ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-19857/2021

г. Киров

17 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 ноября 2023 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Кормщиковой Н.А.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

без участия в судебном заседании представителей сторон

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на решение Арбитражного суда Ярославской области от 26.07.2023 по делу № А82-19857/2021

по иску ФИО3 

к ФИО4 

о привлечении к субсидиарной ответственности, 

установил:

ФИО3 (далее – ФИО3, истец, заявитель, податель жалобы) обратился в Арбитражный суд Ярославской области с исковым заявлением к ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Небо» (далее – ООО «Небо», должник) и взыскании 933 410 рублей.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Небо».

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 26.07.2023 в удовлетворении требований отказано.

ФИО3 с принятым решением суда не согласился, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и вынести новый судебный акт.

Как указывает истец, из представленного в материалы дела анализа первичных документов от 11 апреля 2023 года, общий размер выданных из кассы ООО «Небо» денежных средств по представленным ответчиком расходным кассовым документам составляет 632 179,54 рублей, в то время как общая сумма неправомерно израсходованных средств составляет 1 630 524,38 рубля, то есть доказательств правомерности расходования денежных средств ООО «Небо» в оставшейся сумме 998 344,84 рубля (разница между общей суммой израсходованных ответчиком денежных средств размере 1 630 524,38 рубля и выданными из кассы наличными денежными средствами в общем размере 632 179,54 рублей) ответчиком, вопреки выводу суда, не представлено. Подчеркивает, что представленные кассовые документы судом в подлинниках не обозревались, в представленных расходных и приходных кассовых ордерах не соблюдена последовательная нумерация, не представлена кассовая книга за соответствующий период, следовательно, из указанных документов невозможно достоверно установить движение денежных средств в кассе ООО «Небо», при этом бухгалтерская справка от 18 июня 2018 года о товарных остатках составлена и подписана бухгалтером ООО «Небо», то есть лицом, находящимся в непосредственной зависимости от ФИО4 как руководителя ООО «Небо»; содержащиеся в бухгалтерской справке сведения о стоимости товарных остатков не подтверждены иными относимыми доказательствами: товарными накладными, универсальными передаточными документами, расходными документами, подтверждающими оплату товара, иными доказательствами. Обращает внимание, что первичные документы, подтверждающие приобретение товара, относятся к периоду, предшествовавшему возникновению требований ФИО3 к ООО «Небо». Указывает, что заочным решением Красноперекопского районного суда г. Ярославля от 30 июня 2020 года по делу №2-564/2020 удовлетворено исковое заявление ФИО3 к ООО «Небо» о взыскании денежных средств; с ООО «Небо» в пользу ФИО3 взыскано неосновательное обогащение в размере 921 000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 410 рублей, а всего 933 410 рублей, то есть требование ФИО3 к ООО «Небо» по своей природе не связано с участием истца в уставном капитале ООО «Небо». Отмечает, что выводы об ограничении доступа ФИО4 в помещение, арендованное ООО «Небо» у ФИО5 в июне 2028 года, где хранилось имущество и документация должника, являются ошибочным, поскольку суд неправильно установил причинно-следственную связь и хронологическую последовательность событий: ограничению доступа в помещение предшествовал вывоз ФИО4 имущества из арендованного помещения. 

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 02.10.2023 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 03.10.2023 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

Участвующие по делу лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Письменно позицию по жалобе не выразили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено  в отсутствие представителей сторон.

Законность решения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, ООО «Небо» зарегистрировано в качестве юридического лица 17.01.2018, о чем внесена запись в ЕГРЮЛ, основной вид деятельности - торговля оптовая играми и игрушками. С 27.02.2018 участниками Общества являлись ФИО3 с номинальной стоимостью доли 30 000 руб., ФИО5 с номинальной стоимостью доли 30 000 руб., а также ФИО4 с номинальной стоимостью доли 30 000 руб. (с 17.01.2018), ФИО4 избрана на должность генерального директора ООО «Небо».

В период с 20.02.2018 по 13.04.2018 ФИО3 платежным поручением № 7 от 20.02.2018 и квитанцией № 16 от 13.04.2018 перечислил и внес на расчетный счет ООО «Небо» денежные средства в размере 221 000 руб. и 700 000 руб. соответственно, в которых был указан источник поступления денежных средств как поступление по договору беспроцентного займа. 

14.05.2018 на внеочередном общем собрании участников ООО «Небо» приняты решения о досрочном прекращении полномочий ФИО4 в качестве директора ООО «Небо» с 14.05.2018; об избрании с 15.05.2018 директором ООО «Небо» ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения).

Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, генеральным директором общества с 06.07.2018 был назначен ФИО3

Вместе с тем, решением Арбитражного суда Ярославской области от 23.06.2019 (резолютивная часть от 21.05.2019) по делу №А82-16284/2018, вступившим в законную силу, признано недействительным решение внеочередного общего собрания участников ООО «Небо», оформленное протоколом от 14.05.2018, признано недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Ярославской области от  06.07.2018 № 10765А о государственной регистрации изменений, вносимых в сведения о юридическом лице - ООО «Небо», содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц за записью ГРН 2187627454760 от 06.07.2018, суд обязал Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 7 по Ярославской области  внести в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Небо» запись о признании недействительным решения.

Таким образом, ФИО4 восстановлена в правах единоличного исполнительного органа ООО «Небо» с 24.07.2019. 

04.06.2020 ФИО3 в адрес ООО «Небо» по почте направлено требование о возврате задолженности в размере 921 000 руб. в срок до 20.06.2020, однако требования исполнены не были, в связи с чем ФИО3 обратился в суд.

Заочным решением Красноперекопского районного суда г.Ярославля от 30.06.2020 по делу №2-564/2020 с ООО «Небо» в пользу ФИО3 взыскано неосновательное обогащение в размере 921 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 410 руб., а всего 933 410 руб.

На основании заявлений от 16.09.2020 ФИО3 и ФИО5 вышли из состава участников ООО «Небо», ФИО4 с 23.09.2020 является единственным участником ООО «Небо» и согласно записи от 23.09.2020 в ЕГРЮЛ 2/3 долей номинальной стоимостью 60 000 руб. принадлежит ООО «Небо». 

В результате неисполнения ООО «Небо» решения Красноперекопского районного суда г.Ярославля от 30.06.2020 по делу №2-564/2020, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании ООО «Небо» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 02.12.2020 заявление ФИО3 принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению заявления.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 14.04.2021 (резолютивная часть от 07.04.2021) по делу №А82-19353/2020 в отношении ООО «Небо» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО6, в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включено требование ФИО3 в размере 921 000 руб. основного долга, 12 410 руб. возмещения расходов по уплате государственной пошлины.

В ходе проведения процедуры банкротства, временный управляющий представил заключение о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а именно:

- выявлены 103 расходных операции по расчетному счету должника 

<

***>, открытому в АО «Райффайзенбанк», в том числе снятие наличных денежных средств в банкоматах, оплата товаров и услуг корпоративной банковской картой, перечисление денежных средств в пользу контролирующего должника лица директора ООО «Небо» ФИО4, на общую сумму 1 730 524,38 рубля,

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения отсутствуют, что подтверждается письмом Межрайонной инспекции ФНС России №5 по Ярославской области от 04.05.2021, из которого следует, что должник не представлял бухгалтерскую (финансовую) отчетность в 2019-2020 годах.

Однако 05.09.2021 проведено собрание кредиторов ООО «Небо» с повесткой дня:

1. Отчет временного управляющего о процедуре наблюдения;

2. Выбор следующей процедуры, применяемой в деле о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника;

3. Выбор саморегулируемой организации арбитражных управляющих в целях предоставления кандидатуры арбитражного управляющего для проведения следующей процедуры, применяемой в деле о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника или выбор кандидатуры арбитражного управляющего для проведения следующей процедуры, применяемой в деле о несостоятельности(банкротстве) в отношении должника;

4. Обращение в Арбитражный суд Ярославской области с ходатайством о прекращении процедуры банкротства.

По четвертому вопросу повестки дня принято решение об обращении в Арбитражный суд Ярославской области с ходатайством о прекращении процедуры банкротства.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 04.11.2021 производство по делу №А82-19353/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Небо» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Полагая, что ФИО4 несет субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения решения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

При этом случаи и порядок привлечения лиц к субсидиарной ответственности установлены в статье 10 Закона о банкротстве, в которую Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ был внесен ряд изменений. 

Так, федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее-Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве". Новая глава содержит материально-правовые нормы, регулирующие основания и условия для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также процессуальные положения, устанавливающие порядок подачи и правила рассмотрения соответствующих заявлений.

Поскольку настоящее заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило и вменяемые контролирующим должника лицам действия (бездействие) имели место после 01.07.2017, то настоящее заявление подлежит рассмотрению в порядке главы III.2 Закона о банкротстве в части применения как процессуальных, так и материальных норм с учетом положений Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По общему правилу требования о привлечении лица к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным Законом о банкротстве, подлежат рассмотрению в деле о банкротстве. Исключения из общего правила предусмотрены статьями 61.19, 61.20 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 данного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 данного Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Действующее законодательство, в том числе Закон о банкротстве, не содержит положений о том, что материальное право кредитора на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом, перестает существовать (прекращается), если этот кредитор, располагающий информацией о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, не предъявил соответствующий иск к причинителю вреда до прекращения производства по делу о банкротстве. С учетом изложенного пункт 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве не мог быть истолкован судами как исключающий в материальном смысле право на иск о привлечении к субсидиарной ответственности кредитора, осведомленного о наличии оснований для привлечения к такой ответственности на момент прекращения производства по делу о банкротстве, вне рамок дела о несостоятельности (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2021 N 307-ЭС21-29 по делу N А56-69618/2019).

Поскольку ФИО3 имеет непогашенные требования к должнику, включенные в реестр требований кредиторов, суд первой инстанции обоснованно признал за ним право на обращение с настоящим исковым заявлением.

В силу пункта 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, в том числе предусмотренной статьями 9 и 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве подлежат применению к спорным правоотношениям в части процессуальных норм, а материальной нормой, применимой к спорным правоотношениям и регулирующей основания для привлечения к субсидиарной ответственности в силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является та статья Закона о банкротстве, которая действовала в период, когда имело место вменяемое контролирующему должника лицу бездействие.

Указанная позиция согласуется с информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и соответствует подходу Верховного суда Российской Федерации, изложенному в определении от 04.10.2018 N 304-ЭС16-17558 (2,3) по делу N А70-11814/2015.

Как установлено судом и не противоречит материалам дела, обстоятельства, послужившие основанием для обращения заявителя с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, имели место в 2018-2019 году, то есть после вступления в силу Закона № 266-ФЗ, где в соответствии с главой III.2 Закона о банкротстве основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, ФИО4 являлась контролирующим должника лицом с 17.01.2018 по 06.07.2018 и с 24.07.2019 по дату возбуждения процедуры несостоятельности (банкротства) ООО «Небо», под которым в соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 Постановления № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Таким образом, основание, по которому заявитель просит привлечь ответчика к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве, предусматривает ответственность контролирующего должника лица за совершение сделок должником, в результате которых, в числе прочего, причинен тот или иной вред имущественным правам кредиторов должника, при этом согласно абзацу 1 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Также из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 N 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. 

В силу пункта 18 Постановления N 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Таким образом, из анализа данных норм права и приведенных разъяснений следует, что основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является совокупность обстоятельств, включающих, в том числе причинно-следственную связь между действиями указанного лица и последствиями, наличие которой, с учетом распределения бремени доказывания, согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

В своем заявлении ФИО7 в обоснование своего требования указал на недобросовестные и неразумные действия ФИО4 по расходованию денежных средств организации в отсутствие оправдательных документов, в результате чего истец лишен возможности получить свои денежные средства. 

Вместе с тем, данное обстоятельство не может быть признано свидетельством о противоправных действиях ответчика, повлекших неплатежеспособность должника, поскольку из представленных в материалы дела доказательств следует, что расходные операции совершены ФИО4 в рамках обычной хозяйственной деятельности ООО «Небо» ответчиком представлены счета-фактуры, расходные кассовые ордера, акты сверок, платежные ведомости, авансовые отчеты с приложенными к ним кассовыми чеками, а также пояснения относительно расходования денежных средств и утраты имущества в результате ограничения доступа в помещение, арендуемое у бывшего участника ФИО5

О фальсификации представленных в материалы дела документов участвующими по делу лицами не заявлялось.

При таких обстоятельствах, коллегия судей поддерживает позицию суда первой инстанции об отсутствии доказательств недобросовестности и неразумности действий ответчика, так как представленные документы свидетельствуют о расходовании денежных средств на нужды именно ООО «Небо», факт причинения вреда имущественным правам кредиторов или доведение в таком случае должника до несостоятельности (банкротстве) в результате совершения в пользу ответчика сделок должника – снятия наличных денежных средств и переводов денежных средств в общей сумме 1 730 524,38 рубля не установлен, совершение указанных платежей подтверждается выпиской по расчетному счету 

<

***>, открытому в АО «Райффайзенбанк» и раскрыто ФИО4 

При этом, оснований полагать, что первичные документы, подтверждающие приобретение товара, относятся к периоду, предшествовавшему возникновению у ФИО3 требований к ООО «Небо» у суда апелляционной инстанции не имеется.

Помимо этого, в качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности заявителем указана непередача документов должника.

В соответствии с абзацем третьим пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015).

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абз. 4 п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче арбитражному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением, как указано выше, понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, не исполнивший обязанности по обеспечению передачи конкурсному управляющему в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, уклонения от этой обязанности несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В то же время, в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, в данном случае, заявитель обязан доказать невозможность пополнения конкурсной массы вследствие не предоставления руководителем бухгалтерских документов, а также то, что надлежащее исполнение руководителем данной обязанности позволило бы привлечь в конкурсную массу должника денежные средства.

При этом фактов искажения /уничтожения ФИО4 документации должника не выявлено; доводов и доказательств, свидетельствующих о невозможности проведения процедуры банкротства в отсутствие запрашиваемой документации, ФИО3 не приведено; а фактические обстоятельства рассматриваемого спора свидетельствуют об обратном; само по себе осложнение деятельности управляющего ввиду отсутствия документации должника в качестве основания для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности Законом о банкротстве не предусмотрено.

Таким образом, в отсутствие доказательств существенного затруднения проведения процедуры банкротства по наполнению конкурсной массы и  взысканию дебиторской задолженности действиями ответчицы, а также непередача какой именно документации повлияла на невозможность проведения процедур банкротства должника, судебная коллегия не может прийти к выводу о наличии в рассматриваемом случае необходимых и достаточных оснований для привлечения ФИО4  к субсидиарной ответственности по указанному основанию (непередача документации должника).

В тоже время согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3), иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства.

Наряду с конкурсным оспариванием (которое также осуществляется посредством предъявления косвенного иска) институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда.

Так, в отношении конкурсного оспаривания судебной практикой выработано толкование, согласно которому при разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 N 306-ЭС20-2155, от 26.08.2020 N 305-ЭС20-5613).

Равным образом при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность. 

Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты. (Именно поэтому, в том числе абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам) (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837 по делу N А23-6235/2015).

Из пояснений ответчика следует, что денежные средства в сумме 921 000 руб. были предоставлены ФИО3 в целях пополнения оборотных денежных средств в соответствии с договоренностью между участниками ООО «Небо», не являлись займом либо неосновательным обогащением организации, на указанные суммы был закуплен товар, что отражается в представленной в материалы дела выписке по счету организации, от реализации которого планировалось получение прибыли ООО «Небо», также в период с 27.02.2018 по 23.09.2020 ФИО3 являлся участником ООО «Небо», а в период с 06.07.2018 по 29.07.2019 он являлся руководителем организации.

Помимо этого, основанием для подачи заявления ФИО3 к ООО «Небо» о взыскании денежных средств являлось перечисление денежных средств должнику в 2018 году, будучи участником Общества, в то время как в период исполнения полномочий директора Общества самим ФИО7 (с 06.07.2018 по 24.07.2019) вопросов о расходовании, истребовании или возврате указанных денежных средств последним не заявлялось, соответствующее требование направлено только после отмены решения внеочередного общего собрания участников ООО «Небо», оформленное протоколом от 14.05.2018.

К тому же удовлетворение искового заявления ФИО3 к ООО «Небо» Красноперекопским районным судом г. Ярославля о взыскании неосновательного обогащения не свидетельствует о противоречии с выводами суда о возможности оказывать влияние или контролировать на деятельность должника.

Таким образом, вопреки позиции заявителя, наличие корпоративного конфликта является очевидным, ФИО3 являлся причастным к управлению должником лицом, то есть он не имел статуса независимого кредитора, что лишает его возможности заявлять требование о привлечении к ответственности, соответственно, предъявление подобного иска по существу расценивается как попытка ФИО3 компенсировать последствия своих неудачных действий по вхождению в капитал должника и инвестированию в его бизнес.

При этом механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров, тогда как лица, участвующие в корпоративном конфликте, полагая, что партнеры по бизнесу действовали неразумно или недобросовестно по отношению к Обществу, не были лишены возможности прибегнуть к средствам защиты, имеющимся в арсенале корпоративного (но не банкротного) законодательства, в частности, предъявление требований о взыскании убытков (вне рамок дела о банкротстве), исключении из общества, оспаривание сделок по корпоративным основаниям и прочее.

Обстоятельств причинения действиями (бездействием) ответчика убытков ФИО3 заявителем не доказано и судом не установлено. 

В этой связи суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления ФИО3 о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с нее 933 410 рублей. 

Приведенные в апелляционной жалобе доводы рассмотрены коллегией судей и признаны несостоятельными, поскольку они сводятся к несогласию заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом представленных в материалы дела доказательств, сводятся к иному пониманию и толкованию законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, но не опровергают их.

При данных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что при принятии определения арбитражным судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, надлежащим образом исследованы фактические обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, а, следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены оспариваемого определения не имеется.

Апелляционная жалоба является необоснованной и удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Ярославской области от 26.07.2023 по делу № А82-19857/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

Н.А. Кормщикова

Судьи 

ФИО8

ФИО1