СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-2615/2023-АК

г. Пермь

27 сентября 2024 года

Дело № А60-66646/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 сентября 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Даниловой И.П., Саликовой Л.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Малышевой Д.Д., 

при участии в зале суда (до перерыва):

ответчика ФИО1 (паспорт), 

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» (и до перерыва - в зале суда):

представителя ответчика ФИО2 (доверенность от 24.01.2024, диплом);

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика ФИО3 на решение Арбитражного суда Свердловской области от 20 марта 2024 года по делу № А60-66646/2022 по иску общества с ограниченной ответственностью «Ресурс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО3 о взыскании денежных средств в порядке привлечения к субсидиарной ответственности,

третьи лица:  ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, ФИО4, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью  «Ресурс»  (далее – общество  «Ресурс», истец)  обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к ФИО3 (далее –  ФИО3, ответчик) о взыскании 7 000 000 руб. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества  «Техсервис».

В дальнейшем к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечен ФИО4 (далее - ФИО4, третье лицо). 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20 марта 2024 года иск удовлетворен полностью. С ФИО3 в пользу ООО «Ресурс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) взысканы убытки в размере 7 000 000 руб. 00 коп., а также в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 58 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, с апелляционной жалобой обратилась ФИО3, просит решение Арбитражного суда Свердловской области от 20 марта 2024 года по делу №А60-66646/2022 отменить в полном объеме, вынести по делу новое решение, которым в заявленных требованиях ООО «Ресурс» к ФИО3 о взыскании 7 000 000 руб. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Техсервис» отказать в полном объеме.

Заявитель жалобы считает, что требования приобретены (заключен договор цессии) после исключения общества из ЕГРЮЛ; истец не представил доказательств того, что в установленный пунктом 4 статьи 21.1 Закона о регистрации срок он обращался в регистрирующий орган с соответствующим заявлением, препятствующим исключению из ЕГРЮЛ ООО «Техсервис»; кредитор самостоятельно не обращался с заявлением о признании ООО «Техсервис» банкротом, в то же время кредитор вправе обратиться с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности после завершения конкурсного производства только в том случае, если он имеет статус кредитора в деле о банкротстве должника, в основе которого лежит материально-правовое требование к должнику, установленное вступившим в законную силу судебным актом в рамках дела о банкротстве с указанием его размера и очередности погашения в реестре (пункты 6, 7 статьи 16 Закона о банкротстве); суд необоснованно не принимает во внимание, что заявленные требования о привлечении к субсидиарной ответственности ответчика не могут быть удовлетворены, так как обязательства ООО «Техсервис» перед ООО «Ресурс» не основаны на факте деликта, неисполнения договорных обязательств, не носят характер убытков, так как между ООО «Техсервис» и ООО «Ресур» никогда  никаких договорных отношение не имелось, что исключает возможность подачи настоящего иска, исключает возможность применения статей 1, 10, 15 ГК РФ; ООО «Ресурс» не имеет права на подачу заявления о взыскании убытков (не является участником, обществом); истцом пропущен срок исковой давности по заявленному требованию; истец фактически преследует цель нанести материальный ущерб ФИО3 в силу имеющихся судебных споров между последней и ФИО4 (руководителем и участником ООО «РЕСУСР», а также являющегося бывшим супругом ФИО3), и при этом скрывает факт исполнения обязанностей технического директора ООО «Техсервис» и своего непосредственного виновного участия в возникновение задолженности ООО «Техсервис» перед кредиторами, которая вменяется истцом по настоящему иску в качестве субсидиарной ответственности на сумму 7 000 000 рублей; ранее возбужденные исполнительные производства, в отношении ООО «ТЕХСЕРВИС» были прекращены на основании отсутствия у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание (229-ФЗ статья 46 п. 1 п.п. 4) (у ответчика не было фактической возможности удовлетворить требования, поскольку отсутствовали какие-либо активы. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2024 апелляционная жалоба принята к производству, назначена к судебному разбирательству в судебном заседании на 29.07.2024. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2024 судебное заседание откладывалось. 

В судебном заседании, открытом 09.09.2024 и закрытом в связи с объявленным перерывом 18.09.2024, ответчик и ее представитель доводы апелляционной жалобы поддержали. Представили письменные пояснения по обстоятельствам спора, которые в соответствии с положениями ст. 81 АПК РФ приобщены судом к материалам дела. 

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, отзывы на апелляционную жалобу не представили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «ТЕХСЕРВИС» ИНН 

<

***> зарегистрировано 10.08.2010.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2018 по делу №А60-59806/2017 удовлетворен иск общества с ограниченной ответственностью «Д И КО» к обществу с ограниченной ответственностью «ТЕХСЕРВИС» о взыскании 7 000 000 руб. предварительной оплаты по договору купли-продажи № 0511/У от 05.11.2014, заключенному между между ООО «ТЕХСЕРВИС»  (покупатель) и ООО «Д И КО» (продавец).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2018 по делу №А60-59806/2017 решение Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2018 по делу № А60-59806/2017 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 17.08.2018 по делу №А60-59806/2017 решение Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2018 по делу № А60-59806/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2018 по тому же делу оставлены без изменения. 

ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга 05.04.2021 принято решение № 3220 о предстоящем исключении из Единого государственного реестра юридических лиц общества «ТЕХСЕРВИС» в связи с наличием признаков недействующего юридического лица. 

В дальнейшем, 22.07.2021, ООО "ТЕХСЕРВИС" исключено из Единого государственного реестра юридических лиц (способ прекращения: исключение из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица).

В период с 10.08.2010 по 22.07.2021 директором и единственным учредителем, владеющим 100% доли общества, являлась ФИО3.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2021, то есть после исключения ООО "ТЕХСЕРВИС" из Единого государственного реестра юридических лиц, в связи с произведенной уступкой прав произведена замена общества с ограниченной ответственностью «Д И КО» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) на правопреемника общество с ограниченной ответственностью «РЕСУРС» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по делу № А60-59806/2017 в части требований по решению.

После произведенного правопреемства ООО «РЕСУРС» обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании 7 000 000 рублей с бывшего участника и директора ООО «ТЕХСЕРВИС» ФИО3 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, ссылаясь на то, что ФИО3 действовала недобросовестно, поскольку на момент совершения договора купли-продажи оборудования последнее в собственности ООО «ТЕХСЕРВИС» не находилось; договоров, направленных на исполнение обязательств перед ООО «Д И КО» общество «ТЕХСЕРВИС» не заключало; исполнительное производство в связи с исполнением требований исполнительного документа окончено не было; в бухгалтерской отчетности, представленной в налоговый орган, имеются несоответствия между данными первичных учетных документов, отчетность в бухгалтерском учете организации вообще не представлена. 

Суд первой инстанции исковые требования удовлетворил. При этом исходил из того, что ФИО3 не доказано, что она являлась номинальным директором; из представленных материалов дела следует, что ФИО3 была в курсе деятельности общества, принимала активное участие в осуществлении его договорных отношений, что подтверждается протоколом допроса свидетеля от 08.12.2014, протоколом очной ставки от 14.11.2014, имела доступ к денежным средства общества, к счетам общества, беспрепятственно перевезла значительную сумму денег из г. Екатеринбург в г. Москву. Приведенные ответчиком обстоятельства, как посчитал суд первой инстанции, не могут свидетельствовать, что ФИО3. представлен объем доказательств, который направлен на опровержение презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). При этом действия ФИО3, которая являлась директором ООО «ТЕХРЕСУРС», не являются разумными и добросовестными.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого решения суда и принятия по делу нового судебного акта.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) юридическое лицо может быть ликвидировано по решению его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами, в том числе в связи с истечением срока, на который создано юридическое лицо, с достижением цели, ради которой оно создано.

В соответствии со статьей 419 ГК РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

Для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон о государственной регистрации), законодателем предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника. Соответствующие положения закреплены в пункте 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ. 

Согласно указанной норме одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ.

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности ставят в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

При этом пунктами 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ возлагают бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий исполнительного органа на истца.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Не проявление должной меры заботливости и осмотрительности со стороны руководителя юридического лица означает наличие вины в причинении убытков кредиторам юридического лица - банкрота (абзац 2 пункта 1 статьи 401 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 01.03.2018 N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29.09.2020 N 2128-О и др.).

   Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО5" по смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, которым были отменены судебные акты трех нижестоящих инстанций, "само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

В силу пункта 2 статьи 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

Таким образом, действующее законодательство опирается на идею имущественной обособленности и самостоятельной ответственности юридического лица. Случаи, при которых допустимо привлечь к ответственности за долги юридического лица его органы прямо перечислены в законе (статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон № 14-ФЗ), раздел III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)).

Между тем, в рассматриваемом случае конкретные обстоятельства, свидетельствующие о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика (как руководителя и учредителя должника) и тем, что долг перед истцом не был погашен, не доказаны.

Ответчик ФИО3 как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции ссылалась на то, что она являлась номинальным директором, всю деятельность общества вел ее бывший супруг ФИО4, который в настоящее время является директором истца - ООО «РЕСУРС», надлежащим ответчиком по делу является ФИО4

Как следует из материалов дела, ФИО3 и ФИО4 состояли в браке в период с 03.06.1994 по 19.03.2019. 

При этом профессиональная деятельность ФИО4, что им сам не отрицается, связана с покупкой и продажей станков и иного промышленного оборудования. Так, с этой целью 26.06.2007 ФИО4 было создано ООО «ТЕХСЕРВИС» ИНН 

<

***>, основной вид деятельности - 51.61.2 Оптовая торговля станками для обработки металлов, (том 3 л.д. 2-26). 

В 2010 году доля в уставном капитале ООО «ТЕХСЕРВИС» ИНН 

<

***> была продана ФИО4 ФИО6. В этом же 2010 году ООО «ТЕХСЕРВИС» ИНН 

<

***> прекратило свою деятельность и было ликвидировано 21.08.2013 как недействующее юридическое лицо (том 3 л.д. 27-34). Продажа доли и прекращение деятельности данного общества, как пояснила ФИО3 и не опроверг ФИО4, были вызваны возникновением налоговой задолженности. 

По этой причине и в связи с необходимостью продолжения той же деятельности было создано и зарегистрировано 10.08.2010 новое общество с ограниченной ответственностью «ТЕХСЕРВИС» ИНН 

<

***>.

Сравнение видов деятельности обеих организаций подтверждает довод ответчика о создании ООО «ТЕХСЕРВИС» (ИНН 

<

***>) как дублирующей организации, созданной взамен утраченного ООО «ТЕХСЕРВИС» (ИНН 

<

***>) – общества имеют идентичные наименования и виды деятельности, как основные (Торговля оптовая металлообрабатывающими станками, Техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств, Торговля оптовая станками для обработки прочих материалов, Торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами), так и дополнительные (Транспортная обработка грузов, Деятельность вспомогательная прочая, связанная с перевозками, Деятельность рекламных агентств). 

ФИО3 в коммерческой деятельности участия не принимала, никаких познаний для этого, а также высшего, среднего или иного профессионального образования не имеет, учредителем и директором ООО «ТЕХСЕРВИС» (ИНН 

<

***>) стала по просьбе мужа ФИО4 

После развода, состоявшегося в 2019 году, как поясняет ФИО3, бывший муж ФИО4 отстранился от решения всех финансовых и технических проблем по сделкам, которые были заключены им для ООО «ТЕХСЕРВИС» (ИНН 

<

***>) в период брака с контрагентами, с которыми был знаком только он. 

Октябрьским районным судом г. Екатеринбурга 13.12.2022 было принято решение по делу № 2-2889/2022 о разделе совместно нажитого имущества между ФИО3 и ФИО4, которым требования ФИО3 были удовлетворены частично. С ФИО4 было взыскано в пользу ФИО3 312 467,89 рублей, в том числе: 220 383,87 рублей – компенсация за имущество, 84 338,26 рублей – компенсация за выплаченные денежные средства по кредитному договору №TU14/107468 от 20.08.2014, 3500,00 рублей – расходы по проведению экспертизы, 4245,76 рублей – расходы по оплате государственной пошлины. 

При этом сам ФИО4 после расторжения брака продолжил активно вести деятельность, связанную с покупкой и продажей станков и иного промышленного оборудования, в том числе через:

- ООО «РЕСУРС» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***> Дата создания 06.05.2019, Учредитель ФИО4 - Доля в уставном капитале 55%, Основной вид деятельности: 46.62 Торговля оптовая станками Директор: ФИО4;

- ООО «РЕСУРС» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, Дата создания: 21.08.2020, Учредитель – ФИО4, Доля в уставном капитале 100%, Основной вид деятельности: 46.62 Торговля оптовая станками Директор: ФИО4; 

- индивидуальный предприниматель ФИО4 ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, Дата регистрации 17.08.2023, Основной вид деятельности: 46.62 Торговля оптовая станками. 

Также из материалов дела следует, что задолженность, взысканная с ООО «ТЕХСЕРВИС» решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2018 по делу №А60-59806/2017, возникла из неисполнения обязательств по договору купли-продажи № 0511/У от 05.11.2014, заключенному между ООО «ТЕХСЕРВИС»  (покупатель) и ООО «Д И КО» (продавец).

При этом, как утверждает ответчик ФИО3, мажоритарный участник, руководитель ООО «РЕСУРС» и бывший супруг ответчика – ФИО4 в период заключения данного договора купли-продажи №0511/У от 05.11.2014 работал в ООО «ТЕХСЕРВИС» на должности технического директора, имел полномочия и права на подписание соглашений, договоров, проведение переговоров, получения и передачи денежных средств, а самое главное, сам лично вел переговоры и организовывал все процедуры поставки товара по договору купли-продажи №0511/У от 05.11.2014, что привело к потере со стороны ООО «ТЕХСЕРВИС» денежных средств, полученных от ООО «Д и Ко» (по причине их изъятия правоохранительными органами), и потери возможности поставки товара, который являлся предметом договора купли-продажи №0511/У от 05.11.2014. 

Указанные доводы ответчика подтверждены документально, и суд апелляционной инстанции признает их доказанными (ст. 9, 65 АПК РФ). 

Так, представленные в материалы дела налоговым органом сведения из регистрационного дела ООО «ТЕХСЕРВИС» (ИНН 

<

***>) содержат сведения о номерах телефона, представленных при оформлении заявления о регистрации ООО «ТЕХСЕРВИС»» (ИНН 

<

***>) в виде 268-03-59, 264-34-41 (том 1 л.д.  17-58). 

Согласно сведениям из сети Интернет в отношении данных номеров телефона, до даты регистрации ООО «ТЕХСЕРВИС» (ИНН 

<

***>) данные телефонные номера использовались ФИО4 при размещении рекламы о покупке или продажи станков и оборудования в 2008, 2009 годах (полные сведения о поисковых запросах в сети и их результатах приведены ответчиком в письменных пояснениях, представленных суду 15.09.2024, и проверены судом). 

Из заявления от имени ООО «Д И КО» в адрес органов ФССП о возбуждении исполнительного производства в отношении ООО «ТЕХСЕРВИС» (т. 1 л.д. 105) следует, что оно подписано представителем ООО «Д и КО» ФИО7, который в рамках настоящего дела № А60-66646/2022 представляет интересы ООО «РЕСУРС» и самого ФИО4 

Имеющая в материалах дела информация о переводах на счета ФИО4 (том 3 л.д. 41) свидетельствует о совершенных переводах директором ООО «Д И КО» ФИО8 в адрес ФИО4 в феврале и в июне 2010 года (то есть до даты создания ООО «ТЕХСЕРВИС» (ИНН 

<

***>) на сумму 200 000 и 400 000 рублей, то есть подтверждает доводы ответчика о том, что отношения между ООО «Д И КО», его участником и директором ФИО8 и ФИО4 возникли еще до создания ООО «ТЕХСЕРВИС», при этом именно ФИО4 был знаком ФИО8 до создания ООО «ТЕХСЕРВИС», вел с ним все переговоры и имел возможность выкупить у ООО «Д И КО» задолженность ООО «ТЕХСЕРВИС» на определенных договоренностях.

Из приобщенных ответчиком в суде первой инстанции 01.06.2023 документов - копии рекламного буклета ООО «ТЕХСЕРВИС», копий доверенностей, выданных на имя технического директора ФИО4, переписки ООО «ТЕХСЕРВИС» с контрагентами от имени ФИО4, договоров счетов, товарных накладных, подписанных ФИО4 (электронно - том 2  л.д. 18-19, том 2 л.д. 57-64), следует, что в ООО «ТЕХСЕРВИС» ФИО4 позиционирует себя в должности Технического директора (рекламный буклет с указанием рабочих контактов ФИО4); в период с 2010 по 2012 года на имя ФИО4 было выдано множество доверенностей с правом первой подписи, получения и выдачи векселей, ведения переговоров, подписания бухгалтерской отчетности; переписка между ООО «ТЕХСЕРВИС» и его контрагентами в период с 2010 по 2015 год содержит указание на представителя ООО «ТЕХСЕРВИС» ФИО3 как занимающего должность Технического директора;  указанная переписка также имеет многочисленные указания на ФИО4 как на контактное лицо, которое обеспечивало осмотр оборудования, контролировало всю погрузку и выступало в отношениях с контрагентами от имени ООО «ТЕХСЕРВИС», при этом имеется указание на контактный телефон ФИО4 8 (961) 773-06-…, который фигурирует во множественной переписке и сети интернет в открытых источниками, при этом часть писем с контрагентами подписаны лично ФИО4 как представителем ООО «ТЕХСЕРВИС» с указанием на должность Технического директора ООО «ТЕХСЕРВИС»; представленные договоры, счета-фактуры, накладные, счета на оплату, сформированные за период с 2010 по 2012 года подписаны ФИО4 как Техническим директором ООО «ТЕХСЕРВИС» с приложением печати организации, что также подтверждает факт доступа ФИО4 к печати общества и права на заключение сделок, подписание договоров, выставление счетов, получение денежных средств, подписание бухгалтерских документов.

Кроме того, в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие наличие у ФИО4 полномочий на принятие управленческих решений от имени ООО «ТЕХСЕРВИС», подписание документов, совершение сделок (том 3 л.д. 42-97):  счет для ООО «Д И КО» от имени ООО «ТЕХСЕРВИС» за директора и главного бухгалтера, подписанный ФИО4; договоры купли-продажи, подписанные от имени ООО «ТЕХСЕРВИС» за директора ФИО4; множественные письменные обращения, запросы, письма oт имени ООО «ТЕХСЕРВИС», в которых ФИО4 подписывает данные документы в качестве директора общества и ставит печать общества.

Все вышеизложенное в совокупности безусловно свидетельствует о том, что деятельностью общества до его ликвидации фактически руководил ФИО4 Кроме того, именно ФИО4 заключил от имени ООО «ТЕХСЕРВИС» сделку, на основании которой у общества впоследствии возникла спорная задолженность, и занимался ее исполнением. При этом материалы уголовного дела, на которое ссылается в своих выводах суд первой инстанции, данные обстоятельства не только не опровергают, а косвенно подтверждают. 

Само по себе неосуществление ФИО3 как номинальным директором и участником ООО «ТЕХСЕРВИС» действий, направленных на предотвращение исключения общества из ЕГРЮЛ в отсутствие совокупности обстоятельств того, что указанное бездействие повлекло возникновение на стороне истца убытков, не может являться основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. Также отсутствуют доказательства, подтверждающие, что ответчик, действуя умышленно, инициировала процедуру ликвидации общества.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2021 года № 20-П отмечено, что предусмотренная пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, при реализации которой не отменяется действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

 Между тем, в данном случае истцом не доказаны и судом не установлены обстоятельства, составляющие объективную сторону правонарушения - конкретные действия либо бездействие (при наличии обязанности совершить действие), допущенные ответчиком ФИО3, которые явились причиной прекращения деятельности ООО «ТЕХСЕРВИС» и его ликвидации, а также субъективная сторона правонарушения - вина (умысел на совершение действий с целью наступления последствий в виде невозможности погашения требований кредиторов общества «ТЕХСЕРВИС», в том числе ООО «Д И КО»).

Как следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П формой недобросовестного поведения, предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ, является уклонение его участников и иных лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ, от совершения необходимых действий как по сохранению правоспособности юридического лица при намерении продолжать экономическую деятельность, так и по прекращению деятельности хозяйственного общества, в случае утраты интереса к ее продолжению, в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, поскольку такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица. Конституционный Суд Российской Федерации в указанном постановлении обратил внимание на то, что необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью банкротом, нежелание контролирующих его лиц финансировать расходы по проведению банкротства, непринятие ими мер по воспрепятствованию его исключения из ЕГРЮЛ при наличии подтвержденных судебными решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, чем подрывается доверие участников оборота друг к другу и дестабилизируется гражданский оборот.

Между тем, таких фактов недобросовестного поведения ФИО3 судом не установлено, истцом не подтверждено, в связи с чем основания для взыскания заявленной суммы с ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности отсутствуют. 

Напротив, материалами дела подтверждены не подлежащие защите в силу положений статьи 10 ГК РФ недобросовестные действия со стороны ФИО4 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

В силу разъяснений, данных в абзацах четвертом и пятом пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Согласно абзацу 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Изложенные выше в тексте настоящего постановления обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО4 де-факто создал общество «ТЕХСЕРВИС» и руководил им, непосредственно заключил от имени данного общества и занимался исполнением сделки, не исполненные обязательства общества по которой явились основанием для возникновения спорной задолженности, при этом при возникновении непредвиденных трудностей, сопряженных с возможным привлечением к уголовной ответственности, допустил фактическое прекращение деятельности общества «ТЕХСЕРВИС», продолжив свою профессиональную деятельность с помощью вновь созданных юридических лиц. При этом в период после принятия уполномоченным органом решения № 3220 от 05.04.2021 о предстоящем исключении из Единого государственного реестра юридических лиц общества «ТЕХСЕРВИС» (о чем не могло не быть известно ФИО4, поскольку сообщение о предстоящем исключении размещено уполномоченным органом в установленный срок – 07.04.2021), ФИО4 от имени общества «РЕСУРС» в качестве директора выкупает 22.06.2021 у ООО «Д И КО» долг к ООО «ТЕХСЕРВИС». При этом пояснения об экономической цели покупки долга к юридическому лицу, находящемуся в стадии ликвидации, за все время рассмотрения спора истцом  даны суду не были, утверждения ФИО3 о намерениях бывшего супруга ФИО4 путем подачи настоящего причинить ей материальный ущерб в связи с имеющимися между бывшими супругами разногласиями и судебными спорами ни истцом, ни третьим лицом никак не опровергнуто. 

Такое поведение истца и контролирующего его третьего лица ФИО4 суд апелляционной инстанции не может признать добросовестным, подлежащим защите, что в силу положений ст. 10 ГК РФ также является основанием для отказа в удовлетворении иска. 

При таких обстоятельствах, в удовлетворении исковых требований должно быть отказано.

На основании вышеизложенного, решение арбитражного суда первой инстанции подлежит отмене в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела (пункты 1, 2,3 части 1 статьи 270 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции принимает по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью «Ресурс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО3 о взыскании денежных средств в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

Принимая во внимание результаты рассмотрения дела, расходы по уплате государственной пошлины по иску и по апелляционной жалобе по правилам статьи 110 АПК РФ относятся на истца. 

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 20 марта 2024 года по делу № А60-66646/2022 отменить. 

В удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью «Ресурс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО3 о взыскании денежных средств в порядке привлечения к субсидиарной ответственности отказать. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ресурс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО3 судебные расходы, понесенные в связи оплатой государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы, в размере 3000 рублей. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

И.П. Данилова

 

Л.В. Саликова