ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-21122/2019

05 апреля 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  28 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  05 апреля 2024 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сафронова М.М.,

судей  Брежневой О.Ю., Дубок О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  08АП-11164/2023) Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2, (регистрационный номер 08АП-11530/2023) «Газпромбанк» (акционерное общество), (регистрационный номер 08АП-11903/2023) ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 03.10.2023 по делу № А75-21122/2019 (судья Бетхер В.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявлений: 

- публичного акционерного общества Банк «Югра» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 11 663 190 094 руб. 90 коп., 

- «Газпромбанк» (акционерное общество) (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к публичному акционерному обществу Банк «Югра» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки (договор поручительства от 31.03.2017 № 076/ДПЮ-17), о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки (договор поручительства от 31.03.2017 № 078/ДПЮ-17), при участии в споре третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Билдинг Групп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО3; общества с ограниченной ответственностью «Восток» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Аксиома» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Ритм» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), временного управляющего ООО «Ритм» ФИО5, бывшего руководителя ФИО2, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Каюм Нефть» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

при участии в судебном заседании:

от Федерального агентства по управлению государственным имуществом – посредством системы веб-конференции представитель ФИО6 (паспорт, доверенность № 72-01/5319 от 31.07.2023),

от конкурсного управляющего  ФИО7 - представитель ФИО8 (паспорт, доверенность от 10.03.2024,  срок действия 1 год),

от публичного акционерного общества Банк «Югра»  - посредством системы веб-конференции представитель ФИО9 (паспорт, доверенность № 77 АД 5229416 от 27.12.2023,  срок действия 31.12.2024),

от Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2- посредством системы веб-конференции представитель ФИО10 (паспорт, доверенность 01-13/01682 от 06.02.2024, сроком действия до 30.01.2025),

от ФИО2 - посредством системы веб-конференции представитель ФИО11 (паспорт, доверенность № 77 АД 2608623 от 12.04.2023,  срок действия 1 год).

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 06.12.2021 (резолютивная часть от 29.11.2021) в отношении акционерного общества «Каюм Нефть» (далее – АО «Каюм Нефть», должник) введена процедура наблюдения. Временным управляющим должником утвержден член саморегулируемой организации Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» ФИО12 (далее – ФИО12).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсант» от 04.12.2021 № 221. 

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 12.04.2022 (резолютивная часть от 05.04.2022) АО «Каюм Нефть» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего должником назначен ФИО12 

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсант» от 16.04.2022 № 67. 

В Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры 27.05.2021 поступило заявление публичного акционерного общества Банк «Югра» (далее – ПАО Банк «Югра») о признании должника несостоятельным (банкротом) и включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 11 663 190 094 руб. 90 коп.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28.05.2021 заявление принято в качестве заявления о вступлении в дело банкротстве. 

Определениями Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.10.2022, от 16.11.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены основные заемщики по кредитным договорам, а также лица, которые, по утверждению должника, частично погасили задолженность перед ПАО Банк «Югра»: 

- общество с ограниченной ответственностью «Билдинг Групп» в лице конкурсного управляющего ФИО3; 

- общество с ограниченной ответственностью «Восток» в лице конкурсного управляющего ФИО4; 

- общество с ограниченной ответственностью «Аксиома»;

- общество с ограниченной ответственностью «Ритм».

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.12.2022, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 27.03.2023, в удовлетворении заявления ПАО Банк «Югра» отказано. 

Постановление суда кассационной инстанции от 15.08.2023 судебные акты первой и апелляционной инстанций отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28.08.2023 судебное заседание по рассмотрению спора назначено на 21.09.2023.

В Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры 12.04.2023 (система «Мой арбитр», 11.04.2023) поступило заявление кредитора «Газпромбанк» (акционерное общество) (далее – «Газпромбанк» (АО)) о признании недействительным договора поручительства от 31.03.2017 № 076/ДПЮ-17, заключенного между ПАО Банк «Югра» и АО «Каюм Нефть» (поручитель), по условиям которого АО «Каюм Нефть» поручилось перед банком за общество с ограниченной ответственностью «Восток» (ИНН 

<

***>) (далее – ООО «Восток»). 

В обоснование заявленных требований кредитор ссылается на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены бывший руководитель должника ФИО2 (далее – ФИО2), а также ООО «Восток» в лице конкурсного управляющего ФИО4.

В Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры 12.04.2023 (поступило электронно через систему «Мой арбитр» 11.04.2023) поступило заявление кредитора «Газпромбанк» (АО) о признании недействительным договора поручительства от 31.03.2017 № 078/ДПЮ-17, заключенного между ПАО Банк «Югра» и АО «Каюм Нефть» (поручитель), по условиям которого АО «Каюм Нефть» поручилось перед банком за общество с ограниченной ответственностью «Билдинг Групп» (ИНН 

<

***>) (далее – ООО «Билдинг Групп»).

В обоснование заявленных требований кредитор ссылается на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьи 10, 168, 170 ГК РФ. 

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены бывший руководитель должника ФИО2, а также ООО «Билдинг Групп» в лице конкурсного управляющего ФИО3. 

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.07.2023 заявления «Газпромбанк» (АО) о признании недействительными договоров поручительства от 31.03.2017 № 076/ДПЮ-17, № 078/ДПЮ-17 объединены для совместного рассмотрения. Обособленному спору присвоен номер А75-21122-66/2019. 

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 04.09.2023 заявления «Газпромбанк» (АО) о признании недействительными договоров поручительства от 31.03.2017 № 076/ДПЮ-17, от 31.03.2017 № 078/ДПЮ-17 объединены для совместного рассмотрения с заявлением ПАО Банк «Югра» о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 11 663 190 094 руб. 90 коп. 

Обособленному спору присвоен номер А75-21122-5/2019.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 03.10.2023 в удовлетворении заявления «Газпромбанк» (АО) о признании недействительными договоров поручительства от 31.03.2017 № 076/ДПЮ-17, от 31.03.2017 № 078/ДПЮ-17 отказано; заявление ПАО Банк «Югра» удовлетворено; в реестр требований кредиторов АО «Каюм Нефть» в составе третьей очереди включены требования ПАО Банк «Югра» в размере 11 663 190 094 руб. 90 коп.

Не соглашаясь с вынесенным судебным актом, Межрегиональная инспекция Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 (далее – МИ ФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2), АО «Газпромбанк», ФИО2 обратились в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 03.10.2023 отменить.

В обоснование апелляционной жалобы МИ ФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2 указывает, что суд первой инстанции неправомерно не принял во внимание, что АО «Каюм-нефть» не является лицом, извлекшим выгоду, поскольку денежные средства, которые были взяты ООО «Восток» у ПАО «Банк ЮГРА» и перечислены АО «Каюм-нефть» имеют транзитный характер.

Судом первой инстанции ошибочно не учтено, что включение требований ПАО Банк «Югра» в реестр требований кредиторов АО «Каюм Нефть», при одновременном включении ПАО Банк «Югра» в реестр требований кредиторов ООО «Восток», приведет к возложению одновременно и на АО «Каюм Нефть» и на ООО «Восток» ответственности и двойному взысканию задолженности на основании одного и того же обязательства. Отказывая в удовлетворении заявления «Газпромбанк» (АО) о признании сделки недействительной, судом первой инстанции не учтены обстоятельства, указывающие  заключение договора поручительства между  ПАО «Банк ЮГРА» и АО «Каюм-нефть», осуществлено с целью использования в определенной созданной схеме по выводу активов из ПАО «Банк ЮГРА».

Учитывая, что АО «Каюм Нефть» и ПАО Банк «Югра» являлись элементами единой системы группы компаний, осуществляя совместное участие в общей финансово-хозяйственной деятельности, транзитный характер денежных операций, перечисления кредитором в адрес заемщика денежных средств не имели своей целью реальное исполнение обязательств последним и носили фиктивный характер; деятельность заемщика и должника была подконтрольной, а следовательно, требования данного общества не вправе конкурировать с требованиями независимых кредиторов. Спорные перечисления были использованы кредитором в целях подачи заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. При изложенных обстоятельствах, спорная сделака подлежала признанию недействительной в силу статей 10, 168 ГК РФ.

Таким же образом, имелись основания для признания спорной сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 24.10.2002 № 127 – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»:

а) так как в общей сумме АО «Каюм Нефть» и ПАО Банк «Югра» заключили 13 соглашений о переводе долга, по итогам которых Каюм Нефть принял совокупно обязательств на 4 707 млн. руб. и 27,5 млн. долларов США (~ 1 628 млн. рублей)1 , то при наличии тех обстоятельств, что активы должника были так же в дальнейшем заложены в обеспечение исполнения обязательств перед АО «Газпромбанк», то оспариваемые сделки в своей совокупности причинили вред кредиторам, в виду того, что в результате заключения спорного соглашения произведена замена на АО «Каюм Нефть», которое было не способно исполнить кредитные обязательства; 

б) величина переведенного долга несоизмерима с результатами деятельности АО «Каюм Нефть», размер неисполненных обязательств принятых по договорам поручительства составляет 4 388 млн. руб., при этом чистая прибыль компании за 2016 год – 3 093 241 руб., что составляет лишь 0,07% от принятых долговых обязательств, анализ показал недостаточность денежных средств для надлежащего исполнения обязательств, принятых при переводе долга; 

в) на момент заключения соглашений о переводе долга у АО «Каюм Нефть» уже имелись неисполненные обязательства в сумме 3 867 920 тыс. руб., а так же будущие начисления (по факту задолженность) по выездной налоговой проверке за 2016 год - 110 942 710 руб. и за 2017 год – 300 538 461 руб.; 

г) участники сделки являлись аффилированными лицами и заведомо знали о конечной цели ее совершения, а именно причинение вреда кредиторам АО «Каюм Нефть» в виде формирования фиктивной кредиторской задолженности; 

д) на момент заключения спорного соглашения финансовое состояние АО «Каюм Нефть» не являлось устойчивым для осуществления хозяйственной деятельности и исполнения обязательств по договору об открытии кредитной линии, на что указывают возбужденные дела о банкротстве в отношении АО «Каюм Нефть»: 

- определением 26.05.2017 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры дело №А75-7125/2017 (прекращено 20.08.2017); 

- определением 16.01.2019 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры дело №А75-477/2019 (прекращено 26.03.2019); -

 определением 16.12.2019 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры дело №А75-21122/2019 (действующее), данные обстоятельства так же можно рассматривать как доказательство неплатежеспособности АО «Каюм Нефть».

С учетом изложенного, основания полагать, что фактические обстоятельства установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования всех имеющихся в деле доказательств, а содержащиеся в обжалуемом судебном акте выводы о применении норм права, установленным судом первой инстанции по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам соответствуют, отсутствуют.

В связи с чем МИ ФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2 просит отменить определение арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 27.09.2023 по делу № А75-21122/2019 и принять по делу новый судебный акт, отказав в признании обоснованными требования ПАО Банк «ЮГРА» о включении в реестр требований кредиторов АО «Каюм Нефть» и удовлетворить заявление «Газпромбанк» (АО) к ПАО Банк «Югра» о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование апелляционной жалобы «Газпромбанк» (АО) указывает, что срок, на который выданы спорные поручительства, в силу пункта 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации, истек. ПАО Банк «Югра» обратился с заявлением о вступлении в дело о банкротстве должника после прекращения поручительства по обоим спорным договорам поручительства, ввиду чего требования ПАО Банк «Югра» не подлежали включению в реестр требований кредиторов.

В нарушение статьи 170 АПК РФ суд не дал оценку (проигнорировал) заявленный АО «Газпромбанк» довод о наличии признаков компенсационного финансирования (пункт 1.3. возражений «Газпромбанк» (АО) к заседанию к 21.09.2023), которое влечет за собой субординацию требований ПАО Банк «Югра», не исследовал вопросы добросовестности действий сторон, и каким образом предоставления поручительства со стороны должника могло добросовестно и экономически обоснованно способствовать достижению цели по спасению консолидированного бизнеса, в первую очередь бизнеса ПАО Банк «Югра», по существу заключение договоров поручительства преследовало недобросовестную цель – обман, т.е. создание видимости перед Банком России надлежащего соблюдения ПАО Банк «Югра» предусмотренных законом нормативов.

Предоставление поручительства не только не способствовало восстановлению платежеспособности ПАО Банк «Югра» и/ли группы, напротив, только увеличивало количество обязательств ПАО Банк «Югра» и обманутых вкладчиков, необоснованно создавало конкуренцию между требованиями аффилированных и девяти независимых кредиторов.

Договоры поручительства были расторгнуты спустя полтора месяца после их заключения, что не свойственно кредитным организациям при наличии реальных экономических кредитных отношений.

Как видно из судебных актов по делу о банкротстве ООО «Восток», судами установлено отсутствие обязательств ООО «Восток» перед ПАО Банк «Югра», ввиду чего отсутствуют какие-либо обязательства, которые мог бы обеспечивать договор поручительства. В отсутствие обязательств ООО «Восток»  по кредитному договору и связанным с последствиями недействительности кредитного договора у АО «Каюм Нефть» отсутствуют какие-либо обязательства по договору поручительства. 

Обязательства должника перед ПАО Банк «Югра» по договору поручительства за ООО «Восток» прекратились в связи с признанием кредитного договора недействительным, отсутствием реституции в качестве последствия недействительности.

Суд первой инстанции также неверно установил размер задолженности, а также не применил нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об истечении срока исковой давности.

В связи с чем, «Газпромбанк» (АО) просит отменить определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 03.10.2023 по делу № А75-21122/2019, принять новый судебный акт – в удовлетворении заявления ПАО Банк «Югра» о включении в реестр требований кредиторов АО «Каюм Нефть» отказать, заявление «Газпромбанк» (АО) о признании недействительными договоров поручительства, заключенных между ПАО Банк «Югра» и АО «Каюм Нефть», удовлетворить, применить последствия недействительности сделок в виде признания задолженности АО «Каюм Нефть» перед ПАО Банк «Югра» по договорам поручительства отсутствующей.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 указывает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в применении к требованиям ПАО Банк «Югра» положений  о пропуске срока исковой давности. Требования по договору поручительства за кредит ООО «Восток» не могли быть установлены в реестре требований кредиторов АО «Каюм Нефть», поскольку 1 200 000 000 руб. уже были взысканы с последнего как с конечного получателя денег в пользу ООО «Восток» в банкротстве последнего, в связи с чем суд первой инстанции фактически допустил задвоение требований к должнику по одному и тому же кредитному договору, при этом незаконно отказал в признании погашенной задолженности за ООО «Восток» в рамках кредитного договора № 

<

***> от 31.03.2017.

В связи с чем, просит определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 03.10.2023 по делу № А75-21122/2019 отменить, отказать в удовлетворении заявления ПАО Банк «Югра» о включении требований в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Каюм Нефть».

Также ФИО2 заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы.

Определениями от 07.11.2023, 13.11.2023, 28.11.2023 апелляционные жалобы приняты к производству Восьмого арбитражного апелляционного суда, судебное заседание назначено на 07.12.2023. ФИО13 восстановлен срок на подачу апелляционной жалобы.

31.10.2023 в Восьмой арбитражный апелляционный суд поступило письмо Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с запросом Верховного Суда Российской Федерации о направлении дела № А75-21122/2019 по рассмотрению обособленного спора о включении в реестр требований кредиторов должника требования публичного акционерного общества Банк «Югра» для проверки доводов заявителя и разрешении вопроса о наличии оснований для передачи кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам на постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 15.08.2023.

02.11.2023 материалы дела № А75-21122/2019 о несостоятельности (банкротстве) АО «Каюм Нефть» по обособленному спору о включении в реестр требований кредиторов должника требования ПАО Банк «Югра» в размере 11 663 190 094 руб. 90 коп. направлены в адрес Верховного Суда Российской Федерации.

От ПАО Банк «Югра» в материалы дела 21.11.2023 поступил отзыв на апелляционную жалобу АО «Газпромбанк», в котором просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать в полном объеме.

От ПАО Банк «Югра» в материалы дела 04.12.2023 поступил дополнительный отзыв на апелляционные жалобы ФИО2 и МИ ФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2, в котором просит в удовлетворении апелляционных жалоб отказать в полном объеме.

От исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО12, МИ ФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2 в материалы дела 05.12.2023, 07.12.2023 поступили ходатайства об отложении судебного заседания.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено на 18.12.2023 в связи с болезнью председательствующего судьи.

В судебном заседании, открытом 18.12.2023, судом вынесен на обсуждение вопрос о приостановлении производства по апелляционным жалобам.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 производство по апелляционным жалобам (регистрационный номер 08АП-11164/2023) МИ ФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2, (регистрационный номер 08АП-11530/2023) АО «Газпромбанк», (регистрационный номер 08АП-11903/2023) ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 03.10.2023 по делу № А75-21122/2019 приостановлено до рассмотрения Верховным Судом Российской Федерации кассационных жалоб ФИО2 и АО «Газпромбанк» (№ 304-ЭС22-12819 (7) по делу № А75-21122/2019 по существу.

От АО «Газпромбанк» в материалы дела 30.01.2024 поступило заявление о возобновлении производства по апелляционным жалобам.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 назначено судебное заседание для рассмотрения вопроса о возобновлении производства по апелляционным жалобам (регистрационный номер 08АП-11164/2023) Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2, (регистрационный номер 08АП-11530/2023) «Газпромбанк» (акционерное общество), (регистрационный номер 08АП-11903/2023) ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 03.10.2023 по делу № А75-21122/2019 на . 

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Представитель ПАО Банк «Югра», считает, что доводы, изложенные в апелляционных жалобах, являются несостоятельными. Просит оставить определение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая определение суда первой инстанции законным и обоснованным. 

Представитель Федерального агентства по управлению государственным имуществом пояснил, что оставляет вопрос о разрешении апелляционных жалоб на усмотрение суда.

Представитель МИ ФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Изучив материалы дела, апелляционные жалобы, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), выслушав явившихся участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции пришёл к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление размера требований кредиторов в период конкурсного производства регламентировано статьями 100, 142 Закона о банкротстве, согласно которым установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется судом и на основании судебного определения требования включаются в реестр кредиторов конкурсным управляющим.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка 5 А75-21122/2019 обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Таким образом, в деле о банкротстве включение в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

Как следует из материалов дела, между ПАО Банк «Югра» (кредитор) и ООО «Восток» (заемщик) 31.03.2017 заключен кредитный договор № 

<

***> (т. 18 л.д. 13-21), по условиям которого заемщику предоставлен кредит в размере 1 200 000 000 руб., а заемщик обязался возвратить кредит и уплатить проценты за его пользование (пункт 1.1 договора). 

В соответствии с пунктом 1.2 договора процентная ставка за пользование кредитом установлена в размере 14,5% годовых. 

Согласно пункту 1.3 договора срок полного возврата суммы кредита установлен до 30.03.2018. 

Пунктами 1.5.3 и 1.5.4 договора предусмотрено, что в обеспечение исполнения обязательств заемщика по настоящему договору кредитору предоставляется: 

- гарантийный банковский депозит АО «Каюм Нефть», размещенный в ПАО Банк «Югра», согласно договору от 31.03.2017 № 2; 

- поручительство АО «Каюм Нефть» согласно договору поручительства от 31.03.2017 № 076/ДПЮ-17, заключенному между кредитором и АО «Каюм Нефть». 

В соответствии с пунктом 2.2 кредитного договора предоставление кредита производится путем зачисления денежных средств на расчетный счет № 

<

***>. 

Факт предоставления кредита подтверждается выписками по счетам ООО «Восток», открытым в ПАО Банк «Югра». 

По условиям пункта 3.2 кредитного договора погашение основного долга по договору № 

<

***> от 31.03.2017 производится ежемесячно не позднее последующего рабочего дня месяца в соответствии с графиком: с октября 2017 по 170 000 000 руб.; в конце срока кредитования – в сумме фактического остатка. 

В соответствии с условиями договора поручительства от 31.03.2017 № 076/ДПЮ-17 (т. 18 л.д. 28-36) АО «Каюм Нефть» (поручитель) приняло на себя обязательство отвечать перед ПАО Банк «Югра» солидарно с ООО «Восток» при неисполнении или ненадлежащем исполнении последним обязательств по кредитному договору от 31.03.2017 № 

<

***>. Поручитель ознакомлен со всеми условиями кредитного договора (пункты 1.1, 1.2 договора поручительства). 

Соглашением № 1 от 18.05.2017 к договору поручительства № 076/ДПЮ-17 от 31.03.2017 договор поручительства расторгнут. Временная администрация ПАО Банк «Югра» 21.12.2017 обратилась в Арбитражный суд г. Москвы в деле № А40-145500/2017 о банкротстве ПАО Банк «Югра» с заявлением о признании недействительным дополнительного соглашения № 1 от 18.05.2017 к договору поручительства № 076/ДПЮ-17 от 31.03.2017, заключенному между ПАО Банк «ЮГРА» и АО «Каюм Нефть». 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.12.2020 (т. 18 л.д. 37-40) заявление временной администрации удовлетворено.

Суд признал недействительной сделку в виде заключенного между ПАО Банк «ЮГРА» и АО «Каюм Нефть» дополнительного соглашения № 1 от 18.05.2017 к договору поручительства № 076/ДПЮ17 от 31.03.2017, а также восстановил право требования ПАО Банк «ЮГРА» к АО «Каюм Нефть» по договору поручительства № 076/ДПЮ-17 от 31.03.2017 и обязательства АО «Каюм Нефть» по указанному договору поручительства. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2021 (резолютивная часть объявлена 03.03.2021) определение от 18.12.2020 оставлено без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения (т. 18 л.д. 41-48). 

Обязательства ООО «Восток» не исполнены, а само общество признано несостоятельным (банкротом) (дело № А40-101786/2018). 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2019 по делу № А40-101786/2018 (т. 18 л.д. 49-59) в реестр требований кредиторов ООО «Восток» включены требования ПАО Банк «Югра» по кредитному договору в размере 1 200 000 000 руб. основного долга, 238 684 931 руб. 54 коп. процентов по кредиту, 825 873 147 руб. 95 коп. неустойки. 

Как следует из материалов дела, между ПАО Банк «Югра» (кредитор) и ООО «Билдинг Групп» (заемщик) также 31.03.2017 заключен кредитный договор № 

<

***> (т. 18 л.д. 60-68), по условиям которого заемщику предоставлен кредит в размере 3 188 150 200 руб., а заемщик обязался возвратить кредит и уплатить проценты за его пользование (пункт 1.1 договора). 

В соответствии с пунктом 1.2 договора процентная ставка за пользование кредитом установлена в размере 13,5% годовых. 

Согласно пункту 1.3 договора срок полного возврата суммы кредита установлен до 29.09.2017. 

Пунктами 1.5.1 и 1.5.2 договора предусмотрено, что в обеспечение исполнения обязательств заемщика по настоящему договору кредитору предоставляется: - поручительство АО «Каюм Нефть» согласно договору поручительства от 31.03.2017 № 078/ДПЮ-17, заключенному между кредитором и АО «Каюм Нефть»; - гарантийный банковский депозит АО «Каюм Нефть», размещенный в ПАО Банк «Югра», согласно договору от 31.03.2017 № 3. 

В соответствии с пунктом 2.2 кредитного договора предоставление кредита производится путем зачисления денежных средств на расчетный счет № 

<

***>. 

Факт предоставления кредита подтверждается выписками по счетам ООО «Билдинг Групп», открытым в ПАО Банк «Югра». 

По условиям пункта 3.2 кредитного договора полное погашение кредита должно быть осуществлено в срок, установленный пунктом 1.4 договора; погашение основного долга по кредиту производится заемщиком в конце срока кредитования в размере фактического остатка ссудной задолженности. 

В соответствии с условиями договора поручительства от 31.03.2017 № 078/ДПЮ-17 (т. 18 л.д. 76-81) АО «Каюм Нефть» (поручитель) приняло на себя обязательство отвечать перед ПАО Банк «Югра» солидарно с ООО «Билдинг Групп» при неисполнении или ненадлежащем исполнении последним обязательств по кредитному договору от 31.03.2017 № 

<

***>. 

Поручитель ознакомлен со всеми условиями кредитного договора (пункты 1.1, 1.2 договора поручительства). 

Соглашением № 1 от 18.05.2017 к договору поручительства № 078/ДПЮ-17 от 31.03.2017 договор поручительства был расторгнут. Временная администрация ПАО Банк «ЮГРА» 04.04.2018 обратилась в Арбитражный суд г. Москвы в деле № А40-145500/2017 о банкротстве ПАО Банк «Югра» с заявлением о признании недействительным дополнительного соглашения № 1 от 18.05.2017 к договору поручительства № 078/ДПЮ-17 от 31.03.2017, заключенному между ПАО Банк «ЮГРА» и АО «Каюм Нефть». 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.12.2020 (т. 18 л.д. 82-85) заявление временной администрации удовлетворено. 

Суд признал недействительной сделку в виде заключенного между ПАО Банк «ЮГРА» и АО «Каюм Нефть» дополнительного соглашения № 1 от 18.05.2017 к договору поручительства № 078/ДПЮ-17 от 31.03.2017, а также восстановил право требования ПАО Банк «ЮГРА» к АО «Каюм Нефть» по договору поручительства № 078/ДПЮ-17 от 31.03.2017 и обязательства АО «Каюм Нефть» по указанному договору поручительства. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2021 (резолютивная часть объявлена 15.03.2021) определение от 18.12.2020 остановлено без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения (т. 18 л.д. 86-93). 

Обязательства ООО «Билдинг Групп» не исполнены. ПАО Банк «Югра» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к ООО «Билдинг Групп» о взыскании задолженности по договору об открытии кредитной линии № 078/КЛ-17 от 31.03.2017 в размере 2 937 305 800 руб., процентов за пользование кредитом в размере 58 90 064,26 руб. и неустойки в размере 5 796 551,69 руб. Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.03.2018 по делу № А40-214950/2017 исковые требования удовлетворены в полном объеме. 

ООО «Билдинг Групп» признано несостоятельным (банкротом) (дело № А40-14744/2020) Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.08.2020 по делу № А40-14744/2020 (т. 18 л.д. 94-96) в реестр требований кредиторов ООО «Билдинг Групп» включены требования ПАО Банк «Югра» по договору об открытии кредитной линии от 31.03.2017 № 078/КЛ-17 в размере 7 955 096 576,13 руб., в том числе 2 937 305 800 руб., 851 703 647,87 руб., 200 000 руб. в реестр требований кредиторов ООО «Билдинг групп» в третью очередь, в размере 544 189 076,86 руб., 3 621 689 051,40 руб. – в третью очередь отдельно с очередностью удовлетворения после погашения основной задолженности и причитающихся процентов. 

Ссылаясь на указанные обстоятельства неисполнения заемщиками обязательств по кредитным договорам, ПАО Банк «Югра» обратилось в суд с рассматриваемым требованием к АО «Каюм Нефть» как к поручителю.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.12.2022, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 27.03.2023, в удовлетворении заявления ПАО Банк «Югра» отказано. 

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 195, 196, 200 ГК РФ, исходил из пропуска кредитором срока исковой давности, отметив, что, оспаривая соглашения о расторжении договоров поручительства, Банк указывал на наличие обстоятельств злоупотребления бывшими руководителями кредитора и должника своими правами, следовательно, подтверждал обстоятельства его осведомлённости о нарушении своих прав указанными соглашениями. 

Восьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Постановлением суда кассационной инстанции от 15.08.2023 судебные акты первой и апелляционной инстанций отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

При новом рассмотрении суд первой инстанции, обжалуемым определением,  удовлетворил заявление ПАО Банк «Югра» удовлетворено; в реестр требований кредиторов АО «Каюм Нефть» в составе третьей очереди включены требования ПАО Банк «Югра» в размере 11 663 190 094 руб. 90 коп.

Между тем, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации определением от 31.01.2024 отменила постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 15.08.2023 по делу № А75-21122/2019, оставив в силе определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 29.12.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023 по указанному делу.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда. 

Как разъяснено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 № 236-О-О, пункт 2 части 1 статьи 150 АПК РФ предусматривает возможность прекращения производства по делу в случаях, когда право на судебную защиту (право на судебное рассмотрение спора) было осуществлено в состоявшемся ранее судебном процессе. 

Таким образом, названная норма права направлена на пресечение рассмотрения судами тождественных требований (между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям). Следовательно, для применения названного основания (пункт 2 части 1 статьи 150 АПК РФ) суду необходимо установить тождество требований уже рассмотренных и рассматриваемых арбитражным судом. 

При таких обстоятельствах, учитывая оставление в силе определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 29.12.2022 и постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023 по настоящему делу, определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры 03.10.2023 по настоящему делу в части рассмотрения заявления ПАО Банк «Югра» о включении в реестр требований кредиторов АО «Каюм Нефть» подлежит отмене, а производство по делу в указанной части прекращению в порядке пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ в связи с наличием вступившего в законную силу судебного акта по тождественному спору.

Учитывая, что по существу ПАО Банк «Югра» отказано во включении в реестр требований кредиторов АО «Каюм Нефть», о чём просил в своей апелляционной жалобе ФИО13 (доводов в части признания сделки недействительной не заявлено), суд апелляционной  инстанции признает доводы апелляционной жалобы ФИО13 заслуживающими внимания.

Вместе с тем, учитывая, что судом первой инстанции, при новом рассмотрении, объединил для совместного рассмотрения обособленный спор по заявлению ПАО Банк «Югра» о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 11 663 190 094 руб. 90 коп. и обособленный спор по заявлению «Газпромбанк» (АО) о признании недействительными договоров поручительства от 31.03.2017 № 076/ДПЮ-17, от 31.03.2017 № 078/ДПЮ-17, не являющегося предметом рассмотрения определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 29.12.2022, суд апелляционной инстанции проверяет законность судебного акта в части отказа в удовлетворении заявления «Газпромбанк» (АО) о признании недействительными договоров поручительства от 31.03.2017 № 076/ДПЮ-17, от 31.03.2017 № 078/ДПЮ-17 в пределах доводов апелляционных жалоб.

В рассматриваемом случае, «Газпромбанк» (АО) в качестве  основания для признания недействительными договоров поручительства от 31.03.2017 № 076/ДПЮ-17, от 31.03.2017 № 078/ДПЮ-17 ссылается на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В силу норм пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В соответствии с пунктом 5 постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 7 постановления № 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо одновременное наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника и наличие хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 постановления № 63). 

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. 

В рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена 31.03.2017, в то время как заявление о признании АО «Каюм Нефть» банкротом принято к производству суда 16.12.2019, то есть оспариваемые платежи подпадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В качестве обстоятельств, подтверждающих недействительность оспариваемых сделок, «Газпромбанк» (АО) ссылается на то, что договоры поручительства заключены без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ) и с целью причинить вред имущественным правам кредиторов АО «Каюм Нефть» (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 ГК РФ), в ущерб интересам Каюм Нефть (пункт 2 статьи 174 ГК РФ)

Поддерживая доводы банка, уполномоченный орган отмечает, что кредитные денежные средства по вышеуказанным кредитным договорам по цепочке платежей были направлены в адрес иных подконтрольных ФИО14 лиц, соответственно, договоры поручительства заключены ПАО «Банк ЮГРА» с АО «Каюм Нефть» с целью использования в определенной созданной схеме по выводу активов из ПАО Банк «Югра».

Вместе с тем, отказывая в признании сделки недействительной, суд первой инстанции отметил, что ранее судом в определении от 31.07.2023 по обособленному спору № А75-21122-67/2019 уже констатировалось, что по состоянию на 31.03.2017 АО «Каюм Нефть» не находилось в состоянии имущественного кризиса, и не имело признаков несостоятельности (банкротства).

В ходе судебного разбирательства по указанному обособленному спору судом установлено, что согласно пункту 1.3 кредитного договора № 

<

***> (ООО «Восток») кредит предоставляется для цели погашения кредиторской задолженности по договору от 10.01.2017 № В/КН-102017 на оказание услуг по телеметрическому и технологическому сопровождению при наклонно-направленном и горизонтальном бурении на территории Западно-Каюмовского лицензионного участка, заключенному с АО «Каюм Нефть». 

Пунктом 1.3 кредитного договора № 

<

***> (ООО «Билдинг Групп») установлено, что кредит предоставляется заемщику для возврата аванса, полученного по агентскому договору от 26.01.2017 № БГ/КН 260117, заключенному с АО «Каюм Нефть».  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 15.07.2022 по делу № А40-101786/2018 признан недействительным кредитный договор от 31.03.2017 № 

<

***>. 

В ходе судебного разбирательства по указанному делу судами установлено, что 31.03.2017, после получения кредита, ООО «Восток» осуществило перевод денежных средств в размере 1 200 000 000 руб. на расчетный счет АО «Каюм-Нефть» с назначением платежа: по соглашению от 10.01.2017 о расторжении договора № В/КН–102017 от 10.01.2017 на услуги по выполнению бурения. 

Как сообщило ПАО Банк «Югра» в отзыве от 16.06.2023, 18.05.2017 договор гарантийного банковского счета № 2 от 31.03.2017, заключенный между ПАО «Банк ЮГРА» и АО «Каюм Нефть» в обеспечение исполнения обязательств ООО «Восток» был расторгнут по соглашению сторон, денежные средства, размещенные на депозитном счете возвращены Банком в АО «Каюм Нефть» (строка выписки по счету АО «Каюм Нефть» № 6196). 

Затем, частично денежные средства расходовались на собственные нужды, а 25.05.2017 были перечислены на новый депозитный счет в составе суммы 4 500 000 000 рублей (строка выписки по счету АО «Каюм Нефть» № 6237). 

При этом АО «Каюм Нефть» получило выплату процентов по договору гарантийного банковского депозита № 4 от 31.03.2017 в размере 37 610 958 руб. 90 коп. (операция от 18.05.2017, строка выписки № 6194), а также выплату процентов по договору СтСЮЛ-F01-17-309 от 25.05.2017 в размере 32 059 589 руб. 04 коп., что свидетельствует об извлечении обществом дополнительной прибыли (строка выписки № 6349). 

В период с 13.06.2017 по 16.07.2017 (строки №№ 6309, 6323, 6337, 6350) денежные средства были изъяты с депозитного счета и перечислены на расчетный счет АО «Каюм Нефть». В дальнейшем, как следует из выписки по счету, денежные средства расходовались на собственные нужды АО «Каюм Нефть», а большая часть была перечислена на счет АО «Каюм Нефть» в АО «Газпромбанк» (03.07.2017, строка выписки № 6432). 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.04.2022 по делу № А40- 14744/2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2022, кредитный договор от 31.03.2017 № 

<

***> признан недействительным. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.06.2023 судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Тем не менее, в ходе судебного разбирательства по указанному делу судами установлено, что в соответствии с выпиской в отношении счетов ООО «Билдинг групп», открытых в ПАО Банк «Югра», за период с 01.03.2017 по 30.04.2017, ПАО Банк «Югра» 31.03.2017 произведена выдача денежных средств по договору от 31.03.2017 № 

<

***> в размере 3 188 150 200 руб.

В тот же день, 31.03.2017, согласно операции № 226 ООО «Билдинг групп» произведен платеж в адрес АО «Каюм нефть» в размере 3 188 150 200 руб. 

Согласно выписке по счету в отношении АО «Каюм Нефть» за период с 01.03.2017 по 30.04.2017 полученные АО «Каюм Нефть» от ООО «Билдлинг групп» денежные средства в размере 3 188 150 200 руб. в соответствии с операцией № 305 переведены по договору гарантийного банковского депозита от 31.03.2017 № 3 на счет в ПАО Банк «Югра». 

В отзыве от 16.06.2023 ПАО Банк «Югра» подтверждены вышеприведенные обстоятельства, а также сообщено, что 18.05.2017 договор гарантийного банковского счета от 31.03.2017 № 3, заключенный между ПАО «Банк ЮГРА» и АО «Каюм Нефть» в обеспечение исполнения обязательств ООО «Билдинг Групп», был расторгнут по соглашению сторон, денежные средства, размещенные на депозитном счете, возвращены Банком в АО «Каюм Нефть» (строка выписки по счету АО «Каюм Нефть» № 6198). 

Затем, частично денежные средства расходовались на собственные нужды, а 25.05.2017 были перечислены на новый депозитный счет в составе суммы 4 500 000 000 руб. (строка выписки по счету АО «Каюм Нефть» № 6237). 

В период с 13.06.2017 по 16.07.2017 (строки №№ 6309, 6323, 6337, 6350) денежные средства были изъяты с депозитного счета и перечислены на расчетный счет АО «Каюм Нефть». 

В дальнейшем, как следует из выписки по счету, денежные средства расходовались на собственные нужды АО «Каюм Нефть», а большая часть была перечислена на счет АО «Каюм Нефть» в АО «Газпромбанк» (03.07.2017, строка выписки № 6432). 

Выше приведенные обстоятельства подтверждают, что фактическим получателем денежных средств по кредитным договорам от 31.07.2017 №№ 

<

***> (ООО «Восток»), 

<

***> (ООО «Билдинг Групп») является само АО «Каюм Нефть».

То есть в любом случае у АО «Каюм Нефть» сохраняется обязательство перед ПАО «Банк Югра». 

В связи с изложенным отсутствуют основания считать, что оспариваемым договором поручительства причинен вред правам и законным интересам кредиторов должника. 

Доводы апелляционной жалобы об обратном не свидетельствуют.

Отклоняя довод заявителя о том, что оспариваемая сделка в действительности была направлена на исполнение предписаний ЦБ РФ, суд первой инстанции принял во внимание правовую позицию, изложенную в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.04.2022 № 305-ЭС20-15145 (5): «Как указывают в представленных пояснениях заявитель и уполномоченный орган, в рассматриваемом случае весь бизнес, подконтрольный бывшему бенефициару банка ФИО14 можно условно разделить на три группы: финансы, нефтедобыча и недвижимость. При этом контроль, кредитование экономически взаимосвязанных групп нефтедобычи и недвижимости осуществлялись бенефициаром преимущественно за счет денежных средств банка. По оценке заявителя большая часть всех кредитов, выдаваемых банком, направлялись на финансирование собственного бизнеса бенефициара в сфере недвижимости и нефтедобычи. Таким образом, успешная деятельность банка по привлечению вкладов от третьих лиц, являлась главным составляющим развития бизнеса в сфере нефтедобычи и недвижимости. В таком случае заключение обеспечительных договоров компаниями, входящими в группу нефтедобычи, в пользу своего финансового центра (ПАО Банк «Югра») по ранее предоставленным им аффилированным заемщикам необеспеченным кредитам могло иметь разумный экономический мотив – обеспечение выполнения предписаний регулятора с целью сохранения этой кредитной организации, находящейся под угрозой отзыва лицензии на осуществление банковских операций, к услугам которой периодически обращались члены группы для пополнения оборотных активов, развития их проектов при нехватке свободных денежных средств. 

Восстановление финансовой устойчивости входящего в группу банка позволило бы продолжить финансирование деятельности всей группы в целом. Указанный мотив может объяснить экономическую целесообразность совершенных обеспечительных сделок для группы в целом – спасти консолидированный, имеющий свой источник 9 А75-21122/2019 финансирования бизнес. Безусловно, наличие у контролирующего лица экономических мотивов в совершении сделки само по себе не исцеляет ее от пороков недействительности с точки зрения критерия причинения вреда кредиторам конкретного должника. 

Однако помимо непосредственных персональных интересов у организации, входящей в корпоративную группу, имеется, как правило, и групповой интерес, конечной целью которого является прибыльность деятельности группы в целом. Реализация группового интереса способствует не только процветанию корпоративной группы, но в то же время и каждого ее участника, в том числе того, который, формально пренебрегая своими персональными интересами, совершил для себя (и своих кредиторов) не выгодную сделку. 

Определяя баланс между общим интересом корпоративной группы и личными интересами ее участника, необходимо исходить из того, что не подлежат квалификации как незаконные те действия участника группы, которые будучи направленными на реализацию группового интереса, не стали причиной объективного банкротства такого участника. Соответственно, с учетом установленной структуры бизнеса группы выяснению при рассмотрении настоящего дела подлежал вопрос о причинах банкротства должника. 

Опровергая доводы о направленности сделок на причинение вреда кредиторам должника агентство не ограничивалось утверждениями о том, что экономическая целесообразность заключения договоров была обусловлена необходимостью исполнения предписаний регулятора. Как полагало агентство, к банкротству должника привели иные, не связанные с предоставлением обеспечения обстоятельства. Являясь нефтяной компанией, находящийся в промышленной стадии эксплуатации нефтяного месторождения, должник после выдачи спорного обеспечения продолжил вести свою обычную хозяйственную деятельность и извлекать прибыль. 

Переломным в бизнесе всей группы компаний явился момент отзыва лицензии у банка (28.07.2017), после чего должник начал принимать активные действия по выводу активов для сохранения уже бывшим конечным бенефициаром банка фактического контроля над ними: в сентябре 2017 года было создано дочернее предприятие – общество с ограниченной ответственностью «Матюшкинский участок», на которое в апреле 2018 года произведено переоформление лицензии должника на эксплуатацию нефтяного месторождения». 

Суд первой инстанции признал обоснованными возражения ПАО Банк «Югра» со ссылкой на указанное Определение Верховного Суда Российской Федерации о том, что цель сохранения кредитной организации может являться разумным обоснованием заключения оспариваемого договора и сама по себе не является порочной. Указанный мотив также может объяснить экономическую целесообразность совершенной сделки как для должника, так и для группы в целом – спасти консолидированный, имеющий свой источник финансирования бизнес. 

Судом также отмечено, что помимо непосредственных персональных интересов АО «Каюм Нефть», существует и групповой интерес, конечной целью которого является прибыльность деятельности группы в целом. Реализация группового интереса (в данном случае, как утверждает заявитель, спасение ПАО Банк «Югра») способствует не только процветанию корпоративной группы, но в то же время АО «Каюм Нефть», которое на первой взгляд формально пренебрегая своими персональными интересами, совершил для себя невыгодную сделку. 

Определяя баланс между общим интересом корпоративной группы и личными интересами ее участника, необходимо исходить из того, что не подлежат квалификации как незаконные те действия участника группы, которые будучи направленными на реализацию группового интереса, не стали причиной объективного банкротства такого участника. 

Указанные выводы находят подтверждение и в определении Верховного суда Российской Федерации от 24.10.2022 № 305-ЭС21-24325 (4) по делу № А41- 39629/2019 по схожему делу. 

В ходе судебного разбирательства не доказано, что оспариваемый договор явился причиной объективного банкротства АО «Каюм Нефть». 

По аналогичным основаниям отклонены доводы о мнимости оспариваемой сделки: все поведение заинтересованных лиц свидетельствует о реальности поручительских обязательств АО «Каюм Нефть», направленности их на сохранение общего материального благополучия группы в целом и АО «Каюм Нефть» – в частности.

Относительно доводов заявителя о применении положений статей 10, 168 ГК РФ суд первой инстанции правомерно отметил, что заявителем не раскрыто, каким образом пороки оспариваемой сделки выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Напротив, доводы о незаконности оспариваемой сделки, указываемые Банком, полностью подпадают под регулирование вышеуказанной нормы права – вредоносность договора поручительства и причинение его заключением вреда имущественным правам кредиторов должника. 

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом обстоятельства дела исследованы полно и всесторонне, спор в рассматриваемой части разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции в части отказа «Газпромбакн» (АО) в удовлетворении требований о признании сделки недействительной у апелляционного суда не имеется.

Апелляционные жалобы «Газпромбанк» (АО) и МИ ФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2 , в части доводов о признании сделки недействительной, удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

по результатам рассмотрения апелляционных жалоб определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры по делу № А75-21122/2019 от 03.10.2023 в части рассмотрения заявления публичного акционерного общества Банк «Югра» о включении в реестр требований кредиторов акционерного общества «Каюм Нефть» отменить. Принять в этой части новый судебный акт. Производство по заявлению публичного акционерного общества Банк «Югра» о включении в реестр требований кредиторов акционерного общества «Каюм Нефть» в размере 11 663 190 094 руб. 90 коп. прекратить.

            В остальной части определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры по делу № А75-21122/2019 от 03.10.2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

М.М. Сафронов

Судьи

 

О.Ю. Брежнева

О.В. Дубок