ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№11АП-14612/2022

Дело № А55-29238/2020

г. Самара

17 ноября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена  14 ноября 2022 года 

Постановление в полном объеме изготовлено 17 ноября 2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А.,

судей Гадеевой Л.Р., Машьяновой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от ФИО2 - представитель ФИО3 по доверенности от 20.05.2021 г.,

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 14 ноября 2022 года в помещении суда в зале № 2, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 на определение Арбитражного суда Самарской области от 28 июля 2022 года об отказе в удовлетворении заявления (вх.№46396 от 18.02.2021) к ФИО2, ФИО5, ФИО6, об признании недействительной сделки и применения последствий недействительности, а также взыскания судебных расходов должника в рамках дела №А55-29238/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Деметра» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом), мотивируя заявленные требования неисполнения должником требования кредитора по денежным обязательствам.

Определением суда от 28.10.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника.

Определением от 28.05.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23.11.2021 должник признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества должника. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

Финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки, в котором просил:

1. Признать недействительной сделку от 13.03.2017 г. по выходу ФИО2 из состава участников ООО «Прокам» (ИНН 

<

***>).

2. Признать недействительной запись о внесении в ЕГРЮЛ данных об исключении ФИО2 из состава участников ООО «Прокам» (ИНН 

<

***>).

3. Признать недействительной сделку от 21.02.2017 г. по принятию ФИО5 в состав участников ООО «Прокам» (ИНН 

<

***>).

4. Признать недействительной запись о внесении в ЕГРЮЛ данных о принятии ФИО5 в состав участников ООО «Прокам» (ИНН 

<

***>).

5. Признать недействительной сделку от 21.02.2017 г. по принятию ФИО6 в состав участников ООО «Прокам» (ИНН 

<

***>).

6. Признать недействительной запись о внесении в ЕГРЮЛ данных о принятии ФИО6 в состав участников ООО «Прокам» (ИНН 

<

***>).

7. Применить последствия признания сделки недействительной, предусмотренные п.1 ст.61.6 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», восстановить права ФИО2 на долю в размере 100 % уставного капитала в ООО «Прокам» (ИНН 

<

***>).

Определением суда от 06.06.2022 к участию в обособленном споре привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, относительно предмета спора, ООО «Т Инжиниринг», Управление ФНС России по Республике Татарстан.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28 июля 2022 года в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО4 (вх.№46396 от 18.02.2021) к ФИО2, ФИО5, ФИО6, об оспаривании сделки и применения последствий недействительности сделки  отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО4 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт, удовлетворив заявленные требования.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04 октября 2022 года апелляционная жалоба принята к производству. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании представитель ФИО2 просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещены (направлением почтовых извещений и размещением информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ) в связи с чем суд вправе рассмотреть дело в отсутствии представителей сторон согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда не усматривает оснований для отмены определения суда.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В порядке пункта 1, 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве финансовый управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании сделок от 13.03.2017, 21.02.2017 недействительными в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

По состоянию на 20.02.2017 Должник владел долей в размере 100 % в уставном капитале ООО «Прокам» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, Республика Татарстан г. Нижнекамск).

Финансовый управляющий указывал, что ООО «ПРОКАМ» (ИНН 

<

***>) создано путем реорганизации ЗАО «ПРОКАМ» 05.11.2012.

07.05.2015 ФИО2 стал единственным участником ООО «Прокам».

19.12.2016 снят запрет ФССП на совершение регистрационных действий в отношении доли ФИО2 в ООО «Прокам».

21.02.2017 на основании Соглашения об уступке права требования от 14.10.2016 Залогодержателем доли становится ООО «Т Инжиниринг» (ИНН 

<

***>), директором и участником которого является Резяпов Газизжон (отец ответчика ФИО6).

21.02.2017 ФИО6 и ФИО5 подали заявление о включении их в состав участников ООО «Прокам».

22.02.2017 ФИО2 как единственный участник принимает решение о принятии их в ООО «Прокам» и увеличении уставного капитала.

02.03.2017 происходит регистрация нового состава участников.

13.03.2017 ФИО2 оформил нотариальное заявление о выходе из состава участников ООО «Прокам», в тот же день составлен протокол о перераспределении доли между оставшимися участниками ФИО6 и ФИО5 

20.03.2017 произведена  регистрация изменений в ЕГРЮЛ.

Согласно отзыву Управления ФНС России по Республике Татарстан в связи с тем, что представленные заявителем документы соответствовали требованиям действующего законодательства, в ЕГРЮЛ внесена запись 20.03.2017 за ГРН 2171690473040. Кроме того, согласно Информационного ресурса «Ограничения» программного комплекса АИС «Налог-3» запрет на регистрационные действия о внесении изменений в учредительные документы юридического лица ООО «Прокам» снят 10.02.2017.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федеральный закон от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Оспариваемые сделки совершены 13.03.2017 и 21.02.2017.

В качестве основания для признания сделок недействительными финансовый управляющий приводил положения ст. 10, 168 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Вместе с тем, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

По смыслу правовой позиции,  приведенной в  определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом.

Финансовый управляющий в обоснование своих доводов указывал на то, что сделки совершены при неравноценном встречном представлении, в результате которого из конкурсной массы должника выбыли активы, которые должны быть направлены на погашение задолженности перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника, а также указывает, что целью спорных сделок являлось сокрытие имущества, на которое может быть обращено взыскание.

Заявленные цели не свидетельствуют о наличии пороков, которые выходят за пределы оснований обжалования сделок по ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, в силу чего суд отказал в признании сделок недействительными по ст. 10 и 168 ГК РФ, и проверил сделки на наличие презумпций, предусмотренных п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оснований для квалификации сделок по п. 1 ст. 61.2 и по ст. 61.3 Закона о банкротстве судом первой инстанции не установлено, поскольку спорные сделки совершены 13.03.2017 и 21.02.2017, а дело о банкротстве ФИО2 возбуждено 28.10.2020. 

В отношении наличия основания для признания сделки по п.2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд первой инстанции исходил из следующего.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением суда от 28.10.2020, оспариваемые сделки совершены - 13.03.2017, 21.02.2017, то есть за пределами срока, установленного пунктами 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в силу чего отсутствуют основания для оценки сделки по специальным нормам Закона о банкротстве.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ст. 9 АПК РФ).

В силу пункта 1 статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Сделка по передаче доли в ООО «Прокам» ФИО5 является возмездной, согласно ее письменному заявлению от 21.02.2017 она в случае принятия ее в ООО «Прокам» вносила денежный вклад в Уставной капитал в размере 60 000 рублей, что составит 30 % Уставного капитала юридического лица.

21 февраля 2017 года с аналогичным заявлением о принятии в участники ООО «Прокам» к директору ООО «Прокам» обратился ФИО6, который предложил в случае принятия его в ООО «Прокам» в качестве участника внести денежный вклад в Уставной капитал в размере 40 000 рублей, что составит 20 % Уставного капитала юридического лица.

21 февраля 2017 года решением единственного участника ООО «Прокам» ФИО2 в состав Участников ООО «Прокам» приняты ФИО5 и ФИО6, при этом уставной капитал ООО «Прокам» увеличился до 200 000 рублей путем внесения денежных средств в кассу юридического лица, что подтверждается приходно-кассовыми ордерами ООО «Прокам» № 1 и № 2 от 02 марта 2017 года. При этом доли участников согласно вышеуказанного решения единственного участника распределены следующим образом: ФИО2 - 50 % Уставного капитала, что составляет 100 000 рублей, ФИО5 - 30 % Уставного капитала, что составляет 60 000 рублей, ФИО6 -20 % Уставного капитала, что составляет 40 000 рублей.

Данные действия единственного участника не противоречили положениям Устава ООО «Прокам», оформлены надлежащим образом с согласия Ответчика и 3-их лиц по настоящему делу, с соблюдение ст. 19 ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

02 марта 2021 года все действия ООО «Прокам», составленные документы, направленные на регистрацию и признаны налоговым органом верными и правильными в связи с чем произошла их регистрация.

Выход ФИО2 из общества - это волеизъявление самого участника, которое не зависит от воли других участников общества, третьих лиц, совершена не во вред обществу с соблюдением действующего законодательства, при наличии согласия бывшей супруги должника.

Данные обстоятельства и указанные документы приобщены к материалам дела и были предметом судебного разбирательства также в рамках гражданского дела №2-4283/2020 рассмотренного Автозаводским районным судом г. Тольятти.

С учетом установленных обстоятельств дела, отсутствия совокупности, предусмотренной п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, и не доказанностью заявителем пороков, выходящих за пределы специальных норм, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания сделок недействительными по ст. 10 и 168 ГК РФ.

Доводы о недобросовестности действий должника отклонены судом.

В силу абзаца 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно абз. 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, судам следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Следовательно, для квалификации сделок как совершенных со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемые сделки заключены с целью реализовать какой-либо противоправный интерес.

Доказательств, подтверждающих злоупотребление правом сторонами при осуществлении оспариваемых сделок, материалы дела не содержат.

Доказательств, подтверждающих, что стороны при заключении спорных сделок действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам, либо злоупотребили правом в иных формах, в материалы дела также не представлено.

Доводы об аффилированности сторон, отклонены судебной коллегией, поскольку в условиях нормального гражданского оборота аффилированность сама по себе не свидетельствует как о недобросовестности сторон, так и о недействительности сделки. Соответствующий вывод может быть сделан лишь при установлении обстоятельств, указывающих на цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Однако, доказательств неравноценности встречного представления, а также совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, материалы дела не содержат.

Суд апелляционной инстанции считает выводы суда относительно отсутствия оснований для признания недействительными сделок по правилам ст. 10 и 168 ГК РФ, п.2 статьи 61.2 Закона о банкротстве правильными. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016, по общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы. 

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником- банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. 

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. 

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63). Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. 

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В данном случае обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, предусмотренных п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим не указаны и судом первой инстанции не установлены. 

Согласно правовой позиции, выработанной судебной практикой, баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. 

Следовательно, даже при доказанности всех признаков, на которых настаивал конкурсный управляющий, у суда не было оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствовал как минимум один из обязательных признаков – 3-х летний период подозрительности. 

Приведенные в апелляционной жалобе доводы финансового управляющего о совершении сделок между аффилированными лицами; направлении полученных денежных средств по сделкам на расчеты с аффилированными лицами, а не на расчеты с независимыми кредиторами; осуществлении должником функций руководителя общества после совершения сделки, то есть фактической подконтрольности ему организации не выходят за пределы недействительности сделки, предусмотренные ст.61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушений судом норм права, в связи с чем не имеется оснований для отмены судебного акта.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено, в связи с чем обжалуемое определение суда является законным и обоснованным.

В силу положений подпункта 2 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации исковые заявления о признании сделок недействительными оплачиваются государственной пошлиной. Согласно разъяснениям, данным в пункте 19 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 государственная пошлина уплачивается и в том случае, когда сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве.

Поскольку арбитражный управляющий при предъявлении от своего имени исков, связанных с недействительностью сделок должника, действует в интересах, в том числе и должника, и осуществляет полномочия, предоставляемые ему в рамках соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, для достижения целей соответствующих процедур, судебные расходы, связанные с рассмотрением дел по указанным искам осуществляются за счет должника (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на должника и подлежат взысканию в доход федерального бюджета в связи с предоставлением финансовому управляющему отсрочки при подаче апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 28 июля 2022 года по делу №А55-29238/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 (трех тысяч) рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

 

ПредседательствующийЯ.А. Львов

СудьиЛ.Р. Гадеева

А.В. Машьянова