СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15652/2022(2)-АК

Дело № А60-6999/2021

01 июня 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 01 июня 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:     

председательствующего Шаркевич М.С., 

судей                              Плаховой Т.Ю., Темерешевой С.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

финансовый управляющий ФИО2,

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу заинтересованного лица ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 16 марта 2023 года

об удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 28.06.2018, заключенного между ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель), применении последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А60-6999/2021

о признании ФИО4 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),  

 

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.10.2021 ФИО4 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Финансовый управляющий 15.03.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 28.06.2018, заключенного между должником (продавец) и ФИО3 (покупатель), просит применить последствия недействительности сделки в виде включения в конкурсную массу следующего имущества: жилой дом с кадастровым номером 66:66:0101009:52 общей площадью 112 кв.м., расположенный по адресу: Свердловская область, Белоярский район, р.п. Верхнее Дуброво, кол. сад «Авиатор», д. 24;  земельный участок из земель населенных пунктов с кадастровым номером 66:66:0101009:28 общей площадью 600 кв.м., разрешенное использование для садоводства, расположенный по адресу: Свердловская область, Белоярский район, р.п. Верхнее Дуброво, кол. сад «Авиатор», уч. 24.

В качестве правового обоснования заявленных требований указаны п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.03.2023 (резолютивная часть от 09.03.2023) заявление финансового управляющего удовлетворено. Договор купли-продажи от 28.06.2018, заключенный между должником и ФИО3, признан недействительной сделкой. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности должника на жилой дом с кадастровым номером 66:66:0101009:52 общей площадью 112 кв.м., расположенный по адресу: Свердловская область, Белоярский район, р.п. Верхнее Дуброво, кол. сад «Авиатор», д. 24; земельный участок из земель населенных пунктов с кадастровым номером 66:66:0101009:28 общей площадью 600 кв.м., разрешенное использование для садоводства, расположенный по адресу: Свердловская область, Белоярский район, р.п. Верхнее Дуброво, кол. сад «Авиатор», уч. 24.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3 (далее - ответчик) обжаловала его в апелляционном порядке, просит определение отменить, в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказать.

Ответчик ссылается на то, что на момент совершения оспариваемой сделки должник признаками неплатежеспособности не обладал. Оспаривает выводы суда о неравноценном встречном предоставлении. Отмечает, что ФИО3 и ее супруг являются пенсионерами, с 2015 года осуществляют садоводческую деятельность на спорном земельном участке, несут бремя его содержания. Спорный дом с 2015 года находился в стадии достройки, после совершения оспариваемой сделки ответчики ее супруг произвели внутреннюю и внешнюю отделку дома. Указывает, что она и ее супруг передали должнику 1 500 000 руб. на покупку квартиры, договором от 28.06.2018 был частично закрыт долг перед родителями в сумме 920 000 руб. Полагает, что оспариваемой сделкой вред имущественным правам кредиторов должника причинен не был. Оспаривает выводы экспертов, указывает, что фактически оценка дома произведена по состоянию на 2022 год, а не на 2018, не учтено что на июнь 2018 года дом не имел внутренней отделки и инженерных коммуникаций.

До судебного заседания от финансового управляющего поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу и дополнение к отзыву об отказе в ее удовлетворении.

В судебном заседании финансовый управляющий просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать по мотивам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу  ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, должник признан несостоятельным (банкротом) решением суда от 14.10.2021.

В ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим установлено, что 28.06.2018 между должником (продавец) и ответчиком (покупатель) заключен договор купли-продажи, согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять и оплатить следующее имущество: 

- жилой дом с кадастровым номером 66:66:0101009:52 общей площадью 112 кв.м., расположенный по адресу: Свердловская область, Белоярский район, р.п. Верхнее Дуброво, кол. сад «Авиатор», д. 24, 

- земельный участок из земель населенных пунктов с кадастровым номером 66:66:0101009:28 общей площадью 600 кв.м., разрешенное использование для садоводства, расположенный по адресу: Свердловская область, Белоярский район, р.п. Верхнее Дуброво, кол. сад «Авиатор», уч. 24.

Согласно п.2 договора цена отчуждаемого недвижимого имущества в совокупности установлена сторонами в размере 920 000 руб.

Полагая указанную сделку недействительной на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 170 ГК РФ конкурсный управляющий обратился с рассматриваемыми требованиями в арбитражный суд, ссылаясь на совершение сделки с целью причинения имущественного вреда кредиторам в отсутствие равноценного встречного исполнения.

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя заявление финансового управляющего, исходил из наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Ввиду отсутствия доказательств оплаты спорного имущества, суд первой инстанции в качестве последствий недействительности сделки применил одностороннюю реституцию.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной  жалобы, отзыва, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены принятого судебного акта в связи со следующим.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным ст. ст. 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как было указано выше, в качестве правовых оснований заявленного требования указаны положения п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 170 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно п. 86 Постановления № 25 следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названного Постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что согласно абзацам 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзаца 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 7 Постановления № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда определением от 05.03.2021, спорная сделка совершена 28.06.2018, то есть в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил.

По смыслу абзацев 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Материалами дела подтверждается наличие у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемой сделки.

Так, должник являлся руководителем ООО «Комплекс-ВК», требования которого в размере 7 669 325,96 руб. (определение суда от 24.06.2021) включены в реестр требований кредиторов должника.

Обстоятельства возникновения указанного требования подтверждаются вступившими в законную силу судебными актами о взыскании с должника как директора ООО «Комплекс-ВК» в пользу общества убытков по делу № А60-7223/2019: определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.01.2020 - в размере 4 154 953,44 руб., определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.09.2020 - в размере 3 539 689,18 руб.

Из данных определений следует, что 02.07.2014 ООО «Комплекс-ВК» перечислило «SILVERWAY GROUP LTD» 63 840 евро. 

Согласно декларации на товары № 10502090/090914/0009759 «SILVERWAY GROUP LTD» поставило в адрес ООО «Комплекс-ВК» товары на общую сумму 31 416 евро.

В соответствии с данными таможенных органов, товары на сумму 32 424 евро (63 840 - 31 416) «SILVERWAY GROUP LTD» в адрес ООО «Комплекс-ВК» поставлены не было, денежные средства ООО «Комплекс-ВК» не возращены.

Федеральной таможенной службой 11.07.2017 вынесено постановление о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10502000-373/2017, согласно которому ООО «Комплекс-ВК» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 5 ст. 15.25 КоАП РФ. В качестве меры наказания ООО «Комплекс-ВК» назначен административный штраф в размере 1 769 844, руб. Постановление о назначении административного наказания вступило в законную силу.

Должник осуществил 100 % оплату товара до момента его принятия ООО «Комплекс-ВК», при этом им не были приняты меры, обеспечивающие исполнение обязательств по договору. После истечения срока исполнения обязательств по инвойсу № 04-14 (20.06.2016) должник не осуществил действий по возвращению денежной суммы в размере 32 424 евро от «SILVERWAY GROUP LTD», чем причинил убытки ООО «Комплекс-ВК» в размере 4 154 953,44 руб., из которых 2 385 109,44 руб. (32 424 * 73,56 - курс евро по состоянию на 18.06.2016.) денежные средства, необоснованно переведенные компании «SILVERWAY GROUP LTD», 1 769 844 руб. - штраф за нарушение валютного законодательства.

Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Октябрьского судебного района г. Екатеринбурга от 10.01.2018 ООО «Комплекс-ВК» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.25 КоАП РФ и обществу было назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 3 539 689,18 руб. Штраф был назначен ООО «Комплекс-ВК» ввиду недобросовестных действий ФИО4

Таким образом, оспариваемая сделка была совершена после вынесения постановления Федеральной таможенной службы о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении и постановления мирового судьи. Поскольку было установлено совершение должником неправомерных действий, которые привели к возникновению убытков у возглавляемого им общества, должник не мог не знать, что данные убытки могут быть взысканы с него как с непосредственного причинителя вреда.

В предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно п. 7 Постановления № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что спорный договор был заключен в отношении заинтересованного лица – матери должника.

Учитывая взаимосвязанность сторон оспариваемой сделки, именно на ответчике лежала обязанность в полной мере раскрыть всю совокупность имевшихся хозяйственных взаимоотношений, раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки, подтвердить финансовые возможности осуществить сделку.

Исходя из позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2021 № 306-ЭС19-5887(3) для определения признака неравноценности сделки в порядке ст. 61.2 Закона о банкротстве во внимание должны приниматься все обстоятельства ее совершения, т.е. суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным. 

В частности, о заниженной цене проданного имущества могут свидетельствовать получение покупателем дохода от его аренды, превышающего стоимость такого имущества; наличие условий договора купли-продажи, существенно отличающихся от обычно применяемых независимыми участниками гражданского оборота (предоставление рассрочки платежа до двух лет без обеспечения до полной оплаты стоимости имущества); а также наличие аффилированности между должником и покупателем данного имущества.

Согласно договору купли-продажи от 28.06.2018 стоимость имущества составляет 920 000 руб., в том числе стоимость жилого дома – 750 000 руб., стоимость земельного участка – 170 000 руб. (пп. 1, 2 договора).

Согласно отчету об оценке от 20.05.2022 № 230, представленному финансовым управляющим, рыночная стоимость имущества составляет не менее 1 770 000 руб.

Возражая в отношении заявленных требований, должник пояснял, что земельный участок (сад) был приобретен должником по договору купли-продажи от 07.08.2013 за 50 000 руб. Позднее на нем был построен и зарегистрирован дом (коробка под крышей без наружной и внутренней отделки). Мать должника ФИО3 и отец должника ФИО4 после продажи ими 11.06.2015 принадлежавшего им садового участка в г. Дегтярске, СНТ №8, уч. № 219а садоводство фактически осуществляли в саду, оформленном на должника. В 2015 году родители передали должнику 1 500 000 руб. на приобретение квартиры. Эта сумма была затрачена семьей должника в качестве первоначального взноса на квартиру, остальная сумма была взята в кредит, квартира оформлена на жену должника. При этом было согласовано, что эта сумма будет позднее возвращена. Подписанием между должником и ответчиком договора купли-продажи спорного садового участка с расположенным на нем садовым домом от 28.06.2018 указанные лица преследовали цель юридического закрепления за ними используемого имущества на праве собственности и урегулирования части финансовых взаимоотношений. Цена была согласована в размере 920 000 руб., и эта сумма была зачтена в счет возврата долга должника родителям. В обоснование указанных финансовых взаиморасчетов должник ссылается на наличие расписки, переданной родителям.

 В целях определения рыночной стоимости спорного имущества по ходатайству сторон судом на основании определения от 12.08.2022 была назначена судебная экспертиза.

По результатам проведения судебной экспертизы представлено заключение эксперта от 09.09.2022 № 759-22/Э, согласно которому на момент заключения договора купли-продажи от 28.06.2018 стоимость земельного участка составляла 175 000 руб., стоимость дома – 2 023 600 руб.

Определением суда от 18.11.2022 по обособленному спору назначено проведение дополнительной экспертизы.

По результатам проведения дополнительной экспертизы представлено экспертное заключение от 11.01.2023 № 02-23, согласно которому на момент заключения договора купли-продажи от 28.06.2018 стоимость земельного участка составляла 174 000 руб., стоимость дома – 2 264 976 руб.

Таким образом, по итогам проведенного экспертного исследования установлено, что цена сделки отклоняется от рыночной более чем в 2 раза.

Поскольку каких-либо противоречий в выводах эксперта выявлено не было, результаты исследования мотивированы; в нем имеются ссылки на примененные методы исследования; эксперт имеет соответствующие образование и стаж работы, необходимые для производства данного вида экспертизы, предупрежден об ответственности, предусмотренной  статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, при этом, из содержания заключения эксперта следует, что экспертом исследованы и оценены все имеющиеся в деле на момент проведения экспертизы доказательства; в заключении имеется ответы на поставленные перед экспертом вопросы; экспертное заключение является ясным и полным, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о достоверности, содержащихся в представленном заключении от 11.01.2023 № 02-23  сведений, в силу чего данное заключение обоснованно признано надлежащим доказательством.

Оснований для переоценки экспертного заключения, которое подвергается апеллянтом сомнению, судебная коллегия не усматривает, поскольку само по себе несогласие апеллянта с выводами, изложенными в заключении эксперта, не может являться основанием для признания его недостоверным доказательством.

Со стороны апеллянта обоснованных возражений на заключение судебной оценочной экспертизы, а также доказательств, отвечающих требованиям действующего законодательства, опровергающих или ставящих под сомнение достоверность выводов судебной оценочной экспертизы, представлено не было. 

Доводы ответчика о том, что имущество приобретено в незаконченном/недостроенном виде и позднее силами ответчика приведено в состояние пригодное к использованию для проживания, документально не подтверждены (статья 65 АПК РФ).

При этом доводы ответчика о необоснованном отклонении его ходатайства о вызове свидетелей являются несостоятельными, в силу следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 АПК РФ свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела.

В ч. 1 ст. 88 АПК РФ установлено, что по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства. В соответствии с ч. 2 ст. 88 АПК РФ арбитражный суд по своей инициативе может вызвать в качестве свидетеля лицо, участвовавшее в составлении документа, исследуемого судом как письменное доказательство.

Из содержания данной статьи следует, что вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда.

В силу ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Суд с учетом оценки всех доказательств по делу в их совокупности, с учетом их допустимости, определяет необходимость допроса свидетелей.

В рассматриваемом случае суд верно не посчитал необходимым допрашивать свидетелей, поскольку факт выполнения ремонтных работ за счет родителей не может быть подтвержден свидетельскими показаниями, тем более, что в качестве свидетелей ответчик просил вызвать отца должника, то есть лица, осуществляющего фактическое пользование спорным имуществом, и его сестру. Кроме того, в ходатайстве о вызове и допросе свидетелей от 27.04.2022 (т. 1 л.д. 20)  ответчик указывал, что данные свидетели могут подтвердить условия и обстоятельства продажи должником спорного имущества, а не обстоятельства, связанные с тем, кем были понесены расходы на ремонтные работы.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции верно счел, что данные свидетельские показания не восполнят недостаток информации при установлении судом обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела.

Доводы о том, что площадь дома составляет 94,7 кв.м., а не 112 кв.м. самостоятельного правового значения не имеют, поскольку экспертом определена рыночная стоимость 1 кв.м. – 20 233 руб. С учетом площади дома 94,7 кв.м. его стоимость составит 1 915 118,10 руб., что также значительно больше стоимости, установленной спорным договором.

Также апелляционная коллегия критически относится к доводам апеллянта о том, что оспариваемой сделкой фактически осуществлен зачет обязательства должника в размере 1 500 000 руб. перед родителями, в подтверждение чего представлена копия расписки ( т. 1 л.д. 17). 

Указанная расписка составлена позднее даты фактической передачи денежных средств, после совершения оспариваемой сделки. 

Разумных объяснений передачи права собственности 26.06.2018, при том, что согласно вышеуказанным пояснениям денежные средства в размере 1 500 000 руб. переданы должнику в 2015 году, принимая во внимание доводы должника о том, что его родители фактическое пользование спорным имуществом осуществляли с 2015 года, а также с учетом возникновения у управляемого должником ООО «Комплекс-ВК» обязательств в преддверии совершения оспариваемой сделки, суду не приведено.

Изложенные обстоятельства обоснованно позволили суду первой инстанции прийти к выводу об отсутствии встречного предоставления по оспариваемой сделке.

Данные обстоятельства свидетельствует о направленности оспариваемой сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов.  

В результате совершения должником оспариваемой сделки, кредиторам должника был причинен вред, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы и в отсутствии реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет проданного имущества – транспортного средства.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015, при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Однако, исходя из указанной правовой позиции, доводы жалобы не раскрывают разумные экономические мотивы совершения оспариваемой сделки.

На основании изложенного, установив, что действия сторон по спорной сделке были направлены фактически на безвозмездный вывод актива должника в преддверии его банкротства, с целью избежать поступления спорного имущества в конкурсную массу, что направлено на причинение вреда кредиторам должника, суд пришел к выводу о доказанности наличия в данном случае всей совокупности признаков, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. С учетом изложенного, заявление финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от  28.06.2018 правомерно удовлетворено судом первой инстанции.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Ввиду того, что право собственности на спорное имущество зарегистрировано за ответчиком, в отсутствие доказательств встречного предоставления, суд первой инстанции правильно применил последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности должника на данное имущество.

Таким образом, следует признать, что суд первой инстанции верно оценил все имеющие значение для правильного разрешения указанного заявления обстоятельства и вынес законный и обоснованный судебный акт.

Изложенные заявителем в апелляционной жалобе доводы фактически дублируют доводы, заявленные ими ранее при рассмотрении спора по существу в суде первой инстанции. Все они были известны суду первой инстанции и учтены при принятии обжалуемого определения, следовательно, они не могут служить основанием для отмены принятого по делу судебного акта, поскольку оснований для переоценки фактических обстоятельств дела апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на  ее заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области  от 16 марта 2023  года по делу № А60-6999/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

М.С. Шаркевич 

 

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова 

 

 

 

С.В. Темерешева