АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА  

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № Ф09-2325/25 

Екатеринбург 09 октября 2025 г. Дело № А76-27563/2023 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 09 октября 2025 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Кочетовой О. Г., судей Новиковой О. Н., Артемьевой Н. А., 

при ведении протокола помощником судьи Московкиным М.Ю. рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб- конференции, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Элгран» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 12.05.2025 по делу № А76-27563/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2025 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании посредством системы веб-конференции приняли участие:  

– представитель общества с ограниченной ответственностью «Элгран» – ФИО1 (доверенность от 20.08.2024 б/н, паспорт);  

– представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 09.07.2024 № 77АД 7379850, паспорт);  

– конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Элгран» – ФИО4 (лично, паспорт).  

Представитель ФИО5, заявивший ходатайство об участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции, надлежащее подключение по видеосвязи не обеспечил, вследствие чего не был допущен судом к участию в судебном заседании.  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.04.2024 общество с ограниченной ответственностью «Гранит-СВ» (далее – общество «Гранит- СВ», должник) признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура  

конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества «Гранит-СВ» кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Элгран» (далее – общество «Элгран») 25.11.2024 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки должника – договора аренды строительной техники без экипажа № 2/07/16 от 07.07.2016, заключенного между ИП ФИО2 (арендодатель) и обществом «Гранит-СВ» (арендатор).  

Кредитор – ИП ФИО5 по его ходатайству привлечен судом в порядке пункта 7 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в настоящем обособленном споре в качестве созаявителя.  

ФИО6 (учредитель должника, ответчик по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности) 02.09.2024 обратился в арбитражный суд с жалобой на незаконное бездействие конкурсного управляющего общества «Гранит-СВ» – ФИО4, выразившееся в неоспаривании сделки должника – договора аренды строительной техники без экипажа № 2/07/16 от 07.07.2016, заключенного между обществом «Гранит-СВ» и ИП ФИО2  

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Стратегия» (СРО), Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области, общество с ограниченной ответственностью «Международная Страховая Группа» (далее – общество «МСГ»).  

Протокольным определением от 28.04.2025 обособленные споры по заявлениям общества «Элгран», ИП ФИО5 и ФИО6 объединены в одно производство для совместного рассмотрения по существу.  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 12.05.2025 в удовлетворении заявлений отказано.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2025 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе общество «Элгран» просит указанные судебные акты отменить, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.  

По мнению заявителя кассационной жалобы, ссылающегося на то, что о существовании договора аренды строительной техники без экипажа № 2/07/16 (далее – договор № 2/07/16) обществу «Гранит-СВ» стало известно весной 2019 г., когда ИП ФИО2 направил в его адрес претензию об оплате арендных платежей за автокран за весь период аренды, начиная с 07.07.2016, а впоследствии с общества «Гранит-СВ» в пользу  

ИП ФИО2 были взысканы арендные платежи, что, в свою очередь, явилось основанием для обращения его с заявлением о признании общества «Гранит-СВ» несостоятельным (банкротом), договор № 2/07/16, вероятнее всего, был фактически изготовлен и подписан ИП ФИО2 весной 2019 г., с целью предъявления должнику соответствующих имущественных требований. Кроме того, кассатор ссылается на отсутствие в дополнительном соглашении от 29.09.2017 к договору аренды предприятия от 01.02.2017 сведений о том, что автокран является предметом договора аренды, а также – на неотражение сведений о начислении арендной платы за пользование автокраном в бухгалтерской отчетности общества «Гранит-СВ», несмотря на то, что по условиям договора начисление арендной платы должно осуществляется ежемесячно, и, кроме того, на отсутствие регистрации автокрана в органах Ростехнадзора как опасного производственного объекта, непригодности автокрана для работы в гранитном карьере, где используются гусеничные краны и на отсутствие в документации общества «Гранит-СВ» сведений о несении расходов на якобы арендованный кран.  

Исходя из вышеприведенных обстоятельств, кассатор считает договор № 2/07/16 притворной сделкой, заключенной с целью прикрытия договора хранения автокрана на производственной площадке общества «Гранит-СВ».  

По мнению кассатора, если договор № 2/07/16 действительно был заключен 07.07.2016, то он может быть оспорен, как совершенный со злоупотреблением правом со стороны ФИО2, поскольку тот действовал от имени обеих сторон договора, т.е. самостоятельно за обе стороны определил как возможность заключения такого договора, так и его условия, при этом действовал в своих собственных интересах, в ущерб интересам должника.  

Кассатор также считает неправильным вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, предусмотренных статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку суд, по мнению кассатора, неправильно истолковал доводы общества «Элгран» о притворности оспариваемой сделки, как о ее мнимости.  

Заявитель кассационной жалобы также полагает, что апелляционным судом не исследовался вопрос экономической обоснованности и целесообразности заключения договора № 2/07/16, при том, что отсутствие экономического интереса для должника и, напротив, неправомерный финансовый интерес для ФИО2, по мнению кассатора, очевиден, так как к моменту наступления обязательства по уплате арендных платежей их размер составлял 5 400 000 руб., что в 54 раза превышает стоимость самого автокрана. При этом, формальное указание на повышение выручки и чистой прибыли должника не находится ни в какой логической взаимосвязи с договором № 2/07/16, учитывая в том числе невозможность использования автокрана в основной производственной деятельности общества «Гранит-СВ».  

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 и конкурсный управляющий должника ФИО4 просят оставить оспариваемые судебные акты без изменения.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, 07.07.2016 между ИП ФИО2 (арендодатель) и обществом «Гранит-СВ» (арендатор) в лице директора ФИО2 подписан договор аренды строительной техники без экипажа № 2/07/16, по условиям которого арендодателем передано за плату во временное владение и пользование арендатора транспортное средство (специализированный автокран) «КРАЗ», год выпуска 1988, регистрационный номер 

<

***>, цвет желтый (далее – спорный автокран). Пунктом 5.1 договора предусмотрено, что стоимость пользования транспортным средством, переданным в аренду, составляет 200 000 руб. в месяц, НДС не предусмотрен. В соответствии с пунктом 5.2 договора арендная плата начисляется за период с момента фактической передачи транспортного средства арендодателем в пользование арендатору до момента возврата транспортного средства арендатором арендодателю. В силу пункта 5.3 договора уплата арендной платы за период с момента передачи транспортного средства арендатору до 30.11.2018 производится не позднее 25.12.2018, с 01.12.2018 арендная плата уплачивается арендатором ежемесячно не позднее 20 числа каждого календарного месяца, следующего за оплачиваемым.  

ИП ФИО2 01.02.2019 направил в адрес общества «Гранит-СВ» письмо от 01.02.2019 с требованием оплатить задолженность по договору № 2/07/16 в размере 6 129 032 руб. 26 коп.  

Ввиду неоплаты арендных платежей по договору № 2/07/16 и невозврата оборудования, у общества «Гранит-СВ» образовалась задолженность перед ИП ФИО2  

Обращаясь в суд с требованием о признании данного договора недействительным, заявители сослались на следующие обстоятельства.  

Договор № 2/07/16 заключен между заинтересованными лицами, при этом был подписан на следующий день после назначения ФИО2 на должность директора Общества.  

Заключение оспариваемого договора является нестандартным поведением для хозяйствующих субъектов и не имеющим никакого экономического обоснования для должника.  

Какой-либо экономической целесообразности для общества «Гранит-СВ» данная сделка не имела, а напротив, привела к неплатежеспособности должника.  

Нестандартным поведением участников гражданского оборота, свидетельствующим в частности о недобросовестности ФИО2 как стороны сделки, является включение в договор аренды строительной техники условия о предоставлении отсрочки уплаты арендной платы до 01.12.2018, т.е. более чем на 29 месяцев, накапливание задолженности общества «Гранит- 

СВ» перед ФИО2 При этом, будучи директором общества «Гранит-СВ» на протяжении полутора лет, никаких мер к перечислению арендной платы за автокран ФИО2 не предпринимал.  

Договор подписан на изложенных в нем условиях исключительно с целью последующего предъявления ФИО2 требований к обществу «Гранит-СВ» и получения за счет должника необоснованной финансовой выгоды.  

Отсутствовала также и технологическая целесообразность для должника в заключении договора аренды, поскольку, исходя из технических характеристик грузового автомобиля КрАЗ 250К1 МКАТ40, представляющего собой автокран, он не может использоваться для осуществления деятельности общества «Гранит-СВ» по добыче гранита, о чем обществом «Элгран» было получено соответствующее заключение специалиста. Ответчиком по сделке не была реализована юридическая возможность такового использования, поскольку в нарушение требований Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» автомобильный кран регистрацию в органах Ростехнадзора не проходил.  

Также заявителем указано, что соответствующая задолженность по аренде не отражалась в данных бухгалтерской отчетности должника. Согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности общества «Гранит-СВ» за 2016 год, на 31.12.2016 кредиторская задолженность должника составляла 183 тыс. руб. Тогда как согласно условиям оспариваемого договора аренды, исходя из расчета арендной платы в размере 200 000 руб. в месяц, по состоянию на конец декабря 2016 года кредиторская задолженность только за аренду крана должна была составлять 1 000 000 руб. Тот факт, что срок исполнения обязательств по уплате арендной платы на конец 2016 года в связи с включением в договор аренды условия об отсрочке уплаты до 25.12.2018 не наступил, не исключает наличия обязанности по отражению ежемесячно начисляемой арендной платы в бухгалтерской отчетности должника.  

Судебные акты в части жалобы ФИО6 на бездействие конкурсного управляющего по неоспариванию сделки не обжалуются, в связи с чем в указанной части судом округа не проверяются.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований о признании договора № 2/07/16 недействительным, суды исходили из следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в самом Законе о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если  

цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи  

с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из перечисленных в данном пункте условий.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума № 63, если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи, не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).  

Как следует из материалов дела и установлено судами, оспариваемая сделка совершена 07.07.2016, а заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда 07.09.2023, из чего следует, что сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

При этом в приведенных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных и преференциальных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена; в частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается  

недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а также притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации); совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся; поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом; суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.  

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию управляющего может быть признана недействительной совершенная до (после) возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности банкротстве)»).  

Обязательным признаком сделки для целей квалификации сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных  

должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом, выразившимся в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»), при этом для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).  

Из материалов настоящего дела также следует, что ИП ФИО2 обратился за взысканием задолженности и возвратом транспортного средства через месяц после неуплаты обществом «Гранит-СВ» первого арендного платежа, исходя из чего, апелляционный суд обоснованно отклонил довод общества «Элгран» о длительном неистребовании задолженности с целью наращивания обязательств должника перед ИП ФИО2  

При этом, как следует из материалов дела № А76-27888/2021 и пояснений ФИО2 экономическая обоснованность и целесообразность договора № 2/07/16 ранее была исследована судами, при том, что в рамках дела № А76-13647/2019 подтверждено рабочее состояние спорного автокрана, а также, что в рамках дела № А76-39992/2019 установлены факты передачи данного имущества руководителю должника (с 08.02.2018 ФИО6), осуществления должником в течение более чем полутора лет владения и пользования указанным имуществом, и, кроме того, нахождения спорного автокрана на территории должника вследствие наложения на данное имущество ареста в рамках исполнительного производства.  

Руководствуясь вышеназванными норами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела и учитывая, что бремя доказывания наличия у сделки признаков выходящих за пределы специальных составов, предусмотренных Законом о банкротстве, первоначально лежит на заявителе, вне зависимости от аффилированности участников сделки, при том, что в рамках настоящего дела кредитор, ссылаясь на причинение вреда кредиторам и аффилированность сторон, не обосновал выход пороков оспариваемой им сделки за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и не указал, чем условия оспариваемой сделки отличаются от условий, на которых заключаются подобные сделки независимыми участниками рынка, при том, что действительность и реальность хозяйственных отношений по договору № 2/07/16 неоднократно становились предметом рассмотрения в судах при его оспаривании по общегражданским основаниям в рамках дел  

 №№ А76-13647/2019, А76-39992/2019, А76-27888/2021 и А76-16900/2022, в результате чего в признании данного договора недействительным судами было отказано, в том числе, по признаку мнимости, поскольку спорный автокран фактически был передан должнику в аренду, а сделка – фактически исполнена, и, принимая, таким образом, во внимание, что оспариваемая сделка не подпадает в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; отсутствуют обстоятельства, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок; не приведены достаточные мотивы, по которым установленные обстоятельства должны быть расценены в качестве допустимых для квалификации оспариваемой сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ, мнимой или притворной в порядке статьи 170 ГК РФ, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела наличия в рассматриваемом случае оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, в связи с чем, правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.  

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности оснований для признания спорных сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.  

Довод кассационной жалобы о нерассмотрении апелляционным судом доводов о притворности оспариваемой сделки подлежит отклонению судом округа, поскольку суд апелляционной инстанции, приняв во внимание обстоятельства, установленные судами в рамках иных дел, предметом которых также была реальность правоотношений, связанных с договором № 2/07/16, при том, что данные обстоятельства не требуют повторного доказывания, пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для оспаривания данной сделки по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть – как по признакам мнимости, так и притворности.  

Ссылка на то, что договор № 2/07/16 был составлен и подписан в более позднюю дату, не принимается, так как основана только на позиции заявителя; в рамках дела № А76-13647/19, на которое ссылается заявитель, данное обстоятельство не установлено.  

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, так как не свидетельствуют о нарушении судами норм права, были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных  

на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 12.05.2025 по делу № А76-27563/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Элгран» – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий О.Г. Кочетова  

Судьи О.Н. Новикова  

 Н.А. Артемьева