АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

04 июля 2025 года

Дело № А33-36820/2024

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена 20 июня 2025 года.

В полном объёме решение изготовлено 04 июля 2025 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Стогней Т.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Индустрия» (ИНН 2463103695, ОГРН 1162468103214) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, 

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика: 

- ФИО2, 

в присутствии в судебном заседании:

от истца: ФИО3 - представителя по доверенности от 17.03.2025, 

от ответчика: ФИО4 - представителя по доверенности от 24.12.2024; ФИО5 - представителя по доверенности от 24.12.2024, 

от третьего лица: ФИО4 - представителя по доверенности от 25.12.2024; ФИО5 - представителя по доверенности от 25.12.2024, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Коремблюмом А.Г., 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Индустрия» (далее – истец, ООО «Индустрия») обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, измененным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1) о взыскании 9 401 425 руб. неосновательного обогащения за период с января 2022 года по август 2024 года, 2 553 933 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 21.01.2022 по 13.02.2025 с последующим их начислением, начиная с 14.02.2025 по дату фактического исполнения обязательств.

Определением от 12.12.2025 исковое заявление принято к производству суда, назначено предварительное судебное заседание на 20.01.2025, которое откладывалось.

Определением от 20.01.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечен ФИО2 (далее – ФИО2). 

13.02.2025 на основании статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2024 № 12 «О подготовке дела к судебному разбирательству в арбитражном суде», при отсутствии возражений лиц, участвующих в деле, суд завершил предварительное судебное заседание и перешел в судебное заседание. 

В судебном заседании 15.04.2025 представитель истца – директор ООО «Индустрия» ФИО6 заявил ходатайство о фальсификации доказательств – доверенностей от имени ООО «Индустрия» от 10.02.2020, от 18.03.2020, от 20.01.2022, от 26.01.2023, от 05.03.2024, генеральной доверенности от 14.06.2024, по мотиву их подписания не директором истца ФИО6, а иным лицом. В целях подтверждения фальсификации доказательств заявил ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы с постановкой вопроса о принадлежности подписи, выполненной в доверенностях, ФИО6 либо неустановленному лицу. 

Представители ответчика и третьего лица возражали против проведения по делу судебной почерковедческой экспертизы; не оспаривали то обстоятельство, что представленные доверенности могли быть подписаны не директором истца, а иным лицом. Однако указали на то, что печати истца в доверенностях проставлены, о фальсификации оттисков печати не заявлено. 

Представители истца пояснили, что о фальсификации оттисков печати ООО «Индустрия» в доверенностях истцом не заявляется, оспариваются только подписи от имени директора; указали н то, что печати организации могли быть в распоряжении разных сотрудников компании и могут действительно принадлежать истцу.

Определением от 29.05.2025 в удовлетворении ходатайства ООО «Индустрия» о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы отказано.

Судебное заседание по делу откладывалось.

В судебном заседании 20.06.2025 представитель истца исковые требования поддержал, представители ответчика и третьего лица исковые требования не признали.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Истец перечислил ответчику за период с января 2022 года по август 2024 года 9 401 425 руб., что подтверждено представленными платежными поручениями с назначением платежа «Оплата по договору № 01/08-2021г. от 02.08.2021 без НДС»: от 20.01.2022 № 41 на сумму 200 000 руб.; от 03.02.2022 № 91 на сумму 352 340 руб.; от 16.02.2022 № 146 на сумму 100 000 руб.; от 18.03.2022 № 284 на сумму 50 000 руб.; от 29.03.2022 № 327 на сумму 15 000 руб.; от 12.04.2022 № 406 на сумму 100 000 руб.; от 22.04.2022 № 461 на сумму 40 000 руб.; от 13.05.2022 № 559 на сумму 250 000 руб.; от 26.05.2022 № 648 на сумму 53 500 руб.; от 02.06.2022 № 683 на сумму 591 194 руб.; от 28.06.2022 № 829 на сумму 250 000 руб.; от 05.07.2022 № 855 на сумму 400 000 руб.; от 21.07.2022 № 922 на сумму 150 000 руб.; от 12.08.2022 № 1050 на сумму 350 000 руб.; от 18.08.2022 № 1067 на сумму 199 680 руб.; от 14.09.2022 № 1200 на сумму 350 000 руб.; от 25.10.2022 № 1422 на сумму 250 000 руб.; от 09.11.2022 № 1509 на сумму 250 000 руб.; от 13.12.2022 № 1680 на сумму 250 000 руб.; от 27.12.2022 № 1724 на сумму 200 000 руб.; от 27.12.2022 № 1724 на сумму 200 000 руб.; от 06.02.2023 № 75 на сумму 250 000 руб.; от 08.02.2023 № 85 на сумму 218 128 руб.; от 16.03.2023 № 212 на сумму 100 000 руб.; от 28.03.2023 № 263 на сумму 239 785 руб.; от 19.04.2023 № 353 на сумму 200 000 руб.; от 12.05.2023 № 454 на сумму 200 000 руб.; от 22.05.2023 № 497 на сумму 100 000 руб.; от 05.07.2023 № 726 на сумму 50 000 руб.; от 18.07.2023 № 776 на сумму 100 000 руб.; от 24.07.2023 № 804 на сумму 150 000 руб.; от 10.08.2023 № 875 на сумму 100 000 руб.; от 04.09.2023 № 962 на сумму 112 668 руб.; от 19.09.2023 № 1028 на сумму 100 000 руб.; от 13.10.2023 № 1157 на сумму 100 000 руб.; от 01.11.2023 № 1250 на сумму 100 000 руб.; от 23.10.2023 № 1334 на сумму 717 544 руб.; от 06.12.2023 № 1393 на сумму 100 000 руб.; от 28.12.2023 № 1508 на сумму 100 000 руб.; от 22.01.2024 № 39 на сумму 100 000 руб.; от 08.02.2024 № 128 на сумму 81 586 руб.; от 08.02.2024 № 133 на сумму 200 000 руб.; от 20.03.2024 № 299 на сумму 300 000 руб.; от 26.04.2024 № 483 на сумму 200 000 руб.; от 07.05.2024 № 515 на сумму 200 000 руб.; от 14.06.2024 № 708 на сумму 100 000 руб.; от 14.06.2024 № 716 на сумму 200 000 руб.; от 05.07.2024 № 801 на сумму 300 000 руб.; от 19.07.2024 № 852 на сумму 80 000 руб.; от 08.08.2024 № 916 на сумму 200 000 руб.; от 26.08.2024 № 955 на сумму 100 000 руб. 

Ссылаясь на то, что денежные средства перечислены ответчику без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований, истец обратился в адрес ответчика с претензией (направлена ответчику 11.11.2024), в которой просил в течение 10 календарных дней вернуть 3 179 130 руб. неосновательного обогащения, полученного за период с октября 2023 года по август 2024 года, а также уплатить проценты за пользование чужими денежными средствами по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Письмом от 29.11.2024 ответчик сообщила истцу об отсутствии оснований для возврата денежной суммы, мотивировав отказ тем, что указанные денежные средства были выплачены истцом супругу ответчика - ФИО2, в качестве заработной платы, поскольку после увольнения ФИО2 из общества «Индустрия» он продолжал исполнять функции, входящие в его трудовые обязанности, за что получал оплату.

Неисполнение требования истца о возврате денежных средств послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Обращаясь с иском, истец указал на то, что спорные денежные средства перечислялись ФИО1 в связи с планируемым заключением договора об оказании услуг, реквизиты которого указаны в назначении платежей и который не был впоследствии заключен, в связи с чем, по мнению истца, на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение.

Факт получения денежных средств не оспаривается лицами, участвующими в деле.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик в первоначальном отзыве по делу ссылалась на то, что денежные средства перечислялись обществом «Индустрия» на счет ФИО1 в счет оплаты за выполнение работы, связанной с продажами оборудования для истца, ее супругом ФИО2, который ранее состоял в трудовых отношениях с истцом. В этой связи ответчик указывал на наличие между истцом и третьим лицом фактических трудовых отношений и осуществление оплаты за работу.    

Ответчик ФИО1 и третье лицо ФИО2 состоят в зарегистрированном браке, что подтверждается свидетельством о заключении брака 

<

...> от 14.12.2013.

ФИО2 в период с 21.11.2016 по 03.11.2017 работал в ООО «Индустрия» в должности менеджера по продажам, что подтверждается сведениями из трудовой книжки ТК-II № 8081685, трудовым договором от 21.11.2016, приказом о расторжении трудового договора от 03.11.2017.

Факт наличия между истцом и третьим лицом трудовых отношений в период, указанный в трудовой книжке ФИО2, лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

В подтверждение довода первоначального отзыва о наличии фактических трудовых отношений между истцом и третьим лицом в период после расторжения трудового договора по инициативе работника в материалы дела представлены скриншоты переписок с работниками, контрагентами; заказ-наряд от 28.07.2021 № КМА0140017; договор купли-продажи от 11.06.2020 № 2111314-ПР/КСК-20; акт о приеме-передаче (ОС-1) объекта основных средств от 11.06.2020№ КСК0000457 по договору купли-продажи от 11.06.2020 № 2111314-ПР/КСК-20 с приложением; информация о счетах ФИО2 за период с 01.01.2016 по 31.12.2016; выписки по счетам в отношении ИП ФИО2 за периоды с 26.09.2017 по 31.12.2017, с 01.01.2018 по 31.12.2018, с 01.01.2019 по 31.12.2019, с 01.01.2020 по 31.12.2020, с 01.01.2021 по 31.12.2021, с 16.08.2021 по 31.12.2021, с 01.01.2022 по 31.12.2022, с 01.01.2023 по 31.12.2023, с 11.05.2023 по 31.12.2023, с 01.01.2024 по 31.12.2024; копии доверенностей от имени ООО «Индустрия» ФИО2 от 10.02.2020, от 18.03.2020, от 20.01.2022, от 26.01.2023, от 05.03.2024, генеральной доверенности от 14.06.2024, копия искового заявления ФИО2 к ООО «Индустрия» в Октябрьский районный суд г. Красноярска о признании фактических трудовых отношений. 

В судебных заседаниях 13.02.2025, 02.04.2025 допрошены свидетели ФИО7, ФИО8, являвшиеся работниками ООО «Индустрия» в спорный период времени, которые указали на то, что ФИО2 в этот период осуществлял выполнение работ у истца.  

В материалы дела поступили истребованные из налогового органа сведения о счетах ООО «Индустрия», открытых в банковских и иных кредитных организациях, в период с 21.11.2016 по 08.09.2024, а также истребованные из Межрайонной ИФНС № 27 по Красноярскому краю книги покупок и продаж ООО «Индустрия» за 2021, 2022, 2023, 2024 годы. 

В судебном заседании 15.04.2025 представитель истца – директор ООО «Индустрия» ФИО6 заявил ходатайство о фальсификации доказательств – доверенностей от имени ООО «Индустрия» от 10.02.2020, от 18.03.2020, от 20.01.2022, от 26.01.2023, от 05.03.2024, генеральной доверенности от 14.06.2024, по мотиву их подписания не директором истца ФИО6, а иным лицом. В целях подтверждения фальсификации доказательств заявил ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы с постановкой вопроса о принадлежности подписи, выполненной в доверенностях, ФИО6 либо неустановленному лицу. 

Представители ответчика и третьего лица возражали против проведения по делу судебной почерковедческой экспертизы; не оспаривали то обстоятельство, что представленные доверенности могли быть подписаны не директором истца, а иным лицом. Однако указали на то, что печати истца в доверенностях проставлены, о фальсификации оттисков печати не заявлено. 

Представители истца пояснили, что о фальсификации оттисков печати ООО «Индустрия» в доверенностях истцом не заявляется, оспариваются только подписи от имени директора; указали н то, что печати организации могли быть в распоряжении разных сотрудников компании и могут действительно принадлежать истцу.

Определением от 29.05.2025 в удовлетворении ходатайства ООО «Индустрия» о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы отказано, в том числе с учетом позиции ответчика и третьего лица, поскольку спор относительно подписания указанных доверенностей директором истца или иным лицом отсутствует.

В ходе рассмотрения дела, в судебном заседании 15.04.2025 принимал участие директор ООО «Индустрия» ФИО6, который по существу спора пояснил, что с ФИО1 не знаком, никаких правоотношений с ответчиком ООО «Индустрия» не имело и не имеет. Супруг ответчика ФИО2 действительно работал в ООО «Индустрия» в 2016, 2017 годах в качестве менеджера по продажам, ФИО6 и ФИО2 состояли в дружеских отношениях. В последующем ФИО2 принял решение заняться бизнесом, оформил статус индивидуального предпринимателя, трудовой договор был расторгнут. Однако в последующем, в связи с финансовыми трудностями ФИО2, по его просьбе ФИО6 принято решение помочь ФИО2 финансово; в качестве дружеской поддержки на развитие бизнеса как с личного счета ФИО6, так и со счета ООО «Индустрия», на счет и ФИО2, и ФИО1 перечислялись денежные средства. Денежные средства по спорным платежным поручениям перечислялись в качестве дружеской поддержки по просьбе ФИО2 на счет его супруги ФИО1 При этом ФИО6 предполагал, что денежные средства будут в будущем возвращены при нормализации предпринимательской деятельности ФИО2 Также ФИО6 пояснил, что возврат денежных средств планировался путем последующего оказания услуг (привлечение новых клиентов для ООО «Индустрия», логистика по заказам и др.) для ООО «Индустрия» по договору, указанному в назначениях платежей по платежным поручениям, представленным в материалы дела. Никаких письменных договоров между истцом, ответчиком, третьим лицом не заключалось. 

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании 15.04.2025 пояснил, что денежные средства по спорным платежным поручениям «перечисляли по просьбе друга как материальную помощь, понимая, что в будущем они должны быть возвращены, и указали в качестве назначения платежа несуществующий договор». Кто из супругов Л-вых должен был оказывать в последующем услуги истцу, известно не было. Денежные средства по спорным платежным поручениям – это денежные средства в счет помощи ФИО2 с условием последующего возврата.     

После дачи пояснений директором ООО «Индустрия» в судебном заседании от 15.04.2025 ответчик уточнил свою правовую позицию по делу, исключил из возражений ссылку на то, что денежные средства по спорным платежным поручениям перечислялись в качестве оплаты за выполнение работы в связи с фактическими трудовыми отношениями. В качестве возражений против наличия оснований для взыскания неосновательного обогащения указал на то, что: перечисляя ежемесячно длительное время денежные средства, истец достоверно знал об отсутствии каких-либо обязательств со стороны ответчика, так как денежные средства перечислялись в качестве материальной помощи ФИО2 и его семье, в связи с наличием между директором истца ФИО6 и супругом ответчика ФИО2 дружеских отношений. В этой связи ответчик считает недоказанным наличие на стороне ФИО1 неосновательного обогащения.

27.05.2025 от ФИО6 поступили пояснения о том, что денежные средства перечислялись под условием оказания в будущем услуг; денежные средства не являются благотворительностью.

В судебном заседании 20.06.2025 представитель истца ФИО3 пояснил, что в ходе судебного заседания 15.04.2025 им ошибочно использовалась некорректная формулировка «материальная помощь». Денежные средства не перечислялись в качестве материальной помощи, благотворительности, поскольку с ФИО1 директор истца не был знаком. Планировалось оказание услуг ФИО1, которые ею не оказаны для общества «Индустрия». 

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Обязательства, возникающие из неосновательного обогащения участников гражданского оборота, регулируются главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Судом установлено, что в период с января 2022 года по август 2024 года истцом ответчику перечислено 9 401 425 руб., что подтверждено представленными платежными поручениями с назначением платежа «Оплата по договору № 01/08-2021г. от 02.08.2021 без НДС». 

Исходя из содержания платежных поручений за указанный период времени, денежные средства перечислялись на регулярной основе суммами в разных размерах (ежемесячно, более 2,5 лет). 

Договор, указанный в назначениях платежей в платежных поручениях, между сторонами не заключался, в материалы дела не представлен (в том числе его проект).

Обращаясь с иском, изначально истец указал на то, что договору № 01/08-2021г. от 02.08.2021 планировался к заключению между истцом и ответчиком, однако в последующем так и не был заключен. Денежные средства предоставлялись ФИО1 в целях оказания услуг по коммерческому представительству общества «Индустрия» в сфере торговли с ее контрагентами. Поскольку услуги не оказывались, то на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение. 

Возражая против удовлетворения иска, исходя из заявленного основания иска, ответчик изначально указывал на то, что денежные средства ответчику перечислялись за выполненную для истца работу супругом ФИО1 – ФИО2

В подтверждение факта выполнения работы ФИО2 для общества «Индустрия» в спорный период времени ответчик, в том числе ссылался на доверенности, выданные истцом на имя ФИО2 

В судебном заседании 15.04.2025 законный представитель истца – директор ООО «Индустрия» ФИО6, заявил ходатайство о фальсификации доказательств – представленных ответчиком доверенностей, по мотиву их подписания не директором истца ФИО6, а иным лицом. В целях подтверждения фальсификации доказательств заявил ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы с постановкой вопроса о принадлежности подписи, выполненной в доверенностях, ФИО6 либо неустановленному лицу. 

Представители ответчика и третьего лица возражали против проведения по делу судебной почерковедческой экспертизы; не оспаривали то обстоятельство, что представленные доверенности могли быть подписаны не директором истца, а иным лицом. Однако указали на то, что печати истца в доверенностях проставлены, о фальсификации оттисков печати не заявлено. 

Представители истца пояснили, что о фальсификации оттисков печати ООО «Индустрия» в доверенностях истцом не заявляется, оспариваются только подписи от имени директора; указали н то, что печати организации могли быть в распоряжении разных сотрудников компании и могут действительно принадлежать истцу.

Определением от 29.05.2025 в удовлетворении ходатайства ООО «Индустрия» о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы отказано, в том числе с учетом позиции ответчика и третьего лица, поскольку спор относительно подписания указанных доверенностей директором истца или иным лицом отсутствует.

В последующем, с учетом пояснений, данных представителями истца, в том числе в ходе судебного заседания 15.04.2025, ответчик уточнил свою правовую позицию по делу, исключил из возражений ссылку на то, что денежные средства по спорным платежным поручениям перечислялись в качестве оплаты за выполнение работы в связи с фактическими трудовыми отношениями. 

В качестве возражений против наличия оснований для взыскания неосновательного обогащения ответчик указал на то, что: перечисляя ежемесячно длительное время денежные средства, истец достоверно знал об отсутствии каких-либо обязательств со стороны ответчика, так как денежные средства перечислялись в качестве материальной помощи ФИО2 и его семье, в связи с наличием между директором истца ФИО6 и супругом ответчика ФИО2 дружеских отношений. В этой связи ответчик считает недоказанным наличие на стороне ФИО1 неосновательного обогащения.

С учетом указанных обстоятельств, положений статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимость в проверке обоснованности заявления о фальсификации доказательств – доверенностей, отпала, поскольку лицо, представившее указанные доказательства, исключило из возражений по иску довод, в обоснование которого доказательства были представлены. 

Факт перечисления истцом на счет ответчика спорных денежных средств не оспаривается участвующими в деле лицами.

При анализе пояснений, данных представителями истца в ходе рассмотрения дела (в том числе законным представителем общества «Индустрия»), в качестве основания для перечисления денежных средств заявлено о том, что: 

- денежные средства предоставлялись ответчику в счет будущих отношений по договору, указанному в назначениях платежей по платежным поручениям, 

- денежные средства предоставлялись ответчику в качестве материальной помощи ее супругу ФИО2 (на развитие бизнеса), 

- денежные средства предоставлялись в качестве помощи с условием возврата в будущем. 

По результатам оценки имеющих в деле доказательств и пояснений сторон суд считает, что довод о предоставлении денежных средств в счет будущих отношений по договору, указанному в назначениях платежей по платежным поручениям, не подтвержден.

Так, в обоснование данного довода в материалы дела не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о намерении в заключении договора между истцом и ответчиком (не представлено доказательств направления истцом в адрес ИП ФИО1 в спорный период предложений о необходимости подписания договора, а также каких-либо доказательств преддоговорных обсуждений с ФИО1). Директор общества «Индустрия» дал суду пояснения о том, что с ФИО1 вообще не был знаком, денежные средства перечислялись на счет ФИО1 для ее супруга ФИО2 в качестве помощи на развитие бизнеса, по просьбе последнего, с которым ФИО6 состоял в дружеских отношениях.

 Ответчик, возражая против удовлетворения иска, также подтвердил факт перечисления денежных средств на счет ФИО1 для ее супруга ФИО2 в качестве помощи на развитие бизнеса, по просьбе последнего, с которым ФИО6 состоял в дружеских отношениях.

С учетом данных обстоятельств позиции истца в лице законного представителя общества и ответчика относительно природы спорных перечислений согласуются друг с другом, а также подтверждаются фактом перечисления денежных средств, которое носило регулярный длительный характер (более 2,5 лет ежемесячно). 

При этом, из пояснений ФИО6 также следует, что перечисления осуществлялись им от имени общества добровольно, в качестве дружеской материальной поддержки на развитие бизнеса, без наличия какого-либо обязательства.

Несмотря на указание истцом разных оснований в подтверждение довода о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения, из пояснений представителей истца, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что денежные средства предоставлялись в отсутствие каких-либо обязательств, добровольно, однако предполагался их возврат супругом ответчика в будущем, когда бизнес станет приносить доход. 

При этом, каких-либо письменных договоров между лицами, участвующими в деле, в том числе между истцом и ответчиком, не оформлялось. 

По смыслу норм, регулирующих обязательства сторон, возникших вследствие неосновательного обогащения, истец должен доказать наличие факта сбережения ответчиком имущества за счет истца и размер такого сбережения.

Для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие трех условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, а имущество потерпевшего уменьшается вследствие выбытия из его состава некоторой части или неполучения доходов, на которые это лицо правомерно могло рассчитывать; отсутствуют правовые основания, то есть когда приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, а значит, происходит неосновательно.

Факт перечисления спорных денежных средств не оспаривается и подтверждается платежными поручениями.

Между тем, в соответствии с подпунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, с учетом приведенной нормы, оснований считать перечисленные денежные средства неосновательным обогащением ответчика не имеется.

Довод о предоставлении денежных средств с условием возврата в будущем не может быть положен в основу вывода о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения, поскольку не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в ответе на вопрос № 10 Обзора судебной практики № 3 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа. 

При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.

Между тем каких-либо письменных документов между сторонами не оформлялось, что подтвердили представители при рассмотрении дела. Более того, истец ссылался на то, что лицом, обязанным возвратить денежные средства ответчик не являлась, а являлось третье лицо: супруг ФИО1 – ФИО2

При таких обстоятельствах данный довод истца не может быть расценен судом как подтверждение наличия на стороне ФИО1 неосновательного обогащения. 

С учетом установленных по делу обстоятельств, доводов и возражений участвующих в деле лиц, на основании оценки собранных по делу доказательств по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, анализируя длительность, периодичность, регулярность и добровольность перечисления денежных средств истцом ответчику, в отсутствие доказательств того, что сбережение денежных средств ответчиком возникло на условиях займа и возвратности, а также в виду недобросовестности действий последнего, принимая во внимание перечисление истцом ответчику денежных средств в отсутствие каких-либо обязательств, суд приходит к выводу, что в силу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации переданные таким образом денежные средства не подлежат взысканию с ответчика в качестве неосновательного обогащения. В удовлетворении следует отказать.

Поскольку требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами является производным от требования о взыскании неосновательного обогащения, в удовлетворении которого судом отказано, то в удовлетворении требования о взыскании процентов также надлежит отказать.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая результат рассмотрения дела, расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца. 

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа. 

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска отказать. 

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

Т.В. Стогней