Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А59-2647/2020

г. Владивосток

24 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 июня 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05AI1-2446/2024

на определение от 27.03.2024

судьи Ю.А. Караман

по делу № А59-2647/2020 Арбитражного суда Сахалинской области

по жалобе ФИО1 на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2 с требованием об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника,

в рамках дела по заявлению ФИО3 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

при участии:

от ФИО1: представитель ФИО4 (в режиме веб-конференции), по доверенности от 16.04.2024 сроком действия 2 года, паспорт;

финансовый управляющий ФИО2 (лично), паспорт, 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 01.06.2020 обратился в суд с заявлением о признании гражданина ФИО1 (деле – должник, заявитель, апеллянт) банкротом.

Определением суда от 03.06.2020 указанное заявление принято к производству.

Определением суда от 31.07.2020 (резолютивная часть от 28.07.2020) в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий, ответчик).

Решением суда от 09.12.2022 ФИО1 признан банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на пять месяцев, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2

Определением суда от 04.03.2024 срок реализации имущества ФИО1 и полномочия финансового управляющего продлены до 09.08.2024.

В рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 обратился с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего, в которой, с учетом уточнения от 10.11.2023, просил:

- признать незаконным бездействие в виде непроведения собрания учредителей общества с ограниченной ответственностью «База серебряный родник» (далее – ООО «База серебряный родник») по вопросу переизбрания единоличного исполнительного органа;

- признать незаконным бездействие, выразившееся в неучастии, а также в занятии противоположной процессуальной позиции при участии в судебных спорах, в которых должник выступает истцом, в том числе по подаче заявлений об отстранении представителя должника ФИО4;

- признать незаконным допущенные нарушения сроков проведения собраний кредиторов;

- признать незаконным бездействие, выразившееся в непринятии мер по оспариванию сделки должника;

- признать незаконным бездействие, выразившееся в непроведении оценки имущества должника;

- отстранить ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Определением суда от 27.03.2024 в удовлетворении жалобы и требования об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина ФИО1 отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение, отстранить финансового управляющего ФИО2 от исполнения возложенных на него обязанностеи? в деле о банкротстве ФИО1 В обоснование жалобы апеллянт сослался  на то, что 100% участником и директором «ООО «База серебряный родник»» является ФИО1;  ввиду непринятия мер по смене директора ФИО1 неоднократно привлекли к административной ответственности, а в отношении подконтрольного юридического лица внесено решение об исключении из ЕГРЮЛ.  Апеллянт указал, что должник просил суд признать незаконным бездействие финансового управляющего, выразившееся в неучастии, а также в занятии противоположной процессуальной позиции при участии в спорах, в которых должник выступает истцом, со ссылкой на  абзац пятый пункта 6 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Обратил внимание на то, что собранием кредиторов установлена периодичность проведения собраний 1 раз в 6 месяцев, данный срок был нарушен финансовым управляющим. Кроме того, апеллянт считает, что финансовый управляющий должен был оспорить сделку от 22.11.2017, совершенную должником под влиянием заблуждения. Также ответчик провел оценку только доли участия в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Сахснаб-Плюс» (далее - ООО «Сахснаб-Плюс»); иное имущество из инвентаризационной описи не участвовало в оценке. В случае нехватки имущества, включенного в положение о продаже имущества должника для погашения всех требований кредиторов, финансовому управляющему придется проводить дополнительную оценку имущества должника и утверждать/изменять положение, что неминуемо приведет к затягиванию процедуры банкротства.

Определением апелляционного суда от 25.04.2024 апелляционная жалоба оставлена без движения на срок до 22.05.2024. Определением апелляционного суда от 17.05.2024 в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 17.06.2024.

До судебного заседания от финансового управляющего поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просил отказать в удовлетворении жалобы, оставить определение суда без изменения.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить.

Финансовый управляющий поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил обжалуемое определение оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судом установлено, что к отзыву финансового управляющего приложены дополнительные документы согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Финансовый управляющий заявленное ходатайство поддержал, пояснил, что данные доказательства имеются в материалах настоящего дела.

Суд, отказал в приобщении к материалам дела документов, с учетом пояснений финансового управляющего об их наличии в материалах дела.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Дела о банкротстве граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве, (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Согласно статье 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

В порядке и в сроки, которые установлены пунктом 1 настоящей статьи, рассматриваются жалобы гражданина, представителя учредителей (участников) должника, представителя собственника имущества должника - унитарного предприятия, иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также лиц, участвующих в процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, решения собрания кредиторов или комитета кредиторов, нарушающие права и (или) законные интересы гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в процессе по делу о банкротстве (пункт 3 статьи 60 Закона о банкротстве).

По смыслу указанных выше положений статьи 60 Закона о банкротстве, в силу статьи 65 АПК РФ основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом: факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей); нарушение прав (законных интересов) заявителя; причинение или возможное причинение убытков должнику или его кредиторам.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур банкротства, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве.

Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в отсутствие умысла причинить вред кредиторам, должнику и обществу.

Интересы должника, кредиторов и общества могут быть соблюдены при условии соответствия действий арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, которые регламентируют его деятельность по осуществлению процедур банкротства.

Согласно абзацу 18 статьи 2 Закона о банкротстве реализация имущества гражданина - реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов и освобождения гражданина от долгов.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в статьях 20.3 и 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными. Предусмотренный в названных нормах Закона о банкротстве перечень не является исчерпывающим.

Объем и перечень мер, которые должен осуществить управляющий во исполнение обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве, подлежит определению в каждом конкретном случае, исходя из фактических обстоятельств спора. Критериями оценки законности действий (бездействия) арбитражного управляющего в процедуре банкротства являются обязанность незамедлительно совершить предусмотренные законом действия и наличие обстоятельств, объективно препятствующих их совершению.

Таким образом, признание действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными возможно при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

-    нарушение конкретного закона или иного правового акта при исполнении конкретной обязанности, установленной законом для соответствующей процедуры банкротства (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.06.2011 № ВАС-3883/11);

-    обстоятельства, подтверждающие реальное (а не потенциальное) нарушение прав и/или законных интересов именно заявителя, а не иных лиц (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.02.2017 № 309-3016-19854);

-    обстоятельства, подтверждающие, что предполагаемые нарушения прав или законных интересов заявителя жалобы явились следствием конкретных обжалуемых действий (бездействия) самого арбитражного управляющего (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 307-ЭС15-16415), а не вызваны объективными обстоятельствами или действиями (бездействием) третьих лиц (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 № 305-ЭС18-16703);

-    наличие причинно-следственной связи между обжалуемыми действиями (бездействием) арбитражного управляющего и предполагаемым нарушением прав и интересов заявителя жалобы.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего податель жалобы обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего, а также нарушение таким поведением его прав и законных интересов. В свою очередь, арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Отказывая в признании незаконным бездействия ответчика в виде непроведения собрания учредителей ООО «База серебряный родник» по вопросу переизбрания единоличного исполнительного органа, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Данное требование обосновано должником тем, что ответчик, который с даты введения в отношении должника процедуры банкротства осуществляет права участника общества, не принял мер по переизбранию единоличного исполнительного органа, что повлекло за собой привлечение должника к административной ответственности за нарушение сроков сдачи налоговой отчетности, вынесение решения о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ ООО «База серебряный родник» (на дату разрешения спора общество исключено из реестра).

Возражая против предъявленных требований, финансовый управляющий указал, что сведения о руководителе ФИО1 были внесены в ЕГРЮЛ на основании заявления самого должника, оснований для смены директора, ФИО2 не усмотрел.

В пункте 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 названной статьи.

Согласно пункту 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» всем имуществом должника, признанного банкротом (за исключением имущества, не входящего в конкурсную массу), распоряжается финансовый управляющий (пункты 5, 6 и 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В соответствии с абзацем четвертым пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве в ходе реализации имущества гражданина финансовый управляющий осуществляет права участника юридического лица, принадлежащие гражданину, в том числе голосует на общем собрании участников.

В силу пуанта 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества.

В силу того, что финансовый управляющий осуществляет права участника организации, принадлежащие должнику, он имеет право на выражение волеизъявления относительно кандидатуры единоличного исполнительного органа такой организации (подпункт 4 пункта 2 статьи 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Предоставление финансовому управляющему такого объема прав в отношении признанного банкротом гражданина-должника направлено, в том числе на обеспечение защиты имущества последнего и предотвращение ситуаций, когда должник с учетом принадлежащей ему доли в обществе, используя свое право на управление его делами, совершает недобросовестные действия по отчуждению имущества этого общества, направленные на уменьшение конкурсной массы и причинение вреда своим кредиторам.

Таким образом, действующее законодательство предоставляет финансовому управляющему право производить действия по смене органов правления юридических лиц, принадлежащих должнику, однако такая смена органов управления должна быть обусловлена соответствующей необходимостью и совершена в интересах должника и его кредиторов.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Сахалинской области от 03.06.2022 по делу № А59-861/2020 восстановлен корпоративный контроль ФИО1 над ООО «База серебряный Родник», за ФИО1 признано право на долю в уставном капитале ООО «База серебряный родник» в размере 100% при стоимости уставного капитала в размере 10 000 руб.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ФИО1 является директором и 100% участником ООО «База серебряный родник» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>), о чем 24.02.2022 на основании его личного заявления в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись (письмо УФНС по Сахалинской области от 05.02.2024).

Решением суда от 09.12.2022 в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2

Исходя из приведенных выше нормативных положений суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что смена органов управления юридического лица, принадлежащего должнику, является правом, а не обязанностью финансового управляющего, при этом, вопреки доводам должника, принятие судом решения о признании гражданина банкротом и введении в отношении него процедуры реализации имущества само по себе не является безусловным основанием для переизбрания органа управления юридического лица, а лишь предоставляет финансовому управляющему соответствующие права участника, который обязан осуществлять их добросовестно и разумно. Должник не привел иных мотивов, по которым финансовый управляющий должен был прекратить полномочия ФИО1 как руководителя должника и назначить на эту должность иное лицо, не указал о невозможности им самим осуществлять полномочия директора общества и не представил соответствующие доказательства, которые свидетельствовали бы о принятии им действий, направленных на причинение вреда имущественной массе должника.

Коллегией установлено, что доля должника в уставном капитале ООО «База серебряный родник» включена в конкурсную массу должника, что подтверждается описью имущества. Как следует из пояснений должника, им инициированы судебные споры по оспариванию сделок ООО «База серебряный родник», результатом которых возможно увеличение имущественной массы юридического лица. В этой связи у финансового управляющего отсутствовали основания считать действия ФИО1 как руководителя указанного предприятия недобросовестными, что могло бы послужить поводом для постановки вопроса об его освобождении от должности директора ООО «База серебряный родник». В противном случае, принятие такого решения без разумных объяснений и объективных причин могло явиться основанием для признания этих действий незаконными.

Согласно постановлению мирового судьи судебного участка № 25 Сахалинской области от 27.04.2023 по делу № 5-300/2023 ФИО1 как генеральный директор ООО «База серебряный родник» признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 15.5 КоАП РФ в виде предупреждения, судом установлено нарушение требований закона по своевременной сдаче отчетности в налоговый орган.

Проанализировав данный судебный акт и доводы заявителя, суд первой инстанции пришел к выводу, что из него не следует, и должник не предоставляет доказательств того, что нарушение сроков сдачи налоговой отчетности явилось исключительно следствием признания его банкротом и непринятия финансовым управляющим мер по смене директора. Напротив, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд счел, что само по себе нахождение ФИО1 в процедуре банкротства не являлось для него препятствием для сдачи отчетности в налоговый орган, но соответствующая обязанность исполнена им с нарушением установленного законодательством срока. В этой связи возложение ответственности на финансового управляющего, который лишь осуществляет права участника, за неисполнение ФИО1 (то есть самим заявителем) надлежащим образом собственных обязанностей как руководителя принадлежащего ему юридического лица, является неправомерным. Документально не подтверждена невозможность ФИО1 лично осуществлять полномочия директора подконтрольного ему общества.

Кроме того, из обстоятельств, отраженных в постановлении мирового судьи судебного участка № 25 Сахалинской области от 27.04.2023 по делу № 5-300/2023, коллегия установила, что ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения за нарушение требований закона по своевременной сдаче отчетности в налоговый орган, поскольку должник представил первичную налоговую декларацию по налогу на прибыль за 3 месяца 2022 года в Управление Федеральной налоговой службы по Сахалинской области только 29.07.2022, в то время как срок ее сдачи – не позднее 28.04.2022. Вместе с тем в данный период в отношении ФИО1 была введена только процедура реструктуризации долгов, во время проведения которой финансовый управляющий не наделен правом осуществлять права участника юридического лица, принадлежащие гражданину, как то предусмотрено в процедуре реализации в соответствии с абзацем четвертым пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве. Процедура реализации, как указано выше в тексте настоящего постановления, введена решением суда от 09.12.2022.

Из материалов регистрационного дела, предоставленных УФНС России по Сахалинской области по запросу суда, последним установлено, что уполномоченным органом 06.10.2022 произведен осмотр объекта недвижимости, расположенного по адресу: 693012, 

<

...>, который, согласно сведениям ЕГРЮЛ, является местом нахождения и адресом ООО «База серебряный родник», начиная с даты создания общества являлся неизменным. По результатам осмотра установлено, что общество по указанному адресу не находится.

В адрес общества, а также в адрес учредителя и руководителя ФИО1 14.11.2022 инспекцией направлены уведомления о недостоверности, которые адресатами не получены, достоверные сведения не представлены.

В связи с непредставлением достоверных сведений 28.12.2022 в ЕГРЮЛ за номером 2226500247290 в отношении места нахождения и адреса юридического лица ООО «База серебряный родник» (693000, Сахалинская область, г. Южно-Сахалинск, пр.-кт Мира, д. 2б/8) в п. 9 «дополнительные сведения», указано, что сведения недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице), соответствующие сведения о недостоверности внесены также в отношении лица, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица, директора ФИО1, в отношении участников/учредителях юридического лица ФИО1

Уполномоченным органом 10.07.2023 принято решение № 472 о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности, а именно: в отношении директора ФИО1, юридического адреса общества. Данное решение уполномоченного органа опубликовано в журнале «Вестник государственной регистрации» № 27 от 12.07.2023.

УФНС России по Сахалинской области 30.10.2023 внесена запись об исключении юридического лица ООО «База серебряный родник» из ЕГРЮЛ в связи с наличием в реестре недостоверных сведений.

В соответствии с уставом ООО «База серебряный должник» единоличный исполнительный орган общества директор избирается общим собранием участников; руководит текущей деятельностью общества и решает все вопросы, которые отнесены уставом и законом к компетенции единоличного исполнительного органа; единоличный исполнительный орган без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; представляет общество в отношениях с любыми российскими и иностранными гражданами и юридическими лицами (раздел 11 устава).

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу о  том, что именно на должнике, осуществляющем полномочия руководителя ООО «База серебряный родник», лежала обязанность по предоставлению в уполномоченный орган достоверной информации, касающейся деятельности, принадлежащего ФИО1 предприятия, поскольку ни Законом об обществах с ограниченной ответственностью, ни уставом такой обязанности у участника общества не предусмотрено.

В данной части единственным аргументом должника является то, что финансовый управляющий обязан был сменить руководителя ООО «База серебряный родник» ввиду признания ФИО1 банкротом. Данный довод обоснованно отклонен судом первой инстанции на том основании, что смена органа управления является правом, а не безусловной обязанностью финансового управляющего в ситуации признания действующего директора банкротом; более того, в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что признание ФИО1 банкротом и введение в отношении него процедуры реализации имущества явилось объективным препятствием для должника как директора общества по взаимодействию с уполномоченным органом от имени ООО «База серебряный родник», в том числе по предоставлению в УФНС России по Сахалинской области достоверных сведений о руководителе, учредителе, о юридическом и фактическом адресе общества, а также по надлежащему исполнению ФИО1 своих обязательств как единоличного исполнительного органа своего предприятия. В силу абзаца четвертого пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий с даты признания должника банкротом осуществляет права участника юридического лица, принадлежащие гражданину, и закрепленные в статье 32 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, а не директора общества, то есть лица, без доверенности имеющего право действовать от имени юридического лица, в чью компетенцию входят, в том числе обязанности по своевременной сдаче отчетности в налоговый орган и предоставлению достоверных сведений о юридическом лице.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, коллегия считает необходимым отметить, что осмотр объекта недвижимости, расположенного по адресу: 693012, 

<

...>, который, согласно сведениям ЕГРЮЛ, является местом нахождения и адресом ООО «База серебряный родник», и направление уведомления о недостоверности в адрес учредителя и руководителя общества осуществлены уполномоченным органом до введения процедуры реализации имущества должника, то есть до того, как финансовый управляющий стал наделен правом осуществлять права участника ООО «База серебряный родник».

Учитывая, что ФИО1, будучи единоличным исполнительным органом ООО «База серебряный родник», не принял никаких мер к недопущению нарушения сроков сдачи отчетности, к устранению недостатков и пороков в сведениях, содержащихся в ЕГРЮЛ, суд первой инстанции обоснованно счел недоказанным факт нарушения его прав и законных интересов вменяемым финансовому управляющему бездействием в рассматриваемой части. Должником не приведено обстоятельств, с возникновением которых финансовый управляющий обязан был принять решение о прекращении полномочий ФИО1 и о назначении нового руководителя общества; равным образом, должник не привел доводов о том, что им совершались действия, направленные на ухудшение имущественного состояния ООО «База серебряный родник», что могло бы служить достаточным и убедительным основанием для смены его с должности директора.

Иных обстоятельств (кроме как признание должника банкротом), при наличии которых финансовый управляющий как участник ООО «База серебряный родник» должен был принять решение о смене руководства и прекратить полномочия ФИО1, должником не приведено, не указано, каким образом сохранение за должником статуса руководителя ООО «База серебряный родник» нарушило его права и законные интересы.

Следствием наступления неблагоприятных последствий для ООО «База серебряный родник» и для должника явилось бездействие самого ФИО1, выразившееся в непредставлении в налоговый орган достоверных сведений, а также в нарушении сроков сдачи налоговой отчетности, в связи с чем суд счел несправедливым возложение на финансового управляющего ответственности за непринятие решения о прекращении полномочий ФИО1 как директора принадлежащего ему предприятия.

Суд также признал недоказанным факт невозможности должника осуществлять контроль за своим юридическим лицом. Такое пассивное поведение должника по непредставлению уполномоченному органу достоверных сведений и несвоевременной сдаче отчетности в установленные законодательством сроки свидетельствует о безразличном отношении должника к судьбе собственного предприятия ООО «База серебряный родник».

Исходя из изложенного, несмотря на то, что общество исключено из ЕГРЮЛ, суд не усмотрел оснований для вывода о нарушении прав кредиторов должника, в большей степени аффилированных по отношению к нему, учитывая наличие у должника иного имущества в объеме, более чем достаточном для удовлетворения требований всех кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Доводы должника о том, что исполнительские функции ФИО1 после принятия решения о признании его банкротом были ограничены, отклонены как не подтвержденные документально.

В связи с изложенным суд правомерно отказал в удовлетворении жалобы ФИО1 в данной части, оснований для переоценки выводов суда у коллегии не имеется.

Отказывая по эпизоду жалобы на бездействие ответчика, выразившееся в неучастии, а также в занятии противоположной процессуальной позиции при участии в судебных спорах, в которых должник выступает истцом, в том числе по подаче заявлений об отстранении представителя должника ФИО4, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно абзацу 5 пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином. Гражданин также вправе лично участвовать в таких делах.

Судом установлено, что в производстве Арбитражного суда Сахалинской области, вне рамок дела о банкротстве ФИО1, находятся четыре дела по искам ФИО1, содержащие требования неимущественного характера, в частности:

- дело № А59-3089/2022 возбуждено по иску ООО «Сахснаб-Плюс» в лице учредителя ФИО1, финансового управляющего ФИО1 ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Консоль» (далее - ООО «Консоль») о признании недействительными в силу ничтожности сделок, применении последствий ничтожности, взыскании неосновательного обогащения (решением от 02.05.2024 исковые требования удовлетворены частично);

- дело № А59-2114/2022 возбуждено по исковому заявлению ООО «База серебряный родник» в лице учредителя ФИО1, соистца - финансового управляющего ФИО1 ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Логистический центр «Консоль» (далее – ООО «Логистический центр «Консоль»), обществу с ограниченной ответственностью «Лидер» о признании недействительными договоров купли-продажи и о применении последствий недействительности сделок (по существу не рассмотрено);

- дело № А59-1958/2020 возбуждено по исковому заявлению ФИО1 к ФИО5, ФИО3, ООО «Консоль» о признании сделок недействительными (решением от 23.10.2023 в иске отказано по причине пропуска срока исковой давности);

- дело № А59-1735/2020 возбуждено по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Консоль» (далее - ООО «Управляющая компания «Консоль»), к акционерному обществу «Сахалинсельхозавтотранс» (далее - АО «Сахалинсельхозавтотранс») о признании договора купли-продажи от 08.06.2017, заключенного между ООО   «Сахснаб-плюс»  и  ООО «Управляющая компания «Консоль» незаключенным, договора купли-продажи от 28.08.2018, заключенного между ООО «Управляющая компания «Консоль» и АО «Сахалинсельхозавтотранс» недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения (решением суда от 08.11.2023 в иске отказано по причине пропуска срока исковой давности).

Ссылаясь на то, что финансовый управляющий не принимал участие при разрешении споров, занимал противоположную позицию, отличную от позиции ФИО1, подавал ходатайства об отстранении представителя должника ФИО4 от участия в перечисленных делах, заявитель просил признать данные действия (бездействие) незаконными, как нарушающие его права и интересы.

С учетом результатов рассмотрения заявлений, ходатайств финансового управляющего, участия ФИО4 во всех перечисленных арбитражных делах от имени ФИО1, а также состоявшихся судебных актов, должник не конкретизировал, в том числе в суде апелляционной инстанции, какие именно действия финансового управляющего в рамках рассматриваемых дел повлекли нарушение его прав и законных интересов.

Так, судом из картотеки арбитражных дел установлено, что финансовым управляющим в рамках дела № А59-3089/2022 подано ходатайство о допуске его в качестве лица, ведущего дело от имени должника и об отказе в признании полномочий представителя ФИО4, действующей на основании доверенности, выданной ФИО1 Определением суда от 14.02.2023 в удовлетворении ходатайства финансового управляющего об отказе в признании полномочий представителя ФИО4 отказано, финансовый управляющий допущен к участию в деле в качестве третьего лица на стороне истца. Определением суда от 21.11.2023 удовлетворено ходатайство финансового управляющего о вступлении в дело в качестве соистца.

В рамках дела № А59-2114/2022, согласно определению суда от 20.07.2023, следует, 09.03.2023 финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о допуске его к участию в деле в качестве заявителя, ведущего дело от имени ФИО1 В судебном заседании финансовый управляющий заявил ходатайство о вступлении в дело в качестве соистца. Суд протокольным определением в порядке части 4 статьи 46 АПК РФ удовлетворил ходатайство финансового управляющего. В судебном заседании финансовый управляющий поддержал исковые требования. Таким образом, финансовый управляющий в данном деле также имеет процессуальный статус соистца и поддерживает заявленные ФИО1 требования.

Из карточки дела № А59-1958/2020 следует, что определением суда от 02.02.2023 финансовый управляющий привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Согласно определению от 03.03.2023 судом отказано в удовлетворении ходатайства финансового управляющего об отстранении представителя истца ФИО6

Из карточки дела № А59-1735/2020 следует, что финансовый управляющий привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Сведений о том, что финансовый управляющий в вышеуказанных делах занимал противоположную позицию, отличную от позиции представителя должника ФИО4, не поддерживал заявленные истцом ходатайства, действовал злонамеренно, в ущерб должнику, не имеется и из картотеки арбитражных дел не усматривается, более того, в удовлетворении исковых требований по делам № А59-1958/2020 и № А59-1735/2020 судом отказано в связи с пропуском ФИО1 срока исковой давности, которая применяется судом по заявлению стороны в споре, независимо от участия ФИО2 в деле либо нет.

По существу доводы жалобы в указанной части не конкретизированы, носят обобщенный характер, возражения сводятся к заявлению финансовым управляющим ходатайств о недопуске представителя ФИО4 к участию в спорах. Принимая во внимание, что в удовлетворении данных ходатайств судом отказано, недоказанным является факт нарушения прав и законных интересов должника, поскольку представитель ФИО4 продолжает принимать участие в судебных спорах и пользоваться всеми предоставленными истцу правами, высказывать свою процессуальную позицию, заявлять ходатайства, поддерживать исковые требования; наряду с ней, интересы должника ФИО1 представляет его финансовый управляющий, что прямо предусмотрено Законом о банкротстве; в свою очередь, заявление ходатайств о недопуске представителя должника к участию в споре является правом финансового управляющего, при этом после введения процедуры реализации от имени должника в суде выступает именно управляющий, в то же время право должника на участие в судебных процессах также предусмотрено законом.

Из судебных актов, опубликованных в рамках рассмотрения данных дел, не следует, что ФИО2 возражал против предъявленных исковых требований, напротив, в рамках дела № А59-2114/2022 в определении суда от 20.07.2023 указано, что истцом заявлено ходатайство о назначении оценочной экспертизы, которое финансовым управляющим поддержано, из определения суда от 20.07.2023 по делу № А59-2114/2022 следует, что финансовый управляющий в судебном заседании поддержал исковые требования.

Анализ данных обстоятельств показывает отсутствие нарушений прав и законных интересов должника вменяемыми финансовому управляющему действиями по изложению своей процессуальной позиции по приведенным выше арбитражным делам.

Суд первой инстанции также отметил, что Законом о банкротстве не предусмотрена безусловная обязанность финансового управляющего абсолютно во всех ситуациях поддерживать любую позицию, высказываемую должником, и поддерживать все требования, которые он предъявляет к третьим лицам. Наличие статуса финансового управляющего произвольно такую обязанность не возлагает, у него может быть собственная позиция по определенному вопросу, которая не должна противоречить основной цели банкротства - максимальное удовлетворение требований кредиторов, без ущерба интересов как кредиторов, так и самого должника.

Из обстоятельств настоящего дела о банкротстве судом также не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что финансовый управляющий действует в ущерб интересам должника и кредиторов; неоднократно в судебных заседаниях по рассмотрению многочисленных обособленных споров, инициированных мажоритарным и аффилированным кредитором ФИО3, финансовый управляющий в зависимости от характера спора, направленного на уменьшение конкурсной массы, заявлял возражения против удовлетворения таких требований, что свидетельствует о том, что ФИО2 действует не в интересах отдельного кредитора, а в общих интересах, направленных на сохранение конкурсной массы.

Кроме того, коллегия принимает во внимание пояснения ответчика, свидетельствующие об отсутствии признаков недобросовестности при подачи ходатайств об отстранении представителя должника ФИО4 от участия в перечисленных делах, согласно которым финансовый управляющий заявлял свои возражения ввиду увеличения расходов на проведение заявляемых представителем должника процессуальных процедур, часто дублирующих друг друга; других принципиальных расхождений у финансового управляющего с исковыми требованиями заявителя в вышеуказанных делах нет.

При изложенных обстоятельствах коллегия усматривает, что суд первой инстанции законно и обоснованно отказал в удовлетворении жалобы в указанной части.

Отказывая в признании незаконным допущенных нарушений сроков проведения собраний кредиторов, суд также правомерно руководствовался нижеследующим.

В соответствии с пунктом 12 статьи 213.8 Закона о банкротстве, регулирующей проведение собраний кредиторов в деле о банкротстве гражданина, к исключительной компетенции собрания кредиторов относятся: принятие решения об утверждении или об отказе в утверждении плана реструктуризации долгов гражданина; принятие решения об утверждении или об отказе в утверждении изменений, вносимых в план реструктуризации долгов гражданина; принятие решения об обращении в арбитражный суд с ходатайством об отмене плана реструктуризации долгов гражданина, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом; принятие решения об обращении в арбитражный суд с ходатайством о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом; принятие решения о заключении мирового соглашения; иные вопросы, отнесенные к исключительной компетенции собрания кредиторов в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Из данной статьи Закона о банкротстве следует, что проведение собрания кредиторов в деле о банкротстве гражданина осуществляется в ограниченном числе случаев; действующим законодательством установлена обязанность финансового управляющего проводить собрание кредиторов только в процедуре реструктуризации долгов гражданина и исключительно для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов.

Кроме того, глава Х Закона о банкротстве не содержит норм, аналогичных нормам, содержащимся в статье 143 Закона о банкротстве, предписывающих конкурсному управляющему в деле о банкротстве юридического лица ежеквартально отчитываться перед собранием кредиторов о результатах своей деятельности.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 14 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с признанием недействительными решений собраний и комитетов кредиторов в процедурах банкротства, утвержденного Президиумом 26.12.2018, положения пункта 1 статьи 143 Закона о банкротстве о ежеквартальном проведении собраний кредиторов не применяются при проведении процедур банкротства гражданина для целей минимизации расходов, связанных с их проведением.

При этом право кредиторов на получение информации (отчетов управляющего о его деятельности и ходе процедуры) реализуется посредством получения от финансового управляющего копий отчетов.

По материалам дела судами установлено, что на первом собрании кредиторов ФИО1, проведенном в процедуре реструктуризации долгов 07.12.2022 в форме заочного голосования, созванного по инициативе финансового управляющего, оформленного протоколом № 1, по вопросу номер 7 повестки дня, конкурсными кредиторами установлена периодичность проведения собрания кредиторов в последующей процедуре банкротства гражданина ФИО1 - один раз в 6 месяцев.

Финансовый управляющий в процедуре реализации имущества должника провел два собрания кредиторов, о чем свидетельствуют опубликованные на ЕФРСБ сообщения № 12025728 от 23.07.2023, № 13583205 от 04.02.2024 и представленные в материалы дела протоколы собрания кредиторов. То есть установленный собранием кредиторов шестимесячный срок не соблюден. Вместе с тем, учитывая, что из пояснений управляющего и представленных доказательств следует, что кредиторам ежеквартально направлялись отчеты о его деятельности и каких-либо возражений в данной части кредиторами не высказано, суд правильно не усмотрел нарушений прав и законных интересов должника действиями финансового управляющего по проведению собраний по истечении установленного собранием кредиторов от 07.12.2022.

При этом судом учтено, что финансовый управляющий неоднократно обращал внимание на то, что как кредиторы, так и должник на протяжении процедуры реализации имущества выражали намерение урегулировать спор путем заключения мирового соглашения, что, в свою очередь, повлияло на сроки проведения мероприятий процедуры банкротства должника (письма 20.12.2022, 10.02.2023, 17.03.2023, 14.04.2023). О таких намерениях участвующие в деле лица указывали и суду в судебных заседаниях. Тем не менее, меры по урегулированию спора остались безрезультатными. В этой связи коллегия усматривает, что в настоящем случае отсутствует прямая причинно-следственная связь между нарушением периодичности проведения собраний кредиторов должника и увеличением сроков процедуры банкротства.

Поскольку должником не представлено суду доказательств, подтверждающих нарушение его прав и законных интересов вменяемым действием финансового управляющего, жалоба в указанной части правомерно признана не подлежащей удовлетворению.

По эпизоду жалобы в части непринятия ответчиком мер по оспариванию сделки должника, суд не установил оснований для ее удовлетворения в связи со следующим.

Как следует из пояснений должника, в рамках дела № 2-6551/17 под влиянием заблуждения ФИО1 22.11.2017 заключил мировое соглашение с ФИО3 и ЛЦ «Консоль», по условиям которого ФИО1 передал в собственность ФИО3, ЛЦ «Консоль» принадлежащие ему транспортные средства: Toyota VENZA 2009 года выпуска, Toyota PRADO GRJ 2003 года выпуска, MITSUBISHI FUSO 1997 года выпуска, Toyota Ленд Крузер 200 2011 года выпуска, общей стоимостью порядка 10 млн. руб. Аналогичным образом в рамках дела № 2-6545/2017 под влиянием заблуждения ФИО1 заключил мировое соглашение 22.11.2017 с ФИО3, ЛЦ «Консоль», по условиям которого должник передал жилой дом, кадастровый номер 65:01:0503001:758, с земельным участком, кадастровый номер №65:01:0503001:0026, стоимостью более 100 млн. руб.

Должник, полагая, что мировые соглашения являются ничтожными, имеются основания для их оспаривания в рамках дела о банкротстве по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился с соответствующей просьбой к финансовому управляющему. Неисполнение данных требований явилось одним из поводов для подачи настоящей жалобы.

В силу части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) вступившие в законную силу судебные постановления (в частности, решения) судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле (часть 3 статьи 69 АПК РФ).

В пункте 21 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе» указано, что арбитражным судам следует иметь в виду, что оспаривание утвержденного судом мирового соглашения (части 1 , 5 статьи 141 АПК РФ) отдельно от оспаривания судебного акта, которым мировое соглашение утверждено, невозможно. Оспорить утвержденное судом мировое соглашение можно только путем подачи жалобы на судебный акт, которым оно было утверждено (либо заявления о его пересмотре по новым или вновь открывшимся обстоятельствам).

Оспаривание мирового соглашения, согласно правилам главы 39 ГПК РФ, возможно только в случае его утверждения судом и исключительно в порядке обжалования судебного акта об утверждении мирового соглашения. Оспаривание мирового соглашения, утвержденного судом при рассмотрении иного дела, отдельно от обжалования судебного акта об утверждении такого мирового соглашения недопустимо.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по правилам данной главы могут оспариваться, в частности, действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения.

Таким образом, утвержденное в судебном порядке мировое соглашение не может быть оспорено как сделка должника без оспаривания судебного акта, которым такое мировое соглашение утверждено. В рамках дела о банкротстве могут быть оспорены непосредственно действия по исполнению судебного акта об утверждении мирового соглашения.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 31 названного постановления отдельный кредитор или уполномоченный орган вправе обращаться к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании управляющим сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве; в случае отказа или бездействия управляющего этот кредитор или уполномоченный орган также вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве обратиться в суд с жалобой на отказ или бездействие арбитражного управляющего; признание этого бездействия (отказа) незаконным может являться основанием для отстранения арбитражного управляющего.

Лицо, обращающееся к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании сделки, должно обосновать наличие совокупности обстоятельств, составляющих предусмотренное законом основания недействительности, применительно к указанной им сделке, а также приставить соответствующие доказательства.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при рассмотрении предложения об оспаривании сделки арбитражный управляющий обязан проанализировать, насколько убедительны аргументы лица, требующего оспаривание сделки и приведенные им доказательства, а также оценить реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом соответствующего заявления. Следовательно, учитывая право арбитражного управляющего подать такое заявление, сам по себе отказ или бездействие арбитражного управляющего по оспариванию сделки не является основанием для удовлетворения жалобы на бездействие арбитражного управляющего.

При рассмотрении жалобы кредитора на отказ арбитражного управляющего оспорить сделку суду следует установить, проявил ли управляющий при таком отказе заботливость и осмотрительность, которые следовало ожидать при аналогичных обстоятельствах от обычного арбитражного управляющего; при этом суд не оценивает действительность соответствующей сделки.

Признавая доводы должника несостоятельными, суд установил отсутствие в материалах дела доказательств того, что должник, обращаясь к финансовому управляющему с требованием оспорить мировые соглашения, привел аргументированные основания для оспаривания, представил доказательства, свидетельствующие о том, что мировые соглашения фактически исполнены сторонами с указанием даты исполнения, о том, что на момент заключения мировых соглашений он был введен в заблуждение, находился под влиянием обмана и т.п. Документально никак не обоснована в принципе возможность оспаривания сделок. При этом должник являлся непосредственным участником мировых соглашений и стороной судебных споров № 2-6551/17 и № 26545/2017, в рамках которых они утверждены, в связи с чем вправе был расторгнуть мировое соглашение либо обжаловать судебные акты, однако на протяжении трех лет до введении процедуры реструктуризации и более пяти лет до введения в отношении него процедуры реализации и утверждения финансового управляющего никаких мер по защите собственных прав не предпринял, несмотря на его утверждения о том, что мировые соглашения заключены им под влиянием заблуждения, при неравноценном встречном исполнении.

В отсутствие данных об исполнении заключенных должником 22.11.2017 мировых соглашений, возможность оспаривания их по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенных при неравноценном встречном исполнении в течение одного года до возбуждения дела о банкротстве (03.06.2020), сомнительна. Должником не представлено ни суду, ни финансовому управляющему данных о том, что мировые соглашения заключены на невыгодных для него условиях в счет погашения несуществующих обязательств, не представлены сведения о рыночной стоимости переданного имущества; документально ничем не подтверждены доводы о нахождении должника в состоянии заблуждения либо обмана при заключении мировых соглашений и при последующем их исполнении (если эти обстоятельства имели место быть); не обоснована и никак не аргументирована возможность оспаривания сделок по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и не указаны доказательства, подтверждающие всю совокупность обстоятельств, подлежащих доказыванию при разрешении подобного рода требования, сам факт аффилированности сторон не является безусловным основанием для признания сделки недействительной, учитывая в данном конкретном случае, что мировые соглашения заключены с аффилированным лицом, являющимся одновременно мажоритарным кредитором, наравне с которым в реестр требований кредиторов включены кредиторы, так или иначе связанные с семьей Т-вых, независимые кредиторы у должника отсутствуют.

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требовалось выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1). Таких доказательств ни суду, ни финансовому управляющему должником не представлено.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что финансовому управляющему предоставлены доказательства в том объеме, которые позволили бы ему надлежащим образом сформулировать заявленные требования, подготовить исковое заявление и направить его в суд, в связи с чем у финансового управляющего объективно отсутствовали основания для подачи такого иска. Напротив, в суде апелляционной инстанции финансовый управляющий подтвердил отсутствие у него необходимых доказательств, несмотря запросы финансового управляющего об истребовании у должника документов.

В процедуре реализации имущества гражданина как и в конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675).

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен, с одной стороны, предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве). С другой стороны, деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей, повлекшее причинение убытков должнику, кредиторам и иным лицам, является основанием для привлечения его к ответственности в виде возмещения убытков (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли   вследствие   неправомерных   действий   (бездействия)    арбитражного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих, Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 150 от 22.05.2012).

Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. Однако не всякое оспаривание может привести к положительному для конкурсной массы результату. Так, в частности, если сделка совершена должником или за счет должника за пределами трехлетнего периода подозрительности, исчисляемого с даты принятия судом заявления о возбуждении в отношении должника дела о банкротстве, то вполне очевидно, что ее оспаривание по основаниям, предусмотренным главой Закона о банкротстве, не имеет судебных перспектив на положительное удовлетворение. Следовательно, бездействие арбитражного управляющего в отношении оспаривания подобных сделок разумно и рационально и по общему правилу не может быть признано противоправным.

Напротив, возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779(1,2)).

В отсутствие какого-либо аргументированного и документального обоснования возможности оспаривания мировых соглашений, заключенных ФИО1 в качестве сделок должника, непредставление мотивированного, документально подтвержденного обоснования своих требований финансовому управляющему, суд  законно  и обоснованно счел действия ФИО2, воздержавшегося от бесперспективного оспаривания сделок, разумными, рациональными, направленными на реализацию целей реализации имущества должника, правомерными.

В части жалобы на непроведение финансовым управляющим описи и оценки имущества должника в разумный срок, по разработке положения о продаже имущества, суд также не нашел оснований для ее удовлетворения ввиду следующего.

Согласно пункту 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества; в течение одного месяца с даты окончания проведения описи и оценки имущества гражданина финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества гражданина с указанием начальной цены продажи имущества (пункт 1 статьи 213.26 Закона о банкротстве).

Закон о банкротстве не содержит положений, предусматривающих конкретные сроки проведения описи и оценки имущества должника, вместе с тем, исходя из общих принципов, подобные мероприятия должны быть проведены в разумные сроки.

Все мероприятия по выявлению, описи, оценке, утверждению порядка продажи и реализации имущества должны проводиться финансовым управляющим в максимально сжатые сроки, в любом случае не превышающие ординарного шестимесячного срока процедуры реализации имущества должника, установленного пунктом 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 6 статьи 213.26 Закона о банкротстве о проведении описи, оценки и реализации имущества гражданина финансовый управляющий обязан информировать гражданина, конкурсных кредиторов и уполномоченный орган по их запросам, а также отчитываться перед собранием кредиторов. В случае выявления нарушений гражданин, конкурсный кредитор или уполномоченный орган вправе оспорить действия финансового управляющего в арбитражном суде.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в конкурсную массу должника, согласно инвентаризационной описи, опубликованной на ЕФРСБ 05.07.2023, включено следующее имущество:

- квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, площадью 133,3 кв.м.;

- паркоместо, расположенное по адресу: 

<

...>, площадью 14 кв.м.;

- паркоместо, расположенное по адресу 

<

...>, площадью 7,2 кв.м.;

- гараж-бокс, расположенный по адресу: 

<

...>, площадью 21 кв. м.;

- квартира, расположенная в 

<

...>, площадью 181,2 кв.м.;

- паркоместо, расположенное в 

<

...>, площадью 14,3 кв. м.;

- паркоместо, расположенное в 

<

...>, площадью 14,3 кв. м.;

- жилые апартаменты, расположенные в Болгарии, г. Обзор, корпус С, этаж 5, № 11, площадью 55,29 кв.м.;

- жилые апартаменты, расположенные в Болгарии, г. Обзор, корпус С, этаж 6, № 14 площадью 54,91 кв.м.;

- жилые апартаменты, расположенные в Болгарии, г. Обзор, корпус С, этаж 7, № 17 площадью 51,6 кв.м.;

- 100% доли участия в ООО «Сахснаб-Плюс» - 10 млн. руб.;

- 100% доли участия в ООО «База серебряный родник» - 10 млн. руб. (исключено из ЕГРЮЛ за недостоверные сведения);

- 100% доли участия в ООО «Востокснаб» - 10млн. руб.;

- 91% доли участия в АО «ССАТ» - 100 тыс. руб.

Таким образом, финансовым управляющим проведена инвентаризация имущества должника, содержащая все необходимые данные, позволяющие определить, какое конкретно имущество включено в конкурсную массу. Доказательств того, что непредставление ФИО2 описи имущества нарушило права и законные интересы должника отсутствуют, при этом должник должен быть осведомлен о составе своего имущества; равным образом, документально не подтверждено, что должник обращался к ФИО2 с запросом о предоставлении сведений в части инвентаризации его имущества и оценки, который финансовым управляющим сознательно оставлен без ответа.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.10.2021 № 305-ЭС21-10040, пунктами 1 и 2 статьи 213.26 Закона о банкротстве закреплена обязанность финансового управляющего по представлению в суд положения о реализации имущества,  указано, что оценка имущества, включенного в конкурсную массу, проводится финансовым управляющим самостоятельно, о чем им принимается решение в письменной форме. В ситуации, когда стоимость имущества должника превышает размер задолженности, управляющий вправе продать только ту часть имущества, которая необходима для погашения долга. При этом выбор конкретных объектов продажи осуществляется с учетом мнения должника, являющегося их собственником.

В силу пункта 3 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, часть этого имущества подлежат реализации на торгах в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, если иное не предусмотрено решением собрания кредиторов или определением арбитражного суда.

Согласно разъяснений, изложенных в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» положение о порядке продаже имущества гражданина должно соответствовать правилам продажи имущества должника, установленным статьями 110, 111, 112, 139 и 140 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, с целью реализации имущества должника 27.03.2023 между финансовым управляющим и ООО «Орси» заключен договор возмездного оказания услуг по оценке имущества должника, находящегося по адресу: 

<

...>, № 93.

Кредитор ФИО3 (82,16 голосов в реестре), не согласившись с решением финансового управляющего о продаже данного имущества, 21.04.2023 направил в его адрес требование о проведении оценки имущества должника для последующей реализации в виде 100% доли в уставном капитале ООО «Сахснаб-Плюс».

Договор возмездного оказания услуг по оценке имущества должника расторгнут 27.03.2023.

Между финансовым управляющим и ООО «Орси» 05.05.2023 заключен договор на оценку 100% доли в уставном капитале ООО «Сахснаб-Плюс», и на основании подготовленного отчета оценщика № 23.01-124 разработано положение о порядке продажи имущества должника, в котором определена начальная продажная цена в размере 43 398 000 рублей за лот № 1.

На основании статьи 213.26 Закона о банкротстве финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством об утверждении данного положения о продаже имущества должника.

При рассмотрении обособленного спора ФИО1 заявлены возражения относительно реализации спорной доли, мотивированные наличием у должника иного имущества в объеме, достаточном для удовлетворения всех требований кредиторов.

В свою очередь, кредитор ФИО3, являющийся заявителем по делу о банкротстве и мажоритарным кредитором, настаивал на реализации именно 100% доли уставного капитала ООО «Сахснаб-плюс», принадлежащей должнику. В последующем к данной позиции присоединилось также АО «Сахалинсельхозавтотранс».

Определением суда от 18.08.2023, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2023, предложенное финансовым управляющим положение о продаже имущества должника утверждено.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 15.01.2024 судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.

Определением суда от 18.03.2024, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2024 в удовлетворении ходатайства об утверждении представленного положения отказано в связи с отсутствием волеизъявления должника о продаже спорной доли при наличии иного имущества, достаточного для удовлетворения требований кредиторов.

Судом установлено и никем из участвующих в деле лиц не оспаривается, что согласно реестру требований кредиторов должника кредиторская задолженность составила 16 111 924,19 руб.

Анализ представленных суду в рамках разрешения обособленного спора № А59-2647-44/2020 доказательств о рыночной стоимости принадлежащего ФИО1 имущества (сведения сети «Интернет») позволил прийти к выводу о том, что должник обладает более чем достаточным объемом имущества для удовлетворения всех требований кредиторов, в связи с чем при очередности реализации этого имущества подлежит учету мнение самого должника о том, на какое имущество надлежит обратить взыскание в первую очередь.

В данной части возражения должника по существу сводятся к тому, что финансовый управляющий оценил и разработал положение о порядке продажи имущества должника только в отношении принадлежащей ФИО1 100% доли в уставном капитале ООО «Сахснаб-плюс» и не провел оценку иного имущества.

Отклоняя данный довод, суд исходил из того, что неразумным и нецелесообразным будет являться проведение мероприятий по оценке и реализации всего объема имущества должника, стоимость которого многократно превышает размер требований всех кредиторов должника, на что обратил внимание Верховный Суд Российской Федерации в определении от 14.10.2021 № 305-ЭС21-10040. Само по себе нежелание должника реализовывать спорную долю в обществе в первоочередном порядке не свидетельствует о том, что финансовый управляющий, проводя оценку данного актива и разработку положения об условиях её продажи, действовал недобросовестно, поскольку из обстоятельств настоящего дела о банкротстве не усматривается и должником не представлено ни одного доказательства того, что он обращался к финансовому управляющему с предложением о выборе имущества, подлежащего реализации в первую очередь; несмотря на опубликование соответствующей информации на ЕФРСБ, на уведомление должника о рассмотрении положения в судебном порядке (при первоначальном рассмотрении), должник никакой позиции по данному вопросу ни суду, ни финансовому управляющему не высказал, возражения заявил только лишь при апелляционном и кассационном обжаловании судебного акта.

У судов отсутствуют основания считать действия финансового управляющего по разработке спорного положения незаконными и недобросовестными; в отсутствие иного предложения, доля в ООО «Сахснаб-плюс» оценена и представлена к реализации по предложению мажоритарного кредитора, но иные независимые кредиторы у должника в принципе отсутствуют; рыночная стоимость определена в размере, достаточном для удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр. В любом случае, судом отказано в утверждении представленного положения и учтено волеизъявление должника об очередности реализации его имущества, выраженное в марте 2024 года. При этом позиция должника в данной части не принята судом в качестве абсолютной применительно к объектам недвижимости, расположенным в Болгарии, учитывая затруднительный характер их реализации, исходя из сложившейся международной обстановки и отнесения этой страны к числу недружественных государств, что по объективным причинам делает невозможным как проведение мероприятий по их осмотру и оценке, так и по продаже.

Поскольку Законом о банкротстве не предусмотрены конкретные сроки проведения описи и оценки имущества должника, в свою очередь, финансовый управляющий провел инвентаризацию имущества гражданина ФИО1 и оценку части его имущества в виде доли в уставном капитале ООО «Сахснаб-плюс», опубликовав соответствующие сведения на ЕФРСБ 29.06.2023 и 05.07.2023, исходя из даты введения процедуры реализации имущества должника (09.12.2022), а также обстоятельств неоднократного обсуждения сторонами вопроса об урегулировании спора мирным путем вплоть до апреля 2023 года, отсутствия согласованной позиции самого должника по определению очередности реализации его имущества на протяжении всей процедуры банкротства, с учетом нормативно оправданного проведения оценки и реализации только части имущества, достаточного для удовлетворения требований кредиторов, суд не усмотрел оснований считать действия финансового управляющего по проведению описи и оценки имущества должника, разработке положения только в части доли в ООО «Сахснаб-плюс» совершенными в неразумные сроки, равным образом, для вывода о незаконности действий по проведению этих мероприятий в отношении только части имущества.

Доводы должника о затягивании процедуры банкротства признаны судом несостоятельными, поскольку из материалов дела не установлено фактов нарушения сроков проведения мероприятий по формированию конкурсной массы, оценке имущества должника, разработке положения, не утвержденного судом только лишь по причине отсутствия соответствующего волеизъявления должника относительно реализации доли в ООО «Сахснаб-плюс», при этом аргументированная позиция об очередности реализации принадлежащего ФИО1 имущества представлена суду и финансовому управляющему спустя 8 месяцев после введения процедуры реализации. Также судом учтено, что в отношении всего имущества должника в виде объектов недвижимости, расположенных в Российской Федерации и в Болгарии инициированы судебные споры с требованием о прекращении прав должника на эти объекты, которые рассмотрены судом первой инстанции по существу в июле 2023 года, судебные акты обжалованы в апелляционном и кассационном порядке (№А59-2647- 39/2020, №А59-2647-40/2020, №А59-2647-41/2020 от 05-06.07.2020), т.е. объем конкурсной массы являлся спорным.

Коллегия, соглашаясь с обоснованной позицией суда первой инстанции, учитывает, что на продление сроков процедуры банкротства, как следствие, обязательных мероприятий, проводимых финансовым управляющим, в том числе повлияли действия, которые предпринимались для заключения мирового соглашения по делу о банкротстве, результат которых не остался удовлетворительным.

При установленных обстоятельствах коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции о недоказанности должником нарушения его прав и законных интересов обжалуемыми действиями (бездействием) финансового управляющего с учетом того, что кредиторами должника каких-либо возражений относительно деятельности финансового управляющего не высказано, жалобы от них не поступили, о нарушении своих прав ими не заявлено, поэтому отсутствуют достаточные основания полагать, что вменяемыми должником действиями ФИО2 нарушены их права и законные интересы. В этой связи в удовлетворении жалобы на действия ответчика правомерно отказано в полном объеме.

Отказывая в удовлетворении требования должника об отстранении ФИО2 от исполнения возложенных на него обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве должника, суд первой инстанции исходил из пункта 1 статьи 20.4, пункта 5 статьи 83 Закона о банкротстве, пункта 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», пункта 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», отсутствия доказательств того, что ответчик своими действиями (бездействием) нарушил права и законные интересы должника и его кредиторов, причинил ущерб заявителю, отказа в удовлетворении жалобы заявителя. Судом также не установлено фактов, позволяющих сделать вывод о заинтересованности финансового управляющего по отношению к кому-либо из кредиторов; в условиях, когда в реестр требований кредиторов должника включены заинтересованные по отношению к ФИО1 и заявителю по делу о банкротстве ФИО3 кредиторы, независимые кредиторы, способные оказывать влияние на ход процедуры, в принципе отсутствуют, тем не менее, ФИО2 действует в интересах конкурсной массы в целом, возражая против требований, направленных на её уменьшение, прекращение прав должника на принадлежащие ему объекты недвижимости, на увеличение кредиторской задолженности и т.п., что свидетельствует о разумном и добросовестном исполнении своих обязанностей как финансового управляющего в настоящем деле.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, по мнению суда апелляционной инстанции, не имеется.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено; апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на определение по данной категории дел не облагается государственной пошлиной.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Сахалинской области от 27.03.2024 по делу № А59-2647/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

 

.

 

Председательствующий

Т.В. Рева

 

Судьи

 

А.В. Ветошкевич

 

К.П. Засорин