Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-9980/2017

14 декабря 2022 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2022 года. 

Полный текст постановления изготовлен 14 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Барской А.Л.,

судей:  Бронниковой И.А., Волковой И.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Красноярского края от 18 марта 2022 года по делу № А33-9980/2017(к12) и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 07 сентября 2022 года по тому же делу,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Красмегаполис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – ООО  «Красмегаполис», должник) его конкурсный управляющий ФИО2 (далее – ФИО3) обратилась 18.03.2020 в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о привлечении ФИО1 (далее – ФИО1) и общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Мегаполис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – ООО СК «Мегаполис») солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 21 198 646 рублей 40 копеек.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 19 августа 2020 года ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего; определением этого же суда от 19 ноября 2020 года конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий).

Определением от 14 декабря 2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5 (далее – ФИО5).

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 18 марта 2022 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 07 сентября 2022 года, заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, в порядке возмещения убытков солидарно с ФИО1 и ООО СК «Мегаполис» в конкурсную массу ООО «Красмегаполис» взыскано 13 254 862 рубля 58 копеек, а в удовлетворении остальной части заявления отказано; отказано в удовлетворении ходатайства ФИО1 о привлечении в качестве соответчика ФИО5; отказано в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего об объединении дел.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа, ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального и процессуального права, просит отменить указанные судебные акты, прекратить производство по делу в части взыскания 11 467 000 рублей 80 копеек, признать срок исковой давности пропущенным, в связи с чем отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объеме.

Заявитель жалобы указывает на то, что ФИО1 не является контролирующим должника лицом, на него не распространяется презумпция наличия контроля в силу извлечения выгоды от деятельности должника, при этом вред, причиненный должнику, является незначительным относительно масштабов деятельности должника. Полагает, что перечисление должником денежных средств за ООО СК «Мегаполис» являлось возмездным, в связи с чем размер взыскиваемых убытков должен быть снижен. Сообщает о том, что судами неверно исчислен срок исковой давности, отмечает, что таковой составляет один год и истек он 10.11.2018. Обращает внимание на то, что в рамках дела № А33-28574/2018 конкурсному управляющему отказано во взыскании с ООО СК «Мегаполис» 11 467 000 рублей 80 копеек, что указывает на тождественность исков и необходимость прекращения производства в данной части.

Кроме того, ФИО1 указывает на необоснованность отказа в привлечении ФИО5 в качестве соответчика, поскольку названное лицо имело влияние на должника и должно нести ответственность солидарно.

В возражениях на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит отказать в ее удовлетворении.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако в судебное заседание не явились, своих представителей в суд округа не направили, в связи с чем рассмотрение жалобы проведено в их отсутствие.

07.12.2022 в суд округа от заявителя кассационной жалобы поступило ходатайство 

об отложении судебного заседания по причине невозможности явки в связи с болезнью ФИО1 и занятости его представителя в других судебных заседаниях.

Рассмотрев данное ходатайство, суд округа не усматривает предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для его удовлетворения. Отложение судебного разбирательства в связи с заявлением стороной ходатайства об отложении судебного разбирательства является правом суда, а не его обязанностью, при этом согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах, определенных статьей 286 этого же Кодекса.

Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Красноярского края и Третьего арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях на нее, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судами, с 2013 года по настоящее время ФИО1 является генеральным директором ООО СК «Мегаполис» и его учредителем. 

В период с 17.07.2015 по 06.10.2016 ООО «Красмегаполис» на основании платежных поручений произвело 88 перечислений в пользу третьих лиц за ООО СК «Мегаполис» в общем размере 16 088 038 рублей 32 копеек, что подтверждается выпиской по счету должника и соответствующими платежными поручениями, представленными в материалы дела.

24.10.2016 между ООО «Красмегаполис» (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью «Мигес» (цессионарий) (далее – ООО «Мигес») заключен договор уступки права требования (далее – договор уступки от 24.10.2016), из пункта 1 которого следует, что цедент имеет право требовать от ООО СК «Мегаполис» возврата платежей, указанных в данном пункте (в нем перечислены 57 платежей, совершенных должником за ООО СК «Мегаполис» в период с 06.10.2015 по 06.10.2016, общий размер которых составляет 4 621 037 рублей 52 копейки, при этом размеры и назначения платежей соответствуют платежам, указанным в заявлении конкурсного управляющего); согласно пункту 2 договора уступки от 24.10.2016 цедент уступает, а цессионарий принимает право требования к ООО СК «Мегаполис» по возврату всех платежей, перечисленных в пункте 1 указанного договора; уступка является возмездной, порядок и условия оплаты уступленных прав по договору согласовываются сторонами отдельно (пункт 4 договора уступки от 24.10.2016); согласно дополнительному соглашению от 24.10.2016 к договору уступки цессионарий оплатил уступленные права требования к ООО СК «Мегаполис» путем погашения задолженности ООО «Красмегаполис» перед ООО «Мигес» за поставленные должнику строительные материалы по универсальным передаточным документам № 7 от 27.11.2015 и № 8 от 03.12.2015.

Доказательства встречного предоставления со стороны ООО СК «Мегаполис» на оставшуюся сумму платежей за период с 17.07.2015 по 28.09.2015 в общем размере 11 467 000 рублей 80 копеек (16 088 038 рублей 32 копейки за вычетом фактически уступленных 4 621 037 рублей 52 копеек) в материалы обособленного спора не представлены.

Между обществом с ограниченной ответственностью «Дедал Плюс» (кредитор) (далее – ООО «Дедал Плюс»), ООО СК «Мегаполис» (должник) и ООО «Красмегаполис» (новый должник) заключен договор о переводе долга от 10.05.2016, которым произведен перевод долга по договору поставки товара № 155 от 18.03.2015 на нового должника в размере 1 723 200 рублей; в ответе на адвокатский запрос № 45/21 от 22.07.2021 ООО «Дедал Плюс» сообщило, что задолженность ООО «Красмегаполис» и ООО СК «Мегаполис» по состоянию на 27.07.2021 перед ним отсутствует; на наличие встречных обязательств ООО СК «Мегаполис» перед ООО «Красмегаполис» за перевод долга в договоре о переводе долга от 10.05.2016 не указано, а доказательства возмездности перевода долга не представлены.

Между обществом с ограниченной ответственностью «КонсультантПлюс Илан» (далее – ООО «КонсультантПлюс Илан»), ООО СК «Мегаполис» и ООО «Красмегаполис» заключено соглашение от 01.02.2016 о передаче обязательств, согласно которому ООО СК «Мегаполис» передает, а должник принимает обязательства по взаиморасчетам с ООО «КонсультантПлюс Илан» по договору № 5438 от 17.05.2013; со стороны ООО «Красмегаполис» соглашение о передаче обязательств подписал ФИО5, со стороны ООО СК «Мегаполис» соглашение подписал ФИО1; доказательства возмездности соглашения от 01.02.2016 не представлены.

Ссылаясь на то, что контролирующими должника лицами – ФИО1 и ООО «СК «Мегаполис» совершены неправомерные действия, выразившиеся в перечислении ООО «Красмегаполис» за ООО «СК «Мегаполис» в пользу третьих лиц денежных средств в период с 17.07.2015 по 06.10.2016, а также заключены сделки по переводу долга от 01.02.2016 и от 10.05.2016 в отсутствие доказательств встречного предоставления, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении указанных ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из того, что вменяемые ответчикам действия не явились причиной банкротства должника, на основании чего, установив отсутствие доказательств встречного предоставления со стороны ООО СК «Мегаполис» за совершенные должником за свой счет платежи в сумме 11 467 000 рублей 80 копеек, а также принятые на себя обязательства по соглашениям о переводе долга, приняв во внимание обстоятельства, указывающие на фактическое нахождение ООО «Красмегаполис» под контролем ФИО1, пришел к выводу о необходимости взыскания с указанных лиц причиненных должнику убытков; из соблюдения конкурсным управляющим срока исковой давности.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило после 01.07.2017, следовательно, оно подлежит рассмотрению (в части применения процессуальных положений) по правилам главы III.II Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (пункт 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»).

Вместе с тем, поскольку обстоятельства, которые указаны заявителями в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, возникли в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, они подлежат квалификации с использованием материальных норм, установленных названным Законом (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Как следует из правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760, от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим, в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53).

Как разъяснено в пункте 20 постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), – суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности, и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Установив, что в период с 2015 по 2016 годы должник ООО «Красмегаполис» осуществлял масштабную хозяйственную деятельность в сфере строительства жилых домов, имея многомиллионные обороты по счетам (131 808 098 рублей 34 копейки), являясь генеральным подрядчиком по договорам, совокупная цена которых составляла, как минимум, 546 906 800 рублей, обоснованно отметив, что при таких обстоятельствах,   причинение убытков в размере 13 254 862 рублей 58 копеек не носят значительного характера и не может являться причиной банкротства должника, суд первой инстанции обоснованно переквалифицировал требование конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 и ООО «СК «Мегаполис» к субсидиарной ответственности на требование о возмещении указанными лицами убытков.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 постановления № 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение юридической связанности, но и фактической, наличие которой имеет место тогда, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056). 

В абзаце втором пункта 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018) указано, что, учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств того, что лицо давало указания должнику-банкроту и его контролирующим лицам, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.

Таким косвенным доказательством является поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015 и от 01.10.2020 № 308-ЭС20-8307 по делу № А53-5830/2019).

Оценивая доводы участников обособленного спора, суды первой и апелляционной инстанций, приняли во внимание наличие у ООО «Красмегаполис» и ООО СК «Мегаполис», чьим руководителем и учредителем является ФИО1, общих работников (ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 и другие), в том числе осуществлявших управленческие функции в обоих обществах (ФИО15 и ФИО16), пользование услугами одних и тех же юристов (ФИО17 и ФИО18), совпадение адресов электронной почты, факты контроля ФИО1 группы строительных компаний, а также обстоятельства фактически безвозмездного перечисления денежных средств должником в пользу ООО СК «Мегаполис», на основании чего констатировали, что ФИО1, фактически выступавший непосредственным начальником общих работников должника и ООО СК «Мегаполис», аффилирован по отношению к должнику и является его контролирующим лицом.

Судами установлено, что личная выгода ФИО1 заключалась в наличии фактического контроля над ООО «Красмегаполис» при отсутствии у него статуса учредителя и руководителя, что использовалось для безрискового перераспределения активов должника, за счет которых могло бы производиться удовлетворение требований кредиторов в пользу ООО СК «Мегаполис» (путем погашения его задолженностей перед третьими лицами), тогда как должник, в отсутствие равноценного встречного предоставления, лишь аккумулировал убытки.

В ходе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции ФИО1 заявил о применении срока исковой давности.

Требование конкурсного управляющего переквалифицировано судами с привлечения к субсидиарной ответственности на требование о возмещении причиненных убытков, к которому применим общий срок исковой давности, составляющий три года с даты, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав (статья 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Настоящее заявление подано ООО «Красмегаполис» в лице конкурсного управляющего 20.03.2020, то есть в течение трех лет с даты введения процедуры конкурсного производства 09.11.2017 (резолютивной части решения от 16 ноября 2017 года) и утверждения первого конкурсного управляющего, получившего полномочия на предъявление от имени должника требования о взыскании убытков, в связи с чем доводы ФИО1 о пропуске заявителем срока исковой давности подлежат отклонению.

Исследовав и оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы обособленного спора доказательства в их совокупности, достаточности и взаимной связи, установив обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности ООО СК «Мегаполис» и ООО «Красмегаполис», общности их экономических интересов и подконтрольности должника ФИО1 (являющемуся генеральным директором и учредителем ООО СК «Мегаполис»), под влиянием которого должник в период с 17.07.2015 по 06.10.2016 производил на безвозмездной основе за свой счет перечисления в пользу третьих лиц за ООО СК «Мегаполис» денежных средств на сумму 11 467 000 рублей 80 копеек, а также принял на себя обязательства ООО СК «Мегаполис» по соглашениям о переводе долга от 01.02.2016 на сумму 64 661 рубль 78 копеек и от 10.05.2016 на сумму 1 723 200 рублей, в отсутствие доказательств встречного предоставления, на основании чего суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчиков убытков, причиненных должнику в сумме 13 254 862 рублей 58 копеек.

Обстоятельства и выводы, которые сделаны судом первой инстанции, нашли подтверждение при повторном рассмотрении обособленного спора в порядке апелляционного производства, представляются суду округа правильными и не опровергнутыми доводами кассационной жалобы.

Указание ФИО1 на тождественность исков по настоящему обособленному спору и делу № А33-28574/2018 и необходимости в связи с этим прекратить производство по заявлению конкурсного управляющего в части взыскания убытков в сумме 11 467 000 рублей 80 копеек отклоняется в связи со следующим.

В силу пункта 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда.

Из решения Арбитражного суда Красноярского края от 17 апреля 2019 года по делу № А33-28574/2018 следует, что конкурсный управляющий ООО «Красмегаполис» предъявлял к ООО СК «Мегаполис» иск о взыскании неосновательного обогащения в сумме 16 088 038 рублей 33 копеек, тогда как в рамках настоящего обособленного спора рассматривается требование о возмещении должнику убытков, причиненных действиями ответчиков. Поскольку иски о взыскании неосновательного обогащения и о возмещении убытков имеют отличающиеся друг от друга материально-правовые основания, у судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали основания для прекращения производства в указанной части.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на необоснованность отказа в привлечении ФИО5 к участию обособленном споре в качестве соответчика не нашла своего подтверждения, с учетом того, что конкурсным управляющим требования к названному лицу не предъявлены, а обстоятельств, указанные в части 6 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которые позволили бы суду по собственной инициативе привлечь его в качестве соответчика, отсутствуют.

Доводы ФИО1 о том, что перечисление денежных средств производилось в счет погашения задолженности ООО «Красмегаполис» перед ООО СК «Мегаполис» за поставленные должнику товары, обоснованно отклонены судами со ссылкой на отсутствие в платежных документах, которыми денежные средства перечислялись в пользу ООО СК «Мегаполис», указаний на совершение платежей непосредственно во исполнение обязательств по представленным ответчиком договорам купли-продажи и первичным документам.

Изложенные в кассационной жалобе доводы, по сути, сводятся к несогласию заявителя кассационной жалобы с выводами судов, с учетом установленных фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, выводы судов не опровергают, не свидетельствуют о нарушении норм материального и процессуального права, направлены на иное толкование норм права, регулирующих спорные правоотношения, и на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и установленных на их основании обстоятельств, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции в силу статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем подлежат отклонению, в том числе по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

Неправильного применения норм материального права, несоответствия выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения.

Статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусматривает уплаты государственной пошлины за рассмотрение кассационных жалоб на судебные акты, принятые арбитражным судом по результатам заявлении о взыскании убытков в делах о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 18 марта 2022 года по делу № А33-9980/2017 и постановления Третьего арбитражного апелляционного суда от 07 сентября 2022 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Меры по приостановлению исполнения определения Арбитражного суда Красноярского края от 18 марта 2022 года по делу № А33-9980/2017 и постановления Третьего арбитражного апелляционного суда от 07 сентября 2022 года по тому же делу, принятые определением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 01 ноября 2022 года, отменить.

Возвратить ФИО19 из федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины, уплаченной по чеку-ордеру от 06.10.2022 (операция 4975).

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий 

Судьи

А.Л. Барская 

И.А. Бронникова 

И.А. Волкова