ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А63-577/2015

19 марта 2019 года

г. Ессентуки

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2019 года.

                     Постановление в полном объёме изготовлено 19 марта 2019 года.

 Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Казаковой Г.В.,

судей: Луговой Ю.Б., Сулейманова З.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ГлавИнвестПроект» на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.10.2018 по делу №А63-577/2015 (судья Антошук Л.В.),

по заявлению Федеральной налоговой службы России о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица ООО «ГлавИнвестПроект», 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества финансово-строительная компания «Гарант»,

при участии в судебном заседании: 

от конкурсного управляющего закрытого акционерного общества финансово-строительная компания «Гарант» ФИО2 – ФИО2 (лично по паспорту);

от Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Ставропольский государственный аграрный университет» – ФИО3 (по доверенности от 21.01.2018 №15-23/11-03), ФИО4 (по доверенности от 10.04.2018 №15-23/11-24),

от «Северо-Кавказского Федерального университета» – ФИО5 (по доверенности от 08.10.2018 №42-45-01/16),

от Федеральной налоговой службы – ФИО6 (по доверенности от 29.08.2018 №26АА2358825), ФИО7 (по доверенности от 21.06.2018 №ММВ-24-18),

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещённых о времени и месте судебного заседания,  

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Ставропольского края от 30.01.2015 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества финансово-строительной компании «Гарант» (далее - ЗАО ФСК «Гарант», должник). 

Определением от 18.04.2016 в отношении ЗАО ФСК «Гарант» введена процедура финансового оздоровления. 

Решением от 24.07.2017 суд прекратил процедуру финансового оздоровления, признал ЗАО ФСК «Гарант» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении общества конкурсное производство. 

Сведения об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы арбитражным управляющим в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» от 29.07.2017 № 137. 

Определением от 26.06.2017 конкурсным управляющим ЗАО ФСК «Гарант» утверждён ФИО2

Федеральное государственное учреждение высшего образования «Ставропольский государственный аграрный университет» (далее – университет, ФГБОУ ВО «Ставропольский ГАУ») обратилось с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ООО СК «Севкавстрой», ООО ФСК «Гарант», ООО «Гарант-М», ООО СХП «Колхоз Правда», которые определением от 27.02.2018 были объединены в одно производство. 

От Федеральной налоговой службы России (далее – налоговый орган, ФНС России) поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО СК «Севкавстрой», ООО «ГлавИнвестПроект», ФИО8, ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО14. 

Определением от 22.05.2018 суд принял к рассмотрению заявление ФНС, объединив его в одно производство с рассмотрением ранее поданных заявлений ФГАОУ ВО «Ставропольский ГАУ». 

Определением от 29.06.2018 суд выделил в отдельное производство рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «ГлавИнвестПроект».

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 23.10.2018 по делу №А63-577/2015 в удовлетворении ходатайства ООО «ГлавИнвестПроект» отказано, признано наличие оснований, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для привлечения ООО «ГлавИнвестПроект» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Приостановлено рассмотрение заявления о привлечении ООО «ГлавИнвестПроект» к субсидиарной ответственности до окончательного формирования конкурсной массы должника.

Не согласившись с принятым судебным актом от 23.10.2018 по делу № А63-577/2015, ООО «ГлавИнвестПроект» обратилось в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления Федеральной налоговой службы России. 

Определением суда от 03.12.2018 апелляционная жалоба принята к производству суда и назначена рассмотрению в судебном заседании на 10.01.2019, которое было отложено на  07.02.2019, в котором был объявлен перерыв до 24.02.2019, а затем на 14.03.2019. отложение судебного разбирательства связано с не поступлением в суд апелляционной инстанции материалов дела в полном объеме по обособленному спору. 

В судебном заседании 14.03.2019 представители Федеральной налоговой службы, конкурсный управляющий закрытого акционерного общества финансово-строительная компания «Гарант» ФИО2, представители Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Ставропольский государственный аграрный университет» и представитель «Северо-Кавказского Федерального университета» возражали  против доводов апелляционной жалобы, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную  жалобу  - без удовлетворения

Представители других лиц, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не явились, о причинах неявки суду не сообщили, отзыва на апелляционную  жалобу не представили.  

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба по делу рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей сторон, проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.10.2018 по делу №А63-577/2015 надлежит оставить без изменения по следующим основаниям.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ внесены изменения в Закон о банкротстве, в соответствии с переходными положениями которого рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции вышеназванного Федерального закона.

В связи с тем, что заявление о привлечении бывших руководителей и учредителя должника к субсидиарной ответственности, а также привлечение к субсидиарной ответственности лиц, получивших выгоду из незаконного и недобросовестного поведения руководителя должника,  подано в суд в декабре 2017, суд первой инстанции пришел к выводу о рассмотрении заявления по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсных кредиторов о привлечении ООО «ГлавИнвестПроект» к субсидиарной ответственности, исходил из следующих установленных обстоятельств и норм действующего законодательства.  

Так, исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом.

Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (часть 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закон о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Согласно пункту  2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Как разъяснено в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами, что одним из контролирующих должника лиц является ФИО9, который до февраля 2018 года являлся директором ООО «ГлавИнвестПроект».

Пунктом 7 Постановления № 53 разъяснено, что предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Суд первой инстанции, проанализировав представленные доказательства, пришёл к выводу о том,  что ООО «ГлавИнвестПроект» является контролирующим должника лицом, поскольку, действуя совместно с ФИО9, получил по нескольким сделкам актив должника - принадлежащие последнему денежные средства за выполненные работы.

26.12.2014 Министерством образования и науки (Заказчик) и ООО «ГлавИнвестПроект» (Генподрядчик) заключён государственный контракт №83-эа/14 от 26.12.2014 на выполнение работ по строительству плавательного бассейна Северо-Кавказского федерального университета в г. Ставрополе. 

Цена контракта составляла 183 325 766,99 рублей (п. 4.1. контракта). 

ООО «ГлавИнвестПроект» привлекло к выполнению работ ЗАО ФСК «Гарант» по договору субподряда № 26/12/14-ГЗ от 26.12.2014.

Согласно движению денежных средств по расчетному счёту ООО «ГлавИнвестПроект» платежей с соответствующим назначением, кроме платежей ЗАО ФСК «Гарант», не имелось, что позволяет сделать вывод о том, что ООО «ГлавИнвестПроект» иных субподрядчиков не привлекало.

Разделом 2 договора, был предусмотрен порядок оплаты работ - в безналичной форме на расчетный счет субподрядчика по факту выполнения каждого этапа работ после подписания сторонами акта выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ (п. 2.1. договора); за услуги генподряда субподрядчик уплачивает генподрядчику 1% стоимости работ (п. 2.2. договора). 

Договором субподряда предусмотрено, что ЗАО ФСК «Гарант» получает денежные средства от ООО «ГлавИнвестПроект» по факту подписания форм КС-2, КС-3, при этом ООО «ГлавИнвестПроект» 30.12.2014 получило аванс по государственному контракту в сумме 22 500 000 руб.

Согласно определению от 14.02.2018 по делу № А63-13187/2015 ООО «ГлавИнвестПроект» по мировому соглашению с ФГАОУ ВО «Северо-Кавказский федеральный университет» получило денежные средства в размере 2 252 093 руб., в счет оплаты пени по контракту от 26.12.2014 № 83-эа\14 за нарушение предусмотренного пунктом 4.5 контракта срока по авансированию.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что условия договора субподряда вынуждали ЗАО ФСК «Гарант», в отношении которого уже было возбуждено дело о несостоятельности, выполнять работы за свой счет, в то время как ООО «ГлавИнвестПроект» имел в распоряжении полученные в качестве аванса средства. 

Кроме того, ЗАО ФСК «Гарант» лишился возможности получить от ООО «ГлавИнвестПроект» аналогичные пени за просрочку получения аванса.

Согласно справке КС-3 №7 от 10.10.2015 ООО «ГлавИнвестПроект» выполнено обязательств на сумму 41 488 317,14 руб., работы приняты и оплачены заказчиком.

Исходя из условий договора субподряда вознаграждение ООО «ГлавИнвестПроект» должно составлять 1% стоимости работ (услуги генподряда) - 414 883,17 руб., оставшуюся сумму в размере 41 073 433,97 руб. ООО «ГлавИнвестПроект» должно было перечислить ЗАО ФСК «Гарант» в качестве расчета за выполненные работы (услуги).

08.06.2015 ООО «ГлавИнвестПроект» перечислило на счёт ЗАО ФСК «Гарант» 14 670 000 руб. за выполненные работы по бассейну.

Сведения об оставшейся задолженности в бухгалтерскую документацию и отчетность не внесены, первичные документы по указанному договору конкурсному управляющему не переданы, что лишило и кредиторов, и управляющего возможности своевременно принять меры по взысканию дебиторской задолженности (основного долга и пени за просрочку платежа).

Денежные средства, причитающиеся ЗАО ФСК «Гарант» в размере 26 403 433,97 руб. за выполненные работы, до настоящего времени ЗАО ФСК «Гарант» не получены.

Помимо этого у должника имелось право на получение пени за просрочку оплаты выполненных работ в размере не менее 1/300 ставки рефинансирования, действующей на дату выплаты пени, что за период с 11.10.2015 по 24.09.2018 составило около 7 млн. руб.

Судом первой инстанции установлено, что в масштабах деятельности ЗАО ФСК «Гарант» в 2015 году недополученное вознаграждение за выполненные работы по договору субподряда от 26.12.2014 № 26/12/14-ГЗ являлась существенной, на 30 % превышала размер средств, полученных в 2015 году должником от всех контрагентов.

Поскольку для иных независимых участников гражданского оборота в схожих обстоятельствах, получение такого рода имущественной выгоды было бы невозможно суд признает правомерными доводы налогового органа в указанной части.

Согласно проектной декларации, опубликованной ООО «ГлавИнвестПроект» в газете «Вечерний Ставрополь» от 17.12.2016 (номер 231/6113), планируемая стоимость объекта строительства составляет 220 000 000 руб.

Кроме того, на строительство принадлежащего ООО «ГлавИнвестПроект» многоквартирного жилого дома по ул. ФИО15, 2 в квартале 81 г. Ставрополя, должник оказывал услуги на заведомо невыгодных для должника условиях. 

Ответчик в своём отзыве указал, что им оплачены работы и материалы для строительства дома на сумму 33 955 929, 68 руб., т.е. 15,43 % от общей стоимости строительства.

В тоже время согласно акту проверки управления СК по строительному и жилищному надзору от 16.02.2018 № 21/39/10-2012 на объекте работы не велись, наличие специалистов по организации строительства не проверялось, выполнены работы по возведению каркаса 16 этажей, трёхслойное заполнение наружных стен с 2 по 12 этаж, то есть, выполнена значительная часть работ, явно превышающая 15,4 % от общего объёма строительства.

Указанные обстоятельства, а также представленные в дело документы позволяют кредиторам обоснованно сомневаться в том, что стоимость работ, выполненных должником на объекте, не превышает оплаченной суммы в размере 14 000 000 руб.

Согласно положительному заключению негосударственной экспертизы АУ СК «Государственная экспертиза в сфере строительства» от 08.12.2013 №2-1-1-0096-13 генпроектировщиком по объекту являлось ЗАО ФСК «Гарант», основанием для проектирования являлось задание, согласованное ЗАО ФСК «Гарант» 03.12.2012. На экспертизу была представлена корректировка проекта, предусматривающая изменение размещения объекта, размера и конфигурации блок-секций, перепланировку помещений, увеличение этажности, замены материалов стен подвала, наружных стен выше отметки 0.000, замену наружной отделки фасадов, корректировку инженерных систем. Основные технико-экономические характеристики объекта: площадь здания 9015,1 кв.м, площадь квартир 7323,6 кв.м. В проекте имеется раздел «Проект организации работ по сносу или демонтажу ОКСов», предусматривающий снос одноэтажных строений площадью 892,0 кв.м, отключение их от коммуникаций. В раздел «схема планировочной организации земельного участка» включены работы по устройству подпорной стены, разделом также предусмотрен снос зелёных насаждений.

Таким образом, ЗАО ФСК «Гарант» выполнял для ООО «ГлавИнвестПроект» работы по проектированию (корректировке проекта) объекта площадью 9015,1 кв.м. Так как суду не представлены договор на проектирование, доказательства оплаты за указанные работы следует признать, что работы ЗАО ФСК «Гарант» выполнил в пользу ООО «ГлавИнвестПроект»   безвозмездно.

Учитывая, что в декабре 2013 года должник подавал заявку на участие в аукционе 0321300001113002321-П1 на право выполнения проектных работ объекта площадью 23900 кв.м и предлагал свои услуги по цене 6 000 000 руб., т.е. оценивал свои услуги по проектированию в 251 руб. за 1 кв.м проектируемой площади, предположительный размер ущерба должника за выполненные и неоплаченные проектные работы составляет 2 263 205 руб.

Как следует из отзыва ООО «ГлавИнвестПроект», работы начаты ЗАО ФСК «Гарант» на основании договора от 09.07.2012 № 09/07/12, по которому сторонами подписана КС-2 от 28.12.2013 за период с 09.07.2012 по 28.12.2013. При этом работы по демонтажу строений площадью 892,0 кв.м, строительству подпорной стенки, сносу зелёных насаждений в форме не учтены. Как следует материалов дела, движения по расчётному счёту, общество никогда не несло расходов за вывоз и утилизацию бытовых отходов. В тоже время, расходы ЗАО ФСК «Гарант» на услуги ООО «Полигон ЯР» по утилизации ТБО в 2013 году составили 319 925,43 руб.

Анализ материалов дела также подтверждает доводы налогового органа о занижении стоимости работ, выполненных ЗАО ФСК «Гарант».

В представленной форме КС-2 № 2 от 28.12.2013 стоимость выполненных работ по разделам фундаменты, подвал, каркасы 1 -5 этажей в ценах 2001 года составила 4 211 001 руб. В тоже время приказом министерства строительства и ЖКХ Ставропольского края от 31.12.2013 № 544 утверждены индексы сметной стоимости СМР на 4 квартал 2013 года, индекс к сметно-нормативной базе ТСНБ-2001 СК (редакция 2010 года) составил 6,86. 

Таким  образом,   стоимость  работ,   выполненных  ЗАО   ФСК  «Гарант»  для  ООО «ГлавИнвестПроект»   в 2012-2013 годах составила в сумме 28 887 466,86 руб.

Приказом министерства строительства и архитектуры СК от 29.06.2012 № 208 аналогичные индексы утверждены на 2 квартал 2012 года (6,23). 

То есть в переводе в цены 2 квартала 2012 года стоимость работ по указанной КС-2 составляет 26 234 536,23 руб., тогда  как в КС-2 от 28.12.2013, которая подписана с двух сторон (со стороны ООО «ГлавИнвестПроект» и со стороны ЗАО ФСК «Гарант») ФИО9 указано на применение договорной цены в размере 13 901 727,50 руб., что в два раза ниже сметной стоимости работ.

При введении процедуры финансового оздоровления судом учитывалось, что в составе незавершённого строительства у должника в частности отражены затраты на выполнение работ по объектам:... 81 квартал по пер. ФИО15 степенью готовности 28%.

Цена договора от 09.07.2012, заключённого ООО «ГлавИнвестПроект» и ЗАО ФСК «Гарант» составила 160 000 000 руб. и в эту цену входили все работы по СМР на объекте. 

04.09.2015 стороны вновь заключили договор на строительство этого же объекта, цена работ составила 150 000 000 руб.

Исходя из общей стоимости строительства здания в размере 220 000 000 руб., возможно предположить, что на дату введения финансового оздоровления затраты должника на жилой дом составили 220 000 000 руб.*28% = 61 600 000 руб.

Однако впоследствии документация должника была уничтожена и в этой части не восстановлена. В свою очередь, ООО «ГлавИнвестПроект» документы, имеющиеся у него, также суду не представляет. Указанные обстоятельства подтверждаются в финансовом анализе должника, на счёте 20 «Основное производство» вёлся аналитический учёт, в том числе, по объекту 81 квартал пер. ФИО15.

Соответственно, размер ущерба ЗАО ФСК «Гарант» в виде не оплаченных затрат на строительство составляет 61 600 000 руб.

Доводы о наличии договора от 01.02.2015 на аналогичные работы, заключённого с ООО «Севкавстрой», судом первой инстанции обоснованно отклонены, поскольку в договоре нет точного объёма и видов работ, цены договора, отсутствуют сведения о степени готовности и состоянии принимаемого для продолжения строительства объекта, что в обычной хозяйственной деятельности является объективной необходимостью в целях разграничения ответственности за качество выполненных работ. Данным договором также не предусмотрено иждивение заказчика. В связи с чем судом не приняты во внимание доводы о приобретении материалов для строительства объекта по пер. ФИО15, 2 для ООО «Севкавстрой». По причине отсутствия документов, подтверждающих получение и передачу ТМЦ именно для объекта по пер. ФИО15, 2, а не иных нужд ООО «Севкавстрой» или ООО «ГлавИнвестПроект», данный довод не основан на относимых и допустимых доказательствах.

Кроме того, из отзыва ФГАОУ ВО СКФУ следует, что материалы, о которых заявляет ООО «ГлавИнвестПроект» в подтверждение расходов на строительство дома, идентичны материалам,  полученным кредитором от  ООО  «ГлавИнвестПроект»  в аналогичный период по государственному контракту. Доказательств того, что закупленного количества материалов достаточно для двух объектов - жилого дома по пер. ФИО15, 2 и плавательного бассейна СКФУ, в материалах дела не имеется.

При этом суд первой инстанции признал доводы о привлечении ООО «МАБ Интернационал» к строительству дома, документально не подтверждёнными. 

Более того, судом первой инстанции установлено, что ООО «МАБ Интернационал» не имеет необходимых допусков СРО на выполнение СМР, штатной численности сотрудников, нет доказательств закупки им материалов, использования безусловно необходимой для выполнения работ техники и т.д.

Согласно пункту 56 Постановления № 53 отсутствие у контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищённости кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 7 постановления № 53 предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлёкший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

На основании п. 21 Постановления № 53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закреплённой в подпункте 3    пункта    4    статьи    61.10    Закона    о    банкротстве,    такой    контролирующий выгодоприобретатель несёт субсидиарную ответственность, предусмотренную статьёй 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объёме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платёжеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что  должник стал отвечать признакам объективного банкротства с 01.01.2015 в связи с  превышением совокупного размера его обязательств над реальной стоимостью его активов.

За счёт неисполнения ООО «ГлавИнвестПроект» обязательств по договору № 26/12/14-ГЗ от 26.12.2014, выполнения безвозмездно должником проектных работ на объекте по ФИО15,2, в связи с занижением стоимости работ по КС-2 № 1 от 28.12.2013, из-за не оплаченных затрат на строительство по ФИО15, 2 общий размер ущерба которые понес должник составили около 109 млн. руб.

В связи с чем суд первой инстанции обоснованно признал, что ООО «ГлавИнвестПроект», имея возможность влиять на решения и действия ЗАО ФСК «Гарант» через семью Д-вых, зная о реальном финансовом положении должника, извлекло выгоду из своего недобросовестного поведения.

При этом материалами дела подтверждается, что ООО «ГлавИнвестПроект» и ЗАО ФСК «Гарант» имеют общих участников и общее руководство. 

ФИО8 в периоды: с 18.03.1996 по 12.03.2015; с 10.06.2015 по 15.08.2016 являлся единственным акционером ЗАО ФСК «Гарант», он же являлся участником ООО «ГлавИнвестПроект» в период с 24.05.2011 по 09.02.2015.

Таким образом, в предбанкротный период ФИО8 являлся лицом, имеющим обязательственные права и имеющим объективную возможность принимать любые решения относительно финансово-хозяйственной деятельности, как в отношении ООО «ГлавИнвестПроект», так и в отношении ЗАО ФСК «Гарант». 

Руководство ЗАО ФСК «Гарант» в предбанкротный период с 26.04.2013 по 17.07.2014 осуществлял ФИО9 (сын ФИО8). Он же, ФИО9 являлся директором ООО «ГлавИнвестПроект» в период с 22.12.2011 по 29.03.2018.

Лица, состоявшие в трудовых отношениях с ЗАО ФСК «Гарант», работали на объектах ООО «ГлавИнвестПроект», в частности на объекте многоквартирный жилой дом по ул. ФИО15, 2 в квартале 81 г. Ставрополя. 

Довод налогового органа о том, что ООО «ГлавИнвестПроект» не выплачивал ни одному лицу заработную плату, ООО «ГлавИнвестПроект» не опроверг. При подаче заявления в ассоциацию СРО строителей Северного Кавказа ООО «ГлавИнвестПроект» о принятии в члены саморегулируемой организации и выдаче свидетельства о допуске к видам работ, необходимых для строительства, ООО «ГлавИнвестПроект» из 42 заявленных работников, квалификация которых позволяет выполнять строительные работы, 23 человека являлись сотрудниками ЗАО ФСК «Гарант». 

В паспорте объекта ООО «ГлавИнвестПроект» (многоквартирный жилой дом по пер. ФИО15, 2) в качестве ответственного лица указан ФИО16, сотрудник ЗАО ФСК «Гарант».

В ООО «ГлавИнвестПроект» не имелось собственной специализированной строительной техники, общество не несло бремени расходов на содержание текущей деятельности общества, закупки товарно-материальных ценностей в объёме, необходимом для строительства жилого дома, документально не подтверждены, что даёт основания полагать, что должник и ООО «ГлавИнвестПроект» действовали совместно.

Суд первой инстанции признал довод о возможности строительства за счёт внесённых гражданами средств не нашедшим своего подтверждения, поскольку из представленных суду документов следует, что денежные средства вносились родственниками Д-вых или работниками ЗАО ФСК «Гарант» или аффилированных лиц, а также, исходя из анализа представленных в налоговые органы справок по форме 2-НДФЛ, не имели финансовой возможности внесения денежных средств по договору долевого участия.

При этом анализ движения денежных средств контрагентов ЗАО ФСК «Гарант», а также материалов выездной налоговой проверки в 2012-2014 свидетельствует о том, что было со счетов должника выведено и обналичено денежных средств в размере 40 075 000 руб.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что довод ООО «ГлавИнвестПроект» о том, что обществом финансировалась деятельность должника в преддверии банкротства с целью исполнения обязательств по государственным контрактам и в 2015 году ООО «ГлавИнвестПроект» оплатило обязательства на сумму более 35 000 000 руб. не подтверждён документально, поскольку согласно  движения денежных средств за 2015 год ООО «ГлавИнвестПроект» оплатило контрагентам за ЗАО ФСК «Гарант» в размере 7 827 948,60 руб., при этом 30.01.2015 ЗАО ФСК «Гарант» перечисляет денежные средства в размере 5 700 000 руб. как возврат кредиторской задолженности.

На основании изложенного суд первой инстанции признал  обоснованными доводы налогового органа о том, что строительство многоэтажного дома осуществлялось средствами и силами ЗАО ФСК «Гарант», поскольку невозможно возведение данного объекта без определённых материальных вложений иных лиц, исходя из проведённого анализа хозяйственной деятельности ООО «ГлавИнвестПроект», а также отсутствия работников, осуществлявших деятельность на объекте и необходимых материальных затрат.

Представленные суду документы подтверждают наличие оснований, позволяющих привлечь ООО «ГлавИнвестПроект» в качестве выгодоприобретателя от деятельности должника. Установленные судом обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что ООО «ГлавИнвестПроект» является выгодоприобретателем от незаконных, недобросовестных, действий руководителя и учредителя должника, что является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по пп. 1. п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Учитывая правовую природу субсидиарной ответственности, являющейся дополнительной по отношению к ответственности основного должника, для определения размера ответственности субсидиарных должников необходимо установить, какая часть требований кредиторов может быть погашена за счёт имущества должника, в том числе за счет взыскания с бывшего руководителя суммы причинённых им убытков. До завершения реализации имущества должника этот вопрос не может быть разрешён с достаточной степенью достоверности.

При таких обстоятельствах суд пришёл к выводу о невозможности определения размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, и считает, что имеются основания для приостановления производства по настоящему обособленному спору до момента завершения всех мероприятий конкурсного производства, установленных Законом о банкротстве.  

С учётом установленных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Других доказательств в обоснование своих доводов в суд апелляционной инстанции не представлено, поэтому они не могут быть приняты судом апелляционной инстанции на основании вышеизложенного и отклоняются за необоснованностью.

Суд апелляционной инстанции считает, что изложенные в апелляционной жалобе доводы не содержат обстоятельств, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и могли повлиять на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергнуть выводы суда, вследствие чего не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

Таким образом, приведённые в апелляционной жалобе доводы, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств, но не опровергают выводы суда, следовательно, оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у суда апелляционной инстанции не имеется и подлежат отклонению за необоснованностью.

На основании изложенного, исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки представленных доказательств, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что судом первой инстанции правильно применены нормы материального и процессуального права, вынесено законное и обоснованное определение, поэтому у арбитражного апелляционного суда отсутствуют основания для отмены или изменения определения Арбитражного суда Ставропольского края от 23.10.2018 по делу №А63-577/2015. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и влекущих безусловную отмену определения суда первой инстанции при проверке дела в апелляционном порядке, не установлено. 

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.10.2018 по делу №А63-577/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в  месячный срок через  суд первой инстанции. 

ПредседательствующийГ.В. Казакова 

СудьиЮ.Б. Луговая

     З.М. Сулейманов