Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А59-35/2020

г. Владивосток

11 января 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 января 2023 года.

 

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего С.М. Синицыной,

судей Е.А. Грызыхиной, С.Б. Култышева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

открытого акционерного общества «Южно-Сахалинский рыбозавод»,

апелляционное производство № 05АП-7821/2022

на решение от 01.11.2022 судьи П.Б. Мисилевич

по делу № А59-35/2020 Арбитражного суда Сахалинской области

по иску открытого акционерного общества «Южно-Сахалинский рыбозавод»

(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к публичному акционерному обществу «Мобильные ТелеСистемы»

(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третье лицо: закрытое акционерное общество «Корсаковский консервный завод»,

о взыскании неосновательного обогащения в размере 16 696 006 рублей 89 копеек,

при участии:

от истца: не явились,

от ответчика: представитель ФИО2 по доверенности от 16.07.2021,

от третьего лица: не явились, 

 

УСТАНОВИЛ:

Открытое акционерное общество «Южно-Сахалинский рыбозавод» (далее – истец, ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод») обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Мобильные ТелеСистемы» (далее – ответчик, ПАО «МТС») о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости неосновательно сбереженной арендной платы в размере 16 696 006 рублей 89 копеек (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 20.01.2020 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требований относительно предмета спора, привлечено закрытое акционерное общество «Корсаковский консервный завод».

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 01.11.2022 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 307 200 рублей неосновательного обогащения, в удовлетворении исковых требований в остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, истец обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что о нарушении права истца и о надлежащем ответчике конкурсный управляющий узнала только из ответа Роскомнадзора от 18.12.2019, следовательно, именно с указанной даты подлежит исчислению срок исковой давности. Также полагает, что к настоящим правоотношениям не подлежат применению правила о сроке исковой давности, так как нарушение прав истца носило длящийся характер. По мнению апеллянта, результаты судебной экспертизы являются недостоверными, поскольку экспертом применена недостоверная методология для своего исследования (доходный подход вместо сравнительного), использована неверная формула для своего расчета. Также отмечает, что экспертом в своем заключении было допущено множество технических ошибок и опечаток. На основании изложенного апеллянт ходатайствует о назначении повторной экспертизы по делу с изменением формулировки вопросов для эксперта.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 10.01.2023.

До начала судебного заседания через канцелярию суда от ответчика поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ был приобщен к материалам дела. В отзыве ответчик просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседание суда 10.01.2023 истец и третье лицо, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, не явились, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие указанных лиц.

Апелляционным судом установлено, что решение обжалуется истцом в части отказа в исковых требованиях.

Поскольку возражений против проверки решения в указанной части  лицами, участвующими в деле, заявлено не было, суд апелляционной инстанции в соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность решения только в данной части.

Представитель ответчика возразил против доводов апелляционной жалобы, а также против удовлетворения ходатайства о проведении повторной судебной экспертизы, обжалуемое решение счел законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Рассмотрев ходатайство истца о проведении повторной оценочной экспертизы, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В соответствии с частью 3 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции.

Поскольку из материалов дела следует, что соответствующее ходатайство заявлялось ответчиком при рассмотрении дела в суде первой инстанции и в его удовлетворении было отказано, апелляционный суд рассматривает заявленное ходатайство по существу.

Частью 2 статьи 87 АПК РФ предусмотрено, что в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

По смыслу указанной нормы вопрос о назначении повторной экспертизы отнесен на усмотрение суда и является его правом, а не обязанностью, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Однако, оценив имеющееся в материалах дела экспертное заключение от 11.03.2022 в совокупности иными доказательствами, судебная коллегия не находит сомнений в его обоснованности, а также противоречий в выводах эксперта, осуществлявшего экспертизу, что в соответствии с частью 2 статьи 87 АПК РФ является основанием для отказа в удовлетворении ходатайства ответчика.

Более того, заявляя ходатайство о назначении повторной экспертизы, ответчик не представил сведений о возможности проведения данной экспертизы указанной ей экспертной организацией (ООО «Агентство оценки «Гранд Истейт»), сроках ее проведения и стоимости, не обеспечил оплату работы экспертов путем внесения на депозит суда денежных средств.

Ко всему прочему, судебная коллегия установила, что по тексту своего ходатайства истец выражает свое несогласие с формулировками вопросов, поставленных на разрешение эксперта судом первой инстанции, и при назначении повторной экспертизы просит данные формулировки изменить.

В свою очередь, по смыслу части 2 статьи 87 АПК РФ проведение повторной экспертизы предполагается по тем же вопросам, что и в рамках первоначальной экспертизы.

С учетом изложенных норм процессуального законодательств и обстоятельств настоящего дела ходатайство ответчика о назначении повторной судебной экспертизы удовлетворению не подлежит, а его довод о том, судом первой инстанции было необоснованно отказано в удовлетворении аналогичного ходатайства, подлежит отклонению.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, заслушав представителя ответчика, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Сахалинской области от 10.12.2014 по делу №А59-4605/2014 ликвидируемый должник – ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод» признан несостоятельным (банкротом), в отношении общества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 25.11.2015 по делу №А59-4605/2014 признана недействительной сделка по передаче в собственность ЗАО «Корсаковский консервный завод» имущества в порядке универсального правопреемства на основании разделительного баланса, утвержденного решением общего собрания акционеров ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод» №1 от 16.07.2013, принятого в соответствии с протоколом общего собрания акционеров от 11.07.2013 №1. В порядке применения последствий недействительности сделки на ЗАО «Корсаковский консервный завод» возложена обязанность возвратить ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод» имущество согласно резолютивной части определения, в том числе, объекты недвижимости, расположенные на территории по адресу: 

<

...>.

Определениями Арбитражного суда Сахалинской области от 16.09.2019 по делу №А59-4605/2014 конкурсным управляющим ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод» утверждена ФИО4.

При осмотре производственной территории ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод», расположенной по адресу 

<

...>, конкурсным управляющим ФИО4 было установлено, что на одном из производственных зданий установлена базовая станция беспроводной сотовой связи, принадлежащая ПАО «МТС».

С целью проверки данной информации конкурсным управляющим сделан запрос в Управление Роскомнадзора по Дальневосточному федеральному округу, в ответ на который Управление письмом №27232-09/27 от 18.12.2019 сообщило, что по адресам, указанным в запросе, установлены базовые станции сети подвижной радиотелефонной связи следующих операторов сотовой связи:

- БС №65-210 стандарта GSM 900/1800 (

<

...>, территория ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод») оператор ПАО «Мобильные ТелеСистемы»;

- БС №65-210 стандарта LTE (

<

...>) оператор ПАО «Мобильные ТелеСистемы»;

- БС №85817 стандарта GSM 900/1800 (

<

...>) оператор ПАО «Вымпел-Коммуникации».

Станция, расположенная на кровле здания по адресу: 

<

...>, лит.К, размещена на основании договора аренды №D150537550-09 от 15.10.2015, заключенного между ЗАО «Корсаковский консервный завод» и ПАО «МТС».

Полагая, что договор аренды спорного имущества, заключенный между ПАО «МТС» и ЗАО «Корсаковский консервный завод», является недействительной сделкой, истец направил в адрес ответчика претензию от 10.12.2019 №267 с требованием произвести оплату за фактическое пользование имуществом истца, начиная с 24.03.2016.

Ответным письмом от 17.12.2019 №ДВ 03/00112и ответчик в удовлетворении требования отказал, ссылаясь на то, что у него уже существуют обязательства по внесению арендной платы за пользование спорным имуществом на основании договора аренды № D150537550-09 от 15.10.2015.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод» в Арбитражный суд Сахалинской области с настоящим иском.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе вследствие неосновательного обогащения.

По правилам пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило (пункт 2 статьи 1105 ГК РФ).

В соответствии со статьей 303 ГК РФ при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе также потребовать от лица, которое знало или должно было знать, что его владение незаконно (недобросовестный владелец), возврата или возмещения всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения; от добросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества.

В пункте 12 постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 №73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» (далее – постановление №73) разъяснено, что при рассмотрении споров по искам собственника, имущество которого было сдано в аренду неуправомоченным лицом, о взыскании стоимости пользования этим имуществом за период его нахождения в незаконном владении судам необходимо учитывать, что они подлежат разрешению в соответствии с положениями статьи 303 ГК РФ, которые являются специальными для регулирования отношений, связанных с извлечением доходов от незаконного владения имуществом, и в силу статьи 1103 ГК РФ имеют приоритет перед общими правилами о возврате неосновательного обогащения (статья 1102, пункт 2 статьи 1105 ГК РФ). Указанная норма о расчетах при возврате имущества из чужого незаконного владения подлежит применению как в случае истребования имущества в судебном порядке, так и в случае добровольного возврата имущества во внесудебном порядке невладеющему собственнику лицом, в незаконном владении которого фактически находилась вещь.

В связи с изложенным собственник вещи, которая была сдана в аренду неуправомоченным лицом, при возврате ее из незаконного владения вправе на основании статьи 303 ГК РФ предъявить иск к лицу, которое заключило договор аренды, не обладая правом собственности на эту вещь и не будучи управомоченным законом или собственником сдавать ее в аренду, и получало платежи за пользование ею от арендатора, о взыскании всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь, при условии, что оно при заключении договора аренды действовало недобросовестно, то есть знало или должно было знать об отсутствии правомочий на сдачу вещи в аренду. От добросовестного арендодателя собственник вправе потребовать возврата или возмещения всех доходов, которые тот извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности сдачи имущества в аренду.

Такое же требование может быть предъявлено собственником к арендатору, который, заключая договор аренды, знал об отсутствии у другой стороны правомочий на сдачу вещи в аренду. В случае если и неуправомоченный арендодатель, и арендатор являлись недобросовестными, они отвечают по указанному требованию перед собственником солидарно (пункт 1 статьи 322 ГК РФ).

По смыслу вышеуказанных норм и разъяснений к ним, удовлетворение иска, основанного на положениях статьи 303 ГК РФ, в отличие от правил пункта 2 статьи 1102 ГК РФ, зависит от добросовестности поведения приобретателя (арендатора) имущества. Лицо, распорядившееся чужим имуществом, и лицо, получившее от него имущество, считаются добросовестным, если они не знали и не могли знать об отсутствии у первого лица правомочий по распоряжению вещью.

Как было установлено выше, ответчик использовал спорное имущество истца в целях размещения своего оборудования на основании договора аренды №D150537550-09 от 15.10.2015, заключенного с ЗАО «Корсаковский консервный завод».

На момент заключения данного договора и передачи соответствующего имущества ответчику в аренду в ЕГРП в качестве собственника такого имущества было указано ЗАО «Корсаковский консервный завод», отметки о судебном споре в отношении этого имущества в ЕГРП не имелось. Последующее внесение в ЕГРП изменений относительно того, что собственником спорных объектов является ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод», было осуществлено лишь в декабре 2016 года.

Как разъяснено в абзацах третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

С учетом изложенных обстоятельств, апелляционная коллегия приходит к выводу, что ПАО «МТС» являлся добросовестным арендатором спорного имущества, поскольку к моменту приобретения его в аренду оно не знало и не могло знать об отсутствии у ЗАО «Корсаковский консервный завод» правомочий на сдачу вещи в аренду. Доказательств обратного истец в материалы дела не представил.

Однако, учитывая, что с 01.04.2017 и по момент демонтажа оборудования (согласно пояснениям сторон – май 2021 года) ПАО «МТС» не вносило арендной платы за пользование спорным имуществом по договору аренды №D150537550-09 от 15.10.2015, ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод» как фактический собственник такого имущества вправе требовать платы за такое пользование в неоплаченный период.

Следовательно, исковые требования за период, предшествующий апрелю 2017 года, удовлетворению не подлежат.

Кроме того, ответчик заявил в суде первой инстанции ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 15 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» (далее – постановление №43), установлено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Также в пункте 16 постановления №43 разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

В силу пункта 5 статьи 4 АПК РФ срок, установленный для проведения обязательной процедуры (претензионный порядок), равен тридцати календарным дням со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 35 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019 (далее – Обзор №1 (2019)), из системного толкования пункта 3 статьи 202 ГК РФ и части 5 статьи 4 АПК РФ следует правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении), непоступление ответа на претензию в течение 30 дней либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день либо в последний день срока, установленного договором. Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока исковой давности приостанавливается на 30 дней либо на срок, установленный договором для ответа на претензию.

Поскольку истцом в адрес ответчика была направлена досудебная претензия от 10.12.2019 №267, ответ на которую поступил 17.12.2019, то течение срока исковой давности было приостановлено на семь календарных дней.

По смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу (пункт 24 постановления №43).

Таким образом, с учетом даты подачи настоящего иска (13.01.2020) истцом пропущен трехлетний срок исковой давности (приостановленный на 7 календарных дней) в отношении требований за период с 15.10.2015 до 06.01.2017, что в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске в данной части.

Довод апеллянта о том, что о нарушении права истца и надлежащем ответчике конкурсный управляющий узнала только из ответа Роскомнадзора от 18.12.2019, следовательно, именно с указанной даты подлежит исчислению срок исковой давности, подлежит отклонению в силу следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 постановления №43, течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком. Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

В соответствии со статьей 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Поскольку настоящие исковые требования заявлены самим юридическим лицом, то в силу пункта 3 постановления №43 изменение состава органов ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод» (в частности, смена конкурсного управляющего) не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Апелляционный суд обращает внимание, что пункт 1 статьи 200 ГК РФ связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом фактического осведомления истца о нарушении своего права и надлежащем ответчике, но и с моментом, когда истец должен был узнать о таких обстоятельствах.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, установление в законе общего срока исковой давности, то есть срока для защиты интересов лица, право которого нарушено, а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота (определения от 21.03.2013 №450-О, от 29.03.2016 №548-О, от 28.02.2017 №392-О и др.).

Следовательно, абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ как сам по себе, так и с учетом разъяснения, содержащегося в пункте 15 постановления №43, не может расцениваться как нарушающий какие-либо конституционные права и свободы заявителя.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ в определении от 07.09.2020 №78-КГ20-25-К3 также изложила правовую позицию, что такое правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и о защите своих прав.

Действующее законодательство связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо в силу своих компетенций и полномочий должно было узнать о таком нарушении права.

Учитывая изложенные разъяснения, ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод» в лице своих уполномоченных органов должно было узнать как о факте использования своего имущества, так и о лице, осуществлявшим такое пользование, не позднее декабря 2016 года, то есть с момента, когда спорное здание перешло в фактическое владение истца. С указанного момента общество имело возможность и было обязано провести инвентаризацию возращенного ему на основании судебного акта имущества и установить факт незаконного размещения на кровле принадлежащего ему здания оборудования, а также лицо, являющегося собственником такого оборудования.

Позиция апеллянта о том, что к настоящим правоотношениям не подлежат применению правила о сроке исковой давности, так как нарушение прав истца носило длящийся характер, не принимается судебной коллегией как основанная на неверном толковании норм материального прав, в частности, статьи 208 ГК РФ.

В остальной части исковых требований возражения апеллянта сводятся к несогласию с размером неосновательного обогащения, определенного судом первой инстанции на основании размера арендной платы за пользование спорным имуществом, предусмотренного условиями договора аренды №D150537550-09 от 15.10.2015, заключенного между ПАО «МТС» и ЗАО «Корсаковский консервный завод», – 6 400 рублей в месяц.

В целях проверки обоснованности возражений истца о заниженном размере арендной платы, определением Арбитражного суда Сахалинской области от 17.11.2021 по настоящему делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Максимус» ФИО5.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

- какова рыночная стоимость пользования частью нежилого помещения 2-го этажа площадью 7 кв.м, расположенного в 

<

...> производственная база, д. 46 (50-52 К литер) за месяц по состоянию на 01.05.2021 (дата прекращения пользования), без учета электроэнергии, коммунальных и иных эксплуатационных услуг?

- какова рыночная стоимость пользования частью кровли 0,5 кв.м, расположенной в 

<

...> производственная база д. 46 (50-52 К литер) за месяц по состоянию на 01.05.2021 (дата прекращения пользования), без учета электроэнергии, коммунальных и иных эксплуатационных услуг?

По результатам проведения судебной экспертизы, изложенным в заключении эксперта от 11.03.2022, был сделан вывод:

- по первому вопросу – рыночная стоимость пользования частью нежилого помещения 2-го этажа площадью 7 кв.м за месяц по состоянию на 01.05.2021 составляет 305 руб./мес.;

по второму вопросу – рыночная стоимость пользования частью кровли 0,5 кв.м  по состоянию на 01.05.2021 составляет 784 руб./мес.

В соответствии с частями 4, 5 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно части 3 статьи 86 АПК РФ заключение эксперта исследуется наряду с другими доказательствами по делу.

Повторно изучив заключение эксперта от 11.03.2022 по правилам статей 71 и 86 АПК РФ, судебная коллегия установила, что оно соответствует требованиям, установленным действующим законодательством, содержит в себе полное и всестороннее описание хода и результатов произведенных исследований. В процессе исследования экспертом не допущено ошибок методического характера, нарушений норм закона, которые могли бы повлиять на сделанные выводы.

Квалификация эксперта, проводившего экспертизу, соответствует требованиям, предусмотренным Федеральным законом от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ).

Более того, судебный эксперт был дважды вызван для участия в судебных заседаниях суда первой инстанции, в которых дал исчерпывающие ответы на вопросы суда и участников спора, предварительно дав подписку о том, что предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний в соответствии со статьей 307 УК РФ.

Вместе с тем, истец счел вышеуказанное экспертное заключение ненадлежащим доказательством по делу, сославшись, в том числе, на то, что экспертом применена недостоверная методология для своего исследования (доходный подход вместо сравнительного), использована неверная формула для своего расчета.

Однако, как было справедливо отмечено экспертом в своих устных и письменных пояснениях, применение им доходного подхода взамен сравнительного было обусловлено отсутствием данных о рынке предоставления права пользования помещениями и другими конструктивными элементами зданий для размещения оборудования сотовой связи в Сахалинской области.

В исследовательской части заключения («анализ рынка») экспертом было отмечено, что непреложным является факт отсутствия влияния качества сдаваемых в пользование элементов конструкции на величину возмездной платы. С точки зрения эксплуатации   объекта   недвижимости   величина   возмездной   платы   за   право (совместного) пользования конструктивными элементами будет несущественной по сравнению с целевым использованием здания. Соответственно, здесь нельзя провести аналогию с обычными договорами аренды объектов недвижимости, где арендная плата формируется на базе функционального использования помещений и напрямую зависит от  их технических характеристик. Определяющим фактором ценообразования в этих случаях (в нашем случае – размещение оборудования базовой станции сотовой сети) будет потенциальная клиентская база в данном месте и в данное время.

Поэтому ценообразование платы за пользование конструктивными элементами объекта недвижимости формируется не качеством помещения и кровли, а тем трафиком потенциальных клиентов, который может предоставить местоположение здания, в котором размещается БС, то основную роль в ценообразовании платы за право пользования конструктивными элементами здания играет бизнес операторов сотовой связи.

Важными параметрами, характеризующими деятельность операторов сотовой связи, являются:

- Кпр - коэффициент проникновения сотовой связи - количество сим-карт на одного жителя;

- ARPU (Average Rate Per User) – среднемесячная выручка от продажи услуг сотовой связи в расчете на одного абонента;

- MOU (Minutes of usage per mount) - среднее количество минут на абонента в месяц.

Эти параметры могут служить исходными данными для оценки, они общедоступны и публикуются в аналитических обзорах по основным мобильным операторам с приемлемой для целей оценки периодичностью.

Согласно пояснениям эксперта указанные обстоятельства привели бы к некорректности использования данных по аренде мест под аппаратуру сотовой связи, расположенных в других регионах (на чем настаивал истец). Абсолютное влияние на стоимость аренды местоположения точки аренды потребовало бы расчета сложных,   значительных по своим показателям и весьма субъективных корректировок.

Экспертом отмечено, что данные, приведенные истцом, показывают значительный разброс стоимости аренды: от 856 руб./мес. до 36 008 руб./мес., при этом полученная в экспертном заключении величина – 1 089 руб./мес. укладывается в этот диапазон.

Относительно довода апеллянта об использовании неверной формулы для своего расчета эксперт пояснил, что исключение из такой формулы показателя «Операционные расходы (доля)» обусловлено формулировкой поставленных судом вопросов, подразумевающей определение рыночной стоимости пользования объектов оценки без учета электроэнергии, коммунальных и иных эксплуатационных услуг.

В отношении замечаний истца о наличии в экспертном заключении технических ошибок и опечаток эксперт также дал исчерпывающие пояснения о том, что подобные опечатки не повиляли на правильность результатов экспертизы, так как в расчетах использовались корректные данные.

Апелляционный суд отмечает, что, в целом, эксперт свободен и самостоятелен в выборе источников информации, а также нормативных, методических и технических средств для проведения своего исследования и дачи ответа на поставленный ему вопрос. Общая методология и обоснование этапов провидимого исследования были изложены экспертом в исследовательской части заключения, а также дополнительно в своих письменных пояснениях на вопросы истца. Следовательно, все возражения апеллянта в данной части являются несостоятельными.

Каких-либо доказательств, опровергающих выводы, установленные судебной экспертизой по существу, апеллянтом спора в материалы дела представлено не было, следовательно, его доводы относительно результатов судебной экспертизы являются формальными и, по своей сути, и сводятся к несогласию с выводами экспертного заключения.

На основании изложенных обстоятельств апелляционная коллегия признает экспертное заключение от 11.03.2022 надлежащим доказательством по делу, опровергающим позицию истца о том, что размер арендной платы за пользование спорным имуществом, предусмотренной договором №D150537550-09 от 15.10.2015, не соответствует рыночной стоимости.

В силу статьи 12 Федерального закона от 29.07.1998 №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об оценочной деятельности) итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

С учетом установленных выше обстоятельств, ОАО «Южно-Сахалинский рыбозавод» имеет право на взыскание с ПАО «МТС» платы за пользование спорным имуществом в период с апреля 2017 года по март 2021 года включительно (48 месяцев) в размере, предусмотренном договором аренды №D150537550-09 от 15.10.2015 – 6 400 рублей в месяц.

Проверив расчет суммы неосновательного обогащения, произведенный судом первой инстанции, апелляционная коллегия признает его обоснованным, арифметически верным в размере 307 200 рублей (48 месяцев * 6 400 рублей), в связи с чем исковые требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в указанном размере, в удовлетворении иска в части требований, превышающих данную сумму, судом первой инстанции отказано правомерно.

Таким образом, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Следовательно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного акта в обжалуемой части не имеется.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Сахалинской области от 01.11.2022 по делу №А59-35/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение двух месяцев.

 

Председательствующий

 

С.М. Синицына

Судьи

Е.А. Грызыхина

 

С.Б. Култышев