ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-18902/2024)

24 февраля 2025 года                                                                        Дело № А65-29850/2022

Резолютивная часть постановления оглашена 17 февраля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 24 февраля 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бондаревой Ю.А., судей Львова Я.А., Машьяновой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ильясовой Э.М.,

с участием в судебном заседании:

от ФИО1 - представитель ФИО2, по доверенности от 10.10.2023,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Кубометр» ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 ноября 2024 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Кубометр», г.Набережные Челны (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3 о признании недействительной сделкой соглашение о прекращении взаимных обязательств зачетом встречных однородных требований от 10.01.2020 года, заключенное между обществом с ограниченной ответственностью «Кубометр», г.Набережные Челны (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ФИО1, с.Столбище Лаишевский район Республика Татарстан, и применении последствий недействительности сделок (вх.73161),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 марта 2023 года (дата резолютивной части 09.03.2023 года) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Кубометр», г.Набережные Челны (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура банкротства – наблюдение.

Временным управляющим утвержден ФИО3, с вознаграждением за каждый месяц осуществления им своих полномочий в размере фиксированной суммы 30 000 рублей.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №46 (7491) от 18.03.2023 объявление №12010344593.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 июля 2023 года (дата резолютивной части 11.07.2023г.) общество с ограниченной ответственностью «Кубометр», г.Набережные Челны (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на 5 месяцев до 11.12.2023г.

Конкурсным управляющим утверждён ФИО3 с вознаграждением за каждый месяц осуществления им своих полномочий в размере фиксированной суммы 30 000 рублей.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Кубометр» ФИО3 о признании недействительной сделкой соглашения о прекращении взаимных обязательств зачетом встречных однородных требований от 10.01.2020 года, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Кубометр» и ФИО1 и применении последствий недействительности сделки (вх. 73161).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан заявление принято к производству суда. В порядке ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве ответчика привлечена ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 ноября 2024 года в удовлетворении заявления отказано.

Взыскана с общества с ограниченной ответственностью «Кубометр», г.Набережные Челны (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 6 000,00 рублей.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Кубометр» ФИО3 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.11.2024 года по делу № А65-29850/2022 – отменить, принять по делу новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2024 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего ООО «Кубометр» ФИО3 и предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины в размере 30 000 рублей до вынесения судебного акта по итогам рассмотрения апелляционной жалобы.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 17.02.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В суд от конкурсного управляющего ФИО3 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие. Суд, совещаясь на месте, удовлетворил ходатайство.

От ФИО1 поступил отзыв на апелляционную жалобу. Суд отзыв на апелляционную жалобу приобщил к материалам дела.

В судебном заседании представитель ФИО1 возражал по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между «Кубометр» (сторона – 1)  и ФИО1 (сторона – 2) заключено соглашение о прекращении взаимных обязательств зачетом встречных однородных требований от 10.01.2020, согласно которому:

- у стороны – 1 существует требование к стороне – 2 на сумму 7 281 765 руб. по договору уступки права требования № СИГ2/65-12-36-1 от 10.01.2020 (п. 1.1 соглашения);

- у стороны – 2 существует требование к стороне – 1 на сумму 3 600 000 руб. по договору займа № 04-З/2019/К от 02.10.2019, по договору займа № 05-З/2019/К от 08.11.2019 и по договору займа № 06-З/2019/К от 25.12.2019 (п. 1.2 соглашения).

Стороны договорились провести зачет на сумму 3 600 000 руб. (п. 3 соглашения).

В соответствии с соглашением стороны договорились прекратить встречные однородные требования, указанные в п. 1.2 соглашения, полностью; требования, указанные в п. 1.1 соглашения, частично путем проведения зачета.

Как указано конкурсным управляющим, в обоснование доводов о недействительности данной сделки и применении последствий ее недействительности приведены нормы п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Исходя из позиции заявителя, оспариваемая сделка совершена должником в отсутствие встречного исполнения, при наличии задолженности перед кредиторами, с целью причинения вреда кредиторам, с заинтересованным лицом.   

Рассмотрев заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки на основании следующего.

В силу п. 1 ст. 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Заявление о признании должника банкротом принято определением суда от 06.02.2023. Оспариваемое соглашение заключено 10.01.2020, т.е. в период свыше трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, и может быть оспорено только по основаниям, установленным ГК РФ. 

Как следует из сведений МРИ ФНС России № 18 по РТ, ответчик ФИО1 в период с 31.10.2019 по 25.02.2020 являлась участником должника с размером доли 51 %.

Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки (10.01.2020) ответчик  являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику в соответствии со ст. 19 Закона о банкротстве.

Между ООО «Строй Инвест Групп» (застройщик) и АО «Сувар – Казань» (дольщик) заключен договор участия в долевом строительстве жилого дома № СИГ2/65-12 от 17.05.2019, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором строк и своими силами построить многоквартирный дом и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию передать в собственность дольщику соответствующий объект долевого строительства, а дольщик обязуется принять в собственность объект долевого строительства и оплатить его. 

Согласно п. 3.2 договора объектом долевого строительства являются 8 квартир с условными номерами 12, 18, 24, 36, 78, 84, 108, 132, в многофункциональном комплексе «ВДНХ» переменной этажности по адресу: РТ, г. Казань, Приволжский район, ул. Оренбургский тракт.  

 Стоимость объектов долевого строительства определена сторонами в размере 54 341 760 руб. (п. 4.1 договора).

В дальнейшем между АО «Сувар – Казань» (цедент) и ООО «Кубометр» (цессионарий) заключен договор № СИГ2/65-12-36 от 09.09.2019 об уступке права требования по договору участия в долевом строительстве жилого дома № СИГ2/65-12 от 17.05.2019, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает на себя право требования цедента по передаче части своей доли по договору участия в долевом строительстве жилого дома № СИГ2/65-12 от 17.05.2019, на следующий объект долевого строительства: квартира с условным номером 36, общей проектной площадью 73,04 кв.м.    

Передаваемое право оценено сторонами в размере 7 281 765 руб. (п. 5 договора). 

Также между ООО «Строй Инвест Групп» (застройщик) и ООО «Кубометр» (дольщик) заключен договор участия в долевом строительстве жилого дома № СИГ/П-33-110 от 09.09.2019, по условиям которого застройщик обязуется в предусмотренный договором строк и своими силами построить многоквартирный дом и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию передать в собственность дольщику соответствующий объект долевого строительства, а дольщик обязуется принять в собственность объект долевого строительства и оплатить его. 

Согласно п. 3.2 договора объектом долевого строительства является машиноместо № 110 в многофункциональном комплексе «ВДНХ» переменной этажности по адресу: РТ, г. Казань, Приволжский район, ул. Оренбургский тракт.  

Стоимость объекта долевого строительства определена сторонами в размере 770 000 руб. (п. 4.1 договора).

10.01.2020 между ФИО1 «Цессионарий» и ООО «Кубометр» «Цедент» заключен договор уступки права требования по договору участия в долевом строительстве жилого дома № СИГ2/65-12 от 17.05.2019, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает на себя право требования цедента по передаче части своей доли по договору участия в долевом строительстве жилого дома № СИГ2/65-12 от 17.05.2019, на следующий объект долевого строительства: квартира с условным номером 36, общей проектной площадью 73,04 кв.м.    

Передаваемое право оценено сторонами в размере 7 281 765 руб. (п. 5 договора).

10.01.2020 между ФИО1 «Цессионарий» и ООО «Кубометр» «Цедент» заключен договор уступки права требования по договору участия в долевом строительстве жилого дома № СИГ/П-33-110 от 09.09.2019 по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает на себя право требования цедента по передаче части своей доли  - машиноместо № 110 в многофункциональном комплексе «ВДНХ» переменной этажности по адресу: РТ, г. Казань, Приволжский район, ул. Оренбургский тракт.  

Передаваемое право оценено сторонами в размере 770 000 руб. (п. 5 договора).

Также, между ФИО1 (займодавец) и ООО «Кубометр» (заемщик) заключен договор займа № 04-З/2019/К от 02.10.2019, по условиям которого займодавец передает заемщику в займ денежные средства в сумме 1 100 000 руб. на срок до 01.10.2020, а заемщик обязуется вернуть денежные средства в указанный срок.

Выдача займа подтверждается копией квитанции к приходному кассовом ордеру № 1 от 02.10.2019 на сумму 1 100 000 руб. 

Между ФИО1 (займодавец) и ООО «Кубометр» (заемщик) заключен договор займа № 05-З/2019/К от 08.11.2019, по условиям которого займодавец передает заемщику в займ денежные средства в сумме 2 200 000 руб. на срок до 01.12.2020, а заемщик обязуется вернуть денежные средства в указанный срок.

Выдача займа подтверждается копией квитанции к приходному кассовом ордеру № 2 от 08.11.2019 на сумму 1 000 000 руб., копией квитанции к приходному кассовом ордеру № 3 от 20.11.2019 на сумму 1 000 000 руб. и копией квитанции к приходному кассовом ордеру № 4 от 03.12.2019 на сумму 200 000 руб.   

Между ФИО1 (займодавец) и ООО «Кубометр» (заемщик) заключен договор займа № 06-З/2019/К от 25.12.2019, по условиям которого займодавец передает заемщику в займ денежные средства в сумме 300 000 руб. на срок до 31.12.2020, а заемщик обязуется вернуть денежные средства в указанный срок.

Выдача займа подтверждается копией квитанции к приходному кассовом ордеру № 5 от 25.12.2019 на сумму 300 000 руб. 

Кроме того, получение денежных средств должником ООО «Кубометр» по данным договорам займа подтверждается выпиской по счету должника, представленной конкурсным управляющим в материалы дела. Имеются соответствующие зачисления на счет должника.

Согласно акту сверки на 31.12.2019 у ООО «Кубометр» имелась задолженность перед ФИО1 в сумме 3 600 000 руб.

Между «Кубометр» (сторона – 1)  и ФИО1 (сторона – 2) заключено соглашение о прекращении взаимных обязательств зачетом встречных однородных требований от 10.01.2020, согласно которому:

- у стороны – 1 существует требование к стороне – 2 на сумму 7 281 765 руб. по договору уступки права требования № СИГ2/65-12-36-1 от 10.01.2020 (п. 1.1 соглашения);

- у стороны – 2 существует требование к стороне – 1 на сумму 3 600 000 руб. по договору займа № 04-З/2019/К от 02.10.2019, по договору займа № 05-З/2019/К от 08.11.2019 и по договору займа № 06-З/2019/К от 25.12.2019 (п. 1.2 соглашения).

Стороны договорились провести зачет на сумму 3 600 000 руб. (п. 3 соглашения).

В соответствии с соглашением стороны договорились прекратить встречные однородные требования, указанные в п. 1.2 соглашения, полностью; требования, указанные в п. 1.1 соглашения, частично путем проведения зачета.

В силу положений статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Исходя из правовой позиции, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2013 № 4030/13, определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2017 № 304-ЭС17-1977, из указанного принципа свободы договора следует, что стороны вправе определить порядок оплаты выполненных работ по своему усмотрению.

Согласно п. 1 ст. 328 ГК РФ встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств.

В соответствии со ст. 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Из положений ст. 410 ГК РФ следует, что для зачета по одностороннему заявлению необходимо, чтобы встречные требования являлись однородными, срок их исполнения наступил (за исключением предусмотренных законом случаев, при которых допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил).

Подача заявления о зачете является выражением воли стороны односторонней сделки на прекращение встречных обязательств и одновременно исполнением требования закона, установленного к процедуре зачета (ст. 154, 156, 410 ГК РФ). Дата такого заявления не влияет на момент прекращения обязательства, который определяется моментом наступления срока исполнения того обязательства, срок которого наступил позднее ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2018)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.12.2018)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 407 Гражданского кодекса обязательства прекращаются полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу пункта 2 статьи 154, статьи 410 Гражданского кодекса зачет как способ прекращения обязательства является односторонней сделкой, для совершения которой необходимы определенные условия: требования должны быть встречными, однородными, с наступившими сроками исполнения. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Данная позиция изложена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 19.06.2012 № 1394/12 по делу № А53-26030/2010. 

Как следует из п. 14             Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств", согласно статье 410 ГК РФ для зачета необходимо и достаточно заявления одной стороны. Для прекращения обязательств заявление о зачете должно быть доставлено соответствующей стороне или считаться доставленным по правилам статьи 165.1 ГК РФ.

По правилам абзаца 6 статьи 411 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается зачет требований в случаях, предусмотренных законом или договором.

Суд первой инстанции установил, что материалами дела подтверждено предоставление ФИО1 денежных средств в адрес ООО «Кубометр» в займ на общую сумму 3 600 000 руб. Сведений о возврате данного займа не представлено. 

В обоснование финансовой возможности предоставить займы должнику ФИО1 сослалась на получение дохода ее супругом ФИО4, в подтверждение чего представлены копия свидетельства о браке и справки о доходах ФИО4 по форме 2 –НДФЛ на общую сумму 1 733 522,46 руб., а также на наличие денежных средств в сумме 2 200 000 руб., вырученных от продажи квартиры, в подтверждение чего представлен договор купли – продажи квартиры от 24.04.2019.                  

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчиком должнику предоставлены денежные средства по договорам займа на общую сумму 3 600 000 руб., на стороне должника возникла задолженность по указанным договорам займа, которая зачтена в счет погашения задолженности по договорам уступки прав требования оспариваемым соглашением о зачете.   

Суд первой инстанции указал, что сделка не повлекла уменьшения имущества должника, в связи с чем, не оснований полагать, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов. 

Сведений о том, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов также не представлено. 

Кроме того, при прекращении взаимных обязательств, объединенных наличием у сторон цели создания единого обязательственного отношения, с позиции установленных по делу обстоятельств, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов исключается.

Указанные обстоятельства конкурсным управляющим либо иными лицами не опровергнуты, каких – либо возражений либо доказательств не представлено.

С учетом изложенного, доводы конкурсного управляющего в указанной части также отклонены судом первой инстанции. 

Также судом первой инстанции указано следующее.  

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Пунктом 1 статьи 10 названного кодекса установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Поскольку сделки оспариваются в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 следует, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ, требуется, чтобы пороки выходили за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Таким образом, из анализа вышеприведенных положений законодательства о банкротстве, регламентирующего оспаривание сделок, следует, что во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановление Пленума № 63).

По общему правилу, сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В силу статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Правонарушение, заключающееся в необоснованной передаче должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(8,10) и др.).

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по статье 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

При этом баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом, и тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановление Пленума № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции указал, что заявитель, обращаясь в суд с настоящим заявлением, ссылался на совершение должником оспариваемой им сделки в отсутствие встречного исполнения, с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, при наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, с заинтересованным лицом.

Вмененные ответчику нарушения в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу, что заявление о признании спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть удовлетворено только при доказанности материалами дела наличия у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Между тем, в рассматриваемом случае приведенные заявителем в обоснование заявления доводы полностью охватываются диспозицией нормы статьи 61.2 Закона о банкротстве, и каких-либо иных обстоятельств, которые выходили бы за пределы дефектов подозрительных сделок, кредитором не заявлено.

Поскольку каких-либо иных аргументов и доказательств в обоснование своей позиции о ничтожности сделок, которые позволили бы прийти к иным выводам по данному вопросу, конкурсным управляющим в настоящем обособленном споре не заявлено и не представлено, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии всей совокупности необходимых и достаточных условий для признания оспариваемой сделки ничтожной по основаниям статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности. Оценивая указанные доводы, суд первой инстанции исходил из следующего.  

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанном до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как указано в пункте 4 Постановления Пленума №63, судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В силу пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 июля 2023 года (дата резолютивной части 11.07.2023г.) общество с ограниченной ответственностью «Кубометр», г.Набережные Челны (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждён ФИО3.

Рассматриваемое заявление поступило в Арбитражный суд РТ 23.11.2023, т.е. в срок менее одного года с даты утверждения ФИО3 в качестве конкурсного управляющего. 

Таким образом, доводы о пропуске срока исковой давности отклонены судом первой инстанции.  

На основании изложенного, учитывая совокупность установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта норм ст.270 АПК РФ.

По мнению апеллянта, срок для подачи заявления об оспаривании сделки должника необходимо считать с даты подачи заявления, то есть с 01.11.2022 (дата оставления заявления о признании должника банкротом без движения). Сделка совершена 10.01.2020, в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, апеллянт считает, что платежеспособность ФИО1 не доказана.

Также по мнению апеллянта, причинен вред имущественным правам кредиторов, так как зачет произвело заинтересованное лицо (ФИО1), в следствии чего независимые кредиторы лишились возможности за счет конкурсной массы получить удовлетворение своих требований.

Также апеллянт указывает, что вопрос о пропуске срока исковой давности ответчиком не был заявлен.

Повторно рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности выводов суда первой инстанции в силу следующего.

В рамках дела о банкротстве должника ключевое значение имеет дата возбуждения дела о банкротстве, относительно которой квалифицируются не только требования кредиторов как реестровые или текущие, но и от которой определяется период подозрительности с целью оспаривания сделок должника.

Закон о банкротстве разделяет несколько периодов подозрительности с целью оспаривания сделок должника - месяц до возбуждения дела о банкротстве, 6 месяцев до возбуждения дела о банкротстве, 1 год до возбуждения дела о банкротстве и 3 года до возбуждения дела о банкротстве.

При этом совершение должником сделок в каждый из названных периодов времени влечет для него и его контрагентов риск оспаривания таких сделок по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Практика рассмотрения споров по делам о банкротстве в течение последних нескольких лет развивается в ключе применения более строгих стандартов доказывания по спорам с участием аффилированных должнику лиц. Также более строгий стандарт доказывания применяется при рассмотрении споров о признании недействительными сделок должника. Причем, чем ближе к дате возбуждения дела о банкротстве была совершена должником оспариваемая сделка, тем более строгий стандарт доказывания подлежит применению.

При этом оставление заявления о банкротстве без движения не изменяет период подозрительности, который по-прежнему считается с даты вынесения судом первой инстанции определения о возбуждении дела о банкротстве.

Между тем в практике рассмотрения споров по делам о банкротстве Верховного Суда РФ появляются случаи, при которых суд признает возможность изменения правил исчисления периода подозрительности.

Анализ правоприменительной практики Верховного Суда РФ показал, что при рассмотрении дел о банкротстве период подозрительности, играющий важную роль при рассмотрении споров об оспаривании сделок должника, может исчисляться с некоторыми особенностями.

Во-первых, период подозрительности для сделок, подлежащих государственной регистрации, исчисляется с даты такой регистрации, а не с даты заключения сделки.

Во-вторых, заключение мирового соглашения с целью приобретения неоправданного преимущества определенной группе лиц перед иными кредиторами противоречит самому предназначению мирового соглашения и влечет отказ суда в его утверждении. Более того, возбуждение повторного дела о банкротстве в короткий период времени после прекращения первого дела о банкротстве не изменяет исчисление периода подозрительности, который считается с даты возбуждения первого дела о банкротстве.

В-третьих, передача дела о банкротстве по подсудности из одного арбитражного суда в другой на исчисление периода подозрительности не влияет.

В рассматриваемом деле не применим ни один из случаев изменения периода подозрительности, в связи с чем, довод конкурсного управляющего необоснован.

Также, судебная коллегия отклоняет довод конкурсного управляющего о наличии признаков злоупотребления права в действиях должника и ответчика при заключении спорной сделки, так как доказательства этому не представлены.

Положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

При этом, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом необходимо доказать наличие пороков сделки, выходящих за пороки подозрительности.

Более того, судебная коллегия считает необходимым отметить, что в рассматриваемом случае конкурсным управляющим оспаривается сделка по зачету взаимных требований.

Доказательства реальности обоих требований имеются в материалах дела, конкурсным управляющим не доказано, что займы ФИО1 должнику не выдавались. Денежные средства от выдачи займов вносились на счет должника.

Доказательства того, что указанные денежные средства предоставлены иными лицами отсутствуют.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности конкурсным управляющим факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, что является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Приведенные конкурсным управляющим в обоснование предъявленного требования доводы фактически означают предпочтительное погашение требований ответчика, что соответствует диспозиции состава недействительности, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.02.2025 N 305-ЭС21-25158(12) по делу N А40-187996/2019).

Довод апеллянта о том что ответчиком не заявлялось о пропуске срока исковой давности правового значения не имеет, так как суд первой инстанции указал, что срок исковой давности не пропущен, основанием для отказа в удовлетворении требований пропуск срока не являлся.

Суд апелляционной инстанции отклоняет иные приведенные доводы в апелляционной жалобе, поскольку, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 ноября 2024 года по делу А65-29850/2022, следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Расходы на оплату государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ возлагаются на заявителя.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 ноября 2024 года об отказе в удовлетворении заявления признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по делу № А65-29850/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Кубометр» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 000 руб. по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                            Ю.А. Бондарева 

Судьи                                                                                                          Я.А. Львов

А.В. Машьянова