СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1277/2021 (8,9)-АК

Дело № А60-75020/2018

25 января 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 января 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чухманцева М.А.,

судей                               Мухаметдиновой Г.Н., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от должника ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 22.12.2020;

от ООО «ТЭЯ»: ФИО3, паспорт, доверенность от 10.08.2021;

от ответчика ФИО4: Бухгалтер О.А., паспорт, доверенность от 16.12.2021, ФИО5, паспорт, доверенность от 25.10.2021;

от кредиторов ФИО6, ФИО6: ФИО7, паспорт, доверенность от 18.01.2021;

от кредиторов ФИО8, ФИО9, ФИО10 в лице законного представителя ФИО8: ФИО7, паспорт, доверенность от 29.07.2021;

слушателя ФИО11, паспорт,

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ответчиков ФИО4 и общества с ограниченной ответственностью «ТЭЯ»,

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 20 августа 2021 года

о результатах рассмотрения заявления финансового управляющего должника, ФИО6 и ФИО6 о признании сделки между ООО «ТЭЯ» и ФИО4 по отчуждению недвижимости – торгового рынка по адресу: 

<

...>, кадастровый  номер: 66:45:0200313:131 (предыдущий номер 66:45:0200313:127), площадью                 740.8 кв.м. недействительной в силу ничтожности, применении последствий недействительности ничтожной сделки: признать право собственности за ООО «ТЭЯ» на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 66:45:0200313:131 , площадью 740.8 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 66:45:0200313:7, площадью 5296+/-25 кв.м., распложенный по адресу: город Каменск-Уральский, на пересечении улиц Маршала Жукова и Кутузова,

вынесенное в рамках дела № А60-75020/2018

о признании ФИО2 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчика: ФИО4, ООО «ТЭЯ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

 

установил:

27.12.2018 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Федеральной налоговой службы в лице МИФНС России № 22 по Свердловской области (далее – ФНС, уполномоченный орган) о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением от 06.03.2019, после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления заявления без движения, заявление принято к производству, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2019 

(резолютивная часть от 13.08.2019) заявление ФНС признано обоснованным, в отношении должника введена  процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО12.

Соответствующая публикация сведений произведена в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 27.08.2019, сообщение №4104014.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 28.01.2020 (резолютивная часть от 21.01.2020)  ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО12

Соответствующая публикация сведений произведена в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 05.02.2020, сообщение №4667409.

22.03.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление финансового управляющего ФИО12 о признании сделки по отчуждению объекта недвижимости с кадастровым номером: 66:45:0200313:127, совершенной между ООО «ТЭЯ» и ФИО4, применении последствий ее недействительности в виде возврата спорного имущества в собственность ООО «ТЭЯ», применительно к положениям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

05.04.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление кредиторов ФИО6 и ФИО6 о признании сделки по отчуждению недвижимости – торгового рынка по адресу:  

<

...>, кадастровый номер: 66:45:0200313:131 (предыдущий номер 66:45:0200313:127), площадью 740.8 кв.м, совершенной между ООО «ТЭЯ» и ФИО4, применении последствий ее недействительности в виде признания права собственности за ООО «ТЭЯ» на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка по адресу:  

<

...>, кадастровый номер: 66:45:0200313:131 , площадью 740.8 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 66:45:0200313:7 , площадью 5296+/-25 кв.м., распложенный по адресу: город Каменск-Уральский, на пересечении улиц Маршала Жукова и Кутузова (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением от 28.05.2021 объединены в одно производство для совместного рассмотрения обособленные споры по заявлению ФИО6 и ФИО6 об оспаривании сделки с ФИО4 и заявлению финансового управляющего ФИО12 о признании сделки с ФИО13 недействительной, применительно к положениям ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Также определением от 28.05.2021 в качестве заинтересованного лица с правами ответчика в настоящем обособленном споре привлечено ООО «ТЭЯ» (ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2021 (резолютивная часть от 13.08.2021) требования удовлетворены частично. Договор купли-продажи от 25.07.2019 между ООО «ТЭЯ» (ИНН 

<

***>) и ФИО4 признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде признания права собственности ООО «ТЭЯ» (ИНН 

<

***>) на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка по адресу:  

<

...>, кадастровый номер: 66:45:0200313:131, площадью 740.8 кв.м. В остальной части требований отказано. С ООО «ТЭЯ» (ИНН 

<

***>)  и ФИО4 взыскано в федеральный бюджет по 6000 руб. госпошлины.

Не согласившись с вынесенным определением, ответчики ФИО4 и ООО «ТЭЯ» обратились с апелляционными жалобами, в которых просят указанный судебный акт отменить, принять новый судебный акт об отказе удовлетворении требований.

Ответчик ФИО4 в жалобе указывает, что судом не мотивирован и не решен вопрос о недействительности сделки с ФИО13, а не ФИО4 не идентифицирована в целом сама оспариваемая сделка и основания ее недействительности. Сам объект оспариваемой сделки был фактически изменен, присвоен иной кадастровый номер (66:45:0200313:131). ООО «ТЭЯ» никогда не являлась собственником объекта недвижимости с кадастровым номером 66:45:0200313:131. Вопреки выводам суда, материалы дела не содержат доказательств установления родственных связей с семьей Р-вых и тем более заинтересованности ФИО4 на вывод имущества должника. ФИО4 не является двоюродной сестрой должнику, и весь ее интерес в заключении сделки с ООО «ТЭЯ» заключался в удачном вложении собственных накоплений и приобретении недвижимого имущества. Также указывает на наличие в конкурсной массе должника иного имущества, в том числе обеспеченного залогом в пользу кредиторов Котовичей, а также наложением ареста на имущество, общей стоимостью 40 700 000 руб., указанную сумму считает достаточной для удовлетворения требований кредиторов, требования по оспариваемой сделке несоразмерны долгу должника перед кредиторами с сумой кредиторской задолженности в размере 8 700 руб. По мнению ответчика, кредиторы злоупотребляют своим правом в силу неприязненных отношений с должником. Кредиторы ФИО17, сам должник не являются сторонами по указанной сделке, поэтому кредиторы не могут предъявлять требования об оспаривании такой сделки. Кроме того, в силу ст. 56 ГК РФ учредитель (участник) не отвечает по обязательствам организации, а организация не отвечает по его долгам, соответственно, по аналогии права, и организация, не отвечает по долгам своего учредителя и не несет ответственность перед кредиторами должника. Кадастровая стоимость незавершенного строительства в размере 28 040 133,37 руб. изменена на сумму 10 619 575,42 руб. на основании решения ГБУ СО «Центр государственной кадастровой оценки», указанная стоимость не соответствует действительности.

Судом учтена рыночная стоимость объекта незавершенного строительства по состоянию на 30.09.2019 в размере 14 487 000 руб., установленная отчетом, не оспоренным ответчиками. При определении цены объекта сторонами были учтены ранее поступившие активы в ООО «ТЭЯ» в виде строительных материалов в сумме 8 450 000. Суд не принял во внимание, что ответчик осуществляла существенные финансовые вложения в строительство рынка и проводила ремонтные работы, здание претерпело настолько сильные изменения, что из незавершенного строительства, перешло в объект введенный в эксплуатацию, если в процентном соотношении это составило всего 5 %, то фактически было вложено порядка 6 000 000 руб. Кроме того, финансовым управляющим пропущен срок исковой давности по требованию об оспаривании сделки. Относительно сделки с земельным участком указывает, что перемена собственника недвижимости не изменяет режим пользования земельным участком, не влечет изменения или утрату права пользования земельным участком в части, необходимой для эксплуатации объекта недвижимости.  Поскольку и здание, и земельный участок, на котором оно расположено, принадлежат одному лицу - ФИО4, то отчуждение здания без земельного участка невозможно.

Ответчик ООО «ТЭЯ» в жалобе также приводит доводы об отсутствии у кредиторов Котовичей правового основания для оспаривания сделки; достаточности имущества, находящегося в собственности ФИО2, а также имущества, находящегося в залоге у Котовичей, для удовлетворения их требований; об изменении судом кадастровой стоимости объекта незавершенного строительства на основании решения ГБУ СО «Центр государственной кадастровой оценки» без учета представленных в суд заявления, решения и новой стоимости оценки; о неверном указании судом объекта недвижимости с кадастровым номером 66:45:0200313:131, принадлежащего ООО «ТЭЯ» на праве собственности, тогда как ООО «ТЭЯ» являлось собственником объекта незавершенного строительства с кадастровым номером 66:45:0200313:127; о несогласии с выводом суда о том, что имущество ООО «ТЭЯ» было передано заинтересованному лицу по существенно заниженной по сравнению с рыночной цене и направлено на вывод имущества должника, тогда как ФИО4 не является заинтересованным лицом ни к ФИО2 ни к ФИО14 руководителю ООО ТЭЯ, указывает, что должник по отношению к ФИО4 является двоюродным племянником, который по закону не является заинтересованным лицом; о принятии судом в качестве определения рыночной стоимости объекта незавершенного строительства неверного отчета №546/2021 от 23.07.2021 об оценке, согласно которому стоимость спорного имущества по состоянию на 30.09.2019 составляет 14 487 000 руб.; о том, что судом не учтено, что ответчик ФИО4 осуществляла существенные финансовые вложения в строительство рынка и проводила ремонтные работы; о пропуске годичного срока исковой давности финансовым управляющим ФИО12 для обращения с заявлением об оспаривании сделки, который подлежит исчислению с даты его утверждения в деле (20.08.2019), кроме того, собрание участником ООО «ТЭЯ» по итогам 2019 года проводилось 01.03.2020; о наличии денежного требования у ФИО4 к  ООО «ТЭЯ» в размере 15 450 000 руб., возникшего при вложении ею в строительство рынка в сумме 6 000 000 руб., при оплате договора купли продажи в сумме 1 000 000 руб., по договору переуступки прав требований на сумму 8 450 000 руб.; о нарушении судом протокола ведения судебных заседаний.

Кредиторы ФИО17 в отзыве возражают против доводов апелляционной жалобы.

Определениями от 17.09.2021 и 21.09.2021 апелляционные жалобы приняты к производству Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, судебное заседание по рассмотрению жалоб назначено на 27.10.2021.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2021 производство по апелляционным жалобам приостановлено в связи со сложившейся эпидемиологической ситуацией (распространение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)).

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2021 вопрос о возобновлении производства по апелляционной жалобе и проведения судебного разбирательства назначен на 18.01.2022.

Протокольным определением арбитражного апелляционного суда от 18.01.2022 производство по апелляционным жалобам возобновлено в порядке  ст. 146 АПК РФ.

В судебном заседании представители ответчиков, должника поддержали доводы апелляционных жалоб.

Представитель кредиторов возражал против доводов апелляционных жалоб, просил определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.   

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса  Российской  Федерации  (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов  дела, ООО «ТЭЯ» (ОГРН:

<

***>, ИНН: 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 10.01.2018, должник ФИО2 с 16.11.2017 является единственным учредителем ООО «ТЭЯ» (ОГРН:

<

***>, ИНН: 

<

***>) с долей участия в уставном капитале 100%, с 01.08.2018 директором общества является ФИО14.

Общество являлось собственником объекта надвижимости с кадастровым номером 66:45:0200313:127, площадью 740,8 кв.м.

25.07.2019 между ООО «ТЭЯ», в лице директора ФИО14 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу:  

<

...>, кадастровый номер: 66:45:0200313:127, площадью 740.8 кв.м по цене 1 000 000 руб.

Пунктом 4 договора определены характеристики отчуждаемого имущества: назначение – торговое,  площадь 740.8 кв.м, кадастровый номер: 66:45:0200313:127, месторасположение: 

<

...>, расположен на земельном участке общей площадью 5 296 кв.м, категория земель – земли населенных пунктов, кадастровый номер 66:45:0200313:7  разрешенное использование – для размещения объектов торговли. Договор аренды земельного участка №50/2019 от 15.04.2019, заключенный между ООО «ТЭЯ» и органом местного самоуправления «Комитетом  по управлению имуществом города Каменск-Уральского» сроком на три года.

Согласно п. 7 договора, объект незавершенного строительства оплачивается покупателем путем передачи денежных средств продавцу при подписании договора.

Денежные средства в размере 1 000 000 руб. получены ФИО14 от ФИО4, о чем имеется расписка в договоре.

В силу п.9 договора передача объекта незавершенного строительства состоится при подписании договора без составления передаточного акта.

Право собственности на объект незавершенного строительства возникает у покупателя с момента государственной регистрации права собственности в ЕГРНП (п.11 договора).

Государственная регистрация права собственности ФИО4 на объект незавершенного строительства произведена 30.09.2019, что подтверждается выпиской из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости, номер государственной регистрации права 66:45:0200313:127-66/003/2020-4.

Между органом местного самоуправления «Комитет по управлению имуществом города Каменска-Уральского» и ООО «ТЭЯ», в лице директора ФИО14 был заключен договор аренды №50/2019 от 15.04.2019 в отношении земельного участка с кадастровым номером 66:45:0200313:7, расположенного по адресу: Свердловская область, г.Каменск-Уральский, на пересечении улиц Маршала Жукова и Кутузова,  разрешенное использование – для размещения объектов торговли, площадью 5 296 кв. м.

Указанный договор аренды был зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости 17.04.2019 (номер государственной регистрации 66:45:0200313:7-66/003/2019-3).

В соответствии с п. 1.2 договора на земельном участке расположен объект незавершенного строительства с кадастровым номером 66:45:0200313:127, степень готовности 95%, принадлежащий на праве собственности ООО «ТЭЯ» (запись регистрации в ЕГРН №66:45:0200313:127-66/003/2019-1, 01.04.2019).

П. 2.1 договора аренды срок действия договора был установлен с 01.05.2019 по 30.04.2022.

Дополнительным соглашением №1 от 26.02.2020 к договору аренды земельного участка №50/2019 от 15.04.2016, заключенным между органом местного самоуправления «Комитет по управлению имуществом города Каменска-Уральского» (арендодатель), ООО «ТЭЯ», в лице директора ФИО14 (арендатор) и ФИО4 (третье лицо), в связи с переходом права собственности на объект незавершенного строительства (кадастровый номер: 66:45:0200313:127) арендатор передал свои права и обязанности по договору аренды земельного участка №50/2019 от 15.04.2019 в отношении земельного участка (кадастровый номер 66:45:0200313:7), для размещения объекта торговли третьему лицу с 01.02.2020.

23.04.2020 ФИО4 обратилась с заявлением в Росреестр за регистрацией права собственности на объект завершенного строительства, на основании вышеуказанных договора аренды от 15.04.2019, дополнительного соглашения к нему, а также разрешения на ввод объекта в эксплуатацию №от 19.02.2020.

Объект недвижимости введен в эксплуатацию и ему присвоен кадастровый номер 66:45:0200313:131, за ФИО4 08.05.2020 зарегистрировано право собственности на указанный объект недвижимости.

На основании зарегистрированного права собственности на спорный объект завершенного строительства между ФИО4 и органом местного самоуправления «Комитет по управлению имуществом города Каменска-Уральского» был заключен договор купли-продажи земельного участка № 125/2020 от 28.12.2020 по выкупной цене 633 335 руб., определенной на основании постановления Правительства Свердловской области от 26.12.2012 №1532-ПП «Об утверждении Порядка определения цены и оплаты земельных участков, находящихся в государственной собственности Свердловской области или земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, при продаже их собственникам зданий, строений, сооружений, расположенных на этих земельных участках».

Государственная регистрация права собственности ФИО4 на указанный земельный участок произведена 08.05.2020, что подтверждается отметкой Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области на договоре.

Полагая, что сделка по продаже имущества ООО «ТЭЯ» является недействительной по основанию, предусмотренному ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10,168,170 ГК РФ, кредиторы и финансовый управляющий обратились с настоящим заявлением в арбитражный суд. 

Рассмотрев настоящий спор, суд первой инстанции признал договор купли-продажи объекта недвижимости от 25.07.2019 недействительной сделкой, совершенной между заинтересованными лицами, без предоставления встречного предоставления, направленной на выбытие имущества из собственности должника, с целью причинения вреда кредиторам должника. При этом суд не установил основания для признания договора купли-продажи земельного участка от 28.12.2020 недействительной (ничтожной) сделкой по заявленным основаниям, не установлены доказательства того, что указанная сделка совершена за счет должника. 

При применении последствий недействительности сделки суд первой инстанции исходил из того, что достройка объекта незавершенного строительства осуществлена не за счет ответчика, в связи с чем, при применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права собственности на спорный объект недвижимости, права на установление реституционного требования у ответчика не возникло, но не земельный участок, на котором данный объект недвижимости расположен.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, выслушав участников процесса, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд приходит к следующему выводу.

В силу ст. 32 Закона о банкротстве, ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного закона.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В абзаце 4 п. 4 постановления Пленума от 23.12.2010 №63 разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам ст. 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании ст.ст. 10 и 168 ГК РФ.

При доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом п. 2 ст. 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (п.п. 6 и 7 Постановления №63)

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 10 ГК РФ в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, при этом пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, не охватываются составом недействительности сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, ее стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. 

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (ст. ст. 65, 168, 170 АПК РФ).

Заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда определением от 06.03.2019, оспариваемые сделки  совершены 25.07.2019 и 28.12.2020, то есть в пределах периода подозрительности, предусмотренного ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как следует из материалов дела, сделка совершена после возбуждения дела о банкротстве, соответственно на момент ее совершения должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Стороны оспариваемой сделки на момент ее совершения находились между собой в отношениях заинтересованности, поскольку ответчик ФИО4 является родственником должника. 

Вместе с тем, наличие аффилированности между сторонами сделки в настоящем обособленном споре не имеют правового значения, поскольку данное обстоятельство не является безусловным основанием для признания сделки недействительной. 

Соответствующие доводы заявителей жалоб подлежат отклонению, при том, что ответчик ООО «ТЭЯ» в жалобе также указывает, что должник по отношению к ФИО4 является двоюродным племянником, соответственно, ответчик является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Финансовым управляющим и кредиторами указано, что имущество ООО «ТЭЯ» было передано заинтересованному лицу по существенно заниженной по сравнению с рыночной цене и направлено на вывод имущества должника.

Сделка совершена после возбуждения дела о банкротстве ФИО2, 100% доли участия должника в ООО «ТЭЯ» включены в конкурсную массу должника.

Как следует из материалов дела, кадастровая стоимость объекта незавершенного строительства (кадастровый номер 66:45:0200313:127) определена в размере 28 040 133,37 руб. 

Кредиторами в материалы дела представлен отчет № 546/2021 от 23.07.2021 об оценке объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: 

<

...>, по состоянию на 30.09.2019, согласно которому рыночная стоимость объекта незавершенного строительства, проданного ООО «ТЭЯ» ФИО4 по состоянию на 30.09.2019 составляет 14 487 000 руб. 

Указанный отчет по существу ответчиками не оспорен и принят судом в качестве обоснования рыночной стоимости спорного имущества. 

Таким образом, исходя из условия договора купли-продажи от 25.07.2019 о цене сделки в размере 1 000 000 руб., рыночная стоимость спорного объекта недвижимости занижена в 14 раз.

В качестве обоснования существенного занижения цены продажи объекта незавершенного строительства ответчиком указано, что при ее расчете были учтены ранее переданные активы в ООО «ТЭЯ» и техническое состояние объекта в момент купли-продажи.

До заключения договора купли-продажи объекта ФИО4 произведн осмотр данного объекта. ООО «ТЭЯ» была предоставлена информация об имеющихся недостатках строительства. 

Для определения суммы затрат на достраивание объекта ФИО4 обратилась к сметчику, который определил объем работ, необходимый для завершения строительства и стоимость данных работ.

При определении цены объекта при его продаже были учтены техническое состояние объекта, объем работ, необходимый для завершения строительства и стоимость строительных материалов, ранее переданных в ООО «ТЭЯ» матерью ФИО4 - ФИО13.

ФИО13, являясь собственницей земельных участков, планировала построить на них крематорий и произвела закуп строительных материалов. Однако в связи с «замораживанием» строительства крематория, она приняла решение передать строительные материалы в ООО «ТЭЯ», однако расчета за них не получила.

При определении цены объекта сторонами были учтены ранее поступившие активы в ООО «ТЭЯ» в виде строительных материалов в сумме 8 450 000 руб.

Техническое состояние объекта и объем работ и затрат на исправление недостатков строительства были описаны в экспертном заключением № 1-2019 от 15.05.2019, составленном по заказу ООО «ТЭЯ», с которым ФИО4 была ознакомлена. Объем работ, необходимый для завершения строительства, был определен в смете.

Таким образом, стороны путем, соглашения определили стоимость передаваемого объекта в 1 000 000 рублей, которые были переданы ФИО4 в кассу ООО «ТЭЯ».

В подтверждение указанного довода ответчиком в материалы дела представлены два договора купли-продажи между ИП ФИО13 (Продавец) и ООО «ТЭЯ» (Покупатель) на общую сумму 8 450 000 руб., а также договор переуступки прав требования, по которому ИП ФИО13 передает ФИО4 право требования по указанным договорам купли-продажи.

К представленным документам суд отнесся критически. 

Во-первых, не смотря на то, что данные договоры купли-продажи были заключены между субъектами предпринимательской деятельности, в материалы дела не представлены доказательства передачи имущества по договорам купли-продажи в пользу ООО «ТЭЯ», в том числе по форме, пригодной для отражения данный операция в бухгалтерской и налоговой отчётности (акты приема-передачи, товарные накладные формы ТОРГ-12, счета-фактуры). 

Во-вторых не ясно, каким именно образом право требования по договорам купли-продажи связано с занижением цены на объект недвижимого имущества, поскольку в договоре купли-продажи данного объекта никаких ссылок на снижение стоимости цены в связи со встречным требованием покупателя не указано, не представлено также и соглашений о снижении цены.

Кроме того, судом первой инстанции сделан вывод о недоказанности внесения ФИО4 денежных средств по договору купли-продажи от 25.07.2019 в сумме 1 млн. руб., поскольку в материалы дела в подтверждение передачи денежных средств представлен лишь приходный кассовый ордер ООО «ТЭЯ» от 25.07.2019 с основанием платежа «оплата по договору купли-продажи от 25.07.2019».

Вместе с тем, в материалы дела не представлено доказательств кассового расходования денежных средств в интересах общества.

Судом первой инстанции сделан верный вывод о том, что из представленных справок 2-НДФЛ в отношении ФИО4 за период с 2017 по 2019 г.г., с учетом несения расходов физическим лицом на личные потребности (нужды) к моменту выдачи займа, не следует, что ФИО4 имела финансовую возможность на оплату суммы по договору купли-продажи от 25.07.2019.

Доказательств наличия иных источников дохода ответчиком не представлено.

Установив вышеизложенные обстоятельства, суд пришел к правомерному выводу о совершении сделки по продаже ФИО4 объекта незавершенного строительства в отсутствие встречного представления, в результате совершения оспариваемой сделки причинен вред имущественным интересам кредиторов должника.

На основании вышеизложенного доводы жалоб о наличии денежного требования у ФИО4 к  ООО «ТЭЯ» в размере 15 450 000 руб., возникшего при вложении ею в строительство рынка в сумме 6 000 000 руб., при оплате договора купли продажи в сумме 1 000 000 руб., по договору переуступки прав требований на сумму 8 450 000 руб. являются несостоятельными и подлежащими отклонению. 

Заявителями также оспаривается договор купли-продажи земельного участка от 28.12.2020, на котором был расположен объект незавершенного строительства.

Суд первой инстанции, отказывая в признании указанного договора недействительной сделкой, исходил из отсутствия доказательств совершения сделки за счет должника.

Признав договор купли-продажи от 25.07.2019 недействительной сделкой, суд первой инстанции применил последствия ее недействительности по п.2 ст.167 ГК РФ, п.1 ст.61.6 Закона о банкротстве, признав право собственности ООО «ТЭЯ» (ИНН 

<

***>) на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка, отказав в удовлетворении требований в остальной части.

Ответчик, возражая против удовлетворения требований также  указывал, что применить последствия недействительности сделки невозможно.

В настоящее время объект недвижимости с кадастровым номером 66:45:0200313:127 снят с учета, поскольку новый собственник на свои денежные средства достроила здание и зарегистрировала новый объект с кадастровым номером 66:45:0200313:131.

ФИО4 были проведены работы по устранению недостатков по строительству каркаса здания, работы по достраиванию здания, в результате чего объект недвижимости изменил свои характеристики. 

Также ФИО15 в августе 2021 г. обратилась к эксперту о даче заключения о нынешнем состоянии здания. Согласно экспертного заключения, выполненного ООО «Бюро независимой экспертизы оценки» 10-11 августа 2021г., по результатам обследования здания рынка, кадастровый № 66:45:0200313:131, расположенного по адресу, г. Каменск-Уральский, на пересечении улиц Маршала Жукова и Кутузова выявлено, что фактически выполненные строительные работы соответствуют объему по договору подряда от 19.08.2019.

Из анализа этих двух заключений можно сделать вывод, что здание было существенно изменено после его приобретения ФИО4

Вложения в завершение строительства здания делала именно ФИО4, что подтверждается заключенным ею договором подряда от 19.08.2019г., актами выполненных работ с распиской исполнителя в получении денежных средств по данному договору. 

Ответчик полагает, что за счет ее средств спорный объект недвижимости был достроен, в связи с чем изменил свои характеристики.

Указанные доводы правомерно были отклонены судом первой инстанции в силу следующего. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 3413/11 по делу № А56-7754/2009, которая применяется арбитражными судами и при возможности реституции в результате совершений недействительной сделки,  изменение физических границ спорных помещений (уточнение площади в результате обмера, приращение дверного проема, снос части стены и т.п.), внесение сведений об указанных изменениях в документы кадастрового учета, равно как и оформление права собственности на здание как на единый объект недвижимости, не означают невозможность их виндикации.

Таким образом, довод ответчика о невозможности истребования принадлежавшего ей на праве собственности объекта недвижимости, вследствие прекращения существования предмета спорного договора, призна судом первой инстанции неправомерным.

Кроме того, судом отмечено, что объект незавершенного строительства был продан ответчику со степенью готовности 95%, то есть после заключения сделки и до настоящего времени существенных изменений он не претерпел.

Помимо прочего, суд первой инстанции отнесся критически к документам, представленным ФИО4, которые по ее мнению подтверждают несение ею расходов на достройку объекта, при этом, суд первой инстанции исходил из следующего.

Договор подряда от 19.08.2019 заключен ответчиком с ФИО16, не являющимся индивидуальным предпринимателем. Однако из представленных актов выполненных работ следует, что были произведены строительно-монтажные работы, для осуществления которых, как правило, требуется специальные знания, допуск СРО, наличие персонала. 

В связи с чем судом сделан правильный вывод, что для осуществления подобного рода работ договоры в обычной практике заключаются либо с юридическими лицами, либо с индивидуальными предпринимателями.

Помимо договора и актов выполненных работ никаких доказательств реальности договорных отношений между ответчиком и ФИО16 в материалы дела не представлено. Так, не представлены сведения о расчетах по договору и финансовой возможности ответчика оплатить вознаграждение подрядчику в размере 1 200 000 руб. (сведения о снятии наличных денежных средств со счетов либо сведения об остатках денежных средств на счетах, представленные в материалы дела справки 2-НДФЛ не подтверждают финансовую состоятельность ответчика, сведений об иных источниках дохода ответчиком также не представлено).

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что при применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права собственности на спорный объект недвижимости права на установление реституционного требования у ответчика не возникло, поскольку достройка объекта незавершенного строительства осуществлена не за счет ответчика, является верным. 

Между тем, при применении последствий недействительности сделки судом первой инстанции не учтено следующее.

Договор купли-продажи земельного участка №125/2020 от 28.12.2020, заключенный между ФИО4 и органом местного самоуправления «Комитет по управлению имуществом города Каменска-Уральского» не признан недействительной сделкой.

В силу ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно представленному в материалы дела договору купли-продажи земельного участка № 125/2020 от 28.12.2020 земельный участок под спорным объектом недвижимости (арендованный ранее ООО «ТЭЯ») был передан в собственность ФИО4 по выкупной цене 633 335 руб. 

Основанием для выкупа земельного участка явилась регистрация собственности на здание рынка.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в результате незаконного владения зданием рынка у ФИО4 появилось право приобретения в собственность земельного участка под ним.

Таким образом, в силу положений п.2 ст.167 ГК РФ, п.1 ст.61.6 Закона о банкротстве, применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности для обращения с настоящим заявлением судом первой инстанции правомерно отклонены, поскольку согласно пункту 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий п. 3 ст. 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в п. 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

Вопреки доводам жалоб, судом правомерно приняты во внимание доводы финансового управляющего о том, что он не мог узнать о наличии на балансе данной компании недвижимого имущества и совершенной сделки, так как ООО «ТЭЯ» не сдавалась бухгалтерская отчетность по итогам 2018,2019 и 2020 года. 

Соответствующие доводы жалоб о пропуске финансовым управляющим ФИО12 годичного срока исковой давности для обращения с заявлением об оспаривании сделки, который подлежит исчислению с даты его утверждения в деле (20.08.2019), подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм права. 

Кроме того, заявление об оспаривании сделки подано также конкурсными кредиторами, для которых срок исковой давности исчисляется с момента вступления в законную силу судебного акта о включении их требований в реестр требований кредиторов, в данном случае требования кредиторов ФИО6, ФИО6, ФИО8, ФИО10, ФИО9 включены в реестр требований кредиторов ФИО2 постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 по делу №А60-75020/2018, то есть срок исковой давности для обращения с заявлением об оспаривании сделки истекает для них 16.03.2022, соответственно срок исковой давности не пропущен.

Доводы жалоб о том, что судом не мотивирован и не решен вопрос о недействительности сделки с ФИО13, а не ФИО4, не идентифицирована в целом сама оспариваемая сделка и основания ее недействительности подлежат отклонению, поскольку финансовым управляющим была исправлена техническая ошибка в заявлении арбитражного управляющего об имени покупателя оспариваемой сделки. В дальнейшем арбитражный управляющий уточнял требования и полностью поддерживал позицию залоговых кредиторов, что подтверждается его заявлением и аудиопротоколами судебного заседания.

Доводы жалоб о достаточности имущества, находящегося в собственности ФИО2, а также имущества, находящегося в залоге у Котовичей, для удовлетворения их требований, а также несоразмерности, требования по оспариваемой сделке долгу должника перед кредиторами с сумой кредиторской задолженности не имеют правового значения при рассмотрении указанного обособленного спора.

Ссылка заявителей на отсутствие у кредиторов правового основания для оспаривания сделки является несостоятельной, поскольку в силу п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, к сделкам, совершенным не должником, а другими лицами за счет должника, которые в силу п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве могут быть признаны недействительными по правилам главы III.1 этого Закона (в том числе на основании статей 61.2 или 61.3).

Заявители по обособленному спору имеют статус кредиторов в деле о банкротстве должника, в связи с чем применительно положениям ст. 34 Закона о банкротстве являются лицами, участвующими в деле о банкротстве и наделены полномочиями по подаче заявлений об оспаривании сделок.

Доводы жалоб о том, что отчуждение здания без земельного участка невозможно, поскольку и здание, и земельный участок, на котором оно расположено, принадлежат одному лицу ФИО4, подлежат отклонению.

Законодательно (пункт 1 статьи 235 ГК РФ) установлено, что право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом. 

В соответствии с п. 2 ст. 271 Гражданского кодекса Российской Федерации при переходе права собственности на недвижимость, находящуюся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право пользования соответствующей частью земельного участка на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний собственник недвижимости. 

Таким образом, перемена собственника недвижимости не изменяет режим пользования земельным участком, не влечет изменения или утрату права пользования земельным участком в части, необходимой для эксплуатации объекта недвижимости. Собственник недвижимости, находящейся на чужом земельном участке, имеет право владеть, пользоваться и распоряжаться этой недвижимостью по своему усмотрению.

Между тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 3413/11 по делу N А56- 7754/2009, которая применяется арбитражными судами и при возможности реституции в результате совершений недействительной сделки, изменение физических границ спорных помещений (уточнение площади в результате обмера, приращение дверного проема, снос части стены и т.п.), внесение сведений об указанных изменениях в документы кадастрового учета, равно как и оформление права собственности на здание как на единый объект недвижимости, не означают невозможность их виндикации. Таким образом, довод ответчика о невозможности истребования принадлежавшего ей на праве собственности объекта недвижимости, вследствие прекращения существования предмета спорного договора, является неправомерным.

С учетом вышеуказанного определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.08.2021 следует изменить в части применения последствий недействительности сделки в отношении земельного участка в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 270 АПК РФ), и признать право собственности за ООО «ТЭЯ» на спорный земельный участок.

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам относятся на ее заявителей.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 августа 2021 года по делу № А60-75020/2018 изменить в части применения последствий недействительности сделки.

Применить последствия недействительности сделки в виде признания права собственности за ООО «ТЭЯ» (ИНН 

<

***>) на нежилое здание сельскохозяйственного крытого рынка по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:45:0200313:131, площадью740,8 кв.м. и земельный участок, кадастровый номер 66:45:0200313:7, площадью 5296+/-25 кв.м., расположенный по адресу: г. Каменск-Уральский, на пересечении улиц Маршала Жукова и Кутузова.

В остальной части определение Арбитражный суд Свердловской области от 20 августа 2021 года по делу № А60-75020/2018 оставить без изменения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

 

Г.Н. Мухаметдинова 

 

Т.Ю. Плахова