ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-81591/2009

21 июня 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сд.31

Резолютивная часть постановления оглашена   13 июня 2023 года

Постановление изготовлено в полном объёме  21 июня 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Н.А. Морозовой, 

судей  С.М. Кротова, М.В. Тарасовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании:  

конкурсного управляющего ФИО2 по паспорту (посредством веб-конференции);

ФИО3 по паспорту;

от финансового управляющего ФИО4 ФИО5: ФИО6 (доверенность от 01.01.2022);

от ФИО4: ФИО7 (доверенность от 05.06.2023);

от ФИО8: ФИО9 (доверенность от 28.06.2022);

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера  13АП-9179/2023, 13АП-9174/2023, 13АП-9171/2023)  ФИО4, ФИО10 и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Импульс» ФИО2 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.02.2023 по делу № А56-81591/2009/сд.31, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Импульс» ФИО2 о признании недействительными сделок по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Импульс», ответчики: ФИО4 и его финансовый управляющий ФИО5; ФИО11; ФИО12;. ФИО13;. ФИО8; ФИО14; ФИО3;. ФИО15;. ФИО16;. ФИО17; ФИО18; ФИО19;. ФИО20; ФИО21; ФИО22; ФИО23; ФИО24; ФИО29; ФИО25; ФИО10; ФИО26; ФИО27, третьи лица: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу; гражданин ФИО28; акционерный коммерческий банк «Легион» (акционерное общество) в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», Прокуратура Санкт-Петербурга,

установил:

закрытое акционерное общества «Строительный трест № 28» обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Импульс»  несостоятельным (банкротом).

Определением от 29.10.2009 арбитражный суд возбудил производство по делу о банкротстве.

Определением от 22.02.2019 (резолютивная часть от 19.02.2019) арбитражный суд признал заявление кредитора обоснованным, ввёл в отношении ООО «СК «Импульс» процедуру наблюдения и утвердил в должности временного управляющего ФИО2.

Решением от 14.08.2019 (резолютивная часть от 13.08.2019) арбитражный суд признал ООО «СК «Импульс» несостоятельным (банкротом), ввёл в отношении него процедуру конкурсного производства и утвердил в должности конкурсного управляющего ФИО2

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд первой инстанции с заявлением (с учётом уточнения и привлечения соответчиков), в котором просил признать недействительными:  

- договоры №К-П-30-03/517 от 02.04.2012, №К-П-30-03/578 от 06.05.2013, №К-П-30-03/578/1 от 30.05.2013, №К-П-30-03/580/2 от 01.08.2013, заключённые между ООО «СК «Импульс» и ФИО4;

- договоры №К-П-30-03/604-8 от 02.12.2013, №К-П-30-03/604-11 от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-9 от 02.12.2013, №К-П-30-03/580/2-6 от 01.08.2013, №К-П-30-03/604-4 от 02.12.2013, №К-П-30-03/580-7 от 01.08.2013, №К-П-30-03/580-18 от 01.08.201, №К-П-30-03/580-8 от 01.08.2013, №К-П-30-03/517-1 от 02.04.2012, №К-П-30-03/517-2 от 02.04.2012, №К-П-30-03/580-9 от 01.08.2013, №К-П-30-03/580-10 от 01.08.2013, №К-П-30-03/580-11 от 01.08.2013, №К-П-30-03/604-1 от 02.12.2013, заключённые между ООО «СК «Импульс» и ФИО4;

- дополнительные соглашения о передаче прав и обязанностей по договорам №К-П-30-03/604-8 от 02.12.2013, №К-П-30-03/604-11 от 02.12.2013, №К-П-30-03/604-9 от 02.12.2013, №К-П-30-03/580/2-6 от 01.08.2013, №К-П-30-03/604-4 от 02.12.2013, №К-П-30-03/580-7 от 01.08.2013, №К-П-30-03/580-18 от 01.08.2013, №К-П-30-03/580-8 от 01.08.2013, №К-П-30-03/517-1 от 02.04.2012, №К-П-30-03/517-2 от 02.04.2012, №К-П-30-03/580-9 от 01.08.2013, №К-П-30-03/580-10 от 01.08.2013, №К-П-30-03/580-11 от 01.08.2013, №К-П-30-03/604-1 от 02.12.2013, заключённые между ФИО4 и ФИО18, ФИО24, ФИО11, ФИО22, ФИО21, ФИО16, ФИО12, ФИО3, ФИО29, ФИО23, ФИО20;

В порядке применения последствий недействительности договоров №К-П-30-03/517 от 02.04.2012, №К-П-30-03/578 от 06.05.2013, №К-П-30-03/578/1 от 30.05.2013, №К-П-30-03/580/2 от 01.08.2013 заявитель просил суд:

- признать недействительным договор №К-П-30-03/604-8 от 02.12.2013 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 02.12.2018, заключённое между ФИО4 и ФИО18 (в отношении квартиры №402), договор купли-продажи квартиры от 04.12.2019 между ФИО18 и ФИО24, договор купли-продажи от 21.08.2018 между ФИО24 и ФИО15 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9277-78/032/2018-5), и применить последствия недействительности в виде возврата ООО «СК «Импульс» квартиры №402 кадастровый номер 78:11:0006078:9277;

- признать недействительным договор №К-П-30-03/604-11 от 02.12.2013 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по Договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключенное между ФИО4 и ФИО11 (в отношении квартиры №378), договор купли-продажи от 04.12.2019 между ФИО11 и ФИО25, ФИО10 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9253-78/032/2018-3), и применить последствия недействительности в виде возврата ООО «СК «Импульс» квартиры №378 кадастровый номер 78:11:0006078:9253;

- признать недействительным договор №К-П-30-03/604-9 от 02.12.2013 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключенное между ФИО4 и ФИО11 (в отношении квартиры №391), признать недействительным договор купли-продажи квартиры №391 от 13.07.2019 между ФИО11 и ФИО24 и применить последствия недействительности в виде взыскания солидарно с ФИО4, ФИО11 и ФИО24 в конкурсную массу ООО «СК «Импульс» 6 712 392,31 руб.

- признать недействительным договор №К-П-30-03/580/2-6 от 01.08.2013, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключённое между ФИО4 и ФИО22 (в отношении квартиры №394), признать недействительным договор купли-продажи квартиры №394 от 16.09.2019 между ФИО22 и ФИО21 и применить последствия недействительности в виде взыскания солидарно с ФИО4, ФИО22 и ФИО21 в конкурсную массу ООО «СК «Импульс» 6 380 015,40 руб.;

- признать недействительным договор №К-П-30-03/604-4 от 02.12.2013, заключённый между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключённое между ФИО4 и ФИО18 (в отношении квартиры №414), признать недействительным договор купли-продажи квартиры №414 от 19.07.2018 между ФИО18 в лице ФИО16 и ФИО24 и применить последствия недействительности в виде взыскания солидарно с ФИО4, ФИО18 и ФИО24 в конкурсную массу ООО «СК «Импульс» 6 485 403,20 руб.;

- признать недействительным договор №К-П-30-03/580-7 от 01.08.2013 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по Договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключённое между ФИО4 и ФИО12 (в отношении квартиры №180) (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9055-78/032/2018-1), признать недействительным договор купли-продажи квартиры №180 от 12.07.2018, заключенный между ФИО12 и ФИО27 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:9055-78/032/2018-3), и применить последствия недействительности в виде возврата ООО «СК «Импульс» квартиры №180 (кадастровый номер 78:11:0006078:9055);

- признать недействительным договор №К-П-30-03/580-18 от 01.08.2013 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по Договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 07.02.2018, заключённое между ФИО4 и ФИО30 (в отношении квартиры №181), признать недействительным договор купли-продажи квартиры №181 от 17.08.2018 между ФИО30 и ФИО24 и применить последствия недействительности в виде взыскания солидарно с ФИО4, ФИО30 и ФИО24 в конкурсную массу ООО «СК «Импульс» 6 461 082,94 руб.;

- признать недействительным договор №К-П-30-03/580-8 от 01.08.2013 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключённое между ФИО4 и ФИО3 (в отношении квартиры №176), признать недействительным договор купли-продажи квартиры №176 от 13.07.2018, заключённый между ФИО3 и ФИО29 (номер регистрации в ЕГРН 78:11:0006078:8959-78/032/2020-7), и применить последствия недействительности в виде взыскания солидарно с ФИО4, ФИО3 и ФИО29 в конкурсную массу ООО «СК «Импульс» 6 461 082,94 руб.;

- признать недействительным договор №К-П-30-03/517-1 от 02.04.2012 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по Договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключённое между ФИО4 и ФИО16 (в отношении квартиры №17), договор купли-продажи квартиры №17 от 12.07.2018 между ФИО16 и ФИО23 (номер регистрационного действия 78:11:0006078:8859-78/032/2018-3), договор купли-продажи квартиры от 04.09.2018 между ФИО23 и ФИО8 (номер регистрационного действия 78:11:0006078:8859-78/032/2018-5) и применить последствия недействительности в виде возврата в конкурсную массу ООО «СК «Импульс» квартиры №17 (помещение 78:11:0006078: 8859);

- признать недействительным договор №К-П-30-03/517-2 от 02.04.2012 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по Договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключённое между ФИО4 и ФИО20 (в отношении квартиры №1), признать недействительным договор купли-продажи квартиры №1 от 13.07.2018 между ФИО20 и ФИО29 (номер регистрационного действия 78:11:0006078:8846-78/032/2018-3), признать недействительным договор купли-продажи квартиры №1 от 26.12.2018 между ФИО29 и ФИО31 (номер регистрационного действия 78:11:0006078:8846-78/032/2019-5), применить последствия недействительности в виде возврата в конкурсную массу ООО «СК «Импульс» квартиры №1 (помещение 78:11:0006078:8846);

- признать недействительным договор №К-П-30-03/580-9 от 01.08.2013 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключенное между ФИО4 и ФИО22 (в отношении квартиры №164), и применить последствия недействительности в виде взыскания солидарно с ФИО4 и ФИО22 в конкурсную массу действительной стоимости квартиры №164 на момент её выбытия из собственности должника, которая составила 6 534 043,72 руб.;

- признать недействительным договор №К-П-30-03/580-10 от 01.08.2013 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное соглашение о передаче прав и обязанностей по Договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключенное между ФИО4 и ФИО22 (в отношении квартиры №160), договор купли-продажи квартиры от 21.05.2018 между ФИО22 и ФИО26 (номер регистрационного действия 78:11:0006078:9035-78/032/2018-3) и применить последствия недействительности в виде возврата в конкурсную массу ООО «СК «Импульс» квартиры №160 (помещение 78:11:0006078:9035);

- признать недействительным Договор №К-П-30-03/580-11 от 01.08.2013 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное Соглашение о передаче прав и обязанностей по Договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключенное между ФИО4 и ФИО3 (в отношении квартиры №156, номер регистрационного действия 78:11:0006078:9031-78/032/2018-1), признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 13.07.2018 между ФИО3 и ФИО29 (номер регистрационного действия 78:11:0006078:9031-78/032/2018-3), признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 24.11.2018 между ФИО29 и ФИО17 номер регистрационного действия 78:11:0006078:9031-78/032/2018-5) и применить последствия недействительности в виде возврата в конкурсную массу ООО «СК «Импульс» квартиры №156 (помещение 78:11:0006078:9031);

- признать недействительным договор №К-П-30-03/604-1 от 02.12.2013 между ООО «СК «Импульс» и ФИО4, дополнительное Соглашение о передаче прав и обязанностей по Договору долевого участия в инвестировании строительства жилого дома от 12.01.2018, заключенное между ФИО4 и ФИО14 (в отношении квартиры №415) и применить последствия недействительности в виде взыскания солидарно с ФИО4, ФИО14 в конкурсную массу ООО «СК «Импульс» 6655645,03 руб.

Определением арбитражного суда от 15.11.2022 к участию в споре в качестве лица, участвующего в деле, привлечена Прокуратура Санкт-Петербурга.

Определением от 28.10.2022 заявления объединены в одно производство.

Определением от 27.02.2023 арбитражный суд первой инстанции:

- признал договоры от 02.04.2012 №К-П-30-0З/517, от 06.05.2013 №К-П-ЗО-03/578, от 30.05.2013 №К-П-ЗО-03/578/1, от 01.08.2013 №КП-30-03/580/2, от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-8, от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-11, от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-9, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580/2-6, от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-4, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-7, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-18, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-8, от 02.04.2012 №К-П-30-03/517-1, от 02.04.2012 №К-П-30-03/517-2, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-9, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-10, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-11, от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-1, заключённые между гражданином ФИО4 и ООО «СК «Импульс», недействительными;

- взыскал с гражданина ФИО4 в пользу ООО «СК «Импульс» 154 426 700 руб.;

- в удовлетворении остальной части заявленного требования конкурсному управляющему ООО «СК «Импульс» ФИО2 отказал;

- взыскал с гражданина ФИО4 в пользу ООО «СК «Импульс» судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО4, ФИО10 и конкурсный управляющий ФИО2 обратились в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

ФИО4 настаивает на пропуске заявителем срока исковой давности.

ФИО10 полагает необходимым отменить определение в части признания недействительным договора, предметом которого является квартира № 378, поскольку она является добросовестным приобретателем.

Конкурсный управляющий ФИО2 полагает, что спорные сделки имеют признаки «цепочки», в связи с чем просит удовлетворить его требование в полном объеме.

В судебном заседании конкурсный управляющий настаивал на своей апелляционной жалобе. ФИО3 и представитель ФИО8 против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего возражали. Представитель ФИО4 поддержал доводы своей апелляционной жалобы. Представитель финансового управляющего ФИО5 настаивал на доводах, заявленных ФИО4 в апелляционной жалобе. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Как усматривается из материалов дела, на основании постановления Правительства Санкт-Петербурга от 28.01.2004 №131 и договора аренды земельного участка на инвестиционных условиях от 27.04.2004 №00/ЗК-03362(07) ООО «СК «Импульс» являлось застройщиком – заказчиком строительства жилого дома по адресу: Санкт-Петербург, Красногвардейский административный район, Полюстрово, квартал 30, ул. Маршала Тухачевского, между домами № 27-2 и 17 (севернее пересечения ул. Маршала Тухачевского и ул. Стасовой) в полном объёме, необходимом для самостоятельного строительства указанного объекта за счет собственных или привлеченных средств. 

Между ООО «СК «Импульс» и ФИО4 заключены договоры долевого участия в инвестировании строительства жилого дома по указанному адресу, а именно: договоры от 02.04.2012 №К-П-30-0З/517, от 06.05.2013 №К-П-ЗО-03/578, от 30.05.2013 №КП-ЗО-03/578/1, от 01.08.2013 №КП-30-03/580/2, от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-8, от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-11, от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-9, от 01.08.2013 №К-П-30- 03/580/2-6, от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-4, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-7, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-18, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-8, от 02.04.2012 №К-П-30-03/517-1, от 02.04.2012 №К-П-30-03/517-2, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-9, от 01.08.2013 №К-П-30- 03/580-10, от 01.08.2013 №К-П-30-03/580-11, от 02.12.2013 №К-П-30-03/604-1, по условиям которых ООО «СК «Импульс» обязалось по окончании строительства жилого дома передать в собственность ФИО4 квартиры в названном доме по цене, определённой данными договорами, которые впоследствии были отчуждены ФИО4 в пользу других приобретателей – физических лиц. 

Конкурсный управляющий, посчитав, что указанные сделки являются подозрительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и статьям 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в предъявленных требованиях, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Исходя из пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление №63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Как указано в пункте 4 постановления №63, судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок. В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. 

Статьёй 168 ГК РФ закреплено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения. 

При этом согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. 

В соответствии с положениями пункта 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №60), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как уже приводилось выше, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству определением от 29.10.2009, договоры по предмету спора заключены после возбуждения дела о банкротстве должника.

В пункте 6 постановления №63 разъяснено, что согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве. В силу абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность представляет собой прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Суд первой инстанции установил, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника существовали обязательства перед значительным количеством кредиторов. 

В период заключения договоров между ООО «СК «Импульс» и ФИО4 должник отвечал признакам неплатежеспособности, так как по смыслу абзаца 36 статьи 2 Закона банкротстве и абзаца 3 пункта 6 постановления №63 наличие не исполненных должником обязательств перед иными кредиторами с более ранним сроком исполнения, в связи с чем, вытекающие из них требования включены в реестр требований кредиторов вступившими в законную силу судебными актами, подтверждает факт неплатежеспособности должника, что соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3). 

В результате совершения сделок между ООО «СК «Импульс» и ФИО4 в пользу последнего отчуждено ликвидное дорогостоящее имущество, что повлекло уменьшение активов должника и, соответственно, причинение имущественного вреда его кредиторам. 

Согласно позиции, изложенной в определении ВС РФ от 15.06.2016                        №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономически интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Суд первой инстанции установил, что, начиная с 13.03.2006, ФИО4 занимал должность финансового директора ООО «СК «Импульс» на основании приказа от 13.03.2006 №20 и трудового договора от 13.03.2006.

Кроме того, согласно пояснениям допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО32, работавшей в спорный период главным бухгалтером в ООО «СК «Импульс», ФИО4 контролировал работу отдела бухгалтерии, проверял и визировал бухгалтерскую отчётность, контролировал приход и расход денежных средств, имел ключ от их кабинета и свободный доступ к печати и ко всем документам, хранившихся в кабинете бухгалтерии, в том числе к первичным бухгалтерским документам. ФИО4 курировал деятельность ООО «СК «Импульс» по заключению договоров, участвовал как представитель должника в рассмотрении дела о банкротстве ООО «СК «Импульс», что подтверждается определениями арбитражного суда от 23.11.2015, 05.06.2016, 20.07.2017, 20.11.2017, 21.12.2017, в силу занимаемой должности располагал информацией о реальном финансовом положении организации, размере задолженности перед третьими лицами, об имеющихся финансовых проблемах по своевременному возврату долга и неплатежеспособности организации, количестве квартир в строящемся доме, соотношении оплаченных и свободных жилых помещений.

В этой связи, суд пришёл к правильному выводу об осведомлённости ФИО4 о финансовой несостоятельности должника и отсутствии у последнего возможности самостоятельно исполнять свои обязательства перед кредиторами, а также фактической аффилированности указанных лиц.

В обоснование заявленных требований о признании недействительными договоров конкурсный управляющий указал на отсутствие доказательств внесения ФИО4 платы по указанным договорам. 

В материалы спора представлены квитанции к приходно-кассовым ордерам от 02.04.2012 №12 на сумму 22 100 000 руб. (оплата по договору от 02.04.2012 №К-П-30-03/517), от 08.05.2013 №21 на сумму 53 100 300 руб. (оплата по договору от 06.05.2013 №К-П-30-03/578), от 30.05.2013 №24 на сумму 45 936 000 руб. (оплата по договору от 30.05.2013 №К-П-30-03/578/1), от 02.08.2013 №36 на сумму 33 290 400 руб. (оплата по договору от 01.08.2013 №К-П-30-03/580/2), подтверждающие внесение наличных денежных средств в кассу ООО «СК «Импульс». 

Однако, как следует из материалов спора, соответствующие записи в кассовую книгу ООО «СК «Импульс» не вносились. Банковские выписки не содержат сведений о внесении денежных средств ООО «СК «Импульс» на счёт организации по состоянию на соответствующие даты и в соответствующем размере, доказательства их расходования ООО «СК «Импульс» путём проведения платежей в пользу третьих лиц отсутствуют. 

Иные доказательства внесения ФИО4 оплаты по вышеперечисленным договорам в материалы спора не представлены. 

Наличие у ФИО4 финансовой возможности произвести оплату по указанным договорам по правилам процессуального законодательства не подтверждено.

В этой связи, апелляционный суд соглашается с позицией суда о наличии оснований для признания договоров между ООО «СК Импульс» и ФИО4 недействительными сделками по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с совершением действий по выводу активов должника в отсутствие встречного предоставления.

Законодательство о банкротстве не содержит норм, запрещающих рассмотрение в деле о банкротстве заявления арбитражного управляющего о признании недействительной сделок, совершённых между должником и конечным приобретателем имущества, путём заключения ряда нескольких взаимосвязанных договоров. При этом для квалификации цепочки договоров как единой сделки необходимо установить, что отчуждение имущества конечному приобретателю изначально являлось целью всех участников этих договоров (субъективный умысел участников сделки). В случае если оспариваемые сделки являются взаимосвязанными, объединены единой целью, умыслом на вывод ликвидных активов и направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов, лишают их возможности погасить требования за счёт спорного имущества, аффилированность и заинтересованность между должником и конечными покупателями имущества, являющегося предметом спора, установлена, являющееся предметом сделок имущество находится под фактическим контролем одного бенефициара, такие действия могут быть признаны как цепочка сделок (определения ВС РФ от 31.07.2017 №305-ЭС15-11230, от 01.11.2019 №306-ЭС19-2986(3,4).

Признаками взаимосвязанных притворных сделок по выводу активов должника являются: общность предмета сделок; короткий промежуток между сделками; единая направленность всех сделок (реализация единого намерения сторон через систему сложноструктурированных правоотношений сторон); одно лицо, выступающее конечным бенефициаром участников сделки (определение ВС РФ от 19.03.2020 №305-ЭС19- 16046 (3); несоответствие воли сторон их волеизъявлению, выраженному вовне посредством оформления документов, формально свидетельствующих о совершении не одной, а нескольких сделок (пункт 22 Обзора судебной практики ВС РФ №1(2021); непрерывный фактический и юридический контроль за спорным имуществом со стороны должника и его заинтересованного лица, отсутствие фактического перехода контроля над имуществом, якобы передаваемым по последовательным притворным сделкам (пункт 22 Обзора судебной практики ВС РФ № 1(2021), определение ВС РФ от 31.07.2017 №305-ЭС15-11230); согласованность действий всех участников цепочки сделок, в частности, по причине существования единого координационного центра принятия решений относительно выстраивания юридических отношений между названными лицами и модели их поведения (определение ВС РФ от 15.04.2019 № 309-ЭС18-22030); участие в сделках аффилированных друг с другом лиц, подконтрольных бенефициару как единому центру, чья воля определяет судьбу имущества должника, о чем, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов скоординированы в отсутствие к тому объективных экономических причин; по отдельности эти действия противоречат экономическим интересам и возможностям каждого из лиц; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д. (определение ВС РФ от 19.06.2020 №301-ЭС17-19678). 

Ни одно из перечисленных выше обстоятельств конкурсным управляющим не доказано.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание факт отсутствия признаков цепочки взаимосвязанных сделок по выводу активов должника: должник – ФИО4 – иные ответчики, поскольку по условиям каждой из сделок заключение соответствующей сделки не ставилось в зависимость от заключения других, также отсутствуют доказательства сохранения контроля должником либо ФИО4 над спорным имуществом. Сами сделки носили реальный характер, оплачены ответчиками в предусмотренном для этого порядке, цель заключённых договоров достигнута. 

В абзаце 3 пункта 16 постановления №63 разъяснено, что если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ доказательства недобросовестности приобретателей спорного имущества по последующим сделкам и направленности их действий на единую цель вывода активов должника конкурсным управляющим в материалы спора не представлены, в связи с чем, вопреки доводам конкурсного управляющего оснований, для оспаривания всей цепочки последовательных сделок с разным субъектным составом как прикрывающей собой единую сделку, направленную на прямое отчуждение имущества от первого продавца последнему покупателю, и применения реституционного механизма, в рассматриваемом случае не имеется.

В этой связи апелляционный суд считает, что признание недействительными договоров, заключённых с должником с ФИО4, не затрагивает прав и законных интересов ФИО10 как последующего приобретателя имущества, так как никаких обязанностей на ФИО10 в настоящем споре не возложено.

Суд правомерно отклонил суждения о пропуске заявителем срока исковой давности на предъявление исследуемых требований. 

В пункте 32 постановления №63 разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона о банкротстве) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. 

Как следует из материалов спора, конкурсный управляющий утверждён решением арбитражного суда от 14.08.2019 (резолютивная часть от 13.08.2019), с рассматриваемым заявлением управляющий обратился в суд 02.03.2021. 

При определении начала течения срока исковой давности применительно к заявленным требованиям судом первой инстанции правомерно учтено, что конкурсный управляющий не имел возможности своевременно получить информацию о договорах, повлекших отчуждение спорного имущества в пользу ФИО4, ввиду отсутствия соответствующих сведений в Едином государственном реестре недвижимости. 

Кроме того, на основании решения единственного участника ООО «СК «Импульс» от 14.03.2018 №1-2018 полномочия исполняющего обязанности генерального директора ООО «СК «Импульс» ФИО4 прекращены, с 14.03.2018 генеральным директором ООО «СК «Импульс» назначена ФИО33, о чем 27.03.2018 в Единый государственный реестр юридических лиц внесены соответствующие сведения. 

Арбитражный суд решением от 29.05.2019 по делу №А56-148022/2018 обязал ФИО4 передать ООО СК «Импульс» в лице генерального директора ФИО33 документы ООО «СК «Импульс» за период с 31.12.2009 по 27.03.2018. 

Таким образом, при добросовестных и разумных действиях по исполнению обязанностей конкурсного управляющего ФИО2 не имел реальной возможности получить сведения о совершении должником сделок, оспариваемых в рамках настоящего обособленного спора, в пределах годичного срока с момента утверждения его конкурсным управляющим, в связи с чем им не пропущен срок на подачу рассматриваемого заявления.

Проанализировав все выше перечисленное, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что заявление конкурсного управляющего подлежит удовлетворению в части оспаривания сделок, заключённых между ФИО4 и должником, а в остальной части - отклонению.

Суд также правильно применил последствия недействительности сделок по предмету спора, взыскав с ФИО4 в пользу ООО «СК «Импульс» 154 426 700 руб. При этом судебный акт содержит обоснование расчёта, а именно: денежные средства, подлежащие уплате по оспоренным договорам. В условиях состязательности процесса названный расчёт никем не опровергнут.

Апелляционный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, доказательства исследованы, им дана надлежащая оценка. Доводы заявителей апелляционных жалоб правильность выводов суда первой инстанции по существу спора не опровергают.

При таком положении определение суда как законное и обоснованное отмене или изменению не подлежит, в том числе и по процессуальным основаниям.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 27.02.2023 по делу №  А56-81591/2009/сд.31 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.А. Морозова

Судьи

 

С.М. Кротов

 М.В. Тарасова