ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

13.01.2023

 

Дело № А40-23668/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2023 года  

Полный текст постановления изготовлен 13 января 2023 года  

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.Я. Мысака, Е.А. Зверевой,  

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 04.08.2022, срок 3 года,

от ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 16.12.2022, срок 3 года,

от ФИО5 – ФИО4, по доверенности от 05.10.2021, срок 3 года,

финансовый управляющий должником ФИО6, лично, паспорт РФ,

от ПАО «Банк Уралсиб» - ФИО7, по доверенности от 21.12.2020 № 1221, срок до 31.12.2023,

рассмотрев 10.01.2023 в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО3 и ФИО5 

на определение от 02.08.2022

Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 21.10.2022 

Девятого арбитражного апелляционного суда,

о признании недействительной сделкой договора купли-продажи (земельный участок и дом) от 30.10.2019, заключенного между ФИО3 и ФИО5 и применении последствий недействительности сделки, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, 

установил:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.06.2021 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должником утвержден ФИО6, член Ассоциации «РСОПАУ». 

В Арбитражный суд города Москвы 07.09.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО6 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от 30.10.2019, заключенного между должником и ФИО5; применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2022 отказано в удовлетворении ходатайств ПАО «Банк Уралсиб» и ФИО5 о назначении судебной экспертизы; отказано в удовлетворении ходатайства ФИО3 о привлечении в обособленный спор третьего лица, не заявляющего самостоятельный требований относительно предмета спора. Признан недействительной сделкой договор купли-продажи (земельный участок и дом) от 30.10.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО5. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу ФИО3 следующее имущество:

—Земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, кадастровый номер 64:32:023621:5, общая площадь 1 200 кв. м., расположенный по адресу: 

<

...>;

—Жилой дом, кадастровый номер 64:32:023621:90, общая площадь 283,9 кв. м., расположенный по адресу: 

<

...>.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1, ФИО3, ФИО5 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2022 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительным договора. 

 В обоснование доводов кассационных жалоб заявители указывают на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

С учетом полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных  статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также пунктом 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции" суд округа отказывает в приобщении к материалам дела приложенных к кассационной жалобе ФИО1 дополнительных доказательств, а именно: свидетельство о заключении брака; договор поручительства №0109-031/00022/00101 от 11.10.2018 и дополнительное соглашение №1 от 16.11.2018; договор поручительства №0109-031/00027/0101 от 11.10.2018 и дополнительное соглашение №1 от 16.11.2018, а также приложенных к кассационной жалобе ФИО3 и ФИО5 дополнительных доказательств, а именно: договор поручительства №0109-031/00022/00101 от 11.10.2018 и дополнительное соглашение №1 от 16.11.2018; договор поручительства №0109-031/00027/0101 от 11.10.2018.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены отзывы ПАО «Банк Уралсиб», финансового управляющего ФИО3 – ФИО6

В судебном заседании представитель ФИО1, представитель ФИО3, представитель ФИО5 доводы кассационных жалоб поддержали в полном объеме по мотивам,  изложенным в них.

Представитель ПАО «Банк Уралсиб» и представитель  финансового управляющего ФИО3 – ФИО6 возражали против по мотивам, изложенным в своих отзывах. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационных жалоб, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

Между должником и ответчиком заключен Договор купли-продажи от 30.10.2019, согласно которому в собственность ответчика переданы: 

—Земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, кадастровый номер 64:32:023621:5, общая площадь 1 200 кв. м., расположенный по адресу: 

<

...>;

—Жилой дом, кадастровый номер 64:32:023621:90, общая площадь 283,9 кв. м., расположенный по адресу: 

<

...>.

Согласно сведениям, предоставленным регистрирующим органом по запросу финансового управляющего (прилагается) ФИО3 за указанный период продал принадлежащие ему объекты недвижимого имущества: 

Земельный участок, назначение - земли населенных пунктов, кадастровый номер 64:32:023621:5, площадь: 1 200 кв. м, расположенный по адресу: Саратовская обл., р-н Саратовский, с Усть-Курдюм, ул. Набережная, л. 14.

Новый правообладатель: ФИО5, запись о праве собственности внесена 12.11.2019 за №64:32:023621:5:64/017/2019-2, прежний правообладатель ФИО3, запись о праве собственности внесена 20.02.2003 за № 64-01/32- 143/2003-193 от 20.02.2003. 

жилой дом с цокольным этажом и холодной пристройкой (Литер АА1), кадастровый номер 64:32:023621:90, площадь: 283,9 кв. м, расположенный по адресу: Саратовская область, 

<

...>.

Новый правообладатель: ФИО5, запись о праве собственности внесена 12.11.2019 за №64:32:023621:90-64/017/2019-1, прежний правообладатель ФИО3, запись о праве собственности внесена 20.02.2003 за №64-01/32- 143/2003-194.

Финансовый управляющий указывал, что указанная сделка осуществлена при неравноценном встречном исполнении с целью причинения вреда имущественным правам кредиторам, в связи с чем оспариваемая сделка подлежит признанию недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Судами установлено, что заявление о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы 12.02.2021, следовательно, по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут быть оспорены сделки должника, совершенные в период с 12.02.2018 по 12.02.2021, то есть сделка совершена в течение периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Одновременно с этим суды установили, что на момент совершения оспариваемого договора должник обладал признаками неплатежеспособности и недостаточностью имущества. На момент совершения оспариваемой сделки, у должника имелся большой объем принятых на себя обязательств в виде поручительств по кредитным договорам за ПАО «Тантал». Требования ПАО Банк «Уралсиб» к поручителю ФИО3 основаны на неисполнении основным заемщиком - ПАО «Тантал» обязательств по Договорам об открытии кредитной линии лимитом задолженности № 0109-031/00022 от 05.10.2015 и № 0109-031/00027 от 03.11.2015 и принятых на себя поручителем должником обязательств по договорам поручительства № 0109-031/00022/0101 от 11.10.2018 и № 0109-031/00027/0101 от 11.10.2018.  19.07.2019 Банк истребовал у поручителя задолженность по кредитным договорам и договорам поручительства (Требование № 2581 от 19.07.2019, Приложение 8). 12.09.2019 в Савеловском районном суде города Москвы зарегистрировано исковое заявление Банка к ФИО3 дело №2-534/2020, впоследствии решением Савеловского районного суда города Москвы по делу №2-534/2020 от 21.08.2020 (вступило в силу 10.12.2020) иск Банка удовлетворен, взыскана с ФИО3 в пользу Банка задолженность по Договорам поручительства в размере 76 114 758,56 руб., расходы по госпошлине в размере 60 000 руб.

Суды установили, что ФИО3 является членом совета директоров (наблюдательно совета) ПАО «Тантал», заключая Договор купли-продажи, при наличии просроченной задолженности перед Банком и искового заявления Банка о взыскании задолженности, намеренно отчуждал имущество с целью недопущения обращения на него взыскания.

В силу положений пункта 1 статьи 454, пункта 1 статьи 549 Гражданского кодекса по договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130), а покупатель обязуется принять недвижимое имущество и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Из содержания приведенных правовых норм и разъяснений, данных в Постановлении N 35, следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реальной передачи в собственность покупателя недвижимого имущества и уплаты продавцу денежных средств, а также наличия у Покупателя ФИО5 финансовой возможности приобрести данное недвижимое имущество.

Судами установлено, что документов, подтверждающих наличие финансовой возможности для приобретения недвижимости ответчиком, в материалы дела не представлено.

Ответчиком в материалы обособленного спора в качестве подтверждения финансовой возможности представлен Договор целевого займа от 10.09.2019, заключенный между ФИО8 и JIяшком А.И., согласно которому заимодавец передал заемщику в собственность денежные средства в сумме 10 500 000 руб. (п.1.1 Договора).

Вместе с тем суды отметили, что отсутствуют доказательства того, что финансовое положение ФИО8 позволяло ему предоставить этот займ, а в отсутствие доказательств реальной выдачи заемщику спорных денежных средств, следует, по мнению судов то, что ответчик не доказал факта наличия финансовой возможности для приобретения недвижимости.

Кроме того, судами установлено, что согласно абзацу 4 Письма ФАС России от 20.03.2008 №АЦ/5969 супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры физических лиц, аффилированных (входящих в одну группу) с ООО. Указанные лица входят в группу лиц ООО, при условии, что они самостоятельно входят в группу лиц с другим юридическим лицом.

Судами установлено, что ФИО3, и ФИО5 являются аффилированными лицами через ПАО «Тантал» (ИНН 

<

***>): ФИО5 (ИНН 

<

***>), является аффилированным лицом с компаниями, которыми владеет ФИО3

Кроме того,  суды указали, что согласно базе данных СПАРК-Интерфакс, среди членов совета директоров ПАО «Тантал» выявлена ФИО9 (предположительно жена ФИО5), которая с 2003 года занимала позицию вице-президента по социальным вопросам в ПАО «Тантал».

Исходя из представленных доказательств, суды пришли к выводу, что  ФИО5 является аффилированным лицом с бизнесом ФИО3, в том числе через ПАО «Тантал», знал или должен был знать о наличии значительной задолженности ФИО3 перед Банком по договорам поручительства за ПАО «Тантал», следовательно, осведомленность ФИО5 о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, предполагается.

Кроме того, согласно п.2.1 Договора купли-продажи, цена договора составляет 8 000 000 руб. и состоит из стоимости земельного участка - 2 000 000 руб. и стоимости жилого дома 6 000 000  руб.

ПАО Банк «Уралсиб» в обоснование нерыночности оспариваемой сделки представил Заключение залоговой службы ПАО «БАНК УРАЛСИБ» об определении рыночной стоимости, согласно которому рыночная стоимость недвижимого имущества составила 17 080 000 руб.. Объекты недвижимости оценивались Банком на дату совершения оспариваемой сделки — 30.10.2019.

Таким образом, судами установлено, что должник реализовал недвижимое имущество по стоимости более чем в два раза ниже его рыночной стоимости.

На основании изложенного, судами установлены все презумпции для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, суды отметили, что ФИО5, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник по явно заниженной, нерыночной стоимости продает недвижимое имущество. ФИО5 не мог не осознавать, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации недвижимости. Рыночная стоимость недвижимого имущества по Договору купли- продажи составила 17 080 000 руб., а согласно п. 2.1 Договора купли-продажи, недвижимое имущество оценивается сторонами и продается по цене 8 000 000 руб.

Таким образом, судами установлено, что из конкурсной массы должника необоснованно выбыло имущество по заниженной стоимости, в результате чего имущественным правам кредиторов был причинен вред, в размере недополученной должником рыночной стоимости недвижимого имущества - 9 080 000 руб.

Отчуждение имущества совершено в неблагоприятных финансовых условиях, в которые находился Должник и существенно ниже рыночной стоимости имущества. Экономический смысл указанных действий не обоснован.

В результате заключения данной сделки, должник понес экономические потери, (необходимо учесть, что должник реализовал недвижимое имущество по стоимости в более чем два раза ниже его рыночной стоимости).

Таким образом, судами установлено, что должник пренебрег принципами целесообразности и разумности, заключил сделку на заведомо невыгодных для него условиях, а контрагент по сделке воспользовался складывающейся таким образом ситуацией. Заключение договора с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов подпадает под понятие злоупотребление правом.

На основании изложенного суды, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, руководствовались пунктом 1 статьи 61.1, пунктом 2 стати 61.2 Закона о банкротстве, пунктами 4-7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьей 10, пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием Сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», пунктом 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и исходили из того, что оспариваемая сделка была совершена в период неплатежеспособности должника, в результате совершения сделки был причинен имущественный вред кредиторам.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для доказывания цели причинения вреда помимо установления признаков неплатежеспособности необходимо доказать хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно:

цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4)).

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе, указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце 2 названного пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 названной статьи.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

В соответствии со статьей 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: 

-юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо; 

-физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 ГК РФ и 168 ГК РФ), в том числе, при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием Сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с часть 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей.

Для констатации ничтожности сделки по этому основанию, помимо злоупотребления правом со стороны должника, необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны о противоправных целях должника.

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом).

Презумпция добросовестности является опровержимой. В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что лица, ее заключившие действовали не добросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, а не для причинения вреда кредиторам.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

           Доводы кассатора ФИО1 о том, что обжалуемыми судебными актами затрагиваются ее права и законные интересы, суд округа считает несостоятельными, поскольку защита ее прав и интересов осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве при реализации в процедуре спорного имущества.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационных жалоб доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителей кассационных жалоб направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Иная оценка заявителями жалоб установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационных жалоб по заявленным в них доводам не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от  21.10.2022 по  делу № А40-23668/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.   

          Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: Н.Я. Мысак 

                                                                  Е.А. Зверева