﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4892/19 

Екатеринбург

28 мая 2020 г.

Дело № А07-5498/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 21 мая 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 мая 2020 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Артемьева Н. А., Шавейниковой О. Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Система Инжиниринг» ( далее  общество  «Система Инжиниринг»)  на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.11.2019 по делу № А07-5498/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2020 по тому же делу.

         Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании  путем  онлайн приняли участие представители:

Акционерного общества «Банк  ДОМ.РФ»  – Гуляева  Д.А.  (доверенность                    № 10-3/480 от 23.12.2019, паспорт);

 Общества  «Систем Инжиниринг»  Иванова Н. А.  (доверенность  от 26.12.2019, паспорт). 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан суда                               от 04.03.2019  общество с ограниченной ответственностью Ремонтно-строительное управление «Нефтехимпромсервис» (далее – общество  РСУ «Нефтехимпромсервис», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден Жуйков Е.Н. 

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление конкурсного кредитора общества  «Система Инжиниринг» к  акционерному обществу «Банк Дом.РФ»  (далее – общество «Банк Дом.РФ») о признании недействительными договора поручительства № 08-049/1/П-17            от 22.11.2017 и договоров залога движимого имущества № 08-049/1/З-17             от 22.11.2017 и № 08-049/6/З-17 от 22.12.2017. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан                               от 08.11.2019 отказано в удовлетворении заявления общества «Система Инжиниринг» к  обществу «Банк Дом.РФ» о признании договора поручительства № 08-049/1/П-17 от 22.11.2017 и договоров залога движимого имущества № 08-049/1/З-17 от 22.11.2017 и № 08- 049/6/З-17 от 22.12.2017 недействительными.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                          от 17.01.2020 определение суда первой инстанции от 08.11.2019 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе общество «Система Инжиниринг» просит  определение суда первой инстанции от 08.11.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 17.01.2020 отменить, принять по делу новый судебный акт. 

Основные доводы, заявителя, изложенные в кассационной жалобе сводятся к следующему. На момент совершения оспариваемых сделок должник был неплатежеспособен, из условий кредитного договора следует, что Банк знал о неплатежеспособности основного заемщик; размер взятых на себя обязательств был значительным, что свидетельствует о недобросовестности Банка и сознательном ущемлении интересов кредиторов  общества РСУ «Нефтехимпромсервис»; суды не установили и материалами дела не подтверждается, что общество «Компания Нефтехимпромсервис» и общество «РСУ «Нефтехимпромсервис» входили в одну группу лиц; в материалы дела не были представлены доказательства одобрения совершения оспариваемых сделок; у руководителя должника отсутствовали  полномочия на совершение и подписание указанных сделок; суды неправомерно не признали договор залога от 22.12.2018 недействительным на основании статьи 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве). 

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 22.11.2017 между обществом АКБ «Российский капитал» и обществом «Компания «Нефтехимпромсервис» (заемщик) заключен кредитный договор № 08-049/КЛ17 от 22.11.2017, по которому Банк предоставлял заемщику общую сумму кредита, максимальный размер которой установлен в размере, не превышающем 200 000 000 руб., погашение производится не позднее 31.08.2018. 

В обеспечение исполнения обязательств по указанному кредитному договору 22.11.2017 года между обществом АКБ «Российский капитал» и  обществом РСУ «Нефтехимпромсервис» (поручитель) заключен договор поручительства №08- 049/1/П-17, в соответствии с пунктом 1.1 которого поручитель обязался отвечать за исполнение  обществом «Компания «Нефтехимпромсервис» (заемщик) обязательств по кредитному договору №08-049/КЛ-17 от 22.11.2017 (кредитный договор), заключенному между заемщиком и Банком, в полном объеме, включая своевременный и полный возврат полученных по кредитному договору денежных средств (суммы кредита), в том числе при наступлении случаев досрочного взыскания, уплату процентов за пользование кредитом, пени, комиссии и других платежей по кредитному договору, а также суммы судебных расходов и других убытков Банка, вызванных неисполнением, просрочкой исполнения или иным ненадлежащим исполнением заемщиком обязательств по кредитному договору.

Также в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № 08-049/КЛ-17 от 22.11.2017 между  обществом АКБ «Российский капитал» (залогодержатель) и обществом «Компания «Нефтехимпромсервис» (залогодатель) заключены договоры о залоге движимого имущества № 08-049/1/З-17 от 22.11.2017 и № 08-049/6/З-17 от 22.12.2017, в соответствии с которыми залогодатель передал в залог залогодержателю имущество, указанное в пункте 2.1 договоров. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан                              от 05.02.2019 требования  общества «Банк ДОМ.РФ» включены в третью очередь реестра требований кредиторов  общества РСУ «Нефтехимпромсервис» в сумме 124 034 313 руб. 72 коп., в том числе                               123 592 286 руб. 32 коп. основного долга, 442 027 руб. 40 коп. пени по кредитному договору № 08-049/КЛ-17 от 22.11.2017 на основании договора поручительства №08-049/1/П-17 от 22.11.2017, из которых 18 659 500 руб. как обеспеченные залогом имущества по договорам о залоге движимого имущества № 08-049/1/З-17 от 22.11.2017 и № 08-049/6/З-17 от 22.12.2017. 

Общество  «Система Инжиниринг» оспаривает договор поручительства № 08- 049/1/П-17 от 22.11.2017  и договоры залога движимого имущества № 08- 049/1/З-17 от 22.11.2017 и № 08-049/6/З-17 от 22.12.2017, указывая на превышение размера взятых на себя обязательств над активами должника и отсутствие одобрения совершения указанных сделок как крупных. В качестве правового обоснования признания сделок недействительными  сослался на пункт 2 статьи 61.2, пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Так, в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Оспариваемые договоры поручительства и залога были совершены в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

 Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления N 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Настаивая на наличии у сторон спорных сделок цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, заявитель указал на их совершение в условиях неплатежеспособности должника, в отсутствие какой-либо экономической выгоды для общества РСУ «Нефтехимпромсервис».

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом (абзац 4 пункта 12 Постановления N 63).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При проверке обоснованности заявленных требований суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу, что заявителем не представлено соответствующих доказательств осведомленности Банка о неудовлетворительном финансовом состоянии должника на дату заключения спорных договоров. 

Банк при заключении договоров исходил из данных подготовленного кредитного заключения на основании консолидированной отчетности группы компаний Нефтехимпромсервис, в соответствии с которым финансовое состояние группы компаний было оценено как хорошее. Все сделки были структурированы в контрактной логике – источником погашения долга и обслуживания процентов являлась выручка (прибыль) по контрактам, заключенным с обществом «Транснефть». Перед заключением сделок с  обществом «Компания «НХПС»,  обществом РСУ «Нефтехимпромсервис» Банк выполнил обычные мероприятия по проверке финансового положения: исследовал цели заключения сделок, провел анализ достаточности имущества для ведения компаниями бизнеса, исполнения принятых на себя обязательств, установил реальность хозяйственной деятельности компаний, выявил положительную динамику прибыли от продаж, увеличение валюты баланса, осуществил мониторинг потенциальных рисков. На основании представленных документов Банк сделал вывод о том, что не имеется признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Также, проанализировав данные бухгалтерского баланса общества РСУ  «Нефтехимпромсервис» по состоянию  на 2017 год, апелляционная  коллегия сочла, что у  Банка не имелось оснований для сомнений в надлежащем финансовом состоянии должника, активы должника позволяли заключить спорные договоры.

Принимая во внимание разъяснения, изложенные в абзаце 2 пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», о том, что факт вхождения организаций в группу уже предполагает наличие общего экономического интереса, суды обеих инстанций заключили, что  общество «Компания «Нефтехимпромсервис» (заемщик) и общество РСУ  «Нефтехимпромсервис» (поручитель) на момент заключения оспариваемых сделок состояли в одной группе лиц и в рассматриваемом случае между данными  организациями имелись определенные хозяйственные связи и общие экономические интересы.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и руководствуясь вышеприведенными правовыми нормами и разъяснениями, установив, что отношения между сторонами по заключению договоров обеспечения кредитных обязательств являлись обычной практикой предоставления кредитных денежных средств, при этом доказательств обратного материалы дела не содержат, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.  

При этом суды отклонили довод общества  «Система Инжиниринг» о том, что со стороны должника договор поручительства заключен неуполномоченным лицом, указав на то, что данный договор от имени общества РСУ «Нефтехимпромсервис» подписан директором, доказательств ограничения его полномочий в отношении заключения сделок в материалы дела не представлено; суды отклонили также довод об отсутствии одобрения договора поручительства со стороны участников должника, отметив, что решением единственного участника общества (Ballion Group Ltd) №4                            от 20.11.2017 одобрено заключение договора поручительства 08-049/2/П-17                    от 22.11.2017 и договора залога движимого имущества 08-049/1/З-17                             от 22.11.2017 (как крупных сделок), решением единственного участника общества №5 от 21.12.2017 одобрено заключение договора залога движимого имущества 08- 049/6/З-17 от 22.12.2017 (как крупная сделка).

Признавая действия кредитора по заключению оспариваемых договоров совершенными без злоупотребления правом, суды руководствовались правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018. Согласно данной позиции наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности  и принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности.

Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает. В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения займодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным займодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Установив, что общество АКБ «Российский капитал» не состоит с обществом «РСУ «Нефтехимпромсервис» в одной группе лиц, суды заключили, что главная цель поручительства и залога имущества заключалась именно в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств обществом «Компания «Нефтехимпромсервис». Доказательств обратного не представлено.

В данном случае, проверив возражения общества «Система Инжиниринг» о злоупотреблении банком правом, повторенные в кассационной жалобе общества «Система Инжиниринг», суды не установили обстоятельств, свидетельствующих об отклонении поведения банка от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав при выдаче кредита и заключении договора поручительства, напротив, по результатам исследования и оценки доказательств суды пришли к выводу о том, что при заключении сделок банк выполнил обычные мероприятия по проверке финансового положения заемщика: исследовал цели получения кредитных средств, провел анализ достаточности имущества для ведения компанией бизнеса, исполнения принятых на себя обязательств, установил реальность хозяйственной деятельности указанной компании, выявил положительную динамику прибыли от продаж, увеличение валюты баланса, осуществил мониторинг потенциальных рисков. Содержание представленных банку документов позволило сделать вывод о том, что общество «Компания «Нефтехимпромсервис» не имело признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, финансовое положение заемщика оценено как среднее.

Доказательств того, что сделки совершены Банком не в соответствии с их обычным предназначением, участниками процесса представлено не было; суды обоснованно исходили из того, что заключение договоров  залога и поручительства является наиболее распространенным способом обеспечения исполнения кредитных обязательств; оснований считать, что действия банка были направлены на вывод активов должника либо создание в преддверии банкротства схемы, позволяющей банку получить безосновательный контроль над процедурой банкротства, не имеется.

Выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Изложенные в кассационной жалобе доводы общества «Система Инжиниринг» о том, что отсутствовала экономическая целесообразность заключения договоров поручительства, залога лиц, входящих в группу компаний «Нефтехимпромсервис», о том, что банку на момент выдачи кредита было известно о несостоятельности заемщика и поручителя, а составленное банком кредитное заключение являлось недостоверным, в связи с чем есть основания полагать, что кредитная организация, выдавая кредит обществу «Компания «Нефтехимпромсервис» и заключая обеспечительные сделки, действовала со злоупотреблением правом, подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку сделанных судами первой и апелляционной инстанций выводов, кроме того, настаивая на данных доводах, заявитель не обосновал, какую именно выгоду получил банк в результате таких, по его мнению, неблаговидных действий. 

Доводы заявителя о возможности признания договора залога от 22.12.2017  недействительным по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве судом округа отклоняются.

   В силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим п. 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (абзац пятый пункта 10 Постановление № 63).

 В качестве сделок, предусмотренных абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона, могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям (абзац 8 пункта 12 Постановления № 63).

        Соответствующая правовая позиция  сформулирована в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721. 

        Между  тем, в настоящем случае обязанность должника предоставить залог содержалась непосредственно в кредитном договоре, а также  в кредитном заключении Банка, то есть заключение договора залога изначально являлось необходимым условием при совершении основной (обеспечиваемой) сделки.                При этом судами также учтено, что в материалы дела не представлено доказательств того, что на момент совершения сделки, общество РСУ «Нефтехимпромсервис» отвечало признакам неплатежеспособности.

         Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов на основании части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.11.2019 по делу № А07- 5498/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Система Инжиниринг»  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           О.Н. Пирская 

Судьи					           Н.А. Артемьева 

                                                                                             О.Э. Шавейникова