АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-9377/2020

г. Краснодар

12 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 6 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 августа 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Соловьева Е.Г., судей Андреевой Е.В. и Сороколетовой Н.А., при участии в судебном заседании ФИО1 (паспорт), ФИО2 и его представителя – ФИО3 (доверенность от 02.09.2022), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 19.10.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2024 по делу № А32-9377/2020 (Ф08-5404/2024 и Ф08-5404/2024/2), установил следующее.

В деле о банкротстве ООО «Грузовая компания "Авторитет"» его конкурсный управляющий ФИО4 (далее – управляющий) обратилась с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО1, ООО «Авторитет плюс», ООО «Югтранзитзерно-экспо» и индивидуального предпринимателя ФИО7 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника (уточненные требования).

Определением от 19.10.2023 отказано в удовлетворении требований к индивидуальному предпринимателю ФИО7 Признано доказанным наличие оснований для привлечения к ответственности ООО «Авторитет плюс», ООО «Югтранзитзерно-экспо», ФИО1, ФИО6, ФИО5 и ФИО2 Вопрос об определении размера субсидиарной ответственности определено рассмотреть одновременно с отчетом управляющего о результатах процедуры конкурсного производства.

Постановлением апелляционного суда от 26.04.2024 определение от 19.10.2023 отменено в части признания доказанными оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО6, ООО «Авторитет плюс» и ООО «Югтранзитзерно-экспо», в этой части в удовлетворении требований управляющего отказано. В остальной части определение оставлено без изменения.

В кассационных жалобах ФИО1 и ФИО2 (далее – ответчики) просят отменить судебные акты в части привлечения их к субсидиарной ответственности и отказать управляющему в удовлетворении требований в этой части. По мнению заявителей, вывод судов о том, что банкротство должника находится в прямой причинно-следственной связи с неправомерными действиями ответчиков, не основан на фактических обстоятельствах спора и сделан при неправильном применении норм материального права. Доля участия ФИО1 в ООО «Грузовая компания "Авторитет"» составляла 33%, что не позволяло влиять на принимаемые должником решения. Более того, ФИО1 вышел из состава учредителей 27.08.2018; обстоятельства неисключения данных сведений из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) не имеют правового значения, поскольку не находятся в зоне ответственности ФИО1 Из 10 млн рублей долга перед ООО «Глобекс грейн» должник выплатил более 5 млн рублей, поэтому вывод судов о том, что ООО «Грузовая компания "Авторитет"» изначально не собиралось выплачивать долг, является ошибочным. Ответчики принимали меры для взыскания задолженности с ООО «Югтранзитзерно-экспо»: данное лицо выплатило должнику более 2 млн рублей долга и передало в счет погашения задолженности два автомобильных прицепа стоимостью более 1600 тыс. рублей. ООО «Глобекс грейн» инициировало принятие обеспечительных мер в виде блокировки всех счетов должника, что привело к невозможности расчета с контрагентами. Неполученный доход от впоследствии расторгнутых контрагентами сделок составил более 10 млн рублей. Вывод судов о том, что признаки банкротства сформировались у должника 02.10.2017, является ошибочным, поскольку после указанной даты должник продолжал расчеты с контрагентами.

В отзывах на кассационные жалобы управляющий и ООО «Глобекс грейн» указали на их несостоятельность.

В судебном заседании ответчики поддержали доводы кассационных жалоб, просили отменить обжалуемые судебные акты в части удовлетворения требований к ним.

Изучив материалы дела и доводы кассационных жалоб, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ООО «Глобэкс грейн» обратилось в суд с заявлением о признании должника банкротом. Определением от 08.06.2020 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8 Решением от 15.12.2020 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

Как указывает управляющий, ФИО2 являлся генеральным директором должника с 28.12.2015 по дату введения конкурсного производства и участником с долей в уставном капитале 33%. ФИО1 является участником должника с долей в уставном капитале 33%. ФИО5 участник должника с долей в уставном капитале 34%.

При этом ФИО2 является участником ООО «Югтранзитзерно-экспо» с долей в уставном капитале 33%. ФИО5 является руководителем и учредителем общества ООО «Югтранзитзерно-экспо» с долей участия 33%. ФИО1 является учредителем ООО «Югтранзитзерно-экспо» с долей участия 33%.

Управляющий полагает, что ООО «Югтранзитзерно-экспо» является основным выгодоприобретателем имущества должника, посредством данного лица реализована цепочка перевода денежных средств, полученных должником от кредиторов; усматривается разделение бизнеса на центр прибыли (ООО «Югтранзитзерно-экспо») и центр убытков (ООО «Грузовая компания "Авторитет"»), которые контролировались из одного центра.

Планируя будущую неплатежеспособность должника, 28.06.2017 ФИО2 зарегистрировал новое юридическое лицо – ООО «Авторитет плюс», в котором стал руководителем и единственным участником. Юридический адрес и телефон полностью совпадают с адресом должника. Фирменное наименование нового юридического лица и должника схожи до степени смешения. В первый год осуществления своей коммерческой деятельности предприятие получило 71 млн рублей выручки и 2900 тыс. рублей чистой прибыли. ООО «Авторитет плюс» работает по настоящее время.

Законность судебных актов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 Кодекса и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Судебные акты обжалуются участвующими в деле лицами в части удовлетворения требований управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО2, поэтому проверяются судом округа только в указанной части (части 1 и 3 статьи 286 Кодекса)

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) признана утратившей силу статья 10 Закона о банкротстве «Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве»; Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Исходя из общих принципов действия норм гражданского и процессуального законодательства во времени, закрепленных в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) и в части 4 статьи 3 Кодекса, заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поданные с 01.07.2017, подлежат рассмотрению с учетом процессуальных положений норм главы III.2 Закона о банкротстве. При этом если действия (бездействие) контролирующих должника лиц, положенные в обоснование заявления о привлечении их к субсидиарной ответственности, имели место до 01.07.2017, то к этим отношениям применяются материально-правовые нормы о субсидиарной ответственности, действовавшие до даты вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

В рассматриваемом случае управляющий ссылался на действия (бездействие) ответчиков, имевших место в 2017 – 2020 годах, поэтому к событиям, произошедшим до 29.07.2017, подлежат применению материально-правовые нормы Закона о банкротстве об ответственности контролирующих должника лиц без учета изменений, внесенных Закона № 266-ФЗ, а к событиям, произошедшим с 30.07.2017, – с учетом изменений, внесенных названным Законом.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

– причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

– документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

– требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность наступает, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица.

Удовлетворяя требования управляющего к ФИО1 и ФИО2, суды исходили из того, что ответчики совместно с ФИО5, являясь лицами, одновременно контролирующими должника и ООО «Югтранзитзерно-экспо», реализовали схему по перечислению последнему денежных средств по сделке, которую изначально не собирались исполнять. Данные обстоятельства, а также последующее бездействие по невзысканию долга с «Югтранзитзерно-экспо», по мнению судов, повлекли причинение вреда кредитору ООО «Глобэкс грейн» в виде невозможности удовлетворения его требований, основанных на мировом соглашении в деле № А41-94750/2017, и наступление у должника признаков объективного банкротства. Суды согласились с доводами управляющего о том, что ответчики, заключая с ООО «Глобэкс грейн» мировое соглашение в деле № А41-94750/2017, не намеривались исполнять его, а хотели придать своим незаконным действиям благонамеренный вид.

Между тем суды не учли следующего.

В абзаце 1 пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона № 127-ФЗ) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Наличие у субсидиарных ответчиков статуса контролирующего должника лица не является безусловным основанием для их привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо представить доказательства, что именно незаконные, неразумные действия контролирующего должника лица привели к несостоятельности (банкротству) должника и невозможности погашения требований кредиторов.

По смыслу разъяснений, указанных в пунктах 16 и 23 постановления № 53, для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности необходимо доказать факт совершения ими (или под их влиянием) совокупности сделок и других операций, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Как разъяснено в пункте 56 постановления № 53, по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Кодекса).

В силу пункта 18 постановления № 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Из анализа названных норм права и разъяснений следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Возражая против доводов управляющего, ответчики в числе прочего ссылались на то, что во исполнение условий утвержденного судом в деле № А41-94750/2017 мирового соглашения должник с 12.02.2018 по 19.04.2018 перечислил ООО «Глобэкс грейн» более 4500 тыс. рублей; в рамках принудительного исполнения мирового соглашения со счета должника списано еще более 1 млн рублей.

Обстоятельства частичной уплаты долга подтверждаются, в частности тем, что сумма требований ООО «Глобэкс грейн», включенная в реестр, составляет 5 717 230 рублей долга, 3 975 865 рублей 84 копеек неустойки и 4 млн рублей штрафа, тогда как в утвержденном судом в деле № А41-94750/2017 мировом соглашении имеется указание на наличие у должника 10 млн рублей долга и 1 413 500 рублей пеней с последующим начислением. Таким образом, исходя из анализа данных обстоятельств, сумма долга ООО «Грузовая компания "Авторитет"» перед ООО «Глобэкс грейн» с момента утверждения мирового соглашения до включения требований в реестр уменьшилась более чем на 4 млн рублей.

В нарушение требований статей 8, 9, 71 и 271 (часть 2 пункт 12) Кодекса суды не оценили соответствующие доводы и представленные в их обоснование доказательства, в связи с чем сделали ошибочный, основанный на неполной оценке имеющих в материалах дела доказательств, вывод о том, что должник, заключая мировое соглашение, в действительности не намеревался его исполнять.

Суждение судов, поставленное в вину ответчикам, о том, что они не предпринимали мер по взысканию долга с подконтрольного им ООО «Югтранзитзерно-экспо» и инициировали судебный спор с данным лицом в момент, когда требования должника очевидно не могли быть удовлетворены, является преждевременным.

Так, ответчики указывали на то, что до обращения в арбитражный суд с иском о взыскании задолженности с ООО «Югтранзитзерно-экспо» они постоянно проводили работу по досудебному урегулированию спора, в результате которой ООО «Югтранзитзерно-экспо» частично погасило долг: 1 000 326 рублей – 05.03.2018 путем зачета встречных однородных требований, 1 029 тыс. рублей – 26.12.2018 путем уступки права требования. Также 21.02.2018 и 26.02.2018 ООО «Югтранзитзерно-экспо» передало должнику в счет погашения долга два автомобильных прицепа оценочной стоимостью по 883 420 рублей каждый.        В феврале 2018 года ООО «Югтранзитзерно-экспо» передало должнику имущество на 15 500 рублей в счет уплаты долга.

Данные обстоятельства могут свидетельствовать о том, что ответчики разумно ожидали принятие ООО «Югтранзитзерно-экспо» в лице директора ФИО5 дальнейших мер по погашению задолженности во внесудебном порядке.

Кроме того, как указывал ФИО1, 27.08.2018 он подал заявление о выходе из состава участников OOO «Югтранзитзерно-экспо» (нотариально удостоверено 20.08.2018). Данные действия он объяснил наличием корпоративного конфликта с ФИО5, возникшим в связи с его нежеланием погашать долг перед должником. С этого момента ФИО1 утратил какую-либо возможность не только оказывать влияние на принимаемые учредителями решения, но и получать от других учредителей либо руководителя ООО «Югтранзитзерно-экспо» какую-либо информацию о деятельности данного общества.

В абзацах первом и втором подпункта «б» пункта 16 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"» разъяснено, что выход участника из общества осуществляется на основании его заявления, с момента подачи которого его доля переходит к обществу. Временем подачи заявления о выходе является день передачи его участником как совету директоров (наблюдательному совету) либо исполнительному органу общества (единоличному или коллегиальному), так и работнику общества, в обязанности которого входит передача заявления, а в случае направления заявления по почте – день поступления его в экспедицию либо к работнику общества, выполняющему эти функции.

Правовые последствия заявления о выходе из общества наступают исключительно в силу волеизъявления участника, направленного на прекращение прав участия в этом обществе. Такое волеизъявление является односторонней сделкой, поскольку для ее совершения в соответствии с законом необходимо и достаточно воли одной стороны.

Таким образом, суждение управляющего, поддержанное судами, о том, что ФИО1 до настоящего времени является участником ООО «Югтранзитзерно-экспо», не основано на буквальном толковании норм законодательства об обществах с ограниченной ответственностью. При этом заявление о выходе из общества подано ФИО1 в 2018 году, то есть задолго до возбуждения дела о банкротстве (11.03.2020), поэтому данные действия не могут свидетельствовать о его намерении избежать ответственности, предусмотренной Законом о банкротстве.

Ответчики также указывали на то, что размер принадлежащих им долей в ООО «Югтранзитзерно-экспо» и ООО «Грузовая компания "Авторитет"» составлял 33%, то есть они по отдельности не могли влиять на хозяйственную деятельность указанных организаций.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 5 постановления № 53, предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

Суды не установили факт согласованности действий ФИО2 и ФИО1, направленности их воли на причинение должнику вреда. Доказательства получения ответчиками какой-либо выгоды исходя из недобросовестного поведения, а также совершения последними виновных и противоправных действий по намеренному созданию неплатежеспособности должника, материалы дела не содержат. Обратные выводы судов основаны исключительно на пояснениях управляющего, не подкрепленных документальными доказательствами. Принятие ответчиками ряда антикризисных мер не оценено и не учтено судами.

С учетом изложенного вывод судебных инстанций о наличии правовых мотивов для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности нельзя признать основанным на всестороннем исследовании материалов дела.

Частью 4 статьи 15 Кодекса предусмотрено, что принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Исходя из положений части 2 статьи 71 Кодекса арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 названного Кодекса).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, указано, что решение суда признается законным и обоснованным тогда, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, а имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, а также тогда, когда в решении суда содержатся исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных судом фактов.

В силу части 1 статьи 168 Кодекса при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 170 Кодекса в мотивировочной части решения должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

С учетом изложенного судебные акты в части удовлетворения требований управляющего к ФИО1 и ФИО2 подлежат отмене как основанные на неполном исследовании имеющих значение для правильного рассмотрения обособленного спора обстоятельств, доводов участвующих в деле лиц и доказательств, и не соответствующие предъявляемым статьями 170, 271 Кодекса требованиям, а обособленный спор в этой части – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора суду необходимо учесть указания суда кассационной инстанции, установить все фактические обстоятельства по делу, полно, всесторонне их исследовать, в совокупности оценить все представленные в дело доказательства и доводы участвующих в деле лиц, результаты исследования и оценки отразить в судебном акте с учетом требований статьи 170 Кодекса.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 19.10.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2024 по делу № А32-9377/2020 в части привлечения ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Грузовая компания "Авторитет"» отменить, обособленный спор в данной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

В остальной части постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2024 по делу № А32-9377/2020 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                 Е.Г. Соловьев

Судьи                                                                                                                Е.В. Андреева  

                                                                                                                           Н.А. Сороколетова