АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

18 марта 2022 года

Дело №

А13-17151/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Кравченко Т.В., Троховой М.В., 

при участии арбитражного управляющего ФИО1 (паспорт),

рассмотрев 14.03.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 16.08.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 по делу № А13-17151/2016, 

у с т а н о в и л:

муниципальное унитарное предприятие «Белозерское автотранспортное предприятие», адрес: 161200, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Предприятие, должник), обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 15.03.2017 в отношении Предприятия  введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2.

Решением суда от 31.07.2017 Предприятие признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором с учетом поступивших в суд уточнений просил: 

 - признать договор купли-продажи от 09.04.2019 № 1 незаконным и недействительным с момента заключения, а требования к соответчикам (Предприятию и арбитражному управляющему ФИО1) – текущими;  дать правовую оценку неосмотрительности и бездействию арбитражного управляющего ФИО1, выразившемся в введении в заблуждение и намеренном умолчании, непредоставлении покупателю необходимой и достоверной информации о предмете договора купли-продажи от 09.04.2019 № 1, обеспечивающей возможность компетентного выбора при заключении договора;

- взыскать с ответчиков в пользу заявителя уплаченные по договору купли-продажи от 09.04.2019 № 1 денежные средства в размере 107 000 руб. и признать обязанность ответчиков солидарной;

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя убытки, понесенные  в связи с исполнением договора купли-продажи от 09.04.2019 № 1 по состоянию на 30.09.2020 в размере 85 274,24 руб. и признать обязанность ответчиков солидарной;

- взыскать с  арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) за пользование чужими денежными средствами в связи с недействительностью договора купли-продажи от 09.04.2019 № 1 по состоянию на 30.09.2020 в размере 9359,63 руб. и признать обязанность ответчиков солидарной; 

-  взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя проценты по статье 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами до момента фактического исполнения обязательства, указать об этом в резолютивной части решения и признать обязанность ответчиков солидарной; 

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя компенсацию морального вреда в размере 107 000 руб. и признать обязанность ответчиков солидарной; 

-  взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований в порядке досудебного урегулирования в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу заявителя и признать обязанность ответчиков солидарной; 

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя суммы расходов, которые он понес для восстановления нарушенного права в виде государственной пошлины, почтовых расходов, возникших в связи с необходимостью судебной защиты в виде фактических затрат по состоянию на 30.09.2020 в размере 9521,61 руб.; 

- указать арбитражному управляющему ФИО1 в резолютивной части решения срок, в течение которого после вступления решения суда в законную силу ответчик обязан совершить действия по возврату себе автобуса от заявителя своими силами и за свой счет.

Уточнения, за исключением   требования об оценке неосмотрительности и бездействия арбитражного управляющего ФИО1, выразившихся во введении в заблуждение и намеренном умолчании, непредоставлении покупателю необходимой и достоверной информации о предмете договора купли-продажи от 09.04.2019 № 1, обеспечивающей возможность компетентного выбора при заключении договора, приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Впоследствии  ФИО3 уточнил требования в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами и  просил  взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 9446,60 руб., начисленные за период с 09.04.2019 по 07.10.2020. Уточнение судом  принято. 

К участию в рассмотрении спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечены о межмуниципальное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации «Нижнетагильское» (далее – МУ МВД России «Нижнетагильское»), общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ», общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь», союз арбитражных управляющих «Созидание». 

Определением суда  первой инстанции от 09.10.2020 в удовлетворении заявленных ФИО3  требований в части признания недействительным договора купли-продажи от 09.04.2019 № 1, взыскании 107 000 руб. стоимости транспортного средства, 9446,60руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.04.2019 по 30.09.2020 и процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму 107 000 руб. по день фактического исполнения обязательства, а также в части взыскания 85 274,24 руб. убытков отказано; производство заявлению в части  требований о взыскании 107 000 руб. морального вреда и штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу истца, прекращено.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2021 определение от 09.10.2020 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа  от 24.03.2021 определение от 09.10.2020 и постановление от  20.01.2021 отменены, обособленный спор направлен в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 31.05.2021 в передаче кассационной жалобы ФИО1 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.

При новом рассмотрении заявления ФИО3 вновь уточнил заявленные требования и  просил: 

- признать договор купли-продажи от 09.04.2019 №1 недействительным с момента заключения; 

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу истца уплаченные по договору купли продажи от 09.04.2019 № 1 денежные средства в размере 107 000 руб. и признать обязанность ответчиков солидарной; 

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя убытки в связи с исполнением договора купли продажи от 09.04.2019 № 1 по состоянию на дату вынесения решения суда в размере фактических затрат и признать обязанность ответчиков солидарной; 

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя проценты за пользование чужими денежными средствами по статье 395 ГК РФ в связи с недействительностью договора купли продажи от 09.04.2019 № 1 по состоянию на 16.08.2021 в размере 13 779,25 руб. и признать обязанность ответчиков солидарной; 

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя проценты по статье 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами до момента фактического исполнения обязательства, указать об этом в резолютивной части решения, признать обязанность ответчиков солидарной; 

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя компенсацию морального вреда в размере 107 000 руб. и признать обязанность ответчиков солидарной; 

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя штраф за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу истца, признать обязанность ответчиков солидарной; 

- взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя суммы расходов, которые он понес для восстановления нарушенного права в виде фактических затрат по оплате государственной пошлины и почтовых расходов, возникших в связи с необходимостью судебной защиты по состоянию на дату вынесения решения суда, признать обязанность ответчиков солидарной; 

- указать в резолютивной части решения срок, в течение которого после вступления решения в законную силу арбитражному управляющему ФИО1 надлежит совершить действия по возврату автобуса от истца своими силами и за свой счет.

Определением суда первой инстанции от 16.08.2021 в удовлетворении  заявленных требований в части признания недействительным договора купли-продажи от 09.04.2019 №1, заключенного  Предприятием и ФИО3, о взыскании 107 000 руб. стоимости транспортного средства, 13 779,25 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 16.08.2021, процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму 107 000 руб. по день фактического исполнения обязательства,  и убытков отказано; производство по требованиям о взыскании морального вреда в размере 107 000 руб. и штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу истца, основанным на Законе Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», прекращено.

Постановлением апелляционного суда от 30.11.2021 определение от 16.08.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить определение от 16.08.2021,  постановление от 30.11.2021 и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

Податель жалобы приводит нарушения, которые, по его мнению, допущены судами первой и апелляционной инстанций при исследовании и оценке доказательств, представленных при рассмотрении настоящего обособленного спора; ссылается на то, что в своих письменных пояснениях от 12.08.2021 арбитражный управляющий ФИО1 фактически признала возможность установки на спорном автобусе двигателя иной модели; указывает, что  в результате неправомерных действий ФИО1 ФИО3 был введен в заблуждение относительно возможности использования приобретенного автобуса.

По мнению ФИО3,  при принятии обжалуемых судебных актов суды первой и апелляционной инстанций необоснованно не применили положения  статьи 431.2 ГК РФ, подлежащие применению к спорным правоотношениям.

В представленном в электронном виде отзыве союз арбитражных управляющих «Созидание» считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании арбитражный управляющий ФИО1 возражала против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом  извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии со статьей 284АПК РФ  не  является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Как следует из материалов дела, 11.12.2018 в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве опубликовано сообщение № 3285195 о проведении торгов по продаже имущества Предприятия посредством публичного предложения; организатором торгов являлась конкурсный управляющий ФИО1 

В составе лота № 8 на указанных торгах подлежал продаже автобус «ПАЗ 4230-02», VIN 

<

***>, цвет кузова белый, паспорт транспортного средства  № 45 МК239879, государственный регистрационный номер 

<

***> (далее – автобус), начальная цена которого составляла 164 936,70 руб.

С целью участия в торгах по продаже принадлежащего должнику автобуса  платежным поручением от 08.04.2019 № 24 ФИО3 в качестве задатка перечислил на счет Предприятия 16 493,67 руб., что составляло 10% от начальной цены  продажи автобуса.

Предприятие в лице конкурсного управляющего ФИО1 (продавец) 09.04.2019 заключило с ФИО3 (покупателем), который был признан победителем торгов по лоту № 8,  договор купли-продажи № 1, по условиям которого продавец обязался передать автобус в собственность покупателя, а покупатель –  принять его и оплатить в соответствии с условиями договора.

Цена автобуса составила 107 000 руб.; задаток в сумме 16 493,67 руб., внесенный покупателем как участником торгов, засчитывается в счет оплаты цены автобуса; за вычетом суммы задатка покупатель должен уплатить 90 506,33 руб. в течение 30 дней со дня подписания договора (пункты 3.1, 3.2, 3.3 договора). 

Платежным поручением от 06.05.2019 № 30 ФИО3  перечислил  Предприятию 90 506,33 руб.

По акту приема-передачи 06.05.2019 автобус передан ФИО3 

ФИО3 16.05.2019 обратился в РЭО ГИБДД МУ МВД России «Нижнетагильское» с заявлением № 40703389 о внесении изменений в регистрационные данные автобуса в связи со сменой собственника (владельца).

Письмом от 16.05.2019 № 61776 РЭО ГИБДД МУ МВД России «Нижнетагильское» сообщило ФИО3 об отказе в регистрации транспортного средства и направлении материалов в отдел полиции № 19 для принятия решения.

 Отделом полиции № 19 СУ МВД России «Нижнетагильское» 05.06.2019 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по материалу проверки КУСП № 4683. 

РЭО ГИБДД МУ МВД России «Нижнетагильское» 18.01.2020 отказало в проведении регистрационных действия по заявлению от 16.05.2019 № 40703389 в связи с тем, что в конструкцию транспортного средства внесены изменения.

Ссылаясь на то, что приобретенное им по договору купли-продажи от 09.04.2019 № 1 транспортное средство имеет существенные недостатки, устранение которых значительно превышает стоимость приобретенного автобуса, ФИО3 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

В обоснование заявленных требований ФИО3 сослался на то, что конкурсный управляющий ФИО1  злонамеренно умолчала об установке на автобусе двигателя иной модели, тем самым ввела ФИО3 в заблуждение относительно  реализуемого на торгах  автобуса. 

ФИО3  также указал, что в связи с исполнением договора от 09.04.2019 № 1 он понес расходы и, кроме того, в связи с невозможностью использования приобретенного автобуса, исполнением обязательств по его хранению, переживаниями от визитов в полицию для проведения экспертиз и страхом за потерю уплаченных денежных средств ему  причинены нравственные страдания. 

Основанием для отказа в удовлетворении заявленных ФИО3  требований в части признания недействительным договора купли-продажи от 09.04.2019 № 1, взыскании 107 000 руб. стоимости транспортного средства, 9446,63руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.04.2019 по 30.09.2020 и процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму 107 000 руб. по день фактического исполнения обязательства,  а также в части взыскания 85 274,24 руб. убытков, послужил вывод суда первой инстанции о том, что заявителем не доказаны факт установки на автобус двигателя модели Д240, а также осведомленность об этом организатора торгов – конкурного управляющего ФИО1 

Производство заявлению в части  требований о взыскании 107 000 руб. морального вреда и штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу истца, суд первой инстанции прекратил, так как пришел к выводу, что спор в указанной части не подлежит рассмотрению в арбитражном суде.

Согласившись с указанными выводами, апелляционный суд постановлением от 20.01.2021 оставил определение суда  первой инстанции от 09.10.2020 без изменения.

Суд кассационной инстанции признал вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что ФИО3 не был введен в заблуждение относительно  предмета оспариваемого  договора купли-продажи, не соответствующим имеющихся в материалах обособленного спора  доказательствам, в связи с чем постановлением от  24.03.2021 отменил определение от 09.10.2020 и постановление от  20.01.2021, направил обособленный спор в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

По результатам нового рассмотрения определением от 16.08.2021 суд первой инстанции отказал в удовлетворении уточненных требований ФИО3  в части признания недействительным договора купли-продажи от 09.04.2019 № 1, заключенного  Предприятием и ФИО3, о взыскании 107 000 руб. стоимости транспортного средства, 13 779,25 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 16.08.2021, процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму 107 000 руб. по день фактического исполнения обязательства,  и убытков, так как пришел к выводу о том, что доводы заявителя об установке на спорном автобусе двигателя иной модели носят предположительный характер.

Производство по требованиям  ФИО3 о взыскании морального вреда в размере 107 000 руб. и штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу истца, основанным на Законе Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей»,  суд прекратил.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением 30.11.2021 оставил определение от 16.08.2021 без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе и в возражениях относительно указанной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если  имеются основания, предусмотренные пунктом1 части 1 статьи 127.1 названного Кодекса.

Прекращая производство  по требованиям  ФИО3 о взыскании морального вреда в размере 107 000 руб. и штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу истца, основанным на Законе Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, руководствовался  разъяснениями, приведенными в пунктах 15, 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», согласно которым дела  по искам, связанным с нарушением прав потребителей, в силу пункта 1 статьи 11 ГК РФ, статьи 17 Закона о защите прав потребителей, статьи 5 и пункта 1 части 1 статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) подведомственны судам общей юрисдикции; дела по спорам о защите неимущественных прав потребителей (например, при отказе в предоставлении необходимой и достоверной информации об изготовителе), равно как и требование имущественного характера, не подлежащее оценке, а также требование о компенсации морального вреда подсудны районному суду (статьи 23, 24 ГПК РФ).

Основания не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для прекращения производства по заявлению в указанной части  применительно к подпункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ, обоснованность которых в своей кассационной жалобе ФИО3 не оспаривает, у суда кассационной инстанции отсутствуют.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В поданном в арбитражный суд заявлении ФИО3 просил признать недействительным  договор купли-продажи от 09.04.2019 № 1, заключенный Предприятием в лице конкурсного управляющего ФИО1 с ФИО3 как с победителем торгов по продаже имущества должника, включенного в состав  лота № 8.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), торги являются способом заключения договора, а признание их недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги. По этой причине предъявление требования о признании недействительными торгов означает также предъявление требования о признании недействительной сделки, заключенной по результатам торгов.

В связи с этим требование арбитражного управляющего и любого другого заинтересованного лица о признании недействительными торгов по продаже имущества должника, в частности торгов, проведенных в ходе исполнительного производства, после введения в отношении должника процедуры наблюдения и вплоть до завершения дела о банкротстве подлежит предъявлению в рамках дела о банкротстве по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

В обоснование заявленного требования в указанной части заявитель ссылался на то, в результате действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО1, выразившихся в намеренном, по мнению ФИО3, умолчании, непредоставлении необходимой и достоверной информации, обеспечивающей возможность компетентного выбора, был введен в заблуждение относительно  предмета договора купли-продажи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно подпункту 2  пункта статьи 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные.

В поданном в арбитражный суд заявлении ФИО3 указал, что конкурсный управляющий ФИО1 скрыла информацию об установке на автобус, являющийся предметом оспариваемого договора купли-продажи,  двигателя модели Д240, не предусмотренной конструкторской документацией, в связи с чем  регистрация автобуса в компетентных органах и его эксплуатация с таким двигателем оказалась невозможной.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, передача спорного автобуса ФИО3, прибывшему  06.05.2019 в г. Белозерск для приемки автобуса, приобретенного им по договору купли-продажи от 09.04.2019 № 1, осуществлялась индивидуальным предпринимателем ФИО4, у которого автобус на основании  заключенного с конкурсным управляющим договора от 29.09.2017 находился на хранении.

Согласно объяснениям ФИО4, ФИО3 был постановлен в известность о том, что на автобус  установлен ремонтный двигатель без номера; осмотр автобуса осуществлялся ФИО3 в течение 6 часов.

Суды  первой и апелляционной инстанций также установили, что объявление № 3285195 о проведении торгов, опубликованное 11.12.2018,  не содержало информации о номере двигателя, установленного на автобусе; рыночная стоимость автобуса определялась  оценщиком с учетом того, что на указанное транспортное средство установлен  двигатель без номера,  в отчете об оценке № ОС-31/01/17-1, который  находился в открытом доступе,  также отсутствует ссылка на номер двигателя.

С учетом изложенного суды заключили, что конкурсный управляющий ФИО1  в доступной и понятной форме довела до участников торгов - потенциальных покупателей информацию о реализуемом имуществе.

Так как акт приема-передачи  автобуса подписан ФИО3  06.05.2019 в отсутствие каких-либо замечаний и в этот же день ФИО3 платежным поручением № 30 произвел окончательный расчет за приобретаемое транспортное средство, суды первой и апелляционной инстанций  отклонили доводы ФИО3 о том, что он был введен в заблуждение относительно  предмета договора купли-продажи.

Между тем в обоснование заявленных требований  ФИО3 ссылался не на установку на спорном автобусе  ремонтного двигателя, не имеющего номера,  а на то, что на автобус установлен двигатель модели (Д240), не предусмотренной конструкторской документацией, что исключает регистрацию  автобуса и его эксплуатацию.

В подтверждение указанных доводов заявитель представил отказ регистрирующего органа от 18.01.2020 в проведении регистрационных действий в отношении автобуса.

Признавая, что доводы заявителя об установке на спорном автобусе двигателя иной модели носят предположительный характер, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что отказ регистрирующего органа от 18.01.2020 в проведении регистрационных действий в отношении автобуса ФИО3 не оспаривался.

При этом отказ регистрирующего органа от 18.01.2020 недействительным (ничтожным) судами первой и апелляционной инстанций не признавался, какие-либо обстоятельства, опровергающие выводы регистрирующего органа об установке на спорный автобус двигателя модели Д240, не предусмотренной конструкцией данного транспортного средства, при рассмотрении настоящего обособленного спора установлены не были.

Обстоятельств, позволяющие сделать вывод о том, что ФИО3, приобретая спорный автобус, был осведомлен об установке двигателя иной модели (Д240), не предусмотренной конструкторской документацией, суды первой и апелляционной инстанций также не установили.

При таком положении вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что ФИО3 не был введен в заблуждение относительно  предмета оспариваемого  договора купли-продажи, как полагает суд кассационной инстанции, не может быть признан соответствующим имеющихся в материалах настоящего обособленного спора  доказательствам, что в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов в части отказа в удовлетворении заявленного ФИО3 требования о признании недействительным  договора купли-продажи от 09.04.2019 № 1.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Заявленное ФИО3 требование  о взыскании 107 000 руб., уплаченных по договору купли-продажи от 09.04.2019 № 1, по сути является требованием о применении  последствий недействительности  оспариваемого договора.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты в части отказа в  удовлетворении указанного требования также подлежат отмене.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 29.1 Постановления № 63, если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

Применительно к указанным разъяснениям удовлетворение требования  о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму 107 000 руб., уплаченную ФИО3 по договору купли-продажи от 09.04.2019 № 1, возможно лишь в случае признания указанного договора недействительным.

Таким образом, обжалуемые судебные акты в части отказа в удовлетворении требований ФИО3 о взыскании  с Предприятия процентов за пользование чужими денежными средствам также подлежат отмене.

Как видно из материалов дела,  определением суда первой инстанции от 28.01.2021 проводившаяся в отношении Предприятия  процедура конкурсного производства завершена.

Постановлением апелляционного суда от 01.12.2021 указанное определение оставлено без изменения.

Судом кассационной инстанции установлено, что 30.12.2021 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о прекращении деятельности Предприятия в связи с его ликвидацией на основании определения суда о завершении конкурсного производства.

В соответствии с пунктом  5 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что организация, являющаяся стороной в деле, ликвидирована.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), если в рамках дела о банкротстве суд рассмотрел заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве и принял по результатам его рассмотрения определение по существу, то последующее прекращение производства по делу о банкротстве не препятствует рассмотрению апелляционной или кассационной жалобы на указанное определение, а также заявления о пересмотре в порядке надзора этого определения. Если в таком случае суд вышестоящей инстанции отменит ранее принятое определение, то названные заявления подлежат оставлению этим вышестоящим судом без рассмотрения применительно к пункту 4 части 1 статьи 148 АПК РФ.

Учитывая, что в рассматриваемом случае деятельность Предприятия прекращена в связи с его ликвидацией на основании определения суда о завершении конкурсного производства, суд кассационной инстанции полагает, что применительно к разъяснениями, приведенным в пункте 19  Постановления № 35,  производство  по требованиям ФИО3 к Предприятию  о признании  недействительным договора купли-продажи  от 09.04.2019 № 1, применении последствий его недействительности, взыскании убытков  и процентов за пользование чужими денежными средствами подлежит прекращению в соответствии с пунктом  5 части 1 статьи 150 АПК РФ.

 В поданном в арбитражный суд заявлении ФИО3 просил взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 убытки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15  ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Как разъяснено в абзаце третьем  пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

В рассматриваемом случае причинение ему убытков ФИО3 связывает с тем, что в результате неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО1, выразившихся в намеренном умолчании, непредоставлении необходимой и достоверной информации, обеспечивающей возможность компетентного выбора, был введен в заблуждение относительно  предмета договора купли-продажи от 09.04.2019 № 1.Заявитель указал, что в связи тем, что на автобус установлен двигатель модели Д240, не предусмотренной конструкторской документацией, регистрация автобуса и его эксплуатация оказалась невозможной, в то же время ФИО3 понес расходы,  связанные с регистрацией и хранением автобуса, проведением экспертизы. 

При новом рассмотрении настоящего обособленного спора  суд первой инстанции в результате исследования отчета конкурсного управляющего ФИО1, представленного при рассмотрении вопроса о завершении конкурсного производства в отношении Предприятия, установил , что  сведения о расходах по проведению каких-либо ремонтных работ на принадлежащих должнику транспортных средствах отсутствуют.

С учетом изложенного суд первой инстанции признал доводы ФИО3 о том, что конкурсный управляющий ФИО1  при заключении договора намеренно ввела его в заблуждение относительно установленного на автобусе двигателя, неподтвержденными имеющимися в материалах настоящего обособленного спора доказательствами.

Основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований в указанной части по результатам нового рассмотрения настоящего обособленного спора послужил вывод суда первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, о том, что конкурсный управляющий  ФИО1 довела до ФИО3 информацию об установке на спорном автобусе безномерного двигателя; отсутствие номера на двигателе не гарантировало, что последний является идентичным ранее установленному, о чем ФИО3, являющемуся профессиональным водителем автобуса со стажем более 20 лет, не могло быть не известно. 

Суды посчитали, что заявителем не доказано наличие в действиях конкурсного управляющего ФИО1 признаков противоправного поведения, которое привело к возникновению на стороне ФИО3 убытков в заявленном размере в связи с заключением и исполнением им договора купли-продажи от 09.04.2019 № 1.

По мнению суда кассационной инстанции, судами первой и апелляционной инстанций не учтено, что согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом,  при обращении с требованием о взыскании убытков, причиненных неправомерными действиями (бездействием) арбитражного управляющего, заявитель  должен доказать сам факт причинения убытков и их размер, неправомерность действий (бездействия) ответчика  и наличие причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями.

Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности ответчике.

Как полагает суд кассационной инстанции, при рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО3 представил достаточные доказательства, подтверждающие наличие у него убытков и привел заслуживающие внимания доводы относительно того, что указанные убытки причинены ему в результате действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО1, выразившихся в непредоставлении достаточной информации о соответствии установленной на спорном автобусе модели двигателя техническим  требованиям.

При таком положении бремя доказывания отсутствия вины в причинении убытков  ФИО3 несет именно арбитражный управляющий ФИО1 как лицо, привлекаемое к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

То обстоятельство, что ФИО1 довела до ФИО3 информацию об установке на спорном автобусе безномерного двигателя и что  отсутствие номера на двигателе не гарантировало, что последний является идентичным ранее установленному, равно как и то, что ФИО3 является  профессиональным водителем автобуса со стажем более 20 лет, как считает суд кассационной инстанции, не свидетельствует о правомерности действий конкурсного управляющего ФИО1, не предупреждавшей ФИО3  о возможном несоответствии модели установленного на спорном автобусе двигателя техническим требованиям.

С учетом того, что при рассмотрении настоящего обособленного спора подтвержденные решениями регистрирующего органа доводы ФИО3 о несоответствии  модели имеющегося на спорном автобусе двигателя установленным техническим требованиям арбитражный управляющий ФИО1  не опровергла, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований в указанной части, следует признать не соответствующими имеющимся в материалах настоящего обособленного спора доказательствам, что в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов в данной части.

Принимая во внимание, что, законность судебных актов судов первой и апелляционной инстанций, принятых по результатам рассмотрения настоящего обособленного спора, проверяется судом кассационной инстанции повторно, суд кассационной инстанции считает необходимым, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, которым частично удовлетворить требования ФИО3 о взыскании  убытков.

Так как в связи с внесением 30.12.2021 в Единый государственный реестр юридических лиц записи о прекращении деятельности Предприятия прекратилась правоспособность должника, при этом ни ФИО3, ни арбитражный управляющий  ФИО1 правоспособность не утратили, суд кассационной инстанции не усматривает препятствий для рассмотрения заявленных требований в указанной части.

При определении размера убытков суд кассационной инстанции исходит из того, что заявителем понесены  расходы по уплате предусмотренной договором цены автобуса (107 000 руб.), и расходы, связанные с его доставкой, хранением,  регистрацией, а также почтовые расходы.

При этом суд кассационной инстанции соглашается с доводом арбитражного управляющего ФИО1  о том, что квитанции, скрепленные печатью индивидуального предпринимателя ФИО5, не могут быть признаны надлежащими доказательствами, подтверждающими  расходы, связанные с хранением автобуса, ввиду того, что ФИО5 05.10.2018 прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, исключает из числа взыскиваемых убытков указанные расходы.

Расходы, связанные с заменой  стекла ветрового окна на автобусе, также не подлежат взысканию, поскольку причинно-следственная связь между названными расходами и действиями (бездействием) арбитражного управляющего ФИО1  отсутствует.

С учетом того, что часть расходов, заявленных ко взысканию в качестве убытков, ФИО3 подтвердил нечитаемыми ксерокопиями кассовых чеков, из которых невозможно установить назначение соответствующих платежей и соотнести их с заявленными требованиями, суд кассационной инстанции считает доказанным расходы, понесенные ФИО3, в сумме 27 856,60 руб., в связи с чем взыскивает с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу ФИО3 134 856,60 руб. убытков.

Оснований для взыскания  с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу заявителя процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных по правилам статьи 395 ГК РФ на сумму взыскиваемых убытков, суд кассационной инстанции не усматривает, в связи с чем отказывает в удовлетворении заявленных требований в указанной части.

Пунктом 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) уплата государственной пошлины по  требованиям о взыскании убытков, рассматриваемым в деле о банкротстве, не предусмотрена.

В связи с прекращением производства  по  требованиям ФИО3 к Предприятию о признании  недействительным договора купли-продажи  от 09.04.2019 № 1 и применении последствий его недействительности, государственная пошлина, уплаченная ФИО3 по указанным требованиям, в силу подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ подлежит возврату.

Определением суда кассационной инстанции от 21.02.2022  ФИО3 предлагалось представить  подлинный платежный документ, подтверждающий уплату государственной пошлины.

Поскольку такой документ ФИО3 не представлен, в силу абзаца второго пункта 3 статьи 333.40 НК РФ возврат государственной пошлины не может быть произведен.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 16.08.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021  по делу № А13-17151/2016  в части прекращения производства по требованиям ФИО3 о взыскании морального вреда в сумме 107 000 руб. и штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу истца, основанным на Законе Российской Федерации от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей» оставить без изменения.

 В остальной части определение Арбитражного суда Вологодской области от 16.08.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021  по делу № А13-17151/2016 отменить.

Производство по требованиям ФИО3 к муниципальному унитарному предприятию «Белозерское автотранспортное предприятие» о признании  недействительным договора купли-продажи  от 09.04.2019 № 1, применении последствий его недействительности, взыскании убытков и процентов за пользование чужими денежными средствами прекратить.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу ФИО3 134 856,60 руб. убытков.

В удовлетворении заявления в остальной части отказать.

 

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

 

Т.В. Кравченко

 М.В. Трохова