услуг) для собственных нужд может возникнуть только в том случае, если одновременно выполняются два условия - имеется сам факт передачи товаров для собственных нужд (передача товаров внутри организации от одного структурного подразделения другому подразделению) и затраты организации на приобретение переданных товаров нельзя учесть в составе расходов, которые уменьшают налог на прибыль. 

Исходя из правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 19.06.2012 № 75/12 обязанность по исчислению налога на добавленную стоимость с указанных хозяйственных операций напрямую связана с невозможностью учета расходов по этим операциям при исчислении налога на прибыль. 

То обстоятельство, что Общество ошибочно не использовало законодательно установленное право отнесения в состав расходов «вспомогательных» затрат и неправильно отражало их в бухгалтерском и налоговом учете, не могло привести к возникновению объекта обложения налогом на добавленную стоимость, определенного подпунктом 2 пункта 1 статьи 146 Кодекса.

Оценивая доводы Инспекции о необходимости применения по данному эпизоду положения подпункта 2 пункта 1 статьи 146 НК РФ, суд первой инстанции верно исходил из следующего.

Возможность обложения операций НДС в силу указанной нормы связана с выполнением ряда условий: передача на территории Российской Федерации товаров (выполнение работ, оказание услуг) для собственных нужд, расходы на которые не принимаются к вычету (в том числе через амортизационные отчисления) при исчислении налога на прибыль организаций.

В силу п. 11 ст. 167 НК РФ в целях настоящей главы момент определения налоговой базы при передаче товаров (выполнении работ, оказании услуг) для собственных нужд, признаваемой объектом налогообложения в соответствии с настоящей главой, определяется как день совершения указанной передачи товаров (выполнения работ, оказания услуг). 

Однако Инспекция в решении не указывает, что в рассматриваемом случае была осуществлена передача товаров: каким-либо из структурных подразделений в адрес столовой, либо столовой в адрес других структурных подразделений. 

Объект налогообложения НДС может возникнуть в том случае, когда одно подразделение (в рассматриваемом случае столовая) передает товары (работы, услуги) любому другому подразделению организации. Однако такие факты Инспекцией при проведении проверки не выявлены. 

Поскольку Общество не производило передачу для собственных нужд товаров (работ, услуг), то момент возникновения налоговой базы и сам объект налогообложения отсутствует. 

Передача товаров для собственных нужд означает конечное использование товаров (работ, услуг) получателем. 

В рассматриваемом случае Общество закупало товары для столовой, для осуществления налогооблагаемой НДС деятельности - производства блюд и их реализации работникам, а не для конечного потребления (собственных нужд). Даже при убыточности столовой данные затраты формируют стоимость производимых данным подразделением товаров (работ, услуг), при реализации которых уплачивался НДС (т.д.5 л.д.26-25). 

Расходы по приобретенным товарам (работам, услугам) могут быть приняты к вычету при исчислении налога на прибыль организаций. 

В соответствии со ст. 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций (далее в настоящей главе - налог) признается прибыль, полученная налогоплательщиком. При этом прибылью в целях главы 25 «Налог на прибыль» признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов. 

В целях применения пп. 2 п. 1 ст. 146 НК РФ важно определить саму возможность отнесения затрат на расходы в целях исчисления налога на прибыль (Постановление Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 № 75/12). 

Затраты АО «Троицкое» по приобретению продуктов питания не относятся к расходам, перечисленным в статье 270 НК РФ, и могли быть учтены Обществом в целях налогообложения прибыли, поскольку  полностью соответствуют критериям ст. 252 НК РФ. 

Таким образом, ни одно из условий обложения операций НДС согласно пп. 2 п. 1 ст. 146 НК РФ не выполняется. 

Также судом первой инстанции обоснованно учтено, что по существу Инспекцией произведено исчисление НДС на сумму полученного Обществом убытка, что не соответствует законодательно закрепленному порядку уплаты налога на добавленную стоимость. 

Убыточность деятельности налогоплательщика как в целом, так и применительно к деятельности структурного подразделения не влечет возникновение объекта налогообложения НДС.

 Инспекцией установлено, что столовая является структурным подразделением Общества, осуществляющим деятельность, связанную с использованием объектов обслуживающих производств и хозяйств, услугами которой, помимо работников организации, могут пользоваться сторонние лица. Столовая расположена внутри огражденной территории организации с ограниченным доступом (пропускной режим). Однако в нее не ограничен допуск лиц, имеющих пропуск на территорию общества. 

Таким образом, по мнению Инспекции на объект общественного питания - столовую, относящуюся к обслуживающим производствам, в силу положений статьи 275.1 НК РФ, распространяется особый порядок определения налоговой базы, согласно которому налогоплательщик определяет налоговую базу по указанной деятельности отдельно от налоговой базы по иным видам деятельности (Определение ВАС РФ от 21.09.2011 № ВАС-9793/11 по делу № А47-6997/2010). 

Материалами дела подтверждается, что в проверяемом периоде во исполнение положений подпункта 8.1.8 пункта 8 Коллективного договора АО «Троицкое» организовывало льготное питание работников в столовой предприятия. При этом, исходя из условий трудовых договоров и положения об оплате труда, льготное питание не являлось частью оплаты труда работников, а доходы и расходы по оказанию услуг общественного питания и доходы и расходы от иных видов деятельности не имели раздельного учета и отражались Обществом в отчетности не обособлено (т.д. 2 л.д.87-108). 

Расходы, превышающие сумму доходов от реализации обедов работникам в размере 1 550 886 руб. 03 коп., образовались в результате деятельности столовой и в издержки производства, то есть в налогооблагаемую базу по налогу на прибыль, не включались и осуществлялись за счет чистой прибыли. 

При этом при рассмотрении дела в суде первой инстанции Общество пояснило, что ошибочно не учло спорные затраты в составе прочих расходов налога на прибыль в соответствии с подпунктом 48 пункта 1 статьи 264 НК РФ. 

Согласно сведениям, имеющимся в калькуляционных карточках за проверяемый период, показаниям допросов свидетелей, данных фискальных отчетов по контрольно-кассовой технике, работниками Общества стоимость обеда в 2014 году оплачивалась в размере 25 руб. 

Из материалов дела также следует, что на территории Общества введен пропускной режим, регламентированный «Положением о пропускном режиме ЗАО «Троицкое» , утвержденным 01.02.2012, предусматривающий в числе прочего особый порядок пропуска (выпуска) работников и посетителей на территорию предприятия и оборудование контрольно-пропускных помещений (т.д. 18 л.д.91). 

Пунктом 3.1 Положения предусмотрен въезд (выезд) автомобильного транспорта осуществляется только по пропускам установленной формы и предоставления талона о прохождении дезинфекции автотранспорта или в соответствии со списком, подписанным исполнительным директором. 

Предусмотрен запрет свободного перемещения по территории предприятия водителей, поставивших транспортное средство под погрузку/выгрузку, а также нахождение экспедиторов и сопровождающих лиц на объектах, не связанных с погрузкой/выгрузкой или оформлением приемки/передачи ТМЦ» (пункт 3.4 Положения).  

 Из представленных суду плана и фотоматериалов следует, что столовая Общества не является отдельно расположенным объектом, не имеет вывески и расположена на 2-м этаже административного здания, имеющего ограниченный доступ лиц в него (т.д. 18 л.д.90). 

Проход в административное здание осуществляется по системе «РЕКсО» на основании электронных пропусков, что подтверждается данными бухгалтерского учета Общества, а также паспортами считывателя бесконтактного РЕКСо-8-600 (сама техника) и системы контроля и управления доступом РЕЯСо-8У8-15000 (программное обеспечение системы) (т.д. 18 л.д.96- 101). 

Данная система предназначена для выполнения функций обеспечения безопасности объектов, обеспечения трудовой дисциплины и порядка автоматизации учета рабочего времени на предприятии. Система позволяет оборудовать проходные и двери функциями контроля доступа и учета рабочего времени (с использованием турникета или калитки). 

В качестве доказательства наличия постов охраны, представлена «Схема расположения охраны», где под №1 отмечен пост на входе в административное здание (на втором этаже столовая, вход по пропускам) (т.д. 18 л.д. 103). 

Таким образом, установленная система безопасности на предприятии не предполагает нахождение посторонних лиц в здании. То есть, наличие особого пропускного режима исключало свободный доступ в столовую всех желающих лиц. Само назначение столовой - питание работников трудового коллектива. 

При этом въезд и выезд транспортных средств на территорию Общества осуществлялся через иной пост охраны. 

Из изложенного следует, что Обществом предприняты все возможные меры для ограничения входа на территорию административного здания, где находится и столовая, посторонних лиц. 

Таким образом, материалами дела подтверждается, что АО «Троицкое» в рамках своей предпринимательской деятельности не преследовало такую цель, как организация питания сторонних лиц, о чем также свидетельствует низкая стоимость обедов, установленных локальным нормативным актом Общества исключительно для обеспечения питанием сотрудников Общества. 

При этом материалами дела также подтверждается, что целью создания и функционирования столовой является обеспечение работников питанием по доступным ценам, а не получение дополнительной прибыли от оказания услуг общественного питания работникам и иным лицам. Столовая является не специализированным учреждением общественного питания и не нацелена на ведение самостоятельной предпринимательской деятельности по реализации своей продукции, ее функционирование носит социальный характер и направлено на улучшение условий труда работников Общества. 

В обоснование своего довода о том, что обеды по льготным ценам реализовывались не только сотрудниками Общества, но и работниками ЗАО «Водоканал- сервис», Троицкое ЗАО «Концкорма», а также работникам других организаций Агропромышленной группы компаний БВК Инспекция ссылается только на показания трех свидетелей (протокол допроса свидетеля от 02.11.2015 №240 - водитель ЗАО «Водоканал-сервис» ФИО8, протокол допроса № 299 от 10.12.2015 - заведующая столовой ЗАО «Троицкое» ФИО9, протокол допроса № 63 от 30.03.2016 – главный бухгалтер ЗАО «Троицкое» ФИО10) (т.д.2 л.д.109-114,115-119,120-123, стр.27-28 решения Инсекции № 9 от 20.09.2016). 

При этом ФИО9 и В.Л.ВБ. пояснили, что в столовой обслуживались только работники Общества, посторонних посетителей в столовой не было. Стоимость обеда для работников составляла 25 руб. 

Из решения Инспекции следует, что по сути, вывод о применении статьи п.п.2 п.1 ст.146 НК РФ к деятельности столовой основан только на свидетельских показаниях, которые, как полагает Инспекция, свидетельствует о невозможности отнесения расходов к вычету при исчислении налога прибыль организаций. 

Однако, как установлено судом первой инстанции спорные расходы по столовой могли быть отнесены Обществом к вычету при исчислении налога на прибыль. То обстоятельство, что Общество ошибочно не учитывало указанные расходы для целей налогообложения налогом на прибыль, в рассматриваемом случае правового значения не имеет.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что Инспекцией не представлено доказательств того, что операции по реализации обедов своим работникам по льготным ценам в рассматриваемом случае являются операциями по реализации товаров работ, услуг для собственных нужд. В данном случае обеды реализуются Обществом своим работникам – физическим лицам, что исключает применение положений п.п.2 п.1 ст.146 НК РФ.

Судом первой инстанции также правомерно учтено, что фактически спорные доначисления НДС произведены исходя из суммы убытка, образовавшегося за счет превышения расходов Общества на деятельность столовой над доходами, полученными от реализации обедов, что  противоречит положениям ст.ст.39, 146, 153, 154, 159 НК РФ. 

На основании изложенного, требования Общества о признании недействительным решения Инспекции № 9 от 20.09.2016 по данному эпизоду также правомерно удовлетворены судом первой.

 

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ частью 5 статьи 200 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

В нарушение изложенных норм Инспекцией не представлены надлежащие доказательства соответствия спорного решения налогового органа нормам действующего законодательства. 

Согласно ч. 3 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должно содержаться указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части (п. 3 ч. 4 ст. 201 АПК РФ).

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания частично недействительным решения Инспекции о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №9 от 20.09.2016.

 

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Статьей 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что основания и порядок уплаты государственной пошлины, а также порядок предоставления отсрочки или рассрочки уплаты государственной пошлины устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Поскольку в статье 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрен возврат истцу (заявителю), требования которого удовлетворены судом, уплаченной им госпошлины из федерального бюджета, госпошлина, уплаченная истцом (заявителем) в таком случае, подлежит взысканию в его пользу также с проигравшей стороны.

В соответствии с пунктом 21 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» законодательством не предусмотрены возврат заявителю уплаченной государственной пошлины из бюджета в случае, если судебный акт принят в его пользу, а также освобождение государственных органов, органов местного самоуправления от процессуальной обязанности по возмещению судебных расходов. В связи с этим, если судебный акт принят не в пользу государственного органа (органа местного самоуправления), должностного лица такого органа, за исключением прокурора, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, расходы заявителя по уплате государственной пошлины подлежат возмещению соответствующим органом в составе судебных расходов (часть 1 статьи 110 АПК РФ).

При подаче заявления в Арбитражный суд Белгородской области Обществом произведена уплата государственной пошлины в размере 3 000 руб. Учитывая, что заявленные Обществом требования удовлетворены, государственная пошлина уплачена Обществом в полном размере, возврат уплаченной государственной пошлины из бюджета в рассматриваемом случае законом не предусмотрен, суд первой инстанции правомерно исходил из положений ст. 110 АПК РФ и взыскал с налогового органа, как с проигравшей стороны, судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 3 000 руб. 

 

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

Принимая во внимание, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения дела по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, им дана надлежащая правовая оценка судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения судебного акта.  

 

Доводы апелляционной жалобы Инспекции судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку повторяют доводы, заявленные при рассмотрении дела в суде первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка.

По сути, доводы жалобы сводятся к несогласию Инспекции с оценкой представленных в материалы дела доказательств, что не может являться основанием к отмене либо изменению судебного акта.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания полагать, что при оценке представленных в материалы дела доказательств, судом первой инстанции нарушены положения ст.71 АПК РФ. 

Суд первой инстанции не допустил нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ).

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что решение Арбитражного Белгородской области от 15.09.2017 по делу № А08-135/2017 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Белгородской области без удовлетворения.

 Исходя из результатов рассмотрения апелляционной жалобы, а также, учитывая, что в силу ст.333.37 НК РФ в редакции Федерального закона от 25.12.2008 № 281-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» налоговые органы освобождены от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, расходы по уплате государственной пошлины по настоящей апелляционной жалобе распределению не подлежат.

 

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 15.09.2017 по делу № А08-135/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Белгородской области – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                     М.Б. Осипова

 

Судьи                                                                            Т.Л. Михайлова

 

                                                                                       Н.А. Ольшанская