﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-49933/2019

Дело № А72-15527/2017

г. Казань

27 августа 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена – 22.08.2019.

Полный текст постановления изготовлен – 27.08.2019.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Муравьева С.Ю.,

судей Карповой В.А., Хайруллиной Ф.В.,

при участии представителей:

Управления Федеральной налоговой службы по Республики Татарстан – Валиева Д.Р., доверенность,

в отсутствие:

иных лиц, участвующих в деле – извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу закрытого акционерного общества «АРКОР», г. Москва,

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.02.2019 (судья Корастелёв В.А.) и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2019 (председательствующий судья Колодина Т.И., судьи Радушева О.Н., Селиверстова Н.А.) 

по делу № А72-15527/2017

по заявлению закрытого акционерного общества «АРКОР» о включении требований в реестр требований кредиторов должника, предъявленного в рамках дела № А72-15527-5/2017 о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Строммаш» (ОГРН 1027301566698, ИНН 7328008451),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.11.2017 принято заявление Федеральной налоговой службы (далее – налоговая служба), возбуждено производство по делу несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Строммаш» (далее – ЗАО «Строммаш»). 

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 07.05.2018 требование налоговой службы признано обоснованным, в отношении ЗАО «Строммаш» введена процедура наблюдение, временным управляющим должника утвержден Лукьянов Александр Владимирович. 

С учетом принятого судом уточнения, закрытое акционерное общество «АРКОР» (далее – ЗАО «АРКОР») обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о включении требования в размере 74 782 022 руб. 34 коп. в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника. 

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.02.2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2019, в удовлетворении требования ЗАО «АРКОР» отказано. 

ЗАО «АРКОР», обжалуя принятые судебные акты, в кассационной жалобе просит их отменить, направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на нарушение судом норм материального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В отзыве налоговая служба просит в кассационной жалобе отказать, полагая ее доводы необоснованными, направленными на переоценку установленных судами обстоятельств.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель налоговой службы возражения на жалобу поддержал.

Арбитражный суд Поволжского округа, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность принятых судебных актов, считает их подлежащими оставлению без изменения по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Судами установлено, что ЗАО «АРКОР» заявленные требования (с учетом уточнения) основывает на договорах поставки от 01.02.2007 № 102/02-07, поставки от 09.01.2007 № 2/01-07 с учетом соглашения о новации от 08.07.2014 в договор займа от 08.07.2014 № 1, поставки от 09.01.2007 № 2/01-07 с учетом соглашения о новации от 31.12.2015 в договор займа от 31.12.2015 № 53/12-15, поставки от 09.01.2007 № 2/01-07 с учетом соглашения о новации от 30.06.2016 в договор займа от 30.06.2016 № 24/06-16, соглашение об уступке права требования от 17.04.2015. 

Суды двух инстанций, отказывая во включении заявителя в реестр требований кредиторов должника, исходили из взаимозависимости кредитора и должника, а также из отсутствия достаточных доказательств и оснований для удовлетворения требования заявителя поскольку не доказана экономическая целесообразность заключения договоров поставки. 

Кроме того, принят во внимание длительный период неистребования долга по договорам поставки, а также отсутствие доказательств наличия у должника обязательств, явившихся предметом уступки. 

Выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам, закону не противоречат.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Действующее законодательство не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

На лицо, заявившее требование о включении в реестр требований кредиторов должника, может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения. 

По договору поставки от 09.01.2017, по которому должник выступал поставщиком, заявителем (покупателем) в пользу должника были перечислены авансы, однако товар должником не поставлен, в связи с чем. По утверждению заявителя, у должника образовался долг в размере 61 793 463 руб. 64 коп., 19 811 042 руб. 08 коп. и 25 609 843 руб. 

Согласно соглашениям о новации часть указанной задолженности была новирована в заемные обязательства: из 61 793 463 руб. 64 коп. в заем новирована сумма в размере 50 000 000 руб., из 19 811 042 руб. 08 коп. - сумма в размере 13 800 000 руб. и из 25 609 843 руб. - сумма в размере 12 400 000 руб., о чем заключены договоры займа. 

При этом заем на сумму 50 000 000 руб. выдан под 9% годовых сроком на 80 дней (договор займа от 08.07.2014 № 1), заем на сумму 13 800 000 руб. сроком на три года без уплаты процентов за пользование займом (договор займа от 31.12.2015 № 53/12-15) и заем на сумму 12 400 000 руб. сроком на 2,5 года без уплаты процентов за пользование займом (договор займа от 30.06.2016 № 24/06-16). Займы по договорам от 31.12.2015 и от 30.06.2016 не возращены в полном объеме. Относительно займа в размере 50 000 000 руб. по договору от 08.07.2014 сторонами заключено соглашение о прощении долга от 30.09.2014, согласно которому прощен долг в размере 34 300 000 руб., срок возврата оставшейся суммы долга, то есть 15 700 000 руб. продлен до 31.12.2014. 

Дополнительным соглашением от 30.12.2014 к договору займа от 08.07.2014 № 1 срок возврата займа продлен до 31.12.2015, данным соглашением стороны установили, что проценты за пользование займом за период с 01.01.2015 по 31.12.2015 не подлежат начислению. 

В данном соглашении отражено, что сумма долга составляет 13 200 000 руб. 

При этом в материалы дела не представлены доказательства частичного погашения займа, учитывая, что на момент прощения долга остаток долга составлял 15 700 000 руб. 

В дальнейшем сторонами заключено соглашение о прощении долга от 31.12.2015, согласно которого из суммы долга в размере 13 200 000 руб. займодавец прощает долг в размере 8 500 000 руб. и сторонами согласовывается новый срок возврата оставшейся части займа - 31.12.2016. 

Дополнительным соглашением от 26.12.2016 к договору займа от 08.07.2014 № 1 стороны вновь продлевают срок возврата займа – до 31.12.2017. 

Дополнительным соглашением от 31.12.2016 к договору займа от 08.07.2014 № 1 стороны устанавливают, что за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 проценты за пользование займом начислению не подлежат. 

Давая оценку фактическим обстоятельствам дела, суды пришли к выводу о том, что названные сделки были заключены и в последующем исполнялись на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

Суды приняли во внимание отсутствие для заявителя экономической целесообразности выдачи займов в столь значительных размерах, поскольку основной целью юридического лица является получение прибыли, тогда как займы в значительном размере выданы на длительные сроки, два займа выданы изначально как беспроцентные , один заем выдан под 9% годовых с последующим прощением долга без обоснования экономических мотивов и причин такого прощения с отменой условия о начислении процентов за пользование займом. 

Таким образом, займодавец в течение всего действия договоров займа не получает какой-либо прибыли и на длительное время лишается, по сути, оборотных средств, которые могли бы быть использованы в хозяйственной деятельности общества. 

Судами учтено, что заявителем не истребован долг в судебном порядке, а в дальнейшем прощен долг должнику, продлевались сроки возврата займа, отменяя условие о начислении процентов. 

Совокупность перечисленных действий кредитора привела суды к правильному выводу о том, что в обоснование заявленного требования в материалы дела не представлены доказательства целесообразности получения должником заемных средств, экономическое обоснование нуждаемости должника в заемных средствах, доказательства, свидетельствующие о совершении должником операций с заемными денежными средствами и их расходовании, подтверждающие наличие у должника долга в указанном в соглашении об уступке размере перед ООО «ОМЗ-ЛП».

Заявителем также заявлено требование, основанное на договоре поставки от 01.02.2007 № 102/02-07, согласно которого заявитель выступал поставщиком, а должник - покупателем, и товарных накладных. 

Отказывая в указанной части требований, суды исходили из отсутствия надлежащих доказательств наличия у заявителя товаров, отраженных в товарных накладных, нет документов, подтверждающих способ поставки, нет доказательств оприходования товаров должником и использования должником данных товаров в своей производственной деятельности, отсутствуют также документы складского учета заявителя, свидетельствующие об отпуске товара со склада заявителя и прочая первичная документация.

Кроме того, в отсутствие разумного обоснования заявитель не предпринимал меры по истребованию задолженности за ранее поставленный товар, продолжал поставлять новые партии товара, создавал еще большую кредиторскую задолженность, тем самым наращивая ее. 

С учетом установленных обстоятельств ЗАО «Аркор», ЗАО «Строммаш» и ЗАО «Арматурная корпорация» состоят во внутригрупповых отношениях и установлена заинтересованность и аффилированность между собой указанных лиц, как из корпоративных связей обществ.

В соответствии с позицией, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(1) и № 308-ЭС17-1556(2) при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

Участник общества объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам, закону не противоречат. Кассатором не опровергнуты.

Фактически доводы кассационной жалобы указывают на иную оценку судом кассационной инстанции установленных обстоятельств и имеющихся в деле доказательств.

Однако в силу положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции таких полномочий не предоставлено.

Иных доводов, являющихся в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемых судебных актов, в кассационной жалобе не приведено. 

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.02.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2019 по делу № А72-15527/2017 оставить без изменения. Кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, предусмотренные статьями 291.1, 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья				С.Ю. Муравьев

Судьи								В.А. Карпова

									Ф.В. Хайруллина