ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

29.08.2024 года                                                            дело № А14-11431/2020

г. Воронеж                                                                                                            

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23.08.2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено  29.08.2024 года

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи                                        Безбородова Е.А.

судей                                                                                   Ореховой Т.И.

                                                                                             Мокроусовой Л.М.

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Омельченко О.В.,

 

при участии:

 

от конкурсного управляющего ООО «Стройсервис» ФИО1: ФИО2, представитель по доверенности от 10.01.2024,

от ИП ФИО3: ФИО4, представитель по доверенности от 21.03.2024, 

от ФИО5: ФИО6, представитель по доверенности от 01.12.2021,

от ФНС России в лице УФНС России по Воронежской области: ФИО7, представитель по доверенности от 14.05.2024,

от АО «ФИО10»: ФИО8, представитель по доверенности от 16.08.2022,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» ФИО1, ФНС России в лице УФНС России по Воронежской области, ИП ФИО3, ФИО5 на определение Арбитражного суда Воронежской области от 17.05.2024 по делу № А14-11431/2020 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» ФИО1 о признании недействительными сделок (пункта 5 решения от 02.06.2017 №4/06, решения общего собрания собственников от 06.07.2019 №7/06, решения общего собрания собственников от 02.08.2019 №6/08) и применении последствий недействительности сделок, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 30.09.2020 принято к производству заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее - ПАО Сбербанк, заявитель) о признании общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (далее по тексту - ООО «Стройсервис», должник) несостоятельным (банкротом) в связи с наличием задолженности в размере, превышающем 300 000 руб., которая не исполняется более трех месяцев.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 14.12.2020 (рез. часть от 07.12.2020) заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО9.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в соответствии с порядком, установленным статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту -ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Закон о банкротстве), в газете «Коммерсантъ» № 234 от 19.12.2020 на стр. 160.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 04.08.2021 (рез. часть от 28.07.2021) ООО «Стройсервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО9.

Сообщение   о   введении   в   отношении   должника   процедуры   конкурсного производства опубликовано в соответствии с порядком, установленным статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Закон о банкротстве) в газете «КоммерсантЪ» № 139 от 07.08.2021 на стр. 142.

Определением суда от 15.04.2022 (рез. часть от 11.04.2022) произведена в рамках дела № А14-11431/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» замена кредитора - с публичного акционерного общества «Сбербанк России» (г. Москва, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на его правопреемника - общество с ограниченной ответственностью «СтройМаркет» (г. Воронеж, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в части суммы требований - 854 490 575 руб. 52коп., вытекающей из договора об открытии невозобновляемой кредитной линии №130213009 от 05.08.2013, как обеспеченных залогом по следующим договорам: договору ипотеки №0208100/И1 от 04.09.2008; договору ипотеки №130214039/и1 от 17.02.2015;  договору ипотеки №130213009/И2  от 04.02.2014;  договору ипотеки №130213009/И1 от 24.01.2014; договору ипотеки №130213009/и5 от 15.10.2015; договору залога №130213009/З-8 от 31.03.2016.

Определением от 03.10.2022 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Стройсервис» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А14-11431/2020. Конкурсным управляющим обществом с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (г. Воронеж, ОГРН 

<

***>, ИНН

<

***>) утвержден ФИО1.

12.04.2023 от конкурсного управляющего поступило заявление о признании недействительным Решения общего собрания собственников Торгово-делового центра «ФИО10» и Многофункционального гостиничного комплекса от 06.07.2019 №7/06, заключенное между АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» и применении последствий его недействительности.

Определением от 26.04.2023 суд принял заявление к производству.

21.04.2023 от конкурсного управляющего поступило заявление о признании недействительным Решения общего собрания собственников Торгово-делового центра «ФИО10» и Многофункционального гостиничного комплекса от 02.08.2019 №6/08, заключенное между АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» и применении последствий его недействительности.

Определением от 26.04.2023 суд принял заявление к производству.

26.05.2023 от конкурсного управляющего поступило заявление о признании недействительным пункта 5 решения от 02.06.2017 №4/06, которым утверждено Приложение №5 «Временное положение о направлении собственниками доходов от эксплуатации Торгово-делового цента «ФИО10» по адресу: 

<

...> и объекта МГК на инвестиционное направление», заключенное между АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» и применении последствий его недействительности.

Определением от 30.05.2023 суд принял заявление к производству.

Определением от 12.12.2023 объединены для совместного рассмотрения заявление арбитражного управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой (пункта 5 решения от 02.06.2017 №4/06), применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (г. Воронеж, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и заявление арбитражного управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой (решение общего собрания собственников от 06.07.2019 №7/06), применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (г. Воронеж, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Определением от 23.01.2024 объединены для совместного рассмотрения заявление арбитражного управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой (решение общего собрания собственников от 02.08.2019 №6/08), применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (г. Воронеж, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и заявление арбитражного управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой (пункта 5 решения от 02.06.2017 №4/06), применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (г. Воронеж, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), заявление арбитражного управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой (решение общего собрания собственников от 06.07.2019 №7/06), применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (г. Воронеж, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 17.05.2024 отказано в удовлетворении ходатайства ИП ФИО3 о приостановлении производства по рассмотрению заявления о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности. Отказано в удовлетворении заявления ФИО5 об объединении в одно производство обособленных споров. Заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании недействительными сделок (пункта 5 решения от 02.06.2017 №4/06, решения общего собрания собственников от 06.07.2019 №7/06, решения общего собрания собственников от 02.08.2019 №6/08) и применении последствий недействительности сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (г. Воронеж, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с данным определением, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» ФИО1, ФНС России в лице УФНС России по Воронежской области, ИП ФИО3, ФИО5 обратились в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы рассматривались в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

В электронном виде через сервис «Мой арбитр» от АО «ФИО10» поступил отзыв на апелляционные жалобы с приложением, которые суд приобщил к материалам дела.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Стройсервис» ФИО1 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, считает обжалуемое определение незаконным и необоснованным, просил его отменить.

Представитель ИП ФИО3 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, считает обжалуемое определение незаконным и необоснованным, просил его отменить.

Представитель ФИО5 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, считает обжалуемое определение незаконным и необоснованным, просил его отменить.

Представитель ФНС России в лице УФНС России по Воронежской области поддержал доводы своей апелляционной жалобы, считает обжалуемое определение незаконным и необоснованным, просил его отменить.

Представитель АО «ФИО10» с доводами апелляционных жалоб не согласен, считает обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела и доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на общем собрании собственников Торгово-делового центра «ФИО10» и Многофункционального гостиничного комплекса принято решение от 02 июня 2017г. № 4/06, пунктом 5 которого утверждено Приложение №5 «Временное Положение о направлении Собственниками доходов от эксплуатации Торгово-делового центра «ФИО10» по адресу: 

<

...> и Объекта МГК на инвестиционное направление» (далее именуемое «сделка»).

Пунктом 1 Временного положения предусмотрено, что Доходы от эксплуатации ТДЦ и Объекта МГК, в размере 15% (3/20) платежей, поступающих от третьих лиц, подлежащие перечислению Собственнику 2 (ООО «Стройсервис») в соответствии с ПРИЛОЖЕНИЕМ №4 (к Решению №3/06 от 16.01.2012 с учетом Решения №4/06 от 02.06.2017), в первую очередь направляются Собственником 1 (АО «ФИО10») на оплату расходов в части 15% (3/20) доли Собственника 2 в совместных инвестициях по Инвестиционному договору по строительству объекта: «Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра ОАО «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...> (II и III этапы строительства)».

Из пункта 2 Временного положения следует, что Положения пункта 5 ПРИЛОЖЕНИЯ №4 (к Решению №3/06 от 16.01.2012 с учетом Решения №4/06 от 02.06.2017) применяются в части оставшейся разницы между общей суммой доходов от эксплуатации ТДЦ и Объекта МГК, в размере 15% (3/20) платежей, поступающих от третьих лиц, подлежащие перечислению Собственнику 2 (ООО «Стройсервис») и суммой доходов от эксплуатации ТДЦ и Объекта МГК, в размере 15% (3/20) платежей, поступающих от третьих лиц, подлежащие перечислению Собственнику 2 в соответствии с ПРИЛОЖЕНИЕМ №4 (к Решению №3/06 от 16.01.2012 с учетом Решения №4/06 от 02.06.2017), направленных Собственником 1 (АО «ФИО10») на оплату расходов в части 15% (3/20) доли Собственника 2 в совместных инвестициях по Инвестиционному договору по строительству объекта: «Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра ОАО «ФИО10», расположенного  по  адресу:   

<

...>   (II  и  III этапы строительства)».

Настоящее Положение является временным и действует в период с 01 ноября 2017 года по дату окончания всех строительно-монтажных работ на объекте: «Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра ОАО «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...> (II и III этапы строительства), но не позднее 1 июля 2018 года, если к указанной дате строительно-монтажные работы не будут завершены и сохранится необходимость финансирования СМР в порядке пункта 1 настоящего Положения, стороны продлят срок его действия с указанием даты завершения работ - пункт 3 Временного положения.

Анализ документов Должника свидетельствует, что на дату утверждения АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» оспариваемой Сделки предмет строительства по Инвестиционному договору на строительство здания от 01.04.2013г. - Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра ОАО «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...> был введен в эксплуатацию: 1 этап -18.01.2017, о чем выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № RU-36302000-004-2017.

ООО «Стройсервис» и АО «ФИО10» оформили Акт №1 от 17 апреля 2017 года, согласно которого стороны подтвердили объем доли Ответчика 3/20 в первом этапе строительства Объекта: «I этап строительства «Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра ОАО «ФИО10», расположенный по адресу: 

<

...>, (I этап строительства)», площадью 77190,7 кв.м, количество этажей 11, в том числе подземных 4.

Кроме того, согласно пункту 5 Акта № 1 от 17.04.2017г. инвестиционная стоимость 1 этапа Инвестиционного объекта определена в размере 3 131751090, 65 руб., в том числе НДС 477 724 742,64 руб.; инвестиционная стоимость доли Инвестора (ООО «Стройсервис) 3/20 в стоимости 1 этапа Инвестиционного Объекта составляет 469 762 663,6 руб., в том числе НДС 71658 711,9 руб.

По документам Должника на дату заключения Сделки, т.е. на 02.06.2017г., по инвестиционному договору на строительство здания от 01.04.2013г.:

1.         Подписано КС-2 между АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» на 789 070 835,93руб.;

2.         Оплачено ООО «Стройсервис» в адрес АО «ФИО10» - 889 719 325,58 руб.

3.         Дебиторская   задолженность   АО   «ФИО10»   перед   ООО «Стройсервис» на - 100 648 489,65 руб.

Исходя из указанных параметров, наличия существенного авансирования со стороны Должника по состоянию на 02.06.2017г., у АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» отсутствовали основания для дополнительного направления 3/20 доходов от эксплуатации ТДЦ и МГК в оплату инвестиций по договору от 01.04.2013г., что предусмотрено оспариваемой сделкой.

Следует отметить, что 2 этап объекта МГК по ул. Куколкина, 18, площадью 46 327,9 кв.м. (11 надземных этажей) был введен в эксплуатацию - 30.11.2017, о чем выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № RU-36302000-112-2017.

Согласно разрешению на строительство №RU-36302000-23 от 21.03.2013 и п. 1.1. договора подряда №AEC-2GC-GP-2011, строительство инвестиционного объекта должно было производиться в два этапа (в две очереди сдачи объекта).

Пунктом 7.5. Договора от 01.04.2013г. предусмотрено, что свидетельством качества передаваемого Инвестору результата инвестиционной деятельности, его соответствия строительно-техническим нормам и правилам является подписание Разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Таким образом, сделка от 02 июня 2017г. заключена после прекращения Инвестиционного договора на строительство здания от 01.04.2013г. в отношении 1 этапа по причине его ввода в эксплуатацию, т.е. в связи с достижением его цели в отношении 1 этапа.

Площадь Второго этапа составляет 60% от площади первого этапа.

При этом, в счет инвестиционного вклада в строительство второго этапа, учитывая Акт № 1 от 17.04.2017г., Должник оплатил на дату спорной сделки:

889 719 325,58 руб. (всего оплата) - 469 762 663,6 руб. (стоимость 1 этапа по Акту №1) = 419 956 661,98 руб., т.е. на дату сделки следует констатировать существенное отклонение в большую сторону стоимости 2 этапа по сравнению с 1 этапом, уже на дату сделки стоимость 2 этапа на 148,95% превышала стоимость 1 этапа, при этом в документах Должника отсутствуют данные, обосновывающие столь значительное отклонение, как и необходимость увеличивать данное отклонение за счет направления 3/20 доли Должника от доходов ТДЦ и МГК.

Пункт 3 Временного положения, о его действии до 1 июля 2018г., а также дата ввода в эксплуатацию 1 этапа МГК, по которому претензий нет, о чем свидетельствует Акт №1 и дата ввода в эксплуатацию 2 этапа МГК через 6 месяцев после заключения оспариваемой сделки, при этом документы Должника свидетельствуют об авансировании завершения строительства 2 этапа, в совокупности исключают возможность финансирования строительства Объекта уже введенного в эксплуатацию после 30.11.2017г. вплоть до 1 июля 2018г. долей выручки от ТДЦ и МГК.

Исходя из объема инвестирования и ввода в эксплуатацию, достижения цели Инвестиционного договора от 01.04.2013г., периода спорной сделки - до 01.07.2018г. - наличие в документах должника подписанных после 30.11.2017 (дата ввода 2 этапа МГК) Актов выполненных работ с АО «ФИО10» на сумму 74 382 835,54 руб. с НДС: №24 от 31.03.2018, №25 от 31.03.2018, №26 от 31.03.2018, №27 от 30.06.2018, №28 от 30.09.2018 года, а также актов о выполнении работ по Инвестиционному договору на сумму 146 033 844, 64 руб. с НДС: №1 от 31.12.2019, №2 от 30.12.2019, №3 от 30.12.2019, №4 от 31.12.2019, №1 от 31.03.2020, № 2 от 30.06.2020 года, которые должником не подписаны, в совокупности свидетельствует о необоснованности данных расходов, т.к. они составлены в период, когда обязательства ООО «Стройсервис» по Инвестиционному договору по внесению вкладов уже прекратились в связи с достижением цели, для которой он был заключен и результат инвестиционной деятельности АО «ФИО10» был фактически передан ООО «Стройсервис».

При этом указанные акты выполненных работ АО «ФИО10» со ссылкой на сделку использовало для удержания 3/20 доходов должника от указанных объектов, что формирует неосновательное обогащение у АО «ФИО10» в ущерб конкурсной массе, что нарушает права должника и его кредиторов.

По мнению конкурсного управляющего, спорная сделка от 02.06.2017г. свидетельствует о допущенном со стороны АО «ФИО10» злоупотреблении правом, заключена в отсутствии реальных экономических целей, с намерением причинить вред должнику, является недействительной.

Кроме того, на общем собрании собственников Торгово-делового центра «ФИО10» и Многофункционального гостиничного комплекса принято решение от 06.07.2019 № 7/06 (далее именуемое «сделка»), действие которого распространено на задолженность ООО «Стройсервис» перед АО «ФИО10» в размере 106 690 574 руб. 00 коп. по инвестированию доли должника по Инвестиционному договору от 01.04.2013г.

В тексте сделки указано, что ее действие распространено на задолженность ООО «Стройсервис» перед АО «ФИО10» в размере 106 690 574 руб. 00 коп. (по инвестированию доли должника по Инвестиционному договору, а также о фактическом удержании суммы процентов в размере 32 564 199,38 руб. (абз.2 п.1).

При анализе документов должника, указанный в сделке размер задолженности, а также удержанных процентов, ни на дату заключения сделки, ни на 06.12.2017г., как дату, начиная с которой стороны распространили ее действие, конкурсным управляющим не установлено.

Согласно разрешению на строительство №RU-36302000-23 от 21.03.2013 и п. 1.1. договора подряда №AEC-2GC-GP-2011, строительство инвестиционного объекта должно было производиться в два этапа (в две очереди сдачи объекта).

Предмет строительства по Инвестиционному договору на строительство здания от 01.04.2013г. - Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра ОАО «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...> был введен в эксплуатацию: 1 этап -18.01.2017, о чем выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № RU-36302000-004-2017; 2 этап - 30.11.2017, о чем выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № RU-36302000-112-2017.

Пунктом 7.5. Договора от 01.04.2013г. предусмотрено, что свидетельством качества передаваемого Инвестору результата инвестиционной деятельности, его соответствия строительно-техническим нормам и правилам является подписание Разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Таким образом, сделка от 06.07.2019г. заключена после прекращения Инвестиционного договора на строительство здания от 01.04.2013г. в связи с достижением его цели - вводом объекта в эксплуатацию.

При таких обстоятельствах наличие в документах должника подписанных после 06.12.2017 Актов выполненных работ с АО «ФИО10» на сумму 74 382 835,54 руб. с НДС: №24 от 31.03.2018, №25 от 31.03.2018, №26 от 31.03.2018, №27 от 30.06.2018, №28 от 30.09.2018 года, а также актов о выполнении работ по Инвестиционному договору на сумму 146 033 844, 64 руб. с НДС: №1 от 31.12.2019, №2 от 30.12.2019, №3 от 30.12.2019, №4 от 31.12.2019, №1 от 31.03.2020, № 2 от 30.06.2020 года, которые должником не подписаны, в совокупности свидетельствует о необоснованности данных расходов, т.к. они составлены в период, когда обязательства ООО «Стройсервис» по Инвестиционному договору по внесению вкладов уже прекратились в связи с достижением цели, для которой он был заключен и результат инвестиционной деятельности АО «ФИО10» был фактически передан ООО «Стройсервис».

При этом, указанные акты выполненных работ АО «ФИО10» со ссылкой на сделку использовало для удержания 3/20 доходов должника от указанных объектов, что формирует неосновательное обогащение у АО «ФИО10» в ущерб конкурсной массе, что нарушает права должника и его кредиторов.

Конкурсный управляющий полагал, что сделка от 06.07.2019г. свидетельствует о допущенном со стороны АО «ФИО10» злоупотреблении правом, заключена в отсутствии реальных экономических целей, с намерением причинить вред должнику, является недействительной.

Кроме того, на общем собрании собственников Торгово-делового центра «ФИО10» и Многофункционального гостиничного комплекса принято решение от 02.08.2019 № 6/08 (далее именуемое «сделка»), в пункте 2 которого отражено, что по состоянию на 05.07.2019г. ООО «Стройсервис» имеет задолженность в размере более 100 млн. руб. по инвестированию своей доли в общем размере инвестиций по Инвестиционному договору от 01.04.2013 г.

С сентября 2016г. финансирование по инвестиционному договору от ООО «Стройсервис» осуществляется за счет выручки от деятельности Торгового центра всех очередей.

В пункте 3 указанной Сделки отражено, что в мае 2019 года АО «ФИО10» удалось достичь договоренностей с ПАО Сбербанк о выделении дополнительного финансирования на завершение строительства апартаментов в Объекте. Начиная с 01 июля 2019 года АО «ФИО10» осуществляет строительство за счет привлечения дополнительного кредита в ПАО Сбербанк.

При анализе документов должника, указанный в сделке размер задолженности (более 100 млн. руб.), на дату заключения сделки - 02.08.2019г. конкурсным управляющим не установлено, как и не установлено, что финансирование ООО «Стройсервис» по инвестиционному договору от 01.04.2013г. осуществляется за счет выручки от деятельности Торгового центра всех очередей с сентября 2016г. Кроме того, у Должника отсутствуют документы, подтверждающие строительство апартаментов в объекте по ул. Куколкина, 18 (п.1 Сделки) с 01 июля 2019г. (п.3 Сделки).

Согласно разрешению на строительство №RU-36302000-23 от 21.03.2013 и п. 1.1. договора подряда №AEC-2GC-GP-2011, строительство инвестиционного объекта должно было производиться в два этапа (в две очереди сдачи объекта).

Предмет строительства по Инвестиционному договору на строительство здания от 01.04.2013г. - Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра ОАО «ФИО10», расположенного  по  адресу:   

<

...>   был  введен  в эксплуатацию: 1 этап -18.01.2017, о чем выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № RU-36302000-004-2017; 2 этап - 30.11.2017, о чем выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № RU-36302000-112-2017.

Пунктом 7.5. Договора от 01.04.2013г. предусмотрено, что свидетельством качества передаваемого Инвестору результата инвестиционной деятельности, его соответствия строительно-техническим нормам и правилам является подписание Разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Таким образом, сделка от 02.08.2019г. заключена после прекращения Инвестиционного договора на строительство здания от 01.04.2013г. в связи с достижением его цели - вводом объекта в эксплуатацию.

Указанная в Сделке задолженность ООО «Стройсервис» не подтверждается, т.к. на момент ввода объекта в эксплуатацию, свидетельствующем о полном выполнении работ согласно разрешению на строительство, строительно-монтажные работы были выполнены генеральным подрядчиком ООО «Алтиус Инжинеринг и Констракшн» по договору подряда №AEC-2GC-GC-2011 от 27.10.2011г. стоимостью с НДС - 5 791 760 050,25 рублей, в связи с чем констатация в п.2 Сделки задолженности ООО «Стройсервис» не обосновано необходимыми первичными документами и доказательствами, не свидетельствует о наличии такого долга, а также лишает обоснованности удержание АО «ФИО10» выручки Должника от ТДЦ в доле 3/20.

Сделка не содержит данных, подтверждающих положение о финансировании Должником с сентября 2016г. инвестиционного договора за счет выручки от деятельности Торгового центра всех очередей (п.2 Сделки), не указано ни сумма такого финансирования, ни периоды (месяцы), за которые выручка Должника от деятельности ТДЦ направлялась на финансирование строительства Объекта, ни первичные документы, которыми подтверждалось такое финансирование, а также виды, объемы работ, которые финансировались таким образом, их локализация с подтверждением проектной и исполнительной документацией, кем данные работы выполнялись, каким образом были оплачены Заказчиком (АО «ФИО10»), а также соотношение с объемами, выполненными на момент ввода в эксплуатацию, а также после ввода в эксплуатацию, как указано в сделке.

Более того, по данным бухгалтерского учета Должника на 1 сентября 2016г. Должником был внесен авансовый вклад в строительство Объекта, остаток которого на указанную дату составлял 265 169 075,84 рублей, что исключает направление текущей выручки Должника от ТДЦ для финансирования строительства в указанный период.

Изложенные основания оспаривания сделки лишают обоснованности наличия в документах должника подписанных после 06.12.2017 Актов выполненных работ с АО «ФИО10» на сумму 74 382 835,54 руб. с НДС: №24 от 31.03.2018, №25 от 31.03.2018, №26 от 31.03.2018, №27 от 30.06.2018, №28 от 30.09.2018 года, а также актов о выполнении работ по Инвестиционному договору на сумму 146 033 844, 64 руб. с НДС: №1 от 31.12.2019, №2 от 30.12.2019, №3 от 30.12.2019, №4 от 31.12.2019, №1 от 31.03.2020, №2 от 30.06.2020 года, которые должником не подписаны.

Перечисленные Акты составлены в период, когда обязательства ООО «Стройсервис» по Инвестиционному договору по внесению вкладов уже прекратились в связи с достижением цели, для которой он был заключен и результат инвестиционной деятельности АО «ФИО10» был фактически передан ООО «Стройсервис».

При этом, указанные акты выполненных работ АО «ФИО10» со ссылкой на сделку использовало для удержания 3/20 доходов должника от указанных объектов, что формирует неосновательное обогащение у АО «ФИО10» в ущерб конкурсной массе, что нарушает права должника и его кредиторов.

По мнению, конкурсного управляющего, сделка от 02.08.2019г. свидетельствует о допущенном со стороны АО «ФИО10» злоупотреблении правом, заключена в отсутствии реальных экономических целей, с намерением причинить вред должнику, является недействительной.

Полагая, что данные сделки совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в условиях злоупотребления правом, в отсутствие реального экономического интереса, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, ссылаясь на п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса РФ.

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве закреплено право внешнего управляющего или конкурсного управляющего обращаться в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки должника, которое может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Ответчик, возражая против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на их необоснованность, вместе с тем заявил о пропуске годичного срока на оспаривание указанных сделок, установленного ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В абзаце 1 пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, 30.09.2020 Арбитражным судом Воронежской области принято заявление ПАО «Сбербанк России» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Стройсервис».

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 14.12.2020 (рез. часть от 07.12.2020) заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО9.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в соответствии с порядком, установленным статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в газете «Коммерсантъ» № 234 от 19.12.2020 на стр. 160.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 04.08.2021 (рез. часть от 28.07.2021) ООО «Стройсервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО9.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в соответствии с порядком, установленным статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в газете «КоммерсантЪ» № 139 от 07.08.2021 на стр. 142.

Определением от 03.10.2022 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Стройсервис» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А14-11431/2020. Конкурсным управляющим обществом с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (г. Воронеж, ОГРН 

<

***>, ИНН

<

***>) утвержден ФИО1.

С настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Воронежской области 12.04.2023, 21.04.2023, 26.05.2024, т.е. спустя 1 год 9 месяцев после признания должника банкротом и открытия конкурсного производства.

Подача заявления произведена управляющим за границами установленного законом годичного срока на подачу заявления.

В абзаце 2 пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" указано, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Осведомленность управляющего о наличии оспариваемых сделок задолго до подачи заявления подтверждается следующими доказательствами.

Анализом финансового состояния ООО «Стройсервис», составленным по итогам процедуры наблюдения временным управляющим ФИО9 по состоянию на 31.12.2020. В анализе финансового состояния должника управляющим анализируется арбитражное дело А14-10338/2020 по иску ООО «Стройсервис» к АО «ФИО10». В приведенном анализе управляющим неоднократно упоминаются спорные сделки.

Заявлением АО ФИО10 о включении в РТК Должника задолженности по инвестиционному договору. Данное заявление было подано АО ФИО10 в Арбитражный суд 22.09.2021 г.

Письменной позицией конкурсного управляющего от 06.04.2022, предоставленной им в ходе рассмотрения дела А14-10338/2020. Таким образом, управляющему было известно о данной сделке не позднее 06.04.2022.

Письменной позицией конкурсного управляющего по делу А14-10338/2021 от 03.12.2021 . Таким образом, управляющему было известно о данной сделке не позднее 03.12.2021.

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что годичный срок для оспаривания сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, подлежит исчислению с момента введения процедуры конкурсного производства, когда конкурсный управляющий, действуя разумно и добросовестно должен был получить информацию обо всех сделках должника.

Как правомерно установлено судом первой инстанции, учитывая осведомленность конкурсных управляющих (ФИО9, ФИО1) о наличии спорных сделок и их содержании, годичный срок на подачу заявлений об оспаривании сделок должника конкурсным управляющим пропущен.

В связи с чем, конкурсным управляющим было подано заявление об оспаривании спорных сделок в том числе и по общегражданским основаниям.

Согласно подходу, изложенному в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306- ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069), согласно которому, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред).

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", далее - постановление N 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником банкротом в отношении своих кредиторов, в частности, к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления N 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 N 305-ЭС19-18803(10), квалификация по статьям 10 и 168 ГК РФ должна применяться субсидиарно к специальным нормам. Произвольная или двойная квалификация одного и того же правонарушения как по специальным, так и по общим нормам противоречит принципам правовой определенности и предсказуемости.

Доказательства наличия у оспариваемого договора пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, в том числе наличия признаков мнимой сделки (п. 1 ст. 170 ГК РФ) либо сделки, совершенной в нарушение запретов, установленных ст. 10 ГК РФ, не представлены.

Кроме того, ответчик, заявил о применении последствий пропуска срока исковой давности по сделке - п.5 Решения №4/06 от 02.06.2017, мотивируя заявление тем, что указанная сделка не подлежит оспариванию по правилам ст. 61.2. закона о банкротстве, поскольку заключена более 3-х лет до момента возбуждения в отношении Должника дела о банкротстве.

Согласно поданному управляющим заявлению, конкурсный управляющий оспаривал пункт 5 Решения общего собрания собственников № 4/06 от 02.06.2017, которым было утверждено «Временное Положение о направлении Собственниками доходов от эксплуатации Торгово-делового центра «ФИО10» по адресу: Воронеж, ул.Кольцовская, д.35, 35а и Объекта МГК на инвестиционное направление» («Временное положение»).

В качестве правовых оснований для признания сделки недействительной управляющий ссылался на п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Из указанной нормы следует, что требование о признании сделки недействительной может быть удовлетворено в том случае, если сделка совершена должником в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, спорное Решение № 4/06 было заключено сторонами 02.06.2017 г., а заявление о признании ООО "Стройсервис" несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 30.09.2020, следовательно, оспариваемая сделка совершена более чем за три года до подачи в арбитражный суд заявления о признании ООО "Стройсервис" несостоятельным (банкротом), то есть за пределами установленного законом периода подозрительности.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции, исходя из положений пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 4 - 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пришел к правомерному выводу, что оспариваемая сделка совершена более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве должника, то есть за пределами периода подозрительности, в силу чего она не может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Как следует из положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в пунктах 5 - 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)     на момент совершения сделки должник отвечал признакунеплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которым недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из положений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также в обход закона.

Как уже указывалось ранее, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При этом, учитывая специфику оспаривания сделок в процедуре банкротства должника, противоправный интерес с учетом вышеприведенных разъяснений может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридических значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст.2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указано в п.6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацам 33, 34 ст.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» недостаточность   имущества  -  превышение  размера  денежных   обязательств   и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.

Из смысла статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением, установленных в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для признания сделки недействительной на основании ст.ст. ст.ст.10, 168 ГК РФ следует установить направленность воли обеих сторон сделки на ее совершение с нарушением ст.10 ГК РФ.

Между АО «ФИО10» (заказчик-застройщик) и ООО «Стройсервис» (инвестор) был заключен инвестиционный договор от 01.04.2013 на строительство здания (далее - инвестиционный договор), в соответствии с которым стороны договорились о совместном участии в инвестировании строительства объекта: здания многофункционального гостиничного комплекса, расположенное по адресу: 

<

...>, с реконструкцией блока «С» ТДЦ «ФИО10», включающий в себя проектирование, строительство и отделку.

Строительство запланировано на принадлежавшем сторонам земельном участке, находящемся в общей долевой собственности у заказчика-застройщика (17/20) и инвестора (3/20) (7782 кв. м), а также на иных земельных участках, в том числе как на принадлежавших ответчику, так и на участках, права на которые не были оформлены на момент заключения инвестиционного договора. Соответствующим образом стороны распределили доли участия в финансировании строительства (пункт 6.2 договора) и на результат инвестиционной деятельности (5.1 договора): 3/20 (15%) - участия в возмещении затрат на строительство и в праве собственности на объект определено для ООО «Стройсервис»; 17/20 - участия в возмещении затрат на строительство и в праве собственности на объект определено для АО «ФИО10».

Обязательства по организации проектирования и организации строительства по условиям пункта 4.3 инвестиционного договора возложены на АО «ФИО10». Реализация указанной обязанности АО «ФИО10» как заказчика осуществлена через заключенный с ООО «Алтиус Инжинеринг и Констракшн» (подрядчик) договор строительного подряда от 27.10.2011 № AEC-2GC-GP-2011, по которому подрядчик обязался выполнить по заданию заказчика строительство «Многофункционального гостиничного комплекса: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...>», прилегающей территории и внешних инженерных сетей, а также через договоры с иными подрядчиками (исполнителями, поставщиками), которые могут быть привлечены для выполнения работ, необходимых для строительства.

В этой связи в пункте 4.4.3 инвестиционного договора стороны закрепили право АО «ФИО10» как заказчика привлекать к выполнению работ на объекте и иных лиц, определяемых по усмотрению заказчика.

Согласно пункту 3.1 инвестиционного договора стороны согласовали предварительный размер совместных инвестиций в сумме 4 500 000 000 руб.

Общая стоимость работ, выполняемых по инвестиционному договору и подлежащих оплате каждой из сторон спора подлежала определению на основании стоимости работ, фактически выполняемых на объекте строительства в тех же пропорциях (85% подлежало оплате АО «ФИО10», 15% - ООО «Стройсервис») согласно пунктам 6.2, 6.3 инвестиционного договора, а также заключенному с ООО «Алтиус Инжинеринг и Констракшн» договору строительного подряда от 27.10.2011 № AEC-2GC-GP-2011 (пункт 3.2 инвестиционного договора).

Дополнительным соглашением от 08.04.2013 № 1 к инвестиционному договору стороны дополнили условия о порядке возмещения расходов на строительство (пункт 3.2) следующим положением: заказчик-застройщик ежемесячно/ежеквартально передает инвестору часть затрат в размере 15% на строительство многофункционального гостиничного комплекса исходя из соотношения долей в праве собственности с приложением копий документов по формам КС-2, КС-3, оформленных между заказчиком-застройщиком и подрядчиком за соответствующий период. Дополнительным соглашением № 2 от 31.10.2017 к инвестиционному договору предварительный размер совместных инвестиций был увеличен до 7600000000 руб.

Согласно разрешению на строительство от 21.03.2013 № RU-36302000-23 и пункту 1.1 договора подряда № AEC-2GC-GP-2011 строительство инвестиционного объекта должно было производиться в три этапа. По окончании выполнения работ I этапа 18.04.2017 зарегистрировано право общей долевой собственности сторон спора (3/20 - доля истца, 17/20 - доля ответчика) на нежилое здание с кадастровым номером 36:34:0401017:494, расположенное по адресу: 

<

...>.

Из текста данного Разрешения следует, что оно было выдано 21.03.2013 г. и действовало до 31.12.2013 г. Впоследствии разрешение на строительство неоднократно продлевалось: до 10.12.2014 г; до 10.12.2015 г; до 07.12.2016 г; до 17.11.2017 г; до 20.10.2018 г; до 21.09.2019 г; до 21.09.2020 г. Последним днем срока действия разрешения указана дата 21.09.2020 г.

Строительство и ввод законченного строительством объекта в эксплуатацию производились поэтапно, что подтверждается:

-                     Разрешением на ввод в эксплуатацию от 18.01.2017 (введена в эксплуатацию 1-я очередь (этап);

-                     Разрешением на ввод объекта в эксплуатацию от 30.11.2017 (введена в эксплуатацию 2-я очередь (этап).

Третий этап (очередь) строительства завершена не была и в эксплуатацию введена не была.

В связи с вводом в эксплуатацию части многофункционального гостиничного комплекса по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра АО «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...> (I этап строительства) ООО «Стройсервис» и АО «ФИО10» было принято решение общего собрания собственников торгово-делового центра «ФИО10» и многофункционального гостиничного комплекса (I этап строительства) № 4/06 от 02.06.2017 (далее - решение № 4/06), которым стороны распространили с 01.01.2017 действие утвержденных решением № 3/06 приложений на взаимоотношения сторон по распределению затрат на управление, содержание и эксплуатацию общего имущества, доходов от его эксплуатации также в отношении многофункционального гостиничного комплекса.

Кроме того, решением № 4/06 ООО «Стройсервис» и АО «ФИО10» было   утверждено   приложение   №5   -   «Временное   Положение   о   направлении собственниками доходов от эксплуатации торгово-делового центра «ФИО10» по адресу: 

<

...> и объекта МГК на инвестиционное направление».

Согласно пункту 1 приложения №5 к решению № 4/06 доходы от эксплуатации ТДЦ и объекта МГК в размере 15% (3/20) платежей, поступающих от третьих лиц и подлежащие перечислению ООО «Стройсервис», направляются на оплату расходов 15% доли истца в совместных инвестициях по инвестиционному договору на строительство объекта: «Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...> (II и III этапы строительства).

В силу пункта 3 приложения №5 к решению № 4/06 оно действует в период с 01.11.2017 по дату окончания всех строительно-монтажных работ на объекте: «Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...> (II и III этапы строительства), но не позднее 01.07.2018, и если к указанной дате строительно-монтажные работы не будут завершены и сохранится необходимость финансирования СМР в порядке пункта 1 данного соглашения, то стороны продлят срок его действия с указанием даты завершения работ.

После ввода в эксплуатацию II этапа 09.01.2018 в ЕГРН внесены изменения в отношении нежилого здания с кадастровым номером 36:34:0401017:494, расположенного по адресу: 

<

...>: в части площади объекта с 77190,7 кв.м на 123518,6 кв.м, в части количества этажей с 11 (в том числе 4 подземных) на 22 (в том числе подземных 4), а также года завершения строительства с 2016 на 2017. С вводом в эксплуатацию II этапа строительные работы не были завершены, что подтверждается представленными по делу доказательствами и перепиской сторон.

При этом размер долей должника и ответчика в праве общей долевой собственности не изменился и составил 3/20 и 17/20 соответственно.

На II этапе строительства со стороны ООО «Стройсервис» имело место неполное исполнение обязанности по возмещению определенной в инвестиционном договоре части работ (15%), в связи с чем в целях недопущения остановки строительно-монтажных и отделочных работ АО «ФИО10» осуществляло инвестирование денежных средств в объект строительства за себя и за должника, в том числе за счет кредитных денежных средств, привлеченных на основании заключенных с ПАО «Сбербанк России» договоров об открытии невозобновляемой кредитной линии от 23.12.2016 № 130116266 и от 25.06.2019 № 950219013, о чем также сказано в решении общего собрания собственников ТДЦ «ФИО10» и многофункционального гостиничного комплекса от 06.07.2019 № 7/06 (далее - решение № 7/06). В решении № 7/06 стороны также констатировали наличие задолженности истца перед ответчиком в размере 106 690 574 руб. (и ранее сформировавшейся задолженности в размере 32 564 199 руб. 38 коп., возмещенной должником за счет причитающейся ему доли дохода от общего имущества) по инвестированию доли должника по инвестиционному договору и право ответчика как управляющего собственника не перечислять должнику его долю в размере 15% (3/20) от выручки, полученной от эксплуатации торгово-делового центра «ФИО10» и многофункционального гостиничного комплекса, а направлять указанную долю должника от выручки на компенсацию расходов кредитора по уплате процентов в пользу ПАО «Сбербанк России».

Также в спорном периоде ответчиком за должника по его письмам производились платежи в пользу ПАО «Сбербанк России» в счет исполнения обязательств должника перед банком по кредиту, в том числе по оплате просроченной задолженности.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что спорные правоотношения возникли в связи с исполнением сторонами обязательств как собственников общего долевого имущества, доля должника в праве, на которое составляла 15% (3/20), а доля ответчика - 85% (17/20) соответственно.

Согласно статье 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

При этом, как следует из положений статьи 248 ГК РФ, доходы от использования имущества, находящегося в долевой собственности, поступают в состав общего имущества и распределяются между участниками долевой собственности соразмерно их долям, если иное не предусмотрено соглашением между ними.

В пункте 27 обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 за 2020 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, изложена правовая позиция, согласно которой право участников общей долевой собственности владеть, пользоваться и распоряжаться общим имуществом не может быть истолковано как позволяющее одному собственнику нарушать те же самые права других собственников, а интерес одного собственника противопоставлять интересам остальных собственников. Использование одним собственником общего имущества, получение от этого дохода без согласия других собственников нельзя считать соответствующим требованиям закона.

Материалами дела подтверждается, что находящиеся в долевой собственности сторон в спорном и предшествующем ему периодах объекты недвижимого имущества, начиная с даты их создания, совместно использовались как должником, так и ответчиком на основании соглашений сторон. Доля каждого из сособственников не выделена в натуре. Заключенные сторонами двусторонние соглашения, касающиеся вопросов управления общим имуществом, не содержат положений, которые определяли бы конкретную часть имущества за каждой из сторон соразмерно принадлежащей доле в праве собственности. Какой-либо спор между сторонами относительно порядка использования нежилых зданий отсутствует. Равным образом между сторонами отсутствует спор, связанный с незаконным использованием одним из собственников имущества в размере, превышающем его долю в общем имуществе.

АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» реализуя положения статьи 247 ГК РФ, последовательно заключали двусторонние соглашения, поименованные как решения общего собрания собственников, в частности, решение № 4/06 и решение № 7/06, 6/08.

Многофункциональный гостиничный комплекс, II этап строительства которого охватывает и спорный период, в качестве гостиничного комплекса, как то было запланировано, так и не был запущен, доказательств обратного суду не представлено. Объем сданных в аренду площадей после ввода объекта в эксплуатацию существенно в меньшую сторону отличался от запланированного, что негативно сказалось на доходности вновь возведенной части объекта третьей очереди (объект МГК с реконструкцией блока С торгового центра «ФИО10»), существенно увеличив, вместе с тем, издержки по содержанию общего долевого имущества. Все договоры, связанные с передачей нежилых помещений во временное владение и пользование третьим лицам, а равно распоряжение ими, являлись трехсторонними и заключались при непосредственном участии должника, что последним не оспаривалось. Часть нежилых помещений (апартаментов) была реализована сторонами, вырученные от их продажи денежные средства были распределены между ними пропорционально их долям и споров в данной части между сторонами не возникало.

С учетом неполного исполнения обязательств по финансированию своей доли в инвестиционном договоре стороны по делу в пункте 1 приложения №5 к решению № 4/06 определили, что доходы от эксплуатации ТДЦ и объекта МГК в размере   15%   (3/20)   платежей,   поступающих   от  третьих   лиц   и   подлежащие перечислению ООО «Стройсервис», направляются на оплату расходов 15% доли должника в совместных инвестициях по инвестиционному договору на строительство объекта: «Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра АО «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...> (II и III этапы строительства).

Вместе с тем, несмотря на принятое решение и направление с 01.11.2017 доходов должника от использования общего имущества на оплату расходов в размере 15% доли должника в совместных инвестициях по инвестиционному договору в приоритетном порядке по сравнению с возмещением его доли расходов по содержанию общего имущества, как указано выше, задолженность перед ответчиком увеличивалась и, соответственно, параллельно формировалась задолженность по расходам на содержание общего имущества.

В решении общего собрания собственников торгово-делового центра «ФИО10» № 6/08 от 02.08.2019 указывается, что сам должник подтверждал наличие у него задолженности перед ответчиком по состоянию на 05.07.2019 на сумму более 100 000 000 руб. по финансированию своей доли по инвестиционному договору, при том, что с сентября 2016 года финансирование в части осуществлялось за счет его доли выручки от деятельности общего долевого имущества сторон всех очередей. Указанным решением также согласовано предоставление ответчиком должнику займов для обеспечения исполнения тем кредитных обязательств перед ПАО «Сбербанк России».

Из буквального прочтения Решения №6/08 следует, что, заключая его, стороны не преследовали какую-либо цель, поскольку оно не содержит финансовых обязательств Сторон.

Решение № 6/08 по своему содержанию содержит лишь утверждения об обстоятельствах, признаваемых Сторонами, оно не возлагает на стороны какие-либо обязательства и не влечет последствий. Иными словами, оспариваемое Решение носит исключительно декларативных характер.

Как правомерно установлено судом первой инстанции, конкурсным управляющим не указано, в чем именно выразилось исполнение сторонами сделки - Решения 6/08.

В письме исх. № 169.19-с от 09.10.2019 в адрес ПАО «Сбербанк России» ООО «Стройсервис» признавало задолженность перед АО «ФИО10» по инвестиционному договору уже в сумме 151799379 руб. 58 коп., которая начала формироваться не позднее ноября 2017 года, о чем также свидетельствует и приложение № 5 к решению № 4/06.

В письме исх. № 81/21 -С от 19.08.2021 в адрес ПАО «Сбербанк России», должник указал на задолженность ответчика перед ним в сумме 376539386 руб. 45 коп., а также предлагал ПАО «Сбербанк России» различные схемы прекращения производства по делу о банкротстве истца № А14-11431/2020, инициированному ПАО «Сбербанк России», предусматривающие изменение суммы иска к ответчику по делу №А14-10338/2020 в зависимости от размера задолженности ООО «Стройсервис» по налоговым обязательствам, то есть вне какой-либо объективной связи с фактическими обстоятельствами владения, пользования и распоряжения объектами недвижимости, составляющими общее имущество сторон.

Из указанного усматривается соответствующая негативная динамика по нарастанию задолженности должника перед ответчиком по инвестиционному договору, притом имеющего приоритетный характер удовлетворения по сравнению с расходами на содержание общего долевого имущества, уплаты за него иных связанных с бременем сособственников издержками, при отсутствии их возмещения истцом.

Таким образом, несмотря на право удерживать суммы доходов должника в большем размере в спорных периодах ответчик все же продолжал осуществлять выплаты в пользу должника или в пользу третьих лиц по его поручениям, как усматривается судом, в целях исполнения обязательств должника перед третьими лицами, учитывая их длительные партнерские отношения и обусловленные этим договоры поручительства, заключенные между АО «ФИО10» и ПАО «Сбербанк России» в обеспечение исполнения обязательств ООО «Стройсервис» (согласно проведенной в рамках дела №А14-10338/2020 судебной экспертизе (приобщена к материалам дела по ходатайству конкурсного управляющего) анализ сведений и операций по расчетному счету АО «ФИО10» № 40702810713000003603 подтвердил, что в период с 01.11.2017 по 31.03.2020 АО «ФИО10» перечислило ООО «Стройсервис» 350030337 руб. 40 коп.).

Указанное также подтверждается и квалификацией платежей, связанных с расчетом сторон по инвестиционному договору от 01.04.2013, в качестве заемных согласно постановлению Арбитражного суда Центрального округа от 01.02.2023 по настоящему делу, из которого следует, что денежные средства, переданные ответчиком должнику для исполнения последним своих обязательств по инвестиционному договору, следует рассматривать как заемные.

Учитывая одобрение должником направления подлежавших перечислению ему в счет его доли доходов денежных средств в счет исполнения его обязательств перед ответчиком по договорам займа и инвестиционному договору (решение № 4/06 и решение № 7/06), судом первой инстанции правомерно отклонены доводы о неправомерном удержании ответчиком денежных средств, поскольку в спорном периоде фактически имело место распоряжение денежными средствами должника в соответствии с императивной нормой статьи 249 ГК РФ и соглашениями спорящих сторон, то есть поведение ответчика соответствовало как закону, так и воле истца.

В силу императивной нормы статьи 249 ГК РФ каждый участник долевой собственности обязан соразмерно со своей долей участвовать в уплате налогов, сборов и иных обязательных платежей по общему имуществу, а также в расходах и издержках по его содержанию и сохранению.

Поскольку при оформлении взаимоотношений сторон, связанных с использованием общего имущества, эксплуатацией ТДЦ «ФИО10» (позже также и объекта МГК), и получением дохода, между ними заключались различные соглашения, оформлявшиеся решениями сособственников общего долевого имущества, суд первой инстанции, оценивая условия таких двусторонних соглашений и фактические действия обеих сторон при исполнении возникших из таких соглашений обязательств, пришел к правомерному выводу о том, что их условия обеими сторонами не соблюдались в части сроков оформления и подписания документов, связанных с эксплуатацией общего имущества, что, однако не приводило к возникновению споров, поскольку суть таких соглашений не противоречила фактическим взаимоотношениям сторон и сводилась к воспроизведению положений статей 248, 249 ГК РФ, что соответствует принципу добросовестного и разумного поведения сторон как равноправных участников гражданского оборота.

Надлежащих доказательств в подтверждение того, что ответчиком как управляющим собственником нарушался закрепленный в законе и воспроизведенный в двусторонних соглашениях сторон принцип распределения доходов с учетом условий их соглашений и бремени содержания общего долевого имущества пропорционально размеру их долей не представлено.

В силу пункта 3 Приложения №5 к решению № 4/06 оно действует в период с 01.11.2017 по дату окончания всех строительно-монтажных работ на объекте: «Многофункциональный гостиничный комплекс по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра АО «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...> (II и III этапы строительства)», но не позднее 01.07.2018, и если к указанной дате строительно-монтажные работы не будут завершены и сохранится необходимость финансирования СМР в порядке пункта 1 данного соглашения, то стороны продлят срок его действия с указанием даты завершения работ.

Доказательств завершения работ к указанной дате не представлено, что подтверждается также представленными ответчиком доказательствами принятия выполненных подрядчиками работ по внутренней отделке объекта многофункционального гостиничного комплекса в 2019 и 2020 годах.

Приобретение Должником права собственности, как и само строительство, происходило поэтапно (по завершении строительства соответствующего этапа строительства). Так, Должником было зарегистрировано право собственности на следующие объекты:

1)                     нежилое здание, кадастровый номер 36:34:0401017:494, площадь 77 190.7 кв.м, дата регистрации права собственности 18.04.2017 г., вид права - собственность, доля 3/20 (является вновь созданным объектом на основании разрешения на строительство № RU-36302000-23 от 21.03.2013 г);

2)                     нежилое здание, кадастровый номер 36:34:0401017:494, площадь 123 518,6 кв.м, дата регистрации права собственности 09.01.2018 г., вид права - собственность, доля 3/20 (представляет собой реконструированный объект, указанный выше. Реконструкция выразилась в увеличении площади объекта с 77 190.7 кв.м до 123 518,6 кв.м).

Регистрация за Должником права собственности (доля 3/20) не оспаривается Должником. Факт регистрации права собственности не означает прекращения выполнения строительно-монтажных работ на объекте строительства - здании МФК.

Продолжение выполнения работ подтверждается самим Должником в документах, подписанных сторонами, после получения разрешений на ввод в эксплуатацию, а именно: акт выполненных работ №24 от 31.03.2018, акт выполненных работ №25 от 31.03.2018, акт выполненных работ №26 от 31.03.2018, акт выполненных работ №27 от 30.06.2018, акт выполненных работ №28 от 30.09.2018. Работы по вышеуказанным актам приняты Должником без замечаний, отражены в бухгалтерском и налоговом учете. Решением общего собрания собственников Торгово-делового центра «ФИО10» и Многофункционального гостиничного комплекса № 6/08 от 02.08.2019, в котором Должник подтвердил наличие своей задолженности в размере более 100 000 000 рублей (По состоянию па 05.07.2019г). Решением общего собрания собственников Торгово-делового центра «ФИО10» и Многофункционального гостиничного комплекса № 7/06 от 06.07.2019, в данном решении Должник подтвердил наличие своей задолженности в размере 106 690 574 рублей, а также продолжение выполнения строительно-монтажных и отделочных работ в общих зонах апартаментов Здания МФК, факт оплаты стоимости выполняемых работ исключительно за счет АО «ФИО10» кредитными средствами, привлеченными АО «ФИО10» от ПАО Сбербанк по Договорам об открытии невозобновляемой кредитной линии № 130116266 от 23.12.2016 г., № 950219013 от 25.06.2019 г.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о необоснованности довода конкурсного управляющего о том, что с момента получения разрешения на ввод в эксплуатацию какие-либо работы не могли выполняться.

В рамках исполнения Инвестиционного договора от 01.04.2013 стороны пришли к соглашению о передаче результатов инвестиционной деятельности путем подписания соответствующих актов приема-передачи.

По Инвестиционному договору был подписан только один акт - Акт №1 от 17 апреля 2017 г., данный акт был подписан сторонами в отношении строительных работ, выполненных в период до получения разрешения на ввод в эксплуатацию 1-й очереди строительства (Разрешение на ввод в эксплуатацию от 18.01.2017).

Между тем, в ходе строительства Здания МФК также было получено и второе разрешение на ввод (Разрешение от 30.11.2017). Однако, акт приема-передачи результатов инвестиционной деятельности, относящийся к завершению работ по второй очереди строительства со стороны Должника подписан не был. Таким образом, своими действиями Должник подтверждает незавершенность работ по Инвестиционному договору, что не позволило ему подписать акт приема-передачи в отношении второго этапа строительства.

Одновременно, из содержания п. 7.1 Инвестиционного договора следует, что окончание работ подтверждается справкой (актом), которая подписывается Сторонами.

Принимая во внимание, что со стороны Должника подписан только один акт приема-передачи, который подтверждает завершение работ только по работам до 18.01.2017 (момента получения разрешения на ввод в эксплуатацию 18.01.2017), то утверждения управляющего о завершении всего комплекса работ противоречат фактическим обстоятельствам.

В подтверждение размера расходов по инвестиционному договору ответчиком представлены акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 01.04.2013, № 2 от 30.06.2013, № 3 от 30.09.2013, № 4 от 31.12.2013, № 5 от 31.03.2014, № 6 от 30.06.2014, № 7 от 30.09.2014, № 8 от 31.12.2014, № 9 от 31.03.2015, № 10 от 30.06.2015, № 11 от 30.09.2015, № 12 от 31.12.2015, № 13 от 31.03.2016, № 14 от 30.06.2016, № 15 от 30.09.2016, № 16 от 31.12.2016, № 17 от 31.03.2017, № 18 от 30.06.2017, № 19 от 01.07.2017, № 20 от 02.10.2017, № 21 от 03.10.2017, № 22 от 04.10.2017, № 23 от 05.10.2017, № 24 от 31.03.2018, № 25 от 31.03.2018, № 26 от 31.03.2018, № 27 от 30.06.2018, № 28 от 30.09.2018 на общую сумму 1045169163 руб., подписанные со стороны должника и составляющие 15% от общей стоимости выполненных работ, подлежащих возмещению истцом. Акты выполненных работ № 20-28 были оценены судами при рассмотрении обособленного спора по заявлению АО «ФИО10» о включении требований в реестр требований кредиторов по настоящему делу и задолженность по ним признана обоснованной.

Относительно актов выполненных работ № 1-28 по форме КС-2 по инвестиционному договору с расшифровками работ, справками о стоимости выполненных работ по форме КС-3 к данным актам, подписанным должником и ответчиком без возражений, должник возражений не заявлял.

Кроме того, в подтверждение размера расходов по инвестиционному договору ответчиком также представлены акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 по инвестиционному договору с расшифровками работ, справками о стоимости выполненных работ по форме КС-3 к данным актам, которые также приняты ответчиком, однако не подписаны должником, возражавшим относительно их обоснованности и относимости к объектам ТДЦ и МГК.

Ответчиком представлены акты выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 31.12.2019, № 2 от 30.12.2019, № 3 от 31.12.2019, № 4 от 31.12.2019, № 1 от 31.03.2020, которые не были подписаны со стороны ООО «Стройсервис». 

Должником, возражавшим относительно связи подтвержденных спорными актами работ с его обязательствами по инвестиционному договору, доказательств в опровержение необходимости их выполнения при строительстве и отделке многофункционального гостиничного комплекса не представлено, не приведено обоснования выполнения и принятия ответчиком ранее таких необходимых для завершения строительства работ, при том, что результат выполненных работ сдан заказчику.

В связи с тем, что проверка реальности работ в ходе строительства здания многофункционального гостиничного комплекса производилась налоговым органом (МИФНС России № 16 по Воронежской области и УНФС России по Воронежской области) в рамках выездной налоговой проверки в отношении АО «ФИО10», представлены   документы,   оформленные   налоговым   органом   при   проведении мероприятий налогового контроля, в том числе протоколы осмотра помещений, акт налоговой проверки, постановление о производстве выемки МИФНС № 16 по Воронежской области № 1 от 23.07.2021, решение УФНС России по Воронежской области № 15-2-18/08084@ от 20.03.2023, решение МИФНС № 16 по Воронежской области № 3094 от 28.09.2022.

В рамках выездной налоговой проверки АО «ФИО10» предметом анализа налогового органа были отношения АО «ФИО10» и подрядчиков, привлеченных для выполнения строительно-монтажных и отделочных работ на объекте строительства здания многофункционального гостиничного комплекса в спорный период, по результатам которого была подтверждена реальность взаимоотношений АО «ФИО10» и исполнителей работ, которые имеют непосредственное отношение к строительству и отделочным работам, выполняемым в отношении здания многофункционального гостиничного комплекса, включая указанные в актах выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 31.12.2019, № 2 от 30.12.2019, № 3 от 31.12.2019, № 4 от 31.12.2019, № 1 от 31.03.2020, которые были получены должником от ответчика, но не подписаны им, а с учетом наличия споров сторон, в том числе с участием представителей налогового органа, позиция истца относительно необоснованности и несвязанности таких расходов с вытекающими из его обязательств по инвестиционному договору была известна налоговому органу при проведении выездной проверки, однако в ходе проверки фактически была опровергнута.

Доказательств, подтверждающих необоснованность выводов, содержащихся в решении УФНС России по Воронежской области № 15-2-18/08084@ от 20.03.2023, стороной истца в материалы дела не представлено.

Исходя из специфики оформления отношений сторон по инвестиционному договору, результат данных работ был получен ООО «Стройсервис» как долевым собственником общего имущества - здания многофункционального гостиничного комплекса «ФИО10». Должником, однако, не представлены доказательства возмещения затрат по выполненным работам в полном объеме.

Судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что доля должника (3/20) в общем имуществе, в том числе в здании многофункционального гостиничного комплекса была реализована в ходе конкурсного производства на торгах по цене свыше 2 млрд. руб., и указывает на получение встречного предоставления в пользу должника. Какой-либо спор между конкурсным управляющим и АО «ФИО10» в части работ по вышеуказанным актам на дату заключения договора купли-продажи отсутствовал.

Фактически результат выполненных работ - объект строительства принят должником, что им не отрицалось.

Применительно к специфике оформления отношений сособственников при совместной инвестиционной деятельности обязанность доказывания невозможности использования результата работ лежит в рассматриваемом случае на должнике, отказавшимся от принятия работ. Должник не был лишен возможности ходатайствовать об истребовании необходимых документов у подрядчиков, с которыми ответчик заключал договоры по оспариваемым должником работам, а выполненные и принятые работы обязан оплатить.

При оценке расчетов сторон по инвестиционному договору судом первой инстанции также правомерно учтено систематическое подтверждение истцом задолженности по инвестиционному договору в период до возникновения спора, выражавшееся ООО «Стройсервис» в решении № 7/06, решении собственников № 6/08 от 02.08.2019, в письме исх. № 81/21-С от 19.08.2021 в адрес ПАО «Сбербанк России», а также выводы Арбитражного суда Центрального округа, изложенные в постановлении от 01.02.2023 по настоящему делу относительно суммы, признанной судами обоснованной и документально подтвержденной.

Согласно решению № 7/06 стороны по делу констатировали наличие по состоянию на 05.07.2019 задолженности ООО «Стройсервис» перед АО «ФИО10» в размере 106690574 руб. по оплате доли ООО «Стройсервис» по инвестиционному договору, во избежание остановки строительно-монтажных и отделочных работ в общих зонах апартаментов МГК, необходимых для инвестиционной привлекательности объекта, договорились, что АО «ФИО10» осуществляет инвестирование денежных средств в объект за себя и за ООО «Стройсервис» за счет кредитных денежных средств, полученных АО «ФИО10» от ПАО «Сбербанк России» по договорам об открытии невозобновляемой кредитной линии № 130116266 от 23.12.2016 и № 950219013 от 25.06.2019. В пункте 2 решения № 7/06 закреплено право АО «ФИО10» не перечислять ООО «Стройсервис» его долю в размере 15% (3/20) от выручки, полученной от эксплуатации торгово-делового центра «ФИО10» по адресу: 

<

...> и объекта многофункционального гостиничного комплекса по адресу: 

<

...> с реконструкцией блока С торгового центра ОАО «ФИО10», расположенного по адресу: 

<

...>, а направлять указанную долю ООО «Стройсервис» от выручки на компенсацию расходов АО «ФИО10» по уплате процентов в пользу ПАО «Сбербанк России» по указанным договорам, возникших начиная с 06.12.2017 и до полного исполнения ответчиком своих обязательств по ним.

При этом ранее решением № 4/06 стороны согласовывали право ответчика доходы от эксплуатации ТДЦ и объекта МГК в размере 15% (3/20) платежей, поступающих от третьих лиц и подлежащих перечислению ООО «Стройсервис», направлять на оплату расходов 15% доли должника в совместных инвестициях по инвестиционному договору.

Временное положение представляет собой форму распоряжения ООО «Стройсервис» о расходовании (перечислении) денежных средств, причитающихся ему в будущем, на исполнение обязательств ООО Стройсервис по иному обязательству ООО Стройсервис (обязательству по Инвестиционному договору от 01.04.2013).

Между Сторонами было достигнуто соглашение, по которому ООО «Стройсервис» поручил, а АО «ФИО10» приняло к исполнению поручение направлять средства, причитающиеся ООО «Стройсервис» от эксплуатации общедолевого Имущества на исполнение обязательств по другому обязательству -инвестиционному договору. При этом, следует отметить, что согласно Временному положению, в адрес ООО «Стройсервис» доходы от эксплуатации Имущества подлежат перечислению в ООО «Стройсервис» только в части оставшейся разницы между общей суммой доходов от эксплуатации Имущества и исполнением обязательств по Инвестиционному договору.

Согласно ст.329 ГК РФ удержание - один из видов обеспечения обязательств, состоящий в том, что кредитор правомерно удерживает у себя ту вещь, которая принадлежит должнику или подлежит передаче третьему лицу по указанию должника, пока и поскольку в срок не исполнено должником кредиторское требование по оплате такой вещи или издержек, связанных с этой вещью и других убытков

Положения ст. 359 ГК РФ устанавливают основания для удержания. Так, согласно ст. 359 ГК РФ кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено.

Таким образом, удержание является способом обеспечения исполнения обязательства, а не способом исполнения такого обязательства. При удержании неисполненное обязательство сохраняется до момента его фактического исполнения.

При этом, неисполненное обязательство может быть исполнено за счет удерживаемой вещи (имущества).

Заключая Решение №4/06, стороны не установили такой способ обеспечения исполнения обязательств ООО «Стройсервис» по Инвестиционному договору как «удержание», а согласовали способ исполнения обязательств ООО «Стройсервис» по инвестиционному договору в форме «распоряжения» от имени ООО «Стройсервис» в адрес АО «ФИО10» о направлении последним средств, причитающихся ООО «Стройсервис» от сдачи в аренду общедолевого имущества (15%), на исполнение обязательств ООО «Стройсервис» по инвестиционному договору от 01.04.2013 г.

Выбранный способ в виде «распоряжения» соответствует практике расчетов сторон, ранее существовавшей между сторонами.

Таким образом, стороны предусмотрели такой механизм взаимных расчетов, при котором причитающиеся ООО «Стройсервис» доходы от использования долевого имущества подлежат: направлению на исполнение обязательств ООО «Стройсервис» по инвестиционному договору (решение № 4/06) и в счет компенсации процентов по кредитным договорам (решение № 7/06), которые были заключены ответчиком и банком, но денежные средства были направлены на финансирование строительства объекта МГК, в том числе и за должника пропорционально его доле (3/20).

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно отклонены доводы конкурсного управляющего о действиях АО ФИО10 по удержанию денежных средств как необоснованные. 

Исходя из буквального содержания пункта 1 приложения №5 к решению № 4/06 доля доходов ООО «Стройсервис» подлежит направлению на исполнение обязательств по инвестиционному договору. То есть за счет доходов от общего имущества должны быть исполнены обязательства ООО «Стройсервис» по инвестиционному договору. Учитывая, что приложение №5 к решению № 4/06 содержит ограничение на временной период, в течение которого доля доходов может быть направлена в счет расчетов по инвестиционному договору, но не содержит ограничения на сумму, которая может быть направлена, то за счет доли доходов от эксплуатации общего имущества, должны были быть исполнены обязательства ООО «Стройсервис», сформировавшиеся на последний день срока его действия, то есть задолженность по состоянию на начало его действия - 01.11.2017, а также подлежащая компенсации должником стоимость работ за период его действия - с 01.11.2017 по 01.07.2018.

А в отсутствие погашения такой задолженности, то есть недостаточности средств, поступавших ответчику в счет 15% доли ООО «Стройсервис» от выручки, полученной от использования общего имущества, в указанном периоде, а также соглашения о продлении срока его действия с указанием даты завершения работ при их фактическом продолжении с учетом буквального толкования в соответствии со статьей 431 ГК РФ условий приложения №5 к решению № 4/06 ответчик, как правомерно установлено судом первой инстанции, вправе был продолжить направление доли доходов истца на компенсацию доли расходов должника по инвестиционному договору до полного погашения задолженности перед ответчиком либо принятия соответствующего решения сособственниками, конкретизирующего порядок погашения задолженности должника перед ответчиком по инвестиционному договору.

В связи с указанным, судом первой инстанции правомерно отмечено, что и в решении сособственников ТДЦ «ФИО10» и МГК № 6/08 от 02.08.2019, как и в решении № 7/06, то есть принятых за пределами срока действия приложения №5 к решению № 4/06, вопросы погашения задолженности по инвестиционному договору и завершения работ так и не были оговорены сторонами, несмотря на их фактическое продолжение.

Согласно выводам, содержащимся в заключении АНО Судебная экспертиза «19 23» № 4264 от 03.04.2024 (копия приобщена к материалам дела), сальдо расчетов между АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» по состоянию на 31.03.2020 в части отношений сторон (собственников) по владению, пользованию и распоряжению объектами, принадлежавшими им на праве общей долевой собственности за период с 01.11.2017 по 31.03.2020, составило 119115601 руб. 33 коп. в пользу АО «ФИО10»; сальдо расчетов между АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» по состоянию на 31.03.2020 в части отношений сторон (собственников) по владению, пользованию и распоряжению объектами, принадлежавшими им на праве общей долевой собственности, при учете финансово-хозяйственных операций, возникших из заключенных между ними договоров (соглашений), в том числе решений собственников № 6/08 от 02.08.2019, № 7/06 от 06.07.2019, № 4/06 от 02.06.2017, № 3/06 от 16.01.2012, № 2/06 от 10.01.2012, № 1/06 от 01.11.2010 и договора оказания услуг от 12.12.2009, договора о предоставлении займа № 280918 ГЧ/СС от 28.09.2018, договора о предоставлении займа № 01082019 ГЧ/СС от 01.08.2019, составило 300085610 руб. 13 коп. в пользу АО «ФИО10» (при использовании кассового метода).

Таким образом, выводы по результатам судебной экспертизы, проведенной в рамках дела №А14-10338/2020, вопреки доводам должника о наличии у ответчика задолженности перед ним свидетельствуют об обратном.

Из указанного следует, что несмотря на право ответчика удерживать суммы доходов должника в большем размере в спорных периодах ответчик все же продолжал осуществлять выплаты в пользу должника или в пользу третьих лиц по его поручениям.

Кроме того, как усматривается из содержания заключения эксперта № 4264 от 03.04.2024, разница в указанных в заключении эксперта сальдо по третьему и четвертому вопросам объясняется тем, что при ответе на четвертый вопрос учету подлежали операции, связанные с распоряжением истцом своей долей дохода от использования общего имущества и направления ее на исполнение своих обязательств по инвестиционному договору, а также операции по иным договорам (соглашениям), исполнение которых производилось истцом за счет средств, причитающихся ему от использования общего имущества (доходов). При этом в период действия всех перечисленных соглашений (договоров) ответчик продолжал перечислять в адрес истца денежные средства с назначением платежа «Расчетная доля операционной выручки, подлежащая перечислению ООО "Стройсервис" согласно Решения собственников № 3/06 от 16.01.2012 г. ТДЦ "ФИО10" (

<

...>» и «Аванс доли операционной выручки, подлежащая перечислению ООО "Стройсервис" согласно Решения собственников № 3/06 от 16.01.2012 г. ТДЦ "ФИО10" (

<

...>)».

Кроме того, в рамках обособленного спора по заявлению АО «ФИО10» о включении в реестр требований ООО «Стройсервис» задолженности по инвестиционному договору от 01.04.2013 в размере 200744259 руб. 71 коп., в том числе 93531362 руб. 25 коп. основного долга, 107212897 руб. 46 коп. пени. Определением Арбитражного суда Воронежской области от 17.06.2022 и постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2022 по делу № А14-11431/2020 указанное заявление АО «ФИО10» было удовлетворено. Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 01.02.2023 указанные судебные акты были отменены, дело направлено на новое рассмотрение. При этом с учетом вывода суда кассационной инстанции относительно первичной документации, представленной заявителем в обоснование своего требования о включении в реестр требований кредиторов должника, и ее оценки судами первой и апелляционной инстанций следует, что сумма задолженности ООО «Стройсервис» перед АО «ФИО10» составляет сумму не менее заявленного по указанному обособленному спору основного долга в размере 93531362 руб. 25 коп. (абзац первый 10 страницы постановления).

Судебные акты отменены с направлением спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции, при котором суду надлежит установить завершающую обязанность должника ООО «Стройсервис» перед ОАО «ФИО10» посредством ее сопоставления со встречными обязанностями ОАО «ФИО10» перед должником (в случае их установления), устанавливаемым в деле № А14- 10338/2020.

Направление полагавшихся должнику от поступавших доходов денежных средств должно было осуществляться в приоритетном порядке на исполнение его обязательств по инвестиционному договору, однако задолженность увеличивалась, тем самым, увеличивая размер не возмещенных ответчику расходов по содержанию общего имущества на протяжении длительного периода.

Параллельно, как отмечалось, ответчик, тем не менее, продолжал производить в пользу должника выплаты частично в счет его доли доходов.

Между сторонами сложились обязательства из различных правоотношений, обусловленных как использованием и содержанием общего долевого имущества, так и совместным инвестированием в строительство нового здания, при заключении помимо имеющихся соглашений, обусловленных указанными отношениями, и договоров о представлении ответчиком займов должнику.

Необходимость дополнительного финансирования со стороны должника по инвестиционному договору повлекла перераспределение его финансовых ресурсов и их направление в приоритетном порядке на оплату строительства третьей очереди совместного с ответчиком проекта.

В настоящее время Верховным Судом Российской Федерации сформирован устойчивый правовой подход по вопросу разграничения зачета и сальдирования при решении вопроса о допустимости оспаривания соответствующих действий (определения ВС РФ от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17564, от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744,  от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075,  от 11.06.2020 № 305-ЭС19-18890(2), от 10.12.2020 № 306-ЭС20-15629, от 08.04.2021 № 308-ЭС19-24043(2,3), от 23.06.2021 № 305-ЭС19-17221(2), от 20.01.2022 № 302-ЭС21-17975, от 26.12.2022 № 304-ЭС17-18149(15). В частности, в ситуациях, когда в рамках одного договора (либо нескольких взаимосвязанных договоров) определяется завершающая обязанность сторон при прекращении договорных отношений полностью (либо их отдельного этапа) имеет место сальдирование. В отличие от зачета, сальдирование происходит вследствие сопоставления обязанностей сторон из одних отношений и осуществление арифметических (расчетных) операций с целью определения лица, на которого возлагается завершающее исполнение (с суммой такого исполнения). В рассматриваемом случае у сторон как сособственников объектов недвижимости имеются требования по отношению друг к другу из обязательств по финансированию строительства и распределению прибыли от эксплуатации объекта строительства и иного имевшегося у них в общей долевой собственности недвижимого имущества, а также по представлявшимся ответчиком истцу займам.

Принимая во внимание актуальный на дату рассмотрения настоящего спора вывод суда кассационной инстанции по обособленному спору по заявлению АО «ФИО10» о включении требований в реестр требований кредиторов в рамках дела о банкротстве должника относительно сформировавшегося устойчивого правового подхода по вопросу сальдирования при наличии между сторонами спора встречных денежных обязательств из различных двусторонних соглашений, связанных как с управлением общим долевым имуществом, так и с инвестированием строительства такого недвижимого имущества, предоставлением займов должнику и сложившейся практике расчетов, связанных с эксплуатацией общего имущества, судом первой инстанции правомерно установлено, что сопоставление обязанностей сторон из одного договора (либо нескольких взаимосвязанных договоров) и осуществление арифметических (расчетных) операций с целью определения лица, на которое возлагается завершающее исполнение (с суммой такого исполнения), не могут быть квалифицированы как зачет и не подлежат оспариванию как отдельная сделка по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве по причине отсутствия квалифицирующего признака в виде получения контрагентом какого-либо предпочтения, так как в отличие от зачета встречные требования в подобной ситуации фактически не возникают.

В рассматриваемом случае фактически между сторонами в спорном периоде действовали договоренности (решение № 3/06, дополненное решениями № 4/06 и № 7/06), регулирующие порядок получения доходов и несения расходов на содержание общего долевого имущества. Ответчик осуществлял расходы на содержание имущества, а также исполнял функцию по сбору платежей с третьих лиц за использование общего имущества. Таким образом, ответчик нес бремя содержания общего имущества, а должник был обязан оплатить ответчику расходы в соответствующей доле. Одновременно ответчик был обязан перечислить должнику долю доходов соразмерно доле в праве собственности на имущество.

Процесс коммерческой эксплуатации торговых объектов неизбежно связан с коммерческим и технологическим обслуживанием такого объекта. Образующиеся в результате такой деятельности требования сторон договора взаимосвязаны. По этой причине определение сальдо расчетов сторон в части использования общего имущества направлено не на осуществление зачета, а на констатацию сформировавшейся к этому моменту завершающей обязанности одной из сторон договора.

Помимо этого, что также указано в решениях № 4/06 и № 7/06 ответчик вправе был не перечислять должнику его долю доходов и направлять ее на иные цели в соответствии с данными решениями. Кроме того, ответчиком должнику были выданы займы. При этом исполнение обязательств по различным двусторонним соглашениям сторон было взаимосвязанным.

Исходя из специфики оформления отношений сторон по инвестиционному договору, результат данных работ был получен ООО «Стройсервис» как долевым собственником общего имущества - здания многофункционального гостиничного комплекса «ФИО10», указанное имущество было включено в конкурсную массу должника, в дальнейшем реализовано на торгах по цене 2 168 421 052 руб. 63 коп., за счет указанных денежных средств было произведено частичное погашение требований кредиторов, в том числе задолженность перед ПАО «Сбербанк». За счет реализации имущества (Здания ТРЦ) в полном объеме было произведено погашение по кредитным договорам, заключенным с ПАО Сбербанк, включая пени и штрафы. Иными словами, имущества, полученного Должником по Инвестиционному договору хватило для расчета с кредитором (ПАО Сбербанк).

Таким образом, денежные средства направлялись Должником на финансирование строительства объекта недвижимости, т.е., увеличение имущественной массы. Факт получения объекта недвижимости в собственность Должника конкурсным управляющим не оспаривается.

Таким образом, заключение п.5 Решения № 4/06 повлекло для Должника положительный имущественный эффект в виде приобретения доли в праве собственности на объект недвижимого имущества.

Механизм финансирования Должником расходов по строительству ТРЦ, установленный в Решении № 4/06, не может расцениваться как вывод денежных средств, поскольку все средства остались в собственности Должника; «произошла трансформация денег в недвижимость». Денежные средства Должника, причитающиеся ему от эксплуатации совместного имущества, были направлены Должником на создание нового имущества (объекта недвижимости).

Таким образом, судом первой инстанции правомерно установлено, что приобретение Должником имущества (нежилого здания) не может быть истолковано как вывод денежных средств.

Учитывая изложенное, судом первой инстанции правомерно отклонены доводы конкурсного управляющего о том, что в случае ординарного   распределения   выручки   от   эксплуатации   общей   недвижимости посредством направления денежных средств на счёт должника, конкурсные кредиторы могли бы получить надлежащее исполнение за счёт имущества Должника, неординарного решения о заключении соглашений полностью исключило финансовую самостоятельность должника в отношении доходов от ТЦ, чем предопределило дальнейшую судьбу непогашенных до настоящего времени требований уполномоченного органа и конкурсных кредиторов, поскольку не находят своего документального подтверждения и опровергаются доказательствами, представленными в материалы дела.

Довод конкурсного управляющего о фактической аффилированности должника, АО ФИО10, был предметом рассмотрения судов первой, апелляционной и кассационной инстанций по спору о признании недействительными торгов в рамках дела № А14-11431/2020 и не нашел своего подтверждения.

Согласно Постановлению Арбитражного суда Центрального округа от 05.03.2022 по делу № А14-11431/2020: «Судами не было установлено, что ПАО Сбербанк являлся либо является аффилированным, контролирующим, каким-либо иным образом фактически или юридически связанным с должником лицом, поскольку АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» являются самостоятельными хозяйствующими субъектами, реализующими один строительный проект, ввиду наличия общего объекта недвижимости. При этом вхождение дочерней компании банка - ООО «Сбербанк Инвестиции» в состав акционеров АО «ФИО10» (25% + 1 акция) было направлено на обеспечение исполнения кредитных обязательств АО «ФИО10» перед ПАО Сбербанк, кредитные договоры с должником были заключены ПАО Сбербанк как независимым участником оборота в целях осуществления его обычной хозяйственной деятельности, в соответствии с основным видом деятельности, в отсутствие имущественного кризиса должника, в связи с чем кредиты, выданные должнику, не являются компенсационным финансированием. Правоотношения между должником и АО «ФИО10» не имеют корпоративного участия, поскольку АО «ФИО10» и ООО «Стройсервис» не имеют единого бенефициара, не обладают 50 и более процентами голосов в органах управления обществами, не имеют тождественного состава органов управления. Доказательства, свидетельствующие о том, что ПАО Сбербанк через АО «ФИО10» влиял на деятельность должника, принимал управленческие решения в его коммерческой деятельности, в материалы дела также не представлены».

Вступившим в силу судебным актом было подтверждено отсутствие аффилированности и подконтрольности между АО ФИО10 и ООО «Стройсервис».

Кроме того, оценив наличие кредиторов должника и даты возникновения их задолженности, арбитражный суд первой инстанции правомерно установил, что на момент совершения сделок у должника имелась задолженность перед ФНС России (основной долг), которая формируется из следующих пунктов: 48 814 835,00 рублей - задолженность по инвестиционному налоговому кредиту; 83 902 608,00 рублей задолженность по уплате НДС, 2,4 кв. 2018, 1-4 кв. 2019, 1 кв.2020; 8 172 132,00 рублей задолженность по налогу на имущество организаций за 1,2 кв. 2020 г.; 7 079 835,00 рублей задолженность по налогу на имущество организаций за 9 месяцев 2019г., налог на имущество организаций за 6 месяцев 2020г.; 22 679 206,05 рублей задолженность на основании решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения 10-01-10/2 от 28.06.2019.

Согласно заявлениям ФНС о включении в реестр кредиторов Должника подтверждается, что налоговая задолженность ООО «Стройсервис» возникла в результате совершения Должником налоговых правонарушений.

Согласно ст. 106 НК РФ налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства о налогах и сборах) деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, плательщика страховых взносов, налогового агента и иных лиц, за которое установлена ответственность.

Согласно п.3 ст. 108 НК РФ основанием для привлечения лица к ответственности за нарушение законодательства о налогах и сборах является установление факта совершения данного нарушения решением налогового органа, вступившим в силу.

Возникновение долга ООО «Стройсервис» явилось следствием виновных действий самого Должника, что не свидетельствует о неплатежеспособности Должника, а равно о наличии неисполненных обязательств как признака для оспаривания указанных сделок.

Кроме того, на момент совершения сделок у должника имелась задолженность в сумме 3 000 000 руб., перед ООО «Интеллектуальные системы» в размере 1 440 528 руб. 20 коп. и ООО «ИС-Сервис» (г. Липецк, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 1 486 642 руб. 38 коп. Следует учитывать, что о задолженности ООО «Стройсервис» перед ООО «Интеллектуальные системы» и ООО «ИС-Сервис» не могло быть известно иным кредиторам, третьим лицам, поскольку отсутствовали какие-либо судебные разбирательства, возбужденные исполнительные производства по заявленным суммам. Задолженность была заявлена с истекшим сроков давности, а Должник самостоятельно признал указанный долг, подписав Акты сверки от 31.12.2018.

Само по себе наличие задолженности перед кредиторами не свидетельствует о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в указанный период, а нарушение сроков погашения задолженности не свидетельствует об объективном банкротстве.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что совершение указанных сделок не было направлено на сокрытие актива должника от обращения на них взыскания указанными кредиторами.

В качестве основания для признания оспариваемой сделки недействительной, конкурсный управляющий указал на мнимость совершенной сделки (ст. 170 ГК РФ).

В силу ст. 170 ГК РФ, мнимая, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

В п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №25) разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения (определение Верховного Суда РФ от 01.12.2015 №22-КГ15-9).

В п. 87 Постановления №25 разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Реально исполненный договор не может быть признан мнимой или притворной сделкой (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 N 2521/05).

Исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой или притворной сделкой.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора, мнимость оспариваемой сделки означает мнимость Инвестиционного договора от 01.04.2013 г, поскольку именно в рамках данного договора Должник осуществлял финансирование строительства. Именно в рамках Инвестиционного договора от 01.04.2013 Должник направлял доходы, причитающиеся ему от сдачи в аренду общедолевого имущества (помещения ТРЦ).

Однако, доказательств, свидетельствующих о мнимости Инвестиционного договора от 01.04.2013 в материалы дела не представлено. Напротив, анализ совокупности представленных доказательств с учетом обстоятельств, установленных судом первой инстанции по заявлению АО «ФИО10» о включении в РТК задолженности по Инвестиционному договору по делу А14-11431/2020, позволяет сделать вывод о том, что Инвестиционный договор исполнен со стороны АО ФИО10, а предшествующее поведение самого Должника свидетельствует о реальном характере договора (переписка Должника, действия по регистрации на свое имя доли 3/20 в праве собственности на Здание МГК, получение денежных средств от использования общедолевого имущества, размер которых определялся в т.ч., в Отчетах о доходах, формируемых АО ФИО10 и т.п).

Несогласие конкурсного управляющего со стоимостью строительства Здания МГК не свидетельствует о мнимости или притворности Инвестиционного договора, поскольку, Должник подписав инвестиционный договор, акты выполненных работ к нему на протяжении 2013-2018 гг, перечисляя на расчетный счет АО «ФИО10» денежные средства в счет исполнения обязательств по нему, регистрируя за собой право собственности на построенный объект, подтвердил факт надлежавшего исполнения со стороны АО «ФИО10» своих обязательств по Инвестиционному договору.

Доводы о мнимости Инвестиционного договор от 01.04.2013 также опровергаются и иными материалами дела, свидетельствующими о ходе строительства Здания МГК.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно установлено отсутствие правовых оснований для вывода о мнимости сделок.

Оценив в порядке ст.71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что конкурсным управляющим не представлено относимых и допустимых доказательств недействительности оспариваемых сделок на основании ст. 170 ГК РФ (ст. ст. 9, 65 АПК РФ).

Решения 4/06, 7/06, 6/08 устанавливаю порядок расчета сторонами по обязательствам, связанным с владением, пользованием и эксплуатацией имуществом, а также исполнением ими Инвестиционного договора, указанные решения выражают волю ООО «Стройсервис» на направление будущих доходов от сдачи имущества в аренду на исполнение обязательств по инвестиционному договору, решения собственников оформляли фактически сложившиеся между ними отношения, связанные с определением размера средств, подлежащих выплате в ООО «Стройсервис», а также направлению на исполнение последним своих обязательств по Инвестиционному договору, подписание сторонами решений было обусловлено необходимостью урегулировать вопросы взаимных расчетов, связанных с исполнением Инвестиционного договора от 01.04.2013, указанные решения являются документами, оформленными сторонами в связи со сложившейся практикой исполнения взаимных обязательств (действие распространено на предыдущий период, констатация фактов).

Как правомерно отмечено судом первой инстанции, об оспаривании непосредственно Инвестиционного договора от 01.04.2013 конкурсным управляющим, лицами, участвующими в деле, в рамках дела о банкротстве ООО «Стройсервис» не заявлено.

Учитывая изложенные обстоятельства, стороны оспариваемых сделок не действовали в обход закона с противоправной целью, поскольку при их заключении отсутствовали какие-либо ограничения или запреты на совершение сделок данного вида, не требовалось согласия иных лиц и воля сторон была направлена именно на заключение сделок, что и подтверждается последующим поведением их сторон. Заключая указанные сделки, стороны не совершали заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Доказательства того, что стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другим лицам, кредиторам, а также то, что со стороны АО «ФИО10» допущено злоупотреблении правом, сделки заключены в отсутствии реальных экономических целей, с намерением причинить вред должнику, конкурсным управляющим не представлено.

Доводы заявителей апелляционных жалоб о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции со ссылкой на положения ст.10, 168 ГК РФ, подлежат отклонению, поскольку не опровергают законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

Доказательств, подтверждающих тот факт, что стороны использовали свое право злонамеренно, с целью нанести вред кредиторам, конкурсный управляющий и иные лица, участвующие в деле, в материалы дела не представили (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Конкурсным управляющим не доказан факт причинения вреда имущественным правам кредиторов совершением данной сделки.

Поскольку основания для применения специальных, предусмотренных Законом о банкротстве, норм для оспаривания сделки отсутствуют, с учетом даты их совершения и даты обращения конкурсного управляющего с заявлением, при оспаривании сделок не доказан выход за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также не доказано наличие обстоятельств, позволяющих признать оспариваемые сделки недействительными по общегражданским основаниям, в том числе не представлено доказательств того, что стороны при совершении указанных сделок действовали в обход закона, а также с целью причинения вреда третьим лицам, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заявление конкурсного управляющего о признании недействительными сделок подлежит оставлению без удовлетворения.

С учетом изложенного, подлежат отклонению как несостоятельные доводы заявителей апелляционных жалоб о наличии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168 ГК РФ, для признания сделок недействительными. 

Исходя из положений пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, судом первой инстанции правомерно отклонено ходатайство ИП ФИО3 о приостановлении производства по настоящему обособленному спору.

С учетом положений статьи 130 АПК РФ, учитывая, что обособленные споры имеют разные основания возникновения заявленных требований, разный предмет доказывания, судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении заявления ФИО5 об объединении в одно производство обособленных споров. 

С учетом результатов рассмотрения обособленного спора, положений части 1 статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате госпошлины правомерно отнесены на должника.

Конкурсный управляющий при обращении в арбитражный суд с настоящим заявлением по платежным поручениям №184 от 25.05.2023, №157 от 11.04.2023, №159 от 20.04.2023, оплатил 18 000 руб. государственной пошлины.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не содержат, в связи с чем, удовлетворению не подлежат.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 17.05.2024 по делу № А14-11431/2020 оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                       Е.А. Безбородов

 

Судьи                                                                                Т.И. Орехова

 

                                                                                           Л.М. Мокроусова