АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А75-10778/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 июня 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Куприной Н.А.,

судей                                                                  Крюковой Л.А.,

ФИО1,

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел кассационную жалобу акционерного общества «Югорская территориальная энергетическая компания – Региональные сети» на решение от 27.10.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Бухарова С.В.) и постановление от 28.01.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Сафронов М.М., Солодкевич Ю.М., Тетерина Н.В.) по делу № А75-10778/2021 по иску акционерного общества «Югорская территориальная энергетическая компания – Региональные сети» (628011, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Россети Тюмень» (628408, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - Региональная энергетическая комиссия Тюменской области, Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, Ямало-Ненецкого автономного округа.

В судебном заседании принял участие представитель акционерного общества «Россети Тюмень» - ФИО2 по доверенности от 26.05.2021, диплом.

Суд установил:

акционерное общество «Югорская территориальная энергетическая компания – Региональные сети» (далее – компания) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском к акционерному обществу «Россети Тюмень» (далее – общество) о взыскании 893 989,26 руб. неосновательного обогащения.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Региональная энергетическая комиссия Тюменской области, Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, Ямало-Ненецкого автономного округа (далее – РЭК).

Решением от 27.10.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, оставленным без изменения постановлением от 28.01.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в иске отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, компания обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска.

В обоснование кассационной жалобы заявителем приведены следующие доводы: суды руководствовались правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, согласно которой в случае получения сетевой организацией новых объектов электросетевого хозяйства от иного владельца, когда при принятии тарифного решения регулятором не устанавливался тариф на передачу электрической энергии посредством их использования, то, пока не доказано обратное, предполагается, что сетевая организация намеренно действовала в обход тарифного регулирования с целью перераспределения котловой выручки в свою пользу, и услуги по передаче электрической энергии, оказанные с использованием новых электросетевых объектов, оплате не подлежат; при этом не учтено, что по спорному вопросу сложилась разная судебная практика, в том числе в пользу доводов компании, которые она приводила в исковом заявлении и дополнении к нему; судами не учитывались особенности тарифного регулирования и специфика деятельности сетевых организаций, что приводит к существенному дисбалансу в получении сетевыми организациями тарифной выручки и ущемлению прав и законных интересов субъектов электроэнергетики, ограничивает возможности сетевых организаций по свободному отчуждению (приобретению) объектов электросетевого хозяйства в середине периода регулирования, делая его экономически невыгодным и убыточным, вынуждает сетевую организацию, приобретающую объекты электросетевого хозяйства от 7 месяцев до 1,5 лет бесплатно оказывать услуги по передаче электроэнергии, содержать данные объекты и оплачивать потери ресурса, не получая компенсации данных расходов, в нарушение основных начал гражданского законодательства (принцип свободного перемещения товаров, работ и услуг); в отсутствие признаков злоупотребления правом появление в течение периода регулирования у сетевой компании новых точек поставки, не учтенных в тарифном решении, не препятствует ей в получении оплаты по тарифу, установленному на этот период регулирования; определение получателя оплаты за услуги по передаче энергии только исходя из наличия затрат на содержание объектов электросетевого хозяйства, учтенных в необходимой валовой выручке (далее – НВВ) сетевой организации, не соответствует действительному смыслу правовой позиции высших судов; действующее законодательство в сфере электроэнергетики не содержит запрета на получение сетевой организацией оплаты услуг по передаче электроэнергии в случае приобретения объектов электросетевого хозяйства в середине периода регулирования; судами нарушены принципы равенства, состязательности и равноправия сторон (статьи 7, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ), что в силу части 3 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены судебных актов; вывод судов о неопровержении компанией презумпции злонамеренности ее действий по приобретению электросетевого имущества в течение периода тарифного регулирования безоснователен и не подтвержден нормативными актами и разъяснениями высших судов.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие представителей компании и РЭК в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

К материалам дела приобщен отзыв общества, в котором оно просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель общества поддержал возражения против удовлетворения кассационной жалобы, изложенные в отзыве.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы, отзыва на нее, суд округа пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как установлено судами, между компанией (исполнитель) и обществом (заказчик) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 22.10.2015 № 11/16-У (далее – договор), по условиям которого исполнитель обязался оказывать заказчику услуги по передаче электрической энергии в точки поставки потребителей, непосредственно либо опосредованно подключенным к электрический сетям исполнителя, путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или ином установленном законом основании, а заказчик обязался оплачивать услуги исполнителя в порядке, установленном договором.

Компанией (арендатор) с публичным акционерным обществом «Ростелеком» (арендодатель) заключен договор аренды от 27.12.2019 № 0506/25/14/20 (далее – договор аренды), согласно которому арендодатель обязался предоставить арендатору во временное владение и пользование электротехническое оборудование (трансформаторные подстанции, комплексные трансформаторные подстанции, воздушные и кабельные линии).

Обращаясь в арбитражный суд с иском, компания указала, что в результате заключения договора аренды у нее появились дополнительные точки поставки электрической энергии (далее – спорные точки поставки), в отношении которых она начала оказывать обществу услуги по передаче электрической энергии с использованием арендованного электросетевого имущества.

Расходы на содержание принятого компанией в аренду электросетевого имущества не включены в ее НВВ.

В рамках существующего технологического присоединения обществом и компанией переоформлены акты об осуществлении технологического присоединения, после чего компания направила обществу дополнительное соглашение от 06.07.2020 № 33 к договору о включении с 01.01.2020 соответствующих точек поступления электрической энергии из сетей общества в сети компании (арендованные объекты электросетевого хозяйства), акты оказания услуг за период с июля по декабрь 2020 года.

Указанные акты возвращены ответчиком с разногласиями, объем электроэнергии, переданной из сетей ответчика в сети истца по спорным точкам поставки исключен из общего объема переданной энергии, а сумма оплаты по договору уменьшена на 893 989,26 руб.

Компания, полагая, что недополучила оплату за фактически оказанные услуги по передаче электрической энергии за период с июля по декабрь 2020 года по вновь приобретенным сетям на сумму 893 989,26 руб., обратилась к обществу с претензией от 12.01.2021 об оплате возникшей задолженности, а после этого – в арбитражный суд с иском.

Рассматривая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 10, 308, 401, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьями 23, 23.1, 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), пунктом 42 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), пунктами 2, 3, 7 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Основы ценообразования № 1178), пунктом 7 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178, пунктами 19, 20, 49, 52 Методических указаний по расчету тарифов на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам Российской Федерации от 06.08.2004 № 20-э/2 (далее – Методические указания № 20-э/2), приказом Федеральной службы по тарифам от 31.07.2007 № 138-э/6, информационным письмом Федеральной службы по тарифам от 04.09.2007 № ЕЯ-5133/12 «О введении котлового метода расчета тарифов на услуги по передаче электрической энергии», разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позицией, отраженной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2015 № 307-ЭС14-4622, от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930 (1,2), от 04.09.2017 № 307-ЭС17-5281, от 28.12.2017 № 306-ЭС17-12804, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-21623, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-20124, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-22541, от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208, от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993, от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400, условиями договора и исходили из доказанности приобретения компанией в течение периода тарифного регулирования объектов электросетевого хозяйства, расходы на содержание которых не учитывались при утверждении тарифов на оказание услуг по передаче электрической энергии на 2020 год. В целях сохранения осуществления государственного регулирования стоимости услуг по передаче электрической энергии суды пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований компании о взыскании с общества неосновательного обогащения.

При этом судами отмечено, что, приобретая объекты электросетевого хозяйства в середине периода тарифного регулирования, истец, являясь профессиональным участником розничного рынка электроэнергии, участвующий в тарифном регулировании, не мог не знать, что соответствующая сделка может привести к перераспределению «котловой» выручки с учетом новых объектов электросетевого хозяйства, неучтенных в тарифной модели.

Помимо изложенного, апелляционным судом констатировано, что исчерпывающих доказательств, опровергающих презумпцию недобросовестности при принятии новых объектов в середине года, а также свидетельствующих о том, что истец действовал вынужденно, в материалы дела не представлено.

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах ее доводов и изложенных в отзыве возражений, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»), суд округа считает, что по существу спор разрешен судами правильно.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.02.2018 № 10-П, содержащееся в главе 60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц.

Пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные названной главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).

Из приведенных норм следует, что приобретенное либо сбереженное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего. При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения (пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).

Услуги сетевых организаций по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 ГК РФ, статьи 4 и 6 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях», пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46 – 48 Правил № 861, подпункт 3 пункта 3 Основ ценообразования № 1178).

В силу пункта 35 Правил № 1178 цены (тарифы) применяются в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики.

Конечные потребители оплачивают услуги по передаче электроэнергии по единому «котловому» тарифу, который гарантирует равенство тарифов для всех потребителей услуг, расположенных на территории субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе, и обеспечивает совокупную необходимую валовую выручку всех сетевых организаций региона, входящих в «котел».

Однако, поскольку фактические затраты сетевых организаций в регионе различны, для получения положенной им экономически обоснованной НВВ каждой паре сетевых организаций утверждается индивидуальный тариф взаиморасчетов, по которому одна сетевая организация должна передать другой дополнительно полученные денежные средства.

При этом тариф устанавливается так, чтобы обеспечить сетевой организации экономически обоснованный объем финансовых средств, необходимых для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования, то есть объем НВВ. Базовые величины для расчета ставок тарифов определяются исходя из характеристик объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации на момент принятия тарифного решения. Инициатором принятия тарифного решения является регулируемая организация, которая представляет в регулирующий орган исходные сведения для установления тарифа (Правила № 1178, раздел III Основ ценообразования № 1178, пункты 43, 44, 47 – 49, 52 Методических указаний № 20-э/2).

Из указанных правовых норм следует, что в основе тарифа лежит экономическое обоснование НВВ регулируемой организации. Распределение совокупной НВВ всех сетевых организаций региона посредством применения индивидуальных тарифов для смежных пар объективно обусловлено составом электросетевого хозяйства сетевых организаций и объемом перетока электроэнергии через объекты электросетевого хозяйства.

По общему правилу сетевые организации получают плату за услуги по передаче электроэнергии по установленным им тарифам по тем объектам электросетевого хозяйства, которые учитывались регулирующим органом при принятии тарифного решения. Такой порядок распределения совокупной НВВ экономически обоснован и обеспечивает баланс интересов сетевых организаций.

Законодательство не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в ее законное владение в течение периода регулирования, поскольку возникающий в этом случае дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования (пункт 7 Основ ценообразования № 1178, пункт 20 Методических указаний № 20-э/2).

Между тем, последствия поступления во владение сетевой организации объектов электросетевого хозяйства, состоявшегося после утверждения регулирующим органом тарифного решения на соответствующий период, и оказания сетевой организацией в этот период услуг по передаче электрической энергии, в том числе посредством использования таких объектов, находятся в зависимости от того, учтены ли расходы на содержание соответствующих объектов при установлении тарифов применительно к рассматриваемому периоду регулирования и, по сути, являются риском данной сетевой организации.

Если новые электросетевые объекты получены от иной сетевой организации (в порядке реорганизации юридического лица, по договорам купли-продажи, аренды, ссуды), являющейся участником того же «котла», то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором устанавливался тариф на передачу электрической энергии в том числе посредством их использования, то предполагается, что затраты на их содержание и эксплуатацию у обеих сетевых организаций (правопредшественника и правопреемника) равны, пока не доказано обратное.

В ситуации, когда новые электросетевые объекты получены сетевой организацией от иного владельца, то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором не устанавливался тариф на передачу электрической энергии, в том числе посредством их использования, это изменяет механизм распределения денежных средств по единому (котловому) тарифу - его получателем становится сетевая организация, приобретшая указанные объекты. При этом возникшая схема отношений не может повлечь за собой изменения утвержденной регулирующим органом котловой модели распределения денежных средств и ограничить получение смежными сетевыми организациями необходимой НВВ, учтенной при установлении тарифов.

Возможность субъекта электроэнергетики, являющегося лицом, обязанным оплатить услуги по передаче электрической энергии, оказанные сетевой организацией посредством использования новых электросетевых объектов, компенсировать незапланированные затраты в последующих тарифных периодах с использованием мер тарифного регулирования, не может служить мотивировкой допустимости нарушения сетевой организацией тарифно-балансового плана хозяйственной деятельности электросетевого комплекса региона. Иное правопонимание противоречит пункту 4 статьи 1 ГК РФ, поскольку поступление новых электросетевых объектов во владение сетевой организации находится в сфере субъективного контроля последней.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64, 65, 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в совокупности и взаимной связи, установив, что перешедшее во владение компании по договору аренды электросетевое имущество не учитывалось РЭК при утверждении тарифной схемы, регулирующей оказание услуг по передаче электрической энергии на 2020 год, приняв во внимание отсутствие объективных причин для неизбежного либо вынужденного приобретения истцом спорных объектов электросетевого хозяйства, исключающих возможность возложения на истца негативных последствий допущенного им делового просчета, обуславливающего невозможность включения расходов на содержание спорного электросетевого имущества в тариф, суды двух инстанций пришли к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца платы за услуги по передаче электрической энергии с использованием спорных объектов электросетевого хозяйства и удовлетворения требований компании.

Суд округа считает, что при принятии обжалуемых решения и постановления судами с достаточной полнотой установлены все обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, правильно применены нормы материального права, регулирующие отношения сторон, а также нормы процессуального права, устанавливающие принцип распределения бремени доказывания.

Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Судами верно учтено отсутствие доказательств того, что истец действовал в ситуации вынужденности (судами явной необходимости и неизбежности в приобретении новых объектов электросетевого хозяйства в течение периода тарифного регулирования у компании не установлено); недоказанность истцом экономической целесообразности сделки с точки зрения ожидаемого добросовестного и разумного поведения участника хозяйственного оборота, соответственно, не опровержение компанией обстоятельств, на которые аргументированно ссылалось общество.

Суд округа отклоняет ссылку заявителя жалобы на судебную практику по другим делам, поскольку по каждому из них суды исходили из конкретных обстоятельств, не тождественных обстоятельствам рассмотренного спора.

В рассматриваемом случае, сознательно вступая в отношения владения спорными объектами электросетевого хозяйства в течение периода тарифного регулирования, что неизбежно приводит к изменению (нарушению) утвержденной тарифно-балансовой схемы региона на определенный период, территориальная сетевая организация – новый собственник таких объектов, как профессиональный участник соответствующего рынка, не может не осознавать, что данной тарифно-балансовой схемой не учтен ее экономический интерес на получение соответствующей платы (с учетом установленных судами обстоятельств отсутствия вынужденного характера таких действий по приобретению объектов), что является ее предпринимательским риском.

В целом доводы, приведенные в кассационной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, направлены на переоценку доказательств по делу и оспаривание выводов судов по фактическим обстоятельствам спора, исследованных ими и получивших должную правовую оценку, тогда как в силу части 2 статьи 287 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке кассационного производства суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом, либо предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Нарушений при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ являются безусловным основанием к отмене судебных актов, также не установлено. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 27.10.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 28.01.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-10778/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                  Н.А. Куприна

 

Судьи                                                                                                                 Л.А. Крюкова

 

ФИО1