ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-37522/2023

23 сентября 2025 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1 Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2025 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2025 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Серебровой А.Ю. судей Бурденкова Д.В., Юркова И.В. при ведении протокола судебного заседания: секретарем Вороной Б.И. при участии: от ФИО1 – представитель ФИО2 (по доверенности от 22.06.2024) 

от ООО «Колд Трейд» - представитель ФИО3 (по доверенности от 09.01.2025),  

конкурсного управляющего ФИО4 (по паспорту, посредством онлайн-связи),  

от АО «КЗСК» - представитель ФИО5 (по доверенности от 14.04.2023, посредством онлайн-связи), представитель ФИО6 (по доверенности от 25.08.2025),  

от ООО «Колд Трейд Групп» - представитель ФИО3 (по доверенности от 09.01.2025),  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-10990/2025, 13АП-10991/2025) ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Колд Трейд Групп» и общества с ограниченной ответственностью «Колд Трейд»  

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.03.2025 по делу № А56-37522/2023/суб.1 (судья Шевченко И.М.), принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Колд Трейд» и общества с ограниченной ответственностью «Колд Трейд Групп» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Колд трейд холдинг»  

об удовлетворении заявленных требований и приостановлении производства по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами,  

установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.12.2023 общество с ограниченной ответственностью «Колд Трейд Холдинг» (далее - Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9.  

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО7, ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Колд Трейд».  

В ходе рассмотрения обособленного спора к участию в деле в качестве соответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «Колд Трейд Групп».  

Определением от 19.11.2024 суд освободил ФИО9 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. Определением от 25.12.2024 конкурсным управляющим утвержден ФИО4.  

Определением от 19.03.2025 заявление удовлетворено. 

Суд первой инстанции признал за всеми ответчиками статус контролирующих должника лиц, указав на осуществление ФИО7 функций контролирующего лица в отношении должника и ООО «Колд Трейд» и ООО «Колд Трейд Групп», в том числе и после 15.01.2021.  

Суд исходил из публикаций, размещенных в Интернет-изданиях; согласился с доводами акционерного общества «КЗСК» о переводе работников и клиентов должника в ООО «Колд Трейд» и ООО «Колд Трейд Групп». Суд, при этом, отметил, что последующее принятие ответчиками новых работников указанного факта не исключает.  

Суд установил, что единственный участник и руководитель ООО «Колд Трейд Групп» – ФИО10 приходится братом ФИО7, а перевод 100% долей в уставном капитале должника в оффшорную компанию расцениваются судом как действия ФИО7 по сокрытию контроля над должником.  

В отношении ФИО8 суд указал на нарушение им положений пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также наличие у ФИО8, признаков массового руководителя в отношении организаций, по которым в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности отраженной о них информации.  

ФИО7 суд вменил совершение экономически невыгодных для Общества сделок: совершение в его пользу платежей на сумму 32 453 903 руб. 40 коп., которые признаны недействительными сделками постановлением апелляционного суда от 26.12.2024, принятым в обособленном споре № А56-37522/2023/сд.1 и перечисление 131 302 773 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «Новые Технологии» в период с 27.04.2020 по 14.01.2021.  

Последний платеж суд расценил как умышленный вывод активов должника в связи с прекращением его деятельности, указав, что выведенная сумма была достаточна для погашения требований всех кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.  

Суд пришел к выводу о переносе ФИО7 бизнеса на другие организации в связи с обращением АО «КЗСК» о взыскании задолженности по причине поставки товара ненадлежащего качества в деле № А33-20728/2020 в размере 46 500 329 руб. 38 коп.  

Отметив, что ответчики не раскрыли степень участия каждого из них в деятельности должника, суд применил солидарную ответственность.  

 На определение подана апелляционная жалоба ФИО7, который просит отменить обжалуемый судебный акт и принять новый.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы, ее податель ссылается на прекращение его полномочий как контролирующего должника лица в 2021 году; реальность взаимоотношений с ООО «Новые Технологии».  

По утверждению подателя жалобы, из инвентаризационной описи следует формирование конкурсной массы на сумму, превышающую сумму требований кредиторов.  

Согласно позиции подателя жалобы, суд неправомерно отклонил заявленное им ходатайство об истребовании книги покупок и продаж ООО «Новые технологии».  

Кроме того, податель жалобы полагает, что судом необосновано не определены личные роли каждого ответчика в организации деятельности должника.  

На определение поданы апелляционные жалобы ООО «Колд Трейд Групп», ООО «Колд Трейд» которые просят отменить обжалуемый судебный акт в части привлечения их к субсидиарной ответственности и принять в этой части новый судебный акт.  

Податели жалоб считают предположительным вывод суда о контроле ФИО7 над деятельностью ООО «Колд Трейд Групп»; указывают, что переход работников должника в новую организацию являлся исключительно следствием их волеизъявления.  

Податели жалобы настаивают на том, что их деятельность не связана с деятельностью должника; также отмечают, что по результатам проведения инвентаризации имущества должника достаточно для осуществления расчетов с кредиторами.  

Кроме того, податели жалоб не согласны с тем, что суд не установил степень их влияния на деятельность должника.  

В дополнение к апелляционным жалобам ООО «Колд Трейд», ФИО7, просят отменить принятые в отношении них обеспечительные меры.  

В дополнение к апелляционной жалобе ООО «Колд Трейд Групп» поддерживает ее доводы, а также доводы апелляционной жалобы ФИО7 Податель жалобы отмечает, что сделки, на которые суд ссылается как на презумпцию вины ответчиков в несостоятельности должника совершены до появления у Общества признаков неплатежеспособности.  

Податель жалобы полагает не доказанным факт перевода бизнеса должника на иное лицо, отмечая, что после прекращения деятельности должника часть принадлежащей ему оргтехники осталась в пользовании ФИО7, чем и объясняется использование им IP адреса должника. ФИО7 сохранил за собой право использования торговой марки «Колд Трейд».  

В отзыве на апелляционные жалобы конкурсный управляющий возражает против их удовлетворения, настаивая на совершении ответчиками экономически невыгодных сделок должника и перевод бизнеса должника на ответчиков.  

В отзыве на апелляционные жалобы акционерное общество «Красноярский завод синтетического каучука» (АО «КЗСК») возражает против их удовлетворения, также настаивая на фактах перевода бизнеса должника на ответчиков и сохранение ФИО7 контроля за должником.  

ООО «Колд Трейд» заявило о переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, ссылаясь на необоснованный отказ в удовлетворении ходатайства об истребовании дополнительных доказательств по делу – книг покупок и продаж ООО «Новые Технологии», а также в привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ФИО11 Ануфа, который являлся руководителем должника в период с 13.01.2021 по 30.06.2022.  

В судебном заседании представители подателей апелляционных жалоб поддержали их доводы.  

Конкурсный управляющий и представитель АО «КЗСК» против удовлетворения апелляционных жалоб возражал по мотивам, изложенным в отзывах.  

Иные лица, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание явку не обеспечили.  

С учетом мнения лиц, обеспечивших явку в судебное заседание и в соответствии с положениями статьи 156 АПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.  

Оценив доводы ООО «Колд Трейд» о наличии оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, апелляционный суд не установил таких нарушений норм процессуального права, которые влекут безусловную отмену судебного акта.  

Принятый по делу судебных акт каких-либо прав и обязанностей ФИО11 Ануфа не затрагивает. Доводы подателей апелляционных жалоб о нарушении судом первой инстанции порядка исследования доказательств, в том числе о неприменении положений статьи 66 АПК РФ не относятся к безусловным основаниям для отмены судебного акта и подлежат оценке при проверке законности и обоснованности определения суда в апелляционном порядке.  

Возражений против проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционных жалоб не заявлено. Дело рассмотрено в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ, в пределах доводов апелляционных жалоб.  

Проверив законность и обоснованность определения суда в пределах доводов апелляционных жалоб, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения принятого по делу судебного акта.  

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 10.10.2002, основным видом деятельности Общества указано производство промышленного холодильного и вентиляционного оборудования.  

Участником Общества с 15.01.2021 с долей участия 0,01% уставного капитала указана Международная коммерческая компания «Роуз Лимитед». В отношении доли в размере 99,99% с 03.02.2021 в ЕГРЮЛ внесены сведения о том, что она принадлежит Обществу.  

До этого, в период с 19.08.2015 по 12.01.2021 генеральным директором Общества являлся ФИО7; в период с 16.02.2017 по 15.01.2021 ему принадлежала доля участия в Обществе в размере 100% уставного капитала; а с 15.01.2021 по 03.02.2021 - доля в размере 99,99%.  

С 01.07.2022 единственным участником Общества и его генеральным директором был ФИО8.  

Основанием для возбуждения дела о банкротстве послужило заявление должника, поданное 21.04.2023 со ссылкой на наличие неисполненного обязательства перед АО «КЗСК» на сумму 46 500 329 руб. 38 коп., установленного решением Арбитражного суда Красноярского края от 02.06.2023 по делу № А33-20728/2020. Требование заявлено в связи с поставкой некачественного товара по договору поставки от 27.04.2018 № КЗСК.1398; претензия на возврат денежных средств заявлена 12.03.2020.  

В деле о банкротстве оспорены платежи на общую сумму 33 133 903 руб. 40 коп., совершенные в пользу ФИО7 Определением от 19.07.2024 с учетом изменений, внесенных постановлением апелляционного суда от 26.12.2024, которое  

оставлено без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 16.04.2025  

ООО «Колд Трейд» зарегистрировано в качестве юридического лица 26.10.2011 с основным видом хозяйственной деятельности – торговля оптовая прочими машинами и оборудованием.  

Единственным участником Общества с долей участия 100% уставного капитала с 15.03.2021 указан ФИО7, он же с 25.03.2021 является единоличным руководителем этого общества (генеральный директор).  

ООО «Колд Трейд Групп» зарегистрировано в качестве юридического лица 30.06.2020 с основным видом деятельности производство промышленного, холодильного и вентиляционного оборудования.  

С момента регистрации единственным участником указанного общества с долей участия 100% уставного капитала и руководителем (генеральным директором) указан ФИО10, который приходится братом ФИО7  

Требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности заявлено конкурсным управляющим по основаниям статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)  

Заявитель указывал на презумпции вины контролирующих лиц должника за доведение его до банкротства в связи с тем, что документация должника конкурсному управляющему не представлена; должником были совершены экономически невыгодные сделки (платежи в пользу ФИО7 которые признаны недействительными сделками в деле о банкротстве.  

Конкурсный управляющий полагал, что ФИО7 в преддверии банкротства перевел активы должника на ООО «Колд Трейд».  

 В обоснование этого утверждения, конкурсный управляющий указал на перевод в ООО «Колд Трейд» сотрудников должника; заключение последним договоров с контрагентами должника, передача имущества, которое использовалось в хозяйственной деятельности. По утверждению заявителя, ООО «Колд Трейд» продолжал реализацию продукции, которую ранее реализовывал должник, на том же Интернет-ресурсе http://coldtrade.spb.ru.  

Положениями статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрена субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц в случае их вины в невозможности осуществить расчет с кредиторами.  

Наличие вины контролирующего должника лица и причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и негативными последствиями в виде несостоятельности должника является обязательным условием для применения указанной ответственности.  

Аналогичные разъяснения даны в пункте 22 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».  

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности (банкротства) организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которому под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие  

действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе, согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.  

По условиям пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, наличие вины контролирующего должника лица в невозможности осуществления расчетов с кредиторами презюмируется, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.  

Как разъяснено в пункте 23 Постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого  

совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.  

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.  

Вступившим в законную силу судебным актом принятым в деле о банкротстве, который является обязательным в силу положений статьи 16 АПК РФ, установлено совершение ФИО7 экономически невыгодных сделок в виде перечисления Обществом в его пользу суммы, сопоставимой по размеру с кредиторской задолженностью, наличие которой повлекло обращение Общества в суд с заявлением о собственном банкротстве.  

Кроме того, ФИО7 не опровергнуты выводы суда о необоснованном перечислении Обществом в пользу ООО «Новые Технологии» значительной суммы денежных средств в отсутствие встречного предоставления.  

В силу положений пунктов 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.  

Исходя из изложенного, перечень форм контроля за юридическим лицом не является исчерпывающим.  

Оценив совокупность представленных в материалы дела доказательств: признаки номинального характера осуществления управления Обществом последующим руководителем ФИО8 (в этой части судебный акт не обжалуется); отсутствие сведений о смене лица, уполномоченного распоряжаться платежными счетами должника; публикации, размещенные в открытом доступе в сети Интернет о фактическом продолжении деятельности, которую осуществлял должник, но от имени иного юридического лица со сходным наименованием, суд  

пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО7 сохранил контроль над Обществом и после формального прекращения его полномочий как участника органа управления должника.  

К контролирующим должника лицам применяется повышенный стандарт доказывания обстоятельств, касающихся организации деятельности должника, поскольку именно эти лица имеют полный доступ к документам и информации, касающейся деятельности должника, в то время как эти доказательства недоступны иным участникам процесса.  

ФИО7 выводы суда о сохранении за ним контроля за деятельностью должника и после июля 2021 года не опроверг.  

Доказательств реальности правоотношений с ООО «Новые Технологии» и получения встречного предоставления от указанного лица также не представлено в материалы дела.  

Доводы подателя жалобы о необоснованном отказе суда первой инстанции в истребовании дополнительных доказательств не могут быть приняты. Учитывая, что документация Общества не была передана конкурсному управляющему, а именно ФИО7 как фактически контролирующее должника лицо должен был иметь к ней доступ, ответчик имел возможность самостоятельно представить доказательства своего утверждения об отсутствии убыточности спорных перечислений, оснований для применения положений статьи 66 АПК РФ в данном случае не имелось. Суд правильно распределил бремя доказывания в обособленном споре и пришел к обоснованному выводу о том, что доводы конкурсного управляющего о презумпции вины контролирующего должника лица в его банкротстве в связи с совершением экономически невыгодных сделок, существенных относительно масштаба деятельности Общества, не опровергнута.  

Как следует из положений подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве с учетом разъяснений пункта 7 Постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.  

Предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.  

Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим. 

Из материалов дела следует, что ООО «Колд Трейд» и ООО «Колд Трейд Групп» были подконтрольны ФИО7 Вопреки доводам подателей жалобы, включение в состав органов управления юридического лица близкого родственника, а именно брата ответчика, предполагает возможность осуществления им контроля  

за деятельностью такого лица и возлагает на ответчика бремя доказывания обратного. Таких доказательств не представлено.  

Напротив, из содержания сведений о характере деятельности, осуществляемой ООО «Колд Трейд» и ООО «Колд Трейд Групп», общедоступных публикаций в сети Интернет следует, что ФИО7 продолжал организацию производственной и торговой деятельности, которую ранее осуществлял должник, после появления у должника обязательства перед АО «КЗСК», через подконтрольных ему ответчиков, имевших схожие с должником наименования. Подателями жалобы не отрицается вывод суда о переводе в новые организации трудового ресурса должника, его клиентов и активов, используемых в производственной деятельности, при том, что возникшая задолженность осталась за должником.  

Исходя из изложенного, суд обосновано признал за ООО «Колд Трейд» и ООО «Колд Трейд Групп» статус контролирующих должника лиц как выгодоприобретателей за счет должника.  

Перевод на указанных лиц предпринимательской деятельности должника исключил возможность получения им прибыли для осуществления расчетов с кредиторами, что является достаточным основанием для возникновения признаков объективного банкротства.  

В силу разъяснений пункта 21 Постановления № 53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).  

В пункте 22 Постановления № 53 разъяснено, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.  

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Из изложенного выше следует, что контролирующие лица в данном случае действовали совместно под контролем ФИО7 – фактического организатора деятельности должника, а также действий, повлекших утрату активов Общества и появление у него признаков объективного банкротства. При таких обстоятельствах, ответственность правомерно применена солидарно.  

Оснований для отмены принятого по делу определения в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

Поскольку принятый по делу судебный акт оставлен без изменения, исходя из положений статей 96, 97 АПК РФ, оснований для рассмотрения вопроса об отмене обеспечительных мер нет.  

В силу положений статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела апелляционным судом остаются на подателях апелляционных жалоб.  

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.03.2025 по делу № А56-37522/2023/суб.1 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий А.Ю. Сереброва  

Судьи Д.В. Бурденков  

 И.В. Юрков