Арбитражный суд Волгоградской области 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

город Волгоград «22» июня 2023 года Дело № А12-28041/2022 

Резолютивная часть решения объявлена 22 июня 2023 года. 

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Лебедева А.М.,  

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Федоровой А.С.,  в отсутствие представителей,  

рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Зингер Спб» (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>)  

к обществу с ограниченной ответственностью «РИА Профи» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>)  

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно  предмета спора: индивидуального предпринимателя ФИО1  

о взыскании компенсации, расходов, 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Зингер Спб» (далее – истец)  обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением к обществу  с ограниченной ответственностью «РИА Профи» (далее – ответчик) о взыскании  компенсации в размере 62 500 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак   № 266060, расходов на приобретение товара в размере 70 руб., почтовых расходов в  размере 157 руб., расходов за получение выписки из ЕГРЮЛ в размере 200 руб.,  8 000 руб. – стоимость фиксации правонарушения.  

Определением от 24.10.2022 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке  упрощенного производства в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 227 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

От ответчика поступило ходатайство об истребовании сведений об организационно-правовом статусе продавца (салон-магазин «Прекрасный выбор»). Ходатайство  мотивировано тем, что ответчик приобрел спорный товар у физического лица,  осуществляющего продажу на территории рынка в г. Волгограде. Продавец дал пояснения,  что оптовую закупку товара он производит в салоне-магазине «Прекрасный выбор».  

Определением от 16.12.2022 суд перешел к рассмотрению спора по правилам общего  искового заявления, в целях всестороннего изучения обстоятельств дела, а также  дополнительного исследования дополнительных доказательств.  

Определением от 21.02.2023 ФИО1 привлечен к участию в  деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно  предмета спора.  

Дело рассматривалось судом в порядке, определенном статьей 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив представленные в материалы дела документы, оценив доводы, изложенные  в исковом заявлении, суд пришел к выводу о наличии оснований для частичного  удовлетворения иска по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, общество является правообладателем товарного  знака « » по свидетельству Российской Федерации № 266060,  зарегистрированного 26.03.2004 по заявке № 2000716572 с приоритетом от 03.07.2000, в  том числе в отношении товаров 8-го класса «пилочки для ногтей» Международной  классификации товаров и услуг для регистрации знаков.  

10.02.2022 в торговой точке по адресу: 

<

...>,  был установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени  ООО «РИА Профи» товара, обладающего признаками контрафактности – маникюрные  инструменты (кусачки).  

Факт реализации указанного товара подтверждается товарным чеком, спорным  товаром, а также видеосъемкой, совершенной в целях и на основании самозащиты  гражданских прав в соответствии со статьей 14 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Предложение предпринимателем к продаже товара, на упаковке которого  размещено обозначение, сходное с упомянутым товарным знаком, и обладающего, по  мнению общества, признаками контрафактности, а также отсутствие добровольного  удовлетворения предпринимателем претензии, послужили основанием для обращения  общества с настоящим исковым заявлением в Арбитражный суд Волгоградской области.  

Согласно пункту 1 статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной  деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц,  товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана  (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки,  литературы и искусства; товарные знаки и знаки обслуживания.  

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются  способами, предусмотренными настоящим Кодексом, с учетом существа нарушенного  права и последствий нарушения этого права.  

В силу пункта 1 статьи 1477 названного кодекса на товарный знак, то есть на  обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или  индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое  свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).  

Согласно статье 1478 данного кодекса обладателем исключительного права на  товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель.  

Статья 1482 ГК РФ предусматривает, что в качестве товарных знаков могут быть  зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их  комбинации.  

На основании статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающее  исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство  индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое  средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.  Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат  интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ),  если нормами ГК РФ не предусмотрено иное. Другие лица не могут использовать  соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство  индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев,  предусмотренных настоящим Кодексом.  

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными  

настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия  правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную  настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами  иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.  

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному  правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в  соответствии со статьей 1229 названного Кодекса в любой форме и любым не  противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе  способами, указанными в пункте 2 этой статьи.  

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение. 

Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или)  смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав  ответчиком.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим  лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за  исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их  использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое  использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и  влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за  исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности  или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия  допускается настоящим Кодексом.  

Исходя из характера спора о защите авторских прав на истце лежит обязанность  доказать факты принадлежности ему авторских прав и использования данных прав  ответчиком, на ответчике - выполнение им требований действующего законодательства  при использовании соответствующих произведений (пункт 3 Обзора судебной практики  по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав,  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015).  

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них  зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на  разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является  компетенцией суда, разрешающего спор.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

По правилу части 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле.  

В то же время лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий  совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему  убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном  исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает  

относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также  достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство  признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и  исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют  действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с  другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда  заранее установленной силы.  

Оценивая спорный товар и сравнивая его с объектом интеллектуальной  собственности истца, суд установил достаточную степень смешения.  

С учетом вышеприведенных норм суд приходит к выводу о нарушении ответчиком  исключительных прав истца на спорный товарный знак.  

Предоставление другому лицу права использования соответствующих результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации производится  правообладателем на основании соответствующего договора (лицензионный договор)  (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Доказательств наличия у ответчика лицензии, договора или иного разрешения  правообладателя на использование товарного знака, в материалы дела не представлено.  

Совокупностью представленных истцом доказательств подтвержден факт продажи  контрафактного товара, в том числе видеозаписью процесса продажи, самим  контрафактным товаром, чеком.  

Согласно абзацу 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как  добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от  любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы  другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

К лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с  использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств  индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные  требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение.  

Соответственно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по  продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с  тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты -  должно получить необходимую информацию от своих контрагентов об отсутствии  нарушения исключительных прав; обратное свидетельствует о неразумности его  поведения.  

Конституционный Суд РФ в постановлении от 13.12.2016 № 28-П указал на то, что  лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в  которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы  удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно  получить необходимую информацию от своих контрагентов.  

Соответственно, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке  сведений о товарных знаках.  

В соответствии с пунктами 1, 5 статьи 1233 Гражданского кодекса Российской  Федерации доказательством лицензионной продукции может являться лицензионный  договор между правообладателем и поставщиком.  

Таким образом, ответчик мог уже на этапе приобретения товара выяснить  обстоятельства, при которых разрешал или не разрешал правообладатель осуществлять  реализацию спорного объекта тем лицам, которые реализовали товар ответчику.  

Кроме того, на лицензионном товаре содержатся сведения о правообладателе и  лицензиате. На спорном товаре такие сведения отсутствуют.  

Ответчик не был лишен возможности реализовывать лицензионную продукцию,  однако предпринимателем был реализован именно контрафактный товар.  

В материалы дела ответчиком не представлено доказательств попыток проверить  партию товара на контрафактность, что свидетельствует о грубом характере нарушения.  

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской  Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его  товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых  товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого  использования возникнет вероятность смешения.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской  Федерации защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и  на средства индивидуализации осуществляется путем предъявления требований,  указанных в настоящем пункте.  

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 1252 Гражданского кодекса  Российской Федерации одним из способов защиты исключительных прав на результаты  интеллектуальной деятельности является предъявление требования о пресечении  действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, к лицу,  совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к  ним.  

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в  случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной  деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права  правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты  компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при  доказанности факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом в  пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от  характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и  справедливости.  

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной  правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер  ответственности, установленных статьями 1250, 1252, 1253 ГК РФ, вправе в соответствии  с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать от нарушителя вместо возмещения убытков  выплаты, в том числе компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов  рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения (статья 1301  ГК РФ).  

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не  установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК  РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное  нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат  применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение  интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть  чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.  

Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в  пункте 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по  своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в  размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда  исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых  незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права  

использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.  

В силу положений пунктов 60, 61 постановления № 10 требование о взыскании  компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат  интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является  самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи  1225, 1227, 1252 ГК РФ).  

Истцом размер компенсации заявлен в размере 62 500 руб. за нарушение права на  объект интеллектуальной собственности, исходя из следующего.  

В обоснование приведенного расчета компенсации истец представил в материалы  дела лицензионный договор (неисключительная лицензия) от 11.08.2021,  предоставляющий право на использования на неисключительной основе товарного знака  по свидетельству № 266060 в отношении всех товаров, включенных в 8, 35 классы  Международной Классификации товаров и услуг (МКТУ), заключенный между истцом и  ИП ФИО2.  

Согласно пункту 2.1 указанного договора, за предоставление права использования  товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере  750 000 руб.  

Указанный лицензионный договор является действующим, заключен в  соответствии с требованиями закона.  

Во исполнение пункта 2 статьи 1235 ГК РФ указанный договор зарегистрирован в  установленном порядке.  

Лицензиатом - ИП ФИО2, пункт 2 лицензионного договора от 11.08.2021  исполняется, что подтверждается платежными поручениями № 130 от 28.10.2021, № 131  от 06.12.2021.  

То обстоятельство, что в материалах дела отсутствуют доказательства исполнения  лицензиатом своих обязательств в полном объеме (на сумму 750 000 руб.), не имеет  значения для оценки и квалификации представленного лицензионного договора.  

В соответствии с подпунктом 2 пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель  вправе требовать компенсации в двукратном размере стоимости права использования  товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах  обычно взимается за правомерное использование товарного знака.  

Исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по договору  неисключительной лицензии от 11.08.2021, размер компенсации за нарушение  исключительных прав на товарный знак № 266060 в двукратном размере составляет  62 500 руб. из расчета: 750 000 руб. / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ  применения/ 12 месяцев X 2 = 62 500 руб.  

Таким образом, истец, изменив способ расчета компенсации с части 1 пункта 4  статьи 1515 ГК РФ на часть 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, просит взыскать в свою пользу  компенсацию в размере 62 500 руб. (в двукратном размере стоимости права  использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака).  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части  четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о  взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном  размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить  расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие  стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В  

случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об  истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.  

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном  размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав,  изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то  определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем  способом, который использовал нарушитель.  

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда,  рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в  пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных  обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.  

Таким образом, с учетом характера допущенного нарушения и тяжелого  материального положения ответчика и при наличии соответствующего заявления от него  суд вправе снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4  статьи 1515 ГК РФ величины.  

Данная правовая позиция отражена в постановлении Конституционного Суда РФ  от 24.07.2020 № 40-П.  

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из  двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака,  императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом  расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом  цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное  использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами,  обосновывающими иной размер стоимости этого права.  

При определении стоимости права использования соответствующего товарного  знака суду необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта  интеллектуальных прав, в связи с чем, за основу расчета размера компенсации должна  быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования.  

На основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц,  участвующих в деле, суд устанавливает стоимость, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего  товарного знака.  

При этом, определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости  права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет  размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась  меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.  

Представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает,  что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере  цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку, с учетом норм  пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, за основу рассчитываемой компенсации должна быть  принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное  использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал  нарушитель.  

Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора  размер компенсации путем обоснования иной стоимости права использования  соответствующего товарного знака, исходя из существа нарушения, условий этого  договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и  заключения независимого оценщика.  

Как указал Верховный суд Российской Федерации в определении от 26.01.2021   № 310-ЭС20-9768, в случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании  лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства  допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем  предоставленного права; способы использования права по договору и способ  допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено  право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к  товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская  Федерация, субъект Российской Федерации, или иная территория); иные обстоятельства.  

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права  использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в  котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по  сравнению с размером, заявленным истцом.  

Согласно пункту 1.3 лицензионного договора от 11.08.2021 лицензиат вправе  использовать товарный знак на всей территории Российской Федерации путем его  размещения на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые ввозятся,  предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным  образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо  хранятся с этой целью.  

Таким образом, в спорном лицензионном договоре территорией использования  товарного знака определена вся территория Российской Федерации.  

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчиком  использовался спорный товарный знак более чем в одном субъекте РФ (Волгоградская  область).  

В связи с этим, расчет компенсации должен производиться следующим образом: 

750 000 руб. / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения / 12 месяцев  / 85 субъектов РФ х 2 = 735 руб. 30 коп.  

С учетом изложенных обстоятельств именно такая денежная компенсация будет  соотносима с условиями лицензионного договора, отвечать принципу разумности и  соразмерности.  

В остальной части иска надлежит отказать. 

Истцом также заявлено о взыскании с ответчика 70 руб. расходов на приобретение  товара, 200 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП, 157 руб. почтовых расходов,  8 000 руб. расходов на фиксацию правонарушения.  

В части требований о взыскании 8 000 руб. в счет компенсации понесенных  расходов на фиксацию нарушения суд исходит из следующего.  

Законодательством не запрещено привлечение истцом иного лица для собирания  доказательств с целью обращения истца в суд. Однако в данном случае истец должен  подтвердить, что именно им были понесены указанные расходы по фиксации нарушений.  

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О  некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с  рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек,  должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом  издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных  обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.  

В соответствии с представленным в дело платежным поручением № 7062 от  13.10.2022 оплата услуг исполнителя производилась со счета ООО «Медиа-НН».  

В рассматриваемом случае истцом не представлено доказательств возмещения  понесенных расходов заказчика - ООО «Медиа-НН» исполнителю – ИП ФИО3  по фиксации факта нарушения исключительных прав.  

Аналогичная позиция нашла свое подтверждение в постановлении Суда по  интеллектуальным правам от 05.09.2022 по делу № А72-18131/2021.  

Несения остальных судебных издержек подтверждено материалами дела, в силу  статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации они подлежат  отнесению на ответчика, пропорционально удовлетворенным требованиям.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

РЕШИЛ:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РИА Профи» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью  «Зингер СПб» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 735 руб. 30 коп. компенсации за  нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060, 0,81 руб. расходов на  приобретение товара, 2,34 руб. расходов на получение выписки из ЕГРЮЛ,  1,83 руб. почтовых расходов, 29,25 руб. судебных расходов по оплате государственной  пошлины по иску.  

В остальной части иска отказать. 

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в Двенадцатый  арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через  Арбитражный суд Волгоградской области.  

Судья А.М. Лебедев  

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 15.02.2023 11:20:00Кому выдана Лебедев Александр Михайлович