АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-817/24 

Екатеринбург

26 марта 2024 г.

 

Дело № А47-5249/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кочетовой О. Г.,

судей Новиковой О. Н., Павловой Е. А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Московкиным М.Ю. рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 (далее – должник, заявитель кассационной жалобы) на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 16.10.2023 по делу № А47-5249/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель акционерного общества «Коммерческий банк «Оренбург» (далее – Банк «Оренбург») –  ФИО2 (паспорт, доверенность от 12.01.2023 № 56 АА 2943504).

Судом округа удовлетворено ходатайство представителя акционерного коммерческого Банка «Форштадт» (далее – Банк «Форштадт») об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции, вместе с тем при подключении судом округа к сформированному в системе "Мой Арбитр" онлайн-заседанию с необходимым ожиданием установлено, что явка  представителя Банка на онлайн заседание не состоялась (не обеспечено подключение).

Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, представителю со стороны суда округа предоставлена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся в сфере их контроля, суд округа не усмотрел оснований для отложения судебного заседания в соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

 

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 06.06.2022 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден арбитражный управляющий ФИО3 (далее – управляющий).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.10.2023 процедура реализации имущества ФИО1 завершена, в применении правила об освобождении должника от дальнейшего исполнения от обязательств перед кредиторами – Банком «Оренбург» и акционерным коммерческим Банком «Форштадт» (далее – Банк «Форштадт») отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2023 определение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт об освобождении должника от исполнения обязательств. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что ФИО1 полученные кредитные средства  в условиях острой жизненной необходимости направил на погашение просроченных платежей по долгам матери, в том числе на услуги по заключению мирового соглашения с залоговым кредитором, покрытие судебных издержек, которые выставил залоговый кредитор. Часть полученных денежных средств ФИО1 направил на погашение своих обязательств перед кредиторами. Часть денежных средств направлены на помощь бабушке должника, поскольку больше ей обратиться было не к кому, а она нуждалась в оплате лекарств и сиделки; настаивает, что получив заемные денежные средства, ФИО1 действовал добросовестно, намерений причинить вред кредиторам не имел, не уклонялся от исполнения обязательств, более того, стремился в кратчайшие сроки закрыть все полученные кредиты, претерпев при этом ухудшение имущественного положения в семье.

В отзыве на кассационную жалобу Банк «Форштадт» просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами, следует из материалов дела и общедоступных данных Картотеки арбитражных дел, в ходе процедуры банкротства в третью очередь реестра требований кредиторов были включены требования на общую сумму 1 528 658 руб. 19 коп., из которых 700 017 руб. 73 коп. – требования Банка «Оренбург», 433 658 руб. 23 коп. – требования общества Банка «Форштадт», 394 982 руб. 23 коп. – требования публичного акционерного общества «Банк ВТБ» (далее – Банк «ВТБ»).

ФИО1 с 30.10.2018 проходит военную службу в должности электрика-дизелиста. Согласно справке 2-НДФЛ за 2023 год среднемесячный доход должника составляет 34 538 руб. 26 коп.

ФИО1 состоит в зарегистрированном браке с ФИО4, несовершеннолетних детей на иждивении не имеет.

По данным регистрирующих органов за должником и его супругой подлежащие включению в конкурсную массу недвижимое имущество, движимое имущество, результаты интеллектуальной собственности, а также исключительные права, не зарегистрированы.

Определением суда от 22.03.2023 из конкурсной массы должника исключены денежные средства в сумме 10 000 руб. на аренду жилого помещения ежемесячно с даты обращения в суд с ходатайством - 20.07.2022 и до даты окончания процедуры банкротства (прекращения производства по делу).

Как следует из отчета финансового управляющего, за период процедуры банкротства требования кредиторов по основному долгу удовлетворены частично – в общей сумме 163 493 руб. 80 коп., а также погашены текущие расходы на сумму 14 306 руб. 20 коп., дальнейшее погашение обязательств должника невозможно, поскольку иное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, необходимое для удовлетворения требований кредиторов в полном объеме, у должника отсутствует.

По результатам проведения процедуры банкротства финансовый управляющий, ссылаясь на выполнение всех мероприятий процедуры банкротства, обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника с приложением отчета о результатах проведения процедуры реализации имущества должника и других необходимых документов.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суд исходил из того, что формирование конкурсной массы завершено, документально подтвержденных сведений об ином имуществе гражданина, подлежащем включению в конкурсную массу, не выявлено, лицами, участвующими в деле о банкротстве, не представлено. Доказательств, подтверждающих реальную возможность пополнения конкурсной массы, в материалы дела не представлено и судом не установлено, соответственно, был сделан вывод, что продолжение процедуры реализации имущества при таких условиях не приведет к удовлетворению требований кредиторов за счет имущества должника, вероятность обнаружения которого отсутствует.

В данной части судебные акты не обжалуются.

Отказывая в применении к должнику правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед Банком «Оренбург» и Банком «Форштадт», суды исходили из следующего.

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Между тем, поскольку институт банкротства – это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» (далее - постановление № 51), при установлении признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, иных обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие заведомо не исполнимых обязательств, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации сокрытие (умышленное уничтожение) имущества, и т.п.), суд вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение к данному должнику правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств. При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

В рассматриваемом случае из материалов дела следует и судами установлено, что 23.06.2021 между Банком «ВТБ» и ФИО1 заключен кредитный договор № 

<

***>, в соответствии с которым банк предоставил заемщику кредит в размере 447 461 руб. под 13,9% годовых на срок – 36 месяцев.

В последующем – 25.10.2021 между Банком «Форштадт» и ФИО1 заключен кредитный договор № 

<

***>, целью которого согласно пункту 11 является полное (единоразовое) погашение обязательств по кредиту, полученному в Банке ВТБ по договору от 23.06.2021 № 

<

***>.

При этом также 25.10.2021 ФИО1 заключил кредитный договор № 

<

***> с Банком «Оренбург» на сумму 404 692 руб. и пункт 11 данного договора также содержит указание на то, что кредитные денежные средства предоставляются частично на полное (единоразовое) погашение обязательств ФИО1 по кредиту, полученному в Банке «ВТБ» по договору от 23.06.2021 № 

<

***>, а 280 308 руб. – на цели личного потребления.

Таким образом, целью кредитования в Банках «Форштадт» и  «Оренбург» являлось рефинансирование кредитных обязательств ФИО1 по ранее заключенному с Банком «ВТБ» договору от 23.06.2021 № 

<

***>.

Требования перечисленных кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника, так как ФИО1 надлежащим образом не исполнил обязательства по кредитным договорам. 

Учитывая совокупность вышеизложенных обстоятельств относительно возникновения обязательств у должника перед кредиторами, констатировав, что единовременно (в одну дату – 25.10.2021) должник последовательно оформлял кредитные договоры с различными кредитными организациями, при этом доказательств того, что доходы должника позволили бы ему осуществлять в один тот же период погашение ежемесячных платежей по трем кредитным договорам на общую сумму 1 556 6223 руб.  без просрочек, не представлено, а у банков, в свою очередь, отсутствовала реальная возможность получения сведений из Бюро кредитных историй об имеющихся кредитных обязательствах  ФИО1, поскольку по смыслу части 3.7 статьи 5 Закона о кредитных историях информация о кредитной истории должника передается кредитными организациями в Бюро в срок, не превышающий пять рабочих дней; принимая во внимание, что должником не дано четких и ясных пояснений относительно необходимости одновременного получения сразу двух кредитов для рефинансирования обязательств перед Банком «ВТБ», при том, что долг перед указанным банком так и не был погашен; заключив, что дальнейшее попадание должника в процедуру банкротства подтверждает факт принятия им на себя заведомо неисполнимых обязательств с учетом того, что конкретные пояснения и доказательства относительно стечения тяжелых жизненных обстоятельств, не позволивших должнику добросовестно осуществлять погашение перед банками задолженности с октября 2021 года, в материалы дела не представлены, соответствующие доводы носят общий характер, не раскрыты перед судом и документально не подтверждены; суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу, что такое поведение должника не соответствует стандартам добросовестности контрагента по сделке, соответственно, совокупность перечисленных обстоятельств образует собой условия для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед указанными кредиторами.

Доводы заявителя кассационной жалобы об обратном основаны на ошибочном толковании положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. 

Суды первой и апелляционной инстанций верно исходил из того, что должник, подав заявки на получение кредитов и заключив в короткий промежуток времени несколько кредитных договоров, при ежемесячном доходе в сумме 34 538, 26 руб., осознанно ввел в заблуждение банки относительно уровня своей кредитоспособности, скрыл сведения об объеме уже принятых обязательств, фактически предоставив недостоверные сведения о финансовом состоянии, сделал невозможным проведение банками полноценной оценки кредитных рисков. Установленная судами хронологическая последовательность заключения кредитных договоров, заявленные должником цели получения заемных средств, свидетельствуют об отсутствии в рассматриваемом случае со стороны должника необъективной оценки собственных финансовых возможностей и добросовестного заблуждения. Прекращение через незначительное время обслуживания кредитов в банках в условиях отсутствия изменений в материальном положении должника, а также дальнейшее возбуждение процедуры банкротства подтверждает факт принятия им на себя заведомо неисполнимых обязательств. При этом в материалах дела отсутствует какое-либо документальное подтверждение того, как именно ФИО1 распорядился полученными кредитными средствами в общем размере более 1 млн. руб. 

Подобное поведение является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Ссылка должника на отказ в возбуждении уголовного дела по заявлению кредитора, в связи отсутствие состава уголовно наказуемого деяния со стороны ФИО1, правомерно отклонена судами, поскольку не исключает квалификации его поведения как недобросовестного в смысле гражданского законодательства.

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами в обжалуемой части норм права и сводятся лишь к переоценке доказательств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что в обжалуемой части все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 16.10.2023 по делу № А47-5249/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

 

Председательствующий                                             О.Г. Кочетова 

 

Судьи                                                                          О.Н. Новикова 

 

                                                                                      Е.А. Павлова