ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

19.01.2023 года                                                                           Дело № А40-206341/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12.01.2023 года.

Полный текст постановления изготовлен  19.01.2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи. Савиной О.Н.,

судей: Коротковой Е.Н., Голобородько В.Я.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «СК «ДИАМАНТ» в лице ГК «АСВ» - представитель ФИО1 (доверенность от 05.07.2021)

от ФИО2 - представитель ФИО3 (доверенность от 15.01.2022)

от ФИО4 - представитель ФИО3 (доверенность от 27.10.2021)

от ФИО5 - представитель ФИО3 (доверенность от 09.09.2021)

от ФИО6 - представитель ФИО7 (доверенность от 27.12.2022)

от ФИО8 - представитель ФИО9 (доверенность от 08.09.2021)

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы:

конкурсного управляющего ООО «СК «ДИАМАНТ» в лице ГК «АСВ»,

ФИО8, ФИО6, ФИО5, ФИО4, ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 22.07.2022,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2022,

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО СК «Диамант», 

 

УСТАНОВИЛ:

Приказом Центрального Банка Российской Федерации(Банка России) от 28.06.2018 № ОД-1618 назначена временная администрация сроком на шесть месяцев, поскольку на основании приказов Банка России от 28.06.2018 № ОД-1613, ОД-1618 приостановлено действие лицензий на осуществление страхования ООО Страховая компания «Диамант».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.09.2018 возбуждено производство по заявлению Временной администрации о признании несостоятельным (банкротом) ООО Страховая компания «Диамант» (далее – должник, ООО СК «Диамант»; 

<

...>, эт. 9, ком. 2-4; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2018 ООО СК «Диамант» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлениями о взыскании убытков в общем размере 133 868 751,26 руб. и о возложении субсидиарной ответственности по обязательствам страховой компании на ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ», ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО5, ФИО4, ФИО2, ФИО11, ФИО12.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2021 суд объединил в одно производство заявления конкурсного управляющего должника о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности контролировавших должника лиц на сумму в размере 1 070 529 295,96 руб. и о взыскании убытков с контролирующих должника лиц в размере 133 868 751,26 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.07.2022 заявление конкурсного управляющего ООО Страховая компания «Диамант» удовлетворено частично. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО Страховая компания «Диамант» о взыскании убытков с ответчиков отказано. К субсидиарной ответственности по обязательствам ООО Страховая компания «Диамант» привлечены ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ», ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО5, ФИО4, ФИО2. Приостановлено рассмотрение заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего ООО СК «Диамант» отказано (о привлечении ФИО11, ФИО12).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.07.2022 оставлено без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Не согласившись принятыми судебными актами в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ФИО11, ФИО12, конкурсный управляющий в лице ГК «АСВ» обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты в обжалуемой части отменить, требования удовлетворить. Ссылается на неправильное применение судами норм права, а также несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

ФИО6, ФИО8, ФИО5, ФИО4, ФИО2 также обратились в суд с кассационными жалобами, просят отменить судебные акты в части привлечения их к субсидиарной ответственности.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного Суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В заседании суда кассационной инстанции представители заявителей кассационных жалобы, доводы своих кассационных жалоб поддержали.

Представитель конкурсного управляющего возражал на доводы кассационных жалоб ФИО6, ФИО8, ФИО5,  ФИО4, ФИО2

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно ч. 3 ст. 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационных жалоб, проверив в порядке ст. ст. 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационных жалоб по следующим мотивам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Обращаясь в суд с заявлением, конкурсный управляющий ссылался на то, что в ходе конкурсного производства были выявлены неправомерные действия (бездействия) ФИО6 (генеральный директор с 16.08.2016 по 30.11.2017гг.), ФИО10 (генеральный директор с 01.12.2017 по 28.06.2018гг.), ФИО11 (генеральный директор и участник мажоритарного участника ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ», председатель общего собрания участников), ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ» (участник с долей 52,64% до 08.12.2017г.), ФИО8 (участник с долей 47,36% до 08.12.2017г.). ФИО12 (участник с долей 25% с 08.12.2017г.), ФИО4 (участник с долей 18,64% с 19.02.2018г.), ФИО2 (участник с долей 25% с 19.02.2018г.), ФИО5 (участник с долей 25% с 08.12.2017г., 31,36% с 19.02.2018г.), выразившееся в перечислении денежных средств по расторгнутому договору купли – продажи №29 от 07.07.2017г., заключенному с ОАО СХ «ГРАНТ»; передаче недвижимого имущества в качестве вклада в уставный капитал не осуществляющей реальной финансово – хозяйственной деятельности компании ООО «ТЕХПРОМСТРОЙ» с последующей реализацией доли в пользу не осуществляющей реальной финансово – хозяйственной деятельности компании ООО «ОРИКС»; заключении договоров аренды транспортных средств с ООО «ЦЕНТР ПОДДЕРЖКИ СТРОИТЕЛЬНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ» на нерыночных условиях; приобретении объектов недвижимости у ФИО13 без предоставления встречного исполнения; оплаты страховщиком услуг агентов в двойном размере; перечислении авансовых платежей в рамках недействительного договора возмездного оказания услуг, заключенного с ООО СД «ЕВРОГАРАНТ».

Указанные действия (бездействия) причинили ООО Страховая компания «Диамант» убытки в общем размере 133 868 751,26 руб.

Кроме того, по итогам проведенной в соответствии с временными правилами проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 №855, проверки хозяйственной деятельности ООО Страховая компания «Диамант» за период с 30.09.2016 по 14.11.2018гг. арбитражный управляющий посчитал, что действия (бездействия) контролировавших ООО Страховая компания «Диамант» лиц привели к существенному ухудшению финансового  положения  должника и, как следствие, невозможность удовлетворения требований кредиторов должника.

Конкурсным управляющим проведен анализ финансового состояния ООО Страховая компания «Диамант» за период с 30.09.2016 по 14.11.2018гг. по итогам анализа установлено, что на начало исследуемого периода (30.09.2016г.), имущества ООО Страховая компания «Диамант» было достаточно для покрытия его обязательств (154 775 тыс. руб.).

Существенное ухудшение финансового положения Общества, а также показателя достаточности/недостаточности имущества в исследуемый период обусловлено тем, что с 31.12.2016 по 31.03.2018 гг. деятельность ООО Страховая компания «Диамант» являлась убыточной (3 660 тыс. руб. на 31.03.2018г.); вхождением ООО Страховая компания «Диамант» в состав участников технической компании ООО «ТЕХПРОМСТРОЙ»; переуступкой не переоцениваемых прав требования в пользу технической компании ООО «ИСИДА», а также отражением фиктивной дебиторской задолженности страхового агента ООО «СТАТУС». Кроме того, с 31.03.2018 по 30.06.2018 гг. произошло увеличение технической дебиторской задолженности ООО «ИСИДА» в результате передачи не переоцениваемых прав требований к ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ», отражением фиктивной дебиторской задолженности страхователя ООО «КОРЛЕОН», приобретением объектов недвижимости у ФИО13 без встречного исполнения, а также доформированием резервов временной администрацией Банка России.

Удовлетворяя заявленные требования в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО Страховая компания «Диамант» - ФИО6, ФИО10, ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ», ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО8, суды обоснованно исходили из следующего.

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с п. 2 указанной статьи возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в пп. 2 п. 4 указанной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Так, в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017                  №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Как установлено судами и следует из материалов дела:

- ФИО6 являлась генеральным директором ООО «СК «Диамант» в период с 30.06.2014 по 30.11.2017;

- ФИО10 являлся генеральным директором с 01.12.2017 по 28.06.2018;

- ФИО11 являлся генеральным директором и участником мажоритарного участника - ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ»;

- ФИО12 являлся участником с долей 25% с 08.12.2017;

- ФИО4 являлся участником с долей 18,64% с 19.02.2018;

- ФИО2 являлась участником с долей 25% с 19.02.2018;

- ФИО5 являлась участником с долей 25% с 08.12.2017 г., 31,36% с 19.02.2018 г.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего конкурсного управляющего ООО СК «Диамант» в отношении ФИО11 и ФИО12, суды пришли к выводу, что периоды исполнения обязанностей генерального директора ФИО11 не позволяют признать его контролирующим должника лицом, а ФИО12 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности, поскольку не подписывал протокол Общего собрания участников ООО СК «Диамант» от 03.05.2018 № 03/05/18.

Конкурсный управляющий ООО СК «Диамант» ссылается на то, что ФИО12 как участник Общества обладал возможностью получать информацию о его деятельности, и, при обычной степени заботливости и осмотрительности, должен был узнать о заключенных обществом сделках, однако, в установленный законом срок не принял решение о подаче заявления в арбитражный суд о признании спорных сделок недействительными.

Конкурсный управляющий ООО СК «Диамант» также приводит довод о том, что в период убыточных сделок совладелец ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ»           ФИО11 являлся председателем Общего собрания участников, а также по данным выписки из ЕГРЮЛ при регистрации изменений, вносимых в учредительные документы в 2015г., была указана доверенность на ФИО11

Доводы конкурсного управляющего отклонены судами со ссылкой на то, что ФИО11 являлся руководителем ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ» с 01.07.2008 г. по 05.05.2017, а также председателем общего собрания участников.

Между тем, необходимым условием возложения субсидиарной ответственности является наличие причинно-следственной связи между использованием лицом своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство) (Определения Верховного Суда РФ от 31.05.2016 № 309-ЭС16-2241 по делу № А60-24547/2009; от 04.02.2021                     № 309-ЭС20-22947 по делу № А76-8624/2018).

Суды отметили, что в материалы дела не представлены доказательства того, что ФИО11 осуществлял фактический контроль над должником. Материалами дела подтверждается, что он являлся руководителем ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ» с 01.07.2008 г. по 05.05.2017, а также председателем общего собрания участников, однако, каких-либо доказательств, что ФИО11 был каким-то образом вовлечен в процесс управления должником ООО СК «Диамант», принимал существенные деловые решения относительно деятельности должника, не имеется. Сведения о доверенности, датированной 2015 годом, относятся к косвенным доказательствам, и не подтверждают возможность привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности.

Отказывая в привлечении ФИО12 к субсидиарной ответственности, суды отклонили довод о том, что, имея возможность получать информацию о деятельности должника, при обычной степени заботливости и осмотрительности, ответчик должен был узнать о заключенных обществом сделках. Данный довод не  является достаточным для привлечения ФИО12 к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий не представил доказательств, что указанное лицо совершило действия, приведшие к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), т.е. повлекшие объективное банкротство.

Оценивая доводы об участии ФИО12 в подписании протокола Общего собрания участников ООО СК «Диамант» от 03.05.2018 № 03/05/18, судом первой инстанции была назначена почерковедческая экспертиза.

По результатам проведенной экспертизы было установлено, что             ФИО12 не подписывал протокол общего собрания участников ООО Страховая компания «Диамант» от 03.05.2018 № 03/05/18.

Ввиду отсутствия сомнений в обоснованности заключения эксперта, а также отсутствия противоречий в выводах экспертов суд первой инстанции признал заключение надлежащим доказательством по делу, а также положил выводы эксперта в основу судебного акта.

Оценивая доводы конкурсного управляющего, суды правомерно приняли во внимание анализ финансового состояния должника за период с 30.09.2016 по 14.11.2018 гг., расчет достаточности/недостаточности имущества и выявленную недостаточность средств должника для покрытия его обязательств в период существенного ухудшения финансового положения с 31.12.2017 по 14.11.2018 гг., что ущерб должнику в период с 03.04.2017 по 28.06.2018 гг. был причинен совокупностью сделок.

При этом основным доводом конкурсного управляющего являлось то, что существенное ухудшение финансового положения должника и показателя достаточности/недостаточности имущества было обусловлено тем, что с 31.12.2016 по 31.03.2018 гг. убыточной деятельностью должника является вхождение в состав участников технической компании ООО «Техпромстрой»; переуступкой не переоцениваемых прав требования в пользу технической компании ООО «ИСИДА»; отражением фиктивной дебиторской задолженности страхового агента ООО «СТАТУС», а также с 31.03.2018 по 30.06.2018 гг. увеличением технической дебиторской задолженности ООО «ИСИДА» в результате передачи не переоцениваемых прав требований к ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ», отражением фиктивной дебиторской задолженности страхователя ООО «КОРЛЕОН», приобретением объектов недвижимости у ФИО13 без встречного исполнения, а также доформированием резервов временной администрацией Банка России.

Судами установлено, что АО «СХ «ГРАНТ» является взаимосвязанной с должником компанией, поскольку член Совета директоров и генеральный директор АО «СХ "ГРАНТ» ФИО8 до 08.12.2017 являлась участником должника с долей участия 47.36%, а в период с 17.10.2012 по 30.06.2014 гг. являлась генеральным директором должника.

Между должником и АО «СХ «ГРАНТ» 07.07.2017 заключен договор купли-продажи № 29, согласно которому АО «СХ «ГРАНТ» продал должнику жилое помещение, расположенное по адресу: Хабаровский край, г. Хабаровск, Железнодорожный, пер. Санитарный, д. 3, кв. 29.

Далее стороны расторгли договор купли-продажи N 29 от 07.07.2017 г. соглашением о расторжении № 29 от 23.11.2017, 12.12.2017 г. в ЕГРН зарегистрирован переход права собственности на жилое помещение к АО «СХ «ГРАНТ».

При этом денежные средства перечислены в счет оплаты после расторжения договора.

Судом установлено, что в отсутствие правовых оснований для перечисления денежных средств, должнику причинены убытки в размере 1 175 000 руб., данное соглашение о расторжении договора купли-продажи N 29 от 23.11.2017 было подписано со стороны должника генеральным директором ФИО6

Также, судами установлено, что в результате заключения договора уступки от 16.01.2018 с ООО «ИСИДА», который был подписан со стороны должника генеральным директором ФИО10, в пользу не осуществляющей реальной финансово-хозяйственной деятельности ООО «ИСИДА» переданы права требования к АО «СХ «ГРАНТ» по оплате приобретенных прав требования по договорам участия в долевом строительстве, чем должнику причинены убытки в размере 25 100 000 руб.

Ряд заключенных ООО СК «Диамант» договоров уступки были признаны недействительными в рамках дела № А40-206341/2018 и применены последствия недействительности сделок в виде восстановления ООО СК «Диамант» в правах участника по договорам долевого строительства.

Судами также принято во внимание, что договор уступки прав требования от 22.06.2018 г., подписанный со стороны должника генеральным директором ФИО10, уступал права требования к ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ» в пользу не осуществляющей реальной финансово-хозяйственной деятельности компании, ликвидная задолженность в размере 12 950 000 руб. ООО «ИСИДА».

Общее собрание участников должника приняло решение, оформленное протоколом от 03.04.2017 г., о вхождении ООО Страховая компания «Диамант» в уставный капитал ООО «Техпромстрой», размер вклада оценен профессиональным оценщиком в 17 928 000 руб., что составило 99,4% доли в уставном капитале ООО «Техпромстрой».

Данная сделка о вступлении в состав участников ООО «Техпромстрой» и внесении в уставный капитал дополнительного имущественного вклада была одобрена Общим собранием участников в следующем составе: ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ», ФИО8, в присутствии генерального директора должника ФИО6, что оформлено протоколом Общего собрания участников Страховщика от 03.04.2017 N 03/04/2017.

Последующая сделка о реализации доли в уставном капитале ООО «Техпромстрой» одобрена Общим собранием участников в следующем составе: ФИО4, ФИО2, ФИО5, оформлена протоколом Общего собрания участников Страховщика от 03.05.2018 N 03/05/18.

На момент вхождения в состав ООО «Техпромстрой» компания имела признаки не осуществляющей реальной финансово-хозяйственной деятельности компании, уставный капитал которой в дальнейшем представлен переданным ООО СК «Диамант» ликвидным активом, указанная сделка не имела экономического смысла для ООО СК «Диамант», что обладает признаками вывода активов должника, обратное ответчиками не доказано.

Судами обеих инстанций приняты во внимание оспоренные конкурсным управляющим сделки, в частности, определением Арбитражного суда города Москвы от 06.02.2020 по делу N А40-206341/2018, оставленным без изменения постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2020 и Арбитражного суда Московского округа от 24.08.2020, признаны недействительными сделками договоры аренды транспортных средств N 001/0618 и N 002/0618 между должником и ООО «Центр поддержки строительных организаций», в удовлетворении остальных требований отказано,                      оспоренные договоры подписаны со стороны должника генеральным директором ФИО10

Также признан недействительным договор купли-продажи недвижимости от 09.06.2018 б/н, заключенный между должником и ФИО13 (определение Арбитражного суда города Москвы от 25.06.2021), договор подписан со стороны должника генеральным директором ФИО10

Судами оценены договоры возмездного оказания услуг от 10.11.2017 и 13.11.2017 с ООО «Новый страховой стандарт» и ИП ФИО14, подписанные со стороны должника генеральным директором ФИО6, а также договоры возмездного оказания услуг в период с 01.12.2017 по 21.02.2018, соглашения направленные на частичное прекращение обязательств зачетом, датированные в период с 16.01.2018 по 28.06.2018, которые подписаны со стороны должника генеральным директором ФИО10

Договор возмездного оказания услуг N 06-02/2018 от 06.02.2018, подписанный со стороны должника генеральным директором ФИО10, заключенный между должником и ООО «Страховой Дом «ЕВРОГАРАНТ», был признан недействительным определением Арбитражного суда города Москвы от 24.09.2020 по настоящему делу, вступившим в законную силу.

Таким образом, судами установлено, что ФИО6, ФИО10, ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ», ФИО8, ФИО4, ФИО5,               ФИО2, являлись контролирующими должника лицами, совершили сделки в пользу взаимосвязанных и аффилированных с должником лиц, в результате совершения которых был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, в данном случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в соответствии с подп. 1 п. 2               ст. 61.11 Закона о банкротстве, а именно - ФИО6, ФИО10, ООО «ЮМАКС КАПИТАЛ», ФИО4, ФИО2, ФИО5,                    ФИО15

В соответствии с положениями ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Применительно к правовому характеру настоящего спора, состав правонарушения, влекущего субсидиарную ответственность, имеет место при доказанности: факта неправомерных действий (бездействия), факта признания должника банкротом, наличия причинно-следственной связи (объективная сторона) и наличия вины (субъективная сторона).

По общему правилу элементы объективной стороны подлежат доказыванию лицом, требующим привлечь к субсидиарной ответственности, отсутствие вины - лицом, привлекаемым к ответственности.

Так, в соответствии с п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Законодатель прямо указывает, что привлечение к субсидиарной ответственности возможно в том случае, если сделка довела до банкротства, явилась ее причиной, что совершены действия (бездействия), существенно ухудшившие финансовое положение должника, что было доказано в рассматриваемом случае.

В п. 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53  разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Презумпция доведения до банкротства, которая также разъяснена в правовой позиции п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 в рассматриваемом случае доказана, поскольку ответчиками заключен целый ряд сделок, которые довели до банкротства.

Судами, в частности, правомерно отклонены доводы ФИО8 о невозможности привлечения ее к субсидиарной ответственности по причине сроков принятия Федерального закона от 29.07.2017  N 266-ФЗ, как отмечено в определении Верховного Суда РФ от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079 по делу N А41-87043/2015, предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 22 установлено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство) (Определения Верховного Суда РФ от 31.05.2016 № 309-ЭС16-2241 по делу                    № А60-24547/2009; от 04.02.2021 № 309-ЭС20-22947 по делу № А76-8624/2018).

Доводы ФИО8 о том, что она являлась заместителем директора, основанием для освобождении от субсидиарной ответственности не являются, поскольку данная должность является руководящей, под признаки, указанные в п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве подпадает, поскольку наделяет лицо правом давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника.

Доводы ФИО6 ошибочны, поскольку материалами дела подтверждается подписание убыточного для должника договора.

Таким образом, судами сделаны обоснованные выводы, что существенное ухудшение финансового положения ООО Страховая компания «Диамант» и, как следствие, признание несостоятельным (банкротом) произошло именно в результате неправомерных действий (бездействия) контролировавших должника лиц (с указанием действий (бездействий) в отношении каждого ответчика) по заключению ряда убыточных сделок (купли-продажи недвижимости, уступки прав требований в отношении высоколиквидных активов, приобретение доли в уставном капитале неплатежеспособного Общества и передаче недвижимости в уставный капитал, иные сделки), по перечислению денежных средств третьим лицам, в отсутствие на то правовых оснований.

Оценив по правилам ст. 71 АПК РФ собранные по делу доказательства, суды первой и апелляционной инстанции, пришли к выводу, что контролирующие должника лица не приняли мер по недопустимости ухудшения финансового положения Общества, с последующей невозможностью погашения требований кредиторов, наступившее вследствие приобретения должником низколиквидных активов по завышенной цене, безосновательного перечисления денежных средств должника, приобретения и отчуждения активов без предоставления равноценного встречного исполнения, замещения ликвидной дебиторской задолженности аффилированных к должнику лиц на заведомо невозвратную, как следствие, от убытков, понесенных в результате совершения сделок.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационных жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

На основании выше изложенного, судебные акты подлежат оставлению без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 22.07.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2022 по делу № А40-206341/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 О.Н. Савина 

Судьи:                                                                                            В.Я. Голобородько

                                                                                                          Е.Н. Короткова