ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-20229/2022, 10АП-20253/2022, 10АП-20255/2022

Дело № А41-21576/16

17 ноября 2022 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  10 ноября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 ноября 2022 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Мизяк В.П.,

судей Епифанцевой С.Ю., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1, 

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего АО «Ариал» ФИО2 – ФИО3, представитель по доверенности № 55 от 22.03.2022;

от ФИО4 – ФИО5, представитель по нотариально заверенной доверенности № 77 АГ 8227553 от 14.12.2021, зарегистрированной в реестре за № 77/705-н/77-2021-7-2804;

от ФИО6 – ФИО7, представитель по нотариально заверенной доверенности от 28.11.2019, зарегистрированной в реестре за № 77/2138-н/77-2020-12-890; 

от ФИО8 – Иволга С.М., представитель по нотариально заверенной доверенности № 50 АБ 4048593 от 14.01.2020, зарегистрированной в реестре за № 50/329-н/50-2020-1-15;

от ФИО9 – ФИО10, представитель по нотариально заверенной доверенности № 61АА8361038 от 29.09.2021, зарегистрированной в реестре за № 61/73-н/61-2021-12-16;

от ФИО11 – ФИО12, представитель по нотариально заверенной доверенности № 50 АБ 4947072 от 07.12.2020, зарегистрированной в реестре за № 50/399-н/50- 2020-11-513; ФИО13, представитель по нотариально заверенной доверенности № 50 АБ 5684023 от 18.08.2021, зарегистрированной в реестре за № 50/399-н/50-2021-5-1394;

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего АО «АРИАЛ» ФИО2, ФИО11, ФИО8 на определение Арбитражного суда Московской области от 11 сентября 2022 г. по делу № А41-21576/16 о несостоятельности (банкротстве) АО «АРИАЛ», по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО9, ФИО11, ФИО8, ФИО14, ФИО15, Компании «АДСТРАД ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД» (Республика Кипр), ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 30.11.2018 акционерное общество «Ариал» (далее - АО «Ариал», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО9, ФИО11, ФИО8, ФИО14, ФИО15, Компании «АДСТРАД ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД» (Республика Кипр), ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По мнению конкурсного управляющего, бывший генеральный директор должника ФИО14 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за не исполнение обязанности по передаче арбитражному управляющему бухгалтерской и иной документации о финансово-хозяйственной деятельности должника, подтверждающей состав и размер дебиторской задолженности АО «АРИАЛ».

Остальные ответчики, по мнению конкурсного управляющего, совершили действия по выводу денежных средств в пользу третьих лиц в целях причинения вреда кредиторам должника, по формированию искусственной задолженности к должнику в целях установления контроля над его процедурой банкротства, а также не приняты меры по обособлению имущества подконтрольного лица, приведшее к его несостоятельности и к несостоятельности самого должника, как контролирующего лица (бесконтрольное взаимное перечисление денежных средств).

Определением Арбитражного суда Московской области от 11 сентября 2022 года в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности отказано. Суд привлек ФИО11, ФИО8 и ФИО14 к ответственности в виде убытков и взыскал с них в пользу АО «АРИАЛ» 180 111 870,25 руб. (с ФИО11),  5 207 000 руб. (с ФИО8) и 3 748 000 руб. (с ФИО14).

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой  просит его отменить и принять новый судебный акт о привлечении всех ответчиков к субсидиарной ответственности.

ФИО11 и ФИО8 также подали апелляционные жалобы, в которых просят его отменить в части взыскания с них убытков.

 В суд апелляционной инстанции от ФИО9, от ФИО11 и от ФИО14 поступили отзывы, в которых они просят отказать в удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего.

От ФИО4 также поступил отзыв, в котором он просит отказать в удовлетворении апелляционных жалоб конкурсного управляющего, ФИО11, ФИО8

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего АО «Ариал» поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил определение суда в обжалуемой части отменить, требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности удовлетворить в полном объеме. Возражал против удовлетворения апелляционных жалоб ФИО11 и ФИО8

Представитель ФИО11 поддержал доводы своей апелляционной жалобы. Возражал против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего АО «Ариал». Поддержал доводы апелляционной жалобы ФИО8

Представитель ФИО8 поддержал доводы своей апелляционной жалобы. Возражал против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего АО «Ариал». Поддержал доводы апелляционной жалобы ФИО11

Представитель ФИО9 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего АО «Ариал». Поддержал доводы апелляционных жалоб ФИО11 и ФИО8

Представитель ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционных жалоб конкурсного управляющего АО «Ариал» и ФИО11 Оставил вопрос об удовлетворении апелляционной жалобы ФИО8 на усмотрение суда.

Представитель ФИО6 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего АО «Ариал». Оставил вопрос об удовлетворении апелляционных жалоб ФИО11 и ФИО8 на усмотрение суда.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст.ст. 223, 266, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Дело рассмотрено в соответствии с нормами ст. 121-123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, доводы отзывов на апелляционные жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в  деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Исходя из заявления конкурсного управляющего, ФИО9, ФИО11, ФИО8, ФИО14, ФИО15, Компания АДСТРАД ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД, ФИО4, ФИО6 являлись контролирующими должника лицами, что подтверждается следующим.

ФИО9 в период с 09.11.2012 г. по 18.03.2015 г., замещал должность единоличного исполнительного органа - генерального директора АО «АРИАЛ», который был избран Протоколом совета директоров от 08.11.2012 г. Кроме того, ФИО9 являлся членом Совета директоров должника до 2016 г. и обладал полномочиями по принятию решений в части осуществлении хозяйственной деятельности должника (Протокол Совета директоров от 18.03.2015 г.).

ФИО11 в период с 19.03.2015 г. по 10.02.2017 г., замещал должность единоличного исполнительного органа - генерального директора АО «АРИАЛ» (Протокол заседания Совета директоров должника № 15/03/2015 от 18.03.2015 г.). Протоколом заседания Совета директоров должника № 10/02/2017 от 10.02.2017 г. были досрочно прекращены полномочия ФИО11 как единоличного исполнительного органа должника, в качестве нового генерального директора должника с 11.02.2017 г. избран ФИО8. 

Кроме того, ФИО11 являлся членом Совета директоров должника в 2016-2017 гг. и обладал полномочиями по принятию решений в части осуществления хозяйственной деятельности должником (Протокол Совета директоров от 10.02.2017 г.).

ФИО8 в период с 11.02.2017 г. по 17.05.2017 г. замещал должность единоличного исполнительного органа - генерального директора АО «АРИАЛ» (Протокол заседания Совета директоров должника № 10/02/2017). Протоколом годового общего собрания акционеров должника от 17.05.2017 г. досрочно прекращены полномочия ФИО8 как единоличного исполнительного органа, в качестве нового генерального директора должника с 18.05.2017 г. избран ФИО14. 

ФИО14 в период с 18.05.2017 г. по 12.02.2018 г., а также с 17.03.2018 г. по 15.04.2018 г. замещал должность единоличного исполнительного органа - генерального директора АО «АРИАЛ» (Протокол годового общего собрания акционеров должника от 17.05.2017 г. с 18.05.2017 г.).

Протоколом внеочередного общего собрания акционеров должника от 12.02.2018 г. досрочно прекращены полномочия ФИО14

Протоколом внеочередного общего собрания акционеров должника от 16.03.2018 г. 17.03.2018 г. генеральным директором должника избран ФИО14, 16.04.2018 г. полномочия ФИО14 прекращены в связи с введением в отношении должника процедуры внешнего управления и назначением ФИО16 в качестве внешнего управляющего должника (ст. 94 Закона о банкротстве).

ФИО15 Протоколом внеочередного общего собрания акционеров должника от 12.02.2018 г. с 13.02.2018 г. избран генеральным директором АО «АРИАЛ».

Протоколом внеочередного общего собрания акционеров должника от 16.03.2018 г. его полномочия досрочно прекращены.

Компания «АДСТРАД ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД» (Республика Кипр) владеет 99,99 % голосующих акций АО «АРИАЛ» с 2011 г. по настоящее время.

Указанные обстоятельства подтверждаются оригиналом выписки из реестра акционеров АО «АРИАЛ», предоставленной реестродержателем АО ВТБ Регистратор.

Как указывает конкурсный управляющий, ФИО4 является конечным бенефициаром АО «АРИАЛ», т.е. лицом, извлекающим выгоду из незаконного и недобросовестного поведения указанных выше лиц, поскольку ФИО4 является директором контролирующего лица Компании «АДСТРАД ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД» (Республика Кипр) (подтверждается депозитарным договором № 8087/Д), а также членом Совета директоров АО «АРИАЛ» (Протокол заседания Совета директоров должника № 15/03/2015 от 18.03.2015 г.; Протокол заседания Совета директоров должника № 10/02/2017 г. от 10.02.2017 г.).

ФИО6 является акционером АО «АРИАЛ» с 04.04.2014 г., а также членом Совета директоров (Протокол заседания Совета директоров должника № 15/03/2015 от 18.03.2015 г.; Протокол заседания Совета директоров должника № 10/02/2017 от 10.02.2017 г.).

В качестве оснований субсидиарной ответственности ответчиков конкурсный управляющий ссылается на заключение должником договоров и сделок в период с декабря 2013 г. по июнь 2017 г. 

Суд первой инстанции не установил оснований для возложения на ответчиков субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При этом пришел к выводу  о наличии оснований для привлечения  ФИО11, ФИО8 и ФИО14 к ответственности в виде убытков в результате совершения ими сделок, причинивших убытки должнику.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд поддерживает указанный вывод суда первой инстанции.

Относительно требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО14 к субсидиарной ответственности за не исполнение обязанности по передаче арбитражному управляющему бухгалтерской и иной документации о финансово-хозяйственной деятельности должника.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно п. 3.2 п. 3 ст. 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Неисполнение руководителем должника указанной обязанности является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции от 29.07.2017).

Из смысла подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что на руководителя организации-должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность:

- отсутствуют;

- не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации;

- либо указанная информация искажена.

То есть, для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности достаточно установить наличие одного из перечисленных обстоятельств.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанной обязанности, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Применительно к правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации лишь при доказанности совокупности следующих условий:

- объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации;

- вины руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации);

- причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, от 21.12.2017 N 53, следует, что в случае применения при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпций, связанных с непередачей, сокрытием, утратой и ли искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Обращаясь с требованием о привлечении ФИО14 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий не обосновал и не представил доказательств, свидетельствующих о том, непередача каких конкретно документов повлекла затруднение в проведении процедуры конкурсного производства, а также формирование и реализацию конкурсной массы.

Кроме того, как следует из заявления самого конкурсного управляющего, ФИО14 была осуществлена обязанность по передаче документации должника временному, внешнему и конкурсному управляющим.

Ссылка конкурсного управляющего на необеспечение ФИО14 сохранности и намеренное уничтожение бухгалтерской базы 1С АО «АРИАЛ» отклонена арбитражным судом, так как данные факты документально не подтверждены и носят предположительный характер.

Сам конкурсный управляющий в своем заявлении указывает, что согласно техническому заключению компании ООО «Промпереработка», полученному по факту обращения бывшего руководителя ЗАО «Аэроферст», серверы Supermicro 6027R73DARF, IBM Server System x 3400 m2, Proliant ML310e Gen8 v2 E3-1220v3 NHP tower (4U)Xeon4C, на которых хранилась бухгалтерская база ЗАО «Аэроферст» и АО «АРИАЛ», оказались неисправны: материнская плата, жесткие диски, контроллер RAID, блок питания выдает нестандартные напряжения.

Таким образом, материалами дела не подтверждается наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика по непередаче конкурсному управляющему документации должника и затруднительностью проведения процедуры банкротства, формирования конкурсной массы и как следствие невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО14 к субсидиарной ответственности по данному основанию (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) является правильным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Что касается требования конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение действий по выводу денежных средств в пользу третьих лиц в целях причинения вреда кредиторам должника, формированию искусственной задолженности к должнику в целях установления контроля над его процедурой банкротства, а также не принятия мер по обособлению имущества подконтрольного лица, приведшее к его несостоятельности и к несостоятельности самого должника, арбитражный апелляционный суд считает необходимым указать следующее.

Поскольку обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий, возникли до введения в действие изменений в Закон о банкротстве, к спорным правоотношениям подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Согласно п. 4 ст. 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника) (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 53 ГК РФ, абзац 1 пункта 1, пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Таким образом, исходя из вышеуказанных норм права, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, следует установить, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8) по делу N А40-208852/2015, при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

- наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;

- реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (при этом не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

- ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Конкурсный управляющий ссылается на неправомерные действия ответчиков  по формированию искусственной задолженности к должнику в целях установления контроля над его процедурой банкротства.

Недобросовестность ответчиков заключается в попытках установления мнимой задолженности в реестре требований кредиторов должника и контроля над процедурой банкротства АО «АРИАЛ».

Так, первоначальным заявителем по делу о банкротстве должника была иностранная компания - Компания Тэвиз Холдинг Лтд. (правопреемник Компании Фризо Трейдинг Инк.).

Решением Арбитражного суда Московской области от 22.10.2018 г. по делу № А41-21576/16 отменено определение Арбитражного суда Московской о6ласти от 02.06.2017 г. о включении требования Тэвиз Холдинг Лтд в размере 2 466 191 983,86 руб. в реестр требований кредиторов АО «АРИАЛ» по новым обстоятельствам ввиду следующего.

Наличие и размер задолженности подтверждены договором поручительства, а также вступившим в законную силу определением Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга от 24.12.2015 г. по делу №2-17203/2015 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Ростовского областного арбитража постоянно действующего третейского суда при ООО «ЗАКОН» от 08.12.2015 г. по делу №15/11/05.

Конкурсный кредитор должника ПАО Сбербанк обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора поручительства № 2/12 от 02.07.2015 г., заключенного между АО «АРИАЛ» и Компанией Фризо Трейдинг Инк. (договора, явившегося основанием возникновения задолженности АО «АРИАЛ» перед Компанией Тэвиз Холдинг Лтд.).

Решением Арбитражного суда Московской области от 23 января 2018 г. в удовлетворении заявления ПАО Сбербанк отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 17 мая 2018 г. решение от 23 января 2018 г. по делу № А41-29182/17 отменено и постановлено признать недействительным договор поручительства № 2/12 от 02.07.2015 г. заключенный между АО «АРИАЛ» и Компанией Фризо Трейдинг Инк.

Мнимое требование иностранной компании к должнику установлено в судебном порядке в период полномочий ФИО11.

Вместе с тем, сам конкурсный управляющий в своем заявлении указывает, что действия по формированию руководством должника искусственной задолженности перед иностранной компанией вреда кредиторам не причинили, поскольку своевременными действиями арбитражных управляющих и кредиторов сделки были оспорены, судебные акты обжалованы, в связи с чем не повлекли никаких негативных последствий.

Таким образом, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в связи с включением требования Тэвиз Холдинг Лтд в размере 2 466 191 983,86 руб. в реестр требований кредиторов АО «АРИАЛ» заявителем не доказан.

Также конкурсный управляющий ссылается на непринятие контролирующими должника лицами мер по обособлению имущества подконтрольного лица, приведшее к его несостоятельности и к несостоятельности самого должника, как контролирующего лица (бесконтрольное взаимное перечисление денежных средств).

Так, в рамках дела о банкротстве должника ЗАО «Аэроферст» (контролируемое должником лицо) обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 2 123 856 896,24 руб. основного долга по договору займа № 01/13 от 26.02.2013 г. и 713 144 654,33 руб. процентов на сумму займа.

Определением Арбитражного суд Московской области от 18.12.2018 г., оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2019 г. и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2019 г. по делу № А41-21576/2016, в удовлетворении заявления ЗАО «Аэроферст» о включении требования по договору займа № 01/13 от 26.02.2013 г. и 713 144 654 руб. 33 коп. процентов на сумму займа отказано.

При разрешении указанного обособленного спора судами было установлено следующее.

26.02.2013 г. между ЗАО «Аэроферст» (заимодавец) и АО «АРИАЛ» (заемщик) заключен договор займа № 01/13 (на основании подписанных дополнительных соглашений изменен размер Общей суммы займа и размер процентов за пользование займом, срок возврата займа продлен).

В подтверждение факта предоставления займа в материалы были представлены платежные поручения и выписки по счетам ЗАО «Аэроферст». 

14.07.2017 г. между ЗАО «Аэроферст» и АО «АРИАЛ» подписан акт сверки взаимных расчетов.

Согласно уставу ЗАО «Аэроферст», утвержденному Решением № 27/08/14 единственного акционера от 27.08.2014 г., АО «АРИАЛ» является единственным акционером ЗАО «Аэроферст» (т. 1, л.д. 43 - 70).

Кредитор и должник имеют одного бенефициара - ФИО4, а также одного директора - ФИО14, следовательно, кредитор и должник являются аффилированными лицами».

Суды, отказывая в удовлетворении заявления ЗАО «Аэроферст» о включении требования в реестр требований кредиторов АО «АРИАЛ», руководствовались следующим.

Поскольку АО «АРИАЛ» является единственным акционером кредитора ЗАО «Аэроферст», обязанности единоличного исполнительного органа в обоих обществах исполняло одно и тоже физическое лицо, поэтому к кредитору, как аффилированному лицу, предъявляются повышенные требования в доказывании заявленной задолженности.

Сами по себе перечисления денежных средств на протяжении длительного периода времени 2013-2017 гг., в том числе в период возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, не являются бесспорным и однозначным доказательством наличия между сторонами заемных отношений.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что кредитором не доказан факт возникновения между ЗАО «Аэроферст» и АО «АРИАЛ» правоотношений, урегулированных нормами о займе, реальность передачи денежных средств должником своей материнской компании в качестве займа, как это указано в договоре займа от 26.02.2013 г. № 01/13.

Указание в одностороннем порядке плательщиком в платежном поручении договора займа в качестве основания платежа само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения сторонами соглашения о займе и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, переговоры, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств и т.п.

ЗАО «Аэроферст» не представлены заявки заемщика, на основании которых в порядке пункта 1.1. договора от 26.02.2013 г. должны были предоставляться денежные средства, какая-либо переписка, предшествовавшая заключению займа.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции указал на то, что из условий договора займа от 26.02.2013 № 01/13 (с дополнительными соглашениями), следует, что максимальная сумма займа установлена сторонами в размере 2 300 000 000 руб., которые могут предоставляться как единовременно, так и частями, а также повторно при условии погашения задолженности заимодавцем.

С учетом изложенного апелляционный суд пришел к выводу о том, что в акте от 14.07.2017 г. фактически отражены обороты денежных средств коммерческой деятельности между должником и кредитором с учетом их аффилированности и не подтверждают реальную задолженность по договору займа от 26.02.2013 № 01/13, а свидетельствуют о финансовых потоках между ними имеющими различные основания.

Кроме того, делая вывод о недоказанности возникновения между кредитором и должником заемных обязательств в указанной сумме, суд апелляционной инстанции руководствовался правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 03.12.2018 г. № 303-308-11878(1,2) по делу № А51- 21631/2015. 

Согласно определению Верховного Суда РФ, если степень заинтересованности между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, то заемная сделка подлежит проверке на предмет притворности.

В ситуации, когда контролирующий участник компании - заимодавца фактически не обособляет имущество последней и рассматривает его как свое собственное, изымает из оборота подконтрольной организации прибыль под видом получения займов с тем, чтобы в дальнейшем противопоставить требование аффилированного лица требованиям независимых кредиторов, заемных отношений между участником и компанией не возникает, так как суммы займов участник предоставляет фактически сам себе.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда  РФ от 21.12.2017 г. № 53 предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки.

В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Таким образом, в судебных актах сделан вывод о том, что конструкция займа являлась притворной, изначально не направленной на создание соответствующих правовых последствий, обстоятельства и условия выдачи и возврата денежных средств были не свойственными для обычной гражданско-правовой сделки из договора займа между не аффилированными компаниями, правоотношения носили корпоративный характер.

В действительности между аффилированными лицами ЗАО «Аэроферст» и АО «АРИАЛ» имелись большие взаимные денежные потоки, свидетельствующие о дофинансировании друг друга лицами, входящими в одну группу компаний, на разных этапах деятельности.

Отношения между компаниями носили исключительно корпоративный, а не заемный характер.

Конкурсным управляющим должником оспорены платежи, совершенные должником и направленные на частичный возврат займа, однако, в силу корпоративного характера денежных потоков между юридическими лицами определением Арбитражного суда Московской области от 08.11.2019 г. по делу № А41-21576/16 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании указанных платежей недействительными отказано.

Конечное сальдо по итогам взаиморасчетов между юридическими лицами оказалось на стороне ЗАО «Аэроферст» на сумму 2 123 856 896,24 руб. (4 605 331 973,82 руб. - общий размер денежных средств, перечисленных ЗАО «Аэроферст» в пользу АО «АРИАЛ»; 2 481 475 077,58 руб. - общий размер денежных средств, перечисленных АО «АРИАЛ» в пользу ЗАО «Аэроферст»), что привело к невозможности расплатиться по срочным кредитам, к банкротству контролируемого лица ЗАО «Аэроферст» и впоследствии к банкротству самого АО «АРИАЛ».

В третью очередь реестра требований кредиторов ЗАО «Аэроферст» включены требования:

- ПАО «Сбербанк России» в общем размере 2 961718 939,05 руб. по кредитным договорам № 

<

***> от 22.10.2014 г., № 66/1-14 от 08.12.2014 г., по договору банковской гарантии № 620/14-БГ от 12.12.2014 г. (определения Арбитражного суда Московской области от 10.07.2017 г. и от 05.09.2017 г. по делу № А41-10023/2016); 

- Банк ВТБ (ПАО) в общем размере 3 012 081863,09 руб. по кредитному договору № 

<

***> от 31.10.2014 г., договору поручительства № 00599/МР-ДП1 от 17.12.2013 г. и договору об ипотеке здания и права аренды земельного участка № 00599/МР-ДИ от 28.03.2014 г. по обязательствам АО «АРИАЛ» по кредитному договору от 17.12.2013 г.

Конкурсный управляющий считает, что конструкция займа могла прикрывать распределение прибыли подконтрольного заимодавца контролирующему заемщику, что свидетельствуют о фактическом отождествлении организации АО «АРИАЛ» с подконтрольным ему обществом ЗАО «Аэроферст», лишь юридически представляющих собой два самостоятельных юридических лица.

Конструкция займа и взаимные денежные потоки по выдаче и возврату займа могли прикрывать погашение ЗАО «Аэроферст» за АО «АРИАЛ» солидарных обязательств перед Банком ВТБ (ПАО), вытекающих из кредитного договора, заключенного с АО «АРИАЛ», и поручительства ЗАО «Аэроферст», а также прикрывать погашение АО «АРИАЛ» за ЗАО «Аэроферст» солидарных обязательств перед ПАО «Сбербанк России» и Банком ВТБ (ПАО), вытекающих из кредитных договоров, заключенных с ЗАО «Аэроферст» и поручительства АО «АРИАЛ».

То есть как прибыль, так и долги у компаний в рассматриваемый период были общими.

Таким образом, указанные обстоятельства, установленные судом в рамках дела о банкротстве должника, связанные с не обособлением им, как контролирующим лицом, имущества подконтрольного лица ЗАО «Аэроферст», которые привели к отказу судов во включении требования ЗАО, «Аэроферст», основанного на договоре займа, в реестр требований кредиторов должника в последующем явились основанием для предъявления конкурсным управляющим ЗАО «Аэроферст» 18.12.2019 г. требования к АО «АРИАЛ» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Аэроферст» предварительно на сумму более 5 млрд. руб. (размер реестра требований кредиторов ЗАО «Аэроферст») с одновременным предъявлением требования ЗАО «Аэроферст» о включении в реестр требований кредиторов АО «АРИАЛ»

 Вместе с тем, действующее гражданское законодательство определяет обособленное имущество хозяйствующего общества как объекты, которыми распоряжается только хозяйствующее общество.

Они отделены от материальных ценностей, принадлежащих участникам/учредителям.

Их наличие является обязательным условием осуществления деятельности предприятия. 

В ч. 1 ст. 48 ГК РФ предусмотрено требование, которое распространяется на обособленное имущество - норма об обязанности экономического субъекта учитывать материальные ценности в документации.

Однако отсутствие обособленности юридических лиц судом не установлено.

В обществах велся самостоятельный бухгалтерский учет, который анализировался налоговыми органами, кредитовавшими должника банками.

Проводились обязательные ежегодные инвентаризации товарно-материальных ценностей, при увольнении руководителей вся документация о деятельности должника передавалась вновь назначенному директору, у последующих директоров к полноте переданной документации замечаний не было.

Должник как акционерное общество, с учетом объема хозяйственной деятельности, проходил обязательный ежегодный аудит.

Аудиторские заключения должника не содержали оговорки о не обособлении (т.е. без достаточного основания и документального оформления) имущества должника.

Специфика деятельности должника состояла в том, что основной объем закупаемых и реализуемых должником товаров приобретался и продавался в режиме "duty-free", то есть без налогообложения, при этом все товары находились под контролем соответствующих подразделений таможен в международном аэропорту «Домодедово» (АО «АРИАЛ») и международном аэропорту «Шереметьево» (ЗАО «Аэроферст»).

Возможность смешения товаров за счет их нахождения в разных местах и в разных таможенных зонах отсутствовала.

При таких условиях нет оснований полагать, что бухгалтерский учет должника велся надлежащим образом, а требования к обособлению имущества должника не были соблюдены.

Доказательств обратного в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.

Прим таких обстоятельствах арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности конкурсным управляющим обстоятельств по указанным основаниям, в связи с чем суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении ФИО9, ФИО11, ФИО8, ФИО14, ФИО15, Компании «АДСТРАД ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД» (Республика Кипр), ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по делу о несостоятельности (банкротстве) АО «АРИАЛ» по изложенным основаниям.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает, что в рамках дела о банкротстве должника по заявлению конкурсного управляющего АО «АРИАЛ» Арбитражным судом Московской области признаны недействительными сделки, совершенные должником в пользу третьих лиц:

1) определением Арбитражного суда Московской области от 08.05.2019 г., оставленным без изменения постановлениями Десятого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2019 г. и Арбитражного суда Московского округа от 12.12.2019 г., признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 22.03.2018 г., заключенный между АО «АРИАЛ» и ФИО17 как сделка, совершенная в пользу аффилированного лица (работника должника) с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ» путем вывода актива должника по заниженной стоимости (транспортное средство отчуждено за 887 000 руб. при рыночной цене в размере 2 518 000 руб.). Указанный судебный акт вступил в законную силу 31.07.2019 г.; 

2) определением Арбитражного суда Московской области от 18.10.2019 г. признан недействительным договор купли-продажи автомобиля от 25.12.2016 г., заключенный между АО «АРИАЛ» и ФИО18, как сделка, совершенная с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ» путем безвозмездного вывода актива должника без встречного предоставления (транспортное средство отчуждено за 100 000 руб. при рыночной цене в размере 532 541,00 руб.). 

Указанный судебный акт вступил в законную силу 05.11.2019 г.;

3) определением Арбитражного суда Московской области от 22.07.2019 г. признана недействительной сделка по перечислению 18.11.2017 г. АО «АРИАЛ» в пользу ООО «ЮК «Вердикт» (ИНН 

<

***>) денежных средств в размере 1 100 000 руб., как сделка, совершенная с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ» путем вывода активов должника, без встречного предоставления, а также при отсутствии намерения сторон осуществлять реальные хозяйственные правоотношения.

Указанный судебный акт вступил в законную силу 06.08.2019 г.;

4) определением Арбитражного суда Московской области от 08.11.2019 г. признана недействительной сделка по перечислению АО «АРИАЛ» платежным поручением № 1403 от 07.04.2016 г. в пользу ООО «Мир Инвест Строй» (ИНН 

<

***>) денежных средств в размере 3 300 000 руб., как сделка, совершенная в пользу аффилированного лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ» путем безвозмездного вывода активов должника.

Указанный судебный акт вступил в законную силу 25.11.2019 г.;

5) определением Арбитражного суда Московской области от 18.10.2019 г. признаны недействительными сделки по перечислению АО «АРИАЛ» в период c 01.11.2016 г. по 19.12.2016 г. в пользу Московской городской коллегии адвокатов «Версия защиты» (ИНН 

<

***>) денежных средств в размере 10 850 000 руб., как сделки, совершенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ» путем вывода активов должника, без встречного предоставления, а также при отсутствии намерения сторон осуществлять реальные хозяйственные правоотношения.

Указанный судебный акт вступил в законную силу 05.11.2019 г.;

6) определением Арбитражного суда Московской области от 01.11.2019 г. признана недействительной сделка по перечислению АО «АРИАЛ» 27.02.2017 г. в пользу ООО «АУКЦИОННЫЙ ДОМ КИПАРИС» (ИНН 

<

***>) денежных средств в размере 3 560 000 руб. как сделка, совершенная в отсутствие встречного исполнения обязательства со стороны ответчика, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ» путем вывода активов должника в пользу организации, обладающей признаками номинальности, и лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Указанный судебный акт вступил в законную силу 19.11.2019 г.;

7) определением Арбитражного суда Московской области от 22.07.2019 г. признаны недействительными сделки по перечислению АО «АРИАЛ» в период с 01.02.2016 г. по 13.06.2017 г. в пользу ООО «Аэро-Бридж Трейдинг» (ИНН 

<

***>) денежных средств в общей сумме 125 983 827,31 руб. как сделки, совершенные в пользу аффилированного лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ».

Указанный судебный акт вступил в законную силу 06.08.2019 г.;

8) определением Арбитражного суда Московской области от 18.09.2019 г. признаны недействительными сделки по перечислению АО «АРИАЛ» в период c 21.11.2015 г. по 17.04.2017 г. в пользу ООО «APT АЛЬЯНС Трейдинг» (ИНН 

<

***>) денежных средств в размере 38 977 541,95 руб. как сделки, совершенные в пользу аффилированного лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ».

Указанный судебный акт вступил в законную силу 03.10.2019 г.

9) определением Арбитражного суда Московской области от 08.11.2019 г. признаны недействительными сделки по перечислению АО «АРИАЛ» в период с 03.06.2016 г. по 21.09.2016 г. в пользу ЗАО «Аэроферст» (ИНН 

<

***>) денежных средств в размере 533 571,68 руб., как сделки, совершенные в пользу аффилированного лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ».

Указанный судебный акт вступил в законную силу 25.11.2019 г.;

10) определением Арбитражного суда Московской области от 26.02.2020 г. признаны недействительными действия ООО «Рамстрой» по получению от АО «АРИАЛ» денежных средств в размере 1 500 000 руб. в период с 31.03.2016 г. по 15.04.2016 г., как сделки, совершенные в пользу аффилированного лица без встречного предоставления и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ».

Указанный судебный акт вступил в законную силу 13.03.2020 г.;

11) определением Арбитражного суда Московской области от 26.02.2020 г. признаны недействительными действия ООО «APT АЛЬЯНС Трейдинг» по получению от АО «АРИАЛ» денежных средств в размере 750 000 руб. 24.03.2016 г., как сделки, совершенные в пользу аффилированного лица без встречного предоставления и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ».

Судебный акт вступил в законную силу 13.03.2020 г.;

12) Определением Арбитражного суда Московской области от 02.07.2019 г., оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2019 г., признаны недействительными сделки по перечислению АО «АРИАЛ» в пользу Компании «Хибвей Лтд, т/а Саффрон Сапли Сервисез» в общей сумме 2 136 887,28 Евро (151 658 953,28 руб.) в период с 05.05.2016 г. по 20.01.2017 г. как сделки, совершенные с преимущественным удовлетворением и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ». 

Судебный акт вступил в законную силу 19.09.2019 г.;

13) определением Арбитражного суда Московской области от 08.11.2019 г. признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств со счета АО «АРИАЛ» в пользу ИП Шмаргуненко EX. за периоде 24.12.2015 г. по 19.03.2018 г. в общем размере 57 409 990 руб., признано недействительным дополнительное соглашение от 07.05.2016 г. к договору об оказаний юридических услуг от 01.09.2014 г., заключенное между АО «Ариал» и ИП ФИО19 как сделки, совершенные с преимущественным удовлетворением и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ».

Указанный судебный акт вступил в законную силу.

Конкурсный управляющий утверждает, что указанные выше сделки совершены в период с 21.11.2015 г. по 22.03.2018 г., когда контролирующими должника лицами, а именно лицами, обладающими сведениями о финансовом состоянии должника и имеющими возможность определять действия должника, были ФИО11, ФИО8, ФИО14, ФИО15, АДСТРАД ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД, ФИО4, ФИО6

Данными лицами совершены действия по выводу активов в общем размере более 395 491 425,22 руб. из имущественной массы АО «АРИАЛ» в пользу третьих лиц в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов АО «АРИАЛ» в отсутствие встречного предоставления.

При этом конкурсный управляющий должника обращает внимание на тот факт, что в настоящее время реальный возврат денежных средств в конкурсную массу должника по итогам оспаривания сделок представляется крайне сомнительным ввиду следующих обстоятельств.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.03.2020 г. по делу № А40-3963/20 ООО «КЭК «ВЕРДИКТ» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.12.2018 г. по делу № А40-76450/18 аффилированное лицо ООО «Мир Инвест Строй» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда от 05.03.2020 г. по делу № А40-76450/18 требования АО «АРИАЛ» включены в реестр требований кредиторов ООО «Мир Инвест Строй».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.02.2020 г. возбуждено дело № А40-2717/20 о банкротстве (несостоятельности) ООО «Аукционный Дом Кипарис» как отсутствующего должника.

Определением суда от 23.12.2020 г. конкурсное производство в отношении ООО «Аукционный Дом Кипарис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) завершено. 

Регистрирующим органом принято решение № 1886 от 13.04.2020 г. о предстоящем исключении аффилированного лица ООО «АЭРО-БРИДЖ ТРЕЙДИНГ» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица.

Регистрирующим органом принято решение № 1941 от 13.04.2020 г. о предстоящем исключении аффилированного лица ООО «APT АЛЬЯНС ТРЕЙДИНГ» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица.

Решением Арбитражного суда Московской области от 31.10.2017 г. по делу № А41-10023/2016 аффилированное лицо ЗАО «Аэроферст» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Решением Арбитражного суда Московской области от 13.11.2020 по делу №А41-17368/19 ООО «РамСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

Компания «Хибвей Лтд, т/а Саффрон Сапли Сервисез» является иностранной компанией, зарегистрированной на территории республики Ирландия, не имеет активов на территории РФ, а также банковских счетов, открытых в кредитных организациях на территории РФ; исполнение судебного акта по итогам оспаривания сделок за пределами РФ является затруднительным и продолжительным во времени, а также осложняется невозможностью отслеживания статуса компании на предмет ее банкротства, ликвидации и т.д.

Таким образом, конкурсный управляющий делает вывод, что вследствие действий контролирующих должника лиц ФИО11, ФИО8, ФИО14, ФИО15, Компании «АДСТРАД ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД» (Республика Кипр), ФИО4, ФИО6 конкурсной массе причинен вред в общем размере более 395 491 425,22 руб., что привело к невозможности расплатиться по срочным кредитам и банкротству должника.

В настоящее время существенно снижает возможность удовлетворения требований кредиторов (общий размер которых составляет более 5 млрд. руб.), в связи с чем контролирующие должника лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «АРИАЛ».

В пункте 23 Постановления N 53 разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

При этом судом учтены разъяснения, изложенные в абзаце 6 названного пункта Постановления N 53, согласно которому по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Таким образом, при установлении критерия - существенной убыточности сделки следует исходить из конкретных фактических обстоятельств дела, размера сделки применительно к масштабам деятельности должника, а также специфики оспариваемой сделки.

Как указано в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Конкурсным управляющим не доказано и судом не установлено указанных в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве обстоятельств в результате совершенных сделок, которые сами по себе могли привести к банкротству должника, исходя из специфики оспоренных договоров, которые по своей сути являются возмездными сделками.

Арбитражным судом также установлено, что указанные сделки не являются для должника ни крупными сделками, ни сделками с заинтересованностью, соответственно, в силу глав X, XI Федерального закона от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (в применимой редакции) данные сделки не подлежали одобрению общим собранием акционеров должника или Советом директоров.

Перечисления со счета должника осуществлялись не разово, а в определенный период.

Согласно имеющемуся в материалах настоящего дела бухгалтерскому балансу должника, балансовая стоимость активов должника на последнюю отчетную дату, предшествующую дате совершения сделок, то есть на 31 декабря 2015 года составляла 5 150 988 тысяч рублей и на 31 декабря 2016 года - 5 366 701 тысяч рублей.

Таким образом, размер указанных сделок даже по рыночной стоимости составляет менее одной сотой процента от балансовой стоимости активов должника.

По мнению специалистов ООО «АСН контроллинг», у ЗАО «Аэроферст» в период с 01.09.2012 г по 17.09.2015 г. признаки несостоятельности (банкротства) отсутствовали.

Сильное негативное влияние на деятельность предприятия оказал кризисный спад экономической активности в сфере авиаперевозок.

За два года с 2014 г. по 2016 г. накопленная инфляция составила 33,8%, валютный курс упал почти в 2,3 раза, пассажиропоток сократился с 93,2 до 88,6 млн. человек.

Это повлекло за собой уменьшение выручки должника.

Таким образом, условия хозяйственной деятельности должника вследствие изменения рыночных факторов в 2016 г. существенно ухудшились.

Должностные лица должника, иные контролирующие должника лица не могли повлиять на указанные обстоятельства.

Информация об уменьшении в 2015 - 2016 гг. выручки АО «АРИАЛ» от основной деятельности являлась публичной и общедоступной и также имелась и в распоряжении кредитующих банков, которые являются основными кредиторами должника.

При этом в материалах дела отсутствуют какие-либо документы от банков, из которых следует, что банки оценивали такое уменьшение выручки не как следствие объективных факторов, а как результат действий контролирующих должника лиц.

Кроме того, в материалы дела представлено заключение специалиста ООО "Интеллект-Аудит" по результатам бухгалтерской отчетности АО «АРИАЛ» за 2013-2014 гг. № 2-110 от 11.05.2022 г.

Специалистом сделаны следующие выводы.

Бухгалтерская отчетность АО «АРИАЛ» за 2013 и 2014 гг. позволяет констатировать, что финансовое положение общества являлось стабильным и позволяло надлежащим образом обслуживать его обязательства перед кредиторами.

Также финансовое положение было достаточно стабильным, незначительные колебания в деятельности Общества не могли привести к возникновению признаков несостоятельности (банкротства).

Финансовые показатели Общества не претерпевали существенных изменений и не свидетельствовали о наличии признаков, способных иметь негативные последствия для деятельности Общества в обозримом будущем.

В результате деятельности АО «АРИАЛ» в 2013 и 2014 гг. была получена чистая прибыль, которая включена в состав нераспределенной прибыли.

Чистые активы Общества, а именно реальная стоимость его имущества, превышала уставный капитал и увеличивалась в 2013 и 2014 гг.

Чистые активы АО «АРИАЛ» на 31.12.2014 года существенно (на 5820%) превышают уставный капитал.

Данное соотношение положительно характеризует финансовое положение, полностью удовлетворяя требованиям нормативных актов к величине чистых активов организации.

К тому же следует отметить увеличение чистых активов на 36,4% за рассматриваемый период (31.12.2012 г. - 31.12.2014 г.).

Превышение чистых активов над уставным капиталом и в то же время их увеличение за период говорит о хорошем финансовом положении организации по данному признаку.

Активы Общества за весь анализируемый период (2012-2014 годы) увеличились на 1 732 587 тыс. руб. (на 50,7%).

В рассматриваемый период ухудшение отдельных финансовых показателей не являлось значимым, не могло повлечь за собой системных финансовых затруднений в финансово-хозяйственной деятельности Общества (могло оцениваться как временные и преодолимые).

Оценив характер и содержание совершенных сделок, на которые ссылается конкурсный управляющий в качестве презумпции для установления вины ответчиков в доведении общества до банкротства либо существенно ухудшивших финансовое состояние должника, арбитражный суд пришел к выводу о том, что данные сделки ни каждая в отдельности, ни в совокупности не привели к банкротству и по масштабам деятельности существенно не ухудшили финансовое положение должника.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по указанному основанию, поскольку действия по совершению сделок не могли Явиться и не явились непосредственной (необходимой) причиной банкротства должника.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», следует, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Из обстоятельств дела арбитражным судом установлено и подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами совершение сделок контролирующими должника лицами, которые причинили убытки должнику.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу действующего законодательства для наступления ответственности единоличного исполнительного органа общества необходимо наличие убытков, противоправности поведения причинителя вреда, причинной связи между противоправностью поведения и наступлением убытков, а также вины причинителя вреда; единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что в период руководства должником ФИО11 АО «АРИАЛ» совершены следующие сделки, признанные судом недействительными, в результате которых имущество не возвращено в конкурсную массу:

 - перечисление 07.04.2016 г. в пользу ООО «Мир Инвест Строй» денежных средств в размере 3 300 000 руб.;

- перечисления в период с 01.02.2016 г. по 10.02.2017 г. в пользу ООО «Аэро-Бридж Трейдинг» денежных средств в размере 78 804 942,31 руб., 35 153 885 руб. и 10 820 000 руб.; 

- перечисления в период с 01.02.2016 г. по 10.02.2017 г. в пользу ООО «APT АЛЬЯНС Трейдинг» денежных средств в размере 300 500 руб., 6 816 000 руб. и 31 289 041,94 руб.; 

- перечисление 24.03.2016 г. в пользу ООО «APT АЛЬЯНС Трейдинг» денежных средств в размере 750 000 руб.; 

- перечисление 25.12.2016 г. в пользу ФИО18 денежных средств в размере 532 541 руб.;

- перечисления в период с 01.11.2016 г. по 19.12.2016 г. в пользу Московской городской коллегии адвокатов «Версия защиты» денежных средств в размере 10 580 000 руб.; 

- перечисления в период с 31.03.2016 г. по 15.04.2016 г. в пользу ООО «Рамстрой» денежных средств в размере 1 500 000 руб. 

В период руководства должником ФИО8 АО «АРИАЛ» совершены следующие признанные недействительными сделки:

- перечисления в период с 27.03.2017 г. по 11.05.2017 г. в пользу ООО «Аэро-Бридж Трейдинг» денежных средств в размере 1 075 000 руб.; 

- перечисления в период с 27.03.2017 г. по 17.04.2017 г. в пользу ООО «APT АЛЬЯНС Трейдинг» денежных средств в размере 572 000 руб.;

 - перечисление 27.02.2017 г. в пользу ООО «АУКЦИОННЫЙ ДОМ КИПАРИС» денежных средств в размере 3 560 000 руб. 

В период руководства должником ФИО14 АО «АРИАЛ» совершены следующие сделки: 

- перечисления в период с 22.05.2017 г. по 13.06.2017 г. в пользу ООО «Аэро-Бридж Трейдинг» денежных средств в размере 130 000 руб.; 

- перечисление 22.03.2018 г. в пользу ФИО17 денежных средств в размере 2 518 000 руб.

- перечисление 18.11.2017 г. в пользу ООО «ЮК «Вердикт» денежных средств в размере 1 100 000 руб. 

Все указанные сделки должника признаны недействительными.

Исполнение по судебным актам и возврат денежных средств в конкурсную массу должника не произведены.

При таких обстоятельствах является правильным вывод суда первой инстанции о том, что действиями бывших руководителей ФИО11, ФИО8 и ФИО14 нанесен ущерб интересам общества «АРИАЛ», что повлекло утрату должником активов, а также невозможность проведения расчетов с кредиторами.

Суд первой инстанции обоснованно квалифицировал указанные действия ответчиков ФИО11, ФИО8 и ФИО14 в качестве убытков, причиненных обществу.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего АО «АРИАЛ» ФИО2, о том, что именно действиями контролирующих должника лиц был причинен существенный вред имущественной массе должника в размере более 395 491 425,22 рублей, отклонены арбитражным апелляционным судом.

Исходя их имеющихся в деле доказательств, арбитражным апелляционным судом установлено, что указанные сделки не являются для должника ни крупными сделками, ни сделками с заинтересованностью.

Балансовая стоимость активов должника на последнюю отчетную дату, предшествующую дате совершения сделок, то есть на 31 декабря 2015 года составляла 5 150 988 тысяч рублей и на 31 декабря 2016 года - 5 366 701 тысяч рублей.

Размер указанных сделок даже по рыночной стоимости составляет менее одной сотой процента от балансовой стоимости активов должника.

Бухгалтерская отчетность АО «АРИАЛ» за 2013 и 2014 гг. позволяет констатировать, что финансовое положение общества являлось стабильным и позволяло надлежащим образом обслуживать его обязательства перед кредиторами. 

Финансовое положение было достаточно стабильным.

Финансовые показатели Общества не претерпевали существенных изменений и не свидетельствовали о наличии признаков, способных иметь негативные последствия для деятельности Общества в обозримом будущем. 

В результате деятельности АО «АРИАЛ» в 2013 и 2014 гг. была получена чистая прибыль, которая включена в состав нераспределенной прибыли.

Чистые активы Общества, а именно реальная стоимость его имущества, превышала уставный капитал и увеличивалась в 2013 и 2014 гг.

Чистые активы АО «АРИАЛ» на 31.12.2014 года существенно (на 5820%) превышают уставный капитал.

Данное соотношение положительно характеризует финансовое положение организации.

Прослеживается увеличение чистых активов на 36,4% за рассматриваемый период (31.12.2012 г. - 31.12.2014 г.).

Превышение чистых активов над уставным капиталом и в то же время их увеличение за период говорит о хорошем финансовом положении организации по данному признаку.

Активы Общества за весь анализируемый период (2012-2014 годы) увеличились на 1 732 587 тыс. руб. (на 50,7%).

Ухудшение отдельных финансовых показателей в рассматриваемый период не являлось значимым, не могло повлечь за собой системных финансовых затруднений в финансово-хозяйственной деятельности Общества.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по указанному основанию, поскольку действия по совершению сделок не могли являться причиной банкротства.

Доводы конкурсного управляющего о наличии вины контролирующих лиц должника, выразившейся в формировании искусственной задолженности к должнику в целях установления контроля над его процедурой банкротства, также отклонены.

Конкурсным управляющим не доказан факт причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в связи с включением требования Тэвиз Холдинг Лтд в размере более 2 млрд руб. в реестр требований кредиторов АО «АРИАЛ».

Довод апелляционной жалобы конкурсного управляющего о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя АО «АРИАЛ» ФИО14 за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему первичной документации, также отклонен.

Конкурсный управляющий не указал и не представил доказательств, свидетельствующих о том, что не передача документов повлекла затруднительность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, а также формирования и реализацию конкурсной массы.

В материалах дела отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика ФИО14 по не передаче конкурсному управляющему документации должника и затруднительностью проведения процедуры банкротства, формирования конкурсной массы и как следствие невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Доводы апелляционных жалоб конкурсного управляющего АО «Ариал» ФИО2 и ФИО11 о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 также отклонены арбитражным апелляционным судом.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8) по делу N А40-208852/2015, при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

- наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;

- реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (при этом не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

- ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Согласно материалам дела ФИО4 являлся директором Компании «АДСТРАД ХОЛДИНГЗ ЛИМИТЕД», владеющей 99,99 % акций АО «Ариал», а также являлся членом Совета директоров АО «Ариал».

В материалах дела нет доказательств, на основании которых можно было бы сделать вывод о том, что ФИО4 совершал действия и согласовывал сделки, принимал обязательные для органов управления должника решения, повлекшие банкротство общества.

Арбитражному апелляционному суду такие доказательства также не представлены.

ФИО4 не являлся ни участником должника, ни непосредственным его руководителем.

Конкурсный управляющий указывает на совершение ответчиком следующих сделок: по выдаче займа 07.04.2016 г. в пользу ООО «Мир Инвест Строй» в размере 3 300 000 руб.; по выдаче займов, фиктивным поставкам с ООО «Аэро-Бридж Трейдинг» в общей сумме 125 983 827,31 руб. в период с 01.02.2016 г. по 13.06.2017 г.; по выдаче займов, фиктивным поставкам с «АРТ АЛЬЯНС Трейдинг» в общей сумме 38 977 541,95 руб. в период с 21.11.2015 г. по 17.04.2017 г., а также сделки по перечислению в пользу ООО «АРТ АЛЬЯНС Трейдинг» денежных средств в размере 750 000,00 руб. 24.03.2016г.

Между тем, ФИО4 не являлся фактическим бенефициаром ни ООО «Мир Инвест Строй», ни ООО «Аэро-Бридж Трейдинг», ни ООО «Арт Альянс Трейдинг», не руководил указанными организациями, не давал каких-либо указаний сотрудникам указанных организаций, не извлекал доходов от деятельности указанных организаций.

Более того, принимая во внимание показатели финансово-хозяйственной деятельности ООО «Ариал», указанные сделки ни каждая в отдельности, ни в совокупности не привели к банкротству должника и по масштабам деятельности не ухудшили его финансовое положение.

При этом на ухудшение показателей деятельности общества повлияли внешние факторы и условия.

Таким образом, заявителем не доказаны ни факт неправомерных действий ФИО4, ни причинно-следственная связь, ни наличие вины в банкротстве должника.

Определением суда первой инстанции за совершение указанных сделок к ответственности в виде убытков привлечены руководители ООО «Ариал», поскольку именно их недобросовестные и неразумные действия по перечислению денежных средств  привели к возникновению убытков и невозможности расчётов с кредиторами.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ). 

На основании изложенного и  руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 11 сентября 2022 года по делу № А41-21576/16 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.П. Мизяк

Судьи

С.Ю.  Епифанцева

Н.В.  Шальнева