ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Санкт-Петербург

01 марта 2024 года

Дело №А56-14820/2021/сд.5

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 марта 2024 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Радченко А.В., Тарасовой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

 

при участии:  

- конкурсного управляющего ФИО2 лично на основании решения суда первой инстанции от 12.05.2022; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-42481/2023) ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.12.2023 по обособленному спору № А56-14820/2021/сд.5 (судья ФИО4), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  «Рубин», 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Цесу» (далее – ООО «Цесу») 01.03.2021 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью  «Рубин» (далее – ООО «Рубин») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 12.05.2021 заявление ООО «Цесу» принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 20.09.2021 в отношении ООО «Рубин» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 02.10.2021 № 179.

Определением суда первой инстанции от 09.12.2021 ФИО5 освобождена от исполнения обязанностей временного управляющего ООО «Рубин».

Определением суда первой инстанции от 07.02.2022 временным управляющим ООО «Рубин» утверждена ФИО2.

Решением суда первой инстанции от 12.05.2022 ООО «Рубин» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 04.06.2022 № 98.

Конкурсный управляющий ФИО2 04.04.2023 обратилась в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительными перечислений ООО «Рубин» в пользу ФИО3 на общую сумму 962 750 руб. Просила применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника оспариваемой суммы.

Впоследствии конкурсный управляющий ФИО2 уточнила сумму требований до 1 165 556 руб. 52 коп.

Уточнения приняты судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением суда первой инстанции от 02.12.2023 оспариваемые перечисления признаны недействительными. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ООО «Рубин» 1 165 556 руб. 52 коп.

В апелляционной жалобе ФИО3, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 02.12.2023 по обособленному спору № А56-14820/2021/сд.5 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, ответчик являлся работником должника, что следовало из трудового договора, предоставленного в материалы дела. Признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязаны не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме. Само по себе отсутствие трудового договора, приказа о приеме на работу и увольнении, а также должности в штатном расписании не исключает возможности признания отношений трудовыми — при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.

Названная апелляционная жалоба распределена в производство судьи Будариной Е.В. и оставлена без движения, а затем по распоряжению заместителя председателя Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2024 в связи с болезнью судьи Будариной Е.В. распределена в производство судьи Герасимовой Е.А.

В отзыве конкурсный управляющий ФИО2 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения. 

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО2 возражала по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, в ходе анализа движения денежных средств должника конкурсным управляющим ФИО2 выявлены перечисления должника в пользу ФИО3 за период с 21.11.2018 по 27.10.2020 на общую сумму 1 178 600 руб. с назначениями платежей «зачисление зарплаты», «зачисление аванса зарплаты».

Согласно правовой позиции конкурсного управляющего ФИО2 указанные выше перечисления за вычетом суммы осуществленных должником оплат по налогу на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) за ФИО3 в спорный период, то есть на сумму 1 165 556 руб. 52 коп., являются недействительными. 

Как указывает заявитель, перечисления денежных средств совершены в отсутствие подтверждающих целевое расходование денежных средств документов при наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, то есть преследовали своей целью причинение вреда имущественным правам кредиторов посредством необоснованного вывода имущества из конкурсной массы должника.

Совокупность указанных обстоятельств, по мнению заявителя, свидетельствует о недействительности платежей по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы обособленного спора доводы и доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, удовлетворил заявление конкурсного управляющего ФИО2 в полном объеме.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223   АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. 

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Рубин» возбуждено 12.05.2021, тогда как оспариваемые перечисления совершены в период с 21.11.2018 по 27.10.2020, следовательно, они могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного постановления Пленума).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым–пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах. 

Согласно абзацу тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Вред, причиненный имущественным правам кредиторов, в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве представляет собой уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указывает конкурсный управляющий в заявлении об оспаривании сделки, задолженность должника перед ООО «Вестпак» установлена решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.07.2019 по делу № А56-147235/2018. Задолженность возникла по договору оказания услуг      № 15/2017-АР от 05.12.2017 по актам № 67 от 31.07.2018 на сумму 210 375 руб. и          № 69 от 06.08.2018 на сумму 24 225 руб. Согласно пункту 4.6 договора оказания услуг № 15/2017-АР от 05.12.2017 оплата услуг заказчиком производится в течение трех дней с момента выставления счета на оплату. Со стороны ООО «Вестпак» для оплаты услуг по указанным выше актам в адрес должника были выставлены счет от 31.07.2018 № 1 на сумму 210 375 руб., счет от 06.08.2018 № 2 на сумму 24 225 руб. Оплата по указанным счетам должником произведена не была, вследствие чего 04.08.2018 у должника возникла задолженность перед ООО «Вестпак» в размере 210 375 руб. По состоянию на 10.08.2018 размер задолженности составил                       234 600 руб. Требование ООО «Вестпак» в размере 234 000 руб. основного долга, 125 781 руб. 95 коп. пеней включено в настоящее время в реестр требований кредиторов должника определением суда первой инстанции от 31.01.2022 по делу № А56-14820/2021/тр.3. 

Задолженность должника перед ООО «МастерСтрой» установлена решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.04.2019 по делу № А56-13156/2019, которым с должника в пользу ООО «МастерСтрой» взыскана задолженность по договору № 15-09/17Н-2 от 15.09.2017 задолженность в размере 64 508 руб. 18 коп., неустойка в размере 93 336 руб. 30 коп. Задолженность возникла по договору поставки № 15-09/17Н-2 от 15.09.2017 вследствие неоплаты отгрузок, произведенных в адрес должника 05.08.2018 на сумму 26 566 руб. 18 коп., 08.08.2018 на сумму 37 942 руб. Согласно условиям приложения № 2 к договору поставки № 15-09/17Н-2 от 15.09.2017 условия оплаты устанавливают предоплату в размере 20% от стоимости отгруженного товара, отсрочку платежа в размере 80% от стоимости отгруженного товара – 20 календарных дней. Таким образом, на дату 26.08.2018 имела место задолженность должника перед ООО «МастерСтрой» в размере 26 566 руб. 18 коп., а на дату 29.08.2018 – в размере 64 508 руб. 18 коп. Требование «МастерСтрой» в размере 85 713 руб. 16 коп. включено в настоящее время в реестр требований кредиторов должника определением суда первой инстанции от 07.07.2022 по делу № А56-14820/2021/тр.6. 

Задолженность должника перед ООО «Ленсоцстрой» установлена решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.12.2019 по делу № А56-48022/2019, которым взыскана задолженность по договору субподряда от 30.08.2017 № 47/Ул/ЛСС/17. Согласно пункту 2.2.2 договора субподряда установлено окончание выполнения работ не позднее 20.12.2017. Согласно судебному решению ООО «Ленсоцстрой» направило 24.12.2018 должнику требование произвести возврат денежных средств, полученных в порядке авансирования. Данное требование должником не было исполнено, в связи с чем задолженность была взыскана в судебном и в настоящее время определением суда первой инстанции от 07.07.2022 по делу № А56-14820/2021/тр.4 включена в реестр требований кредиторов должника в размере 891 217 руб. 06 коп. основного долга.

Требования указанных выше кредиторов не погашены и включены в реестр требований кредиторов должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие у должника на момент совершения оспариваемой сделки неисполненных обязательств перед иными кредиторами с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту совершения оспариваемой сделки, которые впоследствии не были исполнены, в связи с чем вытекающие из них требования включены в реестр требований кредиторов, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума № 63 подтверждает факт неплатежеспособности должника в период совершения оспариваемой сделки.

Исходя из буквального толкования содержания абзаца тридцать четвертого статьи 2 Закона о банкротстве, следует, что для установления наличия признака неплатежеспособности достаточно подтверждения прекращения исполнения должником части денежных обязательств, и не требуется факта наличия полного прекращения исполнения всех обязательств должника перед всеми кредиторами.

В этой связи апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что на момент совершения оспариваемых платежей в пользу ответчика у должника начала формироваться кредиторская задолженность перед кредиторами и имелись неисполненные обязательства, которые впоследствии не были погашены, несмотря на показатели бухгалтерской отчетности, что позволяет сделать вывод о нестабильном финансовом положении должника в юридически значимый период.

При этом апелляционная инстанция также учитывает, что согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), отсутствие явных признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2020 № 305-ЭС19-20861).

В рассматриваемом случае обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий, в своей совокупности указывают на целенаправленные действия по выводу актива из имущественной сферы должника в отсутствие какого-либо встречного предоставления, то есть на наличие достаточных оснований для квалификации действий сторон как направленных на причинение вреда кредиторам и для признания оспариваемой сделки подозрительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из назначения спорных платежей, перечисления денежных средств представляли собой заработную плату и выплату аванса по заработной плате.

При этом ответчиком в материалы дела представлен трудовой договор от 01.10.2018, согласно условиям которого ФИО3 принят на должность «дорожный мастер» с установлением оклада в размере 25 000 руб.

Вместе с тем, из анализа спорных перечислений с назначениями платежей «зачисление зарплаты», «зачисление аванса по зарплате» усматривается, что размер осуществленных выплат не согласуется с размером заработной платы ответчика, установленным трудовым договором от 01.10.2018, более того, в ряде случаев существенно превышает указанный размер и постоянно меняется. Кроме того, спорные перечисления носят хаотичный характер, то есть оплата труда производится несколько раз в месяц в разные временные промежутки.

Суд первой инстанции также верно обратил внимание, что в подтверждение наличия трудовых отношений между должником и ответчиком последним в адрес конкурсного управляющего направлена копия трудового договора от 17.07.2017, к которой следует относиться критически. 

Согласно пунктам 1, 5, 6, 8, 9 трудового договора от 17.07.2017, заключенного между должником и ответчиком, работодатель предоставляет ФИО3 работу в должности начальника участка, работник приступает к работе с 17.07.2017, договор является договором по основной работе, заключается на неопределенный срок.

В материалы дела представлена также копия трудового договора от 01.10.2017, заключенного между должником и ФИО6, согласно пунктам 1, 5, 7, 8 которого работодатель предоставляет ФИО6 работу в должности начальника участка с 01.10.2017, договор является договором по основной работе, трудовой договор заключается на неопределенный срок.

Соответственно, из указанных документов следует, что в должности начальника участка в один и тот же период времени якобы находились два лица, при этом в штатном расписании общества на 2018, 2019, 2020 годы имелась только одна штатная единица с должностью начальника участка.

К возражениям на заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделки в рамках спора № А56-14820/2021/сд.5 ответчиком был представлен уже другой трудовой договор 01.10.2018, согласно пункту 1 раздела 1 которого работодатель предоставляет ФИО3 работу в должности дорожного мастера. При этом в штатном расписании общества на 2018, 2019, 2020 годы не имелось штатных единиц с должностью дорожного мастера.

С учетом наличия ряда противоречий в представленных документах, не устраненных ответчиком, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что факт наличия трудовых или гражданско-правовых отношений между должником и ФИО3 относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами не подтвержден.

Ссылка на трудовой договор является единственным аргументом, подтверждающим, по мнению ответчика, наличие трудовых отношений между сторонами, однако не представляется возможным установить, о каком конкретно из перечисленных выше договоров идет речь.

Иных документов, касающихся предмета трудовой деятельности ответчика, в том числе подтверждающих встречное исполнение по трудовому договору от 17.07.2017 и трудовому договору от 01.01.2018, основания для выплаты стимулирующих выплат, в том числе превышающих сумму оклада, установленного в трудовых договорах от 17.07.2017 и от 01.01.2018 в 5,5–9,5 раз, в материалы дела не имеется.

Также согласно имеющимся в материалах дела сведениям ответчик зарегистрирован в Санкт-Петербурге только с 03.08.2021. На даты трудовых договоров от 17.07.2017 и от 01.01.2018 ответчик был зарегистрирован по адресу: Липецкая обл., Чаплыгинский муниципальный район, Сельское поселение Шишкинский сельсовет, Рощинский п. 

Документов, подтверждающих нахождение ответчика по месту деятельности должника в Санкт-Петербурге в период выплаты ему заработной платы, в деле нет.

Помимо прочего, из представленных уполномоченным органом сведений следует, что отчисления в Пенсионный фонд должником за ФИО3 не осуществлялись. Представленные уполномоченным органом справки по форме 2- НДФЛ в отношении ФИО3 содержат сведения о налоговом агенте ООО «СК Рубин» (ИНН 

<

***>), в то время как должником в рамках настоящего дела является ООО «Рубин» (ИНН 

<

***>).

Как пояснил конкурсный управляющий, из суммы осуществленных в пользу ответчика перечислений в размере 1 178 600 руб. должником за ФИО3 была осуществлена уплата НДФЛ на сумму 13 043 руб. 48 коп., доказательств уплаты должником НДФЛ на сумму дохода в размере 1 165 556 руб. 52 коп. в материалах дела не имеется.

Указанные несоответствия между перечисленной в бюджет суммой НДФЛ и начисленной ответчику заработной платой, отсутствие документальных доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для произведения выплат в пользу ответчика в размерах, существенно отличающихся от суммы установленного по трудовому договору оклада, а также документов, устанавливающих системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования ответчика, приказов о выплате премий, приказов об увеличении размера оклада, как верно отметил суд первой инстанции, свидетельствуют о неправомерности осуществленных выплат на сумму 1 165 556 руб. 52 коп. из расчета 1 178 600 руб. (общая сумма осуществленных выплат в спорный период) - 13 043 руб. 48 коп. (сумма осуществленных должником оплат по НДФЛ за ФИО3 в спорный период).

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что должником в пользу ответчика были совершены перечисления на общую сумму 1 165 556 руб. 52 коп., безвозмездность которых ФИО3 не опровергнута.

Отсутствие подтверждающей документации свидетельствует о том, что в рассматриваемом случае совершение спорных платежей не было продиктовано намерением сторон осуществлять свою хозяйственную деятельность, реализовать свои права и законные интересы, а было направлено на ущемление прав и законных интересов кредиторов должника посредством безосновательного вывода его активов.

Совокупность вышеизложенных обстоятельств отвечает диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также свидетельствует о мнимости сделки по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку рассматриваемые перечисления на общую сумму 1 165 556 руб. 52 коп. со стороны ответчика какими-либо подтверждающими документами не обоснованы, руководствуясь положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве и статьей 167 ГК РФ, суд первой инстанции обоснованно взыскал указанную сумму с ФИО3 в конкурсную массу должника.

Аналогичные выводы сделаны Тринадцатым арбитражным апелляционным судом по сделке со схожими фактическими обстоятельствами (в отношении другого ответчика) в постановлении от 28.02.2024 по обособленному спору                                    № А56-14820/2021/сд.14. 

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.12.2023 по обособленному спору № А56-14820/2021/сд.5 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

 

Судьи

 

А.В. Радченко

 

М.В. Тарасова