ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-27733/2019

г. Самара

29 декабря 2021 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Львова Я.А., Поповой Г.О.,

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 23 декабря 2021 года в помещении суда, в зале № 2, 

апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 ноября 2021 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО2, о признании недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки (вх.32052) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

без участия лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом.

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.09.2019  возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.12.2019  (дата оглашения резолютивной части определения 12 декабря 2019г.) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура банкротства – наблюдение.

Временным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) утвержден ФИО3, ИНН 

<

***>, номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих 17733, почтовый адрес: 105005, г.Москва, а/я 29, член Ассоциация «Национальная организация арбитражных управляющих» (101000, г.Москва, а/я 820), с вознаграждением за каждый месяц осуществления им своих полномочий в размере фиксированной суммы 30 000 рублей.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.06.2020 (резолютивная часть) общество с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев до 04.12.2020г.

Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), утвержден ФИО2, ИНН 

<

***>, почтовый адрес: 420073, г.Казань, а/я 16, член саморегулируемой организации – Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа»».

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи от 06.09.2018г., заключенного между ФИО4, г.Казань, и обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), и применении последствий недействительности сделки (вх.32052).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан заявление принято к производству суда, на основании ст. 46 АПК РФ к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО4. На основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: бывший руководитель ФИО5; УГИБДД МВД по Республике Татарстан.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан на основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Каздорсервис».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан на основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «Таткоммунпромкомплект».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.11.2021   отказано в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания.

Отказано в удовлетворении заявления.

Распределены судебные расходы.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 23.12.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 06.09.2018, в соответствии с условиями которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить автомобиль: 483711-6 КАМАЗ 53605-32, год выпуска – 2016 г.; модель, двигатель – № 820620 G2802457, VIN – 

<

***> (т. 1, л.д. 8).

Стоимость автомобиля определена сторонами в 585 000 руб. (п. 2 договора).

Факт передачи вышеуказанного транспортного средства подтвержден актом о приеме-передаче от 06.09.2018 (т. 1, л.д. 9-10).

Исходя из сведений УГИБДД МВД по РТ, с 14.10.2018 по 14.03.2020 спорный автомобиль (госномер 

<

***>) был зарегистрирован за ответчиком ФИО4, с 14.03.2020 по настоящее время зарегистрирован за ООО «Каздорсервис» (т. 1, л.д. 48-49).     

Как указано заявителем, в обоснование доводов о недействительности сделок и применении последствий их недействительности приведены нормы п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Исходя из позиции заявителя, оспариваемая сделка заключена при наличии обязательств перед иными кредиторами, в отсутствие какого – либо экономического обоснования, привела к отчуждению ликвидного имущества должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно абзацу 5 пункта 3 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) конкурсный управляющий имеет право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В силу п. 1 ст. 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Дело о банкротстве должника возбуждено 25.09.2019, оспариваемый договор заключен 06.09.2018, следовательно, может быть оспорен по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Как указано в п. 5 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63) пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Исходя из п. 5 Постановления Пленума № 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указано в п. 6 Постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно указанным нормам, недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Пунктом 7 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Сведений о том, что ответчик ФИО4 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, не представлено.

Исходя из материалов дела, 27.07.2016 между ФИО4 (займодавец) и ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (заемщик) заключен договор займа № 27_07, в соответствии с условиями которого займодавец передает в собственность заемщику беспроцентный займ в сумме 585 000 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа (т. 1, л.д. 66).

Согласно п. 2.2 договора, договор займа заключен сроком на 3 года.   

В подтверждение факта передачи 585 000 руб. заемщику по договору займа представлена квитанция к приходному кассовому ордеру № 84 от 27.07.2016 (т. 1, л.д. 67). 

Как предусмотрено ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Исходя из положений ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Исходя из отзыва ответчика, представленный в суд первой инстанции, денежные средства в размере предоставленного ООО «НГМУ» займа были накоплены ими в течение нескольких лет в результате получения доходов от заработной платы, а также от реализации автомашины.

Так, согласно договору купли – продажи транспортного средства от 03.12.2015, ФИО4 продан ФИО6 автомобиль «Тойота Камри», 2008 г.в., за 615 000 руб. (т. 1, л.д. 65). 

Кроме того, согласно поступившим по запросу суда сведениям из УФНС России по РТ, доход ФИО4 в 2015 году составил 507 924,7 руб. (581 759,70 руб. дохода – 73 835 руб. удержанная сумма налога = 507 924,7 руб.) (т. 1, л.д. 42); за 7 мес. 2016 года получен доход в сумме 285 930,27 руб. (т. 1, л.д. 43).

Таким образом, за период 2015 – 7 мес. 2016 г.г. доход ФИО4 составил 793 854,97 руб. (507 924,7 руб. + 285 930,27 руб. = 793 854,97 руб.).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии у ответчика ФИО4, финансовой возможности выдать ООО «НГМУ» займ в сумме 585 000 руб. по договору от 27.07.2016.

Сведений о том, что ООО «НГМУ» возвратило сумму займа в адрес ФИО4, не представлено. 

06.09.2018 между ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (сторона-1) и  ФИО4 (сторона-2) заключено соглашение о зачете встречных однородных требований, по условиям которого стороны на основании ст. 410 ГК РФ договорились зачесть взаимные обязательства друг перед другом путем проведения зачета встречных однородных требований наследующих условиях: сторона-1 имеет задолженность перед стороной-2 в размере 585 000 руб., возникшую из обязательства по беспроцентному займу по договору № 27_07 от 27.07.2016, оплаченного по приходному кассовому ордеру № 84 от 27.07.2016; сторона-2 имеет задолженность перед стороной-1 в размере 585 000 руб., возникшую из обязательства по договору купли-продажи транспортного средства от 06.09.2018 (т. 1, л.д. 69).

Сторонами проведен зачет встречных однородных требований на сумму 585 000 руб.

В силу ст. 410 ГК РФ, обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Также, 06.09.2018 между ООО «Нефтегазовое монтажное управление» (заемщик) и ФИО4 (займодавец) заключено соглашение о расторжении  договора займа № 27_07 от 27.07.2016 (т. 1, л.д. 70), по условиям которого договор займа прекратил свое действие в связи с заключением между сторонами соглашения о зачете встречных однородных требований.

Таким образом, ответчиком автомобиль 483711-6 КАМАЗ 53605-32, год выпуска – 2016 г.; модель, двигатель – № 820620 G2802457, VIN – 

<

***>, получен по оспариваемому договору, а оплачен путем предоставления займа в сумме 585 000 руб. по договору займа № 27_07 от 27.07.2016.

При этом, согласно отчету № 130-18/Р от 27.08.2018, выполненного ИП ФИО7 по заказу ОООО «НГМУ» (т. 1, л.д. 87-108), рыночная стоимость автомобиля 483711-6 КАМАЗ 53605-32, год выпуска – 2016 г.; модель, двигатель – № 820620 G2802457, VIN – 

<

***>, по состоянию на 27.08.2018 составляет 585 000 руб.

Как следует из акта технического состояния транспортного средства от 26.08.2018, подписанного директором ООО «НГМУ», автомобиль 483711-6 КАМАЗ 53605-32, год выпуска – 2016 г.; модель, двигатель – № 820620 G2802457, VIN – 

<

***>, разукомплектовано, не на ходу, в не рабочем состоянии, требуется ремонт и восстановление недостающих агрегатов (т. 1, л.д. 103).

Исходя из ремонтной калькуляции на спорное транспортное средство, стоимость запасных частей и ремонта составляет 1 890 176 руб. (т. 1, л.д. 106).          

Согласно доводам ответчика, после приобретения спорного транспортного средства им осуществлен его ремонт, после чего автомобиль реализован ООО «Каздорсервис». 

В соответствии с заказ – нарядом № 23667 от 21.09.2018, ООО «ПТК Трансспецсервис» по заказу ФИО4 выполнены работы по автомобилю 483711-6 КАМАЗ 53605-32, год выпуска – 2016 г.; модель, двигатель – № 820620 G2802457, VIN – 

<

***>, госномер 

<

***> на сумму 126 090 руб., установлены запчасти на сумму 765 700,57 руб., общая стоимость ремонта составила 891 790,57 руб. (т. 2, л.д. 43), о чем также составлен акт (т. 2, л.д. 44).   

06.03.2020 между ООО «Каздорсервис» (покупатель) и ФИО4 (продавец) заключен договор купли-продажи транспортного средства (автомобиля), в соответствии с условиями которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить автомобиль: 483711-6 КАМАЗ 53605-32, год выпуска – 2016 г.; модель, двигатель – N 820620 G2802457, VIN – 

<

***>, гос. рег. знак 

<

***> (т. 1, л.д. 71-72).

Стоимость автомобиля определена сторонами в 2 250 000 руб. (п. 4.1 договора).

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о реальности правоотношений, сложившихся между должником ООО «НГМУ» и ответчиком ФИО4 по оспариваемому договору.

Так, факт предоставления ФИО4 займа в сумме 585 000 руб. подтвержден материалами дела, данный займ ООО «НГМУ» не возвращался. Задолженность по договору займа зачтена сторонами в счет оплаты спорного автомобиля, находившего в неудовлетворительном техническом состоянии. Впоследствии ответчик осуществил ремонт спорного автомобиля и реализовал его третьему лицу, проведение ремонта обусловило цену реализации (2 250 000 руб.), превышающую цену приобретения (585 000 руб.) автомобиля у должника.

Факт приобретения ООО «НГМУ» спорного автомобиля на основании договора лизинга с АО «Таткоммунпромкомплект» № ЛД09486 от 24.11.2016 (т. 1, л.д. 141-148) и оплаты лизинговых платежей (т. 2, л.д. 2-8), на что ссылается конкурсный управляющий, не опровергает факта нахождения автомобиля в неудовлетворительном техническом состоянии.

Кроме того, согласно договора купли – продажи № 30/16/191 от 01.12.2016, ООО «НГМУ» продало данный автомобиль АО «Таткоммунпромкомплект» (т. 1, л.д. 149-154).          

Сведений о нерыночном характере установленной в договоре цены приобретения имущества, не представлено. Указанные обстоятельства конкурсным управляющим либо иными лицами не опровергнуты, каких – либо возражений либо доказательств не представлено.   

Конкурсным управляющим в обоснование своих доводов каких – либо ходатайств (о фальсификации, о назначении экспертизы и т.д.) не заявлено, иных действий, направленных на обоснование своей позиции, не совершено.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют какие – либо доказательства завышения размера цены имущества на момент заключения сделки.

Поскольку должник получил от ответчика в займ 585 000 руб., соответственно, имелось встречное исполнение по сделке. Соответственно, сделка не повлекла уменьшения имущества должника, в связи с чем суд не может прийти к выводу, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Сведений о том, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов также не представлено.

С учетом изложенного, доводы конкурсного управляющего в указанной части правомерно отклонены судом первой инстанции. 

Оспариваемый договор заключен 06.09.2018, сведений о наличии у должника на указанную дату признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества, не представлено.

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В рассматриваемом случае сведений о наличии совокупности вышеизложенных обстоятельств суду не представлено.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что оснований для признания оспариваемого договора  недействительным по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, не имеется.  

Оспариваемая сделка также подвергнута анализу на предмет квалификации по статьям 10, 168 ГК РФ (сделка, сопряженная со злоупотреблением).

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" .

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Для применения же статей 10 и 168 ГК РФ, в условиях конкуренции норм о действительности сделки, необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции специальных норм статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом (Определение Верховного Суда РФ от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886 по делу № А41-20524/2016).

Выход сделки за пределы признаков оспоримости в данном случае не усматривается, как установлено выше, она подпадает под квалификацию подозрительности по п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, оснований для признания оспариваемого договора недействительным по основаниям п. 2 ст. 61 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно не усмотрел, в связи с чем в удовлетворении заявления правомерно отказано.

Всем доводам заявителя, изложенным в апелляционной жалобе, дана исчерпывающая оценка в обжалуемом определении. Оснований для отмены судебного акта по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции не установлено.

В подтверждение факта передачи 585 000 руб. заемщику по договору займа представлена квитанция к приходному кассовому ордеру № 84 от 27.07.2016 (т. 1, л.д. 67),  подписанная главным бухгалтером и кассиром, в связи с чем представлены доказательства реальности внесения денежных средств.

Финансовая возможность ответчика ФИО4 выдать ООО «НГМУ» займ в сумме 585 000 руб. по договору от 27.07.2016 установлена, доводами апелляционной жалобы не опровергается.

Какие-либо доводы и доказательства аффилированности между ответчиком и должником, заявителем жалобы не представлены. 

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд доводы заявителя жалобы отклоняет и считает, что обжалуемое определение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, содержащиеся в нем выводы, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 ноября 2021 года по делу А65-27733/2019 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000,00 руб. следует отнести на заявителя и взыскать в доход федерального бюджета, поскольку при подаче заявления ему была предоставлена отсрочка в ее уплате.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 ноября 2021 года по делу А65-27733/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000,00 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 Я.А. Львов

                                                                                                                Г.О. Попова