ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-16291/2022

г. Красноярск

01 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «25» мая 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен          «01» июня 2023 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Морозовой Н.А.,

судей: Белан Н.Н., Бутиной И.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии: от истца (общества с ограниченной ответственностью «СтройЭм») -  ФИО2, представителя по доверенности от 14.09.2020 № 2, ФИО3, представитель по доверенности от 14.09.2020, от ответчика (общества с ограниченной ответственностью «Модульпром») - ФИО4, представителя по доверенности от 31.05.2022 № 1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Стройэм» и общества с ограниченной ответственностью «Модульпром»

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «07» февраля 2023 года по делу № А33-16291/2022,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Стройэм» (ИНН 

<

***>, далее – ООО «Стройэм», истец по первоначальному иску) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  к обществу с ограниченной ответственностью «Модульпром» (ИНН 

<

***>, далее – ответчик по первоначальному иску, ООО «Модульпром») о взыскании 24 900 000 рублей денежных средств по договору от 08.05.2018 № 19/18, 2 573 909 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами, 18 601 700 рублей договорной неустойки, обязать ответчика (по первоначальному иску) в течение десяти календарных дней со дня вступления решения суда в законную силу осуществить вывоз некачественно произведенных деталей и конструкций сборно-разборного (модульного) здания, находящихся на объекте по адресу: 142380, Московская область, Чеховский район, д. Шарапово, в случае неисполнения в установленный срок обязанности по вывозу некачественно произведенных деталей и конструкций сборно-разборного (модульного) здания, находящихся на объекте по адресу: 142380, Московская область, Чеховский район, д. Шарапово, присудить в пользу общества с ограниченной ответственностью «СТРОЙЭМ» судебную неустойку в размере 50 000 рублей в день, начиная со дня, следующего за днем окончания установленного судом срока исполнения решения.

В свою очередь 20.12.2022 от ООО «Модульпром» поступило встречное исковое заявление к ООО «Стройэм» о взыскании задолженности по договору № 19/18 на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ от 08.05.2018 в размере 500 000 рублей.

Решением от 07.02.2023 судом удовлетворены первоначальные исковые требования частично: с ООО «Модульпром» в пользу ООО «Стройэм» взыскано 24 900 000 рублей основного долга, 3 100 000 рублей неустойки, 1 757 667 рублей 13 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 196 460 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Кроме того, ООО «Модульпром» обязано в течение десяти календарных дней с момента вступления настоящего решения в законную силу осуществить вывоз деталей и конструкций сборно-разборного (модульного) здания, находящихся на объекте по адресу: 142380, Московская область, Чеховский район, д. Шарапово.

В случае неисполнения решения суда в течение десяти календарных дней с момента вступления в законную силу взыскать с ООО «Модульпром» в пользу ООО «Стройэм» (ИНН 

<

***>) взыскать неустойку в размере 5000 рублей за каждый день просрочки до момента фактического исполнения решения суда.

В удовлетворении встречных исковых требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, истец и ответчик по первоначальному иску обратились с апелляционными жалобами в Третий арбитражный апелляционный суд, в которых просили решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель - ООО «Стройэм» указывает, что судом первой инстанции необоснованно снижен размер неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель - ООО «Модульпром» указывает следующее:

-     судом первой инстанции неверно определены спорные договорные отношения как подрядные, поскольку спорный договор по своей правовой природе является договором на выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ;

-     отсутствие вины ООО «Модульпром» по настоящему делу подтверждается ненадлежащем исполнением обязательств по договору со стороны ООО «Стройэм», выразившееся в непредставлении технического задания в адрес ООО «Модульпром». Данное обстоятельство было установлено судами вышестоящих инстанций (Третий арбитражный апелляционный суд, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа) по делам № А33-11928/2021 и А33-31991/2021;

-     судом первой инстанции необоснованно отказано в проведении судебной экспертизы для определения качественного и количественного материала для определения его стоимости;

-     судом первой инстанции необоснованно отказано в применении истечения срока исковой давности;

-     судом первой инстанции при вынесении решения не исследовано, что разборные модули были отправлены, приняты, в сроки установленные договором возражений не было;

-     судом первой инстанции не дана оценка обстоятельствам отсутствия ФИО5 и невозможности присутствия его при составлении акта осмотра в связи с неполучением уведомления о проведении осмотра продукции 22.04.2021 и 24.06.2022;

-     судом первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении встречных исковых требований, так как согласно пункту 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положении Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» при толковании условии договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражении (буквальное толкование).

От ответчика поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов: патента № 176779; письма от 02.02.2017.

От истца с дополнительными пояснениями представлено извещение к патенту на полезную модель № 176779.

Указанные документы приобщены к материалам дела, поскольку стороны ранее ссылались на указанные обстоятельства, давали пояснения с указаниями на существование данных документов.

Кроме того, ответчиком представлена копия лицензионного договора от 03.05.2018. Поскольку указанный документ не был заблаговременно выслан в адрес второй стороны, представлен в суд непосредственно в судебное заседание, то, руководствуясь частью 3 статьи 65, статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайства о приобщении его к материалам дела.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои доводы.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Между ООО «МодульПром» (исполнителем) и ООО «СтройЭМ» (заказчиком) заключен договор на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ от 08.05.2018 № 19/18, по условиям которого исполнитель обязан оказать заказчику услуги по проведению научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) по теме «Разработка конструкторской документации и изготовление Сборно-разборное здание «Сезонный ресторан КFС» из композитных и других материалов коммерческого назначения в соответствии с календарным планом (приложение 2), являющимся неотъемлемой частью договора, а заказчик принять и оплатить полученные результаты работы.

Согласно пункту 1.3 договора цель работ по НИОКР - создание промышленного образца «сборно-разборное здание Сезонный ресторан».

Цель проведения работ по НИОКР для заказчика - получение промышленного образца, соответствующего ТЗ как техническим, так и экономическим показателям для дальнейшего воспроизведения для третьих лиц (пункт 1.4 договора).

В пункте 2.3 договора предусмотрены обязанности исполнителя, в частности: а) выполнить работы в соответствии с календарным планом (приложение 2) и передать заказчику результаты НИОКР, в том числе всю разработанную документацию согласно настоящему договору, а также изготовленные образцы (первый комплект) продукции в срок, предусмотренный в приложениях к настоящему договору; б) предоставлять заказчику в течение 3 дней документы, относящиеся к предмету договора, отчеты о ходе и стадии работ; в) приостановить работу по договору в случае, если в ходе выполнения работ выяснится, что невозможно достигнуть результатов, установленных заказчиком, вследствие обстоятельств, не зависящих от исполнителя и в 5-дневный срок уведомить заказчика о приостановлении работы.

В соответствии с пунктом 3.1 договора выполнение работ осуществляется в соответствии с календарным планом (приложение 2): начало - дата подписания договора; окончание - окончание этапа 8 в соответствии с календарным планом (приложение 2), но не позднее 01.07.2019.

Согласно календарному плану дата окончания выполнения работ: по 1 этапу (согласование технического задания) – 01.07.2018, по 2 этапу (дизайн экстерьера и интерьера) – 15.07.2018, по 3 этапу (выполнение ЗD модели) – 30.07.2018, по 4 этапу (выполнение 2D чертежей и технической документации – 15.08.2018, по 5 этапу изготовление болванов, моделей, матриц, оснастки, технологическая подготовка и стеклопластиковых деталей (первый комплект)) – 25.03.2019, по 6 этапу (изготовление комплекта сложных формообразующих матриц с нанесением текстуры) – 01.03.2019, по 7 этапу (комплектация модульного здания) – 15.03.2019, по 8 этапу (производство и сборка опытного модульного здания) – 01.07.2019, по 9 этапу (сертификация и протоколы испытаний) – 01.07.2019.

В пункте 4.1 договора предусмотрена обязанность исполнителя ежемесячно в письменной форме представить отчет о фактически выполненных работах за отчетный месяц. Отчет представляется одновременно с актом (промежуточным) сдачи-приемки выполненных работ. В случае выполнения всех этапов НИОКР, исполнитель представляет заказчику акт сдачи-приемки выполненных работ.

Пунктом 4.2 договора предусмотрено, что заказчик в срок не более 5 рабочих дней со дня получения акта (промежуточного) сдачи-приемки работ (акта сдачи-приемки выполненных работ) и отчетных документов обязан направить исполнителю подписанный акт (промежуточный) сдачи-приемки работ (акта сдачи-приемки выполненных работ) или мотивированный отказ от приемки работ. Отсутствие и течение указанного срока мотивированного отказа от приемки работ расценивается сторонам как подписание акта (промежуточного) сдачи-приемки работ (акта сдачи-приемки выполненных работ) по умолчанию. Окончательный акт приема-передачи направляется исполнителем после выполнения пункта 9 спецификации со всеми оригинальными документами по НИОКР в т.ч. сертификации, к окончательному акту прикладывается отчет о выполненном НИОКР в этом же акте стороны отражают приемку-передачу образца (модели) по договору.

В соответствии с пунктом 5.1 договора стоимость работ по договору составляет согласно сумме, указанной в спецификации, являющейся неотъемлемой частью договора.

Согласно спецификации № 1 стоимость работ составляет 26 650 000 рублей, в том числе НДС 18 %.

Пунктом 5.3 договора предусмотрено авансирование в следующем порядке:

2 950 000 рублей до 11.05.2018,

2 950 000 рублей до 15.05.2018,

2 950 000 рублей до 18.05.2018,

1 950 000 рублей до 31.05.2018,

2 175 000 рублей до 02.07.2018,

1 946 000 рублей до 03.08.2018,

1 946 000 рублей до 10.08.2018,

1 946 000 рублей до 17.08.2018,

1 947 000 рублей 24.08.2018,

700 000 рублей до 28.08.2018,

в течение 5 календарных дней с даты завершения 6 этапа, указанной в календарном плане заказчик выплачивает сумму в размере 2 595 000 рублей до 15.09.2018,

в течение 10 рабочих дней по завершению 8 этапа работ, после подписания окончательного акт приема-передачи выполненных работ в соответствии с условиями настоящего договора и предоставления счета на оплату. Заказчик выплачивает сумму в размере 2 095 000 рублей,

оставшаяся сумма, в размере 500 000 рублей выплачивается в течение 10 рабочих дней по завершению 9 этапа работ.

Согласно пункту 6.1 договора результатом выполнения работ является окончательный акт приема-передачи с отчетом о выполненном НИОКР или изобретении с технико-экономическими параметрам, отвечающими требованиям, отраженным в техническом задании (приложение 3).

Пунктом 7.4 договора предусмотрено, что за просрочку сдачи результата работ (услуг) как окончательного, так и промежуточного без уважительной причины, заказчик может потребовать с исполнителя, а последний в этом случае обязан выплатить неустойку в размере 0,1% от стоимости всего договора.

Согласно пункту 7.5 договора за просрочку очередного платежа (без согласования сторон) исполнитель может потребовать с заказчика, а последний в этом случае обязан выплатить неустойку в размере 0,1% от стоимости договора.

Исполнитель несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работ (пункт 7.8 договора).

Платежными поручениями от 10.05.2018 № 399, от 15.05.2018 № 417, от 17.05.2018 № 422, от 30.05.18 № 511, от 10.07.2018 № 722, от 13.08.18 № 891, от 22.08.2018 № 932, от 24.10.18 № 368, от 05.12.2018 № 729, от 13.03.2019 № 512, от 25.03.2019 № 584, от 26.03.2019 № 587, от 26.03.2019 № 588, от 09.04.2019 № 680, от 10.04.2019 № 681, от 10.04.2019 № 710, от 25.04.2019 № 760, от 29.04.2019 № 775, от 17.05.19 № 815, от 21.05.2019 № 839, от 22.05.2019 № 849, от 27.05.2019 № 885, от 30.05.2019 № 905, от 06.06.2019 № 939, от 14.06.2019 № 995, от 17.06.2019 № 3, от 18.06.2019 № 12, от 26.06.2019 № 33, от 04.07.2019 № 70, от 15.07.2019 № 114, от 29.07.2019 № 193, от 07.03.2019 № 502, от 22.02.2019 № 391, от 26.12.2018 № 870 заказчиком произведена оплата по договору на общую сумму 26 150 000 рублей

Сторонами подписан акт сдачи-приемки выполненных работ от 27.12.2018 №1, согласно которому исполнитель выполнил, а заказчик принял работы 2, 3 и 4 этапа на сумму 1 250 000 рублей

Письмом от 17.09.2019 № 146 исполнитель обратился к заказчику с просьбой перенести сроки сдачи сборно-разборного здания на 15.10.2019 в связи с решением технически-конструктивных вопросов.

Письмами от 08.10.2019 № 15, от 20.11.2019 № 19 заказчик обратился к исполнителю с просьбой дать ответ о выполнении договорных обязательств.

Письмами от 22.01.2020 № 5, от 15.05.2020 № 7, от 19.01.2021 № 2 заказчик обратился к исполнителю с требованием уплатить неустойку за нарушение сроков выполнения работ.

Письмом от 01.06.2020 № 25 исполнитель обратился к заказчику с просьбой рассмотреть возможность переноса работ по НИОКР из производственной площадки в городе Красноярске в Москву или Московскую область.

Как следует из иска, в феврале 2021 года стороны согласовали перемещение неоконченного производства за счет заказчика на новые площади в Московскую область.

20.04.2021 в адрес исполнителя направлена телеграмма о проведении 22.04.2021 осмотра деталей и модулей сборного здания, оборудования.

Согласно акту от 22.04.2021 оценки выполнения мероприятий, предусмотренных договором от 08.05.2018 № 19/08, не выполнены ключевые этапы календарного плана. Комплектность поставки и качество изготовления деталей не позволяет осуществить контрольную сборку здания. Акт составлен комиссией в составе представителей общества с ограниченной ответственностью «Стройэм» ФИО6, ФИО7, ФИО8 Указано, что представитель общества с ограниченной ответственностью «Модульпром» ФИО5 участвовал, от подписи отказался.

Претензией от 18.05.2021 № 21/05-18 заказчик уведомил исполнителя о расторжении договора в связи с нарушением сроков сдачи работ, предложил оплатить задолженность и освободить склад заказчика от оборудования, неоконченных результатов работ. 

Ненадлежащее исполнение ответчиком по первоначальному иску обязательств по договору послужило основанием для обращения в арбитражный суд с первоначальным иском.

Ненадлежащее исполнение истцом по первоначальному иску обязательств по оплате выполненных работ послужило основанием для обращения в арбитражный суд с встречным иском.

Исследовав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно части 2 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В соответствии со статьей с пунктом 1 статьи 769 ГК РФ по договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ исполнитель обязуется разработать образец нового изделия, конструкторскую документацию на него или новую технологию, а заказчик обязуется принять работу и оплатить ее.

Согласно статье 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Ответчик указывает на то, что суд первой инстанции дал неверную квалификацию договора, определив его как договор подряда, в то время как между сторонами заключен договор на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ.

Ответчик настаивает на своей позиции в связи с тем, что в отличие от договоров подряда риск недостижения соответствующего результата несет заказчик, который должен оплатить работу исполнителя даже тогда, когда последним будет выявлена объективная невозможность достижения желаемого для заказчика результата. Соответственно, квалификация договора будет влиять распределение риска и результат рассмотрения дела.

Апелляционный суд принимает во внимание, что по делам №А33-11928/2021 и №А33-31991/2021 спорный договор был определен судами как договор подряда.

Действительно, арбитражный суд не связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и толковании правовых норм, юридическая квалификация обстоятельств, данная судом по ранее рассмотренному делу, не является преюдициальной для суда, рассматривающего спор по другому делу.

Однако, суд первой инстанции верно указал, что положения статьи 769 не означают, что  предметом договора на выполнение опытно-конструкторских работ являются сами работы как таковые, а не их результат. Выполнение опытно-конструкторских работ всегда сопряжено с получением определенного результата, имеющего овеществленный характер - образец нового изделия или конструкторская документация.

Именно поэтому, в соответствии с пунктом 2 статьи 702 ГК РФ договоры на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ, являются разновидностями договора подряда и на них распространяются общие положения о подряде (§1 главы 37 Кодекса).

Из условий договора следует, что ответчик обязан оказать заказчику услуги по проведению научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) по теме «Разработка конструкторской документации и изготовление Сборно-разборного здания «Сезонный ресторан КFС» из композитных и других материалов коммерческого назначения в соответствии с календарным планом (приложение 2), являющимся неотъемлемой частью договора, а заказчик принять и оплатить полученные результаты работы. Согласно пункту 1.3 договора цель работ по НИОКР - создание промышленного образца «сборно-разборное здание Сезонный ресторан». Цель проведения работ по НИОКР для заказчика - получение промышленного образца, соответствующего ТЗ как техническим, так и экономическим показателям для дальнейшего воспроизведения для третьих лиц (пункт 1.4. договора).

Суд первой инстанции верно указал, что в рассматриваемом случае исполнение договора направлено на создание материального результата, указанного пункте 1.4 договора, в связи с чем договор является по своей сути подрядным.

Научно-исследовательская составляющая и конструкторская разработка, на которую указывает ответчик, несмотря на то, что она указана в предмете договора, далее не была вынесена сторонами в описание прав и обязанностей, составляющих суть договора.

В пункте 2.3 договора предусмотрены обязанности исполнителя, в частности: а) выполнить работы в соответствии с календарным планом (приложение 2) и передать заказчику результаты НИОКР, в том числе всю разработанную документацию согласно настоящему договору, а также изготовленные образцы (первый комплект) продукции в срок, предусмотренный в приложениях к настоящему договору. Согласно календарному плану этапы работ: 1 этап - согласование технического задания, 2 этап - дизайн экстерьера и интерьера, 3 этап - выполнение ЗD модели, 4 этап - выполнение 2D чертежей и технической документации, 5 этап - изготовление болванов, моделей, матриц, оснастки, технологическая подготовка и стеклопластиковых деталей (первый комплект)), 6 этап - изготовление комплекта сложных формообразующих матриц с нанесением текстуры, 7 этап - комплектация модульного здания, 8 этап - производство и сборка опытного модульного здания, 9 этап - сертификация и протоколы испытаний.

Таким образом, весь предмет договора сводится к изготовлению материального объекта.

Ссылки ответчика на наличие у него патента (безотносительно того, кому он принадлежит – обществу или директору, на основании чего передано право) не изменяют выводов апелляционного суда.

Наличие профессиональных знаний и умений у подрядчика является разумным критерием вступления в правоотношение как для одной, так и для другой стороны. Само по себе наличие патента, как и передача прав по нему другому лицу, использование запатентованных знаний не влияет на правовую природу договора.

Ответчик справедливо указывает, что одним из критерием отграничения договоров НИОКР от иных является получение новых знаний. Из пояснений сторон, наличия уже имеющегося патента и условий договора следует, что предметом этого договора получение новых знаний не предполагалось. Должен был создаваться материальный объект, обладающий индивидуальными характеристиками, что является предметом договора подряда.

Ответчик ссылается на положения раздела 6 договора.

Согласно пункту 6.1 договора результатом выполнения работ является окончательный акт приема-передачи с отчетом о выполненном НИОКР или изобретении с технико-экономическими параметрам, отвечающими требованиям, отраженным в техническом задании (приложение 3).

Условиями данного раздела определен порядок использования интеллектуальной собственности. Вместе с тем, поскольку в данном случае объекта интеллектуальной собственности создано не было, то указанные условия являются неприменимыми к спорным правоотношениям.

В данном случае не применимы положения статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении правовой природы соглашения используется не его толкование, а его буквальное прочтение.

Наконец, истец справедливо отмечает, что даже если бы договор № 19/18 от 08.05.2018 года был квалифицирован как договор НИОКР, то как уже указывалось, статьей 778 ГК РФ установлено, что на договоры о выполнении научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ распространяются общие положения о подряде (параграф 1 главы 37 Кодекса), в том числе и положения п. 2 ст. 715, п. 1 ст. 721 и п. 3 ст. 723 ГК РФ, подлежащие применению в данном споре.

То есть применимые нормы определены судом первой инстанции верно. Апелляционный суд рассматривает данный спор, как вытекающий из подрядных правоотношений.

Из положений статей 702, 711, 740, 746 ГК РФ следует, что основанием для возникновения у заказчика денежного обязательства по оплате выполненных работ по договору подряда является сдача результата работ заказчику и принятие его последним.

Апелляционный суд вслед за судом первой инстанции критически оценивает доводы ответчика (по первоначальному иску) о передаче актов приемки выполненных работ, поскольку формальное направление заказчику акта выполненных работ в отсутствие доказательств передачи ответчику результат работ, на который рассчитывал заказчик, не является надлежащим исполнением обязанности по выполнению и сдачи работ заказчику.

В апелляционной жалобе ответчик настаивает, что разборные модели были отправлены, приняты и в сроки, установленные договором, возражений не последовало.

Апелляционный суд данный довод не принимает. Из материалов дела не следует, что в настоящем случае были приняты работы.

Согласно пункту 6.1 договора результатом выполнения работ является окончательный акт приема-передачи с отчетом о выполненном НИОКР или изобретении с техникоэкономическими параметрам, отвечающими требованиям, отраженным в техническом задании (приложение 3).

Письмом от 01.06.2020 № 25 исполнитель обратился к заказчику с просьбой рассмотреть возможность переноса работ по НИОКР из производственной площадки в городе Красноярске в Москву или Московскую область.

Как следует из иска, в феврале 2021 года стороны согласовали перемещение неоконченного производства за счет заказчика на новые площади в Московскую область.

20.04.2021 в адрес исполнителя направлена телеграмма о проведении 22.04.2021 осмотра деталей и модулей сборного здания, оборудования.

Согласно акту от 22.04.2021 оценки выполнения мероприятий, предусмотренных договором от 08.05.2018 № 19/08, не выполнены ключевые этапы календарного плана. Комплектность поставки и качество изготовления деталей не позволяет осуществить контрольную сборку здания. Акт составлен комиссией в составе представителей общества с ограниченной ответственностью «Стройэм» ФИО6, ФИО7, ФИО8 Указано, что представитель общества с ограниченной ответственностью «Модульпром» ФИО5 участвовал, от подписи отказался.

Таким образом, имела место не приемка работ, а перемещение материальных объектов на другую производственную площадку. При этом сдачи работ не произошло.

Об этом свидетельствует и дополнительное соглашение №002 (т.1, л.д. 88), в котором указано, что стороны пришли к соглашению о перевозке неоконченного результата работ на территорию склада заказчика. Стороны договорились о перевозке силами транспортной компании, за счёт заказчика частично произведенных и не переданных заказчику на данный момент составных частей модельного здания. При доставке на склад исполнитель передает, а заказчик принимает на хранение по актам приема-передачи неоконченные результаты работ (сборные модули) и оборудование исполнителя. Заказчик проверяет количество переданного оборудования и обеспечивает его сохранность.

Таким образом, ни факт данного соглашения, ни представленные в материалы дела заявки на перевозку (т.1, л.д. 37, 51, 58), письма (т.1, л.д. 38, 52, 59), транспортные накладные (т.1, л.д. 39, 53, 60) ни акты приема-передачи (т.1, л.д. 41, 54, 56, 62) передачу и приемку работ, являющихся результатами договора, не подтверждают.

Согласно УПД от 29.03.2019 № 9 (т.1, л.д. 36) заказчик принял 1) комплекс формообразующих моделей; 2) комплекс производственно-технологической оснастки, на общую сумму 2 252 542 рубля 38 копеек.

Апелляционный суд исходит из того, что данное имущество требуемым результатом работ не является, фактически речь идет об оборудовании исполнителя, которое истец как раз просит вывезти. Продажа имущества не является предметом договора между сторонами. То есть передачи имущества не произошло и обязанности по оплате не возникло.

Доверенность ФИО9 (т.1, л.д. 42) не содержит полномочий на приемку результатов работ.

Акты сдачи приемки выполненных работ не подписаны заказчиком (т.1, л.д. 45 – 48, 55, 63-68).

Доказательства переписки в интернет-мессенджере могут быть признаны судом в качестве допустимого письменного доказательства в случаях и в порядке, предусмотренных законом и в любом случае должны содержать обязательный признак: отправитель и получатель должны быть идентифицированы. Представленная сторонами в материалы дела переписка не отвечает этим признакам. Из переписки не представляется возможным достоверно установить принадлежность телефонных номеров истцу и ответчику, с учетом согласованных сторонами условий договора, подтвердить подобными доказательствами факт качественного выполнения работ. Само по себе ведение переписки не свидетельствует о надлежащем выполнении спорных работ, не является надлежащим доказательством передачи результата работ в согласованном сторонами порядке.

Оценивая данные обстоятельства применительно к встречному иску, суд первой инстанции верно указал, что предметом спорного договора является выполнение работ, заказчику передается их результат, а не продукция. Кроме того, доказательств того, что переданная заказчику на ответственное хранение продукция имеет потребительскую ценность, не утратила полезные свойства, продукция не может быть в дальнейшем использована заказчиком либо используется им, материалы дела не содержат.

Из указанного следует, что истцом  не получен тот результат работ, на который он был вправе рассчитывать при заключении договора, исполнение договора с недостатками, в отсутствие возможности использовать результат работ лишено экономического смысла, выполненные ответчиком (по первоначальному иску) работы не могут быть признаны работами, имеющими для заказчика потребительскую ценность.

В связи с этим суд первой инстанции верно указал, что отсутствуют основания для удовлетворения встречного иска о взыскании задолженности за выполненные работы по договору в размере 500 000 рублей.

Из этих же обстоятельств следует обоснованность требований истца по первоначальному иску – обязать ответчика в течение десяти календарных дней со дня вступления решения суда в законную силу осуществить вывоз некачественно произведенных деталей и конструкций сборно-разборного (модульного) здания, находящихся на объекте по адресу: 142380, Московская область, Чеховский район, д. Шарапово.

В силу пункта 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работ. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Согласно пункту 3 статьи 708 ГК РФ указанные в пункте 2 статьи 405 настоящего Кодекса последствия просрочки исполнения наступают при нарушении конечного срока выполнения работы, а также иных установленных договором подряда сроков.

В соответствии с частью 1 статьи 711 ГК РФ если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В силу части 1 статьи 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику. В части 2 указанной статьи установлено, что заказчик, обнаруживший недостатки в работе при ее приемке, вправе ссылаться на них в случаях, если в акте либо в ином документе, удостоверяющем приемку, были оговорены эти недостатки либо возможность последующего предъявления требования об их устранении.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 450.1 ГК РФ, предоставленное данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 723 ГК РФ в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397).

Если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков (пункт 3 статьи 723 ГК РФ).

Таким образом, по смыслу действующего регулирования заказчику предоставлено право отказаться от исполнения договора, если допущенные недостатки являются существенными, приводят к отсутствию потребительской ценности, невозможности использования результата выполненных работ по назначению.

При расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства (пункт 2 статьи 453 ГК РФ).

Стороны не вправе требовать того, что было исполнено им по обязательству до момента расторжения обязательства по договору, следовательно, все неисполненное по сделке подлежит возврату (пункт 4 статьи 453 ГК РФ).

Из материалов дела следует и ответчиком (по первоначальному иску) не оспаривается, что заказчиком по договору перечислены 26 150 000 рублей.

Ответчик указывает, что сам факт оплат подтверждает исполнение выполнение работ. Истец обоснованно возражает, что все платежи были произведены им до расторжения договора, истец рассчитывал на получение результата и оказывал содействие исполнителю путём финансирования. То есть оплаты выполнение работ подтверждать не могут.

Сторонами подписан акт сдачи-приемки выполненных работ от 27.12.2018 №1, согласно которому исполнитель выполнил, а заказчик принял работы 2, 3 и 4 этапа на сумму 1 250 000 рублей.

Письмами от 08.10.2019 № 15, от 20.11.2019 № 19 заказчик обратился к исполнителю с просьбой дать ответ о выполнении договорных обязательств.

В целях оценки выполнения мероприятий, предусмотренных договором, заказчиком принято решение о проведении осмотра, по результатам которого составлен акт от 22.04.2021 оценки выполнения мероприятий, предусмотренных договором от 08.05.2018 № 19/08 (приложен в электронном виде к иску).

Согласно указанному акту ключевые этапы календарного плана не выполнены. Комплектность поставки и качество изготовления деталей не позволяет осуществить контрольную сборку здания.

Доводы ответчика о составлении акта осмотра в отсутствие представителя исполнителя опровергается тем, что уведомление было направлено в адрес исполнителя телеграммой, то есть меры по его приглашению приняты.

Неполучение телеграммы (приложена к иску в электронном виде), на которое ссылается ответчик, в силу статьи 165.1 ГК РФ не может иметь юридического значения, так как она направлена на юридический адрес общества.

В самом акте указано, что представитель ответчика присутствовал, но отказался от его подписания (приложен в электронном виде к иску). Ответчик обращает внимание на то, что акт изначально изготовлен в печатном виде, то есть не мог быть составлен при непосредственном осмотре. Апелляционный суд исходит из того, что заблаговременное изготовление документа не означает, что внесенные в него сведения не соответствуют действительности. Представитель ответчика был вправе внести в акт любые замечания, как в самом тексте, так и путем составления дополнительного документа. Исходя из телеграммы, такая возможность ответчику была предоставлена.

Возвращаясь к вопросу правовой природу договора и оценивая ссылку ответчика на статью 775 ГК РФ, апелляционный суд отмечает, что она подлежит применению при недостижении результата договора по обстоятельствам, не зависящим от исполнителя (либо зависящим от заказчика / возникших по его вине) – но в материалах настоящего дела нет доказательств существования таких обстоятельств, а значит и предмета для обсуждения о ее применении, равно как и статьи 776.

Ответчик указывает, что если суд квалифицировал договор как подрядный, то для определения качественного и количественного материала для определения стоимости следовало провести экспертизу, отказ в которой судом первой инстанции был неправомерен.

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

По смыслу части 1 статьи 82 АПК РФ назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос. При этом вопросы, разрешаемые экспертом, должны касаться существенных для дела фактических обстоятельств. В связи с этим, определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

При разрешении спора о взыскании стоимости выполненных работ юридически значимыми являются вопросы установления объема и стоимости фактически качественно выполненных работ.

В суде первой инстанции было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы по вопросам:

1) Имеются ли эксперты-специалисты в области строительства сооружений из стеклопластиковых композитных материалов?

2) Определить, имеется ли в материалах дела № А33-16291/2022 и приложении к договору согласованное сторонами техническое задание к договору?

3) Определить качественное количество и стоимость переданной продукции по договору от 08.05.2018 № 19/18 с учетом всех материалов дела № А33-16291/2022.

4) Определить, имеют ли детали конструкции следы сборки, физические повреждения?

5) В случае наличия физических повреждений, определить, могли ли повреждения образоваться на конструкциях продукции в результате сборки неспециализированными работниками?

6) Могло ли повлиять на качество продукции хранения деталей в неизвестном месте на протяжении 1,5 (полтора) года?

7) Определить, могло ли произойти повреждение, безвозвратное уничтожение деталей конструкции в результате хранения деталей в неизвестном месте на протяжении 1,5 (полтора) года?

Суд первой инстанции правильно оказал, что вопросы, сформулированные ответчиком не требуют специальных знаний для их разрешения, к предмету заявленных требований не относятся, ответы на вопросы следуют из имеющихся в материалах дела доказательств, судом отказано в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы.

Указание ответчика на то, что суд первой инстанции должен был сам назначить экспертизу и поставить перед экспертом нужные вопросы, не верен.

В абзаце втором пункта 3 Постановления Пленума ВАС РФ № 23 от 04.04.2014 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что если при рассмотрении дела возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания, и согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза не может быть назначена по инициативе суда, то при отсутствии ходатайства или согласия на назначение экспертизы со стороны лиц, участвующих в деле, суд разъясняет им возможные последствия не заявления такого ходатайства (отсутствия согласия).

В случае если ходатайство о назначении экспертизы не поступит, оценка требований и возражений осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий не совершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 715 ГК РФ если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Претензией от 18.05.2021 № 21/05-18 заказчик уведомил исполнителя о расторжении договора в связи с нарушением сроков сдачи работ, предложил оплатить задолженность и освободить склад заказчика от оборудования, неоконченных результатов работ. Таким образом, в соответствии со статьей 450, статьей 450.1 ГК РФ заказчиком принято решение об одностороннем отказе от исполнения договора.

Поскольку исполнитель допустил нарушение существенных условий договора - не исполнил обязательства по договору, результат работ не достигнут, выполненный ответчиком объем работ сам по себе не имеет для истца потребительской ценности, заказчиком утрачен интерес к работам, заказчик правомерно отказался от договора.

Ответчик указал, что к просрокам и расторжению договора привели просрочки со стороны самого заказчика, неисполнение им условий договора.

Данный довод не может быть принят.

В силу части 1 статьи 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в части 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (часть 2 статьи 716 ГК РФ).

Согласно подпункту «в» пункта 2.3 договора исполнитель обязан приостановить работу по договору в случае, если в ходе выполнения работ выяснится, что невозможно достигнуть результатов, установленных заказчиком, вследствие обстоятельств, не зависящих от исполнителя и в 5-дневный срок уведомить заказчика о приостановлении работы.

Как верно указал суд первой инстанции, уведомление о приостановлении работ от 21.05.2021 , на которое ссылается ответчик (по первоначальному иску), направлено заказчику за пределами сроков выполнения работ, в связи с чем, не может являться доказательством наличия оснований для освобождения подрядчика от ответственности. Кроме того, на момент направления исполнителем уведомления о приостановлении выполнения работ от 25.05.2021, заказчиком принято решение о расторжении договора.

Ответчик в первой инстанции заявил о применении срока исковой давности, указывая, что согласно срокам указанных в приложении № 2 к договору (календарного плана), окончательный срок выполнения работ 01.02.2019. С учетом периода течения срока исковой давности, окончание срока давности для предъявления требования 02.02.2022.

Истец возражал против данного довода, поясняя, что срок исковой давности на подачу иска не пропущен, начало течения срока исковой давности следует отсчитывать с момента расторжения договора. Воля заказчика на прекращение договора подряда выражена в требовании к исполнителю от 18.05.2021. Датой прекращения договора является дата получения исполнителем требования от 29.05.2021.

Апелляционный суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (пункт 2 статьи 199 ГК РФ). Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к принятию судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 25.04.2022 по делу № А33-11928/2021 и постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022 по делу № А33-31991/2021 установлено, что датой окончания работ согласно пункту 3.1 договора от 08.05.2018 года № 19/18 является 01.07.2019.

Но при этом, как следует из правовой позиции, изложенной Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 01.12.2011 № 10406/11, право требования возврата неосновательного обогащения до момента расторжения договора в связи с нарушением его условий у заказчика отсутствует, и это требование не может быть предъявлено должнику. Обязанность по возврату неосновательно удерживаемых после расторжения договора денежных средств представляет собой обязательство без определенного срока исполнения.

Таким образом, именно с даты расторжения договора сумма неотработанного аванса стала неосновательным обогащением ответчика (по первоначальному иску), и именно с этого момента истец (по первоначальному иску) получил право его требовать, то есть срок исковой давности следует считать с этой даты. На момент обращения в суд данный срок не пропущен.

Учитывая, что перечисление денежных средств подтверждено документально, договор между сторонами расторгнут, результат работ, имеющий для заказчика потребительскую ценность, не достигнут, требование общества с ограниченной ответственностью «Стройэм» о взыскании 24 900 000 рублей основного долга правомерно удовлетворено судом первой инстанции.

В силу пункта 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться, в том числе, неустойкой.

Неустойкой (штрафом, пеней) в соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Пунктом 7.4 договора предусмотрено, что за просрочку сдачи результата работ (услуг) как окончательного, так и промежуточного без уважительной причины. Заказчик может потребовать с исполнителя, а последний в этом случае обязан выплати, неустойку в размере 0.1 % от стоимости всего договора.

В связи с нарушением срока сдачи результата работ истцом (по первоначальному иску) с 02.07.2019 по 29.05.2021 на основании пункта 7.4 договора начислены 18 601 700 рублей.

Поскольку доказательств своевременной сдачи работ нет, то начисление неустойки имеет правовое и фактическое основание. Расчет неустойки проверен судом, признан арифметически верным.

Довод ответчика об отсутствии оснований для начисления неустойки, о наличии вины заказчика, не принимается в силу вышеуказанных обстоятельств.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании 2 573 909 рублей процентов за период с 30.05.2021 по 22.06.2022.

В силу пункта 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В силу статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, проценты за пользование чужими денежными средствами могут начисляться на сумму неосновательного обогащения.

Пунктом 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановления Пленума № 7) предусмотрено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения подлежат начислению проценты, установленные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Суд первой инстанции верно указал, что к отношениям сторон подлежат применению правила постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами». С учётом него проценты за пользование чужими денежными средствами могут быть взысканы с ответчика (по первоначальному иску) за период с 30.05.2021 по 31.03.2022 (включительно), в сумме 1 757 667 рублей 13 копеек.

Ответчиком (по первоначальному иску) заявлено о наличии оснований для применения статьи 333 ГК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в 4 абзаце пункта 48 Постановление Пленума № 7 к размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 ГК РФ, по общему правилу, положения статьи 333 ГК РФ не применяются (пункт 6 статьи 395 ГК РФ).

Однако статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть применена к требованию о взыскании неустойки.

В случае если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 73-75 Постановления Пленума № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

Из пункта 77 Постановления Пленума № 7 следует, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи ГК РФ).

Признание неустойки несоразмерной последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки исходя из обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

В пункте 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Информационное письмо от 14.07.1997 № 17) разъяснено, что к последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки, суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и другие (пункт 2 Информационного письма от 14.07.1997 № 17).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 5467/14 по делу № А53- 10062/2013, превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции. Следует также учитывать, что неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства и не должна служить средством обогащения. Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанного критерия относится к исключительной компетенции суда, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела.

С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации за потери, которая будет адекватна нарушенному интересу и соизмерима с ним. Институт неустойки необходим, чтобы находить баланс между законными интересами кредитора и должника. Кредитору нужно восстановить имущественные потери от нарушения обязательства, но он не должен получить сверх того прибыль (Определение Верховного Суда РФ от 15.01.2019 № 25-КГ18- 8; Определение Верховного Суда РФ от 24.02.2015 по делу № 5-КГ14-131).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, положение пункта 1 статьи 333 ГК РФ, закрепляющее право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (Определения Конституционного Суда РФ от 25.01.2012 № 185-О-О, от 22.01.2014 № 219-О, от 24.11.2016 № 2447-О, от 28.02.2017 № 431-О, Постановление от 06.10.2017 № 23-П).

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требований статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (Определение Конституционного Суда РФ от 21.12.2000 № 263-О).

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что исчисление неустойки в размере, предъявленном истцом, является явно несоразмерным.

В апелляционной жалобе истец возражает против данного выводы и снижения неустойки до 3 100 000 рублей, указывая, что стороны добровольно заключили договор, условие о неустойке является равным для сторон.

Апелляционный суд соглашается с судом первой инстанции.

Стороны действительно свободны в определении условий договора, в том числе и в части неустойки. Но в данном случае оценке подлежит не договор, а соразмерность неустойки конкретному нарушению и ее влияние на результаты правоотношений сторон.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, при этом, имея компенсационную и штрафную функцию, неустойка не является гарантированным доходом кредитора, несмотря на ее определение сторонами договора.

Апелляционный суд исходит из того, что в ситуации, когда неустойка уже явно не обеспечивает исполнение обязательства, за ней сохраняется только компенсаторная функция, которая достигнута взысканием неустойки в сумме указанной судом первой инстанции.

Все указанные истцом в жалобе обстоятельства – длительность нарушения, отказ от досудебного урегулирования, отсутствие доказательств выполнения работ – являются следствием длительных существующих между сторонами разногласий, не единожды бывших предметом судебных разбирательств. При этом в деле №А33-11928/2021 в пользу истца уже взыскано 799 500 рублей, в деле №А33-31991/2021 - 500 000 рублей.

Требование истца об уплате неустойки в данном случае основано на формальных основаниях договора, предъявлено вне зависимости от каких-либо неблагоприятных последствий для кредитора.

Доказательств того, что снижение неустойки ставит ответчика в более выгодное положение, в материалы дела не представлено.

Таким образом, апелляционный суд не находит оснований согласиться с доводами апелляционной жалобой истца.

Кроме того, истец просил взыскать с ответчика на случай неисполнения решения суда неустойку в размере 50 000 рублей в день, начиная со дня, следующего за днем окончания установленного судом срока исполнения решения.

Суд первой инстанции признал достаточным взыскание судебной неустойки в размере 5000 рублей за каждый день просрочки до момента фактического исполнения решения суда.

Апелляционный суд считает данную сумму разумной и соразмерной обстоятельствам настоящего спора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330 ГК РФ) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума № 7) дано разъяснение, согласно которому в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 ГК РФ), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя.

В пункте 31 Постановления Пленума № 7 указано, что суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре. Судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства (часть 4 статьи 1 ГПК РФ, части 1 и 2.1 статьи 324 АПК РФ).

Как указано в пункте 32 Постановления Пленума № 7, удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения, которые определяются судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Кроме того, при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Неустойка в размере 5000 рублей на случай неисполнения решения суда, а также и порядок ее начисления соответствуют принципам разумности, справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения с учетом срока рассмотрения дела в суде, срока обжалования судебного акта, что позволяет ответчику принять разумные и срочные меры к исполнению решения суда в срок.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил требования истца по первоначальному иску частично и отказал в удовлетворении встречных исковых требований.

Доводы истца о злоупотреблении ответчиком своими правами верно не приняты судом. Предъявление встречного иска является легитимным способом защиты против иска. Апелляционный суд обращает внимание, что встречный иск первый раз был подан и возвращен 12.12.2022 и со второй попытки подачи принят 26.12.2022, после чего стороны предъявляли доказательства, обсуждали ходатайство об экспертизе, то есть продолжили рассмотрение иска по существу. Таким образом, нет доказательств намерения ответчика воспрепятствовать рассмотрению дела путем предъявления встречного иска.

Судебные расходы распределены судом первой инстанции верно.

Решение суда является законным и обоснованным.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителей апелляционных жалоб.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «07» февраля 2023 года по делу № А33-16291/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи:

Н.Н. Белан

 

И.Н. Бутина