ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

22.08.2019

                   Дело № А40-24191/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2019 года  

Полный текст постановления изготовлен 22 августа 2019 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: С.А. Закутской, Н.Н. Тарасова, 

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СУ-155 КАПИТАЛ» - ФИО1, по доверенности от 31.08.2018, срок 3 года,

рассмотрев 15.08.2019 в судебном заседании кассационную жалобу 

общества с ограниченной ответственностью «СУ-155 КАПИТАЛ» 

на определение от 22.02.2019

Арбитражного суда города Москвы,

вынесенное судьей Омельченко А.Г.,

на постановление от 10.06.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда, 

принятое судьями Назаровой С.А., Вигдорчиком Д.Г., Комаровым А.А.,

в части отказа во включении в реестр требований кредиторов должника требования общества с ограниченной ответственностью «СУ-155 КАПИТАЛ» в размере 15 164 268 руб. 10 коп., основанного на договоре займа № СУ/БЛ-2510 от 25.10.2011,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Монтажное управление № 3»,

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2017 должник – ООО «Монтажное управление №3» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019, отказано в удовлетворении заявления ООО «СУ – 155 КАПИТАЛ» о включении в реестр требований кредиторов должника ООО «МУ – 3» суммы задолженности в размере 21 173 167, 29 руб.  

Не согласившись с принятыми судебными актами в части, конкурсный управляющий ООО «СУ – 155 КАПИТАЛ» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019 в части требований ООО «СУ – 155 КАПИТАЛ», основанных на договоре займа №СУ/БЛ-2510 от 25.10.2011 в сумме 15 164 268, 10 рублей и принять новый судебный акт, которым включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ООО «СУ – 155 КАПИТАЛ» в сумме 15 164 268, 10 руб. ( основной долг), в том числе займ  на сумму 11 366 000 руб. и начисленные проценты в сумме 3 798 268, 10 руб.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам в обжалуемой части судебных актов.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО «СУ – 155 КАПИТАЛ» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившегося в судебное заседание представителя, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам в обжалуемой части суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что заявленные требования основаны на заключенном 30.09.2015 между ФИО3, ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» и ООО «МУ-3» договоре о переводе долга №523/ОВР, согласно которому ООО «МУ-3» принимает на себя исполнение обязательства ФИО3 по погашению долга в размере 15 164 268, 10 руб. перед ООО «СУ-155 КАПИТАЛ», возникшего на основании Договора займа №СУ/БЛ2510 от 25.10.2011.

Судами установлено, что в материалы дела заявителем требования представлен договор займа №СУ/БЛ2510 от 25.10.2011, согласно которому ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» (Заимодавец) обязуется передать ФИО3 (Заемщик) займ на сумму 11 366 000 руб., а также представлена выписка по счету в ПАО «Ханты-Мансийский банк Открытие», в подтверждение перечисления заемных денежных средств.

При этом суды, отказывая в удовлетворении требования кредитора в указанной части, отметили, что кроме объективных обстоятельств, входящих в круг доказывания при рассмотрении настоящего обособленного спора по требованию ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» о включении в реестр требований кредиторов должника по договорам займа, также следует учесть исключительную и не типичную для участников подобного гражданского оборота природу аффилированности (заинтересованности) данного кредитора к Должнику.

Так, судами установлено, что согласно выпискам из ЕГРЮЛ учредителем ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» с размером доли 100% является АО «СУ №155», в свою очередь одним из учредителей АО «СУ №155» является ФИО3, а учредителем ООО «МУ-3» с размером доли 99,9% является ФИО4.

Судами установлено, что на дату  заключения договора займа ФИО3 одновременно являлся учредителем АО «СУ №155», которое в свою очередь является учредителем (100% доли) заявителя требования ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» и ФИО4 учредителем ООО «МУ-3» (99,9% доли).

С учетом установленных обстоятельств и оценки совокупности представленных доказательств, суды пришли к выводу, что договор займа СУ/БЛ-2510 от 25.10.2011, заключенный между ФИО3, ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» и договор о переводе долга №523/ОВР от 30.09.2015, являются притворными сделками, поскольку выдача заемных денежных средств и существование данных заемных обязательств, а также последующий перевод долга был бы невозможен, если бы ФИО3 не участвовал в капитале аффилированных лиц ООО «СУ-155 КАПИТАЛ» и АО «СУ №155» и не являлся супругом ФИО4 (учредителя ООО «МУ-3»), а также суды указали, что сделки совершены в отсутствие экономического смысла и разумности для  ООО «МУ-3».

Суды отметили,   что подобное поведение участников юридического лица не может быть квалифицировано как действия лиц в условиях обычного гражданского оборота.

Кроме того, суды исходили из того, что в обоснование требования заявителем представлены только акт сверки взаимных расчетов и копии договоров о переводе долга и  займа, иных доказательств, достоверно подтверждающих наличие и обоснование  задолженности в материалы настоящего обособленного спора в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено кредитором, тогда как установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в пункте 26 даны разъяснения, согласно которым в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.07.2017 по делу N 308-ЭС17-1556(1), при предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

В соответствии с разъяснениями, данными Верховным Судом Российской Федерации в пункте 18 Обзора судебной практики N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.17, не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника требование участника должника, основанное на притворной сделке, прикрывающей обязательства, вытекающие из факта участия заявителя в хозяйственном обществе, признанном банкротом.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено законодательством о юридических лицах (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы кредитор не участвовал в капитале должника).

Верховный Суд Российской Федерации в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556 (1, 2), от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734 (4, 5), от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994 (1, 2), от 28.05.2018 N 301-ЭС17-22652 (3), от 23.07.2018 N 310-ЭС 17-20671, от 23.07.2018 N 310-ЭС 18-3009 последовательно  сформировал подход, в соответствии с которым, при оценке допустимости включения основанных на договорах займа (кредита) требований участников (прямая и фактическая аффилированность), следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем-кредитором, поручителем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

Таким образом, при оценке допустимости включения основанных на договорах, предусматривающих взаимные обязательства сторон, требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между сторонами договора, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. При этом каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов  в обжалуемой части основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

В условиях банкротства должника и высокой вероятности нехватки его имущества для погашения требований всех кредиторов между последними объективно возникает конкуренция по поводу распределения конкурсной массы, выражающаяся, помимо прочего, в доказывании обоснованности своих требований. Во избежание злоупотреблений в этой части законодательством установлено, что по общему правилу требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом процессуальном порядке проверяется их обоснованность, состав и размер (пункт 6 статьи 16, статьи 71, 100 Закона о банкротстве). При этом установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления N 35).

Это правило реализуется посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требований кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке (пункты 2 - 5 статьи 71, пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве). Кроме того, в силу разъяснений, данных в пункте 26 постановления N 35, суд не освобождается от проверки обоснованности и размера требований кредиторов и в отсутствие разногласий между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. 

В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

Если требования кредитора включаются в реестр на основании судебного акта, принятого вне рамок дела о банкротстве (пункт 6 статьи 16 Закона о банкротстве), принцип достаточности доказательств и соответствующие повышенные стандарты доказывания реализуются судом более углубленной и проверкой по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

В данном случае суд округа соглашается с выводами нижестоящих судов в обжалуемой части, поскольку к своим обоснованным выводам суды пришли как раз исходя из оценки совокупности представленных кредитором доказательств. 

            С учетом вышеизложенного, суд кассационной инстанции приходит к выводу, что указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятых по делу судебных актов, указанные доводы подлежат отклонению, поскольку они основаны на неверном толковании норм права, и направлены на переоценку доказательств, с учетом установленных судами конкретных  фактических обстоятельств дела.  Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019 по  делу №А40-24191/15 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: С.А. Закутская  

                                                                  Н.Н. Тарасов