ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-72166/20-67-560

г. Москва

30 июня 2020 г.

Резолютивная часть решения оглашена 22 июня 2020 г.

Полный тест решения изготовлен 30 июня 2020 г.                                                                   

Арбитражный суд в составе:                                                                                                                                                    

Судья В.Г. Джиоев (единолично)

при ведении протокола секретарём с/з ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании в зале 10011 

дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью "Таас-Юрях Нефтегазодобыча" (678144, Саха /Якутия/ республика, улус Ленский, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 30.08.2002, ИНН: 

<

***>)

к Страховому публичному акционерному обществу "РЕСО-гарантия" (125047, Москва город, улица Гашека, 12, 1, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 19.07.2002,

ИНН: 

<

***>)

третьи лица: 1) Общество с ограниченной ответственностью "Стройинвест" (115419,

Москва город, проезд Рощинский 2-й, дом 8, офис 311, ОГРН: 

<

***>, Дата

присвоения ОГРН: 20.04.2011, ИНН: 

<

***>)

2) Акционерное общество "Институт по проектированию и исследовательским работам

в нефтяной промышленности "Гипровостокнефть" (443041, область Самарская, город

Самара, улица Красноармейская, 93, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН:

16.10.2002, ИНН: 

<

***>)

о взыскании 593 924 312,82 руб.

при участии:

от истца: ФИО2 по дов. от 17.06.2020, диплом. 

от ответчика: ФИО3 по дов-ти от 17.05.2019, ФИО4 по дов-ти от 17.05.2019; ФИО5 по дов. от 01.01.2020, диплом. 

от третьих лиц: 

от ООО "Стройинвест" – ФИО6 по дов-ти от 19.07.2019, диплом. 

от АО "Институт по проектированию и исследовательским работам в нефтяной промышленности "Гипровостокнефть" – ФИО7 по дов-ти от 04.03.2020, диплом.

ФИО8 по дов-ти от 18.05.2020, ФИО9 по дов. от 18.05.2019, диплом.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Таас-Юрях Нефтегазодобыча" (далее – Истец, Заказчик) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Страховому публичному акционерному обществу "РЕСО-Гарантия" (далее – Ответчик, Страховщик) о взыскании страхового возмещения в сумме 593 924 312,82 руб.

АО "ГИПРОВОСТОКНЕФТЬ" заявлено ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Акционерного общества "Иркутский научно-исследовательский институт благородных и редких металлов и алмазов". В нарушение ст. 65 АПК РФ истцом не предъявлено доказательств того, как судебный акт, которым заканчивается рассмотрение дела, может повлиять на права или обязанности АО "ИРГИРЕДМЕТ" по отношению к одной из сторон. Ходатайство рассмотрено и отклонено, ввиду отсутствия оснований, предусмотренных ст. 51 АПК РФ.

Отказывая в удовлетворении ходатайства АО "ГИПРОВОСТОКНЕФТЬ" об истребовании доказательств, суд исходит из того, что в соответствии со ст. 66 АПК РФ, лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

Согласно абз. 2 ч. 4 названной статьи лицо, участвующее в деле, обращающееся в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательства, должно обозначить доказательство, указать, какие обстоятельства могут быть установлены этим доказательством, назвать причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Таким образом, нормы ст. 66 АПК РФ закрепляют процессуальный порядок, при котором возможно удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств. Заявителем ходатайства об истребовании доказательств, в нарушение вышеуказанной нормы не представлены надлежащие доказательства в обоснование того, что им предприняты все возможные меры для получения доказательств. Кроме того, истребование доказательств, на которые ответчик ссылается с учетом всех установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств, не может повлиять на принятие правильного судебного акта по существу данного спора.

При разрешении спора суд связан рамками предмета иска, то есть пределами материально-правового требования, заявленного истцом. Арбитражный суд не может выйти за пределы исковых требований, в противном случае будет нарушен принцип состязательности арбитражного процесса.

Предмет иска определяется как материально-правовое требование истца к ответчику. Под основанием иска понимают те факты, которые обосновывают требование о защите права или законного интереса. В основание иска входят лишь юридические факты, то есть факты, с которыми нормы материального права связывают возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения.

При определении обстоятельств, подлежащих доказыванию, речь идет о предмете доказывания по делу или о локальном предмете доказывания (когда устанавливаются обстоятельства не для разрешения дела в целом, а для совершения отдельного процессуального действия). Доказательства, подтверждающие наличие или отсутствие таких обстоятельств, также имеют значение для разрешения дела. Связь доказательств с обстоятельствами, которые суд должен установить для разрешения дела, делает такие доказательства относимыми (т.е. имеющими значение для разрешения дела). Не относящиеся к делу сведения не допускаются к исследованию в судебном заседании по данному делу, в рамках заявленных по истцом требований.

Рассмотрев заявления АО "ГИПРОВОСТОКНЕФТЬ" о фальсификации ведомостей операционного контроля уплотнения тела плотины, а так же актов освидетельствования скрытых работ в порядке, установленном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, поскольку в рассматриваемом случае вышеуказанные документы не имеют прямого отношения к рассматриваемому требованию.

С учетом того, что предметом спора является установление объекта страхования и застрахованных рисков, страховых случаев, а не объем и качество выполненных работ на объекте строительства «Строительство гидротехнического сооружения для обеспечения технической водой объектов Среднеботуобинского НГКМ», суд считает, что заявление о фальсификации не относится к предмету настоящего спора, в связи с чем отказывает в удовлетворении данного заявления. 

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 161 АПК РФ назначение судебной экспертизы для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства является правом суда при условии признания соответствующего заявления обоснованным. В настоящем случае в удовлетворении заявления о фальсификации представленных доказательств было отказано по причине неотносимости доказательств к предмету спора.

Соответственно, суд отказывает в удовлетворении ходатайств о назначении судебной почерковедческой экспертизы принадлежности подписей работникам АО "ГИПРОВОСТОКНЕФТЬ" на актах освидетельствования скрытых работ.

ООО "ТААС-ЮРЯХ НЕФТЕГАЗОДОБЫЧА" и АО "ГИПРОВОСТОКНЕФТЬ" заявлены ходатайства о назначении судебной строительно-технической экспертизы.

В удовлетворении заявленных ходатайств о назначении судебных экспертиз суд отказывает по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании ч. 2 ст. 64, ч. 3 ст. 86 АПК РФ, заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

В силу положений статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы относится к праву, а не обязанности суда.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а следовательно, требование одной из сторон договора о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу ст. 82 АПК РФ, подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Как установлено ранее, предметом рассмотрения в рамках настоящего спора является установление объекта страхования и застрахованных рисков, страховых случаев

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

На основании изложенного, суд считает, что проведение судебной строительно-технической экспертизы, не влияет на результат спора применительно к обстоятельствам дела.

Принимая во внимание заявленные требования, предмет и основание рассматриваемых требований, учитывая существо заявленных требований и доводы заявителей в рамках настоящего дела, суд отказывает в удовлетворении ходатайства, в связи с отсутствием оснований, предусмотренных частью 1 статьи 82 АПК РФ, поскольку указанные сторонами к постановке перед экспертом вопросы, по мнению суда, не относятся к предмету доказывания по рассматриваемому делу.

Истец исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве.

Третьи лица, представили правовые письменные позиции по спору и поддержали, изложенные доводы в судебном заседании. 

Исследовав и оценив, имеющиеся в деле доказательства, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению, исходя из следующего. 

Как усматривается из материалов дела, между СПАО "РЕСО- гарантия" (Страховщик) и ООО "Стройинвест" (Страхователь) был заключен договор комбинированного страхования строительно-монтажных рисков SYS1138892916 (далее - Договор страхования). Согласно пункту 1.2 Договора страхования, его неотъемлемыми частями являются: Правила комбинированного страхования строительно-монтажных рисков СПАО «РЕСО-Гарантия» от 30.05.2016 г.; Заявление-анкета на строительно-монтажное страхование; Копия договора строительного подряда ТЮНГД/16-0899 от 01 ноября 2016 г.

В пункте 12.4 Договора страхования установлено, что страхователь получил «Правила комбинированного страхования строительно-монтажных рисков» СПАО «РЕСО-Гарантия» от 30.05.2016 г. Страхователь с упомянутыми выше правилами ознакомлен и согласен.

Согласно пункту 2 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации, условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

В пункте 3 названной статьи также указано, что страхователь (выгодоприобретатель) вправе ссылаться в защиту своих интересов на правила страхования соответствующего вида, на которые имеется ссылка в договоре страхования (страховом полисе), даже если эти правила в силу настоящей статьи для него необязательны.

Таким образом, закон однозначно определяет, что правила страхования применяются для определения условий конкретного договора страхования только, если на них имеется отсылка в договоре страхования (страховом полисе). При этом правила страхования обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. 

Ссылка Истца в подтверждение своей позиции на п. 17 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75 судом не принимается. Цитируя указанные разъяснения, истцом не учтено, что правила страхования применяются, только если к ним имеется отсылка в договоре страхования.

Исследовав текст Договора страхования, суд приходит к выводу, что в нем нет ссылки на представленные со стороны Истца «Правила страхования ответственности перед третьими лицами при строительно-монтажных работах» утв.30.05.2016 (том 1 лист дела 40). Следовательно, указанные правила не составляют условия договора и в рамках рассматриваемого дела не обязательны ни для одной из сторон.

Между тем, «Правила комбинированного страхования строительно-монтажных рисков» СПАО «РЕСО-Гарантия» от 30.05.2016 г. (далее – Правила страхования) указаны как неотъемлемая часть договора, а исходя из пункта  12.4 Договора страхования они были получены и согласованы страхователем, а значит, являются обязательными для страхователя и выгодоприобретателя (пункт 2 статьи 942 ГК РФ).

Между Истцом и Ответчиком имеет место спор относительно объекта страхования и застрахованных рисков, страховых случаев. Условия об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования, а также о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая) в силу статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации являются существенными условиями договора страхования, в связи с чем необходимо устранить неопределенность в этом вопросе до рассмотрения остальных доводов сторон.

Истец указывает, что в пункт 1.1 Договора страхования установлен предмет договора, согласно которому страховщик обязуется, за обусловленную договором плату (страховую премию), при наступлении предусмотренных в договоре страховых случаев, возместить страхователю и (или) иным лицам, в пользу которых заключен договор (далее – «Выгодоприобретатели»), причиненные вследствие этих случаев убытки в застрахованном имуществе, или убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя, и (или) убытки в связи с ответственность страхователя (лица, риск ответственности которого застрахован) за вред, причиненный третьими лицами посредством выплаты страхового возмещения в пределах определенной договором страховой суммы. 

Как указывает Ответчик, пункт 1.1 Договора страхования не может представлять собой согласование всех существенных условий для признания заключенным таких видов договора страхования, как страхование ответственности за причинение вреда (статья 931 ГК РФ) или страхование ответственности по договору (статья 932 ГК РФ). Указанное положение договора является отсылочным и предполагает возможность страхования в рамках договора комбинированного страхования различных рисков, вытекающих из строительно-монтажной деятельности. Однако конкретные объекты страхования, страховые суммы и застрахованные риски и страховые случаи согласовываются в иных соответствующих разделах договора. При этом страхователь не лишен права достраховать объекты и риски, которые не были приняты на страхование изначально.

Согласно заявлению-анкете на строительно-монтажное страхование от 01.10.2016, Третье лицо 1 просило застраховать объект строительно-монтажных работ в соответствии с договором подряда на страховую сумму 473 871 892.56 руб. и материалы и оборудование на страховую сумму 120 352 420.26 руб. При этом такие объекты как оборудование строительной площадки, строительная техника на строительной площадке, существующее имущество заказчика и (или) подрядчика на строительной площадке, расходы по расчистке территории после страхового случая, ответственность перед третьими лицами, непредвиденные расходы, возникшие в период гарантийного обслуживания не указаны в качестве подлежащих страхованию, страховые суммы по ним не назначены.

Заявление на страхование принимается во внимание для установления содержания договора страхования, что соответствует позициям изложенным в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 20 и п. 11 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75.

Раздел 3 Договора страхования содержит описания объектов страхования и страховых сумм. Согласно пункту 3.1 Договора страхования, по настоящему договору застрахованы: Раздел 1 «Материальный ущерб» - предмет и средства проведения строительно-монтажных работ (далее по тексту – «застрахованное имущество»):

«Строительно-монтажные работы» - объект строительства / монтажа, указанный в пункте 2.1 настоящего договора, в соответствии с договором подряда. Страховая сумма 473 871 892.56 руб.

«Материалы» - материалы, приобретаемые Подрядчиком у Заказчика по договорам поставки (купли-продажи). Страховая сумма 120 352 420.26 руб.

Понятие объектов страхования приведено в статье 4 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации". Как указано в пункте 4 данной статьи, объектами страхования имущества могут быть имущественные интересы, связанные с риском утраты (гибели), недостачи или повреждения имущества (страхование имущества). В пункте 6 указано, что объектами страхования гражданской ответственности могут быть имущественные интересы, связанные с: риском наступления ответственности за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу граждан, имуществу юридических лиц, муниципальных образований, субъектов Российской Федерации или Российской Федерации; риском наступления ответственности за нарушение договора.

При этом в пункте 2 статьи 11 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1 установлено, что страховой тариф – это ставка страховой премии с единицы страховой суммы с учетом объекта страхования и характера страхового риска, а также других условий страхования, в том числе наличия франшизы и ее размера в соответствии с условиями страхования.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что рассматриваемым договором, на основании заявления на страхование в качестве существенного условия об объекте страхования согласовано только имущество, указанное в пунктах 2.1 и 3.1.1.1 Договора страхования – объект строительства «Строительство гидротехнического сооружения для обеспечения технической водой объектов Среднеботуобинского НГКМ», искусственная плотина в соответствии с Договором подряда № ТЮНГД16-0899 от 01.11.2016 года», а также материалы согласно пункту 3.1.1.2.

Гражданская ответственность перед третьими лицами в качестве объекта страхования не заявлялась, страховая сумма для обеспечения соответствующей страховой защиты не назначалась и не начислялась страховая премия.

Истец согласно справкам о стоимости выполненных работ и затрат № 4 от 23.12.2016, № 3 от 20.11.2016, № 2 от 20.11.2016, № 1 от 10.11.2016 (том 29 листы дела 1, 14, 27, 34) принял от Подрядчика работы и затраты по страхованию строительных рисков. Следовательно, с этого момента Истец имел возможность оценить условия страхования и потребовать от своего контрагента заключения дополнительного соглашения к договору страхования с целью расширения перечня объектов страхования и назначения по ним страховых сумм.

Довод истца о том, что условие страхования «с ответственностью за все риски» предполагает также страхование гражданской ответственности перед третьими лицами отклоняется судом, как несоответствующее условиям договора и правил страхования.

Страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование, как указано статье 9 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1.

Определение страховых рисков и страховых случаев дано в разделе 4 Договора страхования. Согласно пункту 4.1 по разделу 1 «Материальный ущерб» согласовано, что страхование на период строительно-монтажных работ проводится «с ответственностью за все риски» («Все риски»). По настоящему риску подлежит возмещению утрата, гибель или повреждение застрахованного имущества в результате любого непредвиденного внешнего воздействия, за исключением случаев оговоренных в пункте 4.3 настоящего договора.

Согласно пункту 4.1 Правил страхования, страхование объектов, оговоренных в пунктах 3.2.1. – 3.2.4. настоящих Правил, в период проведения строительно-монтажных работ проводится на условиях «с ответственностью за все риски» (риск «Все риски»).

Пункты 3.2.1. – 3.2.4 Правил страхования предполагают страхование таких объектов, как «Cтроительно – монтажные работы», «Оборудование строительной площадки», «Строительная техника», «Существующее имущество». Объект страхования «Гражданская ответственность перед третьими лицами» не назван в этом перечне и для него в Правилах страхования приведено отдельное описания риска в пункте 4.2.

Разъяснения пункта 43 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 указывают, что значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Таким образом, из системного толкования положений Договора страхования и Правил страхования, следует, что условие о страховании «с ответственностью за все риски» следует рассматривать в рамках раздела «Материальный ущерб», т.е. в отношении имущества указанного в пункте 3.1 договора.

Суд отмечает, что даже если бы риск «Гражданская ответственность перед третьими лицами», предусмотренный пунктом 3.2.5 правил страхования был бы застрахован, то заявленные Истцом убытки не подлежали бы возмещению.

В пункте 4.2 Правил страхования указано, что по страхованию гражданской ответственности Страхователя (лица, риск ответственности которого застрахован) перед третьими лицами (риск «Гражданская ответственность»), страховым случаем является причинение вреда жизни, здоровью или имуществу третьих лиц при производстве указанных в договоре страхования строительно-монтажных работ. Под вредом имуществу третьих лиц по настоящим Правилам понимается гибель, утрата, повреждение имущества потерпевшего (последний абзац).

В то же время согласно пункту 5.4 и 5.4.6 Правил страхования, при страховании гражданской ответственности перед третьими лицами не является страховым риском, страховым случаем и не возмещаются вред, причиненный имуществу которым заказчик или подрядчик владеет на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по договору хранения, по доверенности, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему имущества и т.п., далее по тексту – «существующее имущество»), а также имуществу иной организации, занятой производством застрахованных строительно-монтажных работ,  имуществу работников этой организации, заказчика или подрядчика.

Страхование ответственности Третьего лица 1 за нарушение договора подряда, (статья 932 ГК РФ) не предполагается ни в тексте Договора страхования, ни в правилах страхования. Более того, по правилу пункта 1 статьи 932 Гражданского кодекса Российской Федерации, страхование риска ответственности за нарушение договора допускается в случаях, предусмотренных законом.

Ответчик указывает, что Истец является ненадлежащим и не может быть признан выгодоприобретателем по рассматриваемому договору страхования. В соответствие с пунктом 1.4 Договора страхования, выгодоприобретателями по настоящему договору являются: заказчик, подрядчик, а также любое юридическое лицо или дееспособное физическое лицо, включая, но, не ограничиваясь любыми строительными подрядчиками и строительными субподрядчиками, с которыми подрядчик или заказчик имеет письменное соглашение в отношение застрахованного объекта строительно-монтажных работ, каждый в отношении той части имущества, в отношении которой он в соответствии с законом или договором подряда несет риск утраты или повреждения. Страхование производится «За счет кого следует».

Согласно пункту 3 статьи 930 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор страхования имущества в пользу выгодоприобретателя может быть заключен без указания имени или наименования выгодоприобретателя (страхование "за счет кого следует").

Заказчик указан в качестве выгодоприобретателя, но с оговоркой о том, что признается таковым в отношении той части имущества, в отношении которой он в соответствии с законом или договором подряда несет риск утраты или повреждения. Следовательно, для определения Истца в качестве выгодоприобретателя необходимо установить, в отношении какого застрахованного имущества на момент инцидента Истец несет риск утраты или повреждения.

 Между Истцом (Заказчиком) и ООО "Стройинвест" (Подрядчиком) был заключен договора подряда на выполнение строительно-монтажных работ № ТЮНГД/16-0899 от 01 ноября 2016 г. (том 1 лист дела 55). Согласно п. 2.1 указанного договора, Подрядчик обязуется выполнить работы на Объекте: «Строительство гидротехнического сооружения для обеспечения технической водой объектов Среднеботуобинского НГКМ» Искусственная плотина» по заданию Заказчика и на условиях настоящего Договора.

Срок окончания работ указан в п. 5.1 договора подряда – 31 августа 2017 г., при этом рабочую готовность гидротехнического сооружения необходимо обеспечить до начала паводкового периода 2017 года (май 2017 года), с целью заполнения ложа плотины водой.

В обязанности Подрядчика, согласно пункту 7.52 договора подряда, входит нести риск случайной гибели или повреждения оборудования, изделий, конструкций и другого имущества, переданных Заказчиком для исполнения настоящего Договора, а также нести риск случайной гибели или случайного повреждения результата выполненной работы до приемки Объекта Заказчиком, кроме случаев, связанных с обстоятельствами непреодолимой силы.

Пунктом 20.4 Договора подряда предусмотрен порядок приемки законченного строительством объекта, который предусматривает подписание актов по форме КС-11. В соответствие с п. 21.1 Договора подряда, от начала работ до утверждения акта приемки законченного строительством объекта, подрядчик несет полную ответственность за сохранение и содержание объекта, материалов и оборудования, работ, строительной техники и расходных материалов, временных зданий и сооружений, а также поставленного ему оборудования и материалов.

По правилу пункта 1 статьи 741 Гражданского кодекса Российской Федерации риск случайной гибели или случайного повреждения объекта строительства, составляющего предмет договора строительного подряда, до приемки этого объекта заказчиком несет подрядчик. Из позиции, изложенной в пункте 18 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 N 51 также следует, что подписание промежуточных актов приемки работ не означает перехода к заказчику риска гибели объекта.

Довод Истца о необходимости применения пункта 20 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 N 51 не верен, т.к. указанном пункте разъясняется об ответственности подрядчика, допустившего ненадлежащее исполнение обязательства по обеспечению сохранности предоставленных заказчиком материалов. В рассматриваемом деле как риск ненадлежащего исполнения работ, так и риск случайной гибели или повреждения объекта строительства относятся на сторону Подрядчика.

Таким образом, договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ № ТЮНГД/16-0899 от 01 ноября 2016 г. предполагает, что риск утраты или повреждения объекта строительства, материалов и оборудования до утверждения акта приемки законченного строительством объекта несет Подрядчик. В таких обстоятельствах, по условиям пункта 1.4 Договора страхования, Истец не может быть признан надлежащим выгодоприобретателем в отношении пострадавшего в результате инцидента 15 мая 2017 года объекта строительства, т.к. акта приемки законченного строительством объекта по форме КС-11 утвержден не был. Доказательств повреждения в результате инцидента какого-либо иного имущества, находящегося в собственности Истца не представлено.

Также ответчик указывает, что рассматриваемое событие не является страховым случаем, т.к. подпадает под перечень исключений.

Согласно пункту 4.1 Договора страхования установлено, что страхование на период строительно-монтажных работ проводится «с ответственностью за все риски» («Все риски»). По настоящему риску подлежит возмещению утрата, гибель или повреждение застрахованного имущества в результате любого непредвиденного внешнего воздействия, за исключением случаев оговоренных в пункте 4.3 настоящего договора. Пунктом 4.3 предусмотрено, что не является страховым риском, страховым случаем и не подлежат возмещению убытки, перечисленные в разделе 5 Правил.

В разделе 5  Правил страхования установлены исключения из страхования. В пункте 5.2 Правил страхования предусмотрены исключения именно при страховании объектов строительства (строительных работ), которые не является страховым риском, страховым случаем.

Согласно позиции пункта 2 «Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан» утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, если иное не предусмотрено законом или иными правовыми актами, стороны договора добровольного страхования вправе по своему усмотрению определить перечень случаев, признаваемых страховыми, а также случаев, которые не могут быть признаны страховыми.

Ответчик указывает, что пунктом 5.2.3 Правил страхования исключаются убытки от гибели или повреждения застрахованного имущества вследствие ошибок, допущенных при проектировании объекта строительства, если иное не предусмотрено договором страхования (Оговорки 100, 115, DЕ1, DE 2, DE 3, DE 4, DE 5 Приложения 2 к настоящим Правилам). 

Также ответчик ссылается на пункт 5.2.4 Правил страхования, согласно которому исключаются расходы по замене, ремонту дефектного материала или устранению недостатков, допущенных при производстве строительных работ. Однако это исключение касается только непосредственно пострадавших дефектных материалов и предметов, но не распространяется на возмещение ущерба от гибели или повреждения правильно сооруженных объектов или исправных частей и предметов вследствие использования дефектного материала или ошибок при производстве строительных работ, если иное не предусмотрено договором страхования (Оговорки 100, 115, DE1, DE 2, DE 3, DE 4, DE 5  Приложения 2 к настоящим Правилам);

Договором страхования не отменяется применение названных пунктов правил, указанных в них оговорок договор не содержит.

Ответчиком заявлено о применении последствий пропуска срока исковой давности, установленного статьей 966 Гражданского кодекса Российской Федерации и составляющего два года по требованиям, вытекающим из договора имущественного страхования, за исключением договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц.

Как установлено судом, в разделе 3 Договора страхования указаны объекты страхования и страховые суммы по ним: «Стророительно-монтажные работы» - объект строительства / монтажа, указанный в пункте 2.1 настоящего договора, в соответствии с договором подряда. Страховая сумма 473 871 892.56 руб.; «Материалы» - материалы, приобретаемые Подрядчиком у Заказчика по договорам поставки (купли-продажи). Страховая сумма 120 352 420.26 руб. Риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу третьих лиц на страхование не принимался. Рассматриваемый договор следует квалифицировать, как договор страхования имущества и применять двухлетний срок исковой давности.

Истцом 16 мая 2017 года издан приказ № П-2017-0605 о создании комиссии по расследованию инцидента, произошедшего на Среднеботуобинском месторождении ООО «Таас-Юрях Нефтегазодобыча» (том 3 лист дела 2). С этого момента Истец считается осведомленным о неблагоприятном событии, имеющим признаки страхового случая.

Согласно пунктам 8.2 и 8.3.3 Договора страхования страхователь обязан при наступлении события, имеющего признаки страхового случая незамедлительно, но не позднее 72 часов с момента, когда страхователю стало известно о событии, имеющем признаки страхового случая, письменно уведомить об этом страховщика способом, позволяющим зафиксировать факт сообщения.

Соответственно Страховщик, согласно пункту 8.6 и 8.6.2 Договора страхования, обязан рассмотреть заявление о страховой выплате и предоставленные Страхователем (Выгодоприобретателем; лицом, риск ответственности которого застрахован) все  необходимые документы, предусмотренные пунктом 8.3.6 настоящего договора, с учетом пунктов 13.3.8 Правил, в течении 30 (тридцати) рабочих дней с даты их получения Страховщиком. В течение указанного срока принять решение о признании произошедшего события страховым случаем, осуществить выплату страхового возмещения, либо направить Страхователю (Выгодоприобретателю; лицу, риск ответственности которого застрахован) в письменном виде извещение о непризнании произошедшего события страховым случаем, или извещение о полном или частичном отказе в страховой выплате с указанием причин отказа.

Ответчик высылал страхователю (Третьему лицу 1) уведомления и запросы о необходимости предоставления документов от 18.05.2017, 29.05.2017, 19.09.2017, 16.01.2018 (том 15 листы дела 28 – 41). Ответов на указанные письма страховщика в материалы дела не представлено.

Письмом от 10.09.2018 № И-2018-13671 Истец запросил у Ответчика предоставление информации о принятом решении. В своем ответе от 09.10.2018 № РГ-43974/10 страховщик повторно запросил пакет необходимых документов и сведений для рассмотрения события  (том 15 листы дела 42 – 45).

Заявление о выплате страхового возмещения с комплектом документов, согласно перечню приложений подано Истцом только письмом от 05.09.2019 № И-2019-12198, т.е. более чем через два года после того, как Истцу стало известно об инциденте.

При этом акт технического расследования причин инцидента – частичного размыва гидротехнического сооружения, происшедшего 16 мая 2017 года был утвержден Истцом 18 августа 2017 года (том 3 листы дела 12). С этого момента Истец имел возможность предоставить Страховщику все имеющиеся документы относительно неблагоприятного события, в том числе предусмотренные пунктом 8.3.6 Договора страхования, чего не сделал.

По правилам пункта 2 статьи 939 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховщик вправе требовать от выгодоприобретателя, в том числе и тогда, когда выгодоприобретателем является застрахованное лицо, выполнения обязанностей по договору страхования, включая обязанности, лежащие на страхователе, но не выполненные им, при предъявлении выгодоприобретателем требования о выплате страхового возмещения по договору имущественного страхования либо страховой суммы по договору личного страхования. Риск последствий невыполнения или несвоевременного выполнения обязанностей, которые должны были быть выполнены ранее, несет выгодоприобретатель.

Исходя из пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения из пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 N 20 следует, срок исковой давности по спорам, вытекающим из правоотношений по имущественному страхованию (статья 966 ГК РФ), исчисляется с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать об отказе страховщика в выплате страхового возмещения или о выплате его страховщиком не в полном объеме, а также с момента истечения срока выплаты страхового возмещения, предусмотренного законом или договором.

На основании представленных суду документов, нет оснований считать, что как Страхователь, так и Истец, заявляющий свои требования в качестве выгодоприобретателя, имели разумные основания не отвечать на запросы страховой компании и не предоставлять документацию, имеющуюся у них на том момент и необходимую для рассмотрения инцидента в качестве страхового случая.

Учитывая условия договора страхования, момент наступления инцидента, неоднократные запросы страховой компании о представлении необходимых документов, суд установил, что срок исковой давности подлежит исчислению по истечению 30 рабочих дней, предоставленных Страховщику на принятие решения после момента, когда истец утвердил акт технического расследования причин инцидента – частичного размыва гидротехнического сооружения (18 августа 2017 года), а именно с 29 сентября 2017 года.

Таким образом, срок исковой давности по требованию, вытекающему из договора страхования имущества составляет два года и заканчивается 29 сентября 2019 года. Истец предъявил заявления в суд 27 апреля 2020 года, т.е. за пределами срока исковой давности.

Аналогичная позиция о применении срока исковой давности по договорам страхования приведена в определениях Верховного Суда РФ от 18.07.2019 N 305-ЭС19-10384, от 06.05.2019 N 305-ЭС19-5083, от 21.12.2017 N 305-ЭС17-19749, от 14.08.2017 N 307-ЭС17-10509, от 05.07.2017 N 305-ЭС17-8313, от 05.05.2017 N 305-ЭС17-3805.

Согласно пункту 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Расходы по уплате госпошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, статьей 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайств ООО "ТААС-ЮРЯХ НЕФТЕГАЗОДОБЫЧА" и АО "ГИПРОВОСТОКНЕФТЬ" о назначении судебной строительно-технической экспертизы отказать.

В удовлетворении ходатайства АО "ГИПРОВОСТОКНЕФТЬ" об истребовании доказательств отказать.

В удовлетворении ходатайства АО "ГИПРОВОСТОКНЕФТЬ" о фальсификации доказательств, а именно ведомости операционного контроля уплотнения тела плотины отказать.

В удовлетворении ходатайства АО "ГИПРОВОСТОКНЕФТЬ" о фальсификации доказательств, а именно 47 актов скрытых работ, представленных в материалы дела 26.05.2020 отказать.

В удовлетворении ходатайства АО "ГИПРОВОСТОКНЕФТЬ" о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы отказать.

В удовлетворении исковых требований – отказать. 

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:                                                                                                              В.Г. Джиоев