СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Пушкина, 112, 

<

...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-4265/2025-АК

г. Пермь

05 сентября 2025 года

Дело № А71-13720/2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 26 августа 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 05 сентября 2025 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Якушева В.Н.,  

судей Васильевой Е.В., Герасименко Т.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем Бронниковой О.М., 

при отсутствии лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, общества с ограниченной ответственностью «Удмуртская деревообрабатывающая компания»,  

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01 апреля 2025 года  

по делу № А71-13720/2024 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Удмуртская деревообрабатывающая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Управлению Федеральной службы  

судебных приставов по Удмуртской Республике (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Атлас» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО1, Воткинский РОСП, ФИО2, ФИО3,  

о взыскании убытков, установил: 

общество с ограниченной ответственностью «Удмуртская деревообрабатывающая компания» (далее – истец, общество «УДК»)  

обратилось в суд с исковым заявлением к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов (далее – ФССП России), Управлению Федеральной службы судебных приставов по Удмуртской Республике (далее – УФССП по Удмуртской Республике) с требованием о взыскании 6 250 000 руб. убытков в виде ущерба, образовавшегося в результате бездействий должностных лиц.  

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ООО «Атлас», ФИО1, Воткинский РОСП УФССП по Удмуртской Республике, ФИО2, ФИО3  

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01.04.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество «УДК» обратилось в суд апелляционной инстанции с жалобой, просит решение суда отменить, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.  

Заявитель апелляционной жалобы приводит доводы о том, что судом не исследовались фактические обстоятельств дела судом не выявлено, что изъятый судебным-приставом исполнителем по акту от 27.10.2016 и переданный на хранение третьему лицу автоклав длинной 11 м в настоящее время отсутствует по причине его утери ввиду ненадлежащего содержания, при этом судебным приставом-исполнителем необходимые действия по проверке наличия и сохранности переданного на хранение арестованного имущества не производились. Многочисленные обращения ООО «УДК» в службу судебных приставов о предоставлении информации о способе и условиях обеспечения сохранности автоклава остались без ответа. Службой судебных приставов какие-либо меры по установлению места нахождения переданного на хранение автоклава, по условиям обеспечения сохранности имущества с учетом его особенностей, по поиску имущества предприняты не были.  

Ссылаясь на п. 83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 г. № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» апеллянт указывает, что при утрате имущества, переданного на хранение или под охрану, заинтересованное лицо имеет право на иск о возмещении вреда за счет казны Российской Федерации, поскольку судебный пристав-исполнитель несет ответственность за действия третьих лиц, на которых он возложил свою обязанность по сохранности арестованного им имущества.  

Кроме того, заявитель жалобы не согласен с выводами суда об истечении срока исковой давности о взыскании убытков, поскольку о прекращении производства истец узнал только тогда, когда направил письмо в прокуратуру и по требованию прокуратуры Воткинское РОСП 10.04.2024 направило ответ, в  

котором указало об уничтожении исполнительного производства и невозможности предоставить какую-либо информацию.  

Отзывы на апелляционную жалобу не представлены. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом извещены надлежащим образом, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.11.2025 по делу № А71-11063/2015 с общества «УДК» в пользу ООО «Атлас» взыскано 150 000 руб. долга и 33 300 руб. неустойки, 18 650 руб. в возмещение расходов по оплате юридических услуг, 6 422 руб. 49 коп. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано.  

На основании выданного Арбитражным судом Удмуртской Республики исполнительного листа серии ФС № 007030549 от 29.12.2015 судебным приставом-исполнителем Воткинского РОСП УФССП России по Удмуртской Республике возбуждено исполнительное производство № 1944/16/18026-ИП от 29.01.2016.  

В рамках исполнительного производства судебным приставом-исполнителем 27.10.2016 вынесено постановление о наложении ареста на имущество должника (л.д. 42) и составлен акт о наложении ареста (описи имущества) на имущество должника: автоклав проходной, длина 11 м., диаметр 2 м., толщина стенки 2 см., в разобранном состоянии, прилагаются две крышки, гидравлическое оборудование в нерабочем состоянии, и передано на ответственное хранение представителю взыскателя ФИО1 по адресу: 

<

...> (л.д. 43-44).  

29.12.2016 судебным приставом-исполнителем Воткинского РОСП составлен акт о наложении ареста (описи имущества) на имущество должника: автоклав в сборе, заводской номер 7502535, и передано на ответственное хранение представителю должника ФИО4 по адресу: УР, 

<

...> (л.д. 45-46).  

21 марта 2019 года исполнительное производство № 1944/16/18026-ИП окончено на основании п. 1 ч. 1 ст. 47 Закона об исполнительном производстве, в связи с фактическим исполнением требований, содержащихся в исполнительном документе.  

5 декабря 2023 года общество «УДК» (истец) обратилось в Воткинское РОСП УФССП России по Удмуртской Республике с заявлением о возврате арестованного имущества, переданного на ответственное хранение взыскателю 27.10.2016 (л.д. 54).  

Письмом от 25.12.2023 Воткинское РОСП УФССП России по  

Удмуртской Республике уведомило истца о невозможности представить информацию по исполнительному производству № 1944/16/18026-ИП, в связи с его уничтожением (л.д. 55).  

Согласно справке об ориентировочной рыночной стоимости, составленной по заказу истца оценочной компанией ООО «ДЖИ ЭС Консалтинг», от 03.08.2023, стоимость утраченного имущества (автоклав для импрегнации древесины, 12м.) составила 6 250 000 рублей (л.д. 52).  

Полагая, что в результате ненадлежащего хранения судебным приставом-исполнителем арестованного имущества, истцу причинен вред в виде его утраты, общество «УДК» обратилось в суд с настоящим иском.  

Отказывая в удовлетворении исковых требованиях, суд первой инстанции исходил из того, что ответственность за сохранность арестованного и переданного на хранение имущества должника возлагается на лицо, которому это имущество передано, а не на судебного пристава-исполнителя, который не выполняет функции по хранению арестованного им движимого имущества должника. Кроме того, судом первой инстанции установлено, что истцом пропущен срок исковой давности для взыскания убытков, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.  

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

Согласно статье 2 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон № 229-ФЗ) задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.  

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» (далее - Закон № 118-ФЗ) в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных Федеральным законом об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.  

В силу пункта 3 статьи 19 Закона № 118-ФЗ ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также  

неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии со статьями 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействий) государственных органов, подлежат возмещению. Вред возмещается за счет казны Российской Федерации.  

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 81 постановления от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее - Постановление № 50) разъяснил, что иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - ФССП России (пункт 3 статьи 125, статья 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункт 1 пункт 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации).  

По делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда (пункт 82 Постановления № 50).  

Согласно пункту 83 Постановления № 50, если утрачено или повреждено незаконно изъятое у должника имущество либо если после утраты или повреждения законно изъятого и переданного на хранение имущества должник исполнил свои обязательства перед взыскателем за счет другого имущества, причиненный вред подлежит возмещению должнику, за исключением случаев, когда имущество было передано на хранение (под охрану) самому должнику или членам его семьи.  

В пункте 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» разъяснено, что передача арестованного имущества на хранение третьему лицу не освобождает Российскую Федерацию от ответственности за убытки, причиненные вследствие необеспечения федеральным органом исполнительной власти надлежащего хранения изъятого имущества. При этом неисполнение третьим лицом своих обязательств по хранению арестованного имущества может являться основанием для предъявления к нему Российской Федерацией самостоятельного требования о возмещении причиненных убытков (статья 902 ГК РФ).  

Как следует из материалов дела, в рассматриваемом деле иск заявлен должником обществом «Продинторгтранс» о возмещении ему за счет Российской Федерации в лице ФССП России вреда в виде стоимости  

утраченного арестованного судебным приставом-исполнителем по акту о наложении ареста от 27.10.2016, имущества в рамках исполнительного производства № 1944/16/18026-ИП от 29.01.2016, возбужденного в пользу взыскателя – ООО «Атлас».  

Оспаривая исковые требования, ответчики указали, что 21.03.2019 исполнительное производство окончено в связи с фактическим исполнением требований, содержащихся в исполнительном документе, по окончании исполнительного производства истец длительное время не обращался с заявлением о возврате арестованного имущества, на момент такого обращения – 05.12.2023 исполнительное производство уничтожено.  

Суд первой инстанции, учитывая, что материалы исполнительного производства уничтожены, принимая во внимание, что истец не мог не знать о списании с его расчетного счета в период с апреля по сентябрь 2018 года денежных средств в счет погашения задолженности, что подтверждено реестрами банковских документов (л.д. 51), и как следствие окончания исполнительного производства 21.03.2019, пришел к выводу, что истец имел объективную возможность с момента окончания исполнительного производства отслеживать действия судебного пристава-исполнителя, обжаловать его действия либо бездействие, однако на протяжении длительного периода времени с момента исполнения исполнительного документа истец не интересовался ходом исполнительного производства, меры, связанные со снятием ареста и возврата имущества, не предпринимал, должный контроль за ходом исполнительного производства не осуществлял.  

Кроме того, судом отмечено, что согласно ч. 2 ст. 86 Закона № 229-ФЗ имущество передавалось на хранение представителю взыскателя ФИО1, который как ответственный хранитель арестованного имущества отвечает за его сохранность, доказательств того, что в целях возврата арестованного имущества истец обращался к ФИО1, материалы дела не содержат.  

При таких обстоятельствах, с учетом наличия в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что действия судебного пристава-исполнителя по передаче арестованного имущества на хранение должнику произведены судебным приставом-исполнителем в соответствии с требованиями законодательства, суд первой инстанции не усмотрел, что в ходе исполнительного производства судебным приставом-исполнителем допущены неправомерные действия (бездействие), приведшие к утрате арестованного имущества и возникновению вследствие этого у истца убытков, подлежащих взысканию по правилам статей 16, 1064 и 1069 ГК РФ.  

Суд апелляционной инстанции, несмотря на ошибочные выводы суда о том, что ответственность за сохранность арестованного и переданного на хранение имущества должника возлагается на лицо, которому это имущество передано, а не на судебного пристава-исполнителя, в целом соглашается с выводами суда первой инстанции, исходя из того, что в связи с уничтожением материалов исполнительного производства № 1944/16/18026-ИП невозможно с  

достоверностью установить, что утеря имущества в результате изъятия его у должника, является следствием неправомерных действий (бездействия) судебных приставов Воткинского РОСП УФССП по Удмуртской Республике.  

Как следует из акта о наложении ареста (описи имущества) судебным приставом наложен арест на автоклав проходной длиной 11 м. в разобранном состоянии, тогда как из заявления должника от 05.12.2023, адресованного в Воткинское РОСП, следует, что общество «УДК» просило вернуть автоклав проходной (для импрегнации древесины, 12 м.). Размер ущерба определен истцом, согласно справке об ориентировочной рыночной стоимости ООО «ДЖИ ЭС Консалтинг» от 03.08.2023, также исходя из стоимости имущества: автоклав для импрегнации древесины, 12м.  

Судом апелляционной коллегии принимается во внимание, что в материалы дела представлен акт о наложении ареста (описи имущества) от 29.12.2016 согласно которому имущество должника: автоклав в сборе, заводской номер 7502535, передано на ответственное хранение представителю должника ФИО4 по адресу: УР, 

<

...>, что в силу п. 83 Постановления № 50 является обстоятельством отказа в возмещении убытков. Каких-либо пояснений относительно данного имущества истцом не представлено.  

В силу разъяснений, приведенных в абзаце 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности истцом причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) приставов и убытками общества «УДК», так и самого факта причинения обществу убытков, подлежащих возмещению за счет Российской Федерации.  

Кроме того, при проверке заявления ответчиков о пропуске срока исковой давности, суд, установив факт осведомленности истца о нарушении своего права по окончании исполнительного производства – 21.03.2019, пришел к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности для взыскания убытков, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.  

Суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда о пропуске истцом срока исковой давности являются верными в силу следующего.  

На основании норм статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Вопрос о том, когда истец должен был узнать о нарушении его прав, решается судом с учётом обстоятельств конкретного дела и исходя из предположения о заинтересованности каждого участника гражданского оборота в проявлении разумной заботливости в отношении своей имущественной сферы.  

Суд первой инстанции, принимая во внимание фактическое исполнение исполнительного документа (списание денежных средств с расчета в период с апреля по сентябрь 2018 года) и окончание исполнительного производства (21.03.2019), пришел к верному выводу, что истец, зная об отсутствии оснований для ареста имущества, обратился в суд только 9 августа 2024 года (направлено по почте), то есть за пределами трехгодичного срока.  

При этом, отклоняя доводы истца о том, что исчисление срока исковой давности следует начинать с момента, когда служба судебных приставов дала ответ об уничтожении исполнительного производства – 10.04.2021, суд справедливо указал, поскольку момент начала исчисления срока исковой давности, который не может произвольно продлеваться в зависимости от действий сторон, надлежит исчислять не с момента ответа ответчика, а со дня причинения ущерба – в данном случае с момента окончания исполнительного производства и отсутствия оснований для ареста имущества.  

С учетом даты обращения общества в суд с требованием о взыскании убытков, суд пришел к верному выводу о пропуске истцом срока исковой давности.  

При таких обстоятельствах, исковые требования правомерно оставлены судом первой инстанции без удовлетворения.  

Арбитражный суд апелляционной инстанции оснований для переоценки изложенных в обжалуемом решении выводов суда по приведенным в апелляционной жалобе доводам не усматривает, считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе полного и всестороннего исследования  

доказательств, выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.  

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.  

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения суда не имеется.  

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 01 апреля 2025 года по делу № А71-13720/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.  

Председательствующий В.Н. Якушев 

Судьи Е.В. Васильева 

Т.С. Герасименко 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 07.08.2025 4:34:42

Кому выдана Васильева Евгения Валерьевна