ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А31-11311/2016

г. Киров

17 января 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 января 2020 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судейКормщиковой Н.А., Сандалова В.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

представителя ответчика – ФИО2, действовующей на основании доверенности от 22.05.2019,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего муниципальным унитарным предприятием г. Костромы «Костромагортранс» ФИО3

на определение Арбитражного суда Костромской области от 02.10.2019 по делу № А31-11311/2016, принятое

по заявлению конкурсного управляющего муниципальным унитарным предприятием г. Костромы «Костромагортранс» ФИО3

к обществу с ограниченной ответственностью «Дизель»

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

установил:

конкурсный управляющий муниципальным унитарным предприятием г. Костромы «Костромагортранс» ФИО3 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Костромской области с заявлением, в котором просит признать взаимосвязанные сделки по оплате обществу с ограниченной ответственностью «Дизель» (далее – ответчик, ООО «Дизель») 3248624,80 руб. недействительными, применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Дизель» 3248624,80 руб. и восстановления задолженности МУП «Костромагортранс» (далее – должник, МУП «Костромагортранс») перед ООО «Дизель» в сумме 3248624,80 руб. Взыскать с ООО «Дизель» проценты по правилам статьи 395 ГК РФ с даты совершения оспариваемых платежей.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6, Управление имущественных и земельных отношений Администрации города Костромы.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 02.10.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Конкурсный управляющий, не согласившись с принятым определением, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

Как указывает заявитель, анализ деятельности должника свидетельствует о том, что начиная уже с конца 2012 года возникает и не прекращается до ввода процедуры конкурсного производства неплатежеспособность предприятия. С каждым годом у должника резко увеличивается динамика наращивания кредиторской задолженности, коэффициенты абсолютной и текущей ликвидности меньше рекомендуемых в десятки раз. Доля оборотных средств в активах меньше нормального показателя в 10 раз. Предприятие, начиная с января 2012 года и по дату возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) неспособно было погашать текущие (краткосрочные и долгосрочные) обязательства за счет денежных средств, средств на расчетных счетах и краткосрочных финансовых вложений. Задолженность по налогам и сборам в бюджетные и внебюджетные фонды, контрагентам, задолженность по арендной плате за землю и др., не погашенная за период деятельности предприятия (в т.ч. имеющаяся на дату заключения договора с контрагентом и в период его исполнения), включена в реестр требований кредиторов на основании судебных актов Арбитражного суда Костромской области в деле о несостоятельности (банкротстве) должника. То есть за все время ведения уставной деятельности, МУП «Костромагортранс» являлось заведомо убыточным предприятием, постепенно наращивало долги по налогам и сборам, в бюджетные и внебюджетные фонды, юридическим и физическим лицам, что в конечном итоге и привело к признанию должника несостоятельным (банкротом) в установленном законом порядке. Должник и ответчик заключили договор № 1/2015, и должник производил по нему оплату в условиях, когда у МУП «Костромагортранс» было арестовано все имущество, касса, расчетные счета. Общий размер недоимки превышал 100 млн. рублей. Совершение должником сделок по оплате ООО «Дизель» с нарушением очередности, установленной ГК РФ, оказание предпочтения одному кредитору перед другими, и при наличии неисполненных обязательств по налогам и сборам, приостановлении операции по расчетным счетам, со значительной просрочкой - позволяют нe относить их к совершенным в обычной хозяйственной деятельности. Наличие у должника ограничений расходных операций по расчетным счетам вследствие картотеки неисполненных обязательств по налогам и сборам уже само по себе свидетельствует о том, что сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности. Судом не учтено, что обстоятельств, свидетельствующих о том, что должник преднамеренно скрывал от ООО «Дизель» свое фактическое имущественное и финансовое положение материалы дела не содержат. Напротив, как неоднократно утверждал конкурсный управляющий, ООО «Дизель», проявляя должную осмотрительность и правовую бдительность, не лишено было возможности узнать из открытых и бесплатных, не требующих регистрации источников (картотека арбитражных дел - http://kad.arbilr.ru/), о наличии десятков судебных актов о взыскании с должника денежных средств, открытый сайт УФССП по Костромской области - http://r44.fssprus.ru/ о наличии десятков исполнительных производств, возбужденных в отношении должника до заключения договора на поставку нефтепродуктов и не оконченных к моменту получения исполнения по договору. ООО «Дизель», принимая денежные средства от физических лиц за МУП «Костромагортранс» в нарушение норм ГК РФ и заключенного договора о безналичном порядке расчетов платежными поручениями, имея возможность ознакомится с заявлением МУ ПАТП № 4, несомненно, было осведомлено о признаках банкротства МУП «Костромагортранс». Должником в спорный период искусственно создана ситуация отсутствия денежных средств на расчетных счетах ввиду их ареста и наличия к ним предъявленных инкассовых поручений по уплате задолженности по налогам и сборам и в ПФ РФ. Наличные денежные средства, поступающие ежедневно от реализации проездных билетов пассажирам, приходовались должником в кассу предприятия и выдавались в подотчет бухгалтерам и кассирам (в настоящем деле ФИО5 и ФИО6), которые в последствии полученные денежные средства сдавали в банк и как физические лица оформляли платежные поручения (без открытия расчетного счета) на оплату средств ООО «Дизель». Потом данные лица оформляли авансовые отчеты и отчитывались перед предприятием о расходовании выданных средств, отчеты утверждал директор предприятия ФИО4. Данной схеме ухода от уплаты налогов и сборов и способу сокрытия денежных средств, за счет которых должно производиться взыскание обязательных платежей, была дана оценка правоохранительными органами и судом в постановлении мирового судьи судебного участка № 6 Свердловского судебного района города Костромы от 16.01.2018. Иной период, указанный в данном судебном акте, не свидетельствует о его неприменимости к обстоятельствам настоящего дела, так как все основные моменты (причина, основание, способ и характер совершенных должником действий) абсолютно идентичны. Соответственно, анализируя имеющиеся материалы дела, пояснения третьих лиц о причине и способе совершения платежей в адрес ООО «Дизель», суд первой инстанции сделал необоснованный вывод о безналичном порядке расчетов между сторонами по договору, так как прямых расчетов платежными поручениями, как предписывают нормы ГК РФ и пункт 4.2 договора, не было, физические лица осуществляли платежи без открытия расчетного счета и т.п. Заключая договор поставки нефтепродуктов стороны фактически злоупотребили правом. Сделка с ООО «Дизель» является крупной и требовала одобрения собственником имущества должника. В нарушении статьи 23 ФЗ от 14.11.2002 № 161-ФЗ - данного согласия должнику дано не было.

Уполномоченный орган в отзыве просит удовлетворить апелляционную жалобу конкурсного управляющего, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Поясняет, что в соответствии с информацией, представленной в бухгалтерском балансе должника на 31.12.2014 (на последнюю отчетную дату, предшествующую дате заключения оспариваемых сделок), стоимость активов МУП «КГТ» составляла 205582 тыс. рублей. Таким образом, сумма платежей по договору № 1/2015 от 01.07.2015 с ООО «Дизель» (3164743 руб.) существенно превышает 1 % стоимости активов должника (2055820 руб.).

Ответчик в отзыве с доводами жалобы не согласен, указывает, что конкурсный управляющий приводит сведения о показателях финансовой отчетности должника за период с 2011 года, при этом оспариваемые сделки имеют отношение к периоду с мая 2016 года. Ни одна норма закона прямо не предусматривает обязанность проверять контрагента по сделкам. В отсутствие задолженности перед ответчиком по договорам, заключенным между сторонами, у ответчика не было причин и оснований проверять наличие исполнительных производств, возбужденных в отношении МУП «Костромагортранс». Информация о вынесении судебными приставами-исполнителями запрета на регистрационные действия в отношении транспортных средств и наложении ограничения проведения расчетных операций не размещается в открытом доступе, следовательно, не могла быть известна ни одному из контрагентов должника. Неисполнение обязательств перед ресурсоснабжающими организациями подтверждено судебным актом, вынесенным в 2018 году, после прекращения договорных отношений между ответчиком и должником. Прекращение должником исполнения обязательств по оплате налогов подтверждены судебным актом, вынесенным в 2018 году, после прекращения договорных отношений между ответчиком и должником, в связи с чем о данных обстоятельствах не могло быть известно ответчику. Должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату НДФЛ. Данный факт состоялся после завершения договорных отношений между сторонами. Таким образом, изложенные конкурсным управляющим факты не свидетельствуют об осведомленности ответчика о финансовом положении контрагента - МУП «Костромагортранс», в связи с чем не могли оказать влияние на выводы суда при вынесении судебного акта по настоящему обособленному спору. МУП «Костромагортранс» ни разу не обращалось с заявлениями об отсрочке, рассрочке платежей. Более того, основную часть платежей осуществляло авансом. В силу участия должника в закупочных процедурах у ответчика не было оснований предполагать, что контрагент имеет признаки неплатежеспособности/недостаточности имущества как на дату заключения договора на поставку горюче-смазочных материалов, так и в период осуществления платежей по нему. Доказательств того, что ООО «Дизель» является заинтересованным, аффилированным лицом по отношению к МУП «Костромагортранс», конкурсным управляющим в материалы дела не представлено. Осуществление платежей, в том числе в период с 22.05.2016 по 30.06.2016, было объективно необходимо в целях обеспечения бесперебойной работы пассажирского транспорта и исполнения обязанности по муниципальному контракту на выполнение работ по осуществлению регулярных перевозок пассажиров и багажа на территории города Костромы. Предприятие оплачивало часть поставок топлива в порядке предоплаты, не допускало просрочек исполнения обязательств по оплате за поставленное топливо, осуществляло платежи регулярно, своевременно, в объеме, необходимом для оплаты ежедневных нужд предприятия, соответственно, платежи носили характер обычной хозяйственной деятельности. Если, по мнению конкурсного управляющего, в поведении руководителя должника имеются признаки противоправного поведения, то ответственность за такое поведение должна быть возложена исключительно на виновное лицо. Являясь добросовестным налогоплательщиком, ООО «Дизель» не может нести неблагоприятные правовые последствия за неправомерные действия в налоговой сфере своих контрагентов. В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о противоправном поведении ООО «Дизель». Просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судебное заседание 11.12.2019 проведенное в порядке статьи 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с использованием средств видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Костромской области, отложено на 13.01.2020.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда произведена замена судьи Шаклеиной Е.В. в связи с нахождением в отпуске на судью Сандалова В.Г.

Конкурсный управляющий, третьи лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителей сторон.

Законность определения Арбитражного суда Костромской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 01.07.2015 между МУП «Костромагортранс» (заказчик) и ООО «Дизель» (поставщик) заключен договор на поставку горюче-смазочных материалов № 1/2015, в соответствии с которым поставщик обязался поставить горюче-смазочные материалы заказчику: дизельное топливо ДТ – 1470000 лит., бензин АИ-92 – 31400 лит. 

Пунктом 3.1 установлено, что цена договора составляет 49064380 руб., в том числе НДС. 

Финансовый управляющий, сославшись на то, что произведенные в период с 22.05.2016 по 30.06.2016 МУП «Костромагортранс» платежи по оплате ООО «Дизель» поставленного товара на сумму 3248624 руб. 80 коп., являются недействительными сделками, обратился в Арбитражный суд Костромской области с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказаны основания для признания платежей недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве, а каждый оспариваемый в отдельности платеж суд счел возможным отнести к исключениям, указанным в пункте 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве. Применительно к доводам о заключении сделки в отсутствие согласия собственника имущества муниципального унитарного предприятия в соответствии со статьей 23 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» и недействительности сделки по правилам статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд отметил, что со стороны Управления имущественных и земельных отношений администрации города Костромы  заявлено об отсутствии правовых оснований для согласования сделки, как совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности, что свидетельствует о фактическом одобрении данной сделки со стороны исполнительного органа местного самоуправления (собственника имущества). Суд также отклонил доводы конкурсного управляющего о том, что оспариваемая сделка ничтожна в силу статей 10, 168, 169 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав представителя ответчика, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям, и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве в частности могут быть оспорены действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В силу разъяснений, приведенных в абзаце девятом пункта 12 Постановления № 63, платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств (предоставление отступного, зачет и т.п.), относятся к случаям, указанным не в абзаце третьем, а в абзаце пятом пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Из разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 9.1 Постановления № 63, следует, что если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется.

Согласно пункту 12 Постановления № 63 если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Из материалов рассматриваемого дела следует, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда Костромской области от  22.11.2016.

Оспариваемые платежи произведены в период с 22.05.2016 по 30.06.2016, то есть в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, что свидетельствует о совершении данных платежей в период подозрительности, предусмотренный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Указанная выше задолженность возникла до принятия заявления о признании должника банкротом, поэтому подлежала включению в реестр требований кредиторов и удовлетворению в порядке очередности, установленной пунктом 4 статьи 134 Закона о банкротстве.

На момент совершения платежей у должника имелись неисполненные обязательства, в том числе по оплате обязательных платежей, наличие задолженности, по оплате которых послужило основанием для введения в отношении должника процедуры наблюдения (определение Арбитражного суда от 24.11.2018).

Между тем в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие осведомленность ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества для расчетов с кредиторами.

Материалами дела не подтверждено, что ООО «Дизель» является лицом, аффилированным по отношению к должнику юридически либо фактически.

Ссылка конкурсного управляющего на наличие у ответчика возможности получения необходимой информации из открытых источников – с сайтов «Картотека арбитражных дел», УФССП по Костромской области, не может быть признана обоснованной, так как само по себе наличие исковых требований к должнику не свидетельствует о его неудовлетворительном финансовом состоянии, и не налагает на контрагента по сделке, не являющегося стороной в спорах, обязанности по отслеживанию судебных споров должника.

Доказательства того, что сведения о наличии у должника на момент совершения спорных платежей задолженности перед другими кредиторами в значительном размере были размещены в официальных источниках, информацию из которых ООО «Дизель» было обязано отслеживать, в материалах дела отсутствуют.

Наличие сведений о применении ССП по Костромской области в отношении должника запретов и ограничений в 2013 году в открытом доступе не подтверждено материалами дела.

Постановление мирового судьи судебного участка № 6 Свердловского судебного района города Костромы от 16.01.2018, в котором изложена схема ухода от оплаты налогов, также не может являться соответствующим доказательством осведомленности ответчика, так как указанный судебный акт принят после совершения оспариваемых платежей. В судебном акте рассмотрена ситуация за иной период (после совершения оспариваемых платежей). Кроме того, само по себе совершение руководителем должника неправомерных действий не свидетельствует о недобросовестности действий контрагентов должника.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что поскольку просроченная задолженность должника перед ООО «Дизель» отсутствовала, у ответчика не было предпосылок для отслеживания выше названной информации.

Таким образом, конкурсным управляющим не доказан факт  осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества, что свидетельствует о недоказанности совокупности обстоятельств, при наличии которых оспариваемые сделки могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции согласен также с выводом суда первой инстанции о совершении оспариваемых платежей в процессе обычной хозяйственной деятельности исходя из нижеследующего.

В силу пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесен к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита. Бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице (пункт 14 Постановления № 63).

В рассматриваемом случае спорные платежи произведены в качестве предварительной оплаты стоимости дизтоплива по договору на поставку горюче-смазочных материалов № 1/2015 от 01.07.2015, заключенному в рамках открытых конкурентных процедур на основании решения закупочной комиссии (протокол №31502362034-03), и обусловлены основным видом деятельности должника – деятельность сухопутного пассажирского транспорта: внутригородские и пригородные перевозки пассажиров, что соответствует его уставной деятельности.

Доказательства просрочки исполнения должником обязательств по оплате топлива по выше указанному договору в материалах дела отсутствуют.

В решении налогового органа № 14-45/40 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 07.09.2016 (т. 2 л.д. 115-126) в качестве смягчающих обстоятельств указано, что должник является единственным в г. Костроме муниципальным унитарным предприятием, осуществляющим перевозку пассажиров и багажа на городском автомобильном транспорте, имеет социальную значимость для инфраструктуры города и Костромской области в целом. Деятельность по перевозке пассажиров и багажа является регулируемым видом деятельности и осуществляется в соответствии с нормативными актами местных органов власти.

Согласно письму Комитета по строительству, транспорту и дорожной деятельности Администрации города Костромы от 16.07.2019  (т. 2 л.д. 37-38) в период с 22.05.2016 по 30.06.2016  МУП «Костромагортранс» на основании договора об обеспечении перевозок по муниципальным маршрутам от 31.12.2014 № 50 (с дополнительными соглашениями от 07.09.2015 № 1, от 28.12.2015 № 2, от 25.03.2016 № 3, от 31.05.2016 № 4), договора об обеспечении перевозок по муниципальным маршрутам от 31.12.2014 № 51 (с дополнительными соглашениями от 20.04.2015 № 1, от 07.09.2015 № 2, от 28.12.2015 № 3, от 31.05.2016 № 4) осуществляло пассажирские перевозки (к письму представлены договоры и дополнительные соглашения к ним).

При данных обстоятельствах, учитывая, что порядок расчетов между должником и ответчиком сложился в результате длительных хозяйственных связей, доказательства совершения оспариваемых платежей при наличии просрочки исполнения обязательств в материалах дела отсутствуют, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что данные платежи совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Оплата дизтоплива работниками должника из денег, выданных должником в подотчет,  сама по себе не является основанием считать, что платежи не относятся к обычной хозяйственной деятельности должника.

Как было указано выше, платежи производились в порядке предоплаты, доказательства иного в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, согласно материалам дела активы должника по состоянию на 31.12.2015 составляли 214923 тыс. руб.

Конкурсный управляющий указывает, что совокупный размер оспариваемых платежей превышает 1% от стоимости активов должника.

 Вместе с тем, хотя платежи и совершены в рамках одного договора на поставку горюче-смазочных материалов № 1/2015 от 01.07.2015, однако дизтопливо приобреталось должником партиями для осуществления перевозок пассажиров разными маршрутами в разные дни, соответственно, последовательно совершенные платежи за дизтопливо в рамках договора № 1/2015 от 01.07.2015 не являются взаимосвязанными сделками.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно указал, что оспариваемые платежи совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, в связи с чем не могут быть оспорены по статье 61.3 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции признает также правомерным вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными на основании статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление правом) обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункта 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение  причинить вред другому лицу.

В тоже время доказательства, свидетельствующие о наличии признаков злоупотребления правом со стороны обеих сторон сделки в материалах дела отсутствуют.

Конкурсным управляющим в качестве правового основания признания платежей недействительными указана также статья 169 ГК РФ.

Согласно статье 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В пункте 85 Постановления № 25 разъяснено, что в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2004 № 226-О квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является не цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять статью 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Таким образом, для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей (статья 153 Кодекса) заведомо противоречили основам правопорядка и нравственности.

Осуществление сторонами спорных платежей в условиях ограничения расчетов должника не свидетельствует о том, что в результате совершения данных платежей нарушены основополагающие начала российского правопорядка, принципы экономической организации общества, его нравственные устои. 

Факт совершения руководителем должника недобросовестных действий не относится к фактам, указывающим на противоречие данной сделки основам правопорядка и нравственности, а свидетельствует исключительно о незаконном и недобросовестном поведении соответствующего контрагента по сделке.

Доводы конкурсного управляющего о том, что на момент совершения оспариваемых платежей постановлением судебного пристава-исполнителя об ограничении расходных операций по кассе с целью обращения взыскания на наличные денежные средства от 07.05.2013 (т. 2 л.д. 114) введено ограничение расчетов должника, что свидетельствует о ничтожности платежей в силу статьи 174.1 ГК РФ несостоятельны в силу следующего.

По правилам пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180).

Согласно пункту 2 статьи 174.1 ГК РФ сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица, не препятствует реализации прав указанного кредитора или иного управомоченного лица, которые обеспечивались запретом, за исключением случаев, если приобретатель имущества не знал и не должен был знать о запрете.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 94 Постановления № 25, следует, что по смыслу пункта 2 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная в нарушение запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного судом или судебным приставом-исполнителем, в том числе в целях возможного обращения взыскания на такое имущество, является действительной. 

При этом в пункте 95 указанного выше постановления указано, что в силу положений пункта 2 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае распоряжения имуществом должника с нарушением запрета - права кредитора или иного управомоченного лица, чьи интересы обеспечивались арестом, могут быть реализованы только в том случае, если будет доказано, что приобретатель имущества знал или должен был знать о запрете на распоряжение имуществом должника, в том числе не принял все разумные меры для выяснения правомочий должника на отчуждение имущества. Само по себе размещение судебного акта в сети «Интернет» не означает, что приобретатель является недобросовестным.

Таким образом, один только факт совершения спорной сделки после принятия ограничительных мер не является сам по себе безусловным основанием для констатации ее ничтожности.

Поскольку каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о том, что ООО «Дизель» на дату совершения оспариваемых платежей должен был знать о наложенных в отношении расчетов должника ограничениях и умышленно действовал вопреки им в сговоре с должником в противоправных целях, не установлено, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания платежей ничтожными.

Конкурсным управляющим также указано, что спорные платежи являются крупной сделкой и совершены без согласия собственника имущества должника вопреки требованиям статьи 23 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятий» (далее - Закона № 161-ФЗ).

В соответствии со статьей 23 Закона № 161-ФЗ крупной сделкой является сделка или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения унитарным предприятием прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более десяти процентов уставного фонда унитарного предприятия или более чем в 50 тысяч раз превышает установленный федеральным законом минимальный размер оплаты труда, если иное не установлено федеральными законами или принятыми в соответствии с ними правовыми актами.

 Для целей настоящей статьи стоимость отчуждаемого унитарным предприятием в результате крупной сделки имущества определяется на основании данных его бухгалтерского учета, а стоимость приобретаемого унитарным предприятием имущества - на основании цены предложения такого имущества.

Решение о совершении крупной сделки принимается с согласия собственника имущества унитарного предприятия.

Между тем оспариваемые платежи совершены в рамах договора от 01.07.2015, предусматривающего оплату дизтоплива в размере 49064380 руб., однако сам договор конкурсным управляющим не оспорен. 

Каждый платеж не превышал 180000 руб., что не является крупным размером, требующим одобрения собственника имущества.

При данных обстоятельствах у  суда первой инстанции не имелось основания для признания платежей недействительными как совершенными без одобрения собственника имущества должника. 

Таким образом, обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе в размере 3000 руб. относится на должника и подлежит взысканию в доход федерального бюджета в связи с предоставлением отсрочки при подаче жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Костромской области от 02.10.2019 по делу № А31-11311/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия г. Костромы «Костромагортранс» ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия г. Костромы «Костромагортранс» в доход федерального бюджета 3000 руб. госпошлины по апелляционной жалобе.

Арбитражному суду Костромской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Костромской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

Т.М. Дьяконова

Судьи 

ФИО7

В.Г. Сандалов