ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-17616/2023

г. Челябинск

06 февраля 2024 года

Дело № А76-32541/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 февраля 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Калиной И.В., Матвеевой С.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.11.2023 по делу № А76-32541/2018 об отказе в признании договора купли-продажи доли в уставном капитале общества недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде обязания совершения определенных действий.

В судебном заседании приняли участие:

представитель ФИО2 - ФИО3 (паспорт, доверенность от 10.07.2023 сроком на 3 года);

представитель ФИО4 - ФИО5 (паспорт, доверенность от 27.06.2023 сроком на 1 год);

представители общества с ограниченной ответственностью «ЧелИнвест», общества с ограниченной ответственностью «Промышленные инвестиции» - ФИО6, ФИО7 (паспорта, доверенности от 20.10.2021, от  20.10.2021  сроком на 3 года);

финансовый управляющий ФИО8 (паспорт).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 15.10.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве должника гражданина ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 15.02.2019 (резолютивная часть от 08.02.2019) в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - реструктуризация долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО8, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал» (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в реестр арбитражных управляющих – 11167, адрес для корреспонденции: 454000, г. Челябинск, а/я 13442, тел. 

<

***>). 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризация долгов гражданина опубликовано в официальном издании газете «Коммерсант» № 29 от 16.02.2019. 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 04.10.2019 (резолютивная часть от 27.09.2019) Самсонов Анд. А. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реализация имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО8, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

Информация о введении в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве – реализации имущества гражданина, опубликована в печатной версии издания газеты «Коммерсант» № 182 от 05.10.2019. 

Определением суда от 02.06.2020 к рассмотрению дела  о банкротстве ФИО9 Анд. А. применены правила параграфа 4 главы X Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), устанавливающего особенности рассмотрения дела о банкротстве гражданина в случае его смерти. 

ФИО2 (далее – ФИО2, заявитель) обратился в суд с заявлением о признании договора купли-продажи доли в размере 49,3% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «ЧелИнвест» (далее – ООО «ЧелИнвест») от 02.06.2023, заключенного между финансовым управляющим ФИО8 (далее – ФИО8, финансовый управляющий) и ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик), недействительной сделкой; применении последствий недействительности сделки в виде обязания финансового управляющего должника ФИО8 заключить со ФИО10 договор купли-продажи доли в размере 49,3% в уставном капитале ООО «ЧелИнвест» в редакции, размещенной в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) в сообщении от 27.02.2023 № 10870625 (с учетом уточнений принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Определением суда от 19.07.2023 к участию в деле в качестве соответчика с учетом поступивших уточнений привлечен ФИО4 (ответчик), в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «ТЗК-Урал». ООО «ЧелИнвест» в рамках настоящего обособленного спора выступает одновременно кредитором должника и третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением суда от 28.11.2023 в удовлетворении заявления отказано.

С определением суда от 28.11.2023 не согласился ФИО2, обратившись с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении его требований.

По мнению апеллянта, заключение договора купли-продажи с заявителем не будет противоречить Федеральному закону от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью), поскольку в законе отсутствует регулирование использования механизма преимущественного права при проведении публичных торгов. Судом не учтено, что положения статей 21, 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью не регулируют вопрос ценообразования с последующим отчуждением доли при использовании преимущественного права. Единственная норма, регулирующая отношения, связанные с публичными торгами, пункт 9 статьи 21 вышеназванного Закона. Но момент реализации преимущественного права в случае публичных торгов данная норма не регламентирует. Правовое регулирование предусмотрено исключительно положениями статей 250, 255 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), согласно которым возможность реализации преимущественного права имеется у заинтересованных лиц только до начала продажи доли на публичных торгах. Положения статей 21, 23 Закона предусматривают механизм реализации преимущественного права, не отягощенный проведением публичных торгов, когда права иных участников не реализуются во вред публичным интересам и правам неограниченного круга третьих лиц – участников торгов. В связи с чем, как полагает апеллянт, отсутствует коллизия между специальными нормами и общими.

Как считает апеллянт, в связи с вынесением постановления Конституционным Судом РФ от 16.05.2023 № 23-П реализация преимущественного права в порядке, указанном в положении о торгах и признанном законным в обжалуемом определении, будет нарушать права заявителя. Единственной возможностью использовать преимущественное право в рассматриваемой ситуации являлось бы заключение договора купли-продажи доли в уставном капитале общества с соответствующим участником или самим обществом до начала продажи данной доли с публичных торгов и по цене равной (или большей) начальной цене на таких торгах (свыше 81 млн. руб.). Занятый судом подход противоречит установленному Конституционным Судом РФ публичному порядку и нарушает права заявителя. При таких обстоятельствах, второй участник общества и само общество имеют необоснованное преимущество как перед заявителем, так и перед неограниченным числом иных лиц, чей интерес в участии в тогах в любом случае нивелирован возможностью реализации преимущественного права покупки аффилированными лицами. Следовательно, у второго участника (и/или общества) нет преимущественного права заключения договора перед заявителем, финансовый управляющий обязан заключить договор с заявителем безотносительно действий второго участника и/или общества.

Апеллянт полагает, что вывод суда первой инстанции о невозможности распространения положений постановления Конституционного суда РФ на корпоративные отношения не обоснован. Как полагает заявитель, из смысла постановления не следует, что оно распространяется только на объекты недвижимости, нормы статей 250, 255 ГК РФ не разделяют возможность их применения в зависимости от вида объекта. Складывается и судебная практика со ссылкой на возможность применения подхода, указанного в постановлении Конституционного Суда РФ. В связи с чем, по мнению апеллянта, позиция суда первой инстанции ошибочна. 

Апеллянт считает, что реализация преимущественного права в порядке, указанном в положении о торгах, вступает в противоречие и будет нарушать положения ГК РФ. Апеллянт ссылается на положения пункта 1 статьи 213.26, абз. 7 пункта 1.1 статьи 139 Закона о банкротстве и считает, что в случае прямого противоречия условий положения нормам действующего законодательства, такие положения должны рассматриваться как недействительные и не подлежащие применению. В сложившейся ситуации, к пунктам положения о продаже доли должны быть применены нормы ГК РФ о недействительности (пункт 1 статьи 166, пункт 1 статьи 167, пункт 2 статьи 168). По мнению апеллянта, положения порядка продажи относительно реализации преимущественного права покупки не соответствуют закону, ничтожны, их применение будет противоречить не только интересам заявителя, но и нормам Закона. Тот факт, что судом ранее было утверждено положение о торгах, не исключает ситуации, при которой часть условий данного положения перестанет соответствовать закону (по причине его изменения, вынесения постановления Конституционного Суда РФ, как в рассматриваемом деле). В таком случае, данные условия не могут быть применены даже в случае наличия вступившего в законную силу судебного акта. Заявитель не участвовал в рассмотрении спора по вопросу утверждении порядка продажи, никаким образом не мог повлиять на его составление.

Отзывы, поступившие от финансового управляющего должника, ответчика ФИО4, ООО «ЧелИнвест» приобщены к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 АПК РФ. В отзывах выражено не согласие с доводами жалобы.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель апеллянта поддержал доводы жалобы в полном объеме. Иные лица указали на отсутствие оснований для отмены судебного акта, ссылаясь на доводы отзывов.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие  иных лиц, участвующих в деле, их представителей.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, определением суда от 20.05.2022 по делу № А76-32541/2018 утверждено Положение о порядке, условиях и сроках реализации имущества должника: 49,3% доли в уставном капитале ООО «ЧелИнвест» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по начальной цене 81 329 897 рублей 39 копеек (л.д. 22-23 т. 1). 

Согласно содержанию данного положения в пунктах 16-19 установлен порядок преимущественного права покупки доли в уставном капитале ООО «ЧелИнвест» участниками данного общества. В частности, установлено, что участники общества пользуются преимущественном правом покупки такой доли по цене, определенной на торах (л.д. 24-26 т. 1). 

Указанное положение в полном объеме было размещено в ЕФРСБ, что подтверждается публикациями об объявлении проведения торгов № 9610536 от 10.09.2022, № 110058373 от 10.11.2022, № 10870625 от 27.02.2023, № 11256105 от 14.04.2023, № 11534254 от 22.05.2023 (л.д. 31-45 т. 1). 

По результатам проведения торгов, победителем торгов признан ФИО2 с ценой предложения за указанное имущество в размере 25 500 000 рублей, что подтверждается протоколом подведения итогов торгов и сообщением о результатах торгов от 31.05.2023 № 11607718 (л.д. 47, 50 т. 1).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «ЧелИнвест», учредителями организации являлись умерший должник, чья доля реализована на торгах, и ФИО4 с долей 50,7%.

В соответствии с пунктом 17 утвержденного положения финансовый управляющий должника ФИО8 направил в адрес учредителя ФИО4 оферту на заключение договора купли-продажи доли в уставном капитале общества «ЧелИнвест» от 01.06.2023 (л.д. 61-62 т. 1). 

В итоге между ФИО4 (покупатель) и финансовым управляющим должника (продавец) заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ЧелИнвест» от 02.06.2023 (л.д. 54-56 т. 1), по условиям которого стоимость отчуждаемой доли (49,3%) составляет 25 500 000 рублей. 

Таким образом, ФИО4 как учредитель общества «ЧелИнвест» воспользовался своим преимущественным правом на приобретение указанной доли по цене, определенной на торгах. 

Данные сведения также опубликованы в ЕФРСБ, что подтверждается сообщением от 08.06.2023 № 11675532 (л.д. 59 т. 1). 

В подтверждение факта оплаты по данному договору купли-продажи, представлены чек-ордеры от 07.06.2023 на сумму 3 107 000 рублей (с учетом комиссии), от 07.06.2023 на сумму 1 474 764 руб. 65 коп. (с учетом комиссии), от 07.06.2023 на сумму 6 702 986 руб. 98 коп. (с учетом комиссии), от 07.06.2023 на сумму 14 124 000 руб. (с учетом комиссии) (л.д. 51-52 т. 2).

Полагая, что имеются основания для признания вышеназванного договора купли-продажи недействительным, заявитель обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В обоснование своего заявления ФИО2 ссылался на то, что по результатам торгов победителем признан заявитель. Вместе с тем, договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ЧелИнвест» заключен не с ним, а с ФИО4, который как соучредитель воспользовался своим преимущественным правом покупки. Однако на момент определения победителя торгов и заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале опубликовано постановление Конституционного Суда РФ от 16.05.2023 № 23-П, согласно которому преимущественное право покупки должно реализовываться по начальной цене до начала торгов, а не по итогам определения победителя торгов. При этом, заявитель считает, что данный правовой подход является универсальным и подлежит применению к любому виду имущества, вне зависимости от наличия специальных норм правового регулирования, в том числе к долям в уставном капитале обществ. 

Ответчик ФИО4 представил отзывы, в которых возражал против удовлетворения заявленных требований. Им отмечено, что он воспользовался в соответствии со статьей 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью преимущественным правом покупки доли в уставном капитале ООО «ЧелИнвест». Постановление Конституционного Суда РФ от 16.05.2023 № 23-П в данном случае не подлежит применению, т.к. имеется специальное правовое регулирование, которое не являлось предметом проверки Конституционного Суда РФ, соответственно, отсутствуют основания для универсального применения описанного подхода. О возможности воспользоваться преимущественным правом покупки на момент проведения торгов ФИО2 было известно, т.к. указанная информация была отражена в Положении о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника, утвержденного определением суда от 20.05.2022 по настоящему делу, ответчик в этой связи просит применить правило об эстоппеле. Ответчик полагает, что в данном случае со стороны заявителя имеется злоупотребление правом, т.к. ФИО2 через ФИО11 является аффилированным к ФИО12 лицом, у которой имеется корпоративный конфликт с ФИО4 Получение доли в уставном капитале преследует противоправную цель для наращивания такого конфликта, в связи с чем, такой правовой интерес заявителя не подлежит защите.

Финансовый управляющий должника ФИО8 представил отзыв, в котором возражал против удовлетворения заявленных требований. Им также отмечается, что разъяснения, изложенные в постановлении № 23-П, касаются применения положений статьи 250 ГК РФ как общей нормы о реализации преимущественного права покупки. Положений, касающихся применения специальных норм, в том числе Закона об обществах с ограниченной ответственностью, данный судебный акт не содержит, ввиду чего выработанный подход не подлежит применению при реализации долей в уставном капитале общества. Денежные средства по договору купли-продажи в полном объеме поступили от ФИО4 в конкурсную массу, договор надлежащим образом исполнен со стороны покупателя. О том, что у учредителей имеется преимущественное право покупки доли в уставном капитале ООО «ЧелИнвест», которое реализуется по итогам определения результата торгов, ФИО2 знал и фактически согласился с такими условиями, когда принимал участие в торгах, т.к. они закреплены в Положении о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника. 

Конкурсные кредиторы - ООО «Промышленные инвестиции», ООО «ЧелИнвест» (одновременно является также третьим лицом), а также третье лицо – ООО «ТЗК-Урал» представили свои отзывы на заявление ФИО2, в которых по аналогичным с ответчиком и финансовым управляющим доводам возражали против удовлетворения заявленных требований.

ФИО12 представила отзыв на заявление ФИО2, в котором поддержала позицию заявителя по изложенным выше доводам. Дополнительно ФИО12 отметила, что на момент проведения торгов и определения победителей данное постановление уже имелось, соответственно, ФИО8 должен был приостановить торги и внести изменения, приведя его в соответствии с постановлением Конституционного Суда РФ от 16.05.2023 № 23-П.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что имеется специальное правовое регулирование по порядку реализации доли в уставном капитале обществ; положения пункта 4 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью не являлись предметом проверки Конституционного Суда РФ, какие-либо выводы о толковании и применении данной нормы постановление Конституционного Суда РФ № 23-П не содержит ФИО2 как участник торгов был ознакомлен со всеми условиями Положения и был осведомлен о возможности реализации преимущественного права покупки доли в уставном капитале общества со стороны ФИО4 по итогам торгов, однако, несмотря на это продолжил участвовать в торгах, тем самым приняв на себя указанные риски. ФИО4 реализовал свой абсолютно правомерный интерес в приобретении доли в уставном капитале общества, одним из учредителей которого он является, что заключается в защите участников общества от рисков, которые могут быть связаны с появлением в их составе новых лиц, а также для минимизации рисков участников общества, связанных с размыванием принадлежащего каждому из них размера доли в уставном капитале общества.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта, исходя из следующего. 

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве финансовый управляющий является арбитражным управляющим, утвержденным арбитражным судом для участия в деле о банкротстве гражданина. 

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

В силу пункта 1 статьи 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов. Торги могут быть признаны недействительными в случае, если: кто-либо необоснованно был отстранен от участия в торгах; на торгах неосновательно была не принята высшая предложенная цена; продажа была произведена ранее указанного в извещении срока; были допущены иные существенные нарушения порядка проведения торгов, повлекшие неправильное определение цены продажи; были допущены иные нарушения правил, установленных законом. 

На основании пункта 2 статьи 449 ГК РФ признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги, и применение последствий, предусмотренных статьей 167 данного Кодекса. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», признание торгов недействительными направлено на оспаривание договора, заключенного с лицом, выигравшим торги, то есть предъявление требования о признании недействительными торгов означает также предъявление требования о признании недействительной сделки, заключенной по результатам торгов.

Согласно правовым позициям Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенным в пунктах 1 и 5 информационного письма от 22.12.2005 № 101 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства», публичные торги могут быть признаны недействительными только при существенном нарушении процедуры их проведения, которое могло повлиять на результат торгов. 

Под существенным нарушением следует понимать такое отклонение от установленных требований, которое повлекло или могло повлечь иные результаты торгов и, как следствие, нарушение прав и законных интересов заинтересованного лица, при этом в ходе рассмотрения иска о признании торгов недействительными суд должен оценить, являются ли нарушения, на которые ссылается истец, существенными и повлияли ли они на результат торгов, при незначительном характере нарушения, и отсутствия его влияния на результат торгов следует признать отсутствие оснований для удовлетворения требований истца, ссылавшегося лишь на формальные нарушения. 

Нарушения порядка проведения торгов не могут являться основаниями для признания торгов недействительными, если права и интересы заявителя не могут быть восстановлены при применении последствий недействительности заключенной на торгах сделки. Признание торгов недействительными должно повлечь восстановление нарушенных прав лица, предъявившего иск (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 07.02.2012 № 12573/11). 

В пунктах 1 и 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве указано, что имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании его банкротом и введении реализации имущества гражданина (в том числе доля гражданина-банкрота в общем имуществе, на которое в соответствии с гражданским или семейным законодательством может быть обращено взыскание), составляет конкурсную массу (за исключением имущества, особо оговоренного в законе). По требованию кредитора доля гражданина-банкрота в общем имуществе может быть выделена для обращения на нее взыскания. 

По общему правилу имущество гражданина подлежит реализации на торгах в порядке, установленном Законом о банкротстве (пункт 3 статьи 213.26 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.26 Закона о банкротстве утверждаемое судом положение о порядке, условиях и сроках реализации имущества гражданина должно соответствовать правилам продажи имущества должника, установленным статьями 110, 111, 112 и 139 Закона о банкротстве. Из данных статей следует, что продажа имущества должника, как правило, осуществляется путем последовательного проведения первоначальных и повторных открытых торгов в форме аукциона и торгов посредством публичного предложения до выявления победителя, предложившего наиболее высокую цену за продаваемое имущество. Экспертная оценка рыночной стоимости продаваемого имущества учитывается при определении начальной цены продажи. Порядок, сроки и условия продажи имущества должника должны быть направлены на реализацию имущества должника по наиболее высокой цене и должны обеспечивать привлечение к торгам наибольшего числа потенциальных покупателей. 

В силу этого судебный акт о признании должника банкротом санкционирует обращение взыскания на все его имущество, в том числе и на долю в праве общей собственности, и это не позволяет применить положения статьи 255 ГК РФ, касающиеся отношений, возникающих до получения этой санкции. 

Как верно отметил суд первой инстанции, проведением публичных торгов достигается установленная Законом о банкротстве цель: возможно большее удовлетворение требований кредиторов должника-банкрота. Однако, законодательством также преследуется цель ухода от долевой собственности как нестабильного юридического образования и охраняется интерес сособственника на укрупнение собственности посредством предоставления последнему преимущественного права покупки доли (статья 250 ГК РФ). Каких-либо законных оснований для вывода о том, что при банкротстве должника его сособственник лишается преимущественного права покупки доли, не имеется. 

Таким образом, как обоснованно указано судом первой инстанции, при продаже имущества должника-банкрота сталкиваются противоположные и защищаемые законом имущественные интересы кредиторов и сособственников должника. 

В настоящее время Конституционным Судом РФ в постановлении № 23-П установлен следующий порядок реализации преимущественного права покупки при применении статьи 250 ГК РФ: «продажа на торгах доли в праве общей собственности на жилое помещение и земельный участок, на котором оно расположено, в рамках процедуры банкротства гражданина осуществляется с применением гарантий прав участников долевой собственности, предусмотренных абзацами вторым и третьим статьи 255 ГК РФ, что с учетом особенностей процедуры банкротства выражается в следующем. При продаже с публичных торгов доли в праве общей собственности, принадлежащей должнику, конкурсный управляющий направляет другим участникам долевой собственности предложение приобрести принадлежащую должнику долю с указанием ее стоимости, равной начальной цене на торгах. При наличии согласия конкурсный управляющий заключает договор купли-продажи с соответствующим участником (участниками) долевой собственности. При неполучении согласия в течение месячного срока доля в праве общей собственности, принадлежащая должнику, продается с торгов. При этом правило о преимущественном праве покупки участников долевой собственности не применяется в этом случае, а также при продаже с повторных торгов и продаже посредством публичного предложения».

При этом из текста самого постановления № 23-П следует, что оно касалось рассмотрения вопроса о преимущественном праве покупки в праве общей собственности на жилое помещение и земельный участок, что прямо следует из абзаца третьего пункта 5 и пункта 2 резолютивной части названного постановления. Более того, из содержания постановления № 23-П идет речь о правовой неопределенности нормативного регулирования пункта 1 статьи 250 ГК РФ при определении условий и порядка реализации участником общей долевой собственности преимущественного права покупки доли в праве собственности на жилое помещение и земельный участок, на котором оно расположено, в случае ее продажи с публичных торгов в рамках процедуры банкротства гражданина.

Однако, как обоснованно указал суд первой инстанции, специальное правовое регулирование реализации преимущественного права покупки предметом проверки Конституционного Суда РФ не являлось. В указанном постановлении лишь отмечается, что федеральный законодатель не лишен возможности установить соответствующее регулирование и для случаев продажи с публичных торгов доли в праве собственности на другое имущество, предусмотреть иные особенности осуществления сособственником имущества, заинтересованным в увеличении своей доли в праве собственности на это имущество, права покупки доли до проведения таких торгов, в том числе решить вопрос о наличии или отсутствии необходимости повторного предложения сособственникам приобрести долю в случае изменения ее цены, если торги не состоятся. 

Фактически, как верно отметил суд первой инстанции, перед судом поставлен правовой вопрос о возможности распространения механизма реализации преимущественного права покупки на торгах в рамках дел о банкротстве, изложенного в постановление № 23-П, в отношении долей в уставном капитале обществ. 

Рассмотрев его, суд первой инстанции верно счел, что не имеется оснований для применения такого подхода к порядку реализации долей в уставном капитале ООО в силу следующего.

В рассматриваемом деле, определением от 20.05.2022 утвержден порядок продажи в отношении спорной доли в уставном капитале ООО, которым установлен порядок реализации преимущественного права покупки, в частности, определено, что участники общества пользуются преимущественным правом покупки такой доли по цене, определенной на торгах. Положение размещено публично и неоднократно на сайте ЕФРСБ.

Согласно определению от 20.05.2022, начальная продажная цена установлена в размере 81 329 897,39 руб.

Имущество длительное время находилось на экспозиции (с июля 2022 года), учитывая, что первые и повторные торги признаны несостоявшимися, а победитель определен 31.05.2023 по итогам торгов посредством публичного предложения (8 этап), когда действовала цена 21 959 072,30 руб.

Постановление Конституционного Суда РФ от 16.05.2023 № 23-П вступает в силу со дня официального опубликования (пункт 4).

Данное постановление опубликовано: на официальном интернет-портале правовой информации http://pravo.gov.ru, 18.05.2023, в издании «Собрание законодательства РФ», 22.05.2023, № 21, ст. 3793, в издании «Российская газета», № 120, 02.06.2023

Таким образом, к моменту принятия постановления Конституционным судом РФ уже проведено несколько этапов торгов посредством публичного предложения.

ФИО4, как учредитель ООО «ЧелИнвест», воспользовался своим преимущественным правом на приобретение указанной доли по цене, определенной на торгах. То есть в порядке, установленном в положении о торгах.

Судом первой инстанции также правомерно отмечено, что в данном случае реальной рыночной ценой, по которой данное имущество отчуждено, является именно цена, предложенная победителем торгов, а не начальная цена (в том числе определенная на основании оценки), что соответствует правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 26.10.2023 № 308-ЭС22-17506(4,5). 

При этом реализация доли в уставном капитале ООО «ЧелИнвест» осуществлялась с учетом положений статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. 

Так, в силу пункта 4 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью участники общества пользуются преимущественным правом покупки доли или части доли участника общества по цене предложения третьему лицу или по отличной от цены предложения третьему лицу и заранее определенной уставом общества цене (далее - заранее определенная уставом цена) пропорционально размерам своих долей, если уставом общества не предусмотрен иной порядок осуществления преимущественного права покупки доли или части доли. 

Указанный порядок реализации преимущественного права покупки доли в уставном капитале закреплен в пунктах 6.4, 6.5 Устава ООО «ЧелИнвест» (прежнее наименование – ООО «Компьютер ЛТД», л.д. 104- 111 т. 2). 

Проведением публичных торгов достигается установленная Законом о банкротстве цель наибольшего удовлетворения требований кредиторов должника-банкрота. Однако законодательством также охраняется интерес иных участников хозяйственного общества на укрупнение своих корпоративных прав участия в корпорации посредством предоставления им преимущественного права покупки доли.

Законом не предусмотрено, что при банкротстве участника хозяйственного общества иные участники этого общества лишаются преимущественного права покупки принадлежащей первому доли. Следовательно, при продаже принадлежащей должнику-банкроту доли в уставном капитале общества сталкиваются противоположные защищаемые законом имущественные интересы победителя торгов и иных участников этого общества. При действующем правовом регулировании баланс этих интересов будет соблюден следующим образом: цена принадлежащей должнику-банкроту доли должна быть определена по результатам открытых торгов; после определения в отношении названной доли победителя торгов (в том числе иного лица, с которым в соответствии с Законом о банкротстве должен быть заключен договор купли-продажи) иным участникам хозяйственного общества должна предоставляться возможность воспользоваться преимущественным правом покупки этой доли по цене, предложенной победителем торгов, посредством направления предложения о заключении договора. В случае отказа таких участников от приобретения доли или отсутствия их волеизъявления в течение определенного срока после получения предложения о покупке доля в уставном капитале подлежит реализации победителю торгов. 

Такой подход отвечает существу преимущественного права покупки, заключающегося в наличии у определенного законом лица правовой возможности приобрести имущество на тех же условиях (в том числе по той цене), на которых это имущество готово приобрести третье лицо. До выявления победителя торгов такого третьего лица не имеется. После проведения публичных торгов арбитражный управляющий обязан предложить лицам, обладающим преимущественным правом, приобрести имущество должника по цене, сформированной на этих торгах. При этом, даже не будучи участниками торгов, такие лица вправе воспользоваться их результатом для реализации своего преимущественного права приобретения имущества должника.

Как верно посчитал суд первой инстанции, в данном случае реализация доли в уставном капитале ООО «ЧелИнвест» осуществлена с учетом как положений Закона о банкротстве, так и положений статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Учредитель приобрел данное имущество по рыночной стоимости, определенной на торгах. Навязывание в данном случае участнику общества условий по покупке доли в уставном капитале общества по начальной цене в размере 81 329 897 рублей 39 копеек нарушает принцип эквивалентности приобретенного имущества, и ставит учредителя в более худшее положение, чем победителя торгов, который приобрел бы такое имущество по рыночной цене в размере 25 500 000 рублей. Указанный подход, обозначенный заявителем, как верно указал суд первой инстанции, не соответствует пункту 4 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. 

ФИО2 как участник торгов был ознакомлен со всеми условиями Положения и был осведомлен о возможности реализации преимущественного права покупки доли в уставном капитале общества со стороны ФИО4 по итогам торгов, однако, несмотря на это, продолжил участвовать в торгах, тем самым приняв на себя указанные риски (статьи 1, 2, 9 ГК РФ).

Соответственно, в данном случае судом первой инстанции верно установлено наличие специального правового регулирования по порядку реализации доли в уставном капитале обществ. 

Положения пункта 4 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью не являлись предметом проверки Конституционного Суда РФ, какие-либо выводы о толковании и применении данной нормы постановление № 23-П не содержит. В данном случае применяется принцип Lex specialis derogat legi generali (специальный закон вытесняет общий закон). Так, пункт 4 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью является специальным по отношению к пункту 1 статьи 250 ГК РФ, ввиду чего подлежат применению нормы специального закона в полом объеме без учета каких-либо особенностей применения статьи 250 ГК РФ, установленных в постановлении № 23-П. 

Соответственно, доводы, как заявителя, так и ФИО12 в указанной части, правомерно отклонены судом первой инстанции. 

Обоснованно отклонены и доводы о необходимости приостановления ФИО8 в данном случае торгов и внесении изменений в утвержденное Положение о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника, т.к. основания для приведения такого положения в соответствии с постановлением № 23-П в данном случае отсутствуют. 

Иных существенных нарушений со стороны ФИО4 как покупателя по договору купли-продажи, которые бы могли повлечь признание торгов и заключенного договора недействительными сделками на основании пункта 1 статьи 449 ГК РФ, судом не установлено. 

Как верно отметил суд первой инстанции, ФИО4 реализовал свой абсолютно правомерный интерес в приобретении доли в уставном капитале общества, одним из учредителей которого он является, что заключается в защите участников общества от рисков, которые могут быть связаны с появлением в их составе новых лиц, а также для минимизации рисков участников общества, связанных с размыванием принадлежащего каждому из них размера доли в уставном капитале общества.

Доводы ФИО4, а также кредиторов о злоупотреблении правом по оспариванию торгов со стороны ФИО2 отклонены судом первой инстанции ввиду того, что в данном случае возник правовой вопрос об универсальном характере правовой позиции, изложенной в постановлении № 23-П, что не может вменяться в качестве недобросовестного поведения победителю торгов. Также суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения по аналогичным основаниям правила эстоппель. 

Доводы ответчика о заинтересованности ФИО2 по отношению к ФИО12 через ее представителя ФИО11 в данном случае правового значения не имеют, т.к. даже если таковая заинтересованность имеется, Законом о банкротстве отсутствуетзапрет на участие в банкротных торгах заинтересованных лиц. 

Наличие корпоративного конфликта между ФИО12 и ФИО4 также не является препятствием для участия в торгах любых лиц, выразивших такую волю, за исключением случаев явного злоупотребления своими правами, которые в данном случае судом не установлены. 

Суд первой инстанции обоснованно счел необходимым отметить, что в данном случае финансовый управляющий действовал в ситуации правовой неопределенности, поскольку, во-первых, положение о торгах утверждено судом и исполнялось финансовым управляющим должника еще до вынесения постановления № 23-П, в свою очередь, победитель торгов определен уже после появления данного регулирования, во-вторых, вопрос о пределах распространения подхода, изложенного в указанном постановлении, по настоящее время находится в стадии формирования судами с учетом специального правового регулирования отдельных объектов гражданских прав. 

Учитывая совокупность изложенных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований ФИО2 в полном объеме.

Доводы жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции.

Так, доводы о том, что заключение договора купли-продажи с заявителем не будет противоречить Закону об обществах с ограниченной ответственностью, поскольку в законе отсутствует регулирование использования механизма преимущественного права при проведении публичных торгов, подлежат отклонению, поскольку основаны на неверном толковании норм действующего законодательства. Вопреки утверждению апеллянта, положения статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью регулируют вопрос ценообразования с последующим отчуждением доли при использовании преимущественного права. Выше указано, что статья 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью является специальной по отношению к общей (статья 250 ГК РФ). Доводы о том, что положения статей 21, 23 Закона предусматривают механизм реализации преимущественного права, не отягощенный проведением публичных торгов, когда права иных участников не реализуются во вред публичным интересам и правам неограниченного круга третьих лиц – участников торгов, основаны на неверном толковании норм материального права. 

Вопреки утверждению апеллянта, занятый судом первой инстанции подход не противоречит установленному Конституционным Судом РФ публичному порядку и не нарушает права заявителя. Второй участник общества и/иди само общество не имеют необоснованного преимущества, как перед заявителем, так и перед неограниченным числом иных, учитывая, что возможность реализации преимущественного права покупки аффилированными лицами была предусмотрена как Законом об обществах с ограниченной ответственностью, так и уставом общества, а также положением о торгах, утвержденным судом, размещенным публично. Напротив, позиция апеллянта о необходимости заключения договора участником общества по цене начальной продажной первых торгов (81 млн. руб.) не направлена на защиту его какого-либо нарушенного права.

Доводы о том, что у второго участника (и/или общества) нет преимущественного права заключения договора перед заявителем, а финансовый управляющий обязан заключить договор с заявителем безотносительно действий второго участника и/или общества, не соотносятся с положениями Закона об обществах с ограниченной ответственностью, устава общества и противоречат фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора.

Доводы о том, что вывод суда первой инстанции о невозможности распространения положений постановления Конституционного суда РФ на корпоративные отношения не обоснован, подлежат отклонению по вышеизложенным мотивам. Приведенная апеллянтом судебная практика не свидетельствует об ошибочности позиции суда первой инстанции, занятой по спорному вопросу, учитывая, что в каждом деле суд исходит из конкретных обстоятельств его. 

Вопреки утверждению апеллянта, реализация преимущественного права в порядке, указанном в положении о торгах, не вступает в противоречие и не нарушает положения ГК РФ, в связи с чем, оснований для признания недействительными отдельных положений порядка о торгах и их не применения не имеется. Полагать, что условия утвержденного судом порядка в части реализации преимущественного права покупки перестали соответствовать требованиям Закона, оснований не имеется. То обстоятельство, что заявитель не участвовал в рассмотрении спора по вопросу утверждении порядка продажи, никаким образом не мог повлиять на его составление, правового значения не имеет, учитывая, что Закон о банкротстве не предусматривает права участия в определении порядка продажи лицам, которые возможно примут участие в торгах.

Следовательно, определение отмене, а жалоба удовлетворению – не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в силу статьи 110 АПК РФ относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.11.2023 по делу № А76-32541/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                            Л.В. Забутырина 

 

Судьи                                                                            И.В. Калина

 

                                                                                           С.В. Матвеева