ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

   № 09АП- 35322/2024

Дело № А40-254860/21

г. Москва

22 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 22 июля 2024 года  Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, судей Вигдорчика Д.Г., Шведко О.И., при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного  управляющего АО МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ» ФИО1  

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.04.2024, 

об отказе конкурсному управляющему АО МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ» в  удовлетворении заявления о признании сделки с ФИО2  недействительной и применении последствий недействительности сделки  

по делу № А40-254860/21 о признании Акционерного общества Международной  промышленно-финансовой компании «УКРРОСМЕТАЛЛ» (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>) несостоятельным (банкротом),  

при участии в судебном заседании: согласно протоколу судебного заседания. 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.12.2022 Акционерное  общество Международной промышленно-финансовой компании «УКРРОСМЕТАЛЛ»  (ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто  конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена член Союза «СРО  АУ СЗ» - ФИО1.  

В Арбитражный суд города Москвы 04.12.2023 от конкурсного управляющего  должника поступило заявление о признании недействительной сделкой Договора  участия в долевом строительстве № ОТ-10мм от 20.06.2017 года, заключенного между  АО МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ» и ФИО3; признании  недействительной сделкой передачу машино-места (кад. № 77:02:0021011:1526),  оформленную Актом приема-передачи от 05.08.2020 года, подписанному между АО  МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ» и ФИО2; признании недействительной  сделкой списание 31.01.2021 года дебиторской задолженности ФИО2 по  оплате Договора участия в долевом строительстве № ОТ-10мм от 20.06.2017 года в  размере 1 200 000,00 рублей; применении последствий недействительности сделок, с  учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ.  

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 26.04.2024 отказано  конкурсному управляющему АО МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ» в удовлетворении  

заявления о признании сделки с ФИО2 недействительной и  применении последствий недействительности сделки в полном объеме.  

Конкурсный управляющий АО МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ» ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой на указанное определение суда.  

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное выяснение  обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и  процессуального права.  

От ответчика поступил письменный отзыв, в котором просит обжалуемый  судебный акт оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность,  апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

В судебном заседании представители ГК «АСВ» и конкурсного управляющего  должника поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме.  

Представитель ответчика возражал на доводы апелляционной жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте  слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на  официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба  рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания  была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена  апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке  ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства,  проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле,  не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223  АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Из исследованных судом первой инстанции доказательств следует, что между  должником и ФИО2 был заключен договор участия в долевом  строительстве от 20.06.2017 г. № ОТ-10мм, далее – Договор, предметом которого  является структурно обособленное нежилое помещение, входящее в состав здания,  имеющее условный номер 10, общей площадью 13,75 кв.м., расположенное на -1  (подвал) этаже здания, далее - машиноместо.  

В связи с изменением срока окончания строительства (Гостиничный комплекс с  воскресной школой по адресу 

<

...>, был введён в  эксплуатацию 17.04.2020 г.) стороны 22.04.2020 г. заключили дополнительное  соглашение к Договору, а 05.08.2020 г. стороны подписали акт приёма-передачи  нежилого помещения, далее – Акт.  

31.01.2021 АО МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ» осуществлено списание  дебиторской задолженности ФИО2 по оплате Договора участия в долевом  строительстве № ОТ-10мм от 20.06.2017 года.  

По мнению конкурсного управляющего, между АО МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ»  и ФИО2 заключен Договор участия в долевом строительстве, оплата  которого Участником долевого строительства не произведена, в результате чего был  

осуществлен вывод ликвидного имущества АО МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ», за  которое Общество могло получить реальные денежные средства при продаже на  свободном рынке.  

Конкурсный управляющий считает недействительными сделками: 

Договор участия в долевом строительстве № ОТ-10мм от 20.06.2017 года,  заключенный между АО МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ» и ФИО3;  

Передачу машино-места (кад. № 77:02:0021011:1526), оформленную Актом  приема-передачи от 05.08.2020 года, подписанному между АО МПФК  «УКРРОСМЕТАЛЛ» и ФИО2;  

Списание 31.01.2021 года дебиторской задолженности ФИО2 по  оплате Договора участия в долевом строительстве № ОТ-10мм от 20.06.2017 года в  размере 1 200 000,00 рублей.  

Требования заявителя основаны на положениях ч. 2 ст. 61.2 Закона о  банкротстве, ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции  исходил из того, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства,  свидетельствующие о намерении сторон причинить вред имущественным интересам  кредиторов должника, в том числе, не доказано наличие аффилированности между  сторонами сделок, и совершение их в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, не доказана мнимость сложившихся правоотношений между сторонами.  

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции. 

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника  несостоятельным (банкротом) принято к производству 29.11.2021., в то время как  оспариваемые сделки, кроме договора долевого участия, совершены в период  подозрительности, установленный п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Из пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление  N 63) следует, что для признания сделки недействительной по основанию,  предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред  имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была  знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае  недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании  сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки  должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б)  имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым -  пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок,  предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  

квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом,  как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том  числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац 4 пункта 4  Постановления N 63).  

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не  соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон  не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных  последствий нарушения.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление  правом в иных формах.  

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации N 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации",  оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует  исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том  числе в получении необходимой информации.  

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и  168 Гражданского кодекса недостаточно установления факта ущемления интересов  других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том  числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента  должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих  защищаемый законом интерес.  

Указанный вывод судов соответствует сложившейся судебной практике  применения норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и нашел  отражение в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 13.09.2011 N 1795/11.  

О злоупотреблении сторонами правом может свидетельствовать совершение  сделок, прикрывающих сделку по выводу ликвидного имущества из собственности  должника во избежание возможного обращения взыскания на это имущество по  обязательствам перед кредиторами.  

В соответствии со статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  притворной является сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в  том числе сделку на иных условиях.  

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую  сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.  В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка,  которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную  волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную  сделку для применения указанной нормы недостаточно (абзац 1 пункта 87  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О  применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25)).  

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка),  с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2  статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по  основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или  специальными законами (абзац 4 пункта 87 Постановления N 25).  

В соответствии с абзацем 1 пункта 88 Постановления N 25, применяя правила о  притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть  совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие  сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в  виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила  (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Согласно пункту 7 постановления Пленума N 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о  совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если  она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она  знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании  подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят  обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с  установлением цели (направленности) сделки на причинение вреда кредиторам и факт  осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее  совершения.  

Как следует из пункта 12 постановления Пленума N 63, обязанность  доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о  наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.  

Заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое  является аффилированным лицом должника (абзац 3 пункта 1 статьи 19 Закона о  банкротстве).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными  лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также  руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный  совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника,  главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные  от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о  банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором  настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи.  

Как верно установлено судом первой инстанции, не представлено в материалы  дела доказательства того, что ответчик являлся заинтересованным лицом по  отношению к должнику.  

Основным доводом заявителя в обоснование недействительности сделок  является довод о неисполнении ФИО2 обязательств по оплате  машиноместа.  

Согласно пунктам 2.2, 2.3.1 Договора долевой взнос составляет 1 200 000,00 руб.  и должен быть уплачен в срок до 30.12.2017 г.  

Однако, как верно установлено судом первой инстанции, ФИО2  надлежащим образом исполнила обязанность по оплате.  

Согласно пояснениям ответчика оплата была произведена наличными  денежными средствами в кассу должника в установленный срок. Бухгалтерский  документ, подтверждающий внесение денежных средств, не сохранился.  

При этом, условия Договора (пункты 1.5, 3.6) не предполагают передачу  машиноместа без исполнения обязанности по оплате.  

В пунктах 3, 4 Акта зафиксировано, что на дату подписания Акта ФИО2 полностью исполнила обязательство по оплате, стороны взаимных претензий друг  к другу не имеют.  

Доказательств того, что генеральный директор должника ФИО4 подписал  

Акт под влиянием обмана, насилия, угрозы, или иных противоправных действий, не  представлено.  

Последствия, которые возникают при нарушении участником долевого  строительства условия об оплате, указаны в пункте 5.1 Договора: застройщик  направляет участнику письменное предупреждение, при неисполнении которого  договор может быть расторгнут в одностороннем порядке.  

Между тем, заявитель не представил доказательств, подтверждающих  соблюдение указанного порядка, что подтверждает то обстоятельство, что оплата была  произведена надлежащим образом.  

Судом учтено, что ранее ФИО2 также заключила с Должником  договор участия в долевом строительстве от 19.09.2016 г. № ОТ-48, предметом  которого является структурно обособленное нежилое помещение, входящее в состав  здания, состоящее из 2 (двух) комнат, имеющее условный номер 48, общей площадью  56,6 кв.м., расположенное на 3 этаже здания (апартаменты). Цена данного договора – 7  725 900,00 руб., ФИО2 надлежащим образом уплатила эту сумму.  

Конкурсный управляющий в своем заявлении отмечал, что договор участия в  долевом строительстве № ОТ-10мм от 20.06.2017 года заключен на недоступных для  независимых участников гражданского оборота условиях с учетом значительной  просрочки оплаты цены договора.  

Однако, заявитель не привел доказательств в пользу этого довода, в частности,  анализ условий по оплате аналогичных сделок.  

В свою очередь, в пункте 2.3.1 Договора участия в долевом строительстве от  19.09.2016 г. № ОТ-48, заключенного между Должником и ФИО2 в  отношении апартаментов, предусмотрен аналогичный период оплаты.  

С учетом данных фактических обстоятельств, суд правомерно пришел к выводу  о надлежащей оплате по договору.  

Доводы апелляционной жалобы об обратном отклоняются апелляционным  судом.  

Ответчик, аффилированность которого по отношению к должнику не доказана,  не может быть ответственным за фактическое внесение денежных средств по договору  в кассу общества-должника.  

Само по себе наличие должника признаков неплатежеспособности на даты  совершения сделок не свидетельствует безусловно о недействительности спорных  сделок.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает правовую позицию,  изложенная в Определении Верховного Суда Российской от 10.11.2021 N 305-ЭС19- 14439(3-8) о недопустимости обвинительного уклона при рассмотрении споров о  банкротстве.  

В настоящем случае направленность сделки на то, чтобы вывести имущество из  оборота и не допустить обращение взыскания кредиторов лица, находящегося в  преддверии банкротства, сама по себе не свидетельствует о недобросовестности  приобретателя, если тот не знал и не мог знать о наступлении признаков  неплатежеспособности у правоотчуждателя.  

Никакими доказательствами, имеющимися в материалах дела, не  подтверждаются данные обстоятельства ввиду чего, применительно к настоящему делу  о банкротстве, не доказана недействительность указанных сделок по ч. 2 ст. 61.2 Закона  о банкротстве.  

Судом первой инстанции также учтено, что ФИО2 самостоятельно  осуществляла права собственника машиноместа, в том числе размещала объявления о  сдаче машиноместа в аренду, несла расходы по его содержание.  

С учетом того, что ответчиком были представлены доказательства того, что им  была осуществлена оплата, и осуществлялись правомочия собственника, очевидно, что  

воля ответчика была направлена на заключение договора долевого участия.  

Заявителем не было доказано порока воли ответчика при заключении сделок,  оспариваемых по основаниям ст. 170 ГК РФ.  

Признаков того, что сделки являются звеньями цепочки притворных  взаимосвязанных сделок не выявлено.  

Злоупотребления в действиях ответчика при совершении оспоренных сделок не  установлено, равно как и доказательств наличия у него намерения достичь посредством  их заключения противоправного интереса, выражающегося в причинении вреда  кредиторам должника.  

Таким образом, правовые основания для признания сделок недействительными в  силу статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеются.  

В отсутствие заинтересованности сторон сделок именно на конкурсном  управляющем лежит бремя доказывания обстоятельств, на которые он сослался в  обоснование заявленных требований.  

Согласно абзацу 35 статьи 2 Закона о банкротстве, пункту 5 постановления  Пленума N 63 под вредом имущественным правам кредиторов понимаются  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В материалах настоящего спора отсутствуют собственно доказательства  безвозмездности оспариваемых сделок, либо неравноценности встречного исполнения  со стороны ответчика.  

Совокупность условий, формирующих состав подозрительной сделки,  предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не доказана.  

Апелляционный суд также отмечает, что списание дебиторской задолженности в  бухгалтерском учете не влечет за собой гражданско-правовых последствий, в том числе  в виде освобождения дебитора от лежащих на нем обязанностей. Отражение  хозяйственных операций в бухгалтерском учете не является юридическим фактом, с  которым закон связывает возникновение (изменение, прекращение) гражданских прав и  обязанностей.  

Бухгалтерский учёт согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от  06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», далее - Закон о бухгалтерском учёте, -  это формирование документированной систематизированной информации об объектах,  в соответствии с установленными требованиями, и составление на ее основе  бухгалтерской (финансовой) отчетности.  

Сделками являются действия с объектами бухгалтерского учёта, а не  формирование информации о таких действиях, следовательно, списание дебиторской  задолженности не может оспариваться как недействительная сделка.  

При этом, согласно Анализу финансового состояния Должника (приложение   № 19 к Заявлению, страницы 183,186) по состоянию на 30.06.2022, т.е. через полгода  после списания, задолженность ФИО5 отражена по  соответствующим счетам бухгалтерского учёта Должника.  

Апелляционный суд отмечает, что из материалов дела не следует оснований  полагать, что ФИО2 имеет или имела отношение к системе ведения  бухгалтерского учёта Должника, отдавала какие-либо распоряжения, в том числе о  списании дебиторской задолженности.  

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что дебиторская задолженность  была списана в связи с истечением срока исковой давности, что означает, по сути,  требование заявителя - это требование о взыскании задолженности по договору, а не  требование об оспаривании Договора.  

Таким образом, оснований для признания спорных сделок недействительными у  суда первой инстанции не имелось.  

Доводы апелляционной жалобы, направленные на переоценку правильно  установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по  делу, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и  процессуального права.  

Оспариваемый судебный акт соответствует нормам материального права, а  содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам, в связи с чем, апелляционная жалоба  удовлетворению не подлежит.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или  опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.04.2024 по делу № А40254860/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного  управляющего АО МПФК «УКРРОСМЕТАЛЛ» ФИО1 – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: В.В. Лапшина Судьи:  Д.Г. Вигдорчик 

 О.И. Шведко