СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-9577/2021(8)-АК

Дело №А60-15753/2021

21 июля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 июля 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной, 

судей                                 Т.В. Макарова, Л.В. Саликовой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании 

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 14.02.2022, 

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд:

лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу заинтересованного лица с правами ответчика ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 05 мая 2022 года

об удовлетворении заявления ФИО4 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО2 убытков в сумме 500 000,00 рублей в пользу должника,

вынесенное судьей А.С. Чиниловым

в рамках дела №А60-15753/2021

о признании общества с ограниченной ответственностью «РИФ» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), 

заинтересованное лицо с правами ответчика ФИО2,

установил:

02.04.2021 Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление   ФИО5 (далее – ФИО5) о признании общества с ограниченной ответственностью «РИФ» (далее – ООО «РИФ», должник) несостоятельным (банкротом) при наличии неисполненных свыше трех месяцев обязательств, подтвержденных вступившим в законную силу судебным актом, в размере 54 974 776,88 рубля, в т.ч. 44 142 077,55 рубля основного долга, 10 832 699,38 рубля процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением от 08.04.2021 заявление ФИО5 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.06.2021 (резолютивная часть от 08.06.2021) заявление ФИО5 признано обоснованным, в отношении должника ООО «РИФ» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО6 (далее – ФИО6), член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Этим же определением требование ФИО5 в размере 54 974 776,88 рубля включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «РИФ».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №104(7066) от 19.06.2021, стр. 229. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2021 определение Арбитражного суда Свердловской области от 14.06.2021 отменено в части утверждения ФИО6 временным управляющим должника. В указанной части вопрос направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.11.2021 (резолютивная часть от 15.11.2021) временным управляющим ООО «РИФ» утвержден ФИО7 (далее – ФИО7), член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих центрального федерального округа».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №216 от 27.11.2021, стр.210. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03 декабря 2021 года (резолютивная часть от 25.11.2021) процедура наблюдения в отношении ООО «РИФ» прекращена, ООО «РИФ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО7, член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих центрального федерального округа».

Сведения об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» №226 от 11.12.2021, стр.231. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28 апреля 2022 года (резолютивная часть от 21.04.2022) конкурсным управляющим ООО «РИФ» утвержден ФИО7 (далее – ФИО7), член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих центрального федерального округа».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №80 от 07.05.2022, стр.147. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11 августа 2021 года (резолютивная часть от 03.08.2021) требование кредитора ФИО4 в размере 200 000,00 рублей признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей ликвидационной квоте. 

04 марта 2022 года (в электронном виде через систему «Мой Арбитр») в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление кредитора (участника общества) ФИО4 о взыскании с бывшего руководителя ФИО2 убытков в пользу общества «РИФ» в размере 500 000,00 рублей, которое определением от 05 марта 2022 года принято к производству суда и назначено к рассмотрению. 

Заинтересованным лицом с правами ответчика ФИО2 представлены возражения относительно заявленных требований о взыскании с него убытков. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05 мая 2022 года (резолютивная часть от 26.04.2022) заявление ФИО4 удовлетворено. С ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «РИФ» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) взысканы убытки в размере 500 000,00 рублей. 

Не согласившись с судебным актом, ответчик ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 05 мая 2022 года отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о взыскании с него убытков. 

Заявитель жалобы со ссылкой на положения статей 15, 53 ГК РФ и разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума ВС РФ №35 от 22.06.2012, указывает на то, что судом первой инстанции не исследованы доводы ответчика о том, что убытки в виде уменьшения объема имущества вследствие уплаты штрафа должником не понесены, а возможность их несения в будущем опосредована поведением третьего лица и потому в настоящее время не может быть обусловлена поведением ответчика. В настоящее время уполномоченный орган требований о включении суммы штрафа в состав текущих платежей или о взыскании суммы штрафа не направил, доказательств обратного материалы дела не содержат. Таким образом, убытки для должника не наступили. Судом также не учтены доводы ответчика о невозможности проведения собрания в связи со смертью учредителя, обладавшего долей участия в уставном капитале общества в размере 75%. При том, что в соответствии с пунктом 16.6.7 Устава общества решение об утверждении годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов общества (пункт 16.1.6 Устава) принимается всеми участниками общества единогласно. Соответственно, директор общества не вправе был осуществлять действия по созыву и проведению ежегодного общего собрания участников общества по вышеуказанному вопросу, чему не дана оценка судом первой инстанции. Принимая во внимание необходимость соблюдения баланса интересов наследников и общества, недопустимость умаления права на судебную защиту указанных лиц, участники общества не должны быть лишены возможности защищать свои права и законные интересы в порядке, не противоречащем закона. Участники общества вправе принять решение обратиться к нотариусу или исполнителю завещания о назначении доверительного управляющего, обратиться в арбитражный суд с заявлением о назначении внешнего управляющего общества применительно к положениям статьи 57 ГК РФ или с заявлением об исключении наследников из состава участников общества в порядке статьи 10 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. В связи с чем, ФИО4, владеющая долей участия в уставном капитале ООО «РИФ» в размере 12,5%, обязана совершить действия, указанные выше. Доказательств совершения таких действий со стороны заявителя в материалы дела не представлено. В связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильным применением норм материального права, обжалуемое определение подлежит отмене. 

До начала судебного заседания ФИО4 представлен отзыв, в котором просит определение суда от 05.05.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на законность и обоснованность принятого судебного акта. 

В судебном заседании (в режиме веб-конференции) представитель ответчика ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы, просила определение суда отменить, в удовлетворении заявления о взыскании с ответчика убытков - отказать. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, ООО «РИФ» зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании 04 марта 1987 года исполнительным комитетом городского Совета народных депутатов г. Свердловска-44.

Юридический адрес общества: 

<

...>.

Основной вид деятельности общества: деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам. 

Участниками (учредителями) общества являются ФИО8 с долей участия в уставном капитале в размере 75% номинальной стоимостью 30 750,00 рублей; ФИО4 с долей участия в уставном капитале в размере 12,5% номинальной стоимостью 5 125,00 рублей (с 11.07.2019); ФИО5 с долей участия в уставном капитале в размере 12,5% номинальной стоимостью 5 125,00 рублей. 

Единоличным исполнительным органом общества (директором) является ФИО2 (запись внесена 10.04.2017), полномочия которого прекращены 25.11.2021.

Участник ООО «РИФ» ФИО8 умер 18.12.2020, что подтверждается свидетельством о смерти V-АИ №553173 от 21.12.2020. 

Обращаясь с заявлением о взыскании с бывшего руководителя ФИО2 убытков в размере 500 000,00 рублей, участник общества ФИО4 указала не исполнение им обязанности по созыву и проведению очередного ежегодного общего собрания участников общества по итогам за 2019 года – не позднее 30.03.2020, а также по итогам 2020 года – не позднее 30.03.2021, в связи с чем постановлением мирового судьи судебного участка №2 Новоуральского судебного района Свердловской области от 19.01.2022 по делу №5-2/2022 ООО «РИФ» признано виновным в совершении правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 11 статьи 15.23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 500 000 рублей. Постановление вступило в законную силу 11.02.2022. По мнению заявителя, административный штраф в сумме 500 000 рублей, который обязано уплатить общество, является его убытками. 

 Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что факт причинения убытков в результате противоправного поведения бывшего руководителя должника, причинно-следственная связь между противоправностью поведения которого и наступившими убытками, а также их размер являются доказанными. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

В рассматриваемом случае обстоятельства, с которыми связано  обращение кредитора (являющегося и участником должника) ФИО4 в арбитражный суд с заявлением о взыскании с бывшего руководителя ФИО2 убытков, имели после вступления в законную силу Закона №266-ФЗ.

Следовательно, к данным правоотношениям подлежат применению положения главы III.2 Закона о банкротстве, введенной в действие Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ. 

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, согласно которому в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

В данном случае требование о взыскании убытков предъявлено участником должника ФИО4, обладающей долей участия в уставном капитале ООО «РИФ» в размере 12,5%, т.е. лицом, обладающим на предъявление такого требования. 

В силу пунктов 1, 4 статьи  61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В соответствии с пунктом 2 и подпунктом 3 пункта  4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта  4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом  5 статьи 61.10 Закона о банкротстве, арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых  вопросах, связанных  с привлечением  контролирующих  должника  лиц  к ответственности при банкротстве», предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

В данном случае, требования о взыскании убытков предъявлены к единоличному исполнительному органу общества – директору ФИО2, являющему в силу прямого указания закона, контролирующим деятельность должника лицом.

Заявление о возмещении должнику убытков, причинённых ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Из разъяснений, изложенных в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причинённых арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причинённых должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера убытков, предусмотренных Законом о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Аналогичный подход отражен и в обзоре Верховного Суда РФ (определение судебной коллегии от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713), согласно которому необходимо устанавливать наличие причинно-следственной связи между бездействием руководителя и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 №39-П также указано, что наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения - общепризнанный принцип привлечения к юридической ответственности во всех отраслях права. Так, законодательство Российской Федерации о налогах и сборах относит вину, которая может выражаться как в форме умысла, так и в форме неосторожности, к числу обязательных признаков состава налогового правонарушения (статья 110 Налогового кодекса Российской Федерации). 

Следовательно, ответственность, установленная Законом о банкротстве в виде взыскания убытков, не является формальным составом, необходимо установить какие негативные последствия для процедуры конкурсного производства и формирования конкурсной массы повлекли действия (бездействия) ответчика, на которые управляющий ссылается в обоснование заявленных требований.

В соответствии с частью 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, обладают правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления.

В соответствии с частью 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган этого общества, члены коллегиального исполнительного органа, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причинённые ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (часть 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Ответственность, установленная вышеперечисленными нормами права, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62), арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В пункте 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 разъяснено, что неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учёта известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации. 

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке (подп. 1); после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлёкших неблагоприятные последствия для юридического лица (подп. 4); знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за её одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) (подп. 5) (пункт 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15) (статья 1082 ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об ООО единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Стороны в соответствии со статьями 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесённых убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Как следует из материалов дела и указывалось выше, ФИО2 являлся директором ООО «РИФ» в период с 10 апреля 2017 года по 25 ноября 2021 года. 

Наследниками умершего 18.12.2020 участника ООО «РИФ» ФИО8 (75% доли участия в уставном капитале) являются ФИО9 и ФИО10. Заявление на принятие наследства подано ФИО10, срок на подачу заявления о принятии наследства истёк 18.06.2021.

Другими участниками (учредителями) общества являются ФИО4 и ФИО5 (с долей участия в уставном капитале общества по 12,5% у каждого). 

В соответствии со статьей 34 Федерального закона от 08.02.1998 N14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

Уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 37 Закона об ООО орган или лица, созывающие общее собрание участников общества, обязаны не позднее, чем за тридцать дней до его проведения уведомить об этом каждого участника общества заказным письмом по адресу, указанному в списке участников общества, или иным способом, предусмотренным уставом общества.

Согласно пункту 12.4 устава ООО «РИФ» очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества не реже одного раза в год. Общее собрание участников общества проводится в период с 01 марта по 30 апреля следующего за отчетным годом.

Пунктом 2 части 4 статьи 12 Федерального закона от 07.04.2020 №115-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части унификации содержания годовых отчетов государственных корпораций (компаний), публично-правовых компаний, а также в части установления особенностей регулирования корпоративных отношений в 2020 году и о приостановлении действия положений отдельных законодательных актов Российской Федерации» очередное общее собрание участников общества с ограниченной ответственностью в 2020 году проводится не ранее чем через два месяца и не позднее чем через девять месяцев после окончания финансового года.

В соответствии со статьей 12 Бюджетного кодекса РФ финансовый год соответствует календарному году и длится с 1 января по 31 декабря.

Судом первой инстанции правильно указано на то, ФИО2, будучи единоличным органом общества, обязан был в срок не позднее 30.09.2020 созвать и провести очередное ежегодное общее собрание участников ООО «РИФ» по итогам 2019 года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 36 Закона об ООО орган или лица, созывающие общее собрание участников общества, обязаны не позднее, чем за тридцать дней до его проведения уведомить об этом каждого участника общества заказным письмом по адресу, указанному в списке участников общества, или иным способом, предусмотренным уставом общества.

Уставом общества иной способ уведомления участников о проведении общего собрания участников общества не предусмотрен.

Ответчик ФИО2 в нарушение вышеуказанных норм права не уведомил участников общества о проведении очередного ежегодного общего собрания участников общества и не провел очередное ежегодное общее собрание участников ООО «РИФ» по итогам 2019 года.

Постановлением мирового судьи судебного участка №2 Новоуральского судебного района Свердловской области ФИО11 от 19.05.2021 по делу №5-140/2021 ООО «РИФ» признано виновным в совершении правонарушения, предусмотренного частью 11 статьи 15.23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с назначением наказания в виде предупреждения.

В последующем ответчик также не уведомил о проведении очередного ежегодного общего собрания участников общества по итогам 2020 года каждого участника общества заказным письмом, с приложением информации и материалов, подлежащих предоставлению участникам общества при подготовке общего собрания участников ООО «РИФ» по адресу, указанному в списке участников общества, в срок не позднее 30.03.2021, а также не созвал и не провёл очередное общее собрание участников общества по итогам 2020 года, в срок не позднее 30.04.2021, чем нарушил требования статьи 34, пунктов 1 и 3 статьи 36 Закона об ООО, что явилось основанием для привлечения должника к административной ответственности. 

Так постановлением мирового судьи судебного участка №2 Новоуральского судебного района Свердловской области ФИО11 от 19.01.2022 по делу №5-2/2022 ООО «РИФ» признано виновным в совершении правонарушения, предусмотренного частью 11 статьи 15.23.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 500 000 рублей. Постановление вступило в законную силу 11.02.2022.

На основании вышеуказанного постановления судебным приставом-исполнителем Новоуральского ГОСП УФССП России по Свердловской области возбуждено исполнительное производство №58805/20/66060 от 18.04.2022 о взыскании с ООО «РИФ» в доход бюджета штрафа в размере 500 000,00 рублей.

Исполнительное производство находится на исполнении в отделе судебных приставов не окончено и не прекращено, что подтверждается сведениями, размещенными на сайте ФССП России. 

Полагая, что административный штраф в сумме 500 000 рублей, который обязано уплатить ООО «РИФ», является убытками общества, заявитель обратился в суд с рассматриваемыми требованиями.

Суд первой инстанции, проанализировав основания заявленных требований, оценив представленные в материалы дела письменные доказательства, сопоставив их с пояснениями заявителя и ответчика, пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения бывшего руководителя должника к ответственности в виде взыскания с него убытков в размере взысканного с общества штрафа по административному правонарушению. 

Обстоятельства совершенного правонарушения подтверждены вступившим в законную силу судебным актом.

На дату совершения административного правонарушения руководителем должника являлся ФИО2

Именно неисполнение им обязанности по созыву и непроведению очередное общее собрание участников общества по итогам 2020 года, в срок не позднее 30.04.2021, явилось основанием для привлечения общества к административной ответственности. 

Доказательств обратного в материалы дела не представлено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Возражая против заявленных требований, ответчик ФИО2 указывал на невозможность проведения собрания участников общества в связи с тем, что состав наследников не был определен по состоянию на 30.04.2021, что исключало возможность проведения общего собрания участников ООО «РИФ».

В силу пункта 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику в полном объеме со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия. Исходя из названной нормы, со дня открытия наследства к наследнику переходят все права, удостоверяемые долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, и он приобретает статус участника общества.

В период между датой открытия наследства и датой выдачи свидетельства о праве собственности на наследство временно возникает неопределенность состава участников общества с ограниченной ответственностью.

Положения действующего законодательства не препятствуют субъектам данных правоотношений принять меры по устранению такой неопределенности в целях реализации прав, удостоверенных наследуемой долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, обеспечения баланса интересов наследников выбывшего участника и продолжения деятельности самого общества.

В соответствии с абзацем вторым пункта 8 статьи 21 Закона об ООО до принятия наследниками умершего участника общества наследства управление его долей в уставном капитале общества осуществляется в порядке, предусмотренном Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно статье 1173 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в составе наследства имеется имущество, требующее управления (доля в уставном капитале хозяйственного общества), нотариус или исполнитель завещания в соответствии со статьей 1026 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве учредителя доверительного управления заключает договор доверительного управления этим имуществом.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 1012 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя). Передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему. Осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя.

Таким образом, в период с момента открытия наследства, если в состав наследуемого имущества входит доля в уставном капитале общества, и до момента распределения ее между наследниками умершего участника общества, их интересы должен представлять доверительный управляющий, действуя в интересах всех наследников.

Данные нормы предоставляют наследникам право в разумный срок с момента открытия наследства обратиться к нотариусу с заявлением о принятии мер по управлению наследуемым имуществом. Общество, в свою очередь, не должно принимать никаких действий, затрагивающих права и законные интересы наследников, до истечения такого срока.

Если наследники или иные лица, указанные в пункте 2 статьи 1171 Гражданского кодекса Российской Федерации, не обратятся к исполнителю завещания или нотариусу в разумный срок, а также если исполнителем завещания или нотариусом не приняты соответствующие меры по управлению наследуемым имуществом, и общество не получило соответствующего уведомления, оно вправе совершить необходимые действия без участия такого доверительного управляющего, если продолжению деятельности общества не препятствуют иные обстоятельства.

Учитывая изложенные выше нормы права, суд обоснованно отклонил возражения ответчика и пришел к правильному выводу о том, что умышленное невыполнение ФИО2 без уважительных причин требований по созыву и проведению ежегодного общего собрания участников общества по итогам 2020 года, свидетельствует, по сути, о его недобросовестном поведении.

Ссылка апеллянта на положения пунктов 16.1.6 и 16.6.7 Устава ООО «РИФ» относительно вопросов, подлежащих решению на ежегодном общем собрании участников общества и порядок принятия решения по данному вопросу, не отменяет обязанности руководителя общества по созыву и проведению ежегодных общих собраний участников общества в соответствии с порядком, установленным пунктом 12.4 Устава и статьей 34 Закона об ООО.

В данном случае то обстоятельство, что один из участников умер и его наследники не определили порядок распоряжения долей наследователя в обществе, не свидетельствует об отсутствии у исполнительного органа общества обязанности по созыву и проведению ежегодного собрания. 

В связи с чем, доводы апеллянта об отсутствии у него обязанности по созыву и проведению собрания подлежат отклонению, как несостоятельные, противоречащие нормам права.

Довод ответчика, что в настоящее время должник не понес убытков, поскольку штраф не оплачен, также подлежит отклонению, поскольку постановление о наложении административного взыскания на общество не отменено и не изменено, вступило в законную силу, следовательно, обязательно к исполнению. В настоящее время возбуждено исполнительное производство, требования содержащиеся в исполнительном документе, не исполнены. Исполнительное производство не окончено.

То обстоятельство, что уполномоченный орган не обратился в установленном Законом о банкротстве порядке за включением указанной задолженности в реестр требований кредиторов должника (в составе реестровой задолженности либо в реестре текущих обязательств), не опровергает правильность выводов суда первой инстанции о причинении неправомерными действиями руководителя по исполнению обязанности, установленной Законом о банкротстве, убытков должнику. 

В рассматриваемом случае возможность предъявления данного требования уполномоченным органом не утрачена. 

В связи с чем, доводы апеллянта в указанной части также являются необоснованными и подлежат отклонению. 

Исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что ФИО2 является единоличным исполнительным органом общества «РИФ», и вступившим в законную силу судебным актом установлено, что он как руководитель допустил нарушение обществом порядка созыва, подготовки и проведения общих собраний участников общества, в связи с чем обществу «РИФ» назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 500 000,00 рублей, а также, исходя из того, что ФИО2 как директор общества мог исключить подобные нарушения, если бы принял все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей по созыву и проведению общего собрания участников в установленные законом сроки, в то время как допущенные им нарушения повлекли привлечение общества к административной ответственности и находятся в прямой причинно-следственной связи с убытками, составляющими сумму административного штрафа, при том, что ответчик каких-либо ясных и понятных пояснений относительно своего бездействия, повлекшего привлечение должника к административной ответственности, не представил, что является недобросовестным поведением, и отсутствие вины в причинении обществу спорных убытков ФИО2 также не доказал, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных условий для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания с него спорных убытков в размере 500 000,00 рублей, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства и свидетельствующие об ином, не представлены.

Удовлетворяя заявленные требования, арбитражный суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств, доказанности материалами дела требований, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими изменение определения в обжалуемой части. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении жалобы надлежит отказать.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 05 мая 2022 года по делу №А60-15753/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина 

 

Судьи

Т.В. Макаров 

 

Л.В. Саликова