АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Барнаул, пр. Ленина, д. 76, тел.: (3852) 29-88-01

http:// www.altai-krai.arbitr.ru, е-mail: a03.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Барнаул       Дело № А03-14434/2023              27.04.2024 

Резолютивная часть решения суда объявлена 15.04.2024. Решение суда изготовлено в полном объеме 27.04.2024.

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Кулика М.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания Рыбиной А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Бийск Алтайского края) к обществу с ограниченной ответственностью «Производственно-промышленная компания «Прометей» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 659330, 

<

...>, А) о взыскании 2763303 руб. 60 коп. задолженности по договору займа от 24.11.2021, 479982 руб. 05 коп. процентов за пользование займом, 13811 руб. 52 коп. неустойки за период с 11.07.2023 по 30.08.2023, с начислением по день фактического исполнения обязательства, 30000 руб. судебных расходов на оплату услуг представителя,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО2, г. Бийск, общества с ограниченной ответственностью «Легенды Алтая» (Алтайский Край, Алтайский Район, Никольское Село, Светлая Улица, 1)

при участии в судебном заседании:  от истца – с использованием средств веб-конференции ФИО3 по доверенности от 22.08.2023,  от ответчика – не явились,   от третьего лица ФИО2 – ФИО4 по доверенности от 02.10.2023 (участвовал до перерыва),

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Алтайского края с вышеуказанным исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Производственно-промышленная компания «Прометей» (далее – ООО «ППК «Прометей», ответчик).

Исковые требования обоснованы статьями 307, 309, 310, 330, 807, 809, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы неисполнением ответчиком обязательств по возврату денежных средств, полученных по договору займа,  что привело к образованию задолженности и начислению штрафных санкций.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) истец неоднократно изменял размер исковых требований, окончательно сформулировав исковые требования, истец просил взыскать с ответчика 2763303 руб. 60 коп. задолженности по договору займа от 24.11.2021, 612892 руб. 33 коп. процентов за пользование займом за период с 26.11.2021 по 13.02.2024, 60218 руб. 22 коп. неустойки за период с 11.07.2023 по 13.02.2024, с начислением по день фактического исполнения обязательства, 30000 руб. судебных расходов на оплату услуг представителя.

Суд принял уменьшение размера исковых требований.

Ответчик отзыв на исковое заявление не представил.

В соответствии с частью 4 статьи 121 АПК РФ судебное извещение, адресованное юридическому лицу, направляется арбитражным судом по месту нахождения юридического лица. Место нахождения юридического лица, его филиала или представительства определяется на основании выписки из единого государственного реестра юридических лиц.

Государственная регистрация по адресу местонахождения юридического лица влечет за собой определенные обязанности, в том числе и обязанность по обеспечению получению корреспонденции. Фактическое отсутствие юридического лица по адресу государственной регистрации, указанному в Едином государственном реестре юридических лиц, не снимает с него обязанности по получению корреспонденции по данному адресу.

При этом юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, поступивших по его адресу, указанному в Едином государственном реестре юридических лиц, а также риск отсутствия по этому адресу своего представителя, и такое юридическое лицо не вправе в отношениях с лицами, добросовестно полагавшимися на данные Единого государственного реестра юридических лиц об адресе юридического лица, ссылаться на данные, не внесенные в указанный реестр, а также на недостоверность данных, содержащихся в нем (в том числе на ненадлежащее извещение в ходе рассмотрения дела судом, в рамках производства по делу об административном правонарушении и т.п.), за исключением случаев, когда соответствующие данные внесены в Единый государственный реестр юридических лиц в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 61 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица»).

Копии определений суда, направленные ответчику заказным письмом с уведомлением по указанному в исковом заявлении адресу, совпадающему с данными, указанными в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, вернулись в Арбитражный суд Алтайского края за истечением срока хранения, что в соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 123 АПК РФ приравнивается к надлежащему извещению ответчика. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2 (кредитор ответчика во втором деле о банкротстве ответчика) и общество с ограниченной ответственностью «Легенды Алтая» (лицо, которое возможно перечислило деньги истцу для последующего перечисления этих денег ответчику).

Третье лицо ФИО2 в представленном отзыве по иску возражал, ссылаясь на фактическую аффилированность истца и ответчика.  По мнению третьего лица, сделка по перечислению денежных средств является недействительной - притворной, собственных денежных средств у истца не было, истец на дату перечисления денег сам был должен ответчику, сделка была направлена на перечисление денежных средств обществу с ограниченной ответственностью «ППК «Прометей» в обход требований иных кредиторов, в обход картотек и исполнительного производства для прекращения первого дела о банкротстве. Сделка носила транзитный характер.

Третье лицо «Легенды Алтая» отзыв на исковое заявление не представило, однако данное лицо неоднократно знакомилось с материалами дела и представило письмо с пояснениями по вопросу о выполнении работ истцом (т. 2 л.д. 29 - письмо).

Ответчик и третьи лица в завершающее судебное заседание явку своих представителей в завершающее судебное  не обеспечили, на основании статьи 123, статьи 156 АПК РФ дело по существу рассмотрено в их отсутствие.

В судебном заседании представитель истца на исковых требованиях настаивал.

Представитель третьего лиц ФИО2 в судебном заседании до перерыва исковые требования считал необоснованными, а сделку притворной,   также указал, что сделка направлена на перечисление денежных ответчику в обход требований иных кредиторов, в обход картотек и исполнительного производства для прекращения первого дела о банкротстве, сделка носила транзитный характер, истец не являлся собственником денежных средств.

Выслушав представителя истца, исследовав материалы дела, арбитражный суд пришел к выводу о необоснованности исковых требований.

Отношения сторон регулируются следующими нормами материального права. 

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Как указано в пункте 2 статьи 170 ГК РФ, сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, является притворной и ничтожна.

Данные нормы направлены на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой и притворной сделок заключается в несовпадении реального волеизъявления сторон с избранным способом их оформления, то есть действительная цель мнимой и притворной сделок находятся за пределами их согласованных условий.

Таким образом, ключевым признаком притворной сделки является то, что при её заключении все стороны осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена, но действительный смысл и (или) условия сделки скрываются сторонами, в том числе в противоправных целях.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»   положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ. Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Из пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В ходе проведения дела о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять меры по формированию конкурсной в максимальном объеме.  Конкурсный управляющий обязан направлять денежные средства, полученные в ходе конкурсного производства, на оплату реальной и доказанной текущей кредиторской задолженности строго в соответствии  с требованиями закона.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда "дружественное " с должником лицо приобретает активы должника без предоставления встречного предоставления и оформляет перевод активов внешне безупречными письменными доказательствами, которые затем предоставляются суду. Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием иска и т.п. В связи с тем, что интересы "дружественного" лица  и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

В то же время, подобными действиями могут нарушаться права учредителей должника и кредиторов, конкурирующих с "дружественными" должнику лицами и имеющих с ним противоположные интересы и, как следствие, противоположную процессуальную позицию.

По делу установлена  следующая общая ситуация.

В отношении ответчика ранее было возбуждено дело о банкротстве №А03-12048/2021 по заявлению Федеральной налоговой службы РФ.

Помимо задолженности по налогам у ответчика имелось значительное число иных кредиторов, велось исполнительное производство, имелась картотека к расчетным счетам в банках, поэтому ответчик по объективным причинам не мог самостоятельно оплатить налоги для прекращения дела о банкротстве.

Для прекращения этого дела о банкротстве ответчику требовалось оплатить задолженность по налогам каким-либо способом через иных лиц. 

01.12.2021 задолженность по налогам была оплачена в сумме 2762303.60 руб., дело о банкротстве было прекращено определением  от 03.12.2021.

Платежи  на общую сумму 2762303.60 руб. в счет погашения задолженности ответчика по налогам за ответчика произвёл предприниматель ФИО1

Правовые отношения между предпринимателем ФИО1 и ответчиком были оформлены якобы договором займа от 24.11.2021.

Ранее предприниматель  ФИО1 и ответчик фактически совместно вели предпринимательскую деятельность, являлись фактически аффилированными лицами, ФИО1 являлся представителем ответчика по доверенности, представлял его интересы в различных инстанциях.

Третье лицо по делу утверждало, что до выдачи займа ФИО1 в пользу ответчика сам ФИО1 являлся должником ответчика, однако ФИО1 передал ответчику денежные средства не в счет оплаты  своего долга, а по неизвестной причине передал денежные средства в качестве займа ответчику. 

С 2021 года по 2023 год ФИО1 по неизвестной причине не просил ответчика вернуть задолженность якобы по договору займа  от 24.11.2021.

В настоящее время в отношении ответчика 06.10.2023 подано  новое заявление о банкротстве, возбуждено новое дело  №А03-16135/2023, однако какая-либо из процедур банкротства пока не введена.

Одним из заявителей в новом деле о банкротстве является кредитор ФИО2, третье лицо по настоящему делу.

Через 3 года после выдачи займа, практически одновременно с подачей нового заявления о банкротстве в суд  подано исковое заявление по настоящему делу 11.09.2023 о взыскании якобы суммы займа в пользу предпринимателя ФИО1 

В случае удовлетворения искового заявления по настоящему делу предприниматель ФИО1 на основании решения суда подаст заявление о включении его денежного требования  в реестр требований    кредиторов  ответчика, возможно станет «дружественным» ответчику конкурсным кредитором, будет соответствующим образом участвовать в деле о банкротстве, голосовать на собраниях конкурсных кредиторов и т.д.

По делу установлены следующие конкретные фактические обстоятельства.

Ранее определением арбитражного суда от 03.12.2021 по делу № А03-12048/2021 суд отказал Федеральной налоговой службы России во введении процедуры наблюдения в отношении общества с ограниченной ответственностью «Производственно-промышленная компания «Прометей» и прекратил производство по делу о банкротстве в связи с погашением задолженности должника

Как следует из материалов настоящего арбитражного дела между индивидуальным предпринимателем ФИО1 (займодавец) и ООО«ППК «Прометей» (заемщик) был подписан договор займа от 24.11.2021, по условиям которого займодавец передает денежные средства в размере 2762303 руб. 60 коп. в счет оплаты обязательных платежей заемщика, по реквизитам налогового органа предоставленных заемщиком, а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа в течение 7 календарных дней с момента получения извещения о возврате займа, но не ранее одного года с момента заключения настоящего договора, а также уплатить проценты за пользование суммой займа из расчета 10 (десять) % годовых (т. 1 л.д. 10 - договор).

Согласно пунктам 1.2, 1.3 договора возврат полученной суммы займа осуществляется заемщиком в срок, указанный в п. 1.1. настоящего договора. Возврат займа может быть произведен досрочно, как полностью, так и частично. 

Проценты подлежат начислению со дня, следующего за датой перечисления суммы займа и по день фактического возврата займа включительно. Уплата процентов за пользование суммой займа или ее частью производится одновременно с погашением суммы займа или ее части соответственно, но не позднее даты, предусмотренной в п. 1.2. договора (пункт 1.5 договора).

Пунктом 6.1 договора предусмотрена ответственность заемщика в случае невозвращения суммы займа (ее части) в установленный срок в виде пени в размере 0,01% от суммы займа (ее части) за каждый день просрочки, включая день ее возврата займодавцу.

Истец перечислил налоговому органу 2762303 руб. 60 коп. по платежным поручениям № 159,160,161,162,163,164,165,166 от 24.11.2021 (л.д. 11-18 – платежные поручения).

Задолженность по налогам была оплачена в сумме 2762303.60 руб., дело о банкротстве № А03-12048/2021  было прекращено определением  от 03.12.2021.

С 2021 года по 2023 год ФИО1 по неизвестной причине не просил ответчика вернуть задолженность якобы по договору займа  от 24.11.2021.

03.07.2023 истец вручил ответчику извещение о возврате займа и уплате процентов (л.д. 19 – извещение).

В претензии от 23.07.2023 истец повторил требование о возврате займа и уплате процентов (л.д. 20 - претензия). Однако требование в добровольном порядке не исполнено.  

Определением арбитражного суда от 12.10.2023 по новому делу о банкротстве №А03-16135/2023 принято к производству заявление ФИО2 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Производственно-промышленная компания «Прометей».

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения с настоящим иском в суд.

Возражая на иск, третье лицо ФИО2 указал на фактическую аффилированность истца и ответчика.  По мнению третьего лица, сделка по перечислению денежных средств является недействительной - притворной, собственных денежных средств у истца не было, истец на дату перечисления денег сам был должен ответчику, сделка была направлена на перечисление денежных средств обществу с ограниченной ответственностью «ППК «Прометей» в обход требований иных кредиторов, в обход картотек и исполнительного производства для прекращения первого дела о банкротстве. Сделка носила транзитный характер.

В ходе судебного разбирательства третье лицо ФИО2 утверждал, что договор является фиктивным, представляет собой транзитную схему. На момент заключения договора в банках в отношении ответчика действовала картотека № 2, существовало исполнительное производство, было подано заявление налоговым органом о банкротстве ответчика в рамках дела № А03-12048/2021, в связи с чем заплатить деньги напрямую в пользу ФНС РФ было нельзя, поэтому счета индивидуального предпринимателя ФИО1 использовались для транзита собственных  денежных средств ответчика. Договор займа от 24.11.2021 является притворной сделкой, которая прикрывает сделку по погашению задолженности перед налоговым органом в обход иных взыскателей-кредиторов. 

Представитель истца в судебном заседании настаивал на действительности договора займа.

Таким образом, суд отмечает, что по настоящему делу между участниками процесса возник спор о доказанности либо недоказанности недействительности договора займа, его притворности.

Вопросы доказывания по арбитражному делу регулируются следующими нормами процессуального права.

Частью 2 статьи 9 АПК РФ предусмотрено, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Оценку доказательствам имеет право давать суд первой инстанции, поскольку он исследует все доказательства непосредственно в судебном заседании  (ст.71, п.2 ч.4 ст.170 АПК РФ).   Оценку доказательствам вправе также давать суд апелляционной инстанции. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами, а вывод о достоверности доказательства может быть сделан судом, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации в постановлении от 23.04.2013 № 16549/12 из принципа правовой определенности следует, что судебный акт, основанный на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменен вышестоящим судом исключительно по мотиву несогласия с оценкой обстоятельств, данной судами первой инстанции или апелляционной инстанций.

В общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть  поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей», предполагающий вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600 (5-8)). 

Дав правовую оценку всем доказательствам по делу,  суд пришел к выводу, что доказательствами по делу в их совокупности доказана недействительность договора займа  от 24.11.2021 в силу  его притворности.

Данный вывод суда основывается на следующих доказательствах и обстоятельствах.

Во-первых, в судебном заседании представитель третьего лица утверждал, что у индивидуального предпринимателя ФИО1 имелась задолженность перед ООО «ППК «Прометей» по заключенным сторонами договорам долевого участия в строительстве многоквартирного дома, расположенного в 15 метрах юго-восточнее дома по ул. Советская, 199/10 в г. Бийске Алтайского края (Разрешение на строительство от 2.06.2019 № 22-RU22304000-28-2019) (т. 1 л.д. 69 – отчетность об осуществлении деятельности, л.д. 76 – выписка из ЕГРН о приобретении истцом квартир у ответчика).

Указанные доводы третьего лица истцом не опровергнуты, однако, по мнению суда данные доводы заслуживают внимания.

Суд отмечает, что в случае наличия собственной задолженности у ФИО1 перед ответчиком, то обычными действиями истца при  нормальном ведении экономической деятельности была бы передача ответчику денежных средств в счет оплаты  своего долга, а не в качестве займа ответчику.  

Также в случае наличия задолженности, то нормальному ведению деятельности сторон при возникновении встречных обязательств  соответствовало бы проведение зачета встречных требований сторон, зачеты между сторонами не проводились.

Данные отклонения действий истца от обычного порядка ведения хозяйственной деятельности косвенно подтверждают притворность договора займа.

Во-вторых, истец не доказал суду, что спорная сделка имела для него какую-либо экономическую целесообразность, что данная сделка не была заключена на выгодных для истца условиях.

На момент заключения сделки истцу было известно о тяжелом финансовом положении ответчика, что не может свидетельствовать о должной осмотрительности истца при передаче займа в условиях   неплатежеспособности заемщика.

Из представленного в материалы дела бухгалтерского баланса ответчика следует, что убыток ООО «ППК «Прометей» на конец 2021 года составил 242 тыс. руб., кредиторская задолженность более 100 млн. руб. (т. 1 л.д. 37-43 – бухгалтерский баланс).  

При этом суд отмечает, что в бухгалтерском балансе не отражены заемные денежные средства по спорному договору займа от  24.11 2021. 

Согласно ответу ООО КБ «Алтайкапиталбанк» по состоянию на 25.11.2021 ответчик имел не исполненные в срок обязательства на сумму более 20 млн. руб. (т. 2 л.д. 18 – ответ банка). 

По данным ПАО «Банк Уралсиб» в картотеке № 2 у ответчика в спорный период имелись неисполненные обязательства на сумму более 5 млн. руб. (т. 2 л.д. 36 – сведения в электронном варианте на диске).

Согласно сведениям из ПАО «Сбербанк»  в 2021 году на расчетный счет ответчика поступали незначительные денежные суммы, которые списывались со счета судебным приставом-исполнителем в рамках исполнительного производства (т.2 л.д. 19 – выписка по счету).

Данные отклонения действий истца от обычного порядка ведения хозяйственной деятельности, выдача займа неплатежеспособному лицу,  косвенно подтверждают притворность договора займа.

В-третьих,  учитывая все обстоятельства спора и учитывая наличие разумных сомнений у третьего лица относительно действительности сделки, определением арбитражного суда от 04.03.2024 суд повысил для индивидуального предпринимателя ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Производственно-промышленная компания «Прометей» стандарт доказывания того факта, что договор займа является действительным, а не мнимым и не притворным, предложил указанным сторонам представить дополнительные ясные и убедительные доказательства действительности договора займа от 24.11.2021 (т.2 л.д. 62 – определение суда).

Между тем, в ходе дальнейшего рассмотрения дела истец и ответчик определение арбитражного суда от 04.03.2024 не исполнили. 

Истец в судебном заседании от 12.03.2024 пояснил, что не намерен представлять дополнительные доказательства в подтверждение исковых требований, указал на возможность рассмотрения спора по имеющимся в деле доказательствам.

В-четвертых, суд отмечает, что с 2021 года по 2023 год ФИО1 по неизвестной причине не просил ответчика вернуть задолженность якобы по договору займа  от 24.11.2021.

Денежные средства якобы по договору займа истцом перечислены в 2021 году, вследствие чего было прекращено дело о банкротстве ответчика № А03-12048/2021, вместе с тем требование об их возврате предъявлено лишь 2023 году, в то время как в отношении ответчика повторно возбуждены дела о банкротстве № А03-12554/2023 и № А03-16135/2023.

Данные отклонения действий истца от обычного порядка ведения хозяйственной деятельности, косвенно подтверждают притворность договора займа.

В-пятых, из материалов дела следует, что денежные средства поступили на счет истца и в короткий промежуток времени перечислены истцом налоговому органу (т.1 л.д. 117 – выписка с банковского счета истца). 

ООО «Легенды Алтая» в назначении платежа указало на оплату за выполненные работы, вместе с тем из представленного третьим лицом ответа следует, что договор подряда в ООО «Легенды Алтая» предоставлен не был, выполненных работ нет (т. 2 л.д. 29 - письмо).

Данные отклонения действий истца от обычного порядка ведения хозяйственной деятельности, перечисление денежных средств при отсутствии очевидных экономических оснований, непродолжительное нахождение денежных средств на банковском счете истца также косвенно подтверждают притворность договора займа.

В-шестых, суд усматривает в действиях сторон по делу признаки злоупотребления гражданскими правами (ст.10 ГК РФ), что является самостоятельным  правовым основанием для отказа в  удовлетворении иска.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу законодательства о защите конкуренции не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно приведенной правовой позиции высшей судебной инстанции в случае отсутствия формально-юридических связей между лицами суд может установить фактический характер таких правоотношений. К числу обстоятельств подтверждающих фактическую аффилированность организаций, могут быть отнесены: наличие у таких юридических лиц в числе дебиторов одних и тех же лиц; пересечение основных видов деятельности юридических лиц; расходование кредитных средств одного лица на обеспечение нужд контрагента; отгрузка принадлежащей одному лицу продукции со складов контрагента; выступление данных юридических лиц взаимными кредиторами и дебиторами друг друга; подача заявления о банкротстве обеих компаний по упрощенной процедуре в один день.

Фактический контроль и влияние на деятельность юридического лица возможно осуществлять и при отсутствии формально-юридических признаков согласованности действий, тем более что конечный бенефициар, как правило, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица, в связи с чем его отношения с подконтрольными организациями могут быть не регламентированы нормативными правовыми либо локальными актами, устанавливающими правила и стандарты поведения.

Выводы о возможности установления фактической аффилированности организаций и о наличии правовых последствий   у фактической аффилированности   сделаны судом кассационной инстанции, например, по делу №А03-14732/2019.

Из материалов настоящего дела усматривается, что стороны по делу находились в определенной взаимосвязи, реализовали такую схему взаимоотношений, при которой была произведена оплата задолженности по налогам в обход требований иных кредиторов, в обход картотек к расчетным счетам ответчика и исполнительного производства для прекращения первого дела о банкротстве, сделка носила транзитный характер.

Взаимозависимость сторон по делу обусловлена тем, что стороны совместно вели предпринимательскую деятельность.

Согласно представленному на запрос суда ответу нотариуса Бийского нотариального округа Алтайского края ФИО5, ООО «ППК «Прометей» выдало представителю ФИО1 доверенность на право действовать от лица ООО «ППК «Прометей» и в интересах ООО «ППК «Прометей» в качестве представителя ООО «ППК «Прометей» с правом подписи документов, с правом представлять ответчика в различных органах и организациях  (т. 1 л.д.92, 136 – копия доверенности от 03.10.2022).

Из содержания обширного числа полномочий, указанных в доверенности, следует, что ООО «ППК «Прометей» доверило ФИО1 практически полное ведение любой деятельности от отмени ООО«ППК «Прометей».

Суд также отмечает, что исковое заявление, извещение о возврате займа, претензия   вручены истцом ответчику нарочно, что косвенно свидетельствует о доверительных отношениях истца и ответчика (т.1 л.д. 6,19,20  – иск, извещение, претензия  с отметками  о вручении).

Таким образом, по настоящему делу при разрешении спора суд делает вывод о том, что в действиях  сторон, выразившихся в совершении договора займа  от 24.11.2021, усматривается злоупотребление гражданскими правами, поскольку ведение бизнеса таким способом, когда бизнес ведётся группой фактически аффилированных  лиц, следует рассматривать в качестве разновидности недобросовестных действий и такой способ ведения бизнеса не должен предоставлять лицам, входящим в группу, экономические преимущества и не должен ставить контрагентов  данной группы из фактически аффилированных  лиц в экономически более сложное положение. 

Примененный сторонами механизм гражданско-правовых отношений прикрывает сделку по оплате задолженности перед иными лицами.

 Указанные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном характере действий  сторон, создании сторонами по  настоящему делу правовой  ситуации в ущерб интересам иных участников гражданского оборота, иных кредиторов ответчика, что в силу ст. 10 ГК РФ расценивается как злоупотребление правом и исключает судебную защиту.

В результате злоупотребления указанными сторонами гражданскими  правами нарушаются права и законные интересы кредиторов ответчика,  в частности, права и законные интересы кредитора ФИО2

В случае удовлетворения иска по настоящему делу предприниматель ФИО1 на основании решения суда подаст заявление о включении его денежного требования  в реестр требований    кредиторов  ответчика, возможно станет «дружественным» ответчику конкурсным кредитором, будет соответствующим образом участвовать в деле о банкротстве, голосовать на собраниях конкурсных кредиторов и т.д., что приведет к тому, что  добросовестные кредиторы утратят возможность удовлетворения своих требований.

Таким образом, в действиях истца и ответчика усматривается злоупотребление гражданскими правами (статья 10 ГК РФ), что исключает возможность удовлетворения заявленного иска.

На основании оценки всех представленных доказательств суд приходит к выводу о том, что по делу доказана недействительность договора займа от 24.11.2021. Договор займа является притворной сделкой, фактически прикрывающей отношения по исполнению обязательств перед иными лицами.

Оценив совокупность представленных в материалы дела доказательств, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные истцом по делу исковые требования не подлежат удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца. Уточненная сумма иска составляет 3436414.15 руб., пошлина составляет 40182 руб. Излишне уплаченная (двумя платежами) государственная пошлина подлежит возврату истцу из федерального бюджета в порядке статьи 333.40 Налогового кодекса РФ.

Руководствуясь ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ 

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Вернуть индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>) из   Федерального бюджета Российской Федерации  5513 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после принятия решения.

Судья                                                                                           М.А. Кулик