﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

19 ноября 2021 года

Дело №

А56-137/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Родина Ю.А., судей Лущаева С.В., Соколовой С.В.,

 при участии от Федеральной службы судебных приставов Мовчан К.М. (доверенность от 02.02.2021 № Д-78907/21/1137), от Главного управления Федеральной службы судебных приставов по г. Санкт-Петербургу Мовчан К.М. (доверенность от 11.01.2021 № Д-78907/21-1070), 

рассмотрев 18.11.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Жилищно-строительного кооператива № 232 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.04.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2021 по делу № А56-137/2021,

                                               у с т а н о в и л:

Жилищно-строительный кооператив № 232, адрес: 192071, Санкт-Петербург, пр. Славы, д. 16, лит. А, оф. 97, ОГРН 1027808011692, ИНН 7816011120 (далее – Кооператив), обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов, адрес: 107996, Москва, ул. Кузнецкий мост, д. 16/5, стр. 1, ОГРН 10447796859791, ИНН 7709576929 (далее - ФССП России), о взыскании 717 835 руб. 38 коп. убытков (с учетом уточнения требований в порядке, предусмотренном статей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – АПК РФ). 

К участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены Главное управление Федеральной службы судебных приставов по г. Санкт-Петербургу, адрес: 190121, Санкт-Петербург, Большая Морская ул.., д. 59, ОГРН 1047833068942, ИНН 7838027691 (далее – Управление), Волковский отдел судебных приставов Фрунзенского района г. Санкт-Петербурга Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу, адрес: 192284, Санкт-Петербург, ул. Димитрова, д. 3, корп. 4 (далее – Отдел), судебный пристав-исполнитель Волковского отдела судебных приставов Фрунзенского района г. Санкт-Петербурга Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербург Середа Александр Евгеньевич (далее – судебный пристав). 

Решением суда первой инстанции от 26.04.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 02.07.2021, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе Кооператив, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, просит отменить решение от 26.04.2021 и постановление от 02.07.2021 и принять по данному делу новый судебный акт об удовлетворении иска. По мнению подателя жалобы, в рассматриваемом случае именно бездействие судебного пристава-исполнителя, выразившееся в непринятии всех необходимых мер, направленных на сохранность имущества должника, за счет которого могли быть удовлетворены требования исполнительных документов, привело к выбытию имущества из имущественной массы должника, что повлекло возникновение убытков у взыскателя. При этом Кооператив указывает, что в качестве одного из исполнительных действий, совершаемых судебным приставом-исполнителем в ходе исполнительного производства и направленных в том числе на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе, установлено наложение ареста на имущество должника, элементом которого является запрет на совершение регистрационных действий в отношении этого имущества. Такого рода запрет налагается в целях обеспечения исполнения исполнительного документа и предотвращения выбытия имущества, на которое впоследствии может быть обращено взыскание, из владения должника. Верховный Суд Российской Федерации в определении от 11.01.2016 № 78-КГ15-42 отметил, что исполнительные действия по запрету регистрационных действий в отношении имущества (единственного жилья), зарегистрированного на имя должника, не являются мерами принудительного исполнения, а выступают своего рода обеспечительной мерой. Следовательно, в данном случае именно арест имущества должника (квартиры) смог бы обеспечить невозможность его продажи и перерегистрации на третье лицо, переход данного имущества в наследственную массу должника после его смерти. Помимо прочего, Кооператив заявляет, что обращение в суд с ходатайством о принятии мер по обеспечению иска в виде наложения ареста на квартиру и оспаривание договора купли-продажи являются его правом, в то время как принятие мер по своевременному, полному и правильному исполнению  исполнительного документа – это обязанность судебного пристава-исполнителя, предусмотренная законом.

В судебном заседании представитель ФССП России и Управления возражал против удовлетворения кассационной жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания, однако своих представителей в судебное заседание не направили, поэтому кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие. От Кооператива в суд кассационной инстанции через систему подачи документов «Мой арбитр» 15.11.2021 поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие его представителей.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, на основании исполнительных листов, выданных Фрунзенским районным судом Санкт-Петербурга по делам № 2-3021/2013, 2-3078/2014, 2-551/2012, 2-5155/2015, исполнительных листов от 08.04.2008, от 05.04.2018, от 31.01.2012, судебного приказа от 19.01.2018, выданных Судебным участком № 187 г. Санкт-Петербурга по делам № 2-52/2018-187, 2-8/2008-187, 2-84/2018-187, о взыскании с Куколь Альберта Адольфовича в пользу Кооператива задолженности по оплате коммунальных услуг в общей сумме 717 835 руб. 38 коп., судебными приставами-исполнителями Отдела 27.11.2013, 03.10.2014, 13.10.2017, 17.04.2018, 18.04.2018, 28.05.2018, 25.06.2018, 05.07.2018, 05.10.2018, 05.08.2019 возбуждены исполнительные производства № 104857/13/18/78 (на сумму 94 175 руб. 13 коп.), 89744/14/78018-ИП (на сумму 65 425 руб. 07 коп.), 77696/18/78026-ИП (26 638 руб. 82 коп.), 77700/18/78026-ИП (204 401 руб.               01 коп.), 77701/18/78026-ИП (на сумму 57 564 руб. 55 коп.), 52822/18/78026-ИП (на сумму 10 619 руб. 21 коп.), 52823/18/78026-ИП (на сумму 137 077 руб.                71 коп.), 52821/18/78026-ИП (на сумму 74 144 руб. 28 коп.), 57087/18-78026-ИП (на сумму 7430 руб. 36 коп.), 57090/18/78026-ИП (на сумму 4112 руб. 41 коп.), 61114/18/78026-ИП (на сумму 8065 руб. 84 коп.), 92273/18/78026-ИП (на сумму 6208 руб. 64 коп.), 92264/18/7806-ИП (на сумму 8377 руб. 79 коп.), 92262/18/78026-ИП (на сумму 3961 руб. 44 коп.), 117083/19/78026-ИП (на сумму 9633 руб. 12 коп.).

При этом ранее судебными приставами-исполнителями были возбуждены 18.09.2012 исполнительное производство № 75125/12/26/78 на сумму                       137 077 руб. 71 коп., 18.09.2013 исполнительное производства № 75126/12/26/78 на сумму 4112 руб. 41 коп., 13.07.2017 исполнительное производство                            № 59611/17/78026-ИП на сумму 57 564 руб. 22 коп. которые окончены 05.12.2014 и 04.10.2017 на основании пункта 3 части 1 статьи 46, пункта 3 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон № 229-ФЗ), исполнительные листы возвращен взыскателю. Затем, 17.07.2015, судебный пристав-исполнитель вновь возбудил исполнительные производства в части обязательств должника на суммы                     137 077 руб. 71 коп. и 4112 руб. 41 коп., которым были присвоены                                  № 72627/17/78026-ИП и 72626/17/78026-ИП. Эти исполнительные производства были окончены 27.09.2017 и 22.09.2017. Впоследствии, 25.05.2018, 25.06.2018 и 18.04.2018, по повторного предъявленным Кооперативом исполнительным документам судебными приставами-исполнителями вновь возбуждены исполнительные производства. 

Также судебным приставом-исполнителем Отдела вынесены постановления от 07.07.2015 и от 10.07.2015 о передаче исполнительных производств № 104857/13/18/78, 89744/14/78018-ИП в Купчинский отдел судебных приставов Фрунзенского района г. Санкт-Петербурга Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу. Исполнительные производства окончены 16.09.2015 и 15.09.2015.

Постановлениями судебных приставов-исполнителей Отдела от 27.12.2018, от 19.11.2019, от 20.11.2020 исполнительные производства                      № 77696/18/78026-ИП, 77700/18/78026-ИП, 77701/18/78026-ИП, 52822/18/78026-ИП, 52823/18/78026-ИП, 52821/18/78026-ИП, 57087/18-78026-ИП, 57090/18/78026-ИП, 61114/18/78026-ИП, 92273/18/78026-ИП, 92264/18/7806-ИП, 92262/18/78026-ИП, 117083/19/78026-ИП окончены с возвращением взыскателю исполнительных документов со ссылкой на пункт 3 части 1 статьи 46 Закона № 229-ФЗ и указанием на невозможность установления местонахождения должника, его имущества либо получения сведений о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях, за исключением случаев, когда предусмотрен розыск должника или его имущества.

Основанием для обращения Кооператива с настоящим иском в арбитражный суд послужило непринятие судебными приставами-исполнителями необходимых мер для исполнения требований исполнительных документов и взыскания задолженности, игнорирование обращений Кооператива о необходимости наложить арест на имущество, запрет на регистрационные действия с имуществом должника, непринятие мер по сохранности имущества должника, что привело к выбытию квартиры из владения должника и невозможность исполнения судебных решений. 

Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении иска. 

Кассационная инстанция, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение. 

В соответствии со статьей 2 Закона № 229-ФЗ задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.

Принудительное исполнение судебных актов возлагается на Федеральную службу судебных приставов и ее территориальные органы; непосредственное осуществление функций по их принудительному исполнению возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов (части 1 и 2 статьи 5 Закона  № 229-ФЗ).

Исполнительное производство осуществляется на принципах законности и своевременности совершения исполнительных действий, применения мер принудительного исполнения (пункты 1 и 2 статьи 4 Закона № 229).

На основании абзаца второго пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации»; до 01.01.2020 - Федерального закона «О судебных приставах»; далее - Закон № 118-ФЗ) в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных Законом № 229-ФЗ, судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

В силу части 2 статьи 119 Закона № 229-ФЗ заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения.

На основании статьи 19 Закона № 118-ФЗ ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее – постановление № 50), защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Закона № 229-ФЗ, но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (пункт 80).

Отказывая в удовлетворении искового требования, суды, оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей 15, 16, 1069 ГК РФ, статей 79, 119 Закона № 229-ФЗ, разъяснениями, изложенными в пунктах 80 – 82, 85 постановления № 50, пришли к выводу о недоказанности Кооперативом совокупности условий, необходимых для взыскания убытков. При этом суды указали на отсутствие прямой (непосредственной) причинно-следственной связи между не наложением  ареста на квартиру должнику и не вынесением постановления о запрете регистрационных действий судебными приставами-исполнителями, на исполнении у которых находились соответствующие исполнительные документы в отношении должника, и причинением истцу убытков. Судами отмечено, что предъявленная к взысканию в настоящем деле сумма является суммой, подлежавшей взысканию с должника по исполнительным производствам, а не убытками, возникшими в результате бездействия судебного пристава-исполнителя. Между тем действующее законодательство не связывает напрямую возникновение оснований для взыскания убытков в неполученной по исполнительным документам сумме с фактом бездействия судебного пристава-исполнителя.

Как разъяснено в постановлении № 50, по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда (пункт 82). То обстоятельство, что действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя не были признаны незаконными в отдельном судебном производстве, не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного этими действиями (бездействием), и их законность суд оценивает при рассмотрении иска о возмещении вреда.

Из содержания указанного разъяснения следует, что вопрос о законности действий судебного пристава-исполнителя и наличии его вины по делам о возмещении вреда подлежит оценке с учетом всех обстоятельств дела, а неисполнение должником решения суда не является безусловным основанием для возложения ответственности на судебного пристава-исполнителя.

Исходя из разъяснений, приведенных в абзаце третьем пункта 15 постановления № 50, бездействие судебного пристава-исполнителя может быть признано незаконным, если он имел возможность совершить необходимые исполнительные действия и применить необходимые меры принудительного исполнения, направленные на полное, правильное и своевременное исполнение требований исполнительного документа в установленный законом срок, однако не сделал этого, чем нарушил права и законные интересы стороны исполнительного производства.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами», требование о взыскании убытков (возмещении вреда) подлежит удовлетворению, если в результате незаконных действий (бездействия) должностных лиц возможность взыскания долга с должника утрачена.

Таким образом, само по себе незаконное бездействие судебного пристава-исполнителя не может являться основанием для возложения на государство ответственности в виде возмещения вреда, такое требование может быть удовлетворено, если судом будет установлено, что вследствие несвоевременного совершения исполнительных действий возможность получения взыскателем исполнения согласно исполнительному документу утрачена.

Из материалов дела усматривается, что в ходе судебного разбирательства Кооператив настаивал на том, что судебные приставы-исполнители проигнорировали его неоднократные обращения по вопросу необходимости наложить арест на имущество должника, а также запрет на регистрационные действия в отношении принадлежащей ему квартиры. По мнению истца, ввиду несовершения указанных действий должник смог продать спорную квартиру по договору от 15.04.2018 бывшей супруге и матери его ребенка Моисей Ларисе Петровне, поэтому возможность взыскания долга по оплате жилищно-коммунальных услуг, принадлежавшего прежнему собственнику жилого помещения, утрачена. Впоследствии должник скончался, однако в случае, если бы судебным приставом-исполнителем были приняты соответствующие меры, переход права собственности не смог быть зарегистрирован, а после смерти должника ответственность по долгам наследодателя перешла бы принявшим наследство наследникам. 

При исследовании обстоятельств дела судами не установлена причинно-следственная связь между неисполнением требований исполнительных документов и действиями (бездействием) судебных приставов-исполнителей, на исполнении у которых находились соответствующие исполнительные документы в отношении должника. Суды подтвердили, что судебными приставами-исполнителями были получены сведения о том, что за должником зарегистрирован объект недвижимости – квартира, площадью 56,1 кв. м по адресу: Санкт-Петербург, пр. Славы, д. 16, кв. 42. Однако суды приняли во внимание довод ответчика о том, что обратить взыскание на указанную квартиру не представлялось возможным, поскольку на нее в соответствии с частью 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) установлен имущественный (исполнительский) иммунитет. По мнению судов, ввиду отсутствия доказательств принятия судебного акта о наложении ареста на имущество на должника (принадлежащую ему на праве собственности квартиру), у судебного пристава-исполнителя отсутствовали предусмотренные законом основания для наложения ареста на указанное имущество. 

Между тем судами не учтено следующее.

Перечень совершаемых судебным приставом-исполнителем исполнительных действий, направленных на создание условий для применения к должнику мер принудительного исполнения, а равно на понуждение его к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе, приведен в части 1 статьи 64 Закона № 229-ФЗ.

К числу таких действий относится установление запрета на распоряжение принадлежащим должнику имуществом, в том числе запрета на совершение в отношении него регистрационных действий (пункт 42 постановления № 50). Запрет на распоряжение имуществом налагается в целях обеспечения исполнения исполнительного документа и предотвращения выбытия имущества, на которое впоследствии может быть обращено взыскание, из владения должника.

По смыслу статьи 80 Закона № 229-ФЗ запрет распоряжаться имуществом является разновидностью наложения ареста на имущество должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 40 постановления № 50, арест в качестве исполнительного действия может быть наложен судебным приставом-исполнителем в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях (пункт 7 части 1 статьи 64, часть 1 статьи 80 Закона № 229-ФЗ).

В качестве меры принудительного исполнения арест налагается при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество ответчика, административного ответчика, находящееся у него или у третьих лиц (часть 1, пункт 5 части 3 статьи 68 названного Закона). Во исполнение судебного акта о наложении ареста на имущество ответчика судебный пристав-исполнитель производит арест и устанавливает только те ограничения и только в отношении того имущества, которые указаны судом. Следовательно, законодательство об исполнительном производстве различает только два вида ареста:

- арест, накладываемый на имущество должника в целях обеспечения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях (статья 80 Закона № 229-ФЗ);

- арест как самостоятельная мера принудительного исполнения, применяемая исключительно во исполнение судебного акта об аресте имущества (пункт 5 части 3 статьи 68 названного Закона).

В пункте 43 постановления № 50 указано, что арест в качестве обеспечительной меры либо запрет на распоряжение могут быть установлены на перечисленное в абзацах втором и третьем части 1 статьи 446 ГК РФ имущество, принадлежащее должнику-гражданину. Например, арест в качестве обеспечительной меры принадлежащего полностью или в части должнику-гражданину жилого помещения, являющегося единственно пригодным для постоянного проживания самого должника и членов его семьи, равно как и установление запрета на распоряжение этим имуществом, включая запрет на вселение и регистрацию иных лиц, сами по себе не могут быть признаны незаконными, если указанные меры приняты судебным приставом-исполнителем в целях воспрепятствования должнику распорядиться данным имуществом в ущерб интересам взыскателя.

Аналогичная позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.01.2016 № 78-КГ15-42 и Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденном  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016. 

Изложенные в обжалуемых судебных актах аргументы не опровергают довод Кооператива о том, что в тот период, когда у должника имелась возможность для исполнения требований исполнительных документов, судебными приставами-исполнителями не было принято необходимых мер, предусмотренных законодательством об исполнительном производстве, в том числе связанных с наложением запрета на регистрационные действия, с целью побудить должника исполнить требования исполнительного документа, что позволило должнику продать имущество третьему лицу и привело к выбытию 27.04.2018 из собственности должника квартиры.

Вывод суда первой инстанции о том, что запрет регистрационных действий не дал бы судебному приставу-исполнителю права на реализацию спорной квартиры, неоснователен.  

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

Конституционный Суд Российской Федерации, давая в постановлении от 14.05.2012 № 11-П оценку конституционности положения абзаца второго части 1 статьи 446 ГПК РФ, указал, что для соблюдения конституционного принципа соразмерности в сфере защиты прав и законных интересов кредитора (взыскателя) и гражданина-должника исполнительский иммунитет должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.

Исходя из того, что положение абзаца второго части первой статьи 446 ГПК РФ, устанавливая соответствующий имущественный иммунитет, имеет конституционные основания и само по себе не посягает на конституционные ценности, Конституционный Суд Российской Федерации заключил, что назначение исполнительского иммунитета состоит не в том, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником право собственности на жилое помещение, а в том, чтобы не допустить нарушения конституционного права на жилище в самом его существе, как и умаления человеческого достоинства, гарантируя гражданину-должнику и членам его семьи сохранение обеспеченности жильем на уровне, достаточном для достойного существования.

Следовательно, запрет обращения взыскания на единственное пригодное для постоянного проживания гражданина-должника и членов его семьи жилое помещение конституционно оправдан постольку, поскольку он обеспечивает этим лицам сохранение жилищных условий, приемлемых в конкретной социально-экономической обстановке, от которой и зависят представления о том, какое жилое помещение можно или следует считать достаточным для удовлетворения разумной потребности человека в жилище.

В то же время Конституционный Суд Российской Федерации также обратил внимание на то, что приоритет имущественных интересов гражданина-должника, в собственности которого находится жилое помещение, по своим характеристикам позволяющее удовлетворить требования кредитора (взыскателя), связанные с надлежащим исполнением вступившего в законную силу судебного решения, без ущерба для нормального существования самого гражданина-должника и членов его семьи и для реализации ими социально-экономических прав, представлял бы собой необоснованное и несоразмерное ограничение прав кредитора (взыскателя).

В связи с изложенным Конституционный Суд Российской Федерации признал, что установленный положением абзаца второго части первой статьи 446 ГПК РФ имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности жилого помещения (его частей) - в целях реализации конституционного принципа соразмерности при обеспечении защиты прав и законных интересов кредитора (взыскателя) и гражданина-должника как участников исполнительного производства - должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3.2 Постановления от 26.04.2021 № 15-П, абзац второй части первой статьи 446 ГПК РФ не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета, в том числе при несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника, поскольку отказ в применении этого иммунитета не оставит его без жилища, пригодного для проживания самого должника и членов его семьи, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма, и в пределах того же поселения, где эти лица проживают.

Делая вывод о невозможности обращения взыскания по исполнительным документам на жилое помещение должника, суд первой инстанции не исследовал  его характеристики, не привел доказательства, подтверждающие, что квартира  являлась единственным пригодным для постоянного проживания помещением не только для гражданина-должника, но и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем должнику помещении. В ходе судебного разбирательства ответчик не представил доказательства того, что спорная квартира проверялась судебными приставами-исполнителями на соответствие признакам единственного пригодного для постоянного проживания должника и членов его семьи

Суд кассационной инстанции в силу полномочий, установленных статьей 286 и пунктом 2 статьи 287 АПК РФ, не обладает самостоятельным правом на установление обстоятельств дела, которые не были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций.

Более того, при принятии к производству иска Кооператива суд первой инстанции не аргументировал свой вывод об отнесении настоящего спора к предметной компетенции арбитражных судов (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 (вопрос № 3 раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике»).

Утверждение суда апелляционной инстанции о том, что исполнительные производства № 104857/13/18/78 (на сумму 94 175 руб. 13 коп.), 89744/14/78018-ИП (на сумму 65 425 руб. 07 коп.) на момент продажи должником квартиры  окончены, поэтому является неправомерным требование Кооператива о взыскании 159 600 руб. 20 коп. убытков, кассационная инстанция считает неосновательным. 

В силу пункта 86 постановления № 50 положения части 4 статьи 321 АПК РФ и части 3 статьи 22 Закона № 229-ФЗ, предоставляющие взыскателю право неоднократного предъявления к исполнению исполнительного листа после его возврата, не препятствуют взыскателю, утратившему возможность получить причитающиеся с должника суммы (имущество) в связи с выбытием этого имущества по причине незаконных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя, обратиться в суд с иском о возмещении вреда.

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, указано, что если после возбуждения исполнительного производства должник располагал денежными средствами и иным имуществом, достаточным для погашения задолженности перед взыскателем в полном объеме, однако в результате бездействия судебного пристава-исполнителя такая возможность была утрачена, взыскатель вправе требовать возмещения вреда в порядке, установленном статьей 1069 ГК РФ.

Ввиду того, что для принятия законного и обоснованного решения требуется установление обстоятельств, исследование и оценка доказательств, а также иные процессуальные действия, предусмотренные для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, принятые судами по данному делу решение и постановление подлежат отмене, а дело в этой части в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ - направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

При новом рассмотрении дела суду надлежит установить все имеющие существенное значение для дела обстоятельства на основании полного и всестороннего исследования представленных сторонами доказательств в их совокупности и взаимосвязи и, правильно применив нормы материального и процессуального права, вынести законное и обоснованное решение.

Руководствуясь статьей 286, пунктом 3 части 1 статьи 287 и статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.04.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2021 по делу № А56-137/2021  отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

 

Председательствующий

Ю.А. Родин

 

Судьи

С.В. Лущаев

 С.В. Соколова