﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7481/17 

Екатеринбург

15 июля 2020 г.

Дело № А07-9845/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июля 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 июля 2020 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Сушковой С.А., Плетневой В.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Центральный коммерческий банк» (далее –Банк) в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство) на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.12.2019 по делу № А07-9845/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенныео времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично,путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание в Арбитражный суд Уральского округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.08.2016 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Флоэма ЛТД» (далее – общество «Флоэма ЛТД», Должник) введена процедура наблюдения, его временным управляющим утвержден Шалыгин Вячеслав Евгеньевич, официальное сообщение о чем опубликовано в издании «Коммерсантъ» от 20.08.2016 № 152.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.04.2017 общество «Флоэма ЛТД» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден Шалыгин В.Е., что нашло свое отражение в публикации в официальном издании «Коммерсантъ» за 06.05.2017 № 80.

Определением от 30.11.2017 Шалыгин В.Е. утвержден конкурсным управляющим Должника на постоянной основе.

Банк обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о включении требования в размере 1 037 798 руб. 09 коп. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостанот 22.10.2018, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2018, заявленное Банком требование признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Должника.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 12.03.2019 указанные судебные акты отменены, спор направлен на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.12.2019, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020, Банку во включении спорного требования в реестр требований кредиторов отказано.

В кассационной жалобе Банк просит определение от 24.12.2019 и постановление от 10.03.2020 отменить, принять новый судебный акт. Банк не согласен с выводом судов о бездействии заявителя, полагает, что обращение Агентства в суд с заявлением о признании сделки недействительной в пределах годичного срока, не может быть признано бездействием, позволяющим освободить поручителя от ответственности. Заявитель настаивает на том, что поскольку поручительство является акцессорным обязательством и следует судьбе основного обязательства, восстановление права требования Банка к обществу с ограниченной ответственностью «Дельта-Лизинг» (далее – обществом «Дельта-Лизинг») задолженности по кредитным договорам влечет восстановление отношений по обеспечивающим сделкам с Должником даты вступления в силу судебного акта о признании сделки недействительной (постановления Арбитражного суда Московского округа от 22.06.2018 по делу № А40-222631/2016). В связи с этим Кассатор считает, что годичный срок предъявления требований к Должнику подлежит исчислению с 22.06.2018 и настоящее требование предъявлено с соблюдением установленного пунктом 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации срока.

Конкурсный управляющий Шалыгин В.Е. представил отзыв, в котором, ссылаясь на то, что признание сделки по исполнению недействительной не является безусловным основанием для взыскания долга с поручителя, а также на наличие у Банка начиная с 26.09.2016 (дата назначения временной администрации) права на оспаривание этой сделки, считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а в удовлетворении кассационной жалобы Банка – отказать.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, установленном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 25.09.2013 между Банком (Кредитор) и обществом «Дельта-Лизинг» (Заемщик) заключен кредитный договор № 250913/02-К, по условиям которого Кредитор предоставляет Заемщику кредит в сумме 7 450 000 руб. на приобретение лизингового имущества, а последний обязуется возвратить Кредитору основной долг и выплатить начисленные проценты за пользование кредитом по ставке 17% годовых и неустойку в виде пени и штрафов не позднее 24.09.2016.

В обеспечение исполнения обязательств по данному кредитному договору между Банком и Должником 25.09.2013 заключен договор поручительства № 250913/02-П, согласно которому при неисполнении или ненадлежащем исполнении Заемщиком обязательств по кредитному договору Поручитель и Заемщик отвечают перед Кредитором солидарно.

В рамках дела № А40-222631/2016 о банкротстве Банка Агентство обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании недействительными сделками банковских операций, фактически совершенных  26.09.2016, по перечислению денежных средств в общем размере 1 030 000 руб. с расчетного счета общества с ограниченной ответственностью Производственно-сервисная компания «Леон» (далее – общество ПСК «Леон») № 40702810802000332401 на ссудный счет общества «Дельта-Лизинг» в целях погашения задолженности по кредитному договору № 250913/02-К

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.12.2017 по названному делу банковская операция от 26.09.2016 по перечислению денежных средств в сумме 1 030 000 руб. с расчетного счета общества ПСК «Леон» на ссудный счет общества «Дельта-Лизинг» в целях погашения задолженности по договору от 25.09.2013 № 250913/02-К признана недействительной сделкой; применены последствия ее недействительности в виде восстановления задолженности общества «Дельта-Лизинг» перед Банком по кредитному договору от 25.09.2013 № 250913/02-К в размере 1 030 000 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2018 определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.12.2017 отменено и в удовлетворении заявления отказано, однако постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.06.2018 данное постановление апелляционного суда отменено, определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.12.2017 оставлено в силе.

Определением суда от 15.08.2016 по настоящему делу в отношении Должника введена процедура наблюдения; решением от 21.04.2017 Должник признан банкротом с открытием в отношении него конкурсного производства.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения Банка в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о включении требований в размере 1 037 798 руб. 09 коп. в реестр требований кредиторов должника как поручителя по указанному выше кредитному обязательству.

Признавая данное требование обоснованным и подлежащим включению в состав третьей очереди реестра требований кредиторов Должника при первоначальном рассмотрении спора, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 329, пунктов 1 и 2 статьи 361, пунктов 1 и 2 статьи 363, статей 323, 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, принял во внимание признание вышеуказанной сделки недействительной и исходил из отсутствия в деле доказательств полного и своевременного исполнения Должником своих обязательств по договору поручительства; апелляционный суд, сославшись на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.04.2018 № 305-ЭС17-2344(13), признал правильным вывод суда первой инстанции о восстановлении обеспечительного обязательства в связи с признанием сделки недействительной, указав, что на момент ее совершения срок поручительства не истек, до признания упомянутой выше сделки недействительной Банк был фактически лишен возможности предъявить свои требования как к кредитору, так и к поручителю.

Суд округа, направляя обособленный спор на новое рассмотрение, указал на необходимость исследования и проверки приведенных конкурсным управляющим Должника Шалыгиным В.Е. и конкурсным кредитором Работяевым О.А. доводов о прекращении поручительства, пропуске Банком годичного срока предъявления требования поручителю (часть 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации), о непредъявлении Агентством в рамках вышеуказанного спора требования, направленного на констатацию существования обеспечительных отношений между Банком и Должником, отсутствии в определении суда от 29.12.2017 по делу № А40-222631/2016 выводов о восстановлении обязательств из поручительства в качестве последствия признания исполнительской сделки недействительной, констатировав, что выводы судов об обоснованности предъявленного Банком требования и наличии оснований для признания обязательств должника по договору поручительства не прекратившимися основаны исключительно на основании того, что сделка по исполнению кредитного обязательства, в обеспечение которого выдано поручительство, признана недействительной с применением последствий ее недействительности, что, однако, само по себе достаточным основанием для признания обеспечительного обязательства восстановленным не является.

Отказывая по результатам нового рассмотрения настоящего спора в признании требований Банка обоснованными, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

Особенность законодательства о несостоятельности заключается в том, что оно позволяет оспаривать не только сделки, совершенные должником или за его счет, которые относятся к сфере действия статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, но и любые иные юридические факты, негативно влияющие на имущественную массу должника, в том числе действия, направленные на исполнение любых его обязательств (статьи 61.1 Закона о банкротстве). 

Прямым последствием признания недействительным исполнения по кредиту по специальным основаниям законодательства о несостоятельности является восстановление долга по основному кредитному обязательству (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 4 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)). 

В то же время вопрос о судьбе обеспечительных обязательств требует самостоятельного разрешения.

В пункте 26 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018, разъяснено, что поскольку в случае признания сделки по исполнению недействительной право требования кредитора по обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения данной сделки (абзац 1 пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве), то признается принципиальная допустимость восстановления и обеспечительных требований. 

В части порядка реализации права кредитора по отношению к выдавшим обеспечение лицам в подобной ситуации следует исходить из того, что право выбора конкретного способа защиты принадлежит самому кредитору. 

Так, у кредитора имеется два возможных способа реализации своих прав по отношению к выдавшему обеспечение лицу: он вправе совместно с требованием о признании сделки по исполнению недействительной и применении реституции заявить требование, направленное на констатацию существования обеспечительных правоотношений между ним и лицами, выдавшими обеспечение, либо в самостоятельном порядке обратиться с требованием о взыскании долга с поручителя или обращении взыскания на залоговое имущество. При этом Верховный Суд Российской Федерации также подчеркнул, что при рассмотрении упомянутых выше требований суду надлежит проверить существование юридических связей между предоставившим обеспечение лицом и кредитором на момент разрешения спора, то есть проверить основания возникновения обеспечительных обязательств (в том числе при наличии соответствующих возражений – на предмет их действительности), а также установить, имелись ли условия для их прекращения с учетом того, что осуществленное ранее и признанное недействительным исполнение не может считаться надлежащим.

В силу пункта 4 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, применяемой к спорным правоотношениям) поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю.

Условие договора поручительства, предусматривающее его действие до полного исполнения основного обязательства, не может быть квалифицировано как условие о сроке поручительства, поскольку этот срок может определяться только календарной датой, периодом времени или событием, которое неизбежно должно наступить (статья 190 названного Кодекса).

По смыслу статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренный ею годичный срок предъявления требования к поручителям по своей правовой природе является пресекательным.

В данном случае, исследовав обстоятельства спора, рассмотрев доводы и возражения участвующих в нем лиц, проанализировав представленные доказательства, суды установили, что при оспаривании банковской операции от 26.09.2016 по перечислению денежных средств в сумме 1 030 000 руб. в счет погашения задолженности по кредитному договору требование о констатации существования между Банком и Должником обеспечительных правоотношений Агентством не заявлялось, в определении Арбитражного суда г. Москвы от 29.12.2017 по делу № А40-222631/2016 выводов о восстановлении обязательств из поручительства в качестве последствия признания исполнительской сделки недействительной не содержится. Приняв в связи с этим во внимание, что применительно ко второму из обозначенных выше возможному варианту действий Банка в сложившейся ситуации кредитным договором срок исполнения проистекающих из него обязательств был установлен до 24.09.2016, вследствие чего требование из договора поручительства могло быть предъявлено Банком не позднее 24.09.2017, признав, что в условиях признания Банка банкротом и утверждения Агентства его конкурсным управляющим 16.02.2017 объективные препятствия для предъявления требований к Должнику как поручителю в указанный срок у него отсутствовали, при том, что иное с его стороны не доказано, и учитывая, что соответствующее требование по договору поручительства от 25.09.2013 № 250913/02-П заявлено Банком лишь 22.08.2018, то есть после прекращения действия этого договора, суды обеих инстанций пришли к обоснованному и верному выводу о том, что данное требование удовлетворению не подлежит и не может быть включено в реестр требований кредиторов Должника.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, суд округа считает, что суды нижестоящих инстанций, в полном объеме исследовав и оценив все приведенные сторонами спора доводы и доказательства, верно установили имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора фактические обстоятельства, дали им правильную правовую оценку, на основании которой пришли к верным, соответствующим установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основанным на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения, выводам об отсутствии в данном случае правовых и фактических оснований для удовлетворения заявленных требований.

Мнение Банка о том, что поручительство в силу его акцессорного характера следует судьбе основного обязательства, а потому восстановление обязательства общества «Дельта-Лизинг» по кредитному договору влечет и восстановление отношений по договору поручительства с Должником, отклоняется как ошибочное. В пункте 26 упомянутого выше Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) указано на принципиальную допустимость в случае признания исполнительской сделки недействительной восстановления и обеспечительных требований, что, однако, не означает их автоматического восстановления, без заявления кредитором соответствующего требования и судебного исследования необходимых для этого обстоятельств. Как установлено судами и не оспаривается Банком, им такое требование при оспаривании банковской операции по перечислению денежных средств не заявлялось и судом не разрешалось. 

Несогласие Банка с тем, что пропуск срока на предъявление требований к поручителю явился следствием его собственного бездействия (в частности, в лице Агентства), правильных выводов судов по существу спора не опровергает, ввиду чего не может быть принято во внимание как основание для отмены обжалуемых судебных актов.

С учетом изложенного, а также учитывая, что выводы судов первой и апелляционной инстанций являются правильными, соответствующими материалам дела и положениям действующего законодательства, а нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не выявлено, следует признать, что обжалуемые определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.12.2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020 являются законными и обоснованными и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

При подаче кассационной жалобы Банком в лице Агентства уплачена госпошлина в сумме 3000 руб. Между тем в силу подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации кассационная жалоба на судебные акты, принятые в деле о банкротстве по спору о включении требований в реестр требований кредиторов, госпошлиной не облагается, в связи с чем 3000 руб. подлежат возврату Банку на основании статьи 333.40 названного Кодекса.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.12.2019по делу № А07-9845/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Центральный коммерческий банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Центральный коммерческий банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» из федерального бюджета 3000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы, ошибочно уплаченной по платежному поручениюот 23.03.2020 № 12463.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий	Н.В. Шершон

Судьи	С.А. Сушкова

	В.В. Плетнева