№09АП-4418/2024

Дело № А40-192270/18

г. Москва

29 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2024 года

Постановление

 изготовлено в полном объеме 29 февраля 2024 года

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Н. Федоровой,

судей М.С. Сафроновой, Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2023 по делу №А40-192270/18, вынесенное судьей Е.А. Пахомовым в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО3,

при участии в судебном заседании:

ФИО2 – лично, паспорт

От ФИО1 – ФИО4 по дов. от 31.01.2024

От ЗАО «ЮЭК» - ФИО5 по дов. от 27.12.2023,

Иные лица не явились, извещены, 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.01.2020 гражданин ФИО3 (дата рождения: 27.07.1960 г., место рождения: город Москва) признан несостоятельным (банкротом), финансовым управляющим должника утвержден ФИО6 (603146, 

<

...>, оф. 500).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.08.2022 финансовым управляющим должника утвержден ФИО2 (адрес для направления корреспонденции: 634084, 

<

...>) - член НПС СОПАУ «Альянс управляющих».

В Арбитражный суд города Москвы 04.08.2023 поступила жалоба ЗАО «ЮЭК» на действия финансового управляющего ФИО2, согласно которой заявитель просил признать незаконными действия финансового управляющего ФИО3 и отстранить ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2023 жалоба ЗАО «ЮЭК» признана обоснованной, действия/бездействие финансового управляющего ФИО2 признаны незаконными, ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО3

Не согласившись с вынесенным по делу судебным актом, ФИО1, финансовый управляющий ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят судебный акт отменить.

В обоснование доводов жалоб заявитель арбитражный управляющий ФИО2 указывает, что на момент вынесения Арбитражным судом города Москвы оспариваемого судебного акта все разногласия с подателем жалобы были устранены. Кроме того, финансовому управляющему ФИО2 вменены как недобросовестные те действия, которые признавались законными и достаточными при рассмотрении жалоб на действия ранее осуществлявшего полномочия финансового управляющего ФИО6 Указывает, что в распоряжении ни финансового управляющего ФИО6, ни финансового управляющего ФИО2 не было ни осмотра, ни фото так и не обнаруженного имущества. Апеллянт указывает, что суд первой инстанции не разъяснил, какие действия кроме официального розыска имущества, запретов на его отчуждение и получения сведений о его идентификационных сведениях должен предпринимать разумно действующий арбитражный управляющий.

Ссылается на пассивную позицию ЗАО «ЮЭК», которая не может быть вменена в недобросовестность действий арбитражного управляющего, так как у финансового управляющего ФИО2 не было оснований и обязанности произвольно вносить изменения в утвержденное Положение о реализации имущества, включая изменение стоимости реализуемых лотов. Указывает, что вопрос о нереализации долей принадлежащих ФИО3 компаний не поднимался и самим подателем жалобы ни финансовым управляющим, вопреки выводам суда первой инстанции.

Указывает, что мнение заявителя ЗАО «ЮЭК» об аффилированности финансового управляющего с группой Бартолиус, ФИО7, ФИО8 не основано на каких-либо доказательствах и является предположением.

Ссылается на то, что выводы суда, изложенные в обжалуемом определении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем, просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы заявитель ФИО1 указывает, что выводы суда о том, что СРО НПС СОПАУ «Альянс Управляющих», которое представило кандидатуру ФИО2, выбрано аффилированными с Должником кредиторами ФИО8 и ФИО7, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не основаны на нормах материального права. Указывает, что резолютивная часть Обжалуемого определения не соответствует просительной части жалобы ЗАО «ЮЭК», из текста судебного акта не представляется возможным установить, какие именно действия/бездействие финансового управляющего ФИО2 признаны незаконными.

Апеллянт ссылается на то, что финансовым управляющим ФИО2 не допущено каких-либо нарушений законодательства о банкротстве и требований добросовестности и разумности при осуществлении полномочий, выводы об обратном не соответствуют обстоятельствам спора и нормам материального права.

В суд апелляционной инстанции поступили отзывы ЗАО «ЮЭК» на апелляционные жалобы, в которых просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО2 и представитель ФИО1 поддерживали доводы апелляционных жалоб по мотивам, изложенным в них, просили отменить судебный акт.

Представитель ЗАО «ЮЭК» возражал на доводы апелляционных жалоб, поддержал позиции, изложенные в отзывах. 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 АПК РФ, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 AПK РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 4 статьи 20 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.4 Закона о банкротстве основанием для отстранения арбитражного управляющего является неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего в соответствии с настоящим Федеральным законом или федеральными стандартами.

В соответствии с пунктом 12 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий может быть освобожден или отстранен арбитражным судом от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 83 настоящего Федерального закона в отношении административного управляющего.

Исходя из положений статьи 83 Закона о банкротстве, административный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве: на основании решения собрания кредиторов в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на административного управляющего обязанностей в деле о банкротстве; в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение административным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение нарушило права или законные интересы этого лица, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки, причиненные должнику или его кредиторам; в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица административным управляющим, в том числе в случае возникновения таких обстоятельств после утверждения лица административным управляющим; на основании ходатайства саморегулируемой организации арбитражных управляющих в случае исключения арбитражного управляющего из саморегулируемой организации в связи с нарушением арбитражным управляющим условий членства в саморегулируемой организации, нарушения арбитражным управляющим требований Закона о банкротстве, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности; на основании ходатайства саморегулируемой организации арбитражных управляющих в случае применения к арбитражному управляющему административного наказания в виде дисквалификации за совершение административного правонарушения; в иных предусмотренных федеральным законом случаях.

При этом в силу абзаца 7 пункта 56 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" необходимо учитывать исключительность названной меры ответственности в виде отстранения, недопустимость фактического установления таким образом запрета на профессию и необходимость ограничения во времени риска ответственности за совершенные нарушения.

Таким образом, для отстранения финансового управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей нужно установить грубое нарушение закона, причинения вреда кредиторам или должнику, неспособность вести дело о банкротстве в соответствии с теми целями и задачами, которые установлены законом.

Обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы с жалобой, кредитор ЗАО «ЮЭК» просил признать незаконными действия финансового управляющего ФИО3 – ФИО2, которые выразились в:

- непроведении действий по поиску имущества должника;

- проведении некорректного анализа и оценки имущества должника;

- непроведении торгов в отношении имущества должника;

- проведении торгов в отношении имущества должника, которое отсутствовало на момент проведения торгов;

- несении необоснованных расходов за счет конкурсной массы должника;

- невзыскании дебиторской задолженности в принадлежащих должнику компаниях;

- закрытии расчетного счета в ПАО «Сбербанк» и открытии нового счета;

- невосстановлении документов, которые необходимы для реализации имущества должника.

Относительно доводов заявителя о непринятии финансовым управляющим ФИО2 мер по поиску ценного движимого имущества судом были проанализированы данные из отчетов финансового управляющего за 16.02.2023, а также за 17.04.2023, из которых следует, что с 16.08.2022 и по дату вынесения судом обжалуемого определения ФИО2 не предпринимались достаточные действия по розыску/передаче на ответственное хранение и последующей реализации транспортных средств, чья стоимость, по данным агрегаторов объявлений, может составлять более 1 млн руб.

Кроме того, в соответствии с п. 3 Постановления Правительства РФ от 22.05.2003 №299 «Об утверждении Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего» в отчетах (заключениях) арбитражного управляющего указываются сведения, определенные настоящими Правилами, сведения, предусмотренные Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», и дополнительная информация, которая может иметь существенное значение для принятия решений арбитражным судом и собранием (комитетом) кредиторов.

Так, отчеты финансового управляющего от 16.02.2023, от 17.04.2023, содержат неполную и недостоверную информацию, из данных, отраженных в этих отчетах невозможно установить истинную и полную картину ведения им свей деятельности.

Содержащаяся в отчетах информация надлежащим образом не отражает ни состав имущества, ни его стоимость.

Кроме того, в отчетах ФИО2 также отсутствует информация о реквизитах счета, на который поступили денежные средства в размере более 7 млн. руб.

Из пояснений кредитора следует, что ответ по указанной информации был предоставлен ФУ ЗАО «ЮЭК» только после получения финансовым управляющим жалобы на его незаконные действия.

В силу ст. 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий несет самостоятельную ответственность по обеспечению сохранности и защите имущества должника.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур банкротства, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Возражая против доводов кредитора, финансовый управляющий ФИО2 указывал, что он не несет ответственности за непроведение поиска имущества, поскольку данные действия проводил прежний управляющий ФИО6

Вместе с тем, указанные доводы отклонены судом первой инстанции в силу их несостоятельности.

Так, подача арбитражным управляющим отдельных запросов по некоторым видам имущества с заведомо ожидаемым отрицательным результатом не свидетельствует о соблюдении достаточных мер по розыску имущества должника и формированию его конкурсной массы.

Как следует из доводов жалобы заявителя, ФИО2 игнорировал запросы кредитора ЗАО «ЮЭК» о предоставлении информации о движении денежных средств, полученных от реализации имущества должника, о выставленном на торги имуществе, о поступлении денежных средств на расчетные счета без указания конкретных счетов.

При этом, большая часть обращений, запросов и действий, которые приводились финансовым управляющим в качестве опровержения доводов и фактических оснований ЗАО «ЮЭК» о бездействии, недобросовестности финансового управляющего, были совершены им уже после первой даты подачи жалобы и соотносятся именно с теми фактами бездействия финансового управляющего, которые приводит ЗАО «ЮЭК».

Так, согласно материалам дела, все действия по исправлению опечаток, ошибок и иных неточностей в отчете стали осуществляться арбитражным управляющим только после получения жалоб на его бездействие. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции признал недобросовестным поведение арбитражного управляющего, выразившееся в неполноте сведений, отраженных в отчете о деятельности финансового управляющего и несвоевременном направлении ответов на запросы ЗАО «ЮЭК».

Проанализировав отчеты финансового управляющего от 16.02.2023, 17.04.2023 суд согласился с доводами заявителя о том, что отчеты не являются полными документами, которые содержат достаточную информацию о ходе процедуры банкротства должника.

Кроме того, суд первой инстанции согласился с доводом заявителя о необоснованном непроведении финансовым управляющим анализа принадлежащего должнику недвижимого имущества.

В соответствии с представленными в материалы дела данными о торгах (Сообщения в системе Федресурс №10114326 от 18.11.2022; № 10574593 от 20.01.2023) финансовый управляющий необоснованно не указал информацию о категории земель, являющихся объектом продажи, а также другую информацию, которая могла иметь значение для потенциального покупателя: имеются ли на данных земельных участках ограниченные вещные права; имеются ли рядом опасные производственные объекты и т.д.

Данная информация также отсутствует и в отчетах финансового управляющего за 16.02.2023, а также за 17.04.2023, из чего суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО2, формируя предложение о продаже объектов, самостоятельную оценку и осмотр не проводил.

Вместе с тем, будучи разумным и добросовестным арбитражным управляющим, ФИО2 должен был провести самостоятельный анализ земельных участков, в связи с чем, доводы ФИО2 о том, что оценку проводил предыдущий финансовый управляющий должника ФИО6, правомерно отклонены судом первой инстанции в силу их несостоятельности.

Данные земельные участки являлись ценным активом и могли существенно пополнить конкурсную массу. При этом согласно публичным данным агрегаторов предложений о продаже аналогичных земельных участков их стоимость может значительно различаться.

В соответствии с Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 17.05.2018 по делу № 305-ЭС17-20073, А40-2204/2016 в силу того, что финансовый управляющий осуществляет права участника организации, принадлежащие должнику, он имеет безусловное право на выражение волеизъявления относительно кандидатуры единоличного исполнительного органа такой организации (подпункт 4 пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Предоставление финансовому управляющему такого объема прав в отношении признанного банкротом гражданина-должника направлено, в том числе на обеспечение защиты имущества последнего и предотвращение ситуаций, когда должник с учетом принадлежащей ему доли в обществе, используя свое право на управление его делами, совершает недобросовестные действия по отчуждению имущества этого общества, направленные на уменьшение конкурсной массы и причинение вреда своим кредиторам.

Учитывая вышеприведенные нормы права, суд первой инстанции посчитал обоснованным довод заявителя о непринятии ФИО2 мер по реализации корпоративных прав в отношении принадлежащих ФИО3 компаний, в том числе, непринятии мер по урегулированию дебиторской задолженности.

Разумный и добросовестный управляющий должен был от имени должника обращаться к единоличным исполнительным органам компаний, направлять запросы, предъявлять претензии для определения того, является ли задолженность безнадежной к взысканию или нет, однако этого сделано не было.

Так, финансовый управляющий ФИО2, не обращался к исполнительному органу (генеральному директору), реализуя права участника с требованием предоставить информацию о счетах, имуществе, структуре дебиторской задолженности, не обращался в суд с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей, о взыскании с них в пользу должника убытков, которые могли бы пополнить конкурсную массу должника. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Кроме того, ФИО2, являясь разумным и добросовестным арбитражным управляющим, должен был принять меры по предотвращению ликвидации принадлежащих должнику копаний, а также взысканию принадлежащей им дебиторской задолженности, в связи с чем, доводы об отсутствии необходимости предпринимать меры по предотвращению ликвидации принадлежащих должнику компаний также правомерно признаны судом первой инстанции несостоятельными.

Также, суд первой инстанции согласился с доводами кредитора о том, что в результате действий ФИО2 за счет конкурсной массы были понесены расходы на поддержание в силе патентов, в отношении которых неизвестно, являются ли они ценным имуществом или нет.

Анализ того, представляют ли патенты какую-либо имущественную ценность, не проводился.

Арбитражный управляющий также не выяснил, является ли целесообразной реализация патентов в условиях долевой собственности с Чаком С.М.

Надлежащих доказательств в обоснование своей позиции в отношении данного довода кредитора со стороны финансового управляющего в материалы дела представлено не было, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований кредитора в указанной части.

Резюмируя изложенное, суд установил, что управляющий уклонился от проведения анализа земельных участков, не предпринял анализа патентов, а также долей в принадлежащих должнику компаниях, не предпринял никаких действий по анализу дебиторской задолженности в отношении принадлежащих должнику компаний.

Так, как указывалось ранее, содержащаяся в отчетах информация надлежащим образом не отражает ни состав имущества, ни его стоимость, в связи с чем, очевиден вывод о том, что отчеты арбитражного управляющего не соответствуют предъявляемым к ним действующим законодательствам требованиям.

Кроме того, обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы с жалобой, кредитор также ссылался на наличие признаков аффилированности финансового управляющего ФИО2 с должником и мажоритарным кредитором.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Оценка деятельности финансового управляющего по критерию разумности и целесообразности может быть дана при реализации лицами, предусмотренными законом, права на обжалование действия (бездействия) финансового управляющего в порядке статьи 60 Закона о банкротстве.

В силу статьи 65 АПК РФ заявитель должен доказать наличие следующих обстоятельств: факт неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей; нарушение прав (законных интересов) заявителя; причинение или возможное причинение убытков должнику или его кредиторам (пункт 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

Отстранение финансового управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина осуществляется по правилам пункта 5 статьи 83 и пункта 1.2 статьи 213.9 Закона о банкротстве и допускается в тех исключительных случаях, когда совершение арбитражным управляющим неоднократных грубых умышленных нарушений в данном или в других делах о банкротстве, подтвержденное вступившими в законную силу судебными актами (например, о его отстранении, о признании его действий незаконными или о признании необоснованными понесенных им расходов), приводит к существенным и обоснованным сомнениям в наличии у арбитражного управляющего должной компетентности, добросовестности или независимости (пункт 56 постановления № 35).

В соответствии с единообразным подходом судебной практики наличие заинтересованности является основанием для отстранения арбитражного управляющего (Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2020 по делу №А60-68562/2019; определение Арбитражного суда г. Москвы от 06.07.2020 по делу №А40-173401/19; постановление Арбитражного суда Уральского округа от 31.01.2020 по делу №А76-14121/2017; постановление Арбитражного суда Уральского округа от 18 июля 2019 г. по делу №А60-28985/2017).

Как следует из постановления Арбитражного суда Уральского округа от 17.03.2021 по делу №А47-12394/2019, в силу требований закона и сложившейся правоприменительной практики, заинтересованность арбитражного управляющего по отношению к одному из кредиторов является самостоятельным основанием для его отстранения от исполнения обязанностей в деле о банкротстве должника. При этом применение данного основания судом для отстранения арбитражного управляющего не поставлено в зависимость от наличия наступивших негативных последствий от деятельности такого арбитражного управляющего.

Аффилированность по своей сути, означает возможность влиять на управленческие и иные решения взаимозависимых лиц, судам необходимо принимать во внимание фактические взаимоотношения сторон. Представление арбитражным управляющим интересов должника может свидетельствовать о наличии опосредованной заинтересованности арбитражного управляющего по отношению к должнику, интересы которого могут кардинально расходиться с интересами кредиторов, в том числе, и в части перехода контроля за активами конкурсной массы.

Именно поэтому при рассмотрении вопросов, связанных с утверждением арбитражного управляющего, арбитражным судам следует учитывать, что в соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 19.12.2005 № 12-П гарантом обеспечения баланса интересов участников дела о банкротстве является непосредственно арбитражный управляющий, утверждаемый арбитражным судом в порядке, установленном статьей 45 Закона о банкротстве, и для проведения процедур банкротства наделяемый полномочиями, которые в значительной степени носят публично-правовой характер.

С учетом изложенного, одним из оснований, по которому арбитражный управляющий не может быть утвержден конкурсным управляющим, является заинтересованность арбитражного управляющего по отношению к должнику и его кредиторам (абзац 2 пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве), в том числе, в случае, если применительно к понятиям, заложенным в статье 19 Закона о банкротстве арбитражный управляющий не является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

В целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

В соответствии с п. 4 «Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве» от 11.10.2023 арбитражный управляющий должен быть независим от должника и кредиторов. Обоснованные сомнения в независимости арбитражного управляющего толкуются против его утверждения.

Как следует из материалов дела, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2019 по делу № А40- 192270/18 установлена фактическая аффилированность ФИО9 и должника.

В рамках данного постановления были оспорены сделки по выведению ФИО3 из конкурсной массы должника недвижимого имущества в пользу ФИО9

Кроме того, решением Хамовнического районного суда г. Москвы от 23.06.2023 по делу № 2-408/2023 была установлена аффилированность ФИО9, ФИО10, а также Тая Ю.В., ФИО7, ФИО8, которые в свою очередь до правопреемства на ФИО1 являлись мажоритарными кредиторами в деле о банкротстве ФИО3

При этом, как следует из представленных в материалы дела доказательств, ФИО1 является старшим партнером адвокатского бюро «Бартолиус», партнером которого также является ФИО11

Вместе с тем, на собрании кредиторов от 15.03.2022, назначенном с учетом поданного заявления финансового управляющего ФИО6 о его досрочном освобождении, ФИО8 и ФИО7 проголосовали за СРО - НПС СОПАУ «Альянс управляющих», которое представило кандидатуру ФИО12

Кроме того, как отмечал кредитор, позиции мажоритарного кредитора ФИО1, а также Тая Ю.В., ФИО7, ФИО8, которые в свою очередь до правопреемства на ФИО1 являлись мажоритарными кредиторами в деле о банкротстве ФИО3, идентичные, вплоть до описок, ошибок, допущенных в тексте.

Таким образом, имеются основания полагать, что СРО было выбрано аффилированными кредиторами.

Таким образом, в соответствии с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации обоснованные сомнения в независимости арбитражного управляющего толкуются против его утверждения, принимая во внимание приведенные заявителем доводы, а также нормативные и документальные обоснования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО3 по мотиву заинтересованности с должником, а также его кредиторами и связанными с ними лицами.

При этом, суд первой инстанции отметил, что финансовый управляющий, являясь самостоятельным и независимым арбитражным управляющим, действовал бы автономно, в отсутствие конфликта интересов по отношению как в должнику, так и к мажоритарным кредиторам должника и не допустил бы указанных нарушений при поиске и реализации имущества должника.

Вышеуказанные выводы суда первой инстанции основаны на обоснованных сомнениях в независимости арбитражного управляющего, которые были установлены в ходе рассмотрения дела.

Так, в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора установлен, что финансовым управляющим ФИО2 не были приняты меры по взысканию убытков с ФИО9 в размере 56 млн. руб. для пополнения конкурсной массы ФИО3

Вместе с тем, согласно материалам электронного дела, ФИО2 обращался в адрес Арбитражного суда города Москвы с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО6 убытков в размере 56 447 709.17 руб. Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2023 в удовлетворении заявления отказано.

При этом, отказывая в удовлетворении заявления ФИО2, Арбитражный суд города Москвы в определении от 25.01.2023 по делу № А40-192270/18 пришел к выводу о том, что финансовый управляющий ФИО2 вправе обратиться с иском о взыскании убытков с ФИО9 (абз. 17-18 стр. 5 – абз. 1 стр. 6 определения).

Вместе с тем, несмотря на вынесение указанного судебного акта, ФИО2 бездействовал и более чем в течение 6 месяцев не взыскивал убытки и, в том числе, не присоединился к ранее поданному заявлению АО «Новая Магистраль» заявлению, в связи с чем имеются оснований полагать об интересе финансового управляющего ФИО2 по защите ФИО9 от взыскания убытков в размере 56 447 709,17 руб.

Так, финансовый управляющий вышеописанными действиями (бездействием) повлек возникновение у суда объективных сомнений в способности надлежащего ведения им процедуры банкротства в дальнейшем, что также является основанием для его отстранения.

Кроме того, Верховный Суд Российской Федерации в определении №304-ЭС23-12970(2) от 29.11.2023 не установил оснований для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке, поскольку в рассматриваемом случае удовлетворяя заявление должника, суды руководствовались положениями статей 20.2, 213.9 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из доказанности наличия существенных и обоснованных сомнений в независимости и беспристрастности арбитражного управляющего по отношению к мажоритарному кредитору должника, возможности конфликта интересов между управляющим, кредиторами и должником.

Также, из позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении №304-ЭС23-1138(1,2) от 27.02.2023 следует, что проведение процедуры банкротства арбитражным управляющим, аффилированным по отношению к отдельному кредитору (группе кредиторов) или должнику, недопустимо ввиду очевидности конфликта интересов, наличия обоснованных сомнений в независимости, беспристрастности финансового управляющего, что в соответствии с положениями статей 20.4, 145 Закона о банкротстве является достаточным для применения к финансовому управляющему такой меры ответственности как отстранение его от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника.

Как указывалось ранее, в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

В противном случае имеется вероятность возникновения конфликта интересов между кредиторами, иными участниками дела о банкротстве и арбитражным управляющим должника, что должно быть исключено в процедуре банкротства, поскольку гарантом обеспечения баланса интересов является непосредственно арбитражный управляющий, утверждаемый арбитражным судом в порядке, установленном статьей 45 Закона о банкротстве, и для проведения процедур банкротства наделяемый полномочиями, которые в значительной степени носят публично-правовой характер (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19.12.2005 N 12-П).

Арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан принимать меры по защите имущества должника (абзац второй пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве) и обеспечению сохранности имущества должника (абзац пятый пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Независимость арбитражного управляющего подтверждается отсутствием конфликта его имущественных интересов с кредиторами и должником.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2020 N 308-ЭС-2721, стороне, возражающей относительно конкретной кандидатуры арбитражного управляющего, достаточно подтвердить существенные и обоснованные сомнения в независимости управляющего, иными словами, зародить у суда разумные подозрения относительно приемлемости названной кандидатуры.

Формальное отсутствие установленных пунктами 1 и 3 статьи 19 Закона о банкротстве признаков заинтересованности не препятствуют суду оценивать иные обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности, ставящие под сомнение непредвзятость и независимость арбитражного управляющего.

В пункте 16 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 N 150 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих" приведена правовая позиция, согласно которой в функции суда, рассматривающего дело о банкротстве, входит не только защита реально нарушенных арбитражным управляющим прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, но и предотвращение угрозы их нарушения со стороны такого управляющего.

Принимая во внимание, что арбитражный управляющий, утверждаемый для осуществления процедур банкротства, обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии независимости которого у суда имеются существенные и обоснованные сомнения; при наличии таких сомнений суд вправе по своей инициативе или по ходатайству участвующих в деле лиц отказать в утверждении такого арбитражного управляющего или отстранить его.

Исходя из позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2020 N 305-ЭС19-26656, если у суда имеются разумные подозрения в независимости управляющего, то суд имеет право затребовать кандидатуру другого управляющего. Поскольку законом вопрос об утверждении управляющего отнесен к компетенции суда, то суд не может быть связан при принятии соответствующего решения исключительно волей кредиторов (как при возбуждении дела, так и впоследствии).

Такой подход соответствует практике разрешения подобного рода споров, выработанной высшей судебной инстанцией (например, определения от 26.08.2020 N 308-ЭС-2721, от 29.04.2019 N 310-ЭС17-15048(2), от 25.10.2021 N 302-ЭС19-18801(6), от 05.04.2021 N 304-ЭС21-524, от 01.10.2021 N 304-ЭС21-16830).

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства и соглашается с выводами суда первой инстанции о применении в настоящем рассматриваемом случае к финансовому управляющему такой меры ответственности как отстранение его от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника, поскольку совокупностью фактических обстоятельств по делу подтверждаются существенные и обоснованные сомнения в независимости управляющего.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.12.2023 по делу №А40-192270/18 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                                 Ю.Н. Федорова

Судьи:                                                                                                                      М.С. Сафронова

Н.В. Юркова