АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-14258/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 ноября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 29 ноября 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Лаптева Н.В.,

судей                                                         Доронина С.А.,

ФИО1 –

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 30.05.2022 (судья Нецлова О.А.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2022 (судьи Кудряшева Е.В., Иващенко А.П., Усанина Н.А.) по делу № А27-14258/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью частного охранного предприятия «Святой Георгий» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество ЧОП «Святой Георгий», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 (далее – управляющий) к ФИО4, ФИО2 о взыскании убытков.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества ЧОП «Святой Георгий» управляющий 31.05.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с ФИО4 и ФИО2 солидарно денежных средств в сумме 27 353 800 руб. в возмещение убытков должнику (с учётом уточнения).

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 30.05.2022, оставленным без изменения проставлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2022, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 и ФИО2 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; производство по вопросу о размере субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.

ФИО2 подал кассационную жалобу, в которой просит определение арбитражного суда от 30.05.2022 и проставление апелляционного суда от 11.08.2022 отменить.

В кассационной жалобе приведены доводы о том, что суды не дали надлежащую оценку представленным доказательствам, неправильно установили фактические обстоятельства дела, неверно применили нормы материального права и нарушили нормы процессуального права.

С позиции ФИО2, заявителем не доказано наличие совокупности обстоятельств, необходимых для взыскания с него убытков, поскольку судами не установлена причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и наступившими негативными последствиями; законодательством Российской Федерации не предусмотрен запрет на выдачу организациями доверенности физическим лицам не являющимся работниками данной организации; наличие доверенности не доказывает того, что ФИО4 распоряжалась денежными средствами должника; в материалы дела представлены достоверные доказательства подтверждающие факт передачи денежных средств ФИО4 и расходования их в интересах общества (кассовые книги и другие документы учёта).

ФИО2 ссылается на то, что налогоплательщикам, применяющим упрощённую систему налогообложения с объектом налогообложения в виде доходов, в целях налогового учёта документального подтверждения произведённых расходов, которые не влияют на исчисление суммы налога в обязательном порядке не требуется; книга доходов и расходов должника не истребована в ходе судебного разбирательства.

Лица, участвующие в деле, и их представители в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит основания для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, директором общества ЧОП «Святой Георгий» являлся ФИО2, единственным участником –ФИО5

Общество ЧОП «Святой Георгий» в лице директора ФИО2 27.05.2016 выдало на имя ФИО4 доверенность сроком до 26.05.2021, содержащую полномочия на совершение действий, необходимых для обеспечения текущей деятельности общества, в том числе на получение денежных средств со счетов должника.

Из текста доверенности следует, что ФИО2 уполномочил ФИО4, как заместителя директора по финансам, руководить текущей деятельностью общества, полномочия доверенности включают, но не ограничиваются следующим: 1) предоставление права первой подписи в Кемеровский региональный фонд акционерного общества «Россельхозбанк», получение денежных средств, внесение денежных средств и совершение иных действий по счетам, открытым в данном банке; 2) заключать сделки и подписывать договоры, необходимые для обеспечения текущей хозяйственной деятельности общества; 3) подписывать финансовые и платёжные документы; 4) представлять интересы общества в государственных органах и организациях по вопросам текущей хозяйственной деятельности; 5) предоставлять бухгалтерскую и налоговую отчётность в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 11 по Кемеровской области; 6) выдавать доверенности; 7) издавать приказы и распоряжения по вопросам текущей хозяйственной деятельности; 8) заключать и расторгать трудовые договоры, увольнять работников, издавать приказы по кадрам; 9) совершать иные действия, необходимые для обеспечения текущей деятельности общества.

При этом ФИО4 не была связана с должником трудовым или гражданско-правовым договором, не являлась материально ответственным лицом.

Из выписок по счёту должника следует, что на счёт поступали денежные средства от контрагентов за охрану (от текущей деятельности), расходовались на оплату обязательных платежей по налогам и взносам, госпошлины, штрафов, комиссии банка, оплату членских взносов, в остальной части – снимались ФИО4 с указанием в назначении платежа «на хозяйственные расходы».

В период с 26.01.2016 по 06.05.2020 ФИО4 сняла со счёта должника в акционерном обществе «Российский Сельскохозяйственный банк» денежные средствав сумме 27 353 800 руб.

Из отчётов 6-НДФЛ за 1-4 кварталы 2016-2020 годов следует, что заработная плата выплачена в сумме 2 570 635 руб.: в 2016 году – в сумме 286 065 руб., в 2017 году – 293 982 руб., в 2018 году – 873 054 руб., в 2019 году – 1 050 623 руб., в 2020 году –66 911 руб.

Определением арбитражного суда от 21.07.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества ЧОП «Святой Георгий».

Определением арбитражного суда от 09.09.2020 в отношении общества ЧОП «Святой Георгий» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6; в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования общества с ограниченной ответственностью «Производственное объединение «Гормаш» в размере 10 250 680 руб. (задолженность в виде убытков за утрату имущества должника, установленная решением Арбитражного суда Кемеровской области от 30.10.2019 по делу № А27-11595/2019 возникла в период с 31.07.2018 по 30.11.2018).

Решением арбитражного суда от 29.01.2021 общество ЧОП «Святой Георгий» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО3

Первичные документы по кассе (авансовые отчёты, приходные и расходные кассовые ордера) бывшим руководителем ФИО2 конкурсному управляющему не переданы.

Определением арбитражного суда от 09.06.2021 требования Федеральной налоговой службы в размере 431,76 руб. пени учтены отдельно в реестре требований кредиторов должника и признаны подлежащими удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов (задолженность по упрощённой системе налогообложения за 2018 и 2019 годы).

Согласно отчёта управляющего от 14.03.2022 и реестра текущих платежей по состоянию на 22.05.2022 размер реестровых требований составляет 10 424 179,74 руб., текущих – 748 538,61 руб.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, и полагая, что действия контролирующих должника лиц при совершении сделок в период с 26.01.2016 по 06.05.2020 не могут быть признаны разумными и добросовестными, соответствующими интересам кредиторов должника, управляющий обратился в арбитражный суд с указанным заявлением.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции исходил из того, что совершение действий ФИО2 по выдаче доверенности от имени должника, ФИО4 по распоряжению денежными средствами общества ЧОП «Святой Георгий», привелок невозможности дальнейшего продолжения хозяйственной деятельности общества;по состоянию на 31.07.2018 должнику и его контролирующим должника лицам было известно о факте утраты имущества, необходимости возмещения его стоимости и невозможности оплаты долга по причине недостаточности денежных средств (о наличии у должника признаков банкротства); ФИО4 являющаяся лицом, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, могло совершать сделки от имени должника, а также конечным выгодоприобретателем денежных средств должника в размере 24 783 165 руб. (27 353 800 руб. – 2 570 635 руб. (сумма фактически выплаченной заработной платы)) при фактическом отсутствии встречного предоставления, также относится к категории контролирующего лица, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника, и получившее существенный актив должника, который выбыл из его владения по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам самого общества и его кредиторов.

Кроме того, судом первой инстанции отмечено следующе:

выданной доверенностью создавалась видимость законности действий ФИО4 по распоряжению денежными средствами общества, при этом юридически на неё не была возложена обязанность по возврату должнику снятых с его счетов денежных средств или расходованию их на нужды должника;

ФИО5, являясь участником общества, не могла не знать о созданной ФИО2 и ФИО4 схеме, которая реализовывалась на протяжении четырёх лет (с 2016 года по 2020 год), однако никак этому не воспрепятствовала, не предъявляла к указанным лицам требований в защиту прав и интересов общества и собственных, соответственно её права не подлежат судебной защите.

Арбитражный суд пришёл к выводу о доказанности наличия причинно-следственной связи между действиями ФИО4 и ФИО2 и наступлением их обязанности отвечать по обязательствам общества ЧОП «Святой Георгий».

В связи с наличием возможности дальнейшего формирования конкурсной массы должника, суд счёл необходимым приостановить производство по обособленному спору в части определения размера ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводом арбитражного суда.

Отклоняя доводы ФИО2, суд апелляционной инстанции указал на то, что неприменение обществом специального налогового режима, не подтверждает отсутствие обязанности по ведению книги учёта доходов и расходов организации, применяющей упрощённую систему налогообложения; сохранению первичных документов, подтверждающих соответствующие доходы и расходы, накладных на покупку, продажу товаров и оказание услуг, иных первичных кассовых документов.

Выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам права.

Так, в соответствии со статьёй 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), определяющей основные понятия, используемые в данном законе, и в силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ к контролирующим должника лицам относятся лица, имевшее право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок; извлекающие выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо в случае недостаточности имущества должника несёт субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона, причинён вред имущественным правам кредиторов.

Аналогичные правила в настоящее время закреплены в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Учитывая, что нормы предусмотренные пунктом 4 статьёй 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) в случае недостаточности имущества должника такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц по существу мало отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьёй 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», к статье 10 Закона о банкротстве может быть применён значительный объём разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

В пункте 20 Постановления № 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности(статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно)на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В том случае, когда причинённый контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

В пункте 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 названного Постановления, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинён существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В пункте 56 Постановления № 53 разъяснено, что по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем, отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищённости кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Возлагаемый Законом о банкротстве на контролирующих должника лиц повышенный стандарт доказывания, связанный с опровержением поименованных в Законе о банкротстве презумпций, корреспондирует обязанности соответствующих лиц представить убедительные пояснения (косвенные доказательства), свидетельствующие о наличии резюмируемых обстоятельств.

Поскольку судами установлено наличие в материалах дела относимых и допустимых доказательств совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности ввиду совершения ими сделок, направленных на вывод активов должника, что повлекло за собой невозможность удовлетворения требований кредиторов, заявление управляющего в соответствующей части удовлетворено правомерно.

Также обоснованно приостановлено производство по заявлению о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника до окончания расчётов с кредиторами, поскольку на момент рассмотрения настоящего заявления невозможно определить размер оставшихся неисполненными обязательств должника в процедуре банкротства.

Такой подход соответствует положениям пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, а также правовой природе субсидиарной ответственности (статья 399 ГК РФ), учитывая, что механизм привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве носит исключительный и экстраординарный характер (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются.

Установление обстоятельств, влекущих привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, либо освобождающих ответчиков от неё относитсяк компетенции суда первой и апелляционной инстанций, так как связано с оценкой имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в обособленном споре.

Проверяя возражения ответчиков, суды дали надлежащую оценку имеющимся в деле доказательствам по правилам статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи в результате полного и всестороннего исследования, нарушений норм процессуального права не допущено.

Приведённые в кассационных жалобах доводы не свидетельствуют о нарушении судами норм права, по существу сводятся к несогласию с оценкой обстоятельств настоящего спора.

Доводы, направленные на переоценку установленных обстоятельств, не могут быть положены в основу отмены обжалованных судебных актов, поскольку заявлены без учёта норм части 2 статьи 287 АПК РФ, исключающих из полномочий суда кассационной инстанции установление обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, предрешение вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также переоценку доказательств, которым уже была дана оценка судом апелляционной инстанции.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 30.05.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2022 по делу № А27-14258/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                   Н.В. Лаптев

 

Судьи                                                                                                                 С.А. Доронин

 

ФИО1