ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-5505/2015

21 мая 2019 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  14 мая 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 мая 2019 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бодунковой С.А.,

судей Зориной О.В., Шаровой Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции, заявление финансового управляющего Кашина Станислава Александровича о признании недействительной сделки - договора купли-продажи помещения от 20.01.2017, совершенной между должником и Уфуковой Ириной Юрьевной; о признании недействительной сделки по отчуждению Молотовой Майей Петровной спорного имущества в пользу Молотова Владислава Юрьевича; применении последствий недействительности сделок в виде обязании Молотова Владислава Юрьевича вернуть в конкурсную массу помещение, назначение: нежилое, общей площадью 119, 7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Максима Горького, д. 51, помещение 13, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя Молотовой Майи Петровны (ОГРНИП 307861306000021, ИНН 861300067671), 

при участии в судебном заседании:

от публичного акционерного общества «Сбербанк России» – ФИО6 (паспорт, доверенность №8634/248-Д от 30.05.2017 сроком действия до 07.02.2020).

установил:

решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 16.06.2017 (резолютивная часть 14.06.2017) индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее по тексту – ИП ФИО4, должник) признана несостоятельным (банкротом) в отношении нее введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 24.06.2017. 

30.05.2018 финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о признании недействительной сделки – договора купли-продажи помещения от 20.01.2017, совершенной ФИО4 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки в виде возврата отчужденного имущества в конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 03.02.2019 заявленные требования финансового управляющего ФИО2 – удовлетворены частично. Суд признал недействительной сделку – договор купли-продажи помещения от 20.01.2017, заключенную ФИО4 и ФИО3. Отказал в удовлетворении требований финансового управляющего о применении последствий недействительности сделки. Отменил принятые обеспечительные меры после вступления настоящего определения в законную силу.

Не соглашаясь с вынесенным судебным актом, публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее по тексту - ПАО «Сбербанк России», кредитор) обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение суда в полном объеме и принять судебный акт с учетом уточненных требований финансового управляющего.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что судом первой инстанции необоснованно не были приняты уточнения требований, заявленных финансовым управляющим в связи с тем, что арбитражный управляющий не представил доказательств совершения дополнительно оспариваемых сделок. Полагает, что обе сделки – переход права собственности от ФИО4 к ФИО3, а также переход права собственности ФИО3 к ФИО5 оформляет единую сделку, и как следствие, волю сторон по отчуждению в собственность ФИО5 спорного имущества.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2019 апелляционная жалоба ПАО «Сбербанк России» была принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 18.04.2019.

Не соглашаясь с вынесенным судебным актом, ИП ФИО4 также обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение в части признания недействительной сделки – договора купли-продажи помещения от 20.01.2017, заключенного ФИО4 и ФИО3.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что условия мирового соглашения существенно ухудшили положение должника как заемщика ПАО «Сбербанк России», в связи с чем ИП ФИО4 была вынуждена продать спорную недвижимость. Указывает, что с вырученных от продажи недвижимости денежных средств должников произведено частичное гашение задолженности перед кредиторами, оплата коммунальных услуг, суммы вознаграждения финансовому управляющему и судебных расходы за период процедуры банкротства, а также приобретены товары для развития бизнеса. Согласно позиции подателя жалобы оплата по договору была произведена в полном объеме, что подтверждается расписками о получении денежных средств, при этом финансовым управляющим не доказано, что рыночная стоимость переданного должником имущества существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2019 апелляционная жалоба ИП ФИО4 была принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 18.04.2019.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ПАО «Сбербанк России»  поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Представитель ИП ФИО4 поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

При рассмотрении жалоб суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии безусловных оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам рассмотрения дела судом первой инстанции в связи с нарушением судом первой инстанции норм процессуального права, предусмотренного пунктом 4 части 1, частью 3 статьи 270 АПК РФ, абзацем 2 пункта 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О 3 А75-5505/2015 применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», а именно – непринятие судом первой инстанции заявления финансового управляющего ФИО2 об уточнении требований.

Как следует из материалов дела, 18.12.2018 и 21.01.2019 финансовым управляющим ФИО2 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суде первой инстанции было заявлено об уточнении исковых требований, в соответствии с которыми заявитель просил Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры:

- признать ничтожной сделку, совершенную ФИО4 и ФИО3, в последующем ФИО3 в пользу ФИО5;

- признать недействительной сделку по отчуждению ФИО4 спорного имущества в пользу ФИО5;

- обязать ФИО5 вернуть в конкурсную массу помещение, назначение: нежилое, общей площадью 119, 7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>. 

Однако суд не принял уточнение исковых требований, ссылаясь на то, что принятие заявленных уточнений нарушит права лиц, участвующих в деле, а также, исходя из того, что заявлено об оспаривании сделок, которые ранее предметом оспаривания не являлись.

Согласно части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

По смыслу статьи 49 АПК РФ, основанием иска являются обстоятельства, на которые ссылается истец в подтверждение исковых требований к ответчику, предметом иска - материально-правовое требование к ответчику о совершении определенных действий, воздержании от них; признании наличия или отсутствия правоотношения, изменении или прекращении его.

В рассматриваемом случае до принятия определения арбитражным судом заявитель, воспользовавшись правом, предоставленным ему статьей 49 АПК РФ, в суде первой инстанции заявил об уточнении требований, в соответствии с которым к первоначальным требованиям добавил требование о признании недействительной сделку по отчуждению ФИО4 спорного имущества в пользу ФИО5 и применении последствий недействительности сделок в виде обязания ФИО5 вернуть в конкурсную массу помещение, назначение: нежилое, общей площадью 119, 7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>.

При этом предметом заявленных требований в первой и второй сделке является помещение, назначение: нежилое, общей площадью 119, 7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>, которое конкурсный управляющий просит в качестве применения последствия недействительности сделок вернуть в конкурсную массу.

Как следует из заявления об уточнении, фактически арбитражным управляющим заявлено об оспаривании единой сделки по отчуждению вышеуказанного имущества от ФИО4 ФИО5

Вывод суда первой инстанции о том, что принятие уточненных заявленных требований нарушит права и процессуальные интересы как лиц, о привлечении которых ходатайствовал арбитражный управляющий, так и лиц, уже участвующих в рассматриваемом обособленном споре, ошибочен, поскольку в связи с наличием в материалах дела документов, формально подтверждающих существование отношений между ФИО4 и ФИО5 суду первой инстанции следовало по существу проверить заявленные доводы о действительности договоров, положенных в основание требования, в том числе исследовать взаимоотношения между продавцом и  последним собственником имущества,  а также проанализировать экономическую целесообразность заключения этих сделок.

Таким образом, заявление финансового управляющего ФИО2 об уточнении требований судом первой инстанции отклонено необоснованно.

В силу абзаца 2 пункта 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - Постановление № 36), если судом апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы в порядке апелляционного производства будет установлено, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции лицо заявляло ходатайство в соответствии со статьей 49 Кодекса об изменении предмета или основания иска, увеличении или уменьшении исковых требований и суд неправомерно отказал в удовлетворении такого ходатайства или рассмотрел заявление без учета заявленных изменений либо по какому-то другому требованию лица, участвующего в деле, не принял решения и утрачена возможность принятия дополнительного решения, то суд апелляционной инстанции, исходя из положений части 1 статьи 268 АПК РФ о повторном рассмотрении дела, в силу части 6.1. статьи 268 АПК РФ переходит к рассмотрению дела по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции, в рамках которого рассматривает не рассмотренные ранее требования, принимает измененные предмет или основание иска, увеличенные (уменьшенные) требования.

Согласно пункту 28 Постановления № 36 если при рассмотрении апелляционной жалобы на решение суда первой инстанции, в котором содержатся выводы в отношении части требований, рассмотренных по существу, а другие требования оставлены без рассмотрения или по ним прекращено производство, суд апелляционной инстанции установит, что имеются основания для отмены судебного акта в части оставления заявления без рассмотрения (прекращения производства), то он переходит к рассмотрению дела в этой части по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Изложенные в пункте 28 Постановления № 36 разъяснения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации позволяют Восьмому арбитражному апелляционному суду сделать вывод о том, что переход к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, возможен в части не принятого к рассмотрению уточненного требования:

- о признании недействительной сделку по отчуждению ФИО4 спорного имущества в пользу ФИО5;

- об обязании ФИО5 вернуть в конкурсную массу помещение, назначение: нежилое, общей площадью 119, 7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 268 АПК РФ, пунктом 29 постановления Пленума ВАС РФ № 36 от 28.05.2009 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции выносит определение. Возражения в отношении данного определения в силу частей 1, 2 статьи 188 Кодекса могут быть заявлены только при обжаловании судебного акта, которым завершается рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции.

На отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019 (резолютивная часть объявлена 18.04.2019) осуществлен переход к рассмотрению дела по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании недействительной сделки - договора купли-продажи помещения от 20.01.2017, совершенной между должником и ФИО3; о признании недействительной сделки по отчуждению ФИО4 спорного имущества в пользу ФИО5; применении последствий недействительности сделок в виде обязании ФИО5 вернуть в конкурсную массу помещение, назначение: нежилое, общей площадью 119, 7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО4. Рассмотрение настоящего заявления назначено к рассмотрению в судебном заседании Восьмого арбитражного апелляционного суда на 14.05.2019 в 13 час. 10 мин

Указанным определением к участию в споре в качестве ответчика привлечены ФИО5, ФИО3. Лицам, участвующим в обособленном споре было предложено представить отзывы на заявление финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными сделок, в которых указать, в том числе, мотивы приобретения и последующего отчуждения спорного имущества, обстоятельства оплаты, источники денежных средств для оплаты, их последующее расходование, обстоятельства поиска покупателя (продавца) для приобретения (продажи) имущества, родственные связи между лицами, участвующими в оспариваемой сделке, включая связь между ФИО4 и ФИО5, а также сведения о том кому спорное имущество принадлежит в настоящее время.

07.05.2019 посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от ПАО «Сбербанк России» поступил письменный отзыв, в котором просит заявление финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности удовлетворить в полном объеме.

13.05.2019 от ФИО5 поступил письменный отзыв, в котором просит в удовлетворении заявления финансового управляющего об оспаривании сделок должника отказать в полном объеме.

В судебном заседании, состоявшемся 14.05.2019, представитель ПАО «Сбербанк России» поддержал требования, изложенные в заявлении финансового управляющего ФИО2, просит их удовлетворить в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения настоящего заявления, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел дело в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В силу пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротства с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов наступают, в том числе, следующие последствия - требования о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 04.05.2015 в отношении ИП ФИО4 введена процедура банкротства – наблюдение.

На основании определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 22.04.2016 утверждено мировое соглашение, заключенное 27.01.2016 между ИП ФИО4 и кредиторами – ПАО «Сбербанк России», Федеральной налоговой службой России, производство по делу №А75-5505/2015 прекращено.

ПАО «Сбербанк России» 07.11.2016 обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о расторжении мирового соглашения и возобновлении производства по делу о банкротстве ИП ФИО4

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 04.04.2017 заключенное мировое соглашение расторгнуто, в отношении ИП ФИО4 возобновлена процедура банкротства.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 16.06.2017 индивидуальный предприниматель ФИО4 признана несостоятельным (банкротом) в отношении нее введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

20.01.2017 между ФИО4 (Продавец в лице представителя ФИО5, действующего по доверенности) и ФИО3 (Покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого ФИО4 продает принадлежащий ей на праве собственности объект недвижимости - помещение, назначение: нежилое, общей площадью 119, 7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>.

Согласно пункту 3 договора купли-продажи указанное помещение оценено сторонами и продано за 4 000 000 руб., уплаченные покупателем продавцу полностью до подписания настоящего договора.

Пунктом 5 договора предусмотрено, что обязательство продавца по передаче вышеуказанного помещения покупателю, а обязательство покупателя принять его считаются исполненными без дополнительного составления передаточного акта.

Вышеуказанное помещение находится в аренде у Акционерного коммерческого банка «АК БАРС» (публичное акционерное общество) на основании договора аренды от 01.12.2006, о чем покупателю известно (пункт 10 договора).

03.03.2017 между ФИО3 (Продавец) и ФИО5 (Покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец передает покупателю объект недвижимости - помещение, назначение: нежилое, общей площадью 119, 7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>.

Согласно пункту 3 договора купли-продажи указанное помещение оценено сторонами и продано за 4 000 000 руб., уплаченные покупателем продавцу полностью до подписания настоящего договора.

Пунктом 5 договора предусмотрено, что обязательство продавца по передаче вышеуказанного помещения покупателю, а обязательство покупателя принять его считаются исполненными без дополнительного составления передаточного акта.

Вышеуказанное помещение находится в аренде у Акционерного коммерческого банка «АК БАРС» (публичное акционерное общество) на основании договора аренды от 01.12.2006, о чем покупателю известно (пункт 10 договора).

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости правообладателем спорного помещения является ФИО5, право собственности которого зарегистрировано 14.03.2017.

Финансовый управляющий, считая, что поименованные выше договоры образуют сделку, прикрывающую безвозмездный вывод имущества должника заинтересованному лицу с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с заявлением о признании указанных сделок недействительными на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника сослался на то, что договор купли-продажи объекта недвижимости является недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьей 61.2 Закона о банкротстве, так как безвозмездный, заключен с заинтересованным лицом, в период действия мирового соглашения по делу о банкротстве должника, при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки

С учетом уточнений финансовый управляющий должника просил суд:

- признать недействительной сделку - договор купли-продажи помещения от 20.01.2017, совершенный между должником и ФИО3;

- признать недействительной сделки по отчуждению ФИО4 спорного имущества в пользу ФИО5;

- применить последствия недействительности сделок в виде обязании ФИО5 вернуть в конкурсную массу помещение, назначение: нежилое, общей площадью 119, 7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: 

<

...>.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции проверяет обоснованность заявленных требований относительно признания договоров купли-продажи, заключенных между ФИО4 и ФИО3, а впоследствии между ФИО3 и ФИО5, применительно к пункту 2 статьи 170 ГК РФ в составе основной сделки, признанной недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.   

Проанализировав доводы заявления, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, апелляционная коллегия пришла к выводу, что заявленное финансовым управляющим ФИО2 требование подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд определяет, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

То есть, арбитражный суд при принятии судебного акта не связан с правовой квалификацией, которую предлагают стороны, самостоятельно определяет, какие законы подлежат применению в конкретном рассматриваемом случае исходя из фактических обстоятельств спора.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами. Как разъяснено в пункте 88 Постановления № 25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Таким образом, в настоящем случае проверке подлежат взаимосвязанные сделки купли-продажи по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как прикрывающие одну сделку по безвозмездному отчуждению (выводу) имущества должника в пользу заинтересованного лица.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Финансовым управляющим ФИО2 в правовом обосновании оспаривания сделки указано на пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом, может быть признана судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В абзаце втором пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Постановление № 63), разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности недобросовестности контрагента), не требуется.

Из материалов дела следует, что сделки по выводу имущества из собственности должника (20.01.2017, 03.03.2017), прикрывающие вывод имущества должника от ФИО4 к ФИО5, входящие в предмет рассмотрения, совершены в период, когда ФИО4 прекратила исполнение обязательств по мировому соглашению,  ПАО «Сбербанк России» было подано заявление  о расторжении мирового соглашения, менее, чем за 3 месяца до возобновления процедуры банкротства в отношении должника и менее, чем за 5 месяцев до введения процедуры реализации имущества ФИО4, что попадает под период подозрительности, предусмотренный нормами пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Следовательно, для признания сделки недействительной достаточно установить неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

Согласно абзацу пятому пункта 8 Постановления № 63 на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Верховный Суд РФ в Определении от 07.08.2017 № 310-ЭС17-4012 по делу № А64-8376/2014 указал, что по смыслу названного разъяснения могут оспариваться в качестве неравноценных в том числе сделки, стороны которых заведомо рассматривали условие о размере стоимости предоставления контрагента должника как фиктивное, заранее осознавая, что оно не будет исполнено в полном объеме. По сути, такое условие соглашения о полном размере стоимости прикрывает (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) собой условие о фактической (меньшей) стоимости предоставления контрагента, и содержание прикрываемого условия охватывается волей обеих сторон сделки.

Финансовый управляющий указал в заявлении, что обязанность по оплате нежилого помещения ФИО3 фактически не исполнялась, доказательств наличия финансовой возможности для оплаты стоимости объекта недвижимости, в общей сумме 4 000 000 руб. не представлено, оспариваемая сделка совершена с целью вывода данного актива. Также должник не получала денежных средств от ФИО5

В целях проверки указанного довода судами первой и апелляционной инстанции лицам, участвующим в деле предлагалось представить доказательства реального произведения оплаты, а также пояснения относительно обстоятельств, при которых производилась оплата за спорное имущество, источники денежных средств для оплаты у ответчика.

В обоснование наличия у ответчика финансовой возможности приобрести спорное помещение, в материалы дела представлен отзыв ФИО3, согласно которому приобретение данного объекта недвижимости производилось на личные накопления, а также на заемные денежные средства, которые были предоставлены ФИО7 в размере 3 000 000 руб., в подтверждение чего приложены договор займа от 15.01.2017 и расписка в получении денежных средств на сумму 3 000 000 руб.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), приведены разъяснения, из которых следует, что проверка обоснованности требования кредитора в деле о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания, исключающие возможность включения в реестр требований задолженностей, не подтвержденных достаточными доказательствами.

При рассмотрении настоящего обособленного спора по оспариванию сделки должника-гражданина как безвозмездной подлежат применению указанные повышенные стандарты доказывания в деле о банкротстве.

В пункте 26 Постановления № 35 указано, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Согласно позиции ФИО4, факт реальности отношений по договору купли-продажи недвижимости с ФИО3, подтверждается, в том числе, наличием предварительного договора купли-продажи от 26.04.2016, заключенного с ФИО3, согласно условиям которого ФИО3 приобрела у должника спорное имущество в рассрочку, тем самым оплачивала стоимость помещения, начиная с даты заключения предварительного договора ежемесячными платежами по 400 000 руб. При этом после выплаты всей суммы между сторонами был заключен основной договор купли-продажи от 20.01.2017.

Вопреки доводам должника, представление предварительного договора от 26.04.2016, само по себе, не может являться безусловным основанием подтверждения реальности передачи покупателем денежных средств продавцу по заключенному спустя около шести месяцев договору купли-продажи от 20.01.2017, вследствие чего судом апелляционной инстанции принимается дата регистрации прекращения права собственности должника (31.01.2017) по причине заключения спорного договора, доказательств оплаты по которому сторонами не представлено. Более того, суд апелляционной инстанции отмечает, что должник и ФИО3 настаивали на том, что являются незаинтересованными по отношению к друг другу лицами, однако не раскрыли суду причины заключения предварительного и основного договоров купли-продажи, какие гарантии (способы обеспечения) исполнения обязательств были согласованы сторонами.  Более того, раскрывая источники денежных средств для исполнения обязательств по договору ФИО3, представила договор займа, заключенный с ФИО7 от 15.01.2017, то есть в период заключения договора купли-продажи , а не предварительного договора, по которому якобы производилась оплата за счет денежных средств, полученных от ФИО7  Доказательств наличия собственных накоплений и их источников ФИО3 не представлено.

Таким образом, ни должником, ни ответчиком в материалы дела не представлены достоверные доказательства, свидетельствующие о реальной передаче денежных средств в размере 4 000 000 руб., как и не представлено доказательств перечисления указанной суммы в счет погашения имеющихся обязательств ФИО4 перед иными кредиторами.

Указание в договоре купли-продажи на полный расчет по договору безусловным доказательством передачи денежных средств не является.

При этом по условиям заключенного между ФИО3 и ФИО7 договора заем является беспроцентным, сведений о доверительном отношении между заемщиком и займодавцем, свидетельствующих о возможности предоставления крупной суммы в размере 3 000 000 руб. на столь короткий срок (с 15.01.2017 по 31.05.2018) суду не раскрыто. Таким образом, оснований для вывода о реальности займа, его самостоятельном (вне сделок по выводу имущества из собственности должника) характере не имеется, поскольку должнику не поступили денежные средства, источником которых мог бы являться займ, предоставленный ФИО7

Предоставление займа на таких условиях противоречит обычным условиям гражданского оборота, влечет необоснованное каким-либо интересом отвлечение средств из оборота займодавца (осуществляющего предпринимательскую деятельность).

Таким образом, вопреки доводам ФИО3, достоверных доказательств наличия денежных средств для оплаты по договору ею  не представлено.

Тот факт, что должник признал оплату по договору также не является доказательством произведенной оплаты.

Кроме того, как разъяснено во втором абзаце пункта 26 Постановления № 35, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. Данные разъяснения по аналогии применимы и при рассмотрении вопроса о признании сделок должника недействительной.

Указание в тексте договора на осуществление оплаты в отсутствие достоверных доказательств фактического наличия денежных средств и их передачи доказательством оплаты не является.

Так, разумное поведение добросовестных участников гражданско-правовых отношений, ожидаемое при схожих обстоятельствах, предполагает под собой такой способ передачи денежных средств продавцу, который не позволил бы усомниться в реальности отношений ни иным участникам гражданского оборота, ни суду, ни участникам процесса (например, платёжное поручение с указанием реквизитов договора и суммой перечисления, выписка с банковского счета о движении 4 000 000 руб. по счетам продавца/покупателя и иные). Вместе с тем, способ передачи денежных средств ФИО4 объективными доказательствами не подтверждён.

Материалы дела также не содержат доказательств наличия у покупателя – ФИО3 финансовой возможности произвести оплату по договорам купли-продажи в обусловленном размере.

Кроме того, должник, указывая на произведенную покупателем оплату, не предоставил доказательств того, что полученные денежные средства действительно были направлены на указанные цели, при том, что у должника уже имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.

При этом ПАО «Сбербанк России» в своем отзыве указывает, что ссылка должника о гашении задолженности после реализации объекта надвижимости ПАО «Сбербанк » в размере 2 300 366 руб. 18 коп. не соответствует действительности, поскольку представленные в материалы выписки из лицевых счетов заемщика подтверждают гашение:

- по кредитному договору № 

<

***> от 30.12.2013 в размере 222 958,46 руб. с 01.02.2017 по 21.03.2017;

- по кредитному договору № 

<

***> от 14.11.2013 в размере 88 393,03 руб. с 20.01.2017 по 01.02.2017;

- по кредитному договору № 

<

***> от 14.11.2013 в размере 110 276,43 руб. с 01.02.2017 по 26.05.2017.

Таким образом, поступившие денежные средства от реализации спорного объекта недвижимости были направлены лишь на частичную оплату просроченной задолженности обязательств в общем размере 421 627 руб. 92 коп.

Более того, спорный объект недвижимости на момент его продажи находился в аренде у АКБ «АК БАРС» (ПАО), вследствие чего должником не представлено доказательств, что частичное гашение судебных расходов в деле о банкротстве, а также требований кредиторов производилось не за счет полученных должником арендных платежей.

Согласно выпискам из лицевых счетов заемщика на счет должника также поступали денежные средства в размере 80 % после реализации залоговых активов:

- 12.01.2018 в размере 1 013 775 руб. 25 коп. и 40 177, 55 руб., поступившие после реализации залогового актива – помещение пгт. Березово, ул. Ленина, д. 25 помещ. 18 на основании протокола торгов № 22541 от 10.11.2017;

- 21.09.2018 в размере 162 666 руб. 40 коп., поступившие после реализации залогового актива – помещение пгт. Березово, ул. Ленина, д. 25 помещ. 17 на основании протокола торгов № 20608 от 17.08.2018;

- 08.05.2018 в размере 151 200 руб. 00 коп., поступившие после реализации залогового актива – помещение пгт. Березово, ул. Быстрицкого, д. 38, кв. 3 на основании протокола торгов № 16982 от 04.04.2018.

Иных ведений о поступлении на счет должника денежных средств в размере эквивалентном 4 000 000 руб. не имеется, доказательства их направления на гашение требований кредиторов в полном объеме не представлено.

Кроме того, из материалов дела усматривается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что спустя менее чем 2 месяца (03.03.2017) ФИО5 приобрел указанное помещение у ФИО3 на аналогичных условиях, обременив впоследствии  указанное помещение залоговыми обязательствами перед КБ «Объединенный банк Республики» (ООО) (договор залога от 28.04.2017), в счет исполнения кредитного договора № 28 от 28.04.2017, заключенного между КБ «Объединенный банк Республики» и ФИО5 на сумму 2 500 000 руб.

Доказательств оплаты ФИО5 приобретенного имущества материалы дела также не содержат.

При этом каких-либо доказательств оплаты по договору от 03.03.2017 сторонами в материалы дела не представлено, возможных источников получения денежных средств в сумме 4 000 000 руб. ФИО5 не раскрыто.

Более того, кредитный договор с Банком был заключен ФИО5 28.04.2017, при этом спорный договор купли-продажи с ФИО3 датирован 03.03.2017, что не может свидетельствовать о целевой направленности полученных ФИО5 кредитных денежных средств на покупку спорного недвижимого имущества у ФИО3 Доказательств передачи указанных денежных средств, лицам, оказавшим ФИО5 содействие в приобретении имущества, в материалы дела также не представлено.

Таким образом, в отсутствие доказательств обратного, договор купли-продажи от 03.03.2017, заключенный между ФИО3 и ФИО5 без равноценного встречного предоставления за объект недвижимости, признается судом апелляционной инстанции в качестве промежуточного звена (притворной сделки)  по выводу ликвидного актива (приносящего стабильный ежемесячный доход за счет сдачи в аренду)  из конкурсной массы должника в пользу заинтересованного лица с целью причинения вреда конкурсным кредиторам должника.

С момента оформления договора купли-продажи недвижимого имущества от 20.01.2017 и на момент оформления договора купли-продажи от 03.03.2017, прикрывающего вывод имущества, у должника имелись неисполненные обязательства, срок исполнения которых наступил, соответствующие требования включены в настоящее время в реестр требований кредиторов должника:

- ПАО «Сбербанк России» на сумму 8 147 949 руб. 38 коп. определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 14.12.2015 по делу № А75-5505/2015);

- МИФНС № 8 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре на сумму 1 718 204 руб. 59 коп. (определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 16.11.2015 по делу № А75-5505/2015).

Указанное обстоятельство участвующими в деле лицами не опровергнуто.

Следовательно, отчуждение имущества направлено на причинение вреда кредиторам должника в ситуации реализации имущества без соразмерного встречного предоставления должнику.

Указанные выше обстоятельства в совокупности свидетельствуют о совершении прикрытой сделки по выводу имущества должника безвозмездно (без намерения сторон создать такие характерные для договора купли-продажи недвижимости, как передача покупателю правомочий по владению пользованию, распоряжению имуществом с возмещением продавцу рыночной стоимости) сначала формально на имя ФИО3, а затем ФИО5 

Осведомленность ФИО3, а также ФИО5 о безвозмездности и целесообразности представления объективных доказательств движения денег проистекает из доверительных отношений с ФИО4

На основании пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Как следует из пояснений финансового управляющего, ФИО5 является сыном ФИО4

Указанное обстоятельство не оспорено сторонами сделки ни в суде перовой, ни в суде апелляционной инстанции, между тем судом предлагалось указанным лицам пояснить в каких родственных отношениях они состоят.

Наличие доверительных отношений между ФИО4 и ФИО5 подтверждается договором купли-продажи от 20.01.2017, по условиям которого ФИО5 представлял интересы должника по доверенности при изначальной продаже спорного помещения, вследствие чего обладал информацией о продаже настоящего объекта.

Таким образом, в отсутствие доказательств обратного, суд пришел к выводу о наличии заинтересованности между ФИО4 и ФИО5 применительно к статье 19 Закона о банкротстве.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 308-ЭС16-20056, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

Являясь сыном ФИО4, ФИО5 действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, должен был знать как о наличии признаков неплатежеспособности должника, так и о намерении должника вывести ликвидное имущество от возможной его реализации в счет расчетов с кредиторами должника.

Учитывая, что в рассматриваемом случае применению подлежит презумпция осведомленности другой стороны сделки должника о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО5 должен был знать об ущемлении интересов кредиторов и о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Между тем ФИО5 в материалы настоящего обособленного спора не представлено доказательств, исключающих его осведомленность о заключении спорного договора с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Более того, апелляционный суд учитывает, что отчуждение нежилого помещения изначально произведено фактически безвозмездно (доказательств иного материалы дела не содержат), указанное не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности безвозмездной передачи имущества на основании договоров купли-продажи.

Таким образом, на момент совершения оспариваемых сделок, должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами, имущество по договорам предано в отсутствие равноценного встречного предоставления, что свидетельствует о причинении имущественного вреда кредиторам в виде утраты возможности удовлетворения их требований за счет отчуждённого имущества. Передача имущества в условиях отсутствия равноценного встречного предоставления не может отвечать интересам должника, и его кредиторов, которые могут получить удовлетворение своих требований к обществу только за счет имущества и денежных средств должника.

В соответствии с частью 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться принадлежащими им процессуальными правами; для лиц, допустивших злоупотребление процессуальными правами, наступают предусмотренные АПК РФ неблагоприятные последствия.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств возложена на лицо, участвующее в деле, именно лица, участвующие в деле, несут риск совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенной совокупности обстоятельств имеются основания считать обоснованным довод финансового управляющего, что в результате совершенной сделки из владения должника выбыло дорогостоящее имущество (недвижимое имущество) без соразмерного встречного предоставления и стороны сделки изначально не имели намерения осуществлять соразмерное встречное предоставление, имея намерение избежать ситуации включения ликвидного и приносящего регулярный доход имущества в конкурсную массу должника в случае возобновления производства по делу о банкротстве ИП ФИО4

Таким образом, оформление взаимосвязанных договоров купли-продажи свидетельствует о намерении сторон по созданию искусственного основания принадлежности недвижимого имущества ФИО5  в ущерб должнику и его кредиторам.

Оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства с учетом приведенных норм права и разъяснений, апелляционный суд считает, что в настоящем случае заявителем доказана совокупность обстоятельств, необходимая для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При применении последствий недействительности сделки необходимо учитывать следующее.

По общему правилу статьи 167 ГК РФ последствием признания сделки недействительной является возвращение сторон в первоначальное положение.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6. Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Приняв во внимание то, что в материалах дела имеются сведения о том, что спорный объект недвижимости в настоящее время зарегистрирован за ФИО5 с 14.03.2017, суд апелляционной инстанции полагает возможным применить последствия недействительности сделки, обязав ФИО5 передать в конкурсную массу должника помещение, назначение: нежилое, кадастровый номер 21:01:010106:7809, расположенное по адресу: 

<

...>.

В силу пункта 19 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации). 

При удовлетворении судом иска, связанного с недействительностью сделки, понесенные судебные расходы взыскиваются с ответчиков (за исключением должника) в пользу должника, а в случае отказа в таком иске - с должника в пользу ответчиков (кроме должника). 

В подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ закреплено, что при подаче апелляционной жалобы на решения арбитражного суда государственная пошлина уплачивается в размере 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера.

При подаче заявления об оспаривании сделки должника и апелляционной жалобы ИП ФИО4 была уплачена государственная пошлина в общем размере 9000 руб., ПАО «Сбербанк России» была уплачена государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 руб.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Кроме того, при рассмотрении настоящего обособленного спора, судом апелляционной инстанции установлено, что ПАО «Сбербанк России» при подачи апелляционной жалобы уплачена государственная пошлина в размере 6 000 руб. по платежному поручению № 499898 от 06.02.2019, на основании чего излишне уплаченная государственная пошлина в размере 3 000 руб. подлежит возврату из федерального бюджета подателю жалобы.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что в тексте резолютивной части постановления от 14.05.2019, изготовленного в совещательной комнате в письменном виде, допущена техническая опечатка, а именно указано - «Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5 в конкурсную массу должника помещение, назначение: нежилое, кадастровый номер 21:01:010106:7809, расположенное по адресу: 

<

...>», в то время когда следовало указать - «Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника помещение, назначение: нежилое, кадастровый номер 21:01:010106:7809, расположенное по адресу: 

<

...>».

В соответствии с пунктом 3 статьи 179АПК РФ, арбитражный суд, принявший решение, по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания. Допущенная в резолютивной части опечатка носит технический характер, ее исправление соответствует материалам дела, протоколу, аудиопротоколу судебного заседания.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает необходимым исправить техническую опечатку, допущенную в резолютивной части постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда, оглашенной 14.05.2019 по настоящему делу, и излагает резолютивную часть постановления с учетом такого исправления.

На основании изложенного и руководствуясь 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 16, 32 и главой III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд

ПОСТАНОВИЛ:

в связи с подачей апелляционных жалоб (регистрационный номер 08АП-2151/2019) публичного акционерного общества «Сбербанк России» и (регистрационный номер 08АП-2157/2019) индивидуального предпринимателя ФИО4 определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 03 февраля 2019 года № А75-5505/2015 (судья Колесников С.А.), вынесенное по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании недействительной сделки - договора купли-продажи помещения от 20.01.2017, совершенной между должником и ФИО3 и применении последствий недействительности сделки, при участии третьего лица в споре – ФИО7, ФИО5; общества с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Объединенный банк Республики»; публичного акционерного общества акционерный коммерческий банк «АК БАРС», отменить.

По результатам рассмотрения обособленного спора по заявлению финансового управляющего Кашина Станислава Александровича о признании недействительной сделки - договора купли-продажи помещения от 20.01.2017, совершенной между должником и Уфуковой Ириной Юрьевной; о признании недействительной сделки по отчуждению Молотовой Майей Петровной спорного имущества в пользу Молотова Владислава Юрьевича; применении последствий недействительности сделок в виде обязании Молотова Владислава Юрьевича вернуть в конкурсную массу помещение, назначение: нежилое, общей площадью 119, 7 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Максима Горького, д. 51, помещение 13, по правилам рассмотрения обособленного спора, предусмотренным для рассмотрения спора судом первой инстанции, принять новый судебный акт.

Признать недействительной сделку по отчуждению ФИО4 в пользу ФИО5 помещение, назначение: нежилое, кадастровый номер 21:01:010106:7809, расположенное по адресу: 

<

...>, оформленной договорами купли-продажи от 20.01.2017 и 03.03.2017, заключенными между ФИО4, ФИО3 и ФИО5.

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника помещение, назначение: нежилое, кадастровый номер 21:01:010106:7809, расположенное по адресу: 

<

...>.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 (в конкурсную массу) расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение заявления о признании сделки недействительной в размере 6 000 рублей.

Взыскать с ФИО5 в пользу публичного акционерного общества «Сбербанк России» расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей за подачу апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 (в конкурсную массу) расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей за подачу апелляционной жалобы.

Возвратить публичному акционерному обществу «Сбербанк России» из федерального бюджета 3000 рублей излишне уплаченной государственной пошлины по платежному поручению № 499898 от 06.02.2019.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

Председательствующий

С.А. Бодункова

Судьи

О.В. Зорина

Н.А. Шарова